Екатерина Шатохина
Как соблазнить проверяющего

Глава 1. О дивный новый мир

Вы уверены, что готовы ко всему? Если да, то советую срочно забрать слова обратно, поскольку мой перенос в другой мир и в другое тело произошел очень странно и необъяснимо. Хотите знать, что такого я сделала? Да ничего, просто меня убили случайно. Одна взбешенная дамочка чисто случайно застрелила меня и своего тупого неверного муженька. Должна вам сообщить, что муженька откачали, и он-то смог оправдаться перед благоверной, что его любовница не я. Но ей и мне это уже не поможет: ее загребли за убийство, а я отправилась в другой мир, и при этом в другое тело какой-то абитуриентки. Ладно, нужно рассказывать все постепенно.

Ну вот не могу поверить: меня застрелила какая-то дамочка, а я даже имени ее не знаю. За что? Какое-то время я билась в истерике около своего тела и пыталась влезть обратно, приговаривая: «Ну давай, живи, нам еще уйму дел надо делать – продукты домой привезти, маме помочь с уборкой, к подруге завтра съездить. Ну давай!».

Пока я пыталась воскреснуть, приехала полиция и скорая, которую эта дура вызвала после того, как уложила нас обоих. Ну кто так делает? Мое тело стали перемещать, ну и, конечно, я последовала за ним. Рассказывать, как ревела моя семья и родственники, я не буду – единственное, что скажу, что возненавидела эту глупую дамочку, которая вероломно заставила страдать моих близких, ее-то мужика откачали, и он такой благородный все-таки оправдал свою честь перед своей уже бывший женой.

Я даже не дождалась похорон: меня резко понесло наверх, а в следующий миг я оказалась в теле какой-то девушки. Она, как я поняла, проходила какое-то испытание на вступительных и, наверное, переборщила, но прошла первый этап.

Когда я ощупала свои карманы, то оказалась, что у меня снят номер в городе на четыре дня, как я поняла, на время вступительных. Подходить к ветхой гостинице сарайного типа было страшно, а вдруг упадет мне на голову. Ну, естественно, я пошла – куда мне было деваться. Зайдя в комнату, я плюхнулась на кровать, не зная, что делать. Сама комната напоминала кладовку с одной еле впихнутой кроватью и тумбочкой.

***

Когда я очнулась, уже светало. Мое новое тельце явно чем-то мощно приложило, но вот чем – фиг знает. После двадцати минут метаний меня отпустило, и я занялась разбором моего уже рюкзака. Главный вопрос – «кто я?» – обнаружился тут же копия вступительных документов.

– Аллилуйя!

Хозяйку тела звали Ида Кармилова, ей двадцать лет, обучалась перед попыткой поступления в академию в каком-то женском пансионе благородных девиц «Лидия». Божечки, какая у нее оттуда характеристика: «истинная леди, покладиста, обладает набором знаний об этикете и придворных танцах, занималась вышивкой лентами». Да уж, из соответствий со мной – человеком, который периодически косячит и всегда не там, где нужно находиться, – единственное, что совпадает, – вышивать, причем не только лентами, но и крестом с гладью. И самое главное в характеристике было после приписки как бы между делом, что силы у меня кот наплакал – всего 30 %.

Почему мне кажется, что владелицу тела, а теперь меня, не очень-то любят и уважают в обществе. Печенкой чувствую, что в этом мире магия – это все. Следом были вытащены несколько штанов серого цвета, пара кофт приглушенных оттенков (хорошо, что не попугайных цветов), две юбки и одно платье. Из обнаруженных денег было видно, что девчонку вышвырнули из пансиона с деньгами, так сказать, добраться до первой деревни, выйти там за придурка и прожить остаток дней в голоде и нищете. Ну или загреметь в какой-нибудь бордель. Удивительно, что она каким-то чудом добралась до академии. Также было обнаружено переписанное расписание вступительных испытаний: если сравнить по датам, то осталось одно испытание силы души.

Через еще пару часов терзаний: что делать? куда идти? чем заниматься? и как выжить? да и просто на меня все навалилось, – душевные терзания были прерваны мыслями. Чего это я нюни распустила, все будет хорошо, академия может дать знания и крышу с едой в течение нескольких лет обучения, а там посмотрим, куда жизнь лихая приведет.

Глава 2. Испытания души

Что я могу сказать о своих уже мозгах: если в них и были знания, то они погибли вместе с хозяйкой тела, поскольку, идя на испытание, которое начиналось в 9:00, я надеялась на наше русское «пронесет».

Через пару кварталов тупиков и просто кошмарных с виду улиц я все же добралась до величественных стен академии. Белый цвет забора и фасада хорошо сочетался с зелеными насаждениями, большие раскидистые дубы в сочетаниях с липами обрамляли дорожки на территории. Почему-то цветники были разбросаны только около самой академии.

Скопление претендентов на обучение я заметила около главной двери примерно через час после своего прихода. Всей гурьбой мы проследовали в зал для испытания души. Не поверите: для кого-то это было собеседование, кросс, магический бой, а кто-то просто должен был проявить силу физическую или медитативную. Ну и, конечно, моя «удача» была со мной в этот час, и мы вытянули с ней жребий на собеседование – это, как оказалась, высшая проверка будущего студента. Расспросив ненароком прошедшего уже такое же испытание, я впала в ужас: меня будут допрашивать и магией в меня своей пулять, а самое страшное, там, говорят, какой-то дознаватель империи будет присутствовать и преподавать.

Через пару томительных минут подошла моя очередь, я вползла ужом в кабинет комиссий. Слава богу, меня почти не заметили, кроме одного мужчины, сидящего на почетном месте рядом с ректором. На табличке было выбито «Лео Гарбальт», его черные пронзительные глаза смотрели на меня как-то очень придирчиво. Ну а что не так, бывшая хозяйка тела была, конечно, не красоткой, но достаточно миленькой дурехой: темные волосы я сегодня заплела во французскую косу, карие глаза, тонкий аккуратный нос с таким же аккуратным ртом. Когда меня уже все заметили, то я поняла, что на лицах почти всех читается понимание, что опять им придется слушать бред про «О, я так хочу поступить в академию», «О, разумеется, я буду стараться изо всех сил». Пока я думала, сама чуть не взвыла.

Ректор оказался очень худощавым мужчиной, с тяжелым взглядом и твердыми чертами лица; слева сидел настоящий эльф с белыми волосами и высокомерным видом, как было написано на табличках, некромант (я выпала в осадок); после шли две женщины: одна рыжая целительница в смешном пестром костюме попугая, но с доброй улыбкой, вторая была, как у нас говорят, «инстаграм дивой» – с модной здесь, как я поняла, покраской на голове и в откровенном платье, на табличке значилось «Миранда Маратовна, маг-бытовик». Ну и главное – наш «ревизор», черноволосый мужчина с высоким лбом, аккуратным прямым носом неуловимо производил впечатление хищного зверя, то, что мне нужно держаться от него подальше. Не знаю почему, но мне казалось, что он знает, какое впечатление производит. Как ни странно, говорить начал он, а не ректор. Ехидная улыбочка, с которой тот начал допрос, меня несчастную изрядно пугала и нервировала.

– Итак, вы Ида Кармилова, вам двадцать лет, обучалась перед попыткой поступления в академию в женском пансионе благородных девиц «Лидия». Все правильно?

– Да.

По лицам присутствующих я поняла, что у них эта чертова рекомендация, и выводы о моей бестолковости и бесполезности уже сделаны.

– Ну что, какие планы на будущее?

Ехидство в интонации вопроса он даже не пытался скрыть, да и все остальные не скрывали ехидство. А у меня, дуры такой, вырвалось!

– Выжить.

После моей реплики на меня как-то странно глянули, а кристалл засветился светлым, удивленный «ревизор» продолжил допрос.

– Что это значит «выжить»? Вам больше подойдет светский круг и преуспевающий муж. Зачем вам поступать в академию?

Ну что за тупица, по мне же видно, что я не мастер этикета, а про технику танца я вообще молчу (танцую только вальс и то, как часики, которые сломаны и починке не подлежат). Ну и вообще, как мне ответить, если я первой репликой себя поставила просто в аховое положение. А самое главное, что-то мне подсказывает, что кристалл светится не просто так.

