Максим Савин
Обычные мы. Полеты фантазий

От автора

С детства люблю фантазировать. Фантазия – это светлое и сильное чувство, которое может предоставить себе любой человек в независимости от места и условий его рождения. Фантазию невозможно испортить, ее можно лишь изменить в интересную сторону. Если фантазия перестает нравиться, значит, мы надумываем.

Я нарочно не добавил иллюстраций героев и детального описания их, чтобы не навязывать своего. Прочитав десятки сказок разных народов мира, сталкиваешься с мыслью о том, что большинство описанных персонажей мне чужды. С ними нет ничего родного, понятного. Не возникает желания сопереживать.

Выбранный способ подачи приключений мне, как автору, кажется более естественным, ведь мы познаем человека со временем, с описания того или иного поступка. В конечном результате, Туоми и Ларри – такие же дети, как и мы с вами. Необычные дети есть у каждого родителя, но для всего остального мира дети других родителей – это ОБЫЧНЫЕ МЫ.

Пролог

Шестьдесят четыре года обратно, когда город Вэлдор являлся еще поселком Вэлдор и имел население в триста восемнадцать человек, над рекой Даркаттой, что протекает неподалеку от этого поселка, открылся портал, из которого выпал мальчик лет девяти. Он упал на середину реки и с трудом доплыл до берега. Подземные воды Даркатты настолько быстрые, что даже взрослый не отважится ее переплывать. Мальчик спасся, но выронил из рук вещь, принесенную из портала – старинный глобус.

А мы-то знаем, что ничего не пропадает навечно…

Глава 1 «Находка»

Однажды дети начали воображать больше, чем обычно.

***

В связи с тем, что дождь льет с самого утра, близнецы Ларри и Туоми решили выйти на улицу после обеда, в независимости от того, закончится он или нет. И вот, дети идут, широко раскрыв рты, словно хотят выпить все тучи. Волосы уже давно намокли, а огромные, теплые капли воды бьют по глазам, из-за чего приходится сильно морщится, и от этого становится еще смешнее, ведь ты пытаешься выпить тучу, которую совершенно не видишь!

– Вот бы научиться контролировать дождь, – вслух подумал Ларри, – можно было бы подшучивать над друзьями, поливая их, словно из обливалки.

– Или поливать друг друга, – подхватила сестра, – раз больше никто не выходит гулять.

– Верно, туч на всех хватит, – согласился брат.

Дети снова рассмеялись и, не договариваясь, начали скакать по лужам. Брызгаться лужами не было никакого смысла, ведь оба уже и так мокрые. Струи воды давно затекли в сапоги ребят, поэтому оставалось только наслаждаться моментом и ни о чем не беспокоиться. Прыгая по лужам, Ларри начал придумывать песню про дождь, вспоминая о положительных моментах, какие еще бывают, связанные с ним:

«Тучи до нас дошли,

Дождик нам принесли,

Стоило путь совершить,

Чтобы тут все освежить».

Мальчик немного замялся, ведь песни раньше он еще не писал. Остановился, посмотрел на сестру, которая тоже перестала прыгать и сразу же принялась вести себя тихо-тихо. Постояв еще немного, Ларри вспомнил слова родителей, что они ему с сестрой говорили. Они говорили о том, что природа по-своему хороша, и на нее стоит поглядеть подольше, чтобы увидеть то, что мы не видим глядя впопыхах. Итак, текст песни вышел следующий:

(куплет 1)

«Тучи до нас дошли,

Дождик нам принесли,

Стоило путь совершить,

Чтобы тут все освежить.

(куплет 2)

Вот, он шумит по листве,

Питает растения в земле,

Тучи ушли в горизонт,

Можно уже закрыть зонт.

(припев)

Шумит дождь за окном,

Подойди, посмотри,

Он по лужам стучит,

Надувает пузыри,

Сапоги обувай и скорей беги в них,

Пока дождик совсем не утих.

(куплет 3)

Дождик лить перестал,

Весь на землю упал,

Чтобы из-за кустов,

Вышла радуга разных цветов.

(припев)

Шумит дождь за окном,

Подойди, посмотри,

Он по лужам стучит,

Надувает пузыри,

Сапоги обувай и скорей беги в них,

Пока дождик совсем не утих».

Туоми прослушала всю песню затаив дыхание, и, только по окончанию исполнения, набрала полную грудь воздуха и продолжила дышать как обычно:

– Ничего себе! – сказала она. – Раньше ты какие-то нелепые стишки сочинял, даже не помню, о чем они были.

Ларри настолько воодушевился своим творчеством, что проигнорировал комментарий сестры. Он полагал, что все его стихотворения достойны прочтения, и никак не думал, что их попросту игнорируют. Но это его уже не волнует, он стоит под дождем с широкой улыбкой, зачем-то машет сестре рукой и продолжает напевать текст свежепридуманной песни. Мальчик убежден, что услышал природу и достиг гармонии с ней.

