Собрание сочинений. Пьесы
Роман Залиев

Редактор Ирина Шварц

Дизайн Антон Пейзан

Фотограф Максим Казаков

© Роман Залиев, 2023

© Максим Казаков, фотографии, 2023

ISBN 978-5-0059-9066-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пьеса «ВАСЕНИН»

Посвящается Николаю Максимовичу Васенину,

герою Второй мировой войны,

кавалеру ордена Почетного легиона

Действующие лица

Николай Максимович Васенин

Жанна Моно (говорит на французском языке)

Капитан НКГБ

Автор (закадровый голос)

I. ДЕНЬ

Автор (закадровый голос): Люди, которые пережили войну, говорят о ней невозможно простыми словами. Самые частые: жизнь, смерть и любовь. Их познакомила война. Не дав ни времени, ни общего языка, но подарив непокорную любовь, что живет назло утратам и продолжает цвести даже на руинах. Шел 1945 год. Сен-Сорлен. Франция.

Жанна (стучит в дверь): Nicolas Voutier, mon père m’a dit que je peux m’adresser à vous comme ça. Je m’appelle Jeanne. Permettez-moi d’entrer…¹

Николай (вспоминает, где он, и при каких обстоятельствах попал в «домашний» госпиталь): Говорят обо мне… Где я?..

Жанна: Nicolas, il est déjà midi… Je dois examiner votre blessure. Nicolas, vous m’entendez? Nicolas?..²

Николай (бормочет себе под нос): Где же моя гимнастерка, брюки и сапоги…

Жанна: Nicolas, vous ne dormez plus, j’entends le lit grincer… Vous avez dormi pendant 16 heures… J’entrerai à trois… Un, deux, trois… Bonjour…³

Николай: Банжур, мисс.

Жанна: Je m’appelle Jeanne.⁴ (Подает руку.)

Николай: Жанна?

Жанна: Vous êtes dans la maison de mon père, le capitaine Georges Mono.⁵

Николай: А я – Николай.

Жанна: On vous a amené hier. Vous étiez inconscient.⁶

Николай: А… Вы, очевидно, жена капитана Жоржа?

Жанна: Je suis sa fille. Vous avez dormi profondément. Je ne voulais pas vous réveiller.⁷

Николай: Как я сразу не догадался, что я дома у капитана Моно. Это большая честь для меня – лечиться дома у капитана, а не в лазарете. Вы, наверное, не понимаете, о чем я Вам говорю… Да… А я не понимаю ничего по-французски.

Жанна: Parlez-vous français?⁸

Николай: Нет, по-французски я знаю лишь несколько слов, те, что успел выучить в отряде у Вашего мужа…

Жанна: Hmm, peut-être anglais?⁹

Николай: Нет, я русский.

Жанна: Asseyez-vous. J’ai changé de lit pour vous.¹⁰

Николай: Садитесь, конечно.

Жанна: Asseyez-vous, Nicolas.¹¹

Николай: Да, что Вы спрашиваете, Вы же у себя дома…

Жанна: Nicolas, asseyez-vous. Vous avez besoin d’un repos.¹²

Николай: А-а-а, мисс Жанна, я выспался, правда, спасибо.

Жанна: Nicolas!¹³

Николай: Ну, если Вы настаиваете…

Жанна уходит за аптечкой для перевязки. Николай говорит ей вслед.

Николай: Жанна, а Вы случайно не знаете, где моя гимнастерка, брюки и сапоги?.. Мисс Жанна, Вы, наверняка, должны знать… (Встает.)

Жанна: Nicolas, que vous êtes comme un petit? (Усаживает его.) Montrez-moi votre blessure! Qu’est-ce que avec votre jambe?¹⁴

Николай: Я говорю, Вы не видели мою гимнастерку, брюки и сапоги?..

Жанна: Qu’avez vous? Où? Mon cher père George a dit que vous avez besoin de mon aide… Je dois vous examiner…¹⁵

Николай: Жорж?

Жанна: George.¹⁶

Николай: Он меня вызывает? Дайте мне минуту. (Начинает второпях собираться.)

Жанна: Nicolas…17 (Задевает колено.)

Николай: У-у-у…

Жанна: Je l’ai trouvé moi-même. Relevez enfin votre jambe. Ça y est! Restez immobile. Laissez moi voir ça.¹⁸

Николай: Вот оно что. Я просто Вас неправильно понял…

Жанна: Je vais chercher l’alcool pour nettoyer votre blessure et faire un pansement. Restez tranquille…¹⁹ (Уходит.)

Николай: Господи, как неудобно-то. Еще и ничегошеньки не помню. Меня, верно, вчера сюда привезли подлечиться. Срам. Небритый. Штаны рваные… Где же моя одежда?..

Входит Жанна.

Жанна: Nicolas, qu’est-ce que je vous ai dit?!²⁰

Николай: Господи… Жанна… Я, честно, просто искал свою одежду…

Жанна: Asseyez-vous, j’ai tout apporté…²¹

Николай присаживается.

Николай: Жанна…

Жанна: Oui?²²

Николай: Жанна, не подумайте ничего плохого… Мне просто жутко неудобно Вас принимать в таком положении и состоянии. Только поэтому я искал одежду, чтобы элементарно привести свой внешний вид в порядок…

Жанна: Quelle étrange blessure oblique. C’est comme on a tiré le long de votre jambe. Mais rien de grave, vous irez mieux bientôt.²³

Николай: Спасибо Вам за понимание. Я, верно, знал, что Вы не подумаете ничего дурного… (Жанна продолжает перевязывать ногу.)

Жанна: Ne me remerciez pas. Le mieux est l’ennemi du bien.²⁴

Николай: Я могу это сделать сам, я не настолько беспомощный…

Жанна: Arrêtez-vous…²⁵

Николай: Ну, правда… Ведь это ерунда… Это царапина, поднимитесь…

Жанна: Nicolas, restez calme et laissez-moi terminer…²⁶

Николай: Мисс Моно, в самом деле…

Жанна: Voilà, vous irez mieux bientôt.²⁷ (Показывает.)

Николай: Да мне сейчас от стыда убежать хочется, мисс Жанна. Вы нянчитесь со мной, как с маленьким…

Жанна: Arrangez-vous, s’il vous plaît. Vous pouvez abaisser la jambe.

Il ne vous est pas étouffant ici? Ouvrons la fenêtre pour aérer? Avez-vous faim? Je pourrais vous apporter le petit déjeuner? Il est déjà le déjeuner…²⁸

Николай: Да, хорошо. Здесь было нечем дышать.

Жанна: Vous voulez de la bouillie ou de la soupe?²⁹ (Показывает.)

Николай: Нет…

Жанна: La bouillie?³⁰

Николай: Нет…

Жанна: Alors soupe, d’accord. Il vous faut se laver et changer de vêtements… Et le soir je peux jouer pour vous… Père m’a dit que vous êtes une personne très musicale.³¹

Николай: Что, простите?

Жанна: Je dis le soir je jouerai pour vous, si vous voulez.32 (Показывает на фортепиано.)

Николай: Нет, играть я не умею. Но у меня неплохой «служебный» слух. А Вы играете?

Жанна: Oui bien sûr. Tous les jours avant d’aller dormir.³³

Николай: Меня он не раз спасал. Любой звук, издаваемый противником и его оружием, является верным источником разведывательной информации. Вот, пожалуй, для чего мне даны уши, и я могу быть хоть чем-то полезен капитану Моно на этой войне.

Жанна: Alors, nous pourrions parler toute la journée mais vous n’avez pas encore mangé.³⁴

Николай встает.

Жанна: Asseyez-vous. Je reviens vite.³⁵

Николай: Отвратительное поведение, Николай. Отвратительное. Мисс Моно так добра ко мне. Молодая. Лет на тридцать моложе капитана. Свежий воздух. Но небо такое тяжелое. Облака такие наболевшие. Скорее бы все закончилось.

Жанна (выносит тарелку с супом): Nicolas…³⁶

Николай: Спасибо Вам, Жанна!

II. ПОЗДНИЙ ВЕЧЕР

Автор (закадровый голос):

– Она поливала мою рану перекисью, та пенилась, закипала – и так же закипала моя любовь… Она лила, лила, а я не мог отказаться от мыслей, как расцелую, наконец, ее лицо…

– Подумайте сами, – уже позже рассуждал Николай, – оборванец, единственное, что было, – винтовка да рваные штаны… И мисс Моно! Люди бы просто подняли на смех, а это хуже пули!

– Вечерами она играла мне Шопена, а я читал ей «Евгения Онегина». Мы ловили мимику друг друга, интонации, эмоции, чувства. Язык перестал быть преградой.

Жанна играет на фортепиано.

Николай рассматривает книгу А. С. Пушкина «Евгений Онегин» на французском языке.

Жанна: C’est Chopin. Je suis folle de lui.³⁷

Николай: Шопен?

Жанна: Oui valse. Dixième. Consacrée à un ami de Chopin, Wilhelm Kolberg.³⁸

Николай: А «Евгения Онегина» мы проходили в школе. Что-то заучивали даже. Как помню.

Жанна: Le sens est conclu en quatres mesures de valse: le désir vers l’idéal et l’impossibilité de l’atteindre.³⁹

Николай что-то бормочет себе под нос на французском, читая «Евгения Онегина».

Жанна: Le monde est magnifique sans guerre et mort. Mais atteindre la paix comme un idéal, il ne semble pas possible.⁴⁰

Николай: Жанна?

Жанна: Oui?⁴¹

Николай: А хотите, я Вам прочту? Правда, на русском. В этой книге я разберу, пожалуй, только год издания да годы жизни… (Смущается.)

Жанна: Voulez-vous que je vous lise?⁴²

Николай: Да, я помню один фрагмент из письма Онегина к Татьяне…

Жанна: Oh, oui, je suis une grande fan de l’oeuvre de Pouchkine. Et Eugene Onegin et…⁴³

Николай: Случайно вас когда-то встретя,

В вас искру нежности заметя,

Я ей поверить не посмел:

Привычке милой не дал ходу;

Свою постылую свободу

Я потерять не захотел.

Нет, поминутно видеть вас,

Повсюду следовать за вами,

Улыбку уст, движенье глаз

Ловить влюбленными глазами,

Внимать вам долго, понимать

Душой все ваше совершенство,

Пред вами в муках замирать,

Бледнеть и гаснуть… вот блаженство!

Когда б вы знали, как ужасно

Томиться жаждою любви,

Пылать – и разумом всечасно

Смирять волнение в крови;

Желать обнять у вас колени

И, зарыдав, у ваших ног

Излить мольбы, признанья, пени,

Все, все, что выразить бы мог,

А между тем притворным хладом

Вооружать и речь и взор,

Вести спокойный разговор,

Глядеть на вас веселым взглядом!..

Но так и быть: я сам себе

Противиться не в силах боле;

Все решено: я в вашей воле

И предаюсь моей судьбе…

Жанна: Parfait! Bravo. J’aime comment ça sonne en russe.⁴⁴

Николай: И не соврал ведь ни в чем…

Жанна: Et où est le fragment que vous avez lu?⁴⁵

Николай: Где-то здесь… За тридцать второй главой…

Жанна: Promettez-moi que vous m’aider à l’apprendre en russe.⁴⁶

Николай: Помню, как из-под палки учил… Правда, Пушкин учится проще остальных… И остается в памяти.