– Я не подхожу высшему обществу, а гоняться за выгодной пассией не намерена.

После этого на меня уставилась с какими-то странными лицами вся комиссия, мне даже показалось, что эльф глянул как-то менее высокомерно. Похоже, здесь у пансионерок другая политика нравов и желаний. Ну что я могу сказать: если растить бесхребетные создания, то и получается, что они все наивны и верят в принцев на каждую из них.

– Интересная у вас позиция! А что вам может предложить академия? Попробуйте описать.

Ну и как мне ответить на столь аховый для меня вопрос, я же ничего не знаю: ни чем занимаются маги, какие есть направления, чем отличается каждое из направлений. Ну это еще полбеды, я еще не выяснила, что это за мир, страна, религия и нравы. Так, без паники. Надо дать расплывчатый ответ, но с виду он должен быть полон.

– Я считаю, что благодаря академии смогу построить свою жизнь наилучшими образом, и, потом, мозг нужно тренировать.

После моего расплывчатого ответа наш «ревизор» с явным непониманием уставился на меня, а потом в мою «чертову» характеристику и расплылся в очень уж предвкушающей улыбочке.

– А скажите-ка нам, вы точно заканчивали пансион?

Приплыли, ну и как мне сказать правду и наврать одновременно? Ну что он прицепился к бедной, глупой, наивной пансионерке! Ладно, великий метод полуправды все еще с нами.

– Мое тело провело там все долгие годы обучения.

А что, я не наврала: мое тело и правда провело в этом чертовом пансионе для рабынь уйму времени. Естественно, формулировка «тело» привлекла внимание, но придраться к формулировке явно не получалось. По лицам присутствующих и проверяющего можно было прочитать, что метод они раскусили. После меня начали разглядывать более усилено, даже все как-то странненько и подленько заулыбалась, а «ревизор» больше и страшнее всех.

– Так-так, юная леди, неплохо, но меня интересует, как в пансионе не заметили такую умную и талантливую леди. Поскольку, если бы заметили, вы бы давно были женой кого-нибудь из вельмож. Как столько учителей могли пропустить ваши способности размышлять?

Ага, размышлять, конечно, ну-ну… Хотите сказать, как они не заметили такую изворотливую змеюку, по которой двор королевский плачет? А мне на это что сказать – что хозяйка тела была дурой и мямлей? Черт, что делать: не могу же я сказать, что танцы и вышивка развивают умение вешать лапшу на уши!

– В пансионе требовались другие умения.

– Вот, вот а в вашей характеристике нет ни слова о ваших способностях?

– Возможно, учителя решили написать просто что-то стандартное.

– Ага, написали они очень стандартно.

По его хитрому лицу можно было понять, что мне не верят. Но как ни странно, ни он, ни комиссия давить не стали, я видела, как ко мне изменилось отношение, даже эльф был уже не против, если одна обалдуйка попадет к нему на факультет.

– Ну ладно, у меня еще будет время все выяснить.

Что? Да зачем тебе это, я неинтересная, глупая пансионерка! Его явно веселила моя недовольная его намерениями моська.

– Ну а теперь наполни кристалл силой.

Мне протянули прозрачный кристалл. Ну вот, пришел мой конец.

Как ни странно, когда моя рука коснулась кристалла, от внутреннего перенапряжения в кристалл стала поступать энергия. Я сообразила запомнить, как это происходит. Все оказалось просто: сила, которая была в теле, освобождалась от мысленной команды через руки, скорее всего, можно и по-другому, но бывшая носительница предпочитала так. Также я отметила, что силы больше, чем места под нее было изначально. Было видно каналы связей, которые, похоже, уже создала моя сила. За этими раздумьями и экспериментом управления энергий в кристалле (да, я могла менять интенсивность набирания и самого рисунка энергий в кристалле). Очнулась я, когда кристалл заполнился энергией и сменил цвет на фиолетовый, а после мне стало страшно. «Ревизор» смотрел так, как будто мышь поймал. На кристалле отразился мой факультет – боевик, а куратор оказывается «ревизор».

После этого я приняла постановление о моем зачислении, а напоследок я всех шокировала, высосав энергию из кристалла до капли, и вылетела из кабинета. В коридоре я услышала истерический смех всей комиссии.

Глава 3. Все в первый раз

Моя комната была довольно маленькой, обшарпанной, но достаточно чистой для общежития: две кровати, у каждой одна прикроватная тумбочка и развешенные полки над кроватями. Поскольку я заселилась второй, мне досталась кровать ближе к нашему общему туалету и ванной комнате. По звукам – моя соседушка опробовала душ. Цвет стен был черт знает каким, но мне казалось, что баклажанным.

Расставляя свои уже вещи, которых было очевидно маловато, после скитаний по комнате я резко вспомнила о библиотечных книгах и побежала забирать, пока очередь не превратилась из большой в исполинскую. Ну как вы поняли, не успела, мне даже номерок выдали с трехзначной цифрой. В библиотеке мне, как всегда, было хорошо: множество деревянных стеллажей напоминали о моей собственной библиотеке. Чаще всего я читала у себя дома фэнтези, но были и другие книги. Дома меня считали «меломаном» в книжном смысле. Запах старых книг манил к себе со страшной силой, в итоге вместо того, чтобы, как все нормальные студенты, сидеть на стульях у столов или обсуждать вырезки из газет академии, я, как ненормальная, побрела вглубь библиотечных стеллажей. Где-то через час я поняла, что в ней есть непопулярные стеллажи, где пыль лежит годами, а самое главное, я нашла энциклопедию мироустройства.

Через три часа я вывалилась в комнату с огромной стопкой книг – честно не знаю, как вообще их доперла, но в следующий миг все вылетело из головы: ко мне пристала соседка. Не могу поверить, прям из анекдота про блондинок: длинные светлые волосы до пояса, голубые глаза и вся в розовом. Мамочки, а почему она клыкастая?

– Приветик, я твоя соседка, меня зовут Милана.

– Привет. Ида.

После моей реплики моя соседушка в розовом не замолкала, а я была страшно рада ее болтливости: это же подарок небес – кладезь информации.

Через пару минут болтовни о нашем душе я выяснила, что она приехала из другого мира Тереса, где живут только вампиры, в эту скромную страну, которая называется Мираной, и, соответственно, в академию Миранис, которая оказалась населена множеством рас. На севере материк ограничен огромными озерами, на юге находится река, на западе расположены холмы, на востоке преобладают бескрайние равнины.Через еще час ее болтовни я выяснила, что она поступила на факультет некромантий и уже умудрилась запасть на эльфа. После еще нескольких часов мы уже обсуждали модные тенденции сначала ее мира, от которых я малость прифигела. Оказывается, она у себя на родине типа белая ворона: все чаще всего носят черное и глубокие темно-насыщенные оттенки, и здесь она в розовом. Но самое удивительное: моя соседушка знала, что в академии уставной формой является только пиджак определенного цвета факультета, и возмущалась, как ребенок, что он не розовый.

На ужин мы пришли вместе. Завтра первый учебный день, а мандраж не отпускает. Милана вообще не волнуется – сплошной позитив. Взяв поднос, я подошла к выдаче и испытала черт знает какой шок за день: из окна раздачи на мой поднос плюхнулась тарелка с салатом и куском мяса и стакан какой-то зеленой жидкости. Но не это главное: все это на поднос поставила костлявая рука.

Мамочка, только не умертви на кухне, молю. Сев за ближайший стол, я все же решила спросить.

– Ты случайно не знаешь, кто на кухне?

– Конечно, знаю: мой куратор поставляет туда периодически образцы экспериментальных слуг.

О боже, за что мне эти испытания! Через пару минут я все же начала есть и надеяться, что ничем не отравлюсь. В какой-то момент я услышала вздох, который напоминал почему-то о вожделении. Я с непониманием уставилась на Милану и, проследив за ее восхищенным взглядом, отметила компанию парней. Да, симпатичные, но чтобы так вздыхать, нужно большее. И тут до меня дошло: это она эльфа своего заметила, а рядом с ним сидел опасный для меня объект – наш «ревизор».