Когда Ларри пропел песню дважды, к третьему исполнению уже присоединилась Туоми. Поначалу она подпевала через строчку, потом выучила припев, и дальше ребята уже вместе скакали, вместе кричали и вместе песню запевали!

К тому времени, когда Близнецы Римкус дошли до улицы, на которой живут Близнецы семьи Кельт, дождь уже закончился. Братья Ай и Лэн Кельт на год младше Туоми с Ларри, они активные дети, которые стараются переиграть во все игры сразу, в результате чего, у них мало, что получается и остается лишь разбираться друг с другом на кулаках. Братья Кельт пока что не успели затеять драку, они сидят на колесе от трактора и обсуждают лужи по ширине и глубине, и пытаются понять, какие из них более опасны.

– В этой, – Ай указал рукой на одну из луж, – явно прячутся тыща скатов, а то и две!

– Выдумки! – парирует Лэн. – Все знают, что скаты в лужах не водятся!

– Тогда иди и проверь!

– Больно мне это надо! – Лэн засучил рукава. – Сам иди докажи, что ты прав!

Стало понятно, что намечается драка. Ларри никак не хочет портить свое прекрасное настроение, поэтому перевел тему:

– Скаты-то что?! – он указал на другую лужу, которая выглядит глубже остальных. – Представляете, какой монстр может выскочить вон из той!

Представлять умеют все. Братья соскочили с тракторного колеса и гуськом пошли в противоположную сторону от указанной лужи. Даже Туоми забылась и начала пятиться, пока не уткнулась в брата, который очень сильно сдерживает смех.

– Вот, вы юмористы! – все же рассмеялся во весь голос Ларри. – Вчера на этом месте была простая яма, там не мог никто поселиться!

– Тогда иди и проверь! – в голос предложили братья.

– Да, – подхватила Туоми, – ты же не боишься выдуманного монстра!

– Не боюсь. А, вот, простудиться уже боюсь. Мы с сестрой промокли, а теперь подсыхаем на солнышке, и по второму разу мокнуть никак не хочется, чтобы вам чего-то доказать.

– Он прав, – согласилась Туоми, – мы только-только начали высыхать. Подождите, когда лужи высохнут и сами убедитесь, что там никого нет.

– Даже скатов? – поинтересовался Ай.

Близнецы Римкус переглянулись, они поняли, что почти погубили фантазию своих друзей, поэтому ответили, что за скатов ручаться не могут, лужа действительно очень широкая.

Такая же широкая улыбка была и у близнецов семьи Кельт, когда Ларри и Туоми покинули игровую площадку, чтобы направиться к реке Даркатте.

***

– Интересно, а кто может выскочить из реки? – подходя к берегу Даркатты спросил Ларри.

– Да-аже не зна-аю, – с наигранной иронией ответила сестра, – река – это же тысячи луж, кто там только не водится!

Близнецы рассмеялись, явно уже не веря ни в каких монстров, и в ближайшее время не были заинтересованы в них верить, ведь им следует сосредоточиться на другом – нужно пробраться через камыши. Так как желание пойти на реку было спонтанным, то ни ножа, ни палки для устранения преграды дети не взяли. Приходится пыхтеть и сопеть, чтобы продвигаться дальше. Когда близнецы вошли в мелководье Даркатты и почти дошли до валуна, на котором можно удобно расположиться, Туоми вдруг замерла:

– Слушай, брат, – «брат» прозвучало как-то официально, что Ларри немного испугался того, что может услышать дальше, – а что находится там, за камышами?

– Не знаю, – с облегчением от того, что ничего серьезного сестра не подразумевает, ответил мальчик, – раньше в сапогах мы сюда не приходили, давай проверим, до куда сможем добраться? Главное держаться рядом, и, при первой же опасности, следует повернуть обратно – дно может затянуть так, что не выберешься.

Туоми кивнула, подождала, пока брат пройдет вперед и пошла следом, стараясь не отставать.

– Будем идти, покуда края сапог позволяют, – сосредоточенно сказал Ларри.

– Ага, – коротко согласилась сестра.

Дети идут по воде, пробираясь через камыши и прочие растения, названия которых они не знают. На некоторых кустах растут колючки, так что приходится поднимать руки, чтобы не обколоться. Через какое-то время стало понятно, что так можно идти еще очень долго. Первая свое разочарование высказала Туоми:

– Ну вот, я нас завела в бесконечные мокрые дебри, неудивительно, что в них никто не гуляет!

– Не переживай, сестра! – решил подбодрить сестру и самого себя Ларри. – Если б не пошли, то и не узнали, что тут играть не очень интересно.

– Скорее, совсем не интересно!

– Ладно, пошли напрямую к суше, обратно идти действительно лень.

Туоми молча повернула в сторону, где должен быть конец камышам и начаться привычный берег, брат повернул туда же.

– Сложновато, – устав от натуги, сказала девочка, – тут дебри совсем густые.

– Да уж, – подтвердил Ларри, и, не успев более ничего добавить, обо что-то споткнулся и свалился в воду.