Жанна: Montrez-moi où il est? Dans le livre?⁴⁷ Сучано…

Николай: Мисс Жанна, Вы хотите, чтобы я…

Жанна: Сучано…

Николай: Вас…

Жанна: Сучано ас…

Николай: Когда-то встретя…

Жанна: Тетя…

Николай: Случайно Вас когда-то встретя…

Жанна: Чайно третя…

Николай: Мисс Жанна, а давайте сначала выучим предметы быта? Ну, вот, например, кровать?

Жанна: Роват…

Николай: Тумба.

Жанна: Умба…

Николай: Карандаш.

Жанна: Ррдас…

Николай: Ну, это сложно… Гимнастерка…

Жанна: Гим… телка…

Николай: Да нет же, телка – это корова… Му-у…

Жанна: Ррова, му-му…

Николай: Нет, забудьте.

Жанна: Будьте…

Николай: У Вас очень хорошо получается… Очень скоро Вы овладеете русским языком, мисс Жанна…

Жанна: Nicolas, vous avez un visage très artistique mais vous ne souriez presque jamais!⁴⁸

Николай: А?

Жанна: Sourire. Il n’est pas sur votre visage. Et il vous va vraiment bien.⁴⁹

Николай: Улыбка?

Жанна: Лыпка… Oui, laissez-moi vous apprendre à sourire. Même le capitaine Mono ne peut pas enseigner cela. J’insiste, Nicolas.⁵⁰

Николай: Он никогда не улыбается. Его брови – хмурые тучи.

Жанна: Oui, c’est vrai. Croyez-moi, sourire est aussi facile que de montrer le capitaine Mono.⁵¹

Николай (смеется): Да, он очень хмурый…

Жанна: Généralement, on dit que les Français natifs sont des hypocrites. En raison du fait qu’ils marchent avec des sourires tendus. Mais ils ne sont pas du tout tendus, ils sont amicaux. Voulez-vous que je vous apprenne à sourire? Je dois vous payer quelque chose pour vos cours?!⁵²

Николай: Вы хотите научить меня улыбаться?

Жанна: Oui, je ne sais pas comment cela peut aider… Mais la guerre n’est pas éternelle… Êtes-vous prêt?⁵³

Николай: Что мне делать?..

Жанна: Commençons? Faites un tube de vos lèvres et déplacez-les vers l’avant, faites des mouvements circulaires. Comme ça. Répétez après moi.⁵⁴

Николай: Так?..

Жанна: Oui… Et maintenant, faites votre sourire le plus large possible… Comme ça…⁵⁵

Николай: Видели бы меня сейчас сослуживцы… Чем я занимаюсь…

Жанна: «Dessinez le chiffre huit» avec les lèvres fermées, puis détendez les muscles.

Eh bien, répétez… Remplissez vos poumons d’air autant que possible, expirez par les lèvres serrées… 56

Николай: И?

Жанна: Pendant les situations stressantes essayez de vous rappeler qu’avec le sourire vous commencez à être plus gentil…⁵⁷

Николай: Сегодня, на удивление, вышел очень спокойный день… Как будто все сложили ружья… Невероятно…

Жанна: Répétons…⁵⁸

Герои повторяют последнее упражнение с закрытыми глазами и встречаются губами.

Жанна: Non…⁵⁹

Николай: Жанна?.. Мисс Моно… Что же я наделал?.. Дырявая моя голова… Это ведь не просто женщина… Это жена моего командира… Мне нужно… Нет, я обязан… Как минимум, извиниться перед Вами. Мисс, я не могу больше здесь задерживаться… Небо такое тяжелое… Облака наболевшие… Что я наделал? Я не знаю, как я сюда попал… Я не знаю местных дорог… Где моя одежда… Я должен признаться капитану… Где он может быть? Мисс Моно? Мисс Моно?.. Что мне делать?.. Что это было сейчас, пустая голова… Что это было за замыкание?.. Теперь мне сойти с ума… Провалиться… Как стыдно… Сгорю заживо…

Николай впервые обращает внимание на фотографию над кроватью, где Жанна запечатлена в разном возрасте с Жоржем. Герой понимает, что она его дочь.

Николай: Жанна – командирская дочь? Ха… (Заливается смехом.) Не верю своим глазам… Подожди… Ничего не понимаю… Все верно… Ну, хотя бы это не так неприлично… Ох, судьбинушка-судьба… Ха… (Прикрывает рот ладонью.) Сначала зову ее, теперь смеюсь во весь голос… Что она может подумать?.. Ой, дурак… Ой, дурак… Тихо… Но все же негоже так поступать… Но… Но ведь она – само совершенство… Ангел внутри Мировой войны…

Ночь коротка,

Спят облака,

И лежит у меня на ладони

Незнакомая Ваша рука.

После тревог

Спит городок.

Я услышал мелодию вальса

И сюда заглянул на часок…

III. НОЧЬ

Автор (закадровый голос): За плечами у Николая уже была Советско-финская война, больше двух лет немецких лагерей для военнопленных, побег и зачисление в ряды французского Движения Сопротивления, несколько пулевых ранений и контузий.

Первое время макизары относились к бывшему русскому военнопленному настороженно. Свою ненависть к врагу ему пришлось доказывать на поле боя. На первую операцию Николай Максимович шел без оружия и винтовку себе добывал в бою. Не зная французского языка, он вынужден был объясняться с местными жестами или рисунками.

Итого уже шел шестой год бессонных ночей и зверских чудовищных дней.

Николай: А-а-а!.. Стой! Куда!? Пригнись! Назад! Стой! Где я? Почему я здесь? Что это?

Входит Жанна. Идет к примусу.

Николай: Жанна?! Подожди. Стой!

Жанна останавливается.

Николай: Мой взвод… Они стояли в ряд и смотрели на меня… молча… угрюмо… Так это был сон…

Жанна идет дальше.

Николай: Мы бежали по широкому полю к деревне с винтовками наперевес и примкнутыми штыками. Нам надо было захватить ее… стремительно, врасплох. Поэтому мы не стреляли. Но начали стрелять они… Кто-то упал справа, резко, навзничь, словно отскочив головой от невидимого препятствия… То здесь, то там стала взрываться земля. Солдаты падали. Кто-то поднимался и бежал вперед. Кто-то оставался лежать недвижим. Покатилось «ура» по полю. Я тоже бежал и кричал «ура». И тут меня подбросило и опрокинуло… Дальше не помню… Очнулся я от резкой боли в ногах: кто-то дергал меня за рукав и пытался тянуть куда-то. С трудом проморгав засыпанные землей глаза, я увидел мальчика лет десяти. Он что-то кричал мне, размазывая ладонью слезы на грязных щеках. Я не мог понять что. В голове стоял звенящий гул… Этот мальчик… Он прибился к нам при отступлении дней десять назад. Как же его звали?.. Ванька!.. Гимнастерку ему справили, сапоги не по размеру… Сын полка, получается… Ветер трепал его русые волосы… А пилотку он, похоже, потерял… Но почему он здесь?! Ему же было приказано оставаться в тылу, с ранеными… Я посмотрел влево, туда, куда Ванька тыкал рукой. Немцы неспешно шагали со стороны деревни жиденькой цепью, изредка передергивая затворы и… стреляя вниз. Зачем они стреляют в Землю?.. Отвоевался, стало быть…

Пре-кра-тить истерику! Ванька, бери мой планшет и ползи назад!.. Это приказ! Живо!

А чего ты заплакала? Ну-ну, все хорошо. Невозможно, непостижимо уму, каким количеством взрывчатки обмениваются воюющие стороны для того, чтобы убить одного солдата. А ведь иной раз только взрывной волны достаточно, чтобы человек превратился в ничто, в ошметки…

Тебе обязательно надо знать, о чем говорят выстрелы! Они говорят разными голосами. Одни – короткие, хлесткие, как удар кнута; другие – долгие, раскатистые; третьи тявкают очередями, как голодные псы; а иные стрекочут, как кузнечики. Еще тебе надо знать, по кому тоскуют пули. Слышишь? Прислушайся… Они приближаются, посвистывая… Фьить-фьить! Слева, справа. Раз в полминуты они будут тебя искать. Свистят… Задумались. Они думают о том, чтобы зазря не прожить свои четыре секунды и забрать как можно больше жизней. А еще тебе надо знать, о чем гудят снаряды и воют мины. А они гудят, гудят, не переставая. Если ты слышишь свист снаряда, он тебе не опасен, он ударит где-то дальше. Опаснее та мина, свист которой ты не слышишь. А пока слышишь – жив. Самый зловещий вой у пустой дырявой бочки, сброшенной с самолета. Он хочет посеять панику, чтобы ты вскочил и бежал оттуда. А бежать нельзя: там тебя подстерегают пули.

Жанна! Ты видела когда-нибудь, сколько при хорошем урожае на поле бывает снопов? Так вот, после боя, хорошего боя, столько же убитых лежит…

Герои засыпают.

IV. УТРО. ДИАЛОГ ДУШ

Автор (закадровый голос): Очень скоро Шарль де Голль по радио произнесет кодовую фразу «прыжок альпийской серны», которая послужит сигналом к началу открытого выступления четырех тысяч местных макизаров против вишистского правительства и немецких оккупационных властей. Руководство над одним из отрядов возьмет на себя Николай Максимович Васенин. Отряд Николя захватит крупный опорный пункт немцев Сен-Рамбер-д’Альбон и удержит его до подхода американских войск. За этот подвиг Васенин будет представлен к Кресту Бойца.

До ожесточенных боев остаются считанные часы…

Николай: Жанна…

Жанна: Бонжур…

Николай: Бонжур… (Про себя.) О чем она думает… Да нет, в ее глазах нет ни обиды, ни укора… Молчит…

Жанна: Садитесь…

Жанна бреет Николая.

Жанна (про себя): Утром приезжал папа… Ему не понравилось, что я вышла из твоей комнаты в ночном платье… Но ты заснул, как младенец, у меня на коленях, и я не позволила себе разбудить тебя, чтобы уйти в свою комнату…

Николай (про себя): Но ведь молчание не всегда признак обиды или укора…

Жанна (про себя): Я объяснила ему все… И только потому, что в нашем доме нет места для лжи, он мне поверил… Также я не позволила ему тебя разбудить… Однако глаза его выдавали. Он был зол, хоть и молчалив в своей злобе… С минуты на минуту объявят тревогу… Я не буду тебя предупреждать…

Николай (про себя): Что бы ни случилось, Жанна, ты стала для меня еще одним человеком, которого я буду вспоминать…

Жанна (про себя): Я очень рада, что познакомилась с тобой… У тебя глаза светлые… Твои глаза полны не только войной… Они полны надеждой… Поразительно, что и руки твои не впитали холод оружия… Подушки твоих пальцев мягкие… и сердце твое мягкое… Вчера я слышала его…

Николай (про себя): Какая же ты красивая, Жанна…

Жанна (про себя): Я хочу пожелать тебе выжить…

Жанна подает полотенце, выносит вещевой мешок.

В этот момент подъезжает машина.

Николай: Пора?.. Подъехала машина… За мной, стало быть?.. Значит, уже пора… Ты собрала мне вещмешок? Жанна?.. А где моя шинель, Жанна?.. Шинель? Понимаешь?

Жанна: Да…

Николай: Принеси… У меня есть для тебя подарок… Уже сигналят…

Жанна выносит шинель.

Николай: Жанночка, это тебе… на память… Это – кисет… с землей… из дома… Это самое дорогое, что у меня есть… Я хочу подарить это тебе… На память о себе… Береги это, Жанна… Это… Верно, мне сигналят… Воздух сегодня тяжелый… Будет буря… Сигналят…

Жанна: Николя… (Бросается на шею.)