– Все с тобой ясно! Твой и мой куратор почтили столовую своим визитом.

– Правда, классно: твой куратор – проверяющий да и мужчина видный.

– Эй, ты это куда погнала, а как же субординация?

– Ну если добровольно, то все нормально: наша магия стремится к любви, до конца обучения у большинства будет своя пара.

После ее слов я выпала из реальности повторно – что же это за мир такой? Ну если у них на кухне мертвецы, то удивляться надо резко прекращать.

Глава 4. Крещение огнем

У меня создалось такое впечатление, что первый учебный день – это всегда дурдом, особенно если ты первогодка: великие проблемы перемещения по неизученным коридорам, а когда твой куратор – проверяющий академии, да еще и занятие у него первое.

– Ну здравствуйте, товарищи-студенты. Я надеюсь, что мы плодотворно поработаем с вами все несколько лет, пока я буду проверять академию. Лучшие студенты из моей группы после окончания академии отправятся отрабатывать не на благо академии, а на благо империи. Это очень престижные места, и, естественно, я возьму лучших.

После этих слов он глянул на меня, и мне как-то стало не по себе от этого предвкушающего взгляда.

Вам нужно говорить, что чутье меня не подвело, поскольку после теории, а точнее одного, как он сказал, слабенького заклинания, которое будем практиковать в многочисленных залах – после этой фразы начался мой ад. В этом деле физическая подготовка у бойцов должна быть на высоте, а это тело наверняка и стометровки не бегало ни разу в жизни. Единственное, что не дало мне допустить не уложиться в начальный норматив, это моя пресловутая гордость, которая не вовремя всплыла. А самое главное, что так будет каждое утро, поскольку практика будет стоять не всегда, а физическая часть предмета – да. Ну а после я попала на допрос с пристрастием от мастера своего дела.

– Ну приступим, наша милая фальшивка.

– Что, почему это я фальшивка!

Я пыталась возмущаться, но видела, он мне вообще не верит, я сама себе не верю.

– А потому: я связался с пансионом, и мне сказали, что ты слабоватый маг, который не имеет своего мнения, по пансионским меркам «идеальная жена».

– Я же сказала, что в пансионе требовались другие характеристики.

Так, я должна оправдаться, но это должно выглядеть как сухая констатация фактов.

– Я не понимаю, зачем вы с ними связывались, я же говорила, что в пансионе нужны были совсем иные качества, если ты хочешь вообще выбраться оттуда.

– Вот это еще более странно, если бы ты показала свой ум там, то…

Я видела, как наигранно замялся этот лис, в итоге он хочет выяснить всеми правдами и неправдами почему, зачем и как? Прям философ, чтоб его!

– Таких как я сразу женят на вельможах или отсылают фрейлинами во дворец.

– Ну и?

– Я так не хотела, вот и все!

Я развернулась и собралась дать деру, но он успел перехватить меня за талию, гад такой. Нельзя хватать леди такими горячими руками: я девушка современная – могу не выдержать.

– Знаешь, ты очень хитрая, но я хитрей, поэтому хочу убедиться, что ты это ты, и поэтому приказал привести твою воспитательницу сюда на один день.

Отразившийся в моих глазах страх его явно повеселил. Непонятно с какой стороны подошла стройная церемонная дама с высокой прической и странным выражение лица.

– Это ваша бывшая ученица?

На ее холеном лице читалось такое непонимание. Ну, естественно, сделала из прошлой владелицы наивную и уязвимую глупышку, а теперь в шоке от человека, который полжизни провел в сражениях за место под солнцем.

– Да, это наша бывшая ученица. Только ведет себя очень странно.

– О чем вы?

– Ну, понимаете, она была другой, если бы мы знали, то она давно была бы замужем или во дворце. Я не понимаю, как мы просмотрели.

Как-как, все просто: твоя подопечная росла мямлей, ну или ты ее такой вырастила. Но больше всего меня бесит, что меня бы выдали и послали без моего согласия просто потому, что типа все так хотят и так принято. Хорошо, что я попала в ее тело, после того как она покинула пансион, а то проблем было бы завались.

– Я свободна? У меня еще сегодня занятие.

– Да, конечно, запишем это как твой побег от допроса.

Его наглая улыбочка меня окончательно испугала, и я еле выдавила:

– Мы все обсудили, мне больше нечего сказать.

– Да ну.

В следующие пару минут я пыталась гордо удалиться и не сорваться на бег, а когда оказалось за колонной, то выражение «пятки сверкали» было про меня.Следующее, что меня просто убило наповал: мой смотритель и эта «пенсионерская учительница» решили поприсутствовать на призвании стихий. Я решила не обращать на них никакого внимания и начала усиленно конспектировать.

Лекция №1

Принцип четырех стихий глубоко фундаментален. Он лежит в самой основе всей природы вещей и нашего физического мира. Эти фундаментальные понятия лежат в основе всего мироздания, а в астрологии им соответствуют четыре стихии: земля, вода, воздух и огонь. В каждом человеке преобладает та или иная стихия, что дает ему преобладание определенных черт характера и способность ими управлять.

1) Огонь обозначают треугольником – направленный вверх, похожий на язычок пламени или на стрелку. И в этом есть глубокий смысл. Подобно стрелке или пламени, главный принцип огня – стремление, причем стремление направленное, стремление в одном направлении. Поэтому нам не составит труда перечислить качества, которые дает человеку стихия Огня: целеустремленность, энтузиазм, энергия, вдохновение, творческий порыв.

Чаще всего эту стихию применяют боевые маги, поскольку это быстро, удобно и понятно.

2) Символ Земли – квадрат, самая устойчивая фигура. На какую сторону мы бы его ни положили – он не потеряет своей устойчивости, а если мы соединим несколько квадратов, то получим структуру (клетка, таблица). Поэтому главное качество Земли – устойчивость и стремление придать всему структуру. В гороскопе эта стихия дает человеку сильное желание придать всему форму и сохранить ее, обеспечить прочность, надежность и постоянство.

Это сила пользуется популярностью у бытовиков, для них очень важна надежность наложенного заклинания или воздействия.

3) Символ Воздуха – ромб, стоящий на одном из своих углов. Крайне неустойчивая фигура, может упасть в любую сторону. Это символ непостоянства. Кроме того, эту фигуру можно рассматривать как четыре стрелочки, направленные в разные стороны, если брать за стрелочку каждый из углов ромба. Это символ разнонаправленного движения, движения в разные стороны, беспорядочного движения. И в этом вся суть воздуха. Воздух очень активен, он не может находиться без движения, но при этом у него нет определенной цели, поэтому он движется сразу во все стороны, не задерживаясь долго в одном направлении.

Чаще всего свойственно стихийникам, они, по сути, очень похожи на ветер, поэтому их надо особо учить контролю.

4) Символ Воды – круг. Не случайно капля воды в свободном пространстве принимает именно эту форму. Но если налить воду в любой сосуд, то она примет форму сосуда. Поэтому главное качество воды – восприимчивость и пластичность.

Подобно воде, впитывающей в себя любую информацию, человек, в чьем гороскопе сильна эта стихия, пытается воспринять и пропустить через себя все, что встречается ему в жизни. Из-за своей пластичности он чувствует, что каждое происходящее с ним событие, каждая ситуация, в которую он попадает, изменяют его, рождают в нем что-то новое и неизведанное, так, что, по сути дела, он становится другим человеком. Эту особенность обычно соотносят с богатством чувств и эмоций. Чаще всего это, как ни странно, используют боевики и некроманты, очень страстные люди.

После теоритической части пришло время практической: мы должны были призвать одну из стихий. Не буду врать и недоговаривать, но я надеюсь, ко мне придет огонь.