Мальчик начал барахтаться и пытаться подняться, опираясь на камыши, те поломались от его веса и опрокинули парня обратно. Туоми запаниковала и замерла на месте с широко открытыми глазами, потому что не понимает, как можно помочь брату не утонуть на мели. Ларри сосредоточился, выплюнул изо рта воду, встал, распрямил руки буквой «Т» для равновесия, потом нагнулся, чтобы все же увидеть, что доставило столько хлопот, достал эту железяку и направился домой той же дорогой, по которой они пришли. Сестра пошла следом, стараясь соблюдать короткую дистанцию.

***

Когда близнецов отмыли и высушили, отец сообщил, что эту каверзную находку он бы назвал глобусом. Почему именно «назвал бы»? Потому что железная конструкция в виде сферы, стоящая на железной стойке напоминает глобус. Однако никому, ни маме, ни папе не приходилось еще видеть подобного типа глобусы даже в музеях. Этот странный предмет, кажется, поврежден: некоторые из осей, указывающих на меридиану, искривлены, а подставка настолько разбита, что о нее можно порезаться или посадить занозу.

Дети поместили непонятную вещицу в чулан и пошли ужинать, потому что сегодня они не были готовы уделять глобусу больше внимания. Хорошо, что он еще не ржавый, тогда сразу бы пришлось выкидывать, ведь ржавчина очень опасна, и от нее невозможно избавиться.

Вымотавшись от переполненного эмоциями дня, дети пошли спать на час раньше обычного. Им нужен отдых, чтобы завтра опять быть полными сил.

Перед тем, как уснуть, Туоми нарушила предсонное молчание:

– Ларри?

– Да? – ответил брат, который тоже еще не спит.

– А ты действительно переживал тогда, что можешь простудиться, или придумал отговорку, чтобы не проверять ту самую глубокую лужу на монстра?

– Какое это уже имеет значение, сестра? – Ларри улыбнулся. – Давай спать.

– Давай, – по шелесту подушки слышно, что Туоми тоже улыбнулась, ведь куда интересней засыпать, думая об огромном монстре в луже у друзей во дворе.

Глава 2 «Зной»

Летние каникулы – это здорово, кроме тех моментов, когда не знаешь, чем заняться. Близнецы Римкус выскочили на улицу сразу же после завтрака и остановились на месте, так как не решили, куда им двигаться. Лэн и Ай не выйдут – их всегда до обеда сложно растормошить. Соседская собака Рэй тоже выбрала место в тени под деревом, откуда смотрит на детей и даже не шевелит хвостом, чтобы только не привлечь лишнего внимания.

– Жалко Дибли улетел, – с досадой сказал Ларри, – он, как и мы, не боится ни дождя, ни жары, ни чего бы там еще ни было.

– Это так, – добавила Туоми, – в такие жаркие деньки только маешься. Вроде дел куча, но делать ничего не хочется.

Дибли – это общий друг Ларри и Туоми, его родители нашли работу в Таргандте – городе на севере, поэтому пришлось переехать и распрощаться с друзьями, надеясь только на редкие встречи когда-нибудь.

– А пошли посмотрим, чем занимается Чет? – предложил Ларри. – Хоть прогулкой до него время растянем.

– Давай, – согласилась сестра.

***

Жара – это и очень здорово, ведь она означает, что у школьников каникулы, но и неудобно, ведь это означает, что никто не желает активно играть друг с другом. От вчерашнего ливня и след простыл, луж словно и не было, а ветер гоняет пыль по дорогам, будто желает указать детям на отсутствие веселья еще надолго.

Пошли к дому Чета. Уже издалека стало понятно, что Чет со своим отцом что-то мастерят в саду их дома.

– На футбольное поле это не похоже, – заметил Ларри, – да и на любое другое поле тоже.

– Подождем или сразу спросим? – предложила Туоми.

– Подождем, а то сразу ответят и придется опять думать, чем бы заняться.

В это время вышла мама Чета и предложила построить подоконники в беседке для цветов. С цветами всегда красивее и уютнее.

– Подождали, – одновременно подытожили вслух дети, – беседку строят.

– Помогать уж точно не хочется, – с досадой, что опять нечем заняться, сказала Туоми, – жарко до невозможности.

– Да уж, – согласился брат, – их стремлению можно только позавидовать. Хотя, если подумать, то беседка – это здорово. Представляешь, если бы она уже была готова, то мы бы могли в ней укрываться от солнца, сидеть, пить прохладные соки и ничего не делать.

– Ага, еще и цветы украшают сад, пока ждешь ухода жары.

– Ладно, – Ларри решительно повернулся обратно к дому, – беседка – беседкой, но в такую жару ничего-не-делать хочется намного больше. Лень даже лежать и стонать.

– Пошли домой? – предложила Туоми.

– Пошли. После обеда посмотрим, что можно придумать еще.

***

Дети семьи Римкус подошли к своему дому и увидели, что Рэй сидит в конуре, полностью прижавшись к противоположной стене своего жилища, и старается не попасть под прямые лучи солнца. Ему, видимо, надоело гоняться за тенями деревьев, они то и норовят переместиться куда не следует.