Николай: Мне пора… Поцелуй…

Жанна: Пасэлут.

Николай: Поцелуй, Жанна…

Жанна: Поцелуй…

Случайно вас когда-то встретя…

В вас искру нежности заметя…

Я ей поверить не посмел…

Николай: Посмел… Посмел, Жанночка, посмел… Поверил…

V. ПРОЩАНИЕ

Автор (закадровый голос): К концу войны Васенина перевели в Париж – начальствовать в воинском учете дипмиссии Союза и заведовать отправкой советских солдат на Родину. Он и отправлял: счастливых, что едут домой. Попадавших вместо дома сразу в теплушки – и на Севера. Он свято верил, что делает нужное дело.

Николай: Жанна?..

Жанна: Бонжур…

Николай: Жанночка, бонжур-монжур… Жанночка, что-то случилось? Саквояж… Жанна?..

Жанна: Я ехт… Союз… Николя…

Николай: Подожди… Что значит ехать в Союз?..

Жанна: В Союз… Тебе…

Николай: Нет, Жанна, ты шутишь? Это невозможно… Ты как себе это представляешь?

Жанна: Не понимаю…

Николай: Я не смогу, я просто не успею… сделать тебе документы, как бы сам не хотел…

Жанна: Не понимаю…

Николай: Есть ряд причин, по которым я бессилен в решении этого вопроса, Жанна…

Жанна: Не понимаю…

Николай: Я сделать их не успею! Раз – мне их никто не подпишет, два – твой отец в Париже, и он будет меня провожать…

Жанна: Не понимаю…

Николай: Жанна, ты все понимаешь… Мы вчера все решили… Я уеду домой… Ненадолго… Проведаю родных и вернусь… Это две недели…

Жанна: Не понимаю твое решенье.

Николай: Жанна, так нельзя, нам пора прекратить эту игру в прятки, мы взрослые люди…

Жанна: Не понимаю…

Николай: Жанна, я на днях снова разговаривал с твоим отцом о тебе. Так вот, в этом разговоре он бросил фразу: «чтобы я больше никогда не увидел свою дочь?» Я знаю, что у него просто не нашлось более веских аргументов не отпустить тебя со мной, не унизив меня… Я понимаю, что у меня ничего нет, кроме жизни в этой груди… да немецкого пистолета, выхваченного в одном из боев… Но мои слова не означают, что я сдаюсь. В Союзе у меня родня, которая меня ждет. Мне нужно их навестить, рассказать обо всем и с благословением вернуться к тебе, чтобы начать новую жизнь, устроиться на работу, выучить язык, в конце концов… Твой выезд исключен. Точка.

Жанна: Не понимаю…

Николай: Жанна, я чувствую себя, словно в тисках… Нам нужно немного времени…

Жанна: Тогда буд тут… Монпарнас, ты, дом, работа…

Николай: Жанна, мы уже не раз говорили на этот счет… Я обязательно вернусь… Услышь меня…

Жанна: Не…

Николай: …хочешь понимать… Да я тебя понимаю, Жанна, но и ты меня пойми… Будь разумней и терпеливей… Я рад, что во Франции сложены ружья, я буду спокоен за тебя… От отца я узнал, что ты повлияла на его решение – назначить меня в воинский учет дипмиссии Союза в Париже… Я знаю, что ты хотела и хочешь мне добра, возможно, попридержать меня вблизи, рассчитывая на изменения… Ведь от Сен-Сорлена до Парижа ближе, чем до Союза… Всего каких-то ничтожных четыреста километров… Но это целая пропасть для меня… и… тебя, Жанна… Позволь мне вернуться к тебе?.. А, может, и за тобой…

Жанна надевает фуражку.

Жанна: Пиши.

Николай: Что?

Жанна: Оформляй… Одень… делай, что хочешь…

Николай: Жанна?

Жанна: Пиши… Придумай…

Николай: Жанна?

Жанна: Пиши… Придумай… кто я…

Николай смотрит на Жанну.

Жанна: Жанна Моно… Солдат… Беда будет… Боюсь… Не понимаю…

Николай: Жанна, сними это… (Показывает на головной убор.) Ты уже здесь, а это значит, что у нас больше времени… Давай проведем его вместе, без недопониманий и концертов?.. Жанна?..

Жанна встает, берет саквояж, направляется к выходу. Останавливается. Разворачивается, смотрит на Николая.

Жанна: Ты вернешься в Союз героем, как первый русский с Де Голль…

Николай: Я вернусь на Родину первым русским, что угнал из-под ног у американского солдата огромный Студебеккер и рассекал на нем по освобожденному Парижу…

Жанна: Папа сказал…

Николай: Не знаю, что на меня нашло. Но я согласен, что угнать грузовик совсем не геройский поступок…

Жанна: Я смеялась. Папа кричал.

Николай: Я знаю, что ему за меня было стыдно. Его в штабе, наверное, так пропесочили…

Жанна: У меня подарок…

Николай: Кулон?

Жанна: Это кулон твой…

Николай: Какие же красивые у тебя глаза…

Жанна: Вся жизнь моя была залогом

Свиданья верного с тобой;

Я знаю, ты мне послан богом,

До гроба ты хранитель мой…

VI. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Капитан НКГБ: Вам объявили причину вашего ареста?

Николай: Я был арестован днем 6 сентября по распоряжению ЦК. Со мной разговаривал зампред Совнаркома Гусев. Он объявил, что я арестован, как… как предатель. Я даже произнести это не могу.

Капитан НКГБ: У нас одна информация.

Николай: Как вас зовут?

Капитан НКГБ: Мне нужно взять у вас показания о вашей предательской деятельности.

Николай: Но…

Капитан НКГБ: Это приказ, который мне необходимо исполнить.

Николай: Но я не предатель.

Капитан НКГБ: К вашему сожалению, у следствия имеются данные, говорящие о том, что ваши действия на протяжении ряда лет были изменническими, они особенно проявились во время вашего нахождения на территории Франции.

Николай: Я не изменник, злого умысла ни в одном из моих действий не было и нет.

Капитан НКГБ: Это какое-то недоразумение?

Николай: Недоразумение в чистом виде…

Капитан НКГБ: Хм… Вы курите?

Николай: Нет…

Капитан НКГБ: А я закурю. Очевидно, что наша беседа будет длительной.

Николай: Товарищ… капитан… Я очень хочу, чтобы вы во всем разобрались…

Капитан НКГБ: Это моя работа, товарищ Васенин… Ваше полное имя?

Николай: Николай Максимович Васенин.

Капитан НКГБ: Как обращались к вам в отряде Движения Сопротивления?

Николай: Вутье.

Капитан НКГБ: Полное имя…

Николай: Николя Вутье…

Капитан НКГБ: Ну, и помотало тебя парень… У меня есть ряд вопросов к тебе…

Николай: Я на все отвечу. Я третью неделю ничего не понимаю, товарищ капитан. Нет, безусловно, до меня доносились слухи, что многие бывшие военнопленные по возвращении в СССР подвергаются репрессиям. Вне всякого сомнения, небезосновательно. Но я имею горячее желание сражаться на дальневосточном фронте в войне с Японией.

Капитан НКГБ: Горячее говоришь?

Николай: Да.

Капитан НКГБ: Прежде, давай сверим факты… Вы родились 5 декабря…

Николай: …1919 года в селе Пышак Орловского уезда Вятской губернии.

Капитан НКГБ: В семье…

Николай: …крестьянской семье, пятым, самым младшим…

Капитан НКГБ: Окончил…

Николай: … семилетку, после поступил в гидромелиоративный техникум… Не окончил. Не мое. Уехал к старшей сестре в Мурманск, там поступил в морской техникум. Получил специальность «Механик судов». В ноябре 39-го получил повестку…

Капитан НКГБ: От службы не уклонялись…

Николай: Никак нет, 20 ноября 39-го призван Мурманским городским военкоматом, освоил специальность пулеметчика. В январе…

Капитан НКГБ: …40-го направлен в 17-ую мотострелковую дивизию. Ранен на Карельском перешейке…

Николай: Так точно, товарищ капитан.

Капитан НКГБ: 6 месяцев лечился в госпитале, после был направлен на учебу в школу среднего комсостава при штабе семнадцатой стрелковой дивизии.

Николай: Там прошел аттестацию на лейтенанта. На начало войны находился в должности командира взвода связи 271-го стрелкового полка 17-ой стрелковой дивизии…

Капитан НКГБ: Там же был взят в плен?

Николай: Да, в ходе Белостокско-Минского сражения был ранен в живот и контужен…

Капитан НКГБ: В июле?

Николай: В июле.

Капитан НКГБ: А что ж тебя немцы не расстреляли-то, лейтенант?

Николай: Представился рядовым.

Капитан НКГБ: Спасло?

Николай: Спасло, товарищ капитан. Был доставлен в Шталаг 4Б близ Мюльберга. Пока не встал на ноги, лежал в каком-то бараке, затем привлекли к различным работам.

Капитан НКГБ: В каком году ты сбежал?

Николай: Первая попытка произошла в мае 43-го, вблизи города Вольфен. Но через пару недель был пойман.

Капитан НКГБ: А что ж тебя немцы не расстреляли-то, лейтенант?

Николай: Не знаю. Допрашивали с пристрастием. Пытали… Отправили в составе рабочей команды во французские Альпы копать ямы под телеграфные столбы для линии связи.

Капитан НКГБ: Оттуда совершил побег?

Николай: Бежал, добрался до коммуны Сен-Сорлен-ан-Валлуар в департаменте Дром. Меня спрятали местные жители.

Капитан НКГБ: А что ж они тебя не расстреляли-то, лейтенант?

Николай: Они помогли мне связаться с местным отрядом партизан. Руководил отрядом Жорж Моно. Он зачислил меня в отряд французских внутренних сил. Мне выдали временные французские документы на имя Николя Вутье…

Капитан НКГБ: А жил в лесу?

Николай: У одного крестьянина. Я даже не знаю его имени. В горах, недалеко от Сен-Сорлена. Днем работал на него, а по вечерам спускался помогать отряду…

Капитан НКГБ: Как складно у тебя получается верить в это. (Показывает бумаги.) Николай… Максимович… Это твои награды?..

Николай: Да, товарищ капитан…

Капитан НКГБ: Что это?

Николай: Медаль Сопротивления, учрежденная Шарлем Де Голлем. Он…

Капитан НКГБ: Ты ее привез, чтобы мне показать?

Николай: Нет, медаль присуждалась людям, которые внесли вклад в сопротивление французского народа против врага и его пособников.

Капитан НКГБ: И ты не хотел этим похвастаться?

Николай: Никак нет, товарищ капитан…

Капитан НКГБ: Да лучше б ты проститутку привез парижскую… такую… ммм… с грубым профилем и кудрявыми волосами…

Николай: Товарищ капитан…

Капитан НКГБ: Вот такую. (Показывает фото на медальоне.) Нравится? Николай Максимович, нравится? Кто она?.. Отвечай на вопросы, предатель!

Николай: Жанна Моно.

Капитан НКГБ: Как она к тебе обращалась? Предатель? Она знала, что ты предатель? Лейтенант?

Николай: Я не предатель.

Капитан НКГБ: Ну, как же ты не предатель? Если предатель…

Николай: Я не предатель, товарищ капитан, еще раз повторяю, что я не предатель.