Когда подошла моя очередь, я поняла, что мне придется направить магию в слова, я растерялась: я еще не пробовала это. Но отступать было некуда, я просто направила энергию в слова силой мысли. Как ни странно, все получилась в полной мере: на мой призыв сначала никто не откликнулся, но ректор сказал продолжать, через двадцать минут на мой призыв откликнулся огонь и закрутился вокруг меня спиралью, через несколько минут на спирали стали появляться огненные всполохи. Через некоторые время ректор велел призвать еще какую-нибудь стихию, не отпуская эту. Примерно еще через несколько минут моих потуг откликнулась вода и распределилась хаотичными каплями вокруг меня, не касаясь спирали. Мне стало интересно, откликнутся ли другие стихии. Чтобы откликнулась третья, мне пришлось пыхтеть уже тридцать минут, но в итоге ко мне двинулся воздух в форме маленьких торнадо. А где-то через следующие сорок минут откликнулась и земля: около меня появились симпатичные насыпи.

Когда шла обратно, видела довольное лицо Лео Гарбальта и шокированное у почетной учительницы-«надзирателя», ее шок и непонимание, как она могла пропустить меня.

Ну и, конечно, они посетили почти все занятия, включая одно занятие самодеятельностью, которую я ненавижу еще с Земли. Но и тут мне слинять не удалось, поскольку за мной следят. Она конечно сказала, что главное на ее занятиях не хождения, а участие в мероприятиях. Короче говоря, если ни в чем не поучаствуете хотя бы за год, то зачета не будет. Да уж лучше бы по ходьбе оценки ставила.

После часа разглагольствований на тему, как это важно, что нам это дает и насколько нам это пригодится, я могла с легкостью дать ответ на все три вопроса – никак! Но то, что было дальше, – слов нет: мне пришлось ответить на какой-то психологический тест, где было видно, что я везде наврала в ответах. Ну и, конечно, Кира Анатольевна, проверяя мою работу, просто ужаснулась. В итоге после занятий мне пришлось объяснять, почему я такая неискренняя и зажатая. Естественно, нас подслушивали мои преследователи. Ну а когда я заявила, что ничего из вышеперечисленного меня не интересует, то преподавательницу можно было выносить.

Конечно, мой побег не удался: мой куратор не пожелал меня отпускать, поскольку его волновала моя, так сказать, неискренность.

– Ну и как это понимать – ничего не нравится?

Самое ужасное, что мой преподаватель носил на шее кристалл правды, при котором, естественно, врет только полный дурень.

– Так и понимать, меня не интересуют никакие выступления из этого списка.

Список:

1. Выступление на сцене в день семьи.

2. Чтение стихов на сцене (выступление).

3. Танец на конкурс.

4. Парные танцы на балу влюбленных.

5. Выставка картин в зале белого купола.

– Так, ясненько, а хобби у тебя из этого списка есть?

Вот подлец, каждое слово взвешивает, оценивает, сверяет.

– Да, рисую, но не профессионально, для себя.

– И все же должно же быть еще что-нибудь?

Вот подлюка, чувствует, что у меня еще что-то есть.

– Ну вышивать умею.

В следующую секунду произошло ужасное: Кира Анатольевна решила помочь мне во что бы то ни стало и раскрыть мой потенциал. И мои заверения, что не стоит утруждаться, ее не впечатлили. Тогда этот ночной кошмар спросил, что я с этим буду делать.

– Ничего, придется поучаствовать в одном мероприятии и все.

Я видела, что они оба мной удивлены: обычно девочкам нравится всем этим заниматься. Неужели у них никогда не возникало мысли, что им врут.

Глава 5. Рождение странного чувства

Когда я узнал, что меня, боевого мага, приближенного к императору, отправляют навести шороху в академии, а если честно, просто отобрать талантливых боевиков и не только и привести их во дворец на службу империи, так сказать. Император, для меня по совместительству лучший друга детства, Рокоча Нилов нагло воспользовался нашей дружбой и заявил: «Если не ты, то кто ?». И если вы думаете, что этот хитрец дал мне хоть слово вымолвить, то нет: меня засыпали доводами и быстро, в темпе вальса собрали, как маленького, и в портал запихнули.

Единственное, что было в этой «элитной» Академии, это неплохая архитектура и еще один друг детства эльф Шуга, как ни странно, преподаватель некромантии. Естественно, в первый день мы с Шугой отпраздновали встречу как положено, и я стал тянуть из него информацию. Ну что поделать, привычка у меня такая.

– Ну рассказывай, что нас за испытание ждет послезавтра?

– Ну что ты за человек, о семейном статусе сначала спроси!

Ага, спросить тебя о статусе, герой-любовник, я чуть не захохотал в голос: поверить что он помолвлен или обзавелся семьей.

– Да что тут непонятно – герой-любовник в расцвете сил!

– Ой, это ты о себе, милый друг?

– Нет, это все не для меня, я не люблю дарить ценности, поэтому долго не задерживаюсь. А как по столице прошел слух о моей якобы жадности, так вообще стало глухо.

– Так, ну и обстановочка у тебя, дай угадаю, кто слух пустил. Сто очков даю, что местная мисс конгениальность Миссис Смолин постаралась, она тебя еще в другую лигу не записала?

– Да пока нет, но чувствую, что скоро запишет, и даже близость к императору не поможет.

Мы засмеялись: моему другу когда-то досталось от нее же по причине нежелания с ней спать. Причем удивилась она абсолютно искренно, поскольку считает, что любой мужчина ее хочет, а раз не хочет, с ним что-то не так.

– Ну а через день тебе и всей комиссии предстоит долгое и нудное выслушивание – «зачем поступаешь? что хочешь? какие планы на будущее?» и «что академия может тебе дать, в частности».

Мне чуть плохо от его перечисления не стало: осознание того, что там каждый раз будут говорить одно и то же, особенно девушки, которые в основном приходят не учиться в академию, а мужа искать.Естественно, день приемки студентов полностью оправдал все опасения. Мы с комиссией уже провели собеседование двадцати людям и нелюдям. По закону жизни половина не знает, чего хочет, не имеет планов на будущее или не хочет их озвучивать. А про девушек, которые строили глазки всем более-менее молодым членам комиссии, вообще огонь: мне казалось, что это собеседование на должность жены, а не в академию. Вся комиссия, а особенно мужская часть, была саркастично настроена. И вот опять в кабинет просочилась кандидатка, ее сначала заметил только я. В ней не было ничего особенного: темные волосы, заплетенные, правда, в какую-то необычную косу, карие глаза смотрели как-то уж совсем пугливо, тонкие черты лица достаточно милой простушки.

Я решил взять инициативу, поскольку ректор уже был не в состоянии терпеть!

– Итак, вы Ида Кармилова, вам двадцать лет, обучалась перед попыткой поступления в академию в женском пансионе благородных девиц «Лидия». Все правильно?

– Да.

Характеристика, которая была в моих руках, просто кричала – «бесхребетная, ничего не знающая очередная дуреха». В момент задавания следующего вопроса сарказма в моих устах было хоть отбавляй.

– Ну что, какие планы на будущее?

– Выжить.

Если честно я остолбенел – что она сказала?

– Что это значит – выжить? Вам больше подойдет светский круг и преуспевающий муж. Зачем вам поступать в академию?

– Я не подхожу высшему обществу, а гоняться за выгодной пассией не намерена.

И тут я выпал в осадок вместе со всей комиссией, то есть не интересует брак, не собирается бегать за кавалером. А самое интересное, ее аура буквально сигнализировала – что, мол, дурак, не видно, что не подхожу я под стандарт «леди» и «жена»?

– Интересная у вас позиция! А что вам может предложить академия, попробуйте описать?

Мне было жутко интересно, что она ответит. Я видел, что она начала немного сильней волноваться.

– Я считаю, что благодаря академии смогу построить свою жизнь наилучшими образом, и потом мозг нужно тренировать.

Она даже умудрилась дать типа правдивый и полный ответ да еще и ничего точного не сказала. Мне все больше нравилась эта хитрая и в то же время испуганная змейка, ее липкий страх периодически окатывал всю комиссию. Я ни один не понимал его свойств, там не было страха не понравиться, а, скорее, страх спалиться.

– А скажите-ка нам, вы точно заканчивали пансион?

– Мое тело провело там все долгие годы обучения.

