Кречмер Алла
Команда мертвецов

Глава 1

Однажды солнечным осенним днём, когда благодать бабьего лета ещё радовала жителей Турина, в антикварный магазин, расположенный поблизости от площади Кастелло, вошла странная посетительница. Несмотря на тёплую погоду на ней были шерстяное пальто и шляпка с вуалью, а на руках тонкие кружевные перчатки. Эти перчатки выглядели чужеродным элементом в её облике – такие были бы уместны на балу, но не в сочетании с уличной одеждой. В руке незнакомка держала видавшую виды кожаную сумочку – потёртую настолько, словно найденную в мусоре. Женщину не заинтересовали ни старинная мебель, ни прекрасные образцы фарфора «Каподимонте». Она прошла мимо отдела бронзы и серебра, не взглянув на витрины, а у вышедшего навстречу хозяина спросила, как ей повидать сеньору Джулию Баттиста.

– Спохватились, – недовольно воскликнул пожилой хозяин, – Мама уже пять месяцев, как пребывает в лучшем из миров.

Вуаль скрывала лицо женщины, и было непонятно, как она приняла только что услышанное, однако её руки дрогнули.

– Как же мне быть? – задумчиво проговорила она, – И неужели госпожа Джулия никому не передала секреты своего ремесла?

– Какого ремесла? Мама вела дом и ни дня не работала. Может быть, Вы ошиблись адресом? У меня магазин, сеньора, хотите – покупайте, а не хотите – выход там.

Хозяин показал женщине на дверь, однако она откинула вуаль и пристально посмотрела на него.

– Хамить посетителям не надо, а то не будет удачи в торговле. Я, пожалуй, куплю у вас карты таро восемнадцатого века.

Хозяин оглянулся налево и направо и кивнул, предлагая следовать за собой.

– Что ж Вы сразу не сказали условное слово? – прошептал он, когда посетительница вошла внутрь каморки, заставленной шкафами.

– Я бы сказала его госпоже Джулии, – возразила она.

– У моей обожаемой мамочки не было дочерей, поэтому знания она передала мне, – заявил хозяин и, поймав её недоверчивый взгляд, добавил, – А что? На метле я летать не умею, но колдую не хуже мамы.

Посетительница представила толстенького дядечку на метле, молотящего ногами при полёте, и фыркнула.

– Между прочим, меня зовут Гвидо, – заявил он с обидой в голосе.

– По понятным причинам я не назову Вам своё имя. И если Вы вместо госпожи Джулии, так не возьметесь ли Вы за моё дело? – спросила она.

– Излагайте, – велел хозяин.

Выслушав просьбу незнакомки, Гвидо думал менее минуты.

– Вы в курсе расценок? – спросил он, – Если Вас послали к моей матери и даже с паролем, то должны были сообщить, что наши услуги дорого стоят.

Он написал на клочке бумаги цифры и показал женщине. Та согласно кивнула.

– Только побыстрее, если можно, – попросила она, вынимая из сумочки наличные, – Здесь половина суммы, остальное после исполнения.

Гвидо деловито пересчитал купюры и улыбнулся.

– Если бы одного… – начал он, вероятно, решив попросить прибавки

– Полагаю, за свои деньги я могу требовать безукоризненного исполнения, – перебила его женщина не терпящим возражения тоном.

Глава 2

– Бабушка, лучше бы мы поехали в круиз по Карибскому морю, – недовольно проговорила Кристина, загорелая блондинка спортивного вида, обращаясь к пожилой леди.

Дама завтракала в гостиничном ресторане в компании внучек, двадцатилетних двойняшек.

– Ты хотела добавить – «и без тебя», – уверенно заявила леди и повернулась ко второй девушке, – А что ты думаешь по этому поводу, Елена?

– Я думаю, стыдно нам, живя в Италии, не побывать в Которе. А то привыкли искать чудеса за морем, – ответила вторая девушка, такая же загорелая, как две капли, похожая на Кристину. Единственное, что отличало её от сестры, это великолепная копна чёрных кудрявых волос.

– Я рассуждала примерно так же, – сказала бабушка, – Тем более, я родом из Черногории, а приезжала сюда в последний раз ещё до вашего рождения.

Она оглянулась вокруг и с грустью добавила:

– Здесь всё так изменилось, что стало совсем чужим. Надеюсь, морская прогулка освежит мою память.