Капитан НКГБ: Мы располагаем доказательствами о вашей предательской деятельности и требуем прекратить бессмысленное маневрирование. Говорите конкретно, в чем выразилась ваша предательская деятельность против Советского государства?

Николай: Я не понимаю, о чем вы говорите… Я не желаю больше этого слышать…

Капитан НКГБ: Ты не желаешь дальше скрывать свои преступления перед Советским государством и хочешь искреннего в них раскаяния.

Николай: Мне не перед кем раскаиваться, товарищ капитан.

Капитан НКГБ: Ты, являясь агентом гестапо, влился в партизанский отряд союзного государства и выполнял порученные тебе задания.

Николай: Мне не перед кем тут раскаиваться…

Капитан НКГБ: Перед тем, как изложить все факты, касающиеся твоей предательской деятельности, ты хочешь кратко рассказать о своем прошлом… Я, Николай Васенин, родился 5 декабря 1919 года… Та-та-та… По тексту… Мы уже проверяли… Факты подтвердились… Владея немецким языком, тебе часто приходилось разговаривать с немецкими солдатами, работающими в ремроте. Ты проговорился, что являешься лейтенантом Красной армии, и на следующий день был вызван к гауптману. Командир роты начал разговор, в котором заметил, что напрасно ты скрывал свое звание, в плену имеются командиры с большим званием, чем твое. Скоро немецкая армия возьмет Москву и Красная армия будет уничтожена. Коммунизм – враг культуры, и настоящая русская интеллигенция должна помогать немецкой армии. Гауптман разговор свой свел к тому, что ты обязан ему сообщать о настроениях и разговорах русских пленных и, поскольку ты владел немецким языком, мог спокойно беседовать с немецкими солдатами. После этого гауптман вызывал тебя несколько раз, и ты передавал ему данные о настроении русских военнопленных… Такого не было?

Николай: Нет, вы, товарищ капитан, сейчас нагло наговариваете, клевещете на меня.

Капитан НКГБ: Скажи спасибо, что ты еще цел, щенок… Перед тобой гауптман поставил следующие задачи… Проникнуть в партизанский отряд, завоевать авторитет, занять положение, добиться полного доверия и проникнуть в партизанскую разведку. Вести вербовочную работу среди личного состава отрядов и местного населения в целях использования этих людей для связи и разложения отрядов. Сообщать немецкому командованию о дислокации, численности, вооружении, замыслах командования, в общем, обо всем: коды, прилетают ли самолеты, где находятся посадочные площадки, как работают радиостанции. Все это он предложил тебе записать и хорошо запомнить…

Николай, вам плохо?

Николай: Что?

Капитан НКГБ: Николай, как вы себя чувствуете?

Николай: Я… Где я?..

Капитан НКГБ: Вы в надежных руках. В 102-ом запасном стрелковом полку 21-ой запасной стрелковой дивизии, а 11 июля поездом вы отправитесь в Читинскую область. Оттуда, лейтенант, ты никому не сможешь навредить.

VII. ЭПИЛОГ

Автор (закадровый голос): Все пятнадцать лет лагерей Николай прожил с мыслями: «все время оборванный, голодный, урвать бы кусок покушать, хоть у собаки». Там же он встретил Зину – члена партии. Женился. В 2007 году Зина умерла, Васенин поставил на себе крест, стал отказываться от лекарств, угасать… По ночам являлись погибшие друзья по Сопротивлению, вились темные волосы – то ли Зины, то ли Жанны… Тогда, после смерти жены, он впервые рассказал о своей первой любви. И решился на поездку. На поиски Жанны.

Она его не дождалась. Последние недели она провела в коме, в доме престарелых с болезнью Альцгеймера.

Во Франции Николая встречали с военным оркестром. Победитель, освободитель, герой.

Он купил букет бордовых роз и пошел на могилу Жанны Моно. Увидеть в последний раз, поклониться, сказать, наконец, «je vous aime».

Розы были в капельках росы. Они «плакали».

VIII. JE VOUS AIME

Посвящается любви Николая Васенина и Жанны Моно

Как беспомощный рояль,

Запертый в угол,

Отгорели все слова

И превратились в уголь…

Мне бы не знать – любви…

Да в сердце кричит ее шепот.

Мне бы сжигать – стихи…

Да огонь не берет их.

Лишь во сне

Слышен мне твой голос…

Je vous aime…

Я к тебе прикован.

Лишь во сне

слышен мне твой голос…

Je vous aime…

И ни слова больше.

Как беспомощный рояль,

Роняет ноты…

Я спешу тебе сказать,

И боюсь испортить.

Пусть прокляты будут слова,

Что прячутся на дальних полках…

Вы не даете сказать,

Как я люблю ее шепот!..

Лишь во сне

Слышен мне твой голос…

Je vous aime…

Я к тебе прикован.

Лишь во сне

Слышен мне твой голос…

Je vous aime…

И ни слова больше.

IX. Перевод

¹ Николя Вутье, мой отец сказал, что я могу обращаться к Вам так. Меня зовут Жанна. Разрешите войти…

² Николя, солнцу уже выше не подняться… А мне необходимо проверить Ваше ранение. Николя, Вы меня слышите? Николя?..

³ Николя, Вы уже не спите, я слышу, как скрипит кровать… Вы проспали 16 часов… На счет «три» я войду… Раз, два, три… Здравствуйте…

⁴ Меня зовут Жанна.

⁵ Вы находитесь в доме моего отца, капитана Жоржа Моно.

⁶ Вчера Вас доставили. Вы были без сознания.

⁷ Да, я его дочь. Вы очень крепко спали. Я не стала Вас будить.

⁸ Вы говорите по-французски?

⁹ Эмм, может быть по-английски?

¹⁰ Присаживайтесь. Я заменила Вам постель.

¹¹ Садитесь, Николя.

¹² Николя, присаживайтесь. Вам нужен отдых.

¹³ Николя!

¹⁴ Николя, ну что Вы, как маленький? Покажите мне Ваше ранение! Что у Вас с ногой?

¹⁵ Что у Вас? Где? Мой дорогой папа Жорж сказал, что Вам необходима моя помощь… Мне нужно Вас осмотреть…

¹⁶ Жорж…

¹⁷ Николя…

¹⁸ Сама нашла. Задерите штанину, наконец. Все! Сидите смирно. Дайте посмотреть.

¹⁹ Сейчас я схожу за спиртом, обработаю Вашу рану и перевяжу. Сидите смирно…

²⁰ Николя, что я Вам сказала?!

²¹ Присаживайтесь, я все принесла…

²² Да?

²³ Какое странное косое ранение. В Вас будто стреляли вдоль ноги. Но ничего, скоро Вы поправитесь.

²⁴ Не благодарите меня. От добра добра не ищут.

²⁵ Стоп…

²⁶ Николя, сохраняйте спокойствие и дайте мне закончить…

²⁷ Все, скоро будете бегать.

²⁸ Пожалуйста, поправляйтесь. Можете раскатать штанину. Вам здесь не душно? Может, откроем форточку, проветрим? Вы проголодались? Я могу принести Вам завтрак? Уже обед…

²⁹ Каша или суп?

³⁰ Каша?

³¹ Значит, суп, хорошо. Еще Вам нужно умыться и переодеть белье… А вечером я могу поиграть Вам… Отец мне сказал, что Вы очень музыкальный человек.

³² Я говорю, вечером поиграю Вам, если Вы хотите.

³³ Да, конечно. Каждый день перед сном.

³⁴ Так, ладно, мы можем проговорить весь день, а Вы еще не ели.

³⁵ Сидите, сидите. Я скоро приду.

³⁶ Николя…

³⁷ Это Шопен. Я от него без ума.

³⁸ Да, вальс. Десятый. Посвящен Вильгельму Кольбергу, другу Шопена.

³⁹ В четырех тактах вальса заключено его основное зерно: стремление ввысь, к идеалу, и невозможность его достижения.

⁴⁰ Мир прекрасен без войны и смертей. Но достичь мира, как идеала, будто не представляется возможным.

⁴¹ Да?

⁴² Вы хотите, чтобы я Вам почитала?

⁴³ О да, я большая любительница творчества Пушкина. А Евгений Онегин и…

⁴⁴ Как чудесно у Вас получилось! Браво. Мне нравится, как это звучит на русском.

⁴⁵ А где этот фрагмент, который Вы прочитали?

⁴⁶ Пообещайте, что поработаете со мной над ним, я тоже хочу выучить его на русском.

⁴⁷ Покажите, где это? В книге?

⁴⁸ Николя, у вас очень артистичное лицо, но Вы практически не улыбаетесь!

⁴⁹ Улыбка. Ее нет на Вашем лице. А она Вам очень идет.

⁵⁰ Да, давайте я научу Вас улыбаться. Этому не сможет научить даже капитан Моно. Я настаиваю, Николя.

⁵¹ Да, они такие. Поверьте мне, улыбаться так же просто, как и показывать капитана Моно.

⁵² Вообще говорят, что коренные французы – лицемеры. Из-за того, что они ходят с натянутыми улыбками. Но только они вовсе не натянутые, они приветливые. Хотите, я научу Вас улыбаться? Я ведь должна Вам чем-то отплатить за ваши уроки?!

⁵³ Да, не знаю, как это сможет помочь… Но ведь война не вечна… Вы готовы?

⁵⁴ Давайте начнем? Сложите губы трубочкой и подайте их вперед, проделайте круговые движения. Вот так. Повторяйте за мной.

⁵⁵ Да… А теперь улыбнитесь как можно шире… Вот так…

⁵⁶ Плотно сомкнутыми губами «начертите восьмерку», затем расслабьте мышцы. Ну же, повторяйте… Максимально заполните легкие воздухом, выдыхайте через плотно сжатые губы…

⁵⁷ Во время стрессовых ситуаций постарайтесь помнить о том, что, улыбнувшись, Вы становитесь добрее…

⁵⁸ Давайте повторим…

⁵⁹ Нет…

Пьеса «ЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ»

Действующие лица

Злата – девушка или женщина

Вячеслав – молодой человек или мужчина

Рая – женщина, 59 лет, пенсионерка, инвалид III группы

Андрей – мужчина, 61 год, осужденный по ст. 162, п. 1 ¹, состоит в хозяйственном отряде следственного изолятора n

Марианна – девушка, 31 год, флорист

Михаил – мужчина, 30 лет, подследственный (ст. 176) 2, в прошлом индивидуальный предприниматель

Татьяна – девушка, 29 лет, мастер татуажа, в недавнем прошлом гражданка Украины

Сергей – молодой человек, 27 лет, подследственный (ст. 109, п. 2) 3, в прошлом сотрудник частного охранного предприятия n

Екатерина – девушка, 33 года, системный аналитик потребительского кредитования n

Валентин – мужчина, 36 лет, подследственный (ст. 159, п. 3 ⁴, 159, п. 4) ⁵, в прошлом системный аналитик потребительского кредитования n

Иван – молодой человек, 21 год, помощник режиссера Московского государственного театра имени n

Максим Васильевич – мужчина, 47 лет, подследственный (ст. 159, п. 4), в прошлом главный режиссер Московского государственного театра имени n

Любовь – девушка, 28 лет, глухонемая, копирайтер

Марат – мужчина, 33 года, глухонемой, подследственный (ст. 264, п. 3) 6, в прошлом SMM-менеджер

Рада – девушка, 29 лет, домохозяйка

Валера – мужчина, 32 года, подследственный (ст. 111, п. 1 ⁷, а после – ст. 131, п. 1) 8, в прошлом программный директор радиостанции n

Младший инспектор – сотрудник группы надзора отдела режима следственного изолятора n

Все возможные совпадения с реальными событиями и людьми случайны. – Прим. авт.