Так-так, она не врет, но что это за формулировка про тело? Я ни один за это зацепился, вся комиссия переглянулась. Но я не мог задать наводящий вопрос, поскольку придраться, по сути, было не к чему, кроме слова «тело». Было видно, разговор все больше ее нервирует, но мысли не подловишь. Меня злодейка чуть не вызвала у комиссии смешки.

– Так, так, юная леди, неплохо. Но меня интересует, как пансион не заметил такую умную и талантливую леди. Поскольку, если б заметили, вы бы давно были женой кого-нибудь из вельмож. Как столько учителей могли пропустить вашу способность размышлять?

В ее ауре обрывками читалось, что не «размышлять», а «хотите сказать, как они не заметили такую изворотливую змеюку, по которой двор королевский плачет».

– В пансионе требовались другие умения.

– Вот, вот, а в вашей характеристике нет ни слова о ваших способностях.

– Возможно, учителя решили написать просто что-то стандартное.

– Ага, написали они очень стандартно.

Как говорится, ложь – это искусство, и вот передо мной сидит настоящая змеюка, какие в пансионах точно не доучиваются: всем нужны умные и хитрые жены, наставники, фрейлины.

– Ну ладно, у меня еще будет время все выяснить.

До меня долетели обрывки удивления, что давить не собираются, и даже благодарность за то, что все закончилось. Когда кристалл определил ее ко мне, было видно, что она чуть не взвыла от ужаса, но сдержалась и вообще все время беседы улыбалась и пыталась выглядеть невозмутимо. Но когда она вытянула свою энергию из кристалла и быстро выбежала из кабинета, мы не выдержали – истерически смех стоял еще пару минут.

– Да уж, давно к нам из пансионов не появлялись такие экземпляры: врет как на духу.

– Интересно, как ее вообще просмотрели с таким-то нравом.

– Может, правда, под дурочку косила?

– Все возможно, мужчины, женские желания бывают разными.

***

На следующий день я заметил ее в столовой. Шуга тут же заявил, что вон та вампиреса, сидящая со змеюкой, запала на него.

– На тебя полстуденток каждый раз западают.

– Конечно, это только веселит, но со временем напрягает. Кстати, что за женщина должна прибыть к тебе, а, дамский угодник?

– Из пансиона приедет учительница Иды, хочу убедиться, что это она.

– Ну вот никому на слово не веришь, а бедная девочка только и делает, что врет.На спортивной тренировке она была хороша, учитывая ее спортивную форму: в пансионе не побегаешь, но ее азарт и нежелание уступить, скорее, не свойственны личности глупенькой пансионерки. А когда я начал свой допрос, то совсем впал в шок: она огрызалась, как зверь, загнанный в угол.

– Ну приступим, наша милая фальшивка?

– Что? Почему это я фальшивка!

Я видел, что она возмущается фальшиво и сама себе не верит.

– А потому: я связался с пансионом, и мне сказали, что ты слабоватый маг, который не имеет своего мнения, по пансионским меркам «идеальная жена».

– Я же сказала, что в пансионе требовались другие характеристики.

После моих слов она хотела меня убить от страха и непонимания, зачем я, такой гад, все усложняю.

– Я не понимаю, зачем вы с ними связывались, я же говорила, что в пансионе нужны было совсем иные качества, если ты хочешь вообще выбраться оттуда.

– Вот это еще более странно, если бы ты показала свой ум там, то…

– Таких как я сразу женят на вельможах или отсылают фрейлинами во дворец.

– Ну и?

– Я так не хотела вот и все!

Не представляете, что эта змеюка хотела удрать от меня в неизвестном направлении, пришлось поймать за талию. Я думал, сейчас она засмущается или начнет читать нотации о приличиях в обществе, но вместо этого я увидел, что мое прикосновение восприняли с физиологической стороны настолько открыто, что я чуть голову не потерял.

– Знаешь, ты очень хитрая, но я хитрей, поэтому хочу убедиться, что ты это ты, и поэтому приказал привести твою воспитательницу сюда на один день.

Отразившийся в ее глазах страх заставил трепетать от предвкушения, что после она будет полностью моей, если я умолчу о подмене личности. Но насколько было мое удивление, когда воспитательница ее узнала.

Непонятно, с какой стороны подошла стройная церемонная дама с высокой прической и странным выражение лица.

– Это ваша бывшая ученица?

На ее холеном лице читалось такое непонимание.

– Да, это наша бывшая ученица. Только ведет себя очень странно.

– О чем вы?

– Ну понимаете, она была другой, если бы мы знали, то она давно была бы замужем или во дворце. Я не понимаю, как мы просмотрели.

Так, так все интересней, значит, мне попалась настоящая хитрюга, которая обвела всех чопорных леди вокруг пальца и улизнула в академию. И самое удивительное, в ауре читалось презрение к пансиону, воспитательнице и к браку без ее на то согласия. Мне показалась, что она фыркнула.

– Я свободна? У меня еще сегодня занятие.

– Да, конечно, запишем это как твой побег от допроса.

Мне безумно приятно ее дразнить и провоцировать, она совсем не пытается скрыть свои чувства и эмоции. Как говорится: «Я люблю в открытую, не таясь, и так же ненавижу».

– Мы все обсудили, мне больше нечего сказать.

– Да ну.

Я видел, как она надулась на меня и буквально продефилировала от нас за колонну, задрав повыше свой чудесный носик.

Пока мы шли на следующее занятие, которое вел ректор, стихийную магию, я не мог без улыбки смотреть на шок этой чопорной леди. Похоже, она никак не может принять тот факт, что ее воспитанница не какая-то там копуша, а коварная и хитрая змея.

На занятии все шло мирно, читалась лекция о стихиях. Самое интересное началось, когда моя змейка, призвав сначала огонь, затем начала требовательно звать все остальные стихии. Последней откликнулась земля, самая, как ни странно, капризная, требующая полного спокойствия и сосредоточенности.

Лицо ее наставницы отражало все непонимание этого бренного мира. После этого мы пошли буквально на каждый предмет, и на последнем чопорная леди заявила:

– Самое главное – это тяга женщин к выступлению на публике, ведь самое главное – это правильно показать себя.

Она с любопытством уставилась на Иду, а я замер в предвкушении шоу и не ошибся. Кира Анатольевна была в шоке от Иды, явно не понимая, почему ей искренне не нравятся и не привлекают столь «важные и прекрасные вещи в жизни». В итоге моей змеюке все равно не удалось извернуться и придется участвовать в этом балагане.

Глава 6. Боевик и нестандартное решение

Сегодня я испытала всю кипу переживаний за свою шкуру, поскольку обладаю талантом влипать в заварушки. Первый мой практический бой с пацаном из семьи военных – это чтобы просто отстоять целой, пока он с методичностью поливает меня магией.

Естественно, я затаилась в окопе и пыталась придумать план хитрой драки из засады, как крыса Шушера. В итоге было принято решение ползком преодолеть часть окопа, периодически отвлекая противника от сканирования территории. В итоге я расставила в нескольких местах остаточные заряды уже из следующей главы учебника и поползла под их периодичным огнем в тыл врагу. Основной проблемой было подкрасться к нему: защита у него была лучшая в группе. Поэтому наколдовала, пока ползла, вазу и после быстрого, но точного разбега втемяшила эту вазу в его затылок.

Я выиграла бой, но только на меня все смотрели с таким ужасом. Ну а что я такого сделала: задача была какая – вывести противника в отключку. А то, что для вас метод странный, ну так это ваши проблемы. Но в следующие пять минут ко мне с предвкушающей улыбочкой топал этот гад, пахнущий мускатом.

Не так давно я осознала, что Лео Гарбальт как-то подозрительно влияет на мое тело. Сначала все было окей, но потом этот запах муската стал сводить с ума и подкидывать неприличные картинки с ним в главной роли. А этот подлец знает и нарочно то поближе подойдет, то вообще допрос очередной учинит, поскольку не ведут так себя почетные пансионерки и леди.

– Так-с, ну и что это было?

– Успешно проведенный бой и выведение противника из сознания!

