Nina Nika
Семь дорог к счастью

Часть первая: Побег

Моросило. Дождь редкими каплями стучал в окно, как будто жаловался и просил о помощи. Лия стояла у окна и смотрела в эту предрассветную серую, промозглую даль. Ей не спалось. На душе было скверно и тоскливо. Все было не так, как хотелось и мечталось. Это была последняя ночь Лии в этом доме. Дом был продан. Вещи собраны и упакованы. Сегодня утром она переедет в свою новую однокомнатную квартиру. Чтобы ее купить, Лия вложила доставшуюся ей часть стоимости дома, полученную от продажи, и ипотечный кредит. Ей не хотелось уезжать из этого дома, но после смерти бабушки, с которой Лия жила, родственники решили иначе – деньги нужны всем и сейчас. Вторую неделю не звонит и не отвечает на звонки Глеб. Может быть с ним что-то случилось? И эта постоянная серость. Ясно в году бывает от силы дней тридцать, а остальные дни – пасмурные или дождливые. Что за погода?

– Почему я такая несчастливая? Ничего не складывается так, как хотелось и мечталось. Может быть я мечты не те выбирала? Или родилась под несчастливой звездой? А если счастье распределяется Богом, то какое оно мое счастье? Какая доля этого пирога мне приготовлена? Наверное, самая маленькая, что даже и не заметишь. Возможно мое счастье – это мое настоящее. У кого-то жизнь и похуже, чем у меня. Радуйся тому, что досталось! – с грустью размышляла Лия. Она подошла к зеркалу и посмотрела себе в глаза.

– Хватит себя жалеть! – медленно и со злостью сказала сама себе Лия. – У меня все будет хорошо!

Машина должна приехать часов в восемь утра, и у Лии было еще время проститься с домом. Но она не успела сделать и шага, как раздался негромкий стук в окно. Стук был настолько неожиданным, что напугал ее. За окном, мокрый и испуганный, стоял Дэн и жестом просил впустить его в дом. Гость был странный и совсем нежданный. Лия и Дэн не были друзьями, у них никогда не было каких-либо романтических отношений. Они были просто знакомы. И знакомы они были по причине того, что их бабушки были давними подругами. Дэн частенько приезжал к ним за своей бабушкой, когда она засиживалась в гостях, и даже несколько раз оставался на чай. Полное имя у него – Денис, но еще в школе он попросил всех называть его Дэном. Имя прилипло. Дэн, по словам своей бабушки, был очень умным мальчиком.

– Имеет высшее образование, работает где-то по компьютерам и зарабатывает неплохие деньги. Вот только не везет парню с девчатами – все какие- то чудные и непутевые попадаются, – любила похвастаться его бабушка Надя.

Лия знала, как «не везет» Дэну с девчатами. Сколько у них из-за него слез пролито. Дэн был красив, умен и интересен. Девчонки в него влюблялись «с пол-оборота» и навсегда, он же – мимоходом и ненадолго. И вот сейчас этот умненький мальчик, без привычной самоуверенности и лоска, стоял в дверях весь мокрый и взволнованный.

– Лия, извини, что я так … без предупреждения и не вовремя. Можно я у тебя немного поживу? Понимаешь, мне на некоторое время нужно спрятаться. Здесь меня искать не станут, – Дэн замолчал.

По всему было видно, что ему, действительно, нужна помощь.

– Ты не бойся, я тебя не стесню. Деньги у меня есть. Я тебе все оплачу.

– Дэн, это невозможно. Я не знаю, что у тебя там случилось, но помочь я тебе не смогу.

– Лия, мне очень нужно. Я не могу тебе сейчас все объяснить, но помоги мне, пожалуйста.

Просьба была как мольба. Лия качала головой и пятилась назад, пытаясь найти какую-нибудь опору – хоть стул.

– Сколько ты хочешь получить денег? Я согласен на все. Помоги мне, – Дэн с надеждой смотрел ей в глаза.

– Причем здесь деньги? Этот дом продан. Сейчас за мной приедет машина, я гружу вещи и уезжаю. Ключи от дома отдаю новому хозяину. Завтра здесь будут жить другие люди. Ты понимаешь?

В этот момент Лия услышала звук подъезжавшей машины.

– Вот и машина уже приехала. Слышишь?

Лия хотела подойти к окну и посмотреть, действительно ли машина приехала к ней, но Дэн остановил ее.

– Подожди, – тихо сказал он.

Дэн подошел к окну и осторожно отодвинул край шторы. Он увидел машину и узнал ее.

– Это не твоя машина, Лия. Нам надо бежать сейчас же и быстро.

– Бежать? Куда? Зачем? Ты беги, а я никуда не побегу. Почему я должна куда-то бежать?

Но Дэн успел крепко схватить ее за руку.

– Лия, бежим! Это очень опасно. Бежим немедленно! Я виноват перед тобой, Лия. Очень виноват. Бежим, я все объясню, – и он сильно дернул ее за собой к двери.

Вырваться было невозможно. Лия бежала с Дэном скорее по инерции, чем по согласию. Они выбежали из дома во внутренний дворик и бросились к сараям и бане, перелезли через невысокий забор и очутились на узких улочках, так называемого, частного сектора.

– Надо бежать там, где машине будет трудно проехать, и затеряться где-нибудь в хозяйственных постройках, – сказал Дэн на бегу.

Дэн тянул Лию за собой. Она бежала за ним испуганная, ничего толком не понимая. Дэну казалось, что они все-таки сумели затеряться в этих узких переулках, но при очередном повороте их вдруг ослепили автомобильные фары. Дэн отскочил назад и потянул Лию за собой. Они перескочили через невысокую изгородь чужого дома, пересекли участок и перелезли через изгородь, с другой стороны. Лия попыталась вытащить свою руку, но Дэн держал ее крепко.

– Пожалуйста, поверь мне, – сказал Дэн прерывистым шепотом.

Они очутились на открытом дворе старого нежилого двухэтажного дома. Место было куплено под строительство, а этот старый дом, со всеми полуразвалившимися хозяйственными постройками, еще дожидался своей участи. Дэн потащил ее к заброшенным сараям.

– Там можно скрыться, закопавшись в какой-нибудь хлам.

Но они не успели. Фары сверкнули совсем рядом, и темная, зловещая машина ехала прямо на них.

– Лия, прости! Это конец! Господи, но почему так!?

Это был крик безысходности. Он прижал Лию к себе. Машина быстро приближалась. Намерения ее были ясны и ужасны. Лия от страха зажмурилась, пытаясь оттолкнуть Дэна от себя, и слегка щекой коснулась шершавой доски ветхого сарая. И тут она почувствовала толчок в спину, потом легкую судорогу по всему телу. Голова ее закружилась. И наступила тишина.

– Меня что, убили? Я что, уже умерла? – лихорадочно подумала Лия и открыла глаза.

Часть вторая: Иной мир

Глава первая

Лия и Дэн стояли на аккуратно постриженном газоне либо парка, либо лесопарковой зоны. Вокруг них, во все четыре стороны, простиралась ухоженная равнина, на которой в полном беспорядке, без всякой системы росли деревья и кустарники. Деревья были ухоженные и очень знакомые: березы, клены, дубы, ивы, ели, сосны и другие. Между деревьями виднелись островки нестриженой травы с полевыми цветами, опять же очень знакомыми. Лия смотрела так, как будто впервые увидела удивительную красоту природы. Все кругом было чисто, ухожено, но при этом, как будто выросло случайно. Удивительным было и другое – в таком же хаотичном, на первый взгляд, беспорядке, стояли невысокие красивые домики. Они стояли так, как будто бы выросли сами, как грибы в лесу, не нарушая гармонии окружающей природы.

– Где мы? Нас убили? Мы в раю? – Лия смотрела на Дэна, но тот совсем потерял дар речи.

– А! Я, наверное, сплю! Ну, конечно, это же сон!

Лия посмотрела на небо. Было раннее утро. Солнце еще только выплывало из-за горизонта. Звезд уже не было видно, а остроносая луна еще светилась. Дэн тоже посмотрел на луну и восходящее солнце.