Во время зноя в доме оказывается самая прохладная атмосфера. Если вовремя занавесить окна, то в комнате, можно сказать, даже почти хорошо. Читать новые книги нет желания, для этого требуется прикладывать слишком много усилий, чтобы вникнуть в текст, поэтому Ларри и Туоми решили собирать мини город из конструктора в который играли уже множество раз.

Наконец настало обеденное время. Мама с папой тоже ведут пассивный образ жизни: сегодня они ничего нового не готовили и просто разогрели вчерашнюю еду, а в остальное время папа проводил за газетой, а мама – за журналом. Ни у кого не было желания заниматься своим хобби.

***

После обеда решено было вытащить на улицу близнецов Кельт, не мучиться же от жары одним. Пока дошли до Кельтов, опять вымотались – солнце совершенно не собирается никуда уходить или, хотя бы, быть более щадящим к тем, кто надумал погулять. Поэтому, когда Туоми с Ларри увидели Лэна и Айа, борющимся на земле, то никак на это не отреагировали. Они просто смотрели на них, присев на скамейку, и молча болели то за одного брата, то за другого. Так честнее, чтобы никого не обидеть. Драка продолжалась недолго, Лэну и Айу попросту стало неинтересно выяснять отношения, раз до их отношений никому нет дела. Они встали, кое-как отряхнулись, и сели рядом с друзьями.

– Чем займемся? – словно минуту назад и не участвовал в драке, спросил Ай.

– Давайте в «Слова-наоборот»? – предложил Лэн.

– Давайте, – согласились все.

Стоит отметить, что игра «Слова-наоборот» – это как игра в слова, только сами слова следует произносить справа-налево, то есть – наоборот. А начинать следующее слово следует с последней буквы задуманного слова. Тот, кто ошибется в произношении наоборот – должен выполнить задание, которое придумывается до начала игры.

– Тогда «ротагилла», – начал Лэн. Он решил, что может начинать первым, раз сам предложил игру.

– Значит, животные, – через несколько секунд, как разгадала слово, подытожила Туоми, – тогда – «аполитна».

– Опять на «А», – встрял Ай, – пусть будет «арднеполокс».

Ларри тоже назвал свое слово. Наконец-то дети оживились и забыли про жару, они периодически ошибались, и каждый по нескольку раз скакал на одной ноге вокруг скамейки. Через какое-то время, когда все вдоволь наскакались, то решили, что хватит проверять правильность букв, отныне можно говорить любое длинное нелепое слово и попросту смеяться над выдуманной чепухой.

***

Время подошло к ужину. После еды близнецов Римкус настолько разморило, что они не пошли никуда гулять, а просто легли каждый на своей постели и смотрели в потолок, стараясь ни о чем не думать. Кажется, кто-то из детей успел задремать на полчаса, как внезапно Ларри воскликнул: «Глобус!». Туоми аж подпрыгнула на кровати:

– Что, глобус?

– Вот и я подумал, – наморщил лоб мальчик, – а что с ним? Он так и будет лежать в кладовке годами, пока мы не надумаем избавиться от хлама при очередной генеральной уборке? Как только мы разбираем вещи, мама или папа сразу же находят им ценность, то их «берет» ностальгия, то отец говорит, что долго искал эту вещь и хорошо, что мы ее нашли.

– Мы даже не знаем, как его чинить, – продолжила Туоми, – часть каркаса повреждена, словно откололась от падения или удара. Мы не знаем, что это за материал или какие инструменты следует использовать.

– Папа всегда так занят, что глобус в ближайшее время чинить не собирается, – подтвердил брат, – обычно отец говорит следующее: «Быть писателем – очень хлопотное занятие. Никогда не знаешь, когда к тебе придет муза, но, когда это случится, нужно быть готовым». Наш чулан – это склад вещей, которыми папа не готов заниматься из-за музы, и нам их чинить не позволяет, чтобы не испортили ничего.

– Да-а, дела-а, – загадочно протянула сестра, – папа лишь упомянул, что эта вещь может быть раритетной и иметь ценность для какого-то коллекционера или для науки – археологии.

Ребята принялись было обсуждать, где еще могут пригодится бесполезные необычные предметы, но очень скоро уснули.

Глава 3 «Общий сон»

Когда дети уже глубоко спали, да и родители вместе с ними, из чулана дома семьи Римкус начали проявляться лучи света. Поначалу они были тусклыми, можно даже подумать, что этот свет исходит не из чулана, а от фонарного уличного столба. Иногда бывает, что фонарные столбы долго разгораются, и дают полное освещение только через какое-то время. Спустя еще пару мгновений можно было точно убедиться, что свет исходит именно оттуда, так как он четко очертил контур двери чулана. Наконец, дверь в чулан отварилась без чьей либо помощи, выпустив из него столб света такой яркости, который способен осветить целый район или небольшой городок, вроде Вэлдора. Когда немного привыкаешь к свету, то среди прочих вещей можно разглядеть тот самый глобус – он подлетел до середины чулана, начал медленно вращаться против часовой стрелки, а видимые дефекты, которые так и не починил ни папа, ни папины друзья, стали исчезать. Железный вертикальный каркас глобуса, где обычно находится карта мира, принял ровную круглую форму, подставка, на которой он стоит, тоже стала ровной, а края, о которые можно было порезаться, сгладились. Свет, исходящий из глобуса начал изменять окрас, а вращение против часовой стрелки хоть и не прекратилось, но стало казаться, словно глобус одновременно крутится в обе стороны.