Хитрая улыбочка этого без сомнения красивого и опасного для меня мужчины начала несвоевременно будоражить. Я знала, что он продолжает копать под меня и все пытается связаться с родителями, которые просто избавились от бывшей владелицы тела, сбагрив в пансион. Предыдущая дуреха наверняка считала, что ее скоро заберут обратно, а когда осознала, то даже злиться не стала, решив, что семья просто дала ей карт-бланш на поиск принцев.

– Да, по сути, задание вы выполнили, но обезвредить, наверное, было нужно магией, как вы считаете?

Вот гад прилепился, ну получай!

– В данном случае отдельно это не проговаривалось, а защита противника объективно была лучше моих многочисленных навыков на этой стадии. И я приняла оптимальное решение вывести его из строя именно так.

Я собиралась продолжить отповедь, но его кривая улыбочка сбила весь настрой. Я насторожилась.

– Знаешь, моя змеюка, ты у меня все-таки необычно мыслящая.

После его паузы я, почувствовав пристальный прожигающий взгляд и повернувшись, узрела странную семейку. От них исходила энергия приспешников темного искусства (демонологов, малевеков), но самое непонятное и пугающее – рядом стояла моя бывшая наставница. Я попыталась удрать, но не получилось: меня нагло сцапал этот гад и потащил к ним.

– Ну и вы утверждаете, что это наша дочь?

– Да.

На меня уставились несколько оценивающих глаз. Понятия не имею, какие выводы они сделали, но следующий вопрос прозвучал уже мне.

– Что ты думаешь об этом?

Что я, блин, должна думать, она поставила передо мной не пойми кого и что-то хочет услышать. А я что типа должна разреветься и броситься к не пойми кому на шею с визгами – «дорогая родня»? Да никто они мне!

– В моих документах не сказано, что у меня есть семья.

На меня странно воззрились все. А что я такого сказала – сухая констатация факта. То, что на Земле у меня была семья, знать никому не надо, а здесь ее у меня нет.

– Также не припоминаю, чтобы ко мне хоть кто-нибудь приезжал за четырнадцать лет жизни в пансионе.

После моего высказывания всем стало очень неудобно, я так и не поняла с чего, но воспользоваться моментом это святое.

– Мы закончили? А то у меня еще занятие.

– Конечно, можешь идти, мы поговорим с тобой позже.

– Зачем?

Этот гад ухмыльнулся и нагло заявил, что того требует протокол.

***

Не поверите – в конце дня эта моя типа семейка смотрела на меня уже как на своего ребенка, точно такое впечатление, что даже и не думали возмущаться моей беспардонностью. Диспут этого гада с моими родными как моей пары вообще обозрел, я пыталась выкрутиться как могла, но они коллективно загнали меня в угол доводами, которые в этом мире имеют большое значение.

– Ну объясни нам свою позицию.

– Чего непонятного может быть в моей позиции: во-первых, я не зависима ни от кого, могу жить как хочу, где хочу, заниматься чем хочу в рамках закона. Во-вторых, сама выберу себе пару.

– Я твоя пара, и ты это знаешь.

Я проигнорировала выпад и продолжала изливать позицию своего бытия в этом мире.

В итоге мне пришлось разъяснить этим тугодумам свою позицию относительно свободы и мобильности, которую это дает. Они же коллективно удивились, но мое раздражение и мой гнев никого из моей так называемой семейки не впечатлили, и уже они стали причитать, как это они, темные маги в черт каком поколении, могли просмотреть своего же дитя. Потом мне заявили, что мы идем ужинать в «Димен» и это не обсуждается.

Глава 7. Как хорошо иногда быть змеями

Сегодня мой день начался специфично: на общем завтраке клана мне на подносе попалось письмо из богом забытого пансиона, куда мы сплавили нашу непутевую и глупенькую дочурку. За все эти года мы забыли, что у нас вообще было это посмешище, и тут такое письмо из пансиона, да еще и не от дочери, а от «надзирательницы»:

Здравствуйте, я воспитательница вашей дочери, она уже выпустилась, и, как это ни странно, вынуждена признать, что пропустила такой бриллиант в кучке остальных безголовых дурочек, под которую ваша дочь косила. Сейчас она учится в академии магии, где я по приглашению Лео Гарбальта подтверждала, что ваша дочь училась у нас в пансионе. Она оказалась совершенно другим человеком: хитрая, умная и наглая змеюка. Если бы мы ее не пропустили, то она бы была при дворце его величества.

Я не верил своим глазам: это она о нашем ужасе пишет, что наш ужас поступил в академию магии, где я собирался начать преподавать всего пять лет с этого года темные искусства? В итоге мы все посмеялись и забыли об этой стопроцентной ошибке.

Через пару дней мы всей оравой были в академии, и каким-то образом эта «чопорная карга» узнала и прибежала, чтобы оправдаться, я впал в шок. Но когда мы увидели своего ребенка на поле импровизированного боя, то, конечно, удивились. Дети тут же поставили, что выиграет парень. Но, когда мое дитя сделал отвлекающий маневр и пробрался к врагу, сзади огрев, пардон, вазой, я чуть сознание не потерял.

Я подумал, что это точно не мой ребенок, но эта грымза уверяла, что это мой. После боя до нас долетел разговор:

– Так-с, ну и что это было?

– Успешно проведенный бой и выведение противника из сознания!

– Да, по сути, задание вы выполнили, но обезвредить, наверное, было нужно магией, как вы считаете?

– В данном случае отдельно это не проговаривалось, а защита противника объективно была лучше моих многочисленных навыков на этой стадии. И я приняла оптимальное решение вывести его из строя именно так.

– Знаешь, моя змеюка, ты у меня все-таки необычно мыслящая.

После этого девушка заметила наши пронизывающие взгляды и обернулась. В ее глазах не отразилось ничего, кроме какой-то страной неприязни к «грымзе», в следующий миг, как я понял, Лео Гарбальт потащил ее сюда. Я решился уточнить.

– Ну и вы утверждаете, что это наша дочь?

– Да.

Оценивающий взгляд как-то странно не внес в ауру девочки ничего.

Карга никак не успокаивалась и была готова засыпать свою бывшую ученицу вопросами, а самый главный – как можно было утаить такое.

– Что ты думаешь об этом?

В ее ауре отрывками читалось: «Что я, блин, должна думать, она поставила передо мной не пойми кого… а я что, типа должна разреветься и броситься к не пойми кому на шею с визгами – „дорогая родня“?»

У меня брови поползли вверх: обалдеть, настолько откровенно, и, похоже, она правда еще та змеюка. А сила внутри подсказывала: родная кровь.

– В моих документах не сказано, что у меня есть семья.

– Также не припоминаю, чтобы ко мне хоть кто-нибудь приезжал за четырнадцать лет жизни в пансионе.

После ее высказывания нам всем стало стыдно: мы правда вышвырнули ее и даже навещать никогда не собирались.

– Мы закончили? А то у меня еще занятие.

– Конечно, можешь идти, мы поговорим с тобой позже.

После ее ухода куратор моей дочери и по совместительству ее пара пригласил нас в кабинет и стал буквально пытать, но вскоре понял, что мы ничего не знаем, и просто рассказал нам о нашем на самом деле совсем не вредном детеныше и то, что скоро, после окончания обучения, он увезет ее в столицу, где наш ребенок будет пристроен к тайной службе королевской семьи. Через час мы знали, что наш ребенок – милая, хитрая и коварная вредина, которая скоро расправится с чопорной леди. После мы коллективно пытались загнать наше изрядно непокорное, умное и хитрое чадушко в угол. Вы не представляете себе, да она моя копия – это надо же так изворачиваться!

Через час после ужина, идя в выданные нам семейные покои для преподавателей и их семей.

– Как думаешь, наш ребенок простит нас?

– Мне кажется, что да.

– Она все же нуждается в нашем запоздалом, но все же тепле.

Глава 8. Легенда по правде

Сегодня на лекции по истории мироздания нам рассказали одну легенду про книгу методик управления энергией. Считается, что мы практикуем всего несколько, а раса «Утерянных» практиковала в разы больше.

– В основном считается, что эта книга является инструкцией к получению «плюс одной способности». Ранее за ней охотились множество различных организаций стран мира, но через тысячелетие она была просто объявлена красивой и захватывающей легендой. По ее мотивам было написано много сказок, романов, повестей и типа научных трудов.