– Мы на Земле, однозначно на Земле! Но где, в каком месте? И как мы могли здесь очутиться? – Дэн спросил почти шепотом.

– А мы спим. Это сон. Из страшной стадии он перешел в стадию спасения, – Лия сказала это легко и даже радостно.

– И кто кому сниться? Ты мне, или я тебе?

Лия прервала возражения Дэна.

– Как ты думаешь – эти домики жилые? В них кто-нибудь живет? Смотри, здесь совсем нет дорог. Такое ощущение, что здесь вообще никто не ходит и не бегает. Может быть, зайдем и посмотрим? А? Что ты молчишь? – Лия посмотрела на Дэна и сразу увидела, почему он замолчал. К ним приближался удивительный объект.

– НЛО какое- то! – опять почему-то шепотом сказал Дэн.

Аппарат был похож на небольшую летающую тарелку. Двигался он бесшумно и достаточно быстро, паря невысоко над землей. То, что у него не было колес, видно было однозначно. Аппарат подлетел к Лии и Дэну и остановился. Но на землю он не опустился, а так и остался висеть в воздухе невысоко над землей. Одна из стенок аппарата открылась, и из него вышел обыкновенный человек – мужчина лет сорока, среднего роста, стройный, подтянутый, с приятными чертами лица. Одет он был в простой светлый, как показалось Лии, льняной костюм и светлые туфли. В глазах мужчины читалось удивление и беспокойство. Он что-то спросил у них на непонятном языке. Речь была приятная и плавная.

– Дэн, ты какие языки знаешь?

– Ну, так, английский немного.

– Вот и я знаю немного, – сказала Лия с горечью.

Они попытались что-то сказать на английском языке, но поняли, что мужчина их совершенно не понимает, а беспокойство в его глазах растет. Он еще что-то спросил, потом подумал и жестом пригласил их в свой летательный аппарат. Лия с Дэном недоуменно переглянулись. Что было делать дальше, они не знали, поэтому не стали сопротивляться и вошли в аппарат. Внутри было просторно. Весь периметр «бочки» был прозрачный. По кругу стояло четыре кресла, а впереди кресло пилота. Все управление аппарата состояло из четырех кнопок и небольшого табло. Руль, педали и рычаги внутри аппарата отсутствовали. Мужчина сел впереди, жестом предложил Лии и Дэну свободные кресла. Двери закрылись, и «бочка» мягко, без каких–либо перегрузок, толчков и покачиваний, немного поднялась в воздухе и заскользила по траве. Они летели достаточно быстро, но вся панорама окружающего мира у них была перед глазами. Солнце уже взошло и заливало все своим теплом и светом. Лия любила солнце. В солнечные дни мир ей казался праздничным, хотелось жить и творить. Мир, который они видели из летательного аппарата, был прекрасен. Домики, которые встречались им на пути, были аккуратно вписанными в ландшафт. Они были необычно нежных и спокойных цветов. Лия и не предполагала, что у голубого, зеленого, лилового, желтого могут быть столько тонов и оттенков. Все, что они видели перед собой, было спокойным, размеренным и не излучало никакой враждебности и угрозы. Лия подумала, что так жить могут только очень красивые и счастливые люди. Аппарат остановился на крыше дома, бирюзового оттенка. Двери открылись, мужчина вышел и жестом пригласил Лию и Дэна следовать за ним. Они начали спускаться с крыши – сначала по слегка наклонной плоскости, а потом по лестнице. Лестница была чудом. Ступеньки лестницы «выскакивали» из стены, как только они поднимали ногу для дальнейшего шага, и исчезали в стене, как только они переходили на следующую ступень. Ступени были устойчивые, широкие и удобные.

– Вау! Ступеньки, наверное, на фотоэлементах работают! – восхищенно сказал Дэн. – Здорово! Дома лестница никому не мешает и не занимает места.

Они спустились в совершенно пустую, просторную комнату. Лия и Дэн огляделись. По всему периметру, приблизительно, ¼ часть стен от потолка была сделана либо из зеркал, либо из каких-то кристаллов. При этом «зеркало» не было монолитным. Оно было соткано их небольших пластин, которые были расположены в разных плоскостях и под разными углами друг к другу. В комнате было очень светло и солнечно. Солнце светило со всех четырех сторон, но при этом не очень навязчиво.

– С ума сойти! Здесь так ловят солнце для освещения помещений. Это мне мой инженерный нюх подсказывает, – воскликнул Дэн, – Лия, смотри, как светло и красиво!

Дэн, кажется, забыл о неопределенности своего положения, о мужчине, который пригласил их сюда, и бесцеремонно разглядывал пустую комнату. Лия оглянулась на мужчину. Он смотрел на них внимательно, но Лии показалось, что смотрел он немного насмешливо.

– Лия, а почему здесь пусто? Где-то же они сидят, едят, спят, наконец?

Но Лия ничего не успела предположить, когда увидела, что мужчина что-то нажал на небольшом табло на стене. И в то же мгновение, одна стена комнаты приподнялась, обнажив, расставленные вертикально на стеллажах, предметы мебели, какие-то приборы, механизмы, предметы интерьера и какого-то инвентаря. Лия не успела всего рассмотреть, а в комнату уже были выгружены диван, кресла, столик, большой стол, какие-то аппараты и приборы. И менее чем за минуту, комната превратилась в уютную гостиную. Стена комнаты опустилась. Дэн стоял посреди комнаты буквально с раскрытым ртом.

– Офигеть! Я там даже спортивный инвентарь успел разглядеть. Это получается, что в этой комнате можно сделать все: хочу спальню, хочу тренажерный зал!? И причем за минуту!? Классно придумали! – от восторга и удивления они даже не заметили, как в комнате появилась женщина.

Лия услышала женский голос и оглянулась. Мужчина и женщина смотрели на них и о чем-то переговаривали. Но удивил Лию небольшой робот (так она его сразу определила). Он стоял недалеко от Дэна и смотрел на него одним, как будто бы живым глазом. Внутри него что-то тихонько щелкало.

– Дэн, здесь робот, и мне кажется, он за нами наблюдает.

Дэн тоже посмотрел на робота, улыбнулся и подмигнул ему.

– Привет, работяга. Расскажешь нам, что здесь и почем? А?

– Дэн, не ерничай! Пойдем лучше сядем. Нас сесть приглашают.

И действительно, женщина показывала им рукой на кресло. Она была немного моложе мужчины, ухоженная, с темными, коротко остриженными, волосами. Одета она была в элегантный брючный костюм. Нельзя сказать, что она была красива, но светилась таким обаянием, что казалась красавицей. Лия и Дэн сели в кресла. Лия почувствовала, что кресло деформируется под нее, то есть становится таким, что сидеть в нем ей стало удобнее. На подлокотнике кресла было встроено табло, на котором забегали какие-то символы и знаки. Через мгновение они замерли, сложив какую-то информацию.

– Наверное, давление и анализы определяют, – сказал Дэн всезнающе.

Робот подъехал к Лии и Дэну и продолжал внимательно изучать их единственным глазом.

– Дэн, мы где? Я ничего не понимаю. Что ты молчишь? Объясни мне, куда мы попали??

– Я думаю, либо мы каким-то образом попали в будущее, либо в параллельный мир!

– Да перестань ты! Какое будущее !? Какой параллельный мир!? Ты что прикалываешься?

– Лия, ты же знаешь, что я технарь и немного знаком с квантовой физикой.

Увидев скептическую улыбку Лии, Дэн уточнил:

– Ну, хорошо. Пусть не совсем знаком. Но мы проходили в институте. Я в ней, правда, ничего не понял, но помню точно, что физики не отрицают наличие параллельных миров. Квантовая механика, кстати, это доказывает. Вот ты мне не веришь? Усмехаешься!? А зря! Короче, один и тот же электрон может одновременно находится во множестве точек пространства. А мы, между прочим, все состоим из электронов. Понятно?