Ларри лежит на кровати, широко раскрыв глаза. На своей кровати так же лежит Туоми – они проснулись одновременно.

– Ты не поверишь, что мне сейчас приснилось! – в один голос сказали друг другу близнецы.

– Давай, ты, – разрешил сестре начать первый Ларри, зная, что его рассказ точно будет интересней.

– Ладно, – согласилась сестра. – Мне приснилось, что в нашем чулане ожил глобус. То есть, как объяснить, он не совсем стал живым, он изменился…

Не дав закончить свой рассказ, Ларри перебил Туоми:

– Поначалу из чулана начал пробиваться слабый свет…

Далее, Туоми перебила Ларри:

– Потом открылась дверь, и из чулана высвободился огромный столб света.

Дети говорили по одному предложению и останавливались, уже зная, что скажет следующий из них, пока полностью не пересказали странный сон. Сам по себе сон не является такой уж странностью, ведь во снах может происходить что угодно. Странным было то, что этот сон видели они оба.

Близнецы семьи Римкус сидят, ошеломленные, хоть и молчат, но понятно, о чем думают: «Нужно проверить чулан». Оба понимают, что звучит это глупо: «Глобус восстановился сам по себе», но оба понимают, что ни о чем другом думать не могут. Брат и сестра сползли со своих кроватей, так же молча и не спеша вышли из комнаты и направились в сторону чулана, который находится на первом этаже дома. Затаив дыхание, дети спустились на первый этаж, дошли до чулана и только тогда посмотрели друг на друга, чтобы найти одобрение к действию и набраться решительности заглянуть внутрь. Туоми приоткрыла дверь чулана и принялась всматриваться в темноту. Ларри аккуратно отодвинул рукой сестру и открыл дверь настежь, чтобы уже скорее разобраться с этим сном и глобусом. Ничего не произошло: из чулана никто не выпрыгнул и ничего не вывалилось. Свет от дальнего окна кухни попал внутрь, чем осветил контур заброшенного глобуса, это позволило Ларри достать его и потащить в детскую комнату. Туоми поняла намек, что брат хочет разглядеть глобус при полном освещении, и пошла следом. С каждым шагом терпение девочки улетучивалось, расстояние от чулана до комнаты казалось катастрофически огромным:

– Ну, ты и тянешь! – не выдержала она.

– Просто боюсь узнать правду, – признался брат, – вдруг сон окажется явью.

И оказался. Глобус, что стоит на ковре посередине детской комнаты действительно приобрел новый вид: исчезли все потертости, появились новые узоры, обрамляющие подставку, да и на вид он перестал казаться забытым или заброшенным. Ларри с Туоми принялись нажимать на каркас глобуса, крутить его, тереть обеими руками и даже стучать об пол – ничего от этих действий не произошло. Близнецы снова не понимают, что думать, что чувствовать и как вести себя в подобной ситуации.

***

По выходным завтраки готовит отец. На этот раз дети ели омлет с брокколи, однако, они и слова не промолвили по поводу содержимого омлета. Мама очень удивилась, ведь раньше силой приходилось детей заставлять есть брокколи или тыкву, а тут молча съели, не фыркали, да еще и поблагодарили за еду. Мистер Римкус пытался успокоить миссис Римкус тем, что мужчины считаются лучшими поварами в мире, может его готовка действительно была очень вкусной и следует ей уделять больше времени не только по выходным.

Туоми и Ларри, по правде говоря, совершенно не помнят, что ели на завтрак, ведь их это совсем не волновало. Дети пытались выдвигать различные теории по поводу обоюдного сна и починки глобуса, но эти теории никак не сходились со здравым смыслом. Как может такое случиться, что папа починил глобус, проник детям в их сны и одновременно рассказал о своем поступке ребятам? Хоть у папы и был набор инструментов, которым он очень гордился, но никто из семьи Римкус не помнит, чтобы мистер Римкус хоть единожды им пользовался.

К обеду дети настолько устали ждать от глобуса хоть какого-то ответа, что любимую мамину пиццу съели без особого восторга. Мама в очередной раз встревожилась, что с детьми что-то не так, а отец в очередной раз убедился, что повара мужчины – это, может быть, действительно истинные повара.