После слов преподавательницы вверх взметнулась пара рук.

– Давай ты, Эсти.

– Неужели не разработано никаких отдаленно схожих техник, описанных в легенде?

После заданного вопроса преподавательница явно развеселилась окончательно.

– Дети, мне все всегда задают этот вопрос. Конечно, пытались что-то разработать, но не удалось еще ни разу получить что-то дополнительно.

Самое странное: после всех пар и домогательств моего куратора я не удержалась от зова библиотечных книг и отправилась на поиски этой злополучной легенды. Я все же смогла найти ее в самом дальнем и непопулярном углу библиотеки, где пыль лежала годами. Когда собралась уже уходить, то как-то неаккуратно просунула книгу обратно, и рядом стоящий фолиант наклонился, как рычаг, и я резко куда-то провалилась.

Когда очнулась, я поняла, что лежу в большой библиотеке, только слов не находила, чтобы описать этот лабиринт, сделанный из книг. Во время моих блужданий я заметила указатели направлений по магическим аспектам магий, даже «Магическая уборка» была отдельными стеллажами. Периодически я останавливалась напротив приглянувшихся и даже умудрилась законспектировать парочку заклятий и структур в разных направлениях магии и даже в уборке.

В какой-то момент меня унесло в раздел «Магическая медитация как способ усиления и воздействия на энергию». Вам не надо говорить, что меня понесло: столбы больших вкусно пахнущих стариной фолиантов полностью овладели мной. Через пару часов чтения и конспектирования мне попалась тоненькая книга «Медитация как путь приобретения запасного дара», но ознакомиться с ней в библиотеке я не успела, услышав приближение группы людей и затаившись в одной из самых темных ниш. Через пару томительных минут я увидела группку молодых, громко спорящих парней. Мама, это тени ордена «непонятых» – черт, мне конец!

Нам рассказывали, что орден «непонятых» – один из самых больших и опасных, его адепты скрываются на виду и действуют чаще всего незаметно, но бывают и «открытые» операции. Меня начало колбасить от страха, в итоге пришлось зажать рот ладонью, чтобы не дышать так громко.

– Ну и где этот трактат? Мы за несколько долгих веков пытались сюда попасть?

– Успокойся, мы обыскали только половину библиотеки и точно найдем его здесь.

– Хватит болтать, рассредоточились, не будем терять время.

Пятерка начала методично обшаривать стеллажи. В какой-то момент один из группы завил:

– Здесь точно кто-то был: около некоторых книг отсутствует пыль!

– Да, я тоже это заметил, неужто кто-то тоже проник в тайную библиотеку, о который здесь даже директор не знает?

Они резко начали сканировать помещение, я же в это самое время пыталась отползти на подгибающихся ногах подальше от радиуса. Но меня засекли, и я начала свой марш-бросок, пряча книжицу. Я начала пытаться запутать их на перепутье, сначала все было мирно: за мной просто бежали и кричали, что это совсем не больно и чтобы я шла сюда. В какой-то момент я заметила одного из них впереди, он с превеликим удовольствием раскрыл объятия для захвата меня любименькой. Но ближе к выходу в меня начали пулять заклятия замороженные и сетями. В итоге меня все же задело огненным шаром, а самое сложное оказалась бежать после, но я справилась, улизнув в кусты.

Глава 9. Внутренние таинства

Я провела эти несколько дней в попытках никому себя не выдать. Я прекрасно понимала, что меня запомнили и будут искать, но это полбеды: ожог мне пришлось лечить самой, и поэтому он адски болел. Но вокруг меня сплетали настоящую паутину моя так называемая семейка и этот «ревизорище»: они коллективно преследовали и подлавливали меня на каждой оплошности, задавая просто кучу вопросов – а почему? как? зачем?

В какой-то момент задавать вопросы стала Милана. Ну это я еще могла понять и не волноваться, поскольку перевести соседушку на предпочтения в одежде, еде, увлечениях было очень просто. В один из дней я вдруг осталась одна и абсолютно свободна, все были заняты делами или обработкой информации: Милана убежала на очередную свиданку с парнем, отдалено напоминающим ее истинную страсть, «ревизорище» писал отчет императору, а семейство готовило многочисленные материалы на ближайшую практику по черному искусству.

В это время я сидела в самом дальнем, маленьком и непопулярным зале для практикума и штудировала маленькую книжицу из тайной библиотеки. Я все же решилась углубиться в изучение медитации: в книге подробно и дотошно излагали, что вы должны чувствовать, видеть, слышать в момент медитации. Благодаря этому я узнала, что каждому, кто хочет развить методику, описанную в книге, для начала придется обязательно абсолютно принять суть своей силы. Благодаря четким описаниям я узнала, что пользуюсь прозрачной энергией, а когда приму суть силы, она поменяет цвет.

Честно, я стала терять терпение, но где-то еще через два часа начала погружаться в транс: передо мной появилась полянка, окруженная лесом, с кучей разных полевых цветов. По какой-то неведомой мне причине преобладали фиолетовые цветы, они переплетались с белыми, красными, иногда желтыми. Через несколько минут я заметила еще немного вкраплений розовых цветов, они почему-то были самыми малочисленными, но при этом самыми, на мой взгляд, нежными и уязвимыми: остальные растения росли как будто защищая их. Как ни странно, но на поляне в окружении цветов росла глициния. Цветы этого дерева имеют фиолетовые подтона, доходящие до нежно-розового.

Около дерева мой мир закрутился, в какой-то момент я полностью прижалась к дереву, от которого исходили маленькие разряды, в голове всплыло, что так происходит при оценке силы своего носителя: меня либо примут, либо нет. Совру, если скажу, что не боялась и не сомневалась, ведь по сути изначальная сила не моя, но в итоге меня сочли достойной, и во время объединения сила окрасилась в черно-фиолетовый, а затем – резкая боль, и я вырубилась.

***

Когда очнулась, был уже вечер. Чувствовала я себя прям, как говорилось в трактате, отвратно: по всему организму волнами проходила боль. Понимала, что завтрашний выходной я проведу в постели: буду стонать от боли, поскольку она будет со мной всю ночь и весь день. Добрела еле-еле до комнаты. В какой-то момент мне стала понятна приписка в книге чернилами «будет очень больно»: я сейчас-то еле терплю, а ночью что будет. Когда в комнату ворвалась Милана, я быстро притворилась спящей, очень не хотелось, чтобы она видела меня в таком состоянии. Из-под ресниц я все же заметила, как она принюхалась в мою сторону, но изменение запаха пока было не очень заметно.

Через двадцать минут Милана погрузилась в сон, а мне пришлось привстать, открыть окно, чтобы было хоть чуть-чуть полегче. В какой-то момент мне показалось, что я сейчас просто заору от боли. У меня было такое только пару раз из-за женского, но, чтобы так, никогда. Колени давно были подняты, как у роженицы во время родов: так намного было легче. Пару раз мне казалось, что меня разорвет. Ближе к утру мне пришлось проползти в туалет, а когда выходила, поняла, что запах принятия истиной сути и силы заполнил всю комнату. Запахом глициния напоминала отдалено аромат меда. Запах, казалось, совсем не уходил в открытое окно. Мне казалось, что он исходит не только от меня, но и от постели. В книге было сказано, что после принятия у меня появится свои запах; после полного завершения процесса нужно просто простирнуть белье и одежду, в которой оно происходило, сам же запах тела будет деликатным.

Через пару минут я рискнула отправиться на очень ранний завтрак. Пока я доползла, проклиная все, что можно и нельзя, добралась до стола самообслуживания, наложив себе брокколи и стакан компота «витаминка», не поверите, когда я приступила к еде, в столовую стали забредать студенты. Их удивленные моськи в мою сторону изрядно нервировали. Я, конечно, знала, что принимают себя полностью не все маги. Кажется, они, в отличие от меня, точно знают, как будет больно и что можно и обойтись. Через пятнадцать минут около меня появилась Милана и заявила:

– Ну ты даешь, а предупредить – я бы поддержала.

Она надулась, явно не понимая, как можно было утаить от нее такое событие.