I

Несчастье – заразная болезнь. Несчастным и бедным нужно сторониться друг друга, чтобы еще больше не заразиться.

Ф. М. Достоевский

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.⁹

Злата, Вячеслав, Марианна, Михаил, Татьяна, Сергей, Рая, Андрей под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата, вцепившись в трубку мертвой хваткой, держит ее у груди. Вячеслав оперся на трубку подбородком, опустив глаза.

Рядом с ними еще три пары, они разговаривают очень громко. Но общий шум словно никому не мешает. Герои молчат, молчат при каждой встрече, обращая внимание на диалоги соседей, которые объясняют почти все, что герои испытывают здесь и сейчас.

Марианна: …Ну так… Самое главное, что это не одна история… Ну, Горюнов, что в фильме… и писатель, как его, ну, журналист Голунов… Совпадение просто… Ну, пишут так, я не знаю… А мистика еще в том, что режиссер этого самого «Текста»¹⁰ – одноклассник этого, как его, Голунова… Тьфу…

Михаил: Кого?

Марианна: Да как кого, того, кому наркотики подбросили менты… Ну, в жизни, не в кино…

Михаил: А…

Марианна: Ну, там и там наркотики подбросили… Но это совпадение… Ну, так пишут, говорю же…

Михаил: А он че?

Марианна: Кто он?

Михаил: Ну, в фильме…

Марианна: А в фильме… Ну, ничего такого, если честно… Петров играет Голунова… Нет, Горюнова… Да… Отсидел семь лет от звонка до звонка… За подброшенные наркотики… Вернулся домой, в Лобню, кажется… Мать умерла, девушка ушла, друзья живут своей жизнью. Уже семь лет все-таки прошло… Семьи, там, дети.

Михаил: Ну-ну…

Марианна: Он решается на встречу с тем оперативником, который ему наркотики подбросил… Находит его… Дерутся… И убивает он его, можно сказать, случайно… Телефон забирает себе, этого мента… То ли от отчаяния, то ли от безысходности… Не знаю, не поняла, он начинает жить его жизнью…

Михаил: Как?

Марианна: Ну, через телефон… Пишет эсэмэски, там… Разруливает как-то жизнь этого мента… Через него свои грехи замаливает… Ну, я так поняла…

Михаил: Понравился фильм?

Марианна: Ну, так… Не знаю… Всплакнула пару раз… Там момент есть один… Где Петров возвращается домой, освобождается, в общем… А днем ранее мать у него умерла. Вот так… Не дождалась… На плите она суп оставила… Варила к приезду Петрова… Не Петрова… Этого… Ну, ты понял. Так вот, он его холодный ел… Говорил: «Спасибо, мам. Вкусно». А мамы уже нет в живых… Страшно мне стало…

Татьяна: … Таааак… Цицьки ще не забув, як выглядят?

Сергей: Смеешься?

Татьяна: От представь цицьки. Представил?

Сергей: Ну, ну…

Татьяна: От сосок, представил?

Сергей: Да.

Татьяна: Подобається?

Сергей: С***…

Татьяна: Так от, около сосков – это ареола… От круг цієї пимпочки…

Сергей: А-а-а, понял…

Татьяна: Так от, ця ж дура – соседка твоя – стовп моралi, в музыкальной школе указкой детей лупить. Прийшла, значит, така…

Сергей: Да ты что…

Татьяна: Ага… Каже у неї комплекси на цій почві.

Сергей: Какие, к черту, комплексы?

Татьяна: Дівчячі комплекси…

Сергей: Девчачьи? Ей без года шестьдесят… Директриса, бл***… Я малым за школой курил, она бате меня сдавала… Подожди, и ты этим занимаешься?

Татьяна: Ну да, фетиш новый. Баби приходять. Вифарбофую їх, вибілюю. Ти, шо цицьки накачали, шрамы закрывають, а ти, шо грудью кормили, сэбэ в форму приводять. И, само собой, бровки, реснички… Все, як раніше…

Сергей: А-а-а… Че творится…

Татьяна: Нэ кажи. И платить готовы. Да хозяйка гребет собі по 80 процентов… Так от і розважаємося…

Сергей: А эта мразота выкрашивала или отбеливала?

Татьяна: А тобі то що?

Сергей: Да так, интересно…

Татьяна: Интересно ему…

Андрей: …А он?

Рая: А что? Ему то что? Мне же звонят. Звонят и звонят. Целыми днями.

Андрей: Телефон смени.

Рая: Говорят, не поможет. У него задолженность около мильона, оказывается… А звонят мне…

Андрей: Ну, не знаю… Ты с ним говорила?

Рая: С Семой? Да. Говорит: «Нет денег». Я ему: «Почку продай». А он: «Нужна она им, пропитая. Мне нужнее, а то вторая заскучает».

Андрей: Вот мразота…

Рая: Бог ума не дал… Подписала эти бумаги… Песня еще эта ужасная на телефоне стоит… Так часто звонит, что разонравилась, к чертям собачьим… Эта… Тик-так…

Андрей: Не знаю.

Рая: Маленькие часики, тик-так. Смеются: «Тик-так». Валерия поет.

Андрей: А…

Рая: Что а?

Андрей: Не знаю я таких песен…

Рая: Что ты знаешь-то вообще? Ты как? Болеешь, что ли? Хрипишь…

Младший инспектор: Граждане, заканчиваем разговоры. Время.

Андрей (младшему инспектору): Начальник, полчаса ток прошло…

Младший инспектор: Заканчиваем, говорю.

Рая (Андрею): Я тебе сигарет да чая купила, Андрюш. Передадут, сказали.

Андрей: Хорошо…

II

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Екатерина, Валентин, Максим Васильевич и Иван под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата, не поднимая трубку, смотрит на Вячеслава. Вячеслав по-прежнему использует трубку как опору для подбородка, смотрит прямо в глаза Злате. Их окружают две пары.

Екатерина: …Кто она? Кто? Она тоже сюда приходит? Сколько тебе положено свиданий? Что ты молчишь?!

Валентин: Ты пришла мне мозги делать?

Екатерина: Я тебе покажу мозги. Я видела тебя у нее в ленте, в инстаграм (организация, запрещенная на территории РФ). «Я лав». «Я лав». «Валя». Не сложно было догадаться. И половина твоего лица еще. Сколько вы вместе?

Валентин: Я понятия не имею, о ком ты говоришь.

Екатерина: Я ей напишу. Я спрошу у ней, раз ты молчишь. И цветами ее усыпал. Мы теперь вместе, знаем, когда у нас годовщина, когда день рождения… Тебе вообще не стыдно? Ты мне скажи? Скажи.

Валентин: Я тебе не изменял.

Екатерина: Как не изменял, если изменял?!

Валентин: Нет, не изменял и понятия не имею, о ком ты говоришь!

Екатерина: Jenya_art, художница бл***… джинсовки расписывает… На половине фото ее голая жопа, на другой – ее художества… Тебе такие нравятся? Что ж ты раньше не сказал…

Валентин: Мне не нравится…

Екатерина: Жопу ей лижешь, что спина вся мокрая…

Валентин: Успокойся, Катя! Катя!

Екатерина: Я дура, вожу тебе одежду, еду, адвокатов… Письма пишу… Так ты себя используешь, а не меня! Ребеночка воспитывает одна. Тяжело, наверное, одной? А ты помогаешь. Жалеешь? Трубку телефонную подыми, скотина.

Младший инспектор: Женщина, держите себя в руках!

Екатерина: Извините, мужчина.

Младший инспектор: Вы мешаете остальным.

Екатерина: Валя, зачем ты так?

Валентин: Катя, еще раз повторяю, я тебе не изменял. И ни на какой фотографии я не могу быть. Тебе просто показалось. Я люблю тебя.

Екатерина: Да? Ты меня за слепую держишь?! Валя, я хочу, чтобы ты очень хорошо подумал. Я подам на развод. Я найду ее, все выясню и подам на развод. Она приходит к тебе? Мы по расписанию у тебя, да?

Валентин: Катя, я прошу тебя, возьми себя в руки. Тебя щас выгонят!

Екатерина: А, может, и к лучшему. Морду твою видеть сил нет.

Валентин: Катя, котеночек… Кать. Котеночек… Кать, я люблю тебя. И очень по тебе скучаю.

Екатерина: Режешь ты меня, Валь. Режешь просто. Спать, есть, работать не могу… Валь…

Валентин: Все будет хорошо…

Екатерина: Как же будет хорошо-то? А?..

Валентин: У нас сейчас очень сложный период… Эти выяснения отношений нам ни к чему… Ну… Ну, посмотри на меня, Кать?..

Максим Васильевич: Нет, если ты хочешь, чтобы я подписался… Никакой аддикции… Никакого почему…

Иван: Ну, а за что мне цепляться?

Максим Васильевич: Ты чем слушаешь?

Иван: Я не понимаю…

Максим Васильевич: У нас слишком мало времени. Еще раз повторяю тебе, нужно проследить именно и только за…

Иван: За зависимостью героя…

Максим Васильевич: Да, и пусть это будет решением. Еще раз повторяю, что Алексей Иванович – это прототип самого Достоевского…

Иван: Да это понятно…

Максим Васильевич: Сколько я еще буду оторван от мира неизвестно, поэтому я прошу, начинайте работу без меня… Давай к зависимости…

Иван: Давай… Он очень много читал про рулетку, и мы видим героя, который сформировал свое отношение к игре…

Максим Васильевич: Нет, Ваня, давай оставим все, что предшествовало… Давай…

Иван: Первая встреча с рулеткой… Да, вера в избранность и удачу…

Максим Васильевич: Нет, послушай… Мы обязательно поговорим и о том, что значит играть для себя, и о том, что значит играть для возлюбленной… Проследим путь…

Иван: Хорошо…

Максим Васильевич: Тебе нужно понять, что происходит с героем после первого выигрыша, случайного выигрыша. Состояние меняется от случайного человека в игре до асоциального ничтожества, для которого ничего не существует, кроме игры. Есть замечательная фраза из романа, повествующая о последних стадиях зависимости. Герой думает, что есть что-то особенное в ощущении, когда он один, на чужой стороне, далеко от Родины, голодный и холодный, ставит свой последний гульден, самый-самый последний… Проследи за…

Иван: За его отношением…

Максим Васильевич: От первого визита до последнего. На что он обращает внимание. Что он испытывает от игры. Сколько от разу к разу проводит времени за игровым столом, даже просто наблюдая за игрой. А уже потом задавай вопрос: почему. Действительность, жизнь, то, что он делает с собой, должны быть крупнее его мыслей и обид.

Иван: Хорошо.

Максим Васильевич: Тебе не должно быть жалко героя. И мне не должно быть его жалко. Герой съел себя сам. От своей любви или ненависти к нему ты не изменишь его судьбу. Она уже известна… Тебе, как режиссеру, нужно, я повторяю, нужно это понять… Ваня, ты здесь?..

III

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Любовь, Марат, Рада, Валера под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата, не поднимая трубку, опустив глаза, смотрит в пол. Вячеслав, тоже не поднимая трубку, смотрит прямо в глаза Злате. Их окружают две пары, одна из которых – глухонемая – общается на языке жестов.