***

Чтобы отвлечься от путаницы в мыслях, близнецы пошли к друзьям. На детской площадке возле школы что-то усердно обсуждали братья Ай и Лэн Кельт с сестрой Чета – Дори Милл. Дори чуть старше наших героев, но чуть младше своего брата. Дори, как и Чет – оба рыжеволосые, в своих родителей. Общение с Дори запоминается тем, что она говорит короткими предложениями, словно куда-то спешит и не хочет терять много времени на болтовню.

– Чуть-чуть неправильно. Надо всё переделать, – услышали Туоми с Ларри, когда подошли к ребятам.

Оказывается, Дори учит братьев Кельт плести корзины. Скорее всего, братья и не просили научить их ничего плести, но, если Дори решила, что ей срочно нужно поделиться своими новыми знаниями, то проще пойти ей навстречу, чем видеть, как девочка мается и не находит себе места. «Не для того знания получала, чтобы ими не пользоваться» – считает она.

– Привет, – привлекла к себе внимание Туоми.

Дори посмотрела на неготовую корзину, о чем-то подумала, видимо о том, что не желает с близнецами Римкус возиться столько же времени, сколько потратила на Лэна и Айа, отложила заготовку в сторону и поздоровалась. Завидев Туоми с Ларри, близнецы Кельт явно повеселели, они поняли, что спасены и теперь смогут заниматься чем-то действительно интересным. Чтобы не тянуть время Ларри спросил:

– Могут ли сны происходить одновременно во сне и наяву? – мальчик не беспокоился, что этот вопрос покажется подозрительным или странным, ведь вся компания привыкла фантазировать, а фантазировать на новую тему – это всегда весело!

– Конечно, – быстро ответила Дори. – Я не против.

Дети рассмеялись, все знают, что Дори поняла вопрос, но еще одной ее особенностью общения являются шутки, сказанные всерьез. Подобного рода шутки поначалу ошарашивают, потом, когда видишь улыбку на лице девочки, расслабляешься и смеешься вместе со всеми.

– У меня было такое, – продолжил фантазировать Ай, – когда мне приснилась огромная яблоня, а яблоки на ней были настолько наливными, что я не выдержал и все съел. Ни единого плода не упустил. Наутро проснулся, кушать не хочу, ведь яблоки еще в животе. Правда, потом неделю на них смотреть не мог!

Дети снова рассмеялись. Лэн тоже не заставил долго ждать свой рассказ:

– Было это в прошлом году, кажется, – мальчик наморщил лоб, словно очень сильно пытается вспомнить, – когда мы еще в сугробы могли заходить во весь рост, если помните.

– Помним, – хором ответили ребята.

– Тогда я не решался вам рассказывать, но, раз сейчас зашла речь, то знайте, я простыл именно из-за того, что всю ночь прорывал норы в сугробах как крот. Поначалу я и сам думал, что это всего лишь сон, но потом, когда ощутил холод, да и снег настолько проморозился, что исколол мне все тело, я понял, что этот сон был и наяву. Когда все уже разошлись по домам и заснули, ночью я выбрался через окно. Помню, чтобы окно не примерзло – подложил брата свитер на подоконник, тогда-то и прочесал километров десять под снегом. Устал жутко, заболел на следующий день, но очень сильно был доволен своим путешествием.

После рассказа Лэна ребята не смеялись, дети будто бы поверили в историю, хотя и понимали, что все это вымысел. Особенно недоумевал Ай, ведь его свитер утром был мокрый и холодный, словно его окунали в снег. Но он придерживается мысли, что его братец Лэн, просто скинул свитером снег с подоконника, ведь братья любили частенько скидывать наст снега с подоконника, а ладонями это делать попросту холодно. А заболел Лэн как и все остальные ребята, что болели в прошлом году – от переохлаждения.

***

Каждый рассказывал свою историю. Детей настолько затянуло выдумывание рассказов, что они чуть не опоздали на ужин. После ужина, еще под влиянием удивительных историй, Туоми и Ларри пошли к себе в комнату и уже приготовились отдохнуть после насыщенного дня, как замерли прямо на пороге детской – глобус изнутри себя издает свет и покрывает весь письменный стол множеством красок. Этот свет медленно переливается, от чего создается ощущение, что глобус является живым, светящимся существом.

– Вот те раз! – только и воскликнул Ларри.

– Не то слово… – тихо-тихо выдохнула Туоми.

– Глобус – живой, – прошептали дети одновременно.

Конечно же, живым глобус быть не может, но он действительно излучает свет и в самом деле, свет внутри глобуса движется в разном направлении, создавая иллюзию муравейника, когда муравьи ползут каждый по своим делам. «Интересно, у глобуса тоже есть свои дела?» – повис в воздухе этот вопрос. Близнецы семьи Римкус не закричали и не принялись звать родителей – они попросту не чувствуют от необычной находки никакой опасности. Да и не хочется, чтобы родители спровоцировали затухание света внутри этой дивной вещицы.

– Как же мы теперь спать будем, зная об этом? – недоумевает Ларри.

– Понятия не имею, – озадачилась сестра. – А еще недавно казалось, что нас уже ничем нельзя удивить.