– Ты была на свидании, не хотела мешать личному счастью.

– Ты издеваешься, какое нафиг свидание, когда тут такое происходит, а ну рассказывай, как оно.

Она метнулась к раздаче, набрав столько, что я чуть не поперхнулась, а поскольку боль все еще возрастала, разговаривать как-то не очень хотелось, но пришлось. Как оказалась по ходу диалога, у вампиров все немного по-другому обстоит: принятие себя у них врожденное.

– Ну так как у тебя все проходит? Вы люди не очень открыты в этой теме.

На меня уставились с любопытством, я поняла, что в этот раз не поможет даже тема про платье на бал влюбленных.

– Ну как тебе объяснить: медитация, потом своя полянка, у каждого на ней свое, а затем и слияние с истинной сутью.

Я замолчала от резкого спазма, Милана сочувственно уставилась на меня.

– Потом идет принятие себя ночь и день, по сути, это все.

– Да это ясно, а что у тебя за полянка? У меня, например, горные хребты моего мира, и запах у многих именно с горами ассоциируется.

– Ну у меня просто полевые цветы нескольких оттенков и глициния.

На ее лице читалось удивление.

– А что такое глициния? Я, конечно, не ботаник, но не припоминаю такое здесь.

– Ну это дерево, которое, обладает многолетними вьющимися цветочными лианами, представитель семейства бобовых, проявляющее особенность вытягивать длинные побеги, обвивая различные опоры. Чаще всего цветы фиолетового цвета и пахнут, как я теперь, медом.

– Классно.

Я видела, что вампирша выпала из реальности, представив это поистине шикарное дерево. Тем временем я попыталась улизнуть, но когда моя тушка развернулась, я встретила и Лео Гарбальта, и моих родственников. Вам надо говорить, что мне не удалось от них не то чтобы убежать, а даже оторваться, поскольку боль усиливалась, а ожог, пардон, никто не отменял: он всячески болел и напоминал о неумении уворачиваться. В мои скромные покои, которые пахли медом, мы ввалились вместе. Я рухнула на кровать, а они, постояв немного, атаковали меня бедненькую.

– Так, змейка, не хотите ли доложить, что за наглые тайны и секреты?

– Не понимаю, о чем вы?

Я видела, как они все ну совсем подло заулыбались, а мой кошмар начал читать мне лекцию про то, как должно подходить к этому делу и не должно.

– Змейка наша самостоятельная, вам перед началом объединения стоило поделиться планами с вашим окружением на тему – зачем, для чего, когда произойдет сие действо.

На меня уставились столь выразительно, что мне показалось, что меня не спасет даже потеря сознания. Пришлось отвечать очень аккуратно: я прекрасно понимала, что боль мешает думать.

– Ну приняла я свою суть, потому что надо было и хотелось. Не сообщала никому, поскольку не видела в этом смысла.

– Так-с, что значит «было надо» и «хотелось»? Такое просто так не хочется. Для чего нужно было себя принимать без наблюдения, и вообще вы это еще пройти не успели, как ты узнала, что должно быть и чего не должно?

Ну подлюка, мне сейчас так больно, а ты допрашиваешь с подковырками.

– Мне сейчас очень нелегко, поэтому давайте обсудим мое поведение в другой раз.

На меня уставились понимающе, но было видно, что им просто невмоготу терпеть. Но самое ужасное – они коллективно устроились в моей комнате и продолжали ненавязчиво расспрашивать, как давно болит, с какой интенсивностью и между делом почему ни с кем не разделила задуманное.

Я тем временем впадала в какое-то странное состояние болевого шока, а на самом его пике просто потеряла сознание. В последние минуты мозг подкинул, что в последнем этапе будут вырываться воспоминания из прошлого. Я надеялась, что только здешние, поскольку, если нет, мне капут.

Глава 10. Терзания

Ну вот как только зашел в столовою утром, сразу понял, что кто-то из студентов принял самого себя. Сейчас это большая редкость, поскольку боль длится всю ночь и день. Но то, что открылось, вызвало бурю эмоций и злости на себя, что проглядел: наша милая змейка в тайне от всех приняла себя и теперь благоухала запахом принятия. Как ни пытался, не смог понять, чем именно пахнет, но желание взять ее прямо здесь было просто ужасающим. Естественно, я с ее семейством побрел за ней, краем глаза видя, что ее семья в шоке и немного злится, поскольку все в роду принимали себя только перед родом, семьей. А здесь такое!

Ввалившись к ней, мы тут же поняли, где она провела эту адовую ночь: запах был просто с ума сойти – сладкий в меру, нежный, но в то же время терпкий. Раздражение, что мы все профукали, отразилось на лицах всех присутствующих. В какой-то момент мы все приблизились к нашей вредине, которую надо отшлепать. Она, распластавшись на кровати, чуть ли не завывала, а в ауре читалось: «Ну давайте в другой раз, я не могу хорошо врать в таком состоянии».

– Так, змейка, не хотите ли доложить, что за наглые тайны, секреты?

– Не понимаю, о чем вы?

Ах не понимает, ну-ну, держись, врунишка! Наши коллективные улыбочки ее явно испугали, а я, гад такой, продолжал:

– Змейка наша самостоятельная, вам перед началом объединения стоило поделиться планами с вашим окружением на тему – зачем, для чего, когда произойдет сие действо.

– Ну приняла я свою суть, потому что надо было и хотелось. Не сообщала никому, поскольку не видела в этом смысла.

– Так-с, что значит «было надо» и «хотелось»? Такое просто так не хочется. Для чего нужно было себя принимать без наблюдения, и вообще вы это еще пройти не успели, как ты узнала, что должно быть и чего не должно?

Было понятно, что она прекрасно понимает, что мы добьемся объяснений, и, возможно, она сможет нас обмануть, если болеть не будет.

– Мне сейчас очень нелегко, поэтому давайте обсудим мое поведение в другой раз.

Вот, хитрюга, знает, что мы прекрасно понимаем, как больно и вообще непросто было одной ночью и будет сегодня. По ауре читалось, что она надеется, что мы уйдем, оставив ее одну, но, как говорится, мы мстительны и поэтому остались. Я еще раз попытался выяснить, как давно болит, с какой интенсивностью и между делом почему ни с кем не разделила задуманное.

Потеряла сознание она для девушки очень своеобразно: дошла до пика и вырубилась. После пары минут коллективного порицания друг друга, что все оставили ее одну, началась трансляция прошлого очень странно, поскольку не с момента рождения, а после прохождения первого этапа. Сказать, что мы были в шоке, ничего не сказать. Мы наблюдали, как Ида поднимается где-то около парковой аллеи, где ее выкинуло порталом после испытания. Я впал в бешенство от того, как с ней обращаются. Это вообще что такое, какого она там так долго лежала? Никто даже глазом не повел в ту сторону. После шли картинки ее глазами: она шла к отелю, где, мы так поняли, остановилась. От обстановки внутри было понятно – денег кот наплакал, выставили с минимумом. Дальше я был готов идти убивать организатора первого этапа: то, что ее чем-то приложили, было очевидно, она потеряла сознание, как только легла. Утром она обыскивала свой рюкзак, прочитала свою «чертову» рекомендацию, и было видно, что чуть в истерику не впала, но потом резко взяла себя в руки и начала собираться. И мы начали лицезреть великое действо, как заявили сидевшие среди нас девушки. Честно, никогда не видел, как плетется такая косичка, но вот вздохи женской половины нашего коллектива намекали, что им нравится. Дальше мы наблюдали блуждания по улице и очередь в коридор, а потом начался допрос с пристрастием. Семейка впадала в шок: я полностью им не рассказал о собеседовании. Было приятно видеть то, как грамотно их дитя уходит из-под удара. Потом мы лицезрели, как наша змейка знакомится с комнатой, буквально сливается с библиотекой, а потом еще знакомится с соседкой и выдерживает атаку информацией. Потом выдерживает еще один допрос, а вот сейчас очень заметна ненависть к «чопорной леди», было лучше видно обрывок фразы – «если растить бесхребетное создание». По вздохам всех в комнате было понятно, что я не один хочу залезть к ней в голову.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.