– Дэн, ты это серьезно? Я, конечно, квантовую физику не изучала, и ты, чтобы заморочить мне голову, можешь наболтать что угодно, – Лия еще хотела сказать Дэну, что с сегодняшнего дня его стало слишком много в ее жизни, но не успела.

Громким металлическим голосом на чистом русском языке робот спросил:

– Кто вы? Откуда вы прибыли?

От удивления Лия даже подпрыгнула в кресле.

– Я – Лия, – сказала она, запинаясь.

– Я – Дэн. Мы из России. Рашен, – добавил он для большей понятности.

Они ответили роботу машинально. И лишь потом заметили, что робот, в данном случае, выступает в качестве переводчика. Он перевел их ответ мужчине и женщине. Они удивились и спросили еще. Робот перевел:

– Россия – планета, из какой Галактики, и какой звездной системы?

Теперь удивленно переглянулись Лия и Дэн.

– Галактика Млечный путь, Солнечная система, Земля – третья планета от Солнца, а Россия – страна на Земле, – выпалила Лия на одном дыхании, слегка усмехаясь. Она думала, что это шутка.

Мужчина и женщина опять недоуменно переглянулись. Потом мужчина подошел к табло на стене, нажал какие-то кнопки, и противоположная стена стала экраном. Мужчина взял в руки пульт (да, да, именно предмет, очень похожий на наш пульт от телевизора) и стал, так же как и мы в телевизоре, выбирать программы. Кадры мелькали быстро, так что Лия ничего не разобрала. Наконец кадр остановился, и Лия увидела Вселенную, такую, какую она видела каждый день на вставке своего компьютера.

– Покажите вашу галактику, – сказал робот.

– Это что, шутка? Я вообще-то не представляю, как наша галактика выглядит в космосе. Я космосом никогда не увлекался. Лия, ты знаешь? – спросил Дэн сконфуженно.

– Эх, ты, технарь! Я, в отличие от тебя, знаю, – Лия любила документальные фильмы про космос. Она смотрела их в интернете. Космос ее завораживал. Лия подошла к экрану и нашла на ней свою родную спиральную с двумя рукавами галактику.

– Вот она – галактика Млечный путь, – сказала Лия, указывая место на карте Вселенной.

Мужчина и женщина опять недоуменно переглянулись.

– Покажите вашу звезду, – попросил робот.

Это было сложнее. Лия знала, что Солнце находиться где-то ближе к краю галактики, в так называемой «зеленой миле». Но как в этом море звезд найти именно Солнце – не знала.

– Покажите мне вашу звездную систему, – попросила Лия мужчину. Она была уверена, что они находятся на Земле.

Мужчина подошел к экрану, в галактике Млечный путь в «зеленой миле» увеличил размер, развернул их родную солнечную систему и, указав на Землю, что- то сказал. А робот перевел:

– Галактика Белый парус, звезда Амона, планета Лэмтурия.

– Так вот же – это наша родная Земля. Какая Лэмтурия? На ней есть страна Россия. Она находиться вот здесь. Мы оттуда. Москва! – вскрикнула Лия, показав на развернутом экране северо-восток Европы.

Мужчина и женщина удивленно переглянулись.

– А где живете вы? Где мы сейчас находимся? Покажите, – попросила Лия с последней надеждой.

И какое же было ее удивление, когда мужчина указал на экране то же самое место. Все четверо недоуменно переглянулись. После затянувшегося молчания Дэн спросил:

– А какой у вас сейчас год? Время? – глаза его светились надеждой, что сейчас все встанет на свои места.

– Вам абсолютное время или относительное? – произнес робот.

– Ну, вопросы! Час от часу не легче. Давайте оба. Там разберемся, – немного подумав, сказал Дэн, ерзая на кресле и почесывая голову.

– Абсолютное время – четыре миллиарда пятьсот восемь миллионов семьсот сорок пять тысяч двести восемьдесят третий год. А относительно чего вы хотите узнать второе время? Если относительно возникновения человечества, то двести двадцать семь тысяч триста семьдесят первый год, – провещал робот.

Дэн встал с кресла, расправил плечи, как боксер перед борьбой, и спросил:

– Это точно? Случайно, одним годиком не ошиблись? Лия, а у нас какое относительное время. Боже, всего 2021 год. Каменный век.

– Дэн, перестань! Это от рождества Христова. А до этого, знаешь, сколько веков было, наверное, столько же.

Лии стало грустно и стыдно от того, что она ничего не знала про свою родную Землю, даже дату появления на ней человечества, хотя бы приблизительную. Попытки разобраться во времени не дали никаких результатов. На Земле для цивилизации и сто лет достаточно, чтобы изменить все до неузнаваемости, а про тысячи лет и говорить нечего.

– Вы, меня извините, а как вас зовут? Мы вам представились, а вы нам нет, – Лия спросила грустно, скорее для того, чтобы заполнить возникшую пустоту.

Женщина показала на себя рукой, поклонилась и назвалась обыкновенным земным именем:

– Меня зовут – Майя.

Мужчина поклонился и представился тоже знакомым именем:

– Ники, но можно Ник.

– Извините, Майя, а у вас здесь есть туалетная комната? – Лия спросила скорее от любопытства.

Майя кивнула и пошла в правую сторону комнаты. Лия пошла за ней.

Они дошли почти до угла. Майя остановилась, стена разъехалась и пред Лией открылась обыкновенная, почти земная, туалетная комната. Ну, правильно, что вообще иного можно придумать. Хотя иное отличие точно было – вода в раковине текла постоянно, и при этом раковина была белоснежно чистой.

– Здесь точно нет счетчиков, – подумала Лия с усмешкой.

Майя повернулась и ушла. Двери за ней закрылись. Лия огляделась. Комната была просторная, светлая, с такими же световыми зеркалами под потолком.

Раковина была глубокая и широкая. Лия подставила руки под воду. Вода была мягкой и прохладной. Никаких кнопок и рычагов управления Лия не увидела. Она вымыла руки, умылась и хотела уже поискать глазами полотенце, когда почувствовала дуновение теплого «сухого» воздуха, исходившего из периметра раковины. Воздух был именно «сухой», потому что он не сдувал влагу с рук, а как бы впитывал ее в себя.

– Здорово! Должна быть здесь где-то и вытяжка, – подумала Лия, подняла голову и осмотрелась, но не увидела ничего такого, что напомнило бы ей привычную вытяжку.

Когда Лия вернулась в комнату, она увидела то, что ее удивило и рассмешило. Дэн горячо и взволнованно что-то доказывал роботу. Майя сидела в кресле и хохотала. А Ники что-то взволновано говорил.

Лия тоже рассмеялась:

– Дэн, перестань разговаривать с роботом, он – переводчик!

– Да, погоди ты, – Дэн повернулся к Лии, – ты понимаешь, он утверждает, что дороги им не нужны вообще, причем никакие, – и Дэн показал рукой на робота.

– Дэн, успокойся. Это тебе сказал не робот, а Ник. Посмотри, он готов лопнуть от злости на тебя, – последний действительно был немного обескуражен.

– Хотя, нас сегодня прокатили на каком-то летательном аппарате. Интересно, а автомобилями они совсем не пользуются? А? – Дэн рассуждал сам с собой и, в конце концов, вопрос задал опять Лии. Лия молчала.

– Кстати, а на чем летают эти ваши машины, на каком топливе? – спросил Дэн уже Ники.

– В смысле? Вы хотите знать – какую энергию используют наши машины? – спросил Ник и продолжил, – энергии для полетов нам нужно совсем немного. Для этого мы используем энергию нашей родной звезды – Ник сказал это с гордостью и небольшой насмешкой.

Дэн усмехнулся:

– Нашел чем удивить! У нас тоже есть автомобили, работающие на солнечных батарейках. Ну, и что?

– Молчи, Дэн. Молчи и слушай! – сказала Лия и засмеялась вместе с Майей. Дэн и Ник сейчас были похожи на двух петухов, из каждого хвальба так и лилась.

– Ну, почему? Почему я должен молчать? Наш двигатель внутреннего сгорания, вещь, между прочим, не слабая. Там, знаешь, сколько всего наворочено, и какие мозги туда вложены! – сказал Дэн убежденно.