Кристина многозначительно посмотрела на сестру и недовольно хмыкнула. Кажется, круиза не избежать. Она втайне надеялась, что Елена поддержит её, но та, как обычно, витала в облаках, и это было её обычное состояние.

Знакомые всегда удивлялись, как это получилось, что светловолосая, похожая на ангела Кристина обладает прагматичным характером, а брюнетка Елена пишет стихи и верит в любовь. И факультет в отличие от сестры она выбрала такой, что по окончании навряд ли поспособствует ей добиться финансовой независимости. Елена училась на историческом и специализировалась на Венецианской республике.

Бабушка думала о своём и не заметила многозначительного взгляда Кристины. Допив кофе, она поторопила внучек.

– У нас полчаса на сборы. Внизу нас будет ждать гид.

Старая леди удивилась, обнаружив вместо знакомого экскурсовода Петара, неизвестного молодого человека с табличкой.

– Милош, – представился он.

– А где Петар? – спросила бабушка.

– Болен. Он попросил меня провести экскурсию с вами.

Он демонстративно посмотрел на циферблат ручных часов и кивнул на дверь.

Старую леди задела некоторая бесцеремонность нового гида, но девушкам он показался симпатичным, особенно Кристине – она явно устала от пунктуального Петара, замучившего её историческими фактами и датами.

Милош не собирался идти по пути предшественника. По дороге в порт он шёл пританцовывая, болтал с девушками о пустяках, одновременно отпуская старой леди столько внимания, сколько она, по его мнению, заслуживала, то есть нисколько. Бабушка немного приотстала, но Елена постоянно оглядывалась, чтобы держать её в поле зрения.

Глава 3

В порту возле пирса их уже дожидалась яхта. Что это была за яхта – высокая красавица с мачтами и парусами. Вероятно, точно такие бороздили Адриатическое море во времена Венецианской республики. И матросы, помогавшие подняться на палубу, были одеты в льняные рубахи и короткие штаны. Стоявший на мостике капитан в сюртуке и с чёрной повязкой на левом глазу напоминал пирата. На его шее висела подзорная труба, и Елена могла поклясться, что точно такую видела однажды в историческом музее.

Кристина при виде такой картины всплеснула руками.

– Класс! – восхитилась она, хватая за руку сестру, – Создали обстановку прошлых веков. Я чувствую себя прекрасной дамой в руках пиратов.

– Глупая ты, – заявила подоспевшая бабушка, – не дай Бог попасть в руки пиратов! Они не посмотрят на то, что твой отец сенатор.

– Да ладно, бабуля. Не шуми, прокатимся с ветерком, – сказала Кристина и недоуменно взглянула на Милоша, – А Вы разве не будете сопровождать нас в плавании?

– Конечно, буду. Иначе кто же вам расскажет о достопримечательностях Которской бухты?

Елена заметила, что в отличие от стоявших рядом яхт, куда ломились пассажиры, насладиться плаванием в старинной посудине особо никто не спешил. По трапу поднялись две старушки, болтавшие между собой по-английски, и компания, состоявшая из нескольких пар. Язык, на котором они разговаривали по звучанию, был явно славянским. Особенностью их речи являлось обилие шипящих, и девушка решила, что это поляки. На это указывали ещё и усы одного пана, торчавшие в разные стороны.

Следом поднималась семья с двумя мальчиками-подростками. Их французский заглушал всё вокруг, и вообще они как-то сразу заняли собой всё пространство – и шумом, и быстрыми движениями, и обилием багажа.

– Же не манж па сис жур, – весело произнёс подошедший со стороны светловолосый парень, кивая в сторону французов. Он улыбнулся Елене и спросил у Милоша, есть ли места на яхте.

– Вы можете присоединиться. Тридцать евро, – ответил гид. – Отдадите на палубе.

Парень двинулся в сторону трапа. Он одновременно говорил по сотовому. И снова Елена попыталась определить язык.

– «Похож на русский, – решила она, – Да, но что значит эта фраза на французском? Неужели он и вправду не ел шесть дней?»

Она поднялась по трапу и прежде всего разыскала парня.

– Скажите, это правда, что Вы не ели шесть дней? – спросила она, – Я слышала, Вы говорили…

Он на секунду нахмурил брови, как будто что-то вспоминая, а, может быть, делал внутри себя перевод с английского, которым все здесь пользовались, на русский, а потом улыбнулся.