Любовь: …Мне каждый раз кажется, что нас слышат.

Марат: Но это не так.

Любовь: Я понимаю. Но я стесняюсь что-либо сказать.

Марат: Они нас не поймут. Мы можем говорить, о чем угодно.

Любовь: Мне плохо без тебя.

Марат: И мне без тебя.

Любовь: Каждую свободную минуту я куда-то иду. Кому-то пишу. С кем-то встречаюсь. Я делаю все, лишь бы не быть одной. Представляю, каково тебе.

Марат: Мне невыносимо одиноко.

Любовь: Я хочу перетерпеть это время без тебя. Я стараюсь, как могу.

Марат: Я не знаю, как нам помочь. Мы попали в очень неприятную ситуацию.

Любовь: Да уж. Я не буду тебя спрашивать, что у тебя там происходит. Можно?

Марат: Да, дорогая.

Любовь: Я боюсь это не вынести.

Марат: Это не так страшно, как кажется. Намного страшнее будет, когда ты уйдешь.

Любовь: Почему?

Марат: Я не увижу тебя два месяца, а то и больше. Я не могу на тебя насмотреться.

Любовь: Я тебя люблю.

Марат: Какое на тебе нижнее белье?

Любовь: Черное. Твой подарок. Я получила его месяц назад.

Марат: Оно тебе подошло?

Любовь: Да, в самый раз. Как ты узнал?

Марат: Я волшебник.

Любовь: Но ты не сможешь снять его с первого раза.

Марат: Почему?

Любовь: Это не будет для тебя секретом, если я скажу.

Марат: Скажи.

Любовь: Застежка бюстгальтера спереди.

Марат: Да, я бы не снял его с первого раза. А трусики удобные?

Любовь: Да, очень. Марат…

Марат: Что?

Любовь: Они смотрят на нас…

Марат: Никто на нас не смотрит… Тебе нужно привыкнуть…

Любовь: Я как будто занимаюсь сексом в общественном месте. Мне стыдно.

Марат: Но у нас нет выбора.

Любовь: Да, ты прав.

Марат: И у нас есть преимущество.

Любовь: Какое?

Марат: Мы можем фантазировать о сексе вслух, чего не могут все они…

Валера: …Ну? Тебе лучше?

Рада: Мне не лучше, Валера… Я консультировалась…

Валера: Ты с кем угодно можешь консультироваться… Ты дура, что ли? Ты что устроила-то?

Рада: Что я устроила?

Валера: Да, я с тобой разговариваю…

Рада: Не повышай на меня голос, Валер, я тебя прошу…

Валера: Отзывай свое заявление!

Рада: Я не могу…

Валера: Пф… Едрид-мадрид…

Рада: Валера, я потеряла ребенка, нашего с тобой ребенка…

Валера: А ты задумывалась, почему?

Рада: Это слишком большая расплата за твои фантазии…

Валера: Скажи спасибо, что я тебя не убил…

Рада: Как мне с тобой разговаривать? Ты готов меня прямо здесь уничтожить…

Валера: А мне нужно тебя благодарить? Я в тюрьме.

Рада: Тебя переве…

Валера: Я в тюрьме, Рада. Ты совсем тупорылая?

Рада: Валера, не повы…

Валера: Слушай меня внимательно, ты сейчас забираешь все свои эти писульки, я спокойно возвращаюсь домой, тогда и будем обо всем разговаривать. И, может, тогда о чем-нибудь договоримся…

Рада: Валера, я хочу тебе помочь…

Валера: Ты мне уже помогла. Я прекрасно справлялся со всем без твоей помощи…

Рада: Но ты не можешь держать себя в руках…

Валера: Ты пиз*** свою в руках не можешь держать…

Младший инспектор: У вас какие-то проблемы? Если вам не о чем больше поговорить, я закончу вашу беседу…

Рада (младшему инспектору): Простите нас, пожалуйста… (Валере.) Валера, я в тысячный раз повторяю, что я от него ушла к тебе. И как только встретила тебя, несмотря на то, что какое-то время еще проживала с ним, больше с ним не спала. А у него семья уже, дети… Валера, за что ты так со мной? Уже прошло больше пяти лет… Я же тебя люблю… Это была последняя капля…

Валера: Я тебе говорил, что мне не нравятся ваши тупорылые сходки…

Рада: Это встреча одногруппников…

Валера: Ты глухая, что ли?

Рада: Ты хочешь меня в четырех стенах похоронить?

Валера: Да делай ты что хочешь, понятно? Я выйду, и тогда мы обо всем поговорим.

Рада: Да меня достали уже твои угрозы. Вот они где уже. С тобой невозможно разговаривать…

Валера: Закрой свой рот…

Рада: А ты закрой его мне!

Валера: Закрой свой поганый рот…

Рада: Ты постоянно меня во всем обвиняешь. Достало, Валера! Эй, охранник?

Младший инспектор: Женщина, я же предупреждал Вас!

Рада (младшему инспектору): Вы тоже свою женщину считаете своей собственностью и можете над ней издеваться, как хотите?

Валера: Рот закрой, ненормальная!

Младший инспектор: Женщина, покиньте помещение. Или я буду вынужден выставить Вас отсюда…

Рада: Ты сумасшедший, Валера!

Валера: Убирайся отсюда и не возвращайся, тупорылая…

Младший инспектор: Хорош. Рот на замок закрой. Все успокоились… Свидание закончилось. Дуйте по домам!

IV

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Сергей, Татьяна, Марат и Любовь под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата пытается перебороть себя и взять трубку. Вячеслав, взявший трубку, ждет ответного шага от жены. Их окружают две пары, одна из которых – глухонемая – общается на языке жестов.

Сергей (обращает внимание Татьяны на пару глухонемых): Смотри, как руками машут…

Татьяна: Сережа, невдобно мне…

Сергей: Его Тимур зовут, а это его жена…

Татьяна: Ну и хай будуть щасливі. Прекрати, Сережа. Я от шо вспомнила. Такую жесть ща тебе расскажу… Мы приїхали недавно в «Пятерочку». Ну, шо на Порт-Шоссе… Там подвальчик ранiше обувной был. Разорился, и мы въехали.

Сергей: Ну, понял…

Татьяна: У мене процедуры, як обично… Одна клиентка позвонила, попросила, шоб сместить время… Я думаю, выйду, перекурю… Во время работы нельзя, ну, когда очередь потоком. Такі всі стали. Від рук, бач, куривом смердить. Стою, значить, курю. Бабах. Чую, шось впало, ну, в «Пятерке».

Сергей: Ну…

Татьяна: А ни фига. Там в служебном туалете Коля Зайков застрелився.

Сергей: Коля?

Татьяна: Коля.

Сергей: Как? У него же…

Татьяна: Та да, дівчинці три года… Короче, после суток дело было. Он же, як его… Ну, раньше все менты были, а зараз гвардейці якісь…

Сергей: Ну, Росгвардия.

Татьяна: Они самые, от он погоны одел. Не знаю, шо делал конкретно, не сталкивалась лично, упаси Боже с ними сталкиваться. Так от, он зайшов в магазин, набрав полный пакет еды. Оплатил. Підійшов к кассирше, попросился в туалет. И там из пистолета собi голову расшиб.

Сергей: Бл***… Коля, Коля…

Татьяна: Я думаю, дело в менталке, и родичi на це тупо не обращали внимания. У нього жiнка молода с ребенком, а це вже звоночек того, шо человек пипец, як переступив через себе, шоб пойти на такое… От на днях прощание было… Полгорода пришло… Проверок понаехало, даже москалі приїхали… Своими лимузинами наши ямы насиловали…

Сергей: Чем же он думал-то? А мать как будет… Отец…

Татьяна: Смерть страшна і безконтрольна. Раз и все. Без шансів одуматися і йти искать помощи…

Марат: Я, как собака на поводке… Мне говорят: «Голос!», я лаю… и бьюсь… А знаешь, за что бьюсь?

Любовь: За что?

Марат: За то, на каком поводке сидеть… И за его длину еще бьюсь… На цепи всегда больней… А на короткой веревке тело ноет… Ходить хочется… Просто ходить…

Любовь: Я тоже, как на поводке…

Марат: А тут есть люди, которые привыкают. Я не хочу их оскорбить, но они – псы, которые получают удовольствие от натянутой веревки… Будто они пропадут, умрут, если не будут это чувствовать… Это такая форма привязанности… А знаешь, есть такой поводок-рулетка?

Любовь: Да, конечно…

Марат: Так вот, есть и такие – их очень здесь не любят – они на поводке… и представляют угрозу для остальных…

Любовь: Я так боюсь за тебя.

Марат: Не бойся. Надо мной чаще смеются. Руками перед глазами машут и смеются… А что сказать хотят, не слышу… Наверное, оскорбления какие-то… Но тебе не о чем беспокоиться… Я тебя уверяю…

Любовь: Я все равно за тебя беспокоюсь…

Марат: Не переживай… Я каждую ночь представляю, как однажды распилю эти ржавые звенья цепи, чтобы быть с тобой… У нас просто нет другого выбора…

V

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Рая, Андрей, Максим Васильевич и Иван под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата и Вячеслав держат телефонные трубки. Их окружают две пары.

Рая: …Да звонить начали. До десяти раз в день дошло.

Андрей: А ты бы послала куда подальше!

Рая: Я и трубки не брала. До чего дошло… Домой пришли.

Андрей: А ты?

Рая: А я что?! Одна дома. Что я сделаю?

Андрей: А зачем пускала?

Рая: Они сказали, что из суда.

Андрей: Да какой же это суд?

Рая: Да как какой? Обычный.

Андрей: В форме пришли?

Рая: Нет, по гражданской.

Андрей: И что?

Рая: Сказали, описывать будем. Пришли с мешками.

Андрей: Вот мрази.

Рая: Да, музыкальный центр твой стали заворачивать.

Андрей: Отдала?

Рая: Не отдала. Деньги отдала. Пенсию всю отдала.

Андрей: И что?

Рая: Неделю не было слышно. Снова стали звонить.

Андрей: Эх… А Сема что?

Рая: А что Сема? Я его последний раз месяц назад видела. Пьяный пришел с фингалом. Проспался и ушел. Чую, соседом твоим скоро будет.

Андрей: Сплюнь, дура.

Рая: Лучше скажи, что мне делать, Андрюш? Спать боюсь. Снова же позвонят в дверь.

Андрей: А ты не открывай.

Рая: Так они и дверь выбьют. Что я потом без двери делать буду?

Андрей: Не знаю, Рая, что делать. Я покумекаю тут. Может, парни что знают. Позвоню тебе.

Рая: Мне соседка сказала, что это все незаконно. Приставы только могут описать. А коллекторы не могут. А это, наверное, коллекторы были. Я тут по объявлению позвонила. На консультацию меня записали, а я не пошла.

Андрей: А что? Вдруг помогли бы?

Рая: Так это, наверное, не бесплатно. Только написано, что бесплатно. А я уже всю пенсию отдала. Вот жду, когда дадут.

Андрей: Ой, Рая, надо Семку искать.

Рая: А где я его искать буду?

Андрей: А друзей его не видишь?

Рая: Друзья его и приходили. Их я лично не знаю, но Семку с ними видела. Может, он уже ввязался куда. Не знаю, что и думать…

Максим Васильевич: Ну, «игрок», «рулеточник» он или «картежник» эпохи Достоевского… от современного разве отличается чем?..