– Вот именно, наворочено. А ты послушай, как же они летают. А аппарат-то с виду простой, – попросила насмешливо Лия.

– Ну, хорошо. Я весь во внимании, – успокоился Дэн и сел в кресло.

– Наши машины летают, используя магнитное поле планеты. Наша планета имеет два магнитных полюса. Один – с отрицательным зарядом, а другой – с положительным. И соответственно вся планета окутана магнитными волнами. Вот их мы и используем для передвижения. Я не могу вам объяснить, как это устроено технически, так как я это не изобретал, это открыли еще до моего рождения. Нашим машинам совершенно не нужны никакие дороги, – Ник удовлетворенно замолчал.

Молчали и Дэн с Лией.

– Выходит, вы изобрели антигравитацию?! – воскликнул Дэн.

– Нет, нет! Антигравитацию мы еще, к сожалению, не открыли. Но многие занимаются над этим и ломают головы. Это не антигравитация. Наши машины летают невысоко над землей, могут развивать приличную скорость, и это очень удобно для перемещения по планете. А вот для космических полетов этот способ не годиться. Поэтому космос для нас – недосягаемая мечта, – добавил Ник, с нескрываемой грустью.

– Как? Вы еще не летали в космос? Вот мы вас, где сделали! – радость Дэна была по-детски неподдельной. Он даже пустился в пляс, изображая, что-то наподобие «Яблочко».

– Ха! Они, видите ли, начали магнитные потоки использовать еще в прошлом веке. А мы, между прочим, в космос тоже в прошлом веке полетели. На нашем двигателе внутреннего сгорания. Ха-ха! А сейчас, практически, там живем! – Дэна так и распирало от гордости за родную Землю.

Он так продолжал бы еще хвалиться и плясать, если бы его не остановил сигнал, очень похожий на телефонный звонок. Звонок был неожиданным и исходил из предмета внешне очень похожего на наш мобильный телефон. Ник, приложив трубку к уху, о чем-то переговорил, и с улыбкой пригласил всех подняться на стартовую площадку.

– Нас куда-то приглашают? Дэн, веди себя прилично, не прыгай и не пляши. Обрадовался, что люди в космосе не были. Зато, у них земля как райский сад. А у нас вся земля дорогами, как бинтами перевязана. Всю исполосовали. Да и аварии постоянно. Сколько людей погибло! А здесь, наверное, и аварий нет. А уж про пробки на дорогах и говорить нечего, – Лия могла еще и дальше возражать, но они уже вышли на крышу и снова сели в этот чудо аппарат. На этот раз аппарат взлетел выше (чуть выше деревьев) и полетел с приличной скоростью, так что Лии было трудно рассмотреть что-либо внизу.

– А это мы сейчас узнаем! Скажите, Майя, а аварии у вас бывают? Ну, две машины могут столкнуться в небе? – уточнил Дэн, видя недоуменное лицо Майи.

– Не переживайте, мы не можем столкнуться в небе, даже если бы этого захотели, – сказал Ник. – Каждую машину защищает его индивидуальное поле. Индивидуальное поле – это опознавательный знак машины. Мы можем пролететь очень близко, но никогда не заденем друг друга. Раньше, когда индивидуального поля не было, аварии случались и довольно часто. Если вы меня спросите, что такое индивидуальное поле, то я вам не отвечу, потому что сам не знаю. Мне понять это было очень сложно, я и не стал стараться. Но я успешно пользуюсь этим изобретением.

Все замолчали. Лия пыталась определить, куда они летят. Солнце находилось слева. Было позднее утро. Соответственно двигались они на юг или на юго-запад?

– Да какая разница, куда мы летим. Все равно здесь все чужое и незнакомое, – подумала Лия и с высоты птичьего полета стала рассматривать мир, где она очутилась. Летели долго. Она видела красивые домики, парки, какие-то необычные сооружения, леса, степь и даже широкую полноводную реку. Все было очень красивое и ухоженное.

Глава вторая

Наконец они остановились. Перед взором предстало очень красивое здание. Оно было высокое и занимало большую площадь. По внешнему виду чем-то напоминало римский пантеон. За зданием высились горы. По одной из них струилась горная река, вливаясь в небольшое озеро, расположенное левее здания. Вода в озере была хрустально чистой, Лия даже рассмотрела подводные камни, расположенные на дне озера. Кругом росли цветы и деревья в том же «художественном» беспорядке, какой они увидели в первый момент прибытия на Лэмтурию. Лия пыталась понять, что красивее: земная «искусственная» красота с аллеями, парками и клумбами, которыми она всегда любовалась, или эта ухоженная «естественная» красота, которая была такой уютной и спокойной.

– Нас что, привезли на допрос? Какая жаль, что я без галстука, – Дэн сказал это с усмешкой, потом, подумал немного, серьезно добавил, – придется нам с тобой сейчас отвечать на вопросы от имени земного человечества. Как ты думаешь, почему нас так судьба выбрала? А? Я вроде бы ничем не прославился, а разговор сейчас здесь будет серьезный. Ты почему молчишь?

Лия молчала, потому что не чувствовала ровным счетом ничего, кроме удивления, но вопрос Дэна заставил ее задуматься.

– Кстати, на счет судьбы! Ты мне так и не объяснил: зачем ты пришел ко мне сегодня утром, и почему я должна была бежать с тобой? А ответов от имени человечества, я не боюсь, что знаю, то и расскажу. Я никакой подписки не давала, и страшных тайн никаких не знаю.

Они вошли внутрь здания. Это был просторный зал для заседаний или конференций. Впереди стоял стол с несколькими креслами, а от него полукругом в десятки рядов расставлены кресла. Ряды, как и у нас в театрах, имели разную высоту. Все было очень знакомо, хотя что-то неуловимое, чужое здесь все-таки было. В полупустом зале сидели человек двадцать, ничем не отличаемых от землян, даже с такими же расовыми признаками. Они разговаривали между собой, кто-то смеялся, кто-то спорил. Но как только они заметили Дэна и Лию, замолчали и с любопытством оглядели их. Ник рукой показал Дэну на кресла впереди, проводил и усадил их перед всеми. Зал замер. Люди рассматривали их с ног до головы в немом молчании. Дэн сидел красиво и уверенно, слегка небрежно, но не вульгарно, как президент «на вопросах и ответах». И если бы Лия не видела, как у него слегка подрагивают руки, она бы точно уверовала в его «широкую спину», за которой можно было бы спрятаться. Лия, в отличие от Дэна, была сконфужена столь пристальным вниманием и не знала, как сесть и куда смотреть. Рядом с ними разместился робот, моргая единственным глазом. Майя сидела в первом ряду. Она улыбалась Лии, стараясь ее подбодрить. Наконец зал взорвался, и на Лию и Дэна посыпался шквал вопросов, которые робот едва успевал переводить. Помимо вопросов: кто они и откуда, как сюда попали, были и вопросы по истории, географии, биологии, химии, физики, астрономии и другим наукам. У Лии и Дэна все перемешалось в голове. К своему стыду, Лия не могла точно ответить на некоторые совсем простые «школьные» вопросы.

Господи, сейчас бы школьные учебники сюда и все вспомнить. Дэн тоже отвечал не всегда определенно, но все-таки вдвоем они кое-как «отбивались», дополняя ответы друг друга. Вскоре зал понял, что на научные вопросы вряд ли можно получить точный ответ, поэтому вопросы стали касаться больше общественному устройству жизни на Земле. И вот эти вопросы показались Лии и Дэну странными.

– Как у вас оценивается творческий потенциал отдельного человека?

– Как далеко шагнула ваша медицина по раннему тестированию творческих способностей ребенка?

– Имеет ли разница в определении статуса отдельной личности производителя материальных благ и исполнителя различных услуг?

– Ваши дети получают семейное или общественное воспитание?

– В резервациях люди имеют достойное существование или ущемленное?