Туоми машинально взяла брата за руку, дав понять, что готова узнать о свете больше, но трогать этот свет будет уже не она. Свободной рукой Ларри потянулся к глобусу, мгновение… и дети исчезли из комнаты.

Глава 4 «По ту сторону»

Близнецы не успели испугаться, как тотчас же очутись в своей комнате. Однако, интерьер стал немного другим: обои изменились в цвете, мебель стала какой-то мультяшной, а с потолка свисают лианы с неизвестными, но красивыми цветами.

– Глобус изменил нашу комнату, – прошептала Туоми. – Красиво, но непривычно.

– Действительно, необычно, – подтвердил Ларри. – А другие комнаты, интересно, как?

Дети вышли из комнаты и чуть не потеряли равновесие: в привычном для них коридоре пропала одна стена, и стало возможным видеть улицу, точнее озеро и лес за ним. То, что раньше было полом, превратилось во вьющееся дерево, с которого можно съехать на первый этаж дома. Аккуратно скатившись до первого этажа, дети частично узнали свое жилище: на местах остались кухня с ванной комнатой, однако кухня приобрела новый цвет, мебель стала мультяшной, а по стенам и потолку развешены лианы с разными невиданными цветами. Близнецы Римкус путаются в чувствах: их охватывает то восторг, ведь все так необычно и интересно; то беспокойство, ведь они понимают, что это не их настоящий дом, а как попасть в настоящий – пока не ясно. Однако, чувство приключения заставляет обоих ребят не паниковать и продолжать исследование известного места в неизвестном виде. Туоми подошла к двери ванной комнаты и приоткрыла ее. Дверь привычно не заскрипела, как это было в прежнем мире. Из-за двери послышались шлепки о воду и звуки брызг.

– Там кто-то есть, – шепотом произнесла Туоми.

Ларри молча кивнул, приняв информацию.

– Что будем делать? – продолжает нашептывать девочка. – Ведь кто-то чужой в нашем доме… – после этих слов она запнулась, ведь это не совсем их дом.

Ларри аккуратно отстранил сестру от двери, раскрыл ее нараспашку и вошел внутрь.

– Ого! – только и произнес мальчик.

Удивление Ларри вызвало у Туоми такой интерес, что она забыла, что нужно бояться и, протолкнув брата вглубь ванной комнаты, вбежала в нее сама:

– Ого! – так же повторила она.

В ванной, наполненной густой пеной, сидит осьминог. В его щупальцах были и мочалка, и мыло, и щетка, которой он натирает спину. Осьминог моется, закрыв глаза от удовольствия, и не обращает на детей никакого внимания, хотя явно знает об их присутствии. С минуту поглазев на эту картину, близнецы Римкус покинули ванную комнату и двинулись к выходу. В прихожей ничего уже более необычного дети не увидели, вот только открыв входную дверь, опять пришлось застыть на месте: оказывается, их дом стоит посередине озера, которое дети видели, выйдя из своей комнаты на втором этаже. За озером – лес, густой и красивый. Получается, глобус не изменил детскую комнату, глобус изменил мир.

***

– Ну, наконец-то! – послышался голос откуда-то справа.

Дети повернули голову в сторону голоса и увидели высокого, худощавого мужчину. Одежда на нем выглядит экстравагантно, словно из прошлых лет. Однако, коричневый кожаный пиджак выглядит свежо, словно его забрали с прилавка совсем недавно. Но больше всего внимание акцентируется на том, что этот мужчина стоит на воде, и не в резиновых сапогах, а в кожаных, коричневого цвета в тон пиджака. Брюки черные с золотым узором, на голове черный цилиндр с золотым узором, как на брюках, а на носу, вместо очков – монокль.

– Я – Кощей Бессмертный, – представился Кощей Бессмертный.

Дети вздрогнули.

– И я изобретатель, – поспешил согнать страх с ребят Кощей. – То, что вы могли читать в сказках – это полнейший вымысел. Мои изобретения, зачастую, людям непонятны, поэтому, чтобы привлечь внимание к своей персоне, пришлось просто выдумать себе роль антагониста.

– Кого? – переспросила Туоми.

– Это главный злодей произведения, – сказал Ларри.

– Примерно так, – подтвердил Кощей, – их все любят, им все подражают! Почему бы и не взять на себя такую роль хотя бы в сказке. Сами ж понимаете, жить вечно – это бывает очень скучно.

– Вообще-то не понимаем, – ответили дети.

– Тогда, ничего не остается, как поверить мне на слово, – сказал он и широко улыбнулся.

Дети снова сделали шаг назад.

– Да я просто пытаюсь быть дружелюбным, – Кощей словно отчаялся, – вот и улыбаюсь. Не мог же я подумать, что вы так серьезно отнесетесь к нашему спектаклю!

– Нашему? – переспросил Ларри.

– Сказка про Кощея, да и прочих жителей этого прекрасного мира написана народом. А кто, как вы думаете, помогал народу? Верно! Мы все и помогали, дорисовывали мелочи, дописывали нюансы, и вуаля!