– Вы меня неправильно поняли. Эта фраза из одной книжки, а произнёс я её невольно: французы так шумели, что их было слышно за километр.

Они посмотрели в дальний угол палубы, где за столиками уже расположилось упомянутое семейство. Французы по-прежнему громко разговаривали, и даже светящиеся экраны смартфонов не могли их отвлечь.

– Вадим, – назвал себя парень, – Я путешествую автостопом.

Елена назвала себя.

Она разглядывала нового знакомого – светлые брови и ресницы, твёрдый подбородок и, как контраст, мягкие губы.

Вадим рассказал, что живёт в Москве, учится в университете на медицинском факультете, любит путешествовать.

– Обычно это попытки с негодными средствами, но, пока есть автостоп, надо им пользоваться. Я уже объездил почти всю Европу, на следующий год планирую Тибет.

– Вот откуда Ваш замечательный английский, – похвалила девушка и тут же попросила перейти на русский.

– Я учусь на историческом, но параллельно изучаю славянские языки. Моя бабушка из Черногории, а мы живём в Милане, – пояснила она.

– Я уже выучил много местных выражений, – похвастался Вадим, – Может, попробуем?

– Ну, если только с бабушкой, – Елена оглянулась и заметила, что пожилая леди уже давно прислушивается к их разговору, а Кристины рядом нет.

Вскоре нашлась и сестра. Она весело болтала с Милошем и преспокойно оставила бабушку одну. Пассажиры тем временем рассаживались по местам. Они обменивались впечатлениями относительно яхты и предстоящего плавания под парусами, полагая, что путешествие станет незабываемым.

Глава 4

Одна за другой от пирса отходили прогулочные яхты, перед которыми расстилалась ширь залива, по праву считавшимся одним из красивейших в Адриатике.

– А не подняться ли нам на верхнюю палубу? – предложил Вадим. Елена согласилась, но, как только они попытались выйти наружу, им преградил путь один из матросов.

– То йе забранёно, – заявил он, загораживая путь, – Врати се.

– Почему? – спросил подошедший сбоку пан с усами, – мы плавали по Которской бухте в прошлом году и без проблем поднимались наверх.

– Врати се, – повторил матрос, чем вывел из себя усатого пана.

Он сердито зашипел, словно рассерженный гусь, а затем позвал Милоша.

– Ничего себе, сервис, – громко возмущался пан, чем напугал Милоша.

– Не волнуйтесь, я всё улажу, – пообещал гид.

Он подошёл к капитану, но после разговора вернулся разочарованный и только развёл руками.

– Сожалею. Они сказали, что пока яхта не вышла в море, подниматься наверх нельзя. Не я устанавливаю здесь правила, – поспешил он оправдаться в ответ на намечавшийся протест со стороны усатого пана.

Капитан отдавал команды, матросы ставили паруса, а пассажиры следили, как удаляется от них пирс и дома старинного Котора становятся похожими на игрушечные.

Прекрасные виды проносились перед глазами пассажиров и менялись, словно в калейдоскопе, когда вдруг открылся простор бухты. Все припали к окнам, не забывая фотографировать морскую даль и берега, но постепенно то один, то другой подходили к стойке буфета, за которой никого не было.

– В чём дело, Милош? – спросил неугомонный пан, – Не пора ли нам выпить по чашечке кофе? Неужели в поездке не предусмотрен буфет?

– В самом деле, нам обещали обед, – напомнили англичанки.

Милош не успел ничего ответить. В это время по трапу с верхней палубы спустился юнга с подносом в руках. На подносе лежали сэндвичи.

– Наконец-то, – сердито проговорил пан, – Что внутри?

Парнишка покачал головой и затараторил по-итальянски.

– Странно, что официант не владеет английским, – фыркнула одна из англичанок, однако взяла сэндвичи для себя и спутницы.

– Если сэндвичи с рыбой, я напишу жалобу на турбюро: у меня аллергия на рыбу, – пояснил усатый пан.

Он тоже набрал на всю компанию, но как только отошёл в сторону, на подавальщика налетело французское семейство. Один из мальчиков с разбега толкнул поднос и рассыпал его содержимое.