Вопросы задавались с разных сторон, но Лия и Дэн только пожимали плечами и недоуменно переглядывались. А последний вопрос, с таким понятным словом «резервация», вообще напугал их. Зал замолчал. Пауза затянулась. И в полной тишине робко прозвучало:

– Расскажите, а как вы там живете?

И опять наступила тишина.

Начал Дэн:

– Люди на Земле живут в городах, селениях, объединенных в страны (государства) по территориальному и исторически сложившемуся принципу. Каждая страна (государство) имеет свое правительство, свои законы, свою социальную структуру, свою армию и другие силовые структуры, необходимые для ее управления. Таких стран на Земле много. Есть страны большие, а есть маленькие, и в каждой из них говорят на своем языке.

Зал загудел, и Дэну пришлось замолчать. Лия увидела, что люди больше не слушали Дэна, а что-то оживленно обсуждали. Наконец прозвучал удивленный вопрос:

– Минуточку! Остановимся на понятиях, а то мы не поймем друг друга, – сказал статный седоволосый мужчина. – Правительство – это, наверное, верховный орган управления. А что такое силовые структуры и армия?

В зале наступила тишина и все внимательно посмотрели на Лию и Дэна.

Ответил Дэн:

– Силовые структуры – это правоохранительные и судебные органы, а армия – это вооруженные силы государства, необходимые для его защиты от внешних врагов.

– Мы не поняли. А от кого вы защищаетесь? На вас что нападают инопланетяне? Неужели они такие агрессивные? Вы нас напугали. Нам сказами, что вы уже летаете в космос. Если инопланетяне такие агрессивные, есть ли смысл туда стремиться?

Зал опять замер. Лия видела, как Дэн побледнел. Никогда Лии не было так противно, как сейчас:

– Нет. С инопланетянами мы еще не встречались. А защищаемся мы и нападаем друг на друга, имея ввиду – государства. При этом, нападающая сторона всегда поливает это варварство соусом «благородной» идеи, развращая свой собственный народ пищей святости и превосходства над другими людьми, внушая, что он самый лучший на Земле. Поэтому, почти каждая страна на Земле вынуждена иметь и содержать свою армию, хотя бы для защиты. На содержание армии тратятся огромные средства, которые могли бы тратиться на развитие медицины, науки, культуры, – Лия сказала это с такой горечью и отвращением, что тишина в зале стала мертвой, а Дэн побелел еще больше.

– А что вы делите? – в мертвой тишине вопрос прозвучал, как приговор.

Лия немного подумала и продолжила:

– Деньги и власть. Нет на Земле ничего более сладкого, чем огромное количество денег и неограниченная власть. А карманы власти и денег не имеют размера. По этой причине Земля знала много кровопролитных войн, унесших миллионы жизней. Поводы, правда, были разные. И каждый раз человечество думает, что это последняя война в их истории. Но военная машина продолжает работать и развиваться. Производство и продажа оружия – это очень прибыльный бизнес. А чтобы этот бизнес процветал, постоянно необходимы «горячие точки» военных конфликтов, где бы это оружие покупалось.

Зал снова замолчал. Люди, обдумывая сказанное, смотрели на Лию взволнованными лицами. Молчание затянулось.

– Добренько ты как-то о своей родной Земле оповестила, – с горькой усмешкой шепнул ей Дэн.

– Я сказала самую горькую правду. И сказать это, мне было тяжело, – так же тихо ответила ему Лия.

Люди смотрели на них в немом молчании. Лия заметила в третьем ряду мужчину, который пристально смотрел на нее. Взгляд его был настолько пронзительным, что Лии стало страшно.

– А остальные? Как живут остальные люди? Или у вас всем нравиться убивать друг друга, получая при этом какие-то деньги и удовольствие от вседозволенности?

Ответила Лия:

– Нет! В основном, на Земле живут нормальные люди. Они мечтают о спокойной и счастливой жизни. Но многое на Земле происходит не по их воле.

Это простые, милые люди, которые живут, мечтают, рожают и растят детей, умеют радоваться, дружить и любить, творить необыкновенные вещи: музыку, картины, одежду и еще много, много всего.

Зал молчал и с любопытством смотрел на Лию. Наконец, женщина с задних рядов спросила:

– Вы все время говорите про какие-то деньги. Это ваши баллы, ну, или степени талантливости и дарования? Что у вас обозначают словом «деньги»?

Сначала Лия подумала, что сходит с ума. И пока она лихорадочно соображала, как объяснить людям, что такое деньги, как услышала, что на этот вопрос уже отвечает Дэн.

– Деньги – это такой эквивалент товара, которые можно обменять на любой другой товар или услугу. По форме деньги – это просто бумажка, хотя бумажка не простая, а сделанная с высокой степенью защиты от подделок. Для удобства обращения они бывают разного значения – номинала. В настоящее время все больше используются, так называемые, виртуальные деньги – это когда деньги есть у тебя на счете, и ты можешь расплачиваться ими за товары с помощью платежной карты. На деньги в нашем мире можно купить все, кроме здоровья и счастья, – Дэн сказал это с легкой усмешкой и немного самодовольно.

Лия продолжила более прозаично:

– Деньгами у нас оценивается и оплачивается человеческий труд. Оценка и оплата человеческого труда происходит в зависимости от степени его полезности и сложности. Деньги дают ощущения материального благополучия. Если у тебя есть деньги, то ты богат и можешь приобретать любые вещи и услуги. Нет денег – ты беден, и нет возможности их приобрести. А наличие или отсутствие денег у человека не всегда показатель степени его талантливости и дарования.

В зале опять зашумели. Люди что-то взволновано обсуждали, спорили, оживленно жестикулируя и вскакивая с рядов. Наконец они успокоились, замолчали и снова пристально посмотрели на Лию и Дэна.

– Что считается благополучием в вашем мире? – робко спросила молодая красивая женщина.

Ответила опять Лия:

– Благополучие – это любовь, здоровье и здоровье близких людей, интересная и хорошо оплачиваемая работа. Но благополучие любого человека, богатого или бедного, очень хрупкое, как песочный домик. Если вдруг вы серьезно заболели, или, по какой-то причине, лишились хорошей работы, или вас предали близкие вам люди, то вы становитесь тенью этого общества, ваш песочный дом рухнул. Вот тогда ты познаешь, насколько жесток наш мир и как ты жалок в нем. Хорошо, если у тебя есть друзья или родственники, которые захотят тебе помочь, а если нет, то вылезать из этой ямы придется самому без всякой помощи. И часто из нее так и не вылезают. Люди живут в постоянном страхе перед бедой, поэтому строят храмы и церкви и уповают на Бога, что эту чашу он пронесет мимо них, молятся и просят его об этом. Я не говорю за все человечество, но в основном люди на Земле живут так, – Лия замолчала, молчал и зал.

– А что такое церкви и храмы, о которых вы только что сказали? И что означает слово «молиться»? – вопрос прозвучал до нелепости просто, но Лия увидела, как Дэн встрепенулся, глаза его загорелись, да что там глаза, он сам весь вспыхнул, вскочил с кресла и выкрикнул в зал:

– Очень интересный вопрос! А у вас здесь как: верят в божественное творение мира или предполагают, что человек и весь окружающий мир – это продукт эволюции? А? Что же вы молчите?

Дэн был похож сейчас на Гамлета с его вечным вопросом «быть или не быть», и Лии показалось, что сердце из груди у него вот-вот выпрыгнет. Но оно не выпрыгнуло, так как ответ был ошеломляюще прост:

– Я не совсем понял ваш вопрос. Видимо, Богом вы называете Всевышнего Творца. Творения его и эволюционный процесс – это стороны одной медали. Как можно верить в одно и отрицать другое, как вообще их можно оторвать друг от друга. То, что Всевышний Творец создал этот мир, мы верим абсолютно, но и то, что он заложил в каждый атом, в каждую частицу этого мира возможность изменяться, приспосабливаться ради самосохранения и совершенствования, мы тоже не сомневаемся.