– Что-что? – захлопала глазами Туоми.

– Ох! – воскликнул Кощей. – Мир не стоит на месте, сколько нового приобретено, а сколько старого забыто. Вуаля – это, допустим, «смотрите-ка». Смотрите-ка, какие сказки получились после нашей совместной работы.

Кощей засмущался, что Туоми с Ларри заставили почувствовать его совсем возрастным джентльменом, и поспешил сменить тему:

– А проедемте на ту сторону, чего тут топтаться-то! – он поправил воображаемый галстук и указал рукой на лодку, что стоит на воде рядом с ним. – У нас и транспорт есть.

Странное дело, как только Бессмертный убрал излишнюю дружелюбность и стал самим собой, дети тотчас же прекратили тревожиться. Туоми с Ларри принялись «про себя» рассуждать, что, если бы Кощей и хотел причинить вред, то давно бы уже причинил. Если он стоит на воде и не проваливается под нее, значит, есть какой-то фокус, а может, это вообще просто сон, в котором Ларри снится Туоми или Туоми снится Ларри. А может быть и так, что они снятся друг другу одновременно. Дальнейшие их размышления перебил Кощей:

– Кхм-кхм! – нарочно громко покашлял он. – Куда лучше отвечать на вопросы, не стоя в воде, а по пути в замок.

– В за-амок!? – удивились дети, словно забыли, где живет антагонист.

– Неужели мне теперь в замке не жить, раз он у меня все равно есть? – удивился Бессмертный.

– Извините, – сказала девочка, – мы просто запутались.

– Э-это бывает! – с задором подбодрил Туоми Кощей. – Вам еще столько предстоит узнать про вами же выдуманные миры, персонажей, события и прочее.

Кощей призадумался и с какой-то надеждой в глазах добавил:

– Надеюсь, я тоже с вами повеселюсь.

Кощей протянул руку Туоми, чтобы помочь забраться в лодку, и та машинально приняла помощь. Потом «ойкнула», ведь ей помог сам Кощей, но тот никак на реакцию девочки не отреагировал.

Ларри тоже принял помощь, ведь лодка находится на воде, а причала у дома не предусмотрено. Мальчик обратил внимание на перчатку, когда принимал руку помощи, Кощей это заметил и горделиво произнес:

– Мой дизайн, сам проектировал!

Кожаные перчатки, если присмотреться ближе, как и брюки с цилиндром, имеют золотистый узор. Подобный узор можно увидеть на старых обоях. Оказывается, золотистые узоры есть на всех элементах одежды, только их не сразу можно разглядеть на коричневом фоне пиджака и сапогах.

– Откуда вы знали, что следует брать лодку? – спросила Туоми.

– Несложно догадаться, – ответил Кощей, – когда видишь посередине маленького озера огромный дом.

– Получается, дома раньше здесь не было? – удивился Ларри.

– Я удивляюсь, чего тут удивительного, – удивленно ответил Бессмертный. – зачем бы я проектировал полуразвалившийся дом, когда у меня есть замок, да еще и в том месте, где я не жду гостей. Совсем не жду! Или жду. Знаете, может и жду. От скуки какими глупостями только ни начнешь заниматься.

– То есть, вы нас ждали? – переспросила Туоми.

– Именно вас – нет. Никого определенного не ждал. Просто бывают моменты в бесконечности жизни, когда надоедает общаться с теми, с кем регулярно видишься, и хочется поговорить с кем-то еще. Разве у вас так не бывает?

– Бывает, – ответил Ларри, – правда бывает наоборот. Наш общий друг переехал в другой город, а мы с ним так и не успели вдоволь наобщаться.

– Хмм, – словно с сожалением о нашем друге произнес Кощей, – раз вы умеете дружить, то, может, мы и подружимся.

***

Несмотря на то, что озеро совсем небольшое, наши герои не проплыли и половину пути. Лодка плывет сама, Кощей даже не удосужился заставить ее грести веслами, чтобы хоть как-то имитировать реальность. Сам же Кощей продолжает общение и прогуливается по воде, словно по променаду. Иногда отвлекается, смотрит по сторонам, прислушивается к пению птиц, потом отвечает детям на их вопросы.

– Скажите, а «Бессмертный» – это ваша фамилия? – внезапно поинтересовалась Туоми.

– Разве не достаточно, что я бессмертен? Никаких фамилий в моем роду не было, так как я единственный в своем роде.

– Извините, – не унимается Туоми, – а вы бессмертны, пока иглу не поломать, что в яйце находится?

Ларри тсыкнул на сестру:

– Тсс! Мы тут гости, некрасиво задавать подобные вопросы.

– Ничего страшного, – улыбнулся Кощей, – пусть задает. Я уже соскучился по глупостям. На счет иглы – это я лично идейку подкинул. Ведь, если никакого способа избавиться от меня не будет, когда тогда сказку заканчивать? Ни одна история не должна длиться бесконечно, иначе она растеряет свою значимость.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.