– Что ты наделал? – возмутилась мать, – Немедленно извинись за дурное поведение.

Впрочем, обнаружив, что дорогой сынок сумел ухватить сэндвичи для семьи, она подхватила его под руку и увела прочь.

Взгляд, которым паренёк проводил неугомонное семейство, был полон отчаяния.

– Spiacente, – прошептал он, глядя на Кристину.

Она подошла минуту назад и полностью завладела вниманием подавальщика. Он в восхищении смотрел, как развеваются на ветру её светлые волосы, а лёгкая улыбка озаряет миловидное лицо.

Парень совсем смутился и повторял слова извинения до тех пор, пока не получил индульгенцию от Кристины.

– Не переживайте, Вашей вины нет, – заявила она, осторожно дотронувшись до его руки. Рука ей показалась холодной. Она подумала, что это от морского ветра.

– Французы налетели на сэндвичи, словно их не кормили неделю. А их отпрыски кого угодно собьют с ног, – продолжала она.

– Же не манж па сис жур, – произнесла Елена.

Она бросила быстрый взгляд на Вадима и оба рассмеялись.

– И ничего смешного, – заявил усатый пан. Своё появление он объяснил тем, что ему не хватило сэндвича, а те, которые он принёс товарищам, оказались с рыбой. Пан приступил к парню, намереваясь вытряхнуть из него недостающий сэндвич, но внезапно на его защиту встала Кристина.

– Ну Вы же видели, что произошло, совсем запугали бедного мальчика, – сказала она и оттеснила рассерженного поляка от юнги.

Юнга собрал с пола разбросанные ошмётки и молча вышел.

Оставшиеся без еды молча воззрились на Милоша. Тот смущённо пожал плечами и проговорил:

– Пойду, узнаю, как у них дела на кухне.

– Для меня попросите с сыром или яичницей, – нетерпеливо уточнил усатый пан, – С ветчиной не надо, она могла испортиться при такой жаре.

– Заодно поинтересуйтесь, почему пропал интернет и перестали работать телефоны, – предъявила претензии пани с косичками, спутница усатого пана.

Французские детки оторвались от сэндвичей и попробовали включить телефоны, но вскоре убедились, что новенькие смартфоны превратились в кусок пластика и металла.

Англичанки расстроились из-за невозможности фотографировать прекрасные виды, а Милош переживал из-за того, что ему не смогут дозвониться из турбюро.

Выслушав претензии экскурсантов, он поднялся по трапу и тут же спустился – но в каком виде! Гид побледнел, его глаза округлились от изумления, в лице читался страх.

Во взгляде, которым он обвёл пассажиров, читалась беспомощность.

Присутствующие уставились на него в ожидании ответа, но Милош молчал.

– В чём дело, молодой человек? – раздражённо произнёс усатый пан и повернулся к своим спутникам, – Никакого сравнения с прошлым годом – то на палубу не пускают, то гид никуда не годится.

Он произнёс это по-польски, но Милош, кажется, всё понял.

Он встрепенулся и, указывая на верх, заявил:

– Вы не поверите, но яхтой правят мертвецы.

Глава 5

Тем временем в отеле, который час назад покинули старая итальянка с внучками, разгорелся скандал. Петар, экскурсовод, сопровождавший пассажиров в плавании по Которской бухте, обнаружил, что яхта «Князь Ливнич» стоит у пирса, а пассажиров увезла другая яхта.

Петар возмущался так громко, что привлёк внимание дежурившего в холле полицейского. Тот выслушал недоверчиво.

– Вы полагаете, конкуренты постарались? – спросил он.

– Я не знаю, что и думать, – посетовал Петар, – Меня заперли в конторе, закрыли на ключ. Я не мог позвонить – исчез сотовый, и теперь я не могу связаться с диспетчером. И что я расскажу на работе – кому понадобилось так шутить?

– Диктуйте номер, я наберу, – предложила дежурная за стойкой рецепции.

Петар поговорил с диспетчером туристического бюро и выяснил, что капитан яхты «Князь Ливнич» уже звонил и жаловался на отсутствие туристической группы. Ситуация казалась непонятной.

Полицейский велел зайти в участок и подать заявление, но внезапно припомнил несколько странностей, случившихся в последнее время в Которе. В их ряду выделялось происшествие с таким же прогулочным судном.