Дэн сник, он ожидал другого ответа. Он страстно ждал ответа на вечный спор между идеализмом и материализмом. Ответ его обескуражил:

– Надо же, а мы все еще спорим о том, что вперед появилось на свет: яйцо или курица. Но почему тогда вас удивили слова: церковь и молиться? Лия расскажи им про церковь, ты больше знаешь и говоришь красивее.

– Церковь или храм у нас означает дом Бога. Зайти в церковь может любой: и бедный, и богатый. Единственное место на Земле, где все равны. Молитвы – это просьбы у Бога, покаяние и преклонение перед ним. А разве у вас этого нет? Как тогда вы «разговариваете» с Богом?

– А разве с Всевышним Творцом можно разговаривать и договариваться. Мы просто живем по его законам, соблюдаем его заповеди. А все остальное он решает сам, без наших просьб и пожеланий, – опять ответила дородная дама.

– А какие у вас заповеди Всевышнего? – спросила Лия с нескрываемым интересом.

Ответила Майя:

– Мы соблюдаем всего девять Заповедей Всевышнего. Они просты и понятны даже ребенку:

– Не убивай;

– Не желай никому смерти и вреда;

– Люби окружающий мир, как себя самого;

– Помни, что Всевышний Творец мира един, и все вершится по воле его;

– Не пытайся понять замысел Всевышнего, не трать время впустую, человеку не дано знать его;

– Не завидуй успеху другого, ищи в себе искру Творца, ибо она есть в каждом;

– Употребляй искру Творца только на благо для всех;

– Не лги, не клевещи и не произноси ложного и сомнительного свидетельства;

– Не обидь слабого, помоги нуждающемуся, уважай достойного.

Майя закончила перечисление заповедей и снова села на стул.

– Лия, а у нас, кажется, десять заповедей. Только я их не помню. Ты их знаешь?

– Да, у нас десять заповедей. И они, в сущности, почти такие же. У нас, правда, есть еще: не укради, не желай ни вола ближнего, ни жены его, ни раба его; не прелюбодействуй; работай шесть дней в неделю, а седьмой день посвяти богу. Но здесь такие заповеди, по-видимому, не актуальны, – Лия задумалась.

– А кто не соблюдает эти заповеди, как вы с ними поступаете? – настороженно спросила Лия.

– Он, безусловно, получает наказание, которое зависит от степени его вины и от заповеди, – ответил седоволосый мужчина.

– А вот с этого момента прошу поподробнее. Это очень интересно. Как вы определяете степень вины, и какие бывают наказания? – Дэн опять вскочил из-за стола и пытался более внимательно разглядеть отвечавшего.

– Если нарушается пятый, шестой и седьмой пункты заповедей, то это как правило означает, что человек либо не нашел или потерял себя в обществе, либо он просто лентяй и бездельник. Как правило, такие люди отправляются в резервацию, – ответила женщина с другого конца зала, так что Дэну пришлось отыскивать ее глазами, чтобы задать следующий вопрос.

– Вы так много говорите о резервации. Что это такое? Это что – тюрьма? – Дэн был так увлечен, что забыл про свой «президентский» лоск и бегал по подиуму, пытаясь разглядеть зал и понять отвечающих. Лия не успевала за ним. Но вопросы, задаваемые Дэном, тоже крутились у нее в голове. По залу прошла волна возгласов, но ответил опять седоволосый мужчина:

– Резервация – это временная изоляция. Она имеет три ступени. Первая ступень самая легкая. Там находятся люди, которые еще не нашли себя. Это выросшие дети. А могут быть и люди, которые поняли, что дело, которое они выбрали им не интересно, а новое дело еще не нашли. Через такую резервацию прошло 100% населения нашей планеты. Люди не пугаются первой степени резервации. Проживание там мало чем отличается от проживания людей, живущих свободно. Они пользуются почти всеми благами и практически не чем не ущемлены. Общество дает шанс для поиска себя. Но время пребывания на первой ступени резервации ограничено – от года до пяти лет. Как правило, этого достаточно, чтобы получить новые навыки и новые знания, необходимые для пользы общества. Если эти навыки и знания требуют большего времени для обучения то, чтобы продолжить проживание и обучение на первом уровне резервации, необходимо поручительство не менее пяти свободных людей, занимающихся аналогичным делом. Если человек в течение отведенного для его развития времени не определился, либо не хотел определяться, каким делом он готов заниматься для пользы общества, то он попадает на второй уровень резервации. Там уже есть ущемления в правах и благосостоянии. Они живут уже более в худших условиях, как материальных, так и духовных благ. Согласитесь, что это разумно, общество не должно кормить бездельников. С ними начинают работать психологи и педагоги. И у них есть шанс исправиться. Они проходят обучение. После подтверждения полученных навыков и знаний, они становятся свободными людьми, получают общественно-полезную работу, и не менее трех лет находятся под наблюдением специалистов. Если человек лениться и уклоняется от общественно-полезной работы, или выполняет ее некачественно, то он отправляется на третью ступень резервации или, как говорят в народе, – за кордон. Люди там живут по правилам самовыживания. На них не распространяются правила и благосостояния нашего общества. Им предоставляются только полезные книги и журналы. Они живут на изолированной территории в самых неблагоприятных районах нашей планеты. Выбраться с третьего уровня резервации, практически, невозможно. Там нет педагогов и психологов. Если человек все-таки решил исправиться, то он должен самостоятельно получить образование и навыки, а потом сдать экзамены по выбранной им профессии. Но это бывает очень редко. В таких условиях люди долго не живут и умирают, как правило, от болезней, голода и нищеты. В зависимости от степени вины, при нарушении иных пунктов заповедей, человек может попасть как на первый уровень резервации, так и на последний, – мужчина замолчал.

– Вы, наверное, думаете, что наши законы суровы. Но мы стараемся судить людей гуманно. Вина каждого человека доказывается специалистами. Если человек первый раз нарушает закон Всевышнего Творца, ему делают замечание и предупреждение. Если он второй раз нарушает закон, то с ним начинают работать психологи и педагоги. Человек проверяется на предмет психологического или душевного расстройства. Если будет доказано, что он болен, то его, соответственно, начинают лечить. Если же человек здоров, то с него снимаются все регалии и степени мастерства, и он начинает строить свою карьеру сначала. И только, если он в третий раз нарушит закон Всевышнего Творца, и его вина будет доказана абсолютно, он попадает в резервацию. Раскаяние не принимается. А как наказываются нарушители закона у вас?

Ответила Лия:

– Мне трудно описать систему наказания преступников на Земле. Дело в том, что у вас единая система законов, которая действует на всей планете и распространяется на всех людей. У нас же много стран и государств, у которых своя религия и свои законы. Я могу рассказать о своей стране и странах, где основной религией является христианство. Церковь у нас отделена от государства. Государственная власть не судит человека за нарушение Божьих заповедей, за их нарушение человек себя судит сам, либо не судит вообще. В нашем мире это называется – свобода совести.

Зал загудел. Люди увлеченно обсуждали услышанное. Лия не стала дожидаться внезапного вопроса и продолжила:

– Каждый человек имеет право покаяться в своих совершенных грехах (так у нас называются нарушения Божьих заповедей) перед священником – посредником между Богом и людьми, и получить прощение грехов. Никакого наказания за совершенные грехи человек не получает, а наоборот может опять совершать их и опять каяться. В нашем мире считается, что за нарушение законов Божьих наказывать может только господь Бог. Но у нас есть и судебная система, и есть правонарушения, за которые человек несет определенные наказания, вплоть до лишения свободы. Существующая судебная система направлена на защиту интересов государства, существующей власти, защите имущественных интересов личности, защите чести и достоинства личности. За эти правонарушения у нас могут изолировать от общества, а правильнее сказать – посадить в тюрьму, где существование отвратительное и ужасное.

Все замолчали и смотрели на Лию. Молчание затянулось. Лия глянула в сторону, где сидел мужчина, так пристально ее рассматривающий, но его там уже не было. Кресло было пусто. Молчал и Дэн. Спасла положение Майя. Она встала и что-то сказала залу.

По одобрительным возгласам Лия поняла, что предложение Майи одобрено. Люди стали вставать и, поклонившись Дену, Лии и друг другу, покинули помещение.