Иван: Пожалуй, только одеждой…

Максим Васильевич: Да. И различием атрибутов: портретами на монетах и фишках… Искушение не скупится на зависимость, податливость и безволье. А ты обратил внимание, кстати, на цвет в романе?

Иван: Цвет?

Максим Васильевич: Я о рулетке. Это игра двух цветов.

Иван: Красного и черного…

Максим Васильевич: Да, соответственно…

Иван: Красный – жестокость, агрессия, кровь…

Максим Васильевич: Черный – отрицание света, тьма… В свою первую игру Алексей Иванович ставит на красное. 5 фридрихсдоров, 10 фридрихсдоров, все… И все на красное. Я связываю это с нарушением психики и здоровья героя… Потом с этими цветами у него будет связано все, вплоть до лица мадемуазель Бланш… Цвет волос черный, как тушь… Глаза черные… Губы всегда напомажены… А ее непостоянство, как вращение игрового колеса…

Иван: Да, он так и говорит, что «это дьявольское лицо умело в одну секунду меняться…»

Максим Васильевич: Все верно. Мир двух цветов. И… о «джентльменской» игре к слову. Ведь в определенный момент выигрыш или проигрыш перестал иметь значение. На передний план вышла красота жеста. Я вернусь через день, неделю, месяц, чтобы проиграть свое и чужое…

Иван: Абсурд…

Максим Васильевич: Абсурд… Хм… А чем ты лучше «рулеточника»?

Иван: Я отдаю себе отчет в своих действиях…

Максим Васильевич: Напомни, где мы находимся?

VI

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Екатерина, Валентин, Марианна и Михаил под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата, не поднимая трубку, смотрит на Вячеслава. Вячеслав, не поднимая трубку, смотрит в пол. Их окружают две пары.

Екатерина: Ты перестанешь выставлять меня дурой?

Валентин: Ты сама выставляешь себя дурой… Только я прошу, не кричи… Мы можем с тобой спокойно поговорить?

Екатерина: Да, давай.

Валентин: Что стряслось?

Екатерина: А она знала, что ты женат?

Валентин: Кто?

Екатерина: Женя.

Валентин: Какая?

Екатерина: Валь?

Валентин: Да…

Екатерина: Скажи, тебе не стыдно?

Валентин: За что мне должно быть стыдно?

Екатерина: А тебе не обидно, что твоя жена – дура?

Валентин: Иногда.

Екатерина: Перед коллегами, друзьями? Перед моими родственниками? За то, что твоя жена – дура вусмерть. А? Дура, потому что здесь сидит. Дура, потому что глотает твою ложь ложками. И сидит. Дура, потому что возит твои котомки через города. Не всем же быть творческими натурами, кто-то должен быть дурой… Да? Так вот есть такая буква, называется буква «хер». Я устала, Валя, быть дурой. Либо ты мне сейчас все расскажешь, либо тебе привезут документы о разводе.

Валентин: Хорошо, что тебя интересует?

Екатерина: Кто она такая? Откуда она взялась? И почему, Валя?

Валентин: Хорошо, ты действительно хочешь знать?

Екатерина: Да.

Валентин: Хорошо.

Екатерина: Говори.

Валентин: У меня, кроме тебя, никого…

Екатерина: Еперный театр… Валя, она удалила все свои посты о тебе… Ты ей позвонил?

Валентин: Я никому не звонил…

Екатерина: И хорошо, что у вас мобильные запрещены. Я бы вам, падлам, и стационарные отключила… А зачем они вам? Бл*** звонить… Жены сами придут…

Валентин: Катя, возьми себя в руки…

Екатерина: А я и у нее спросила… Интересно, что она ответила?

Валентин: Нет.

Екатерина: А что глазки-то забегали? Так вот она тебя не сдала. Она ничего не ответила. Она меня заблокировала. Но я ее найду. Я ее все равно найду. А она знала, чем ты занимался? И почему ты здесь?

Валентин: Катя, ты уже с ума сходишь…

Марианна: …Лысый…

Михаил: Нагиев?

Марианна: Лысый… Ой, дай Бог памяти… в эпизоде он снимался… Богатыри на груди набиты… Танцевали там пьяные все…

Михаил: «Горько», что ли?

Марианна: «Горько», «Горько»… Ну, такой же горький и фильм… Александр Паль! Вспомнила имя актера!

Михаил: А че горький?

Марианна: О-о-о… после него бутылку вина выпила… Фильм затрагивает тему измен… Называется «Верность». 11 Я еще долго потом сама с собой рассуждала, о чем и зачем… В общем, он артист провинциального театра… Она акушер в какой-то частной клинике. У них пропал секс. Ой, тут можно такое говорить-то?

Михаил: А че?

Марианна: Ну, в общем, понял. Она стала ревновать его. Короче, из пальца высасывала повод. Можно было что-нибудь поинтересней придумать. Нашла какие-то сомнительные доводы, чтобы изменить, и тем самым оправдать свою измену. Не знаю, что она больше хотела: сделать ему больно или справить свою нужду. В итоге полет с парашютом во все тяжкие. Один из ее любовников, в кавычках, оказался мужем ее клиентки. Все обо всем узнали. Город маленький. Слухи расходятся. А Паль не виноват оказался. Я бы ее тоже не захотела на месте мужика. У нее вроде сиськи норм, но сама смурная такая… Неживая какая-то… В общем, он ее прощает…

Михаил: Понятно…

Марианна: И вот я сидела думала, думала… Вот смогла бы я простить или нет…

Михаил: И что?

Марианна: Ну, ты бы смог?

Михаил: Я… А у них дети были?

Марианна: Нет…

Михаил: Наверное, не смог бы…

Марианна: Я со Светкой ходила, она вообще по-другому кино поняла. В общем, Паль захотел свою жену только тогда, когда почувствовал ее измену. Только когда почувствовал. Интуитивно. Тогда он на нее и набросился. Ну, для этого самого. А когда узнал об измене, напал с расспросами. Ему были интересны детали. Пусть он был изрядно пьян, однако слово не воротишь. Не знаю. Может быть, я старая… А ты че думаешь?

Михаил: Да не знаю я…

Марианна: Вот и я не знаю…

Михаил: А ты?

Марианна: Что я?

Михаил: Простила бы?

Марианна: Не знаю. Но за подробностями не полезла бы…

VII

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Валера, Рада под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата и Вячеслав смотрят друг на друга, не поднимая телефонные трубки. Их окружает одна пара.

Валера: …Ну и?

Рада: Валер, я встану и уйду. Я больше не буду позориться. Я устала…

Валера: Ты можешь катиться на все четыре стороны, но сначала помоги мне…

Рада: Валера, я изо всех сил стараюсь что-нибудь да сохранить…

Валера: Это он столько уверенности в тебя вселил?

Рада: Нет, это сделал ты… Валера, я очень сильно устала страдать…

Валера: А я на курорте нахожусь…

Рада: Я очень тебя боюсь, Валера… И…

Валера: Подожди, подожди… Тебе хорошо стало, что ли? Спокойней, что меня здесь держат?

Рада: Я не знаю…

Валера: А ты сюда приходишь повеселиться? На клоуна посмотреть?

Рада: Нет, вовсе нет…

Валера: Хорошо он тебя жарит?

Рада: Что ты хочешь услышать?

Валера: Подробности…

Рада: Какие подробности?

Валера: Как все прошло?

Рада: Тебе вряд ли это будет интересно… У тебя слишком бурная фантазия, в отличие от моих скудненьких историй…

Валера: Да нет, мне будет полезно. Местный психолог сказал прекратить мысленное общение с ненавистными мне людьми. А я остановиться не могу. Я веду эти беседы. В мыслях. В мыслях я даже принуждаю людей к чему-то.

Рада: Ты и в жизни такой…

Валера: Я принуждал тебя. Весь день и ночь. Принуждал тебя к нему. Привязывал.

Рада: Что ты хочешь?

Валера: Я хочу, чтобы это было правдой. Мои мысли. Чтобы они оправдались, и я посмотрел в твои сучьи глаза.

Рада: Сучьи? Ну, смотри. Что видишь? Зачем мне вообще говорить? Ты уже все себе нарисовал там, в канапушке своей. Только зачем я снова пришла…

Валера: Совесть. Это называется совесть.

Рада: Нет. И что ты нарисовал? Хочешь я подтвержу? Нет, хочешь, я даже воплощу это?

Валера: Да, очень хочу.

Рада: Ну, давай.

Валера: Начинай.

Рада: Что?

Валера: Сама.

Рада: Я считаю, что это все ошибка. Все чаще так считаю. И виню себя.

Валера: За что? За то, что ушла к Диденко?

Рада: Да, а ты лишь расплата.

Валера: Так…

Рада: Он сидел напротив меня весь вечер. В хорошем костюме, с хорошим настроением. Такой человек притягивает.

Валера: А я отталкиваю?

Рада: Да кто ты вообще такой, чтобы к тебе что-то чувствовать? Кто ты такой?

Валера: Не повышай голос. Потише… Ну, продолжай…

Рада: Да пошел ты… (Встает и уходит.)

Рада (младшему инспектору): Выпустите меня, пожалуйста.

Валера: Куда ты спешишь? Побудь со мной…

Рада (младшему инспектору): Выпустите, пожалуйста…

VIII

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий. Злата, Вячеслав, Максим Васильевич, Иван, Татьяна и Сергей под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата и Вячеслав смотрят друг на друга, не поднимая телефонные трубки. Их окружают две пары.

Максим Васильевич: …Конечно, Ваня, азарт игры – это всегда противопоставление быстрого обогащения медленному накоплению…

Иван: Но Полина для Алексея Ивановича всегда является X-фактором…

Максим Васильевич: Безнадежно влюбленный в дочь состоятельного генерала или в тень состоятельной жизни хочет побороть раба… На лопатки и сразу… бах… Но в итоге борет человека… И, правильно, не забывай об X-факторе, где азарт игры на рулетке противопоставляется азарту страсти к ней… В данном случае к Полине. Как минимум, две производные…

Иван: Но…

Максим Васильевич: Но азарт и сильнейшая зависимость, которые однажды познакомили тебя с эйфорией, после проникнут, как наркотик, во все области жизни и сломают психику… Это лихорадочное состояние, учащенное состояние… Лихорадочный ритм… И Достоевский… Да и Бальзак… Бальзак даже чаще обращается к этому лихорадочному ритму, который захватывает человека, как водоворот щепу, ломая волю, оставляя на краю пропасти…

Иван: Они все в той или иной степени на краю пропасти: Алексей Иванович, Полина, бабушка…

Максим Васильевич: У тебя объект наблюдения один, мы не знаем, о чем писала в дневниках Полина, о чем молчала бабушка… И это не наша работа, Ваня! Не наша…

Иван: Но что мы скажем?

Максим Васильевич: А что мы можем сказать? Мы можем только предостеречь…

Иван: А если я хочу вылечиться…

Максим Васильевич: Ваня, тогда иди в больницу… Мы с тобой не доктора… Ты никогда не найдешь для каждого больного, в кавычках, свою стенографистку Анну Сниткину…¹²

Иван: Но…

Максим Васильевич: Я понимаю, что ты хочешь сказать. Но ни ты, ни я не мессия. Ты что о себе возомнил?

Иван: Ну, тогда это все просто бизнес… И ничего личного…

Максим Васильевич: А ты хочешь дать человеку противоядие? Да?

Иван: Да…

Максим Васильевич: Ваня, ты можешь дать человеку только слабительное… И только обосравшись, он все поймет… Да простит меня Бог и Федор Михайлович… Скажи мне, что случилось с Достоевским в Висбадене?