Год назад в конце октября исчезла туристическая группа вместе с яхтой. Её так и не нашли, и турагентство имело бледный вид перед родственниками пропавших людей. Яхта покинула пределы порта и отправилась привычным маршрутом, но ни на крошечные островки, ни в Голубую пещеру не заходила. Никаких свидетелей исчезновения не находилось – яхта словно растворилась среди голубых просторов. С тех пор прошёл год, нераскрытое дело лежало в архиве.

Как и в прошлогоднем случае, история началась с того, что вместо штатного экскурсовода прибыл стажёр. А постоянному работнику позвонили, якобы от диспетчера, и сообщили о переносе времени отплытия на час позже.

Экскурсоводу пришлось давать показания и писать объяснительную, после чего он уволился.

– Она, – поправил себя следователь, которому передали заявление Петара. – «Драгана Марич», -прочитал он и присвистнул: после скандального увольнения она занялась расследованием и переквалифицировалась в частные детективы. Драгана прославилась в Которе и окрестностях успешными поисками пропавших кошечек и собак, а также выслеживанием неверных мужей. Сотрудники её агентства не знали о том, что помимо рутинных поисков она не прекращает разыскивать пропавших туристов.

– «А не позвонить ли ей? Пусть расскажет подробнее о том старом деле? В конце концов именно он тогда доказал её непричастность к предполагаемому похищению», – подумал он и взялся за телефон.

– Драгана? Добрый день, это Иво. Год назад Вы называли меня «мой добрый гений». Узнали? Я звоню, потому что… Ах, Вы уже наслышаны о сегодняшнем происшествии? Хотите сообщить нечто важное? А не поужинать ли нам в ресторане «Ядран»? Восемь вечера, подойдёт? Тогда я заказываю столик.

Иво солгал бы сам себе, если бы сказал, что дело только в сведениях, которые должна была ему сообщить Драгана. Она поразила его воображение ещё в прошлом году, когда сидела перед ним и уверенно давала показания – красивая девушка с бездонными светлыми глазами, похожими на родники. Если бы они встретились при других обстоятельствах, он, возможно, повёл бы себя по-другому, но заводить роман со свидетельницей являлось бы нарушением этики.

Он едва успел забронировать столик, как вдруг в кабинет без стука ворвался взмыленный помощник.

– Только что парусная яхта проследовала мимо острова святого Георгия и второго, где они по плану должны были остановиться и осмотреть церковь и музей, однако они проплыли мимо с большой скоростью. Ни на радиосигналы не отвечают, да, похоже, и сотовая связь с ними заблокирована, – торопливо глотая слова, доложил он.

– Вы хотите сказать, что туристы отправились на экскурсию без сотовых? Даже если они не собирались никому звонить, но делать фото! Покажите мне туриста без смартфона, – неожиданно рассердился следователь.

Предположение помощника, что они могли фотографировать допотопными аппаратами, не выдерживало никакой критики.

– Уйди с глаз, – рявкнул он на помощника и снова взялся за телефон.

На этот раз он позвонил в туристическое агентство.

Глава 6

Пока сёстры отпаивали Милоша водой, Вадим предпринял новую попытку подняться наверх, но потерпел неудачу, как и его предшественник.

– Подтверждаю, – заявил он, – У штурвала действительно стоит мертвец. И палуба полна мертвецов.

– А… куда делся капитан с чёрной повязкой на глазу? – спросил пан дрожащим голосом.

– Боюсь вас разочаровать, но мне кажется, у штурвала он с чёрной повязкой.

– А в каком виде? – осторожно поинтересовалась одна из англичанок.

– В виде скелета в лохмотьях, – отрезал Вадим.

Яхту словно накрыло колпаком молчания, даже плеска волн не было слышно.

– Что вообще происходит? – вдруг прорезал тишину крик одной из польских дам, – как это может быть, чтобы яхтой правили мертвецы? Боже мой, куда они нас везут?

– В ад, – мрачно проговорила бабушка.

Её замечание рассердило усатого пана.

– Да что в самом деле? Это шутка такая насчёт мертвецов? Я сейчас сам проверю, так ли это.

Напрасно подошедшие поляки уговаривали пана не рисковать, он только усмехнулся.

– В подобные бредни верят только выжившие из ума старухи, и нечего из меня делать дурака.