– Я предложила перенести разговор на завтра. Вы, наверное, очень устали и проголодались. Сейчас я доставлю вас в гостевой домик, все покажу и объясню, как пользоваться нашими приборами. Но перед этим вам предстоит пройти небольшую процедуру. У вас будет взято ваше ДНК. Надеюсь, в вашем мире знают, что это такое, и мне не надо объяснять, что эта процедура безболезненна.

Лия очень устала. Ей было все равно. А Дэн, несмотря на усталость, робко спросил:

– А, зачем?

– Контроль личности, в настоящее время,у нас ведется на генетическом уровне. Это очень удобно. Ген каждого человека уникален и, подделать, изменить его невозможно. У вас сейчас сканируется ген, временно ему присвоят код «гость». И пока будет стоять этот код, перед вами для ознакомления будут открыты все дома, производства, организации и даже резервации нашего мира. Каждый человек на нашей планете имеет определенный статус, в соответствии с которым, он имеет соответствующие права и обязанности. Неопределенных людей у нас на планете нет.

Пока Майя все это говорила, в зал вошел мужчина, катя перед собой что-то наподобие рентгеновского аппарата. Мужчина предложил Лии встать на небольшую ступеньку перед аппаратом. Лия послушно встала. Она не почувствовала ничего, кроме легкого жужжания. Потом туже процедуру проделал Дэн, так же послушно, хотя и побледнел.

Майя улыбнулась:

– Мы нашли этот аппарат в музее. Сейчас сканирование гена происходит с момента рождения человека. Поэтому аппараты маленькие. Это один из первых аппаратов, которыми мы начали сканировать взрослых людей, переходя на генный контроль. Пойдемте, вам надо отдохнуть.

И Майя вновь пригласила их в летательный аппарат.

Глава третья

Майя привезла их в гостевой домик, очень похожий на домик Ника. За несколько минут она организовала две уютные спальни, небольшую гостиную комнату и показала, как работают кухонные приборы. Готовить, в понятии земных женщин, не было необходимости, так как пища заказывалась. Когда Майя спросила, что бы они хотели поесть, Дэн, естественно, попросил мяса.

– Вы кого-то едите? – Майя побледнела и была близка к обмороку. Она посмотрела на Дэна, как смотрят на чудовище, и стала пятиться назад.

– Извините, Майя. Дэн просто шутит. Я сама его шутки не сразу понимаю. Нет, нет, мы на Земле никого не едим. Но так как ваши названия еды нам не о чем не говорят, будем рады Вашему предложению, полагаясь на Ваш вкус, – Лия говорила сбивчиво, напуганная реакцией Майи. Дэн сидел бледный. После того, как Майя заказала им еду и показала Лии, как в случае чего, позвонить ей, она распрощалась с ними и покинула помещение. Лия и Дэн, оставшись одни, некоторое время сидели молча и смотрели друг на друга.

– Не нравится мне здесь. Вроде бы все хорошо. Но не нравится. Есть здесь и другая сторона медали. Я чувствую. Не может быть все в шоколаде, есть что-то и в дегте. Лий, а ты как думаешь?

– Нравится или не нравится – это не имеет значения. Ты же не знаешь, как попасть домой. А тебе и нет смысла туда стремиться. Про мясо – это сегодня была крупная осечка. Кто же знал, что они полностью вегетарианцы. Интересно, что же они едят? Давай попробуем.

Лия осторожно попробовала. Это была фасоль. Но очень вкусная фасоль, с необыкновенным соусом. Видя, как Лия аппетитно ест, попробовал и Дэн. Конечно, жареный антрекот он съел бы с большим аппетитом, но и это тоже было вкусно. Помимо блюда из фасоли, на столе стояла ваза с фруктами: яблоки, манго, виноград; на отдельной тарелке – ржаные булочки, и какой-то напиток в кувшине. После обеда Лия убрала посуду в контейнер, куда показала ей Майя. Через несколько минут посуда исчезла, контейнер закрылся.

– Интересно, а яйца они тоже не едят? – спросил Дэн.

– Вот, мужики! Одна еда в голове. А остальное тебя совсем не интересует? Мы не знаем, как нам вернуться назад, поэтому нам придется принимать здешние правила жизни и учиться жить по ним. Нам, возможно, придется заново учиться всему, если не хочешь сгинуть где-нибудь в резервации третьей степени. Или ты не понял? И выбора у нас с тобой нет. А может быть, это все и к лучшему. Там на Земле у меня никого нет, кто бы плакал обо мне. И пусть горит там синим пламенем моя ипотека.

– А о нас сейчас говорят на этой планете? Лий, как ты думаешь? У нас на Земле это была бы сенсация!

– Всякое диво на три дня! Я сейчас вспомнила одно событие. Я тогда была совсем маленькой, но помню очень хорошо. По-моему, это было в Англии. Ну, не в этом суть. По телевизору показали, что был найден молодой человек европейского вида без документов, разговаривающий на непонятном языке, напуганный и ничего не понимающий. Но когда он увидел пианино, то виртуозно сыграл на нем. Может это тоже был человек из параллельного мира. Ну, поговорили о нем один день и забыли. Где он сейчас, что с ним стало? Никому не интересно. И почему ты думаешь, что о нас знает вся планета? Знает небольшая кучка людей, а остальные живут своей повседневной жизнью и ничего о тебе не думают. Успокой свое тщеславие, а лучше подумай, как нам жить дальше. Если это возможно, я бы занялась генетикой. Волнует меня эта наука.

– Что тебе мешало заняться генетикой на Земле? – спросил Дэн с нескрываемой иронией.

– Ты мне на плохого танцора намекаешь? Нет, на Земле мне ничего не мешало, только цель в жизни иная была, да и приоритеты иные. Ты же сам говорил, что без денег на Земле ты никто, так, жалкий человечек, никому не нужный и всеми презираемый. А кем женщине в наше время легче всего устроиться на работу, и причем, неплохо оплачиваемую? Ну, конечно, бухгалтером. А если не одно, а два или три предприятия взять, то можно получать приличные деньги, если ты, конечно, умный и грамотный бухгалтер. А мне надеяться в жизни не на кого. Вот и весь выбор. А здесь деньги не нужны, уважать тебя будут за твои способности и талант. Поэтому здесь можно заниматься любимым делом, не думая о завтрашнем дне и о том, сколько тебе заплатят.

– Резонно. А почему генетика? Я к этой науке и близко бы не подошел.

– Когда я в магазине на пакете с кетчупом вижу надпись «не содержит ГМО», мне становится горько и смешно одновременно. Смешно от того, что не пойму, где они нашли помидоры из первородного Эдемского сада, а горько от мысли, что опять Николая Вавилова убили и Джордано Бруно сожгли. Генетика – это наше будущее. Мы с телеги пересели в машины и самолеты, а в медицине как лечили болезнь, так и лечим. А «лечить» надо причины возникновения болезни. А это мы сможем только при понимании всего генетического кода человека.

– Ну, ты даешь! А я боюсь продуктов с ГМО.

Лия засмеялась:

– Да, ты их давно ешь! А правильнее сказать – ешь всегда. При скрещивании, прививках разных растений или при генной «операции», всегда получается ГМО – продукт с генами, отличающимися от генов родителя. Только скорость получения нового желаемого продукта разная: при генной инженерии быстрая, при традиционном скрещивании медленная. А результат один и тот же. Все новые сорта овощей и фруктов являются ГМО и не важно, каким способом они получены. Опасными при еде бывают яды и токсины, а не чужеродные гены. Тебе же не придет в голову есть белену, мухоморы, поганки или грызть березу. А эти растения существовали всегда. Если продукт ГМО не содержит ядов и токсинов, вкусен и полезен, то спасибо генетику, который его вывел. И его надо есть и радоваться.

– А генетики могут создать новый, но опасный, вредный продукт, и распространить его?