Иван: Он там проигрался и потерял свою Полину…

Максим Васильевич: Потерял человека… даже двух, вернувшись домой… Его нужда и малорадостная перспектива долговой тюрьмы стали катализатором написания романа «Игрок»¹³. А во время работы над ним он сошелся с Анной Сниткиной, которая родила ему четверых детей. Благодаря этому он навсегда отказался от игры… обосравшись, Ваня! А ты только и можешь, что рассказать об этом зрителю за один академический час, в промежутке между звонящими телефонами и туберкулезным кашлем… Прости, господи, еще раз…

Татьяна: Задолжал бешеные грошi, слухай… Чи то миллион… Збрехати боюсь… Бандюки, якiсь питерские… Стал продавать наркотики… Через порт… З Пiтера приходил товар кораблем, а он реализовывал… Подросткам, конечно…

Сергей: Ну, кому ж еще…

Татьяна: У Питере проигрався… От на поводок его и посадили…

Сергей: Да ты что…

Татьяна: Ну так а шо, ментовскую форму напялив, кто ж палить-то буде… Сам должен за такими, як он бігати, а он… Ну, городок маленький… Якісь малолітки и здав его… Я так до конца и не поняла… Я думала, шо у Кольки просто кукушка поїхала… А нi…

Сергей: Я слышал, мамка его с плакатом по городу гуляла.

Татьяна: Так на неї всі як набросилися… Весь город озверел. Вона вийшла з плакатом перед зданиєм ментовським… Написала там, що Коля не наркоман… Тоже мозгами поехала, якщо чесно… Голодовку объявила, просила снять с ее сына клевету. А що знiмати? Це що, якесь прокляття… Чепуха, в общем…

Сергей: Ну да…

Татьяна: Я вроде не видела, щоб от гашика помирали прямо… Але зараз прям согласна, що ті, хто у школі були не проти пошмалить, якось їх життя порозкидала: кого в тюрьму, кого в лікарню…

Сергей: А че он играл?

Татьяна: Да от сама не знаю… Як оказалось…

Сергей: И че людям надо…

Татьяна: Та хрiн его знає, що людям надо… И проверка та ментовська, кстати, приехала зовсім не труп с кафеля сошкрібати, а, як оказалось, брать его… Просто ж как узнали все, прятаться перестали… Ну, схему они большую нарыли… Там и ребята из речнухи в теме были… В общем, що ни кіно, то «Бандитский Петербург»…

Сергей: А мать?

Татьяна: Час минув, стихло все… Та ну їх на хер усіх, Сергію…

IX

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Рая, Андрей, Валентин и Екатерина под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата и Вячеслав смотрят друг другу в глаза, не поднимая телефонные трубки. Их окружают две пары.

Рая: Андрюша, я серьезно. Я боюсь заходить в подъезд. Они там ждут.

Андрей: Они просто пугают, Рай. Это такой способ вывести человека из себя…

Рая: И у них получается. Они за мной следят. А я что? Что я могу им дать? Я таких денег отродясь не видала… В больницу слегла на две недели с давлением. Думала, как страшный сон пройдет все. Нет, выписалась, а они тут как тут.

Андрей: Тебе надо обратиться к участковому…

Рая: Да я писала уже… Участковый приходил. Они ему сказали, что просто друга ждут и никакого отношения ко мне не имеют. Ну, мне так участковый передал… Хотя что-то мне подсказывает, они ему другое сказали…

Андрей: Да…

Рая: А знаешь, что учудили в последний раз?

Андрей: Что?

Рая: Замки соседям клеем залили… А мою дверь не залили. И так несколько раз они делали.

Андрей: Вот с***…

Рая: Да, вот все на меня огрызаться и стали… Я так скоро помру, Андрюша… Я там теперь как изгой… Даже Раиса Сергеевна перестала здороваться.

Андрей: А про замки участковому говорила?

Рая: Говорила. А он сказал, что заявление принимают при ущербе от трех тысяч рублей… А у меня ущерба вообще нет… А соседи молчат… Я сказала Раисе о своих мыслях про бандитов. А она ответила, мол, не вмешивайте ни нас, ни наших детей, ни наших внуков в свой кошмар. И все.

Андрей: Вот дела…

Рая: А я после этого всего и дверь боюсь закрывать на замок… Заклеють же… А я сама и открыть не смогу… Щеколдой пользуюсь…

Андрей: А Семка?

Рая: Не объявлялся… Мне, Андрюша, кажется, что не из банка звонили-то, а бандиты какие-то… Семка ввязался во что-то крупное… Раз мильон… А если квартиру продавать, куда я поеду? Кому я нужна?

Валентин: Давай не будем скандалить…

Екатерина: А как ты хочешь?

Валентин: Просто поговорим…

Екатерина: Да, надеюсь, это будет последний наш с тобой разговор…

Валентин: Не торопись…

Екатерина: Я тебя слушаю…

Валентин: Я знаю, что был неправ…

Екатерина: Знает он… Ну…

Валентин: У меня с ней ничего не было…

Екатерина: Тантрический секс?

Валентин: Я соврал тебе…

Екатерина: Ну, допустим…

Валентин: Я соврал тебе только в одном, сказав, что ее не знаю… Я знаю ее, знаю, чем она занимается… Но не более…

Екатерина: Бросила тебя, да? Один раз она здесь была?

Валентин: Ее здесь не было…

Екатерина: Ну, допустим…

Валентин: Мы познакомились с ней на мероприятии… Она какой-то баннер делала. Рисовала его под заказ.

Екатерина: Ну…

Валентин: Я работал с ней. Согласовывали макет изображения. Размеры всякие. Всю техническую ерунду. Вплоть до регистрации ее ИП, чтобы по безналу все провести.

Екатерина: Зарегистрировал?

Валентин: Да, зарегистрировал. Она клеилась ко мне, да.

Екатерина: Ну а ты?

Валентин: А мне безразлично.

Екатерина: Так уж и безразлично?

Валентин: Да.

Екатерина: Ну, хорошо.

Валентин: У нее ничего на меня нет. И все, что она могла тебе сказать, обыкновенная ложь женщины, которой отказали. Я люблю тебя, Катя. С ней у меня ничего не было. Ни с ней, ни с какой-то другой. Я хочу, чтобы ты мне верила.

Екатерина: А как, Валь?

Валентин: У нас у всех сейчас тяжелое положение. Но мы справимся. Я обещаю, что все будет хорошо.

Екатерина: Не будет, Валь… Я не верю тебе…

Валентин: Это все большое недоразумение, Кать. Одна огромная ошибка.

Екатерина: Ты только сегодня два раза уже соврал. Я у замполита вашей богадельни была. Он сказал, что приходила девчонка-то. К тебе… Или это тоже недоразумение? Огромная ошибка. Так это твоя ошибка, Валь. Одна большая ошибка. И деньги от выпускников детских домов, которые вы своей конторой себе присваивали, тоже ошибка? Это их вклад в будущее, да? В твое? Так твое, походу, предрешено… Это я теперь не знаю, как от тебя отмыться… От этих историй… А тебе то что? Ты, видимо, родился грязным… Не мы такие, жизнь такая? Ты не переживай… Я твоей Кате ничего не сказала… Еще воротится, может… Она тоже до последнего молчала… Но за нее ее ребенок сказал… Ты с ним на сноуборде катался… Он тебя помнит… Всего хорошего, Валь. Я все твои вещи сложила и к СИЗО подвезла. Я заплатила. Если не пропустят, а точно не пропустят, все на помойке будет. При выходе справа.

X

Город Москва. Следственный изолятор n. Комната для краткосрочных свиданий.

Злата, Вячеслав, Любовь, Марат, Рада и Валера под присмотром младшего инспектора сидят напротив друг друга с телефонными трубками в руках. Их разделяет стеклянная стена.

Злата и Вячеслав смотрят друг другу в глаза, не поднимая телефонные трубки. Их окружают две пары, одна из которых – глухонемая – общается на языке жестов.

Любовь: Я так ужасно выгляжу.

Марат: Нет, ты хорошо выглядишь.

Любовь: Проревела всю ночь.

Марат: Что случилось?

Любовь: Вчера ходила на спектакль «Женщина с витрины» в Театр Мимики и Жеста. И до сих пор не могу успокоиться.

Марат: Спектакль такой грустный?

Любовь: Спектакль очень грустный.

Марат: Это всего лишь спектакль. У тебя есть я. И у нас все будет хорошо.

Любовь: Я такое видела впервые.

Марат: О чем был этот спектакль?

Любовь: О человеке, о любви, о рамках и подлости жизни, жизни, которую создает человек.

Марат: Что тебя так тронуло?

Любовь: С самого начала я не могла сдержать слез. Герой – одинокий мужчина, обыкновенный человек, бегущий под стать городскому ритму. Он на бегу общается, работает и даже отдыхает, пьет кофе, ест, как кукла, как манекен. Этот длинный забег одиночества прерывается только ночью, во время сна. Каждую ночь во сне к нему приходит девушка мечты. В жизни он ее встретить не успевает – не хватает времени. Он покупает манекен, созданный по образу и подобию этой девушки, и начинает изображать жизнь с ней. Бездушный манекен никак не реагирует на мужчину. И лишь ночью, во сне, они меняются ролями. В определенный момент ты начинаешь путаться, кто из них живой человек, а кто манекен. И мне так стало грустно и одиноко. Я ведь даже дома продолжаю общаться с тобой.

Марат: Я очень тебя люблю.

Любовь: А человек боится признаться себе и другим в своих слабостях. А ведь это не слабости. Это наши настоящие чувства. И сидим мы теперь в домах, прячем эти слабости. А что нужно человеку? Любить и быть любимым.

Марат: Я полностью с тобой согласен.

Любовь: Человеку же больше ничего не нужно. Все остальное – обман и подражание. Я тоже тебя люблю, Марат. И я так жду, когда все это кончится.

Марат: Мы скоро снова будем вместе.

Рада: …Ты так меня забил…

Валера: Я?

Рада: Да… Ты такой жалкий, Валера, человек… Человечек…

Валера: Ой, не усугубляй.

Рада: А что ты мне сделаешь? Пошлешь за мной кого-нибудь? Да уж лучше так, чем терпеть…

Валера: Ну и зачем ты пришла к жалкому человечку?

Рада: А рассказать тебе хочу, как мне хорошо без тебя… И я больше тебя не боюсь…

Валера: Удобно тебе. Я бы тебе ножки-то подпилил…

Рада: Ты такой гнилой, Валер…

Валера: Зачем пришла?

Рада: Я набрала тебе пакет гнилых продуктов, чтобы ты наелся… Вкусно наелся… Тебе передадут… Ни в чем себе не отказывай…

Валера: Я тебя ими и накормлю… Мне недолго осталось здесь находиться…

Рада: Не, мне так не кажется…

Валера: Ну, мало ли что тебе кажется… Ты умом никогда не блистала…

Рада: Я так классно тра*** с Диденко…

Валера: Я спрошу у него, как это было… Ты ничего нового не расскажешь… Ты – бревно… Не женщина. Бревно.

Рада: Мы вернулись с Тая… неделю назад… Новый год отмечали там… У него нет ни жены, ни детей. Он в разводе. А дети не от него были, а от первого брака жены. И мы счастливы, Валерик… Я так хотела тебе это сказать, ты бы знал… И он тебя не боится… Тебя больше никто не боится…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.