– С помощью генетики можно создать все. Но твой вопрос – это идея психопата или серийного убийцы. Но мне кажется, отравить человечество можно и не прибегая к генетике, а гораздо проще. Ядов и так есть немало. Но, слава Богу, психопатов у нас не много, поэтому я с удовольствием ем клубнику и яблоки. Помечтали немного и будет. А сейчас расскажи мне, Дэн, почему ты сегодня оказался у меня, и зачем я с тобой бежала?

Лия замолчала и внимательно посмотрела на Дэна. Дэн встал, прошелся по комнате, потом снова сел. Чувствовалось, что говорить ему об этом не хотелось. Но Лия молчала. Пауза затянулась.

– Я украл большую сумму денег. Украл изощренно, можно сказать, даже красиво. Ты, наверное, сейчас думаешь обо мне, как о чудовище, но я ни грамма не раскаиваюсь в том, что сделал. Если и есть капля раскаяния, то только потому, что я подставил тебя. Но я не думал, что меня так быстро вычислят, а уж тем более, вычислят и тебя.

Лия сидела, онемев. Дэн и вор – эти понятия для нее были совсем не совместимы. Она знала его, практически, с детства. И чтобы этот красивый, интеллигентный, избалованный «мальчик» стал вором – это не укладывалось у нее в голове.

– Не бойся! Я не крал деньги у обездоленных и слабых людей. Я украл их у того, кто когда-то украл их у меня. Можно сказать, что это даже не воровство, а возвращение своей доли. Не смотри на меня так, Лия, я не оправдываюсь, я так считаю. Когда-то с Владом мы были большими друзьями и начинали свой бизнес совместно. У него были деньги, вернее, деньги были у его отца, у которого мы брали их в долг для развития бизнеса, а у меня была голова, которая и строила этот бизнес. Мы совместно радовались нашим успехам, выручку делили пополам и вместе же ее и прогуливали по заграницам и ресторанам. Но бизнес рос. Влад стал отдаляться. А я, как-то постепенно, стал скатываться к роли наемного специалиста. Надо сказать, что бизнес нам помогал открывать отец Влада, ну и соответственно, он был открыт на Влада. Я наивно полагал, что у нас с Владом дружба не рухнет никогда, а уж тем более из-за денег. Когда я понял, что деньги рушат и не такое, то предложил Владу разделить бизнес, тем более, что у нас было несколько ветвей, относительно независимых производств. Я не рассказываю тебе тонкости нашего бизнеса, потому что это не главное, но в общих чертах – это был строительный бизнес. Ну, естественно, Влад отказался делить бизнес, и трещина в нашей дружбе стала превращаться в пропасть. Тогда я предложил ему отдать мне деньгами, что бы я мог открыть свое дело (работать наемным рабочим мне уже не хотелось). Влад сказал, что его устраивают наши отношения, что я выдумываю какую-то ерунду, и предложил работать, как и раньше. Но общаться мы стали только по производственным вопросам (хотя еще и по-приятельски). Но этим все уже было сказано – он хозяин, я его работник, и дружба наша закончилась. Я больше не о чем его не просил, уволился и устроился в небольшую фирму юристом. В деньгах, конечно, я потерял, но точно знал, что при удобном моменте я с Владом рассчитаюсь. Не то, чтобы месть сидела занозой в моем сердце, но жизнь стало скучной и серой. А я ждал, что когда-нибудь справедливость подбросит мне шанс для торжества. И это случилось. Вскоре после моего увольнения, одна областная больница проводила конкурс на осуществления капитального ремонта зданий и кровли. Сумма была не маленькая. Предприятие Влада выиграло этот конкурс. Там, конечно, был небольшой сговор, и торги были проведены не совсем честно. Но это не важно. Для предприятия Влада это был крупный договор, который сулил большие доходы. Но когда стали делать ремонт стен и фундамента, то обнаружили, что в смету забыли включить замену электропроводки и внутренних коммуникаций. Стали разбираться. Прежде чем делать стены, надо бы все заменить. А деньги-то бюджетные. Без утвержденной сметы и торгов их тебе никто не даст. Да, и на этот год они все уже расписаны. Деньги на замену коммуникаций и проводки смогут выделить только в следующем году. Но план по ремонту здания и кровли, до 15 ноября, срывать нельзя. А главврач, пользуясь моментом, запросил сделать автономное электропитание для операционной и реанимации, а также – заменить оборудование газового отопления, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Комиссия Администрации области поохала, но с главврачом согласилась. Новая смета была согласована с бюджетом и запланирована в статьях расхода на следующий год. А делать надо в этом. И главврач договаривается с Владом, что весь ремонт с заменой проводки и коммуникации он сделает сейчас за счет собственных средств, а торги они объявят 27 декабря в 16.00 с подведением итогов 10 января следующего года. Главврач клятвенно пообещал, что сделает все, чтобы эти торги выиграл Влад. Сыграть решили сроками – выполнить в течение 10 дней. Влад знал, что из крупных областных строительных компаний в эти торги никто не полезет. Для Москвы – это было мелочью, а для компаний из других областей – слишком рискованно. И надеясь на русское «авось», Влад согласился. Вот тут я его и поймал. В начале декабря больница была отремонтирована и даже открылась. Я слил эту информацию одному предпринимателю со средним строительным бизнесом (он был моим однокурсником по институту, и когда-то мы с ним немного дружили). Он не знал Влада, и Влад его тоже не знал. Я предложил ему помощь в составлении конкурсной документации, с условием оплаты 50% от суммы договора по выигранным торгам. Андрей поверил мне и согласился. Надо сказать, и отказываться ему не было смысла, так как бизнес его тихо умирал. Мы сделали все как «по нотам» и выиграли торги, снизив сумму почти вдвое, но и этого нам было достаточно. Андрей не обманул. Деньги были переведены на счет моей мамы, на которые я купил квартиру в Москве, оформив ее так же на маму. Я взял отпуск, улетел отдохнуть на Кипр и забыл о Владе. Я не думал, что Влад вычислит меня. Но оказалось – напрасно. Что-то часто мне стали попадаться на глаза одни и те же лица «мальчиков» с вороватыми глазами. Я присмотрелся – точно, вели меня. А вчера, что-то подсказало мне, что дома меня уже ждут. Когда я подъезжал к дому, и мельком взглянул на свое окно, то увидел свет сигареты за неплотной шторой. Тогда я и помчался к тебе. На машине я доехал до вокзала, сел в последнюю электричку и задворками пешком пришел к тебе. Я был уверен, что за мной никто не следил. Да и кто мог догадаться, что я приду к тебе. Вариант, на время скрыться у тебя, мне пришел в последнюю секунду. Ну, а дальнейшее ты знаешь. Прости меня, Лия, что я подверг тебя такой опасности, – Дэн замолчал и, обхватив голову руками, сел в кресло.

– Скажи, Дэн, а телефон у тебя с собой?

– Что? Телефон? Зачем тебе мой телефон?

– Да не нужен мне твой телефон! Просто скажи, он с тобой?

– Ну, естественно. Он у меня в кармане. Вот смотри: сети нет.

– Дурак! Причем здесь сеть. Ясно, что ее здесь нет. Тебя вели по телефону, используя его, как маяк. Надо же быть таким болваном.

– Боже, у меня это вылетело из головы.

Дэн замолчал и удручающе посмотрел на Лию.

– Ладно, Дэн, пойдем спать. Бог тебе судья. Я судить тебя не буду. Но мне кажется, что поступил ты глупо.

Лия зевнула. Она устала и хотела спать. Последней мыслью перед засыпанием была: «А вдруг я проснусь завтра у себя дома». Но она не знала, хорошо это будет или плохо. С тем и заснула. Дэн же, наоборот, долго не мог уснуть. Ему хотелось выйти на улицу и покурить. Но чудо-лестница уже не работала. Майя предупредила их, что с 23.00 часов вечера до 5.00 часов утра наступает ночной покой. Все приборы и автоматы в доме перестанут работать. Что за правила? На Земле жизнь в это время только начинается. А как же знакомства, веселье, секс? Как же здесь люди отдыхают, расслабляются? Дэн лежал и думал. В голове его вертелся последний день. Он ругал себя. Но он

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.