Бабушка, до этого момента спокойно наблюдавшая за развитием событий, поджала губы, что должно было выражать гнев, однако на её мимику никто не обратил внимания.

Усатый пан, провожаемый гулом голосов, поднялся наверх и вдруг дико закричал, а через несколько секунд его тело упало прямо в воду и камнем пошло ко дну.

– Человек за бортом! – крикнула Елена и, сняв со стенки борта спасательный круг, швырнула его в волны.

– Остановите яхту, человек тонет! – крикнул пришедший в себя Милош. Он приготовился сигануть за борт вслед за паном, но его остановил Вадим.

– Бесполезно, яхта идёт полным ходом, мы уже удалились от того места, где он упал.

Взволнованный гид ожидал истерик, жалоб и криков, особенно со стороны спутницы усатого пана, пожилой дамы с двумя тощими косичками, однако именно продемонстрировала хладнокровие, заставив всех затихнуть.

– Збышека уже не вернёшь. Если повезёт, он найдёт спасательный круг и выплывет. А нам надо думать, как выбраться из этого дерьма, в котором мы оказались по собственной глупости, – заявила она, а затем присела возле хлюпавшего носом Милоша и спокойно проговорила:

– Теперь дело за Вами, пан экскурсовод. Вы же много раз плавали здесь, неужели не можете предсказать, как будут развиваться события?

Милош достал туристическую карту.

– Минут через пятнадцать мы пройдём мимо двух островков. Один, святого Георгия, природный, а второй искусственный. Давно, ещё в средние века, два рыбака нашли икону Божьей Матери и при поддержке горожан насыпали остров, а на нём поставили церковь. Мы обычно останавливаемся там, – произнёс он и ткнул пальцем в голубое пространство.

– Уж не думаете ли Вы, что мертвецы специально для нас сделают остановку? – презрительно отозвалась бабушка.

– Нет, я думал, если кто-то доплыл бы и позвал на помощь.

Возле борта собрались оставшиеся пассажиры, привлечённые падением усатого пана. Французы, осознавшие серьёзность положения, притихли. Они сгрудились возле Милоша, ожидая от гида каких-то действий.

– Ну мы и попали! – воскликнула Кристина. – Ни интернета, ни телефонной связи, а нашими айфонами можно только гвозди забивать!

Вырвавшееся наружу возмущение она адресовала Милошу, считая его виновником всех бед.

– Я-то при чём? – возмутился он. Обводя взглядом остальных, гид искал у подопечных защиты, однако почти все соглашались с Кристиной.

– Кстати, айфоном можно фотографировать, – напомнила бабушка, доставая из сумочки сотовый, – Кто-нибудь из вас догадался сфотографировать капитана до того, как яхта отошла от берега?

Пожилая дама вошла в «Галерею» и сразу же нашла снимок. Не глядя на него, она сунула снимок под нос спутникам и удивилась, когда те отшатнулись.

– Что не так? – спросила она, но через секунду сотовый телефон выпал из её рук: на снимке рядом с улыбающейся Кристиной стоял скелет. А телефон выплеснул последние крохи заряда и погас.

Замешательство длилось несколько секунд, потом все заговорили одновременно.

– Так это правда! Но этого не может быть – мертвецы должны лежать в могиле, а не катать туристов по Которской бухте! – возмущалась француженка, обращаясь по очереди ко всем, – О, господи, мои дети! Им грозит опасность!

Она заплакала и, бросившись к Милошу, вцепилась в его рубашку с требованием сделать что-нибудь.

– Но я же сказал, что нужно доплыть до островков, – произнёс он, отталкивая от себя разъярённую фурию.

Вызвались Вадим, Кристина и один из поляков.

– Возьмите спасательный жилет в шкафу возле бара, – сказал потрёпанный гид и протянул Вадиму ключ.

К всеобщему удивлению, шкаф оказался открыт, а жилеты валялись на полу. При виде такого варварства все оторопели.

– А где Робер? – вдруг засуетилась француженка, – Где мой сын, он только что был здесь?

Её беспомощный взгляд обвёл всех и снова остановился на Милоше. Тот глубоко вздохнул, спрашивая себя, за какие грехи он приговорён на этот проклятый рейс. А пассажирам наплевать, что это его первый самостоятельный рейс в качестве гида, и чувствует он себя неуверенно. И мертвецов боится так, что впору самому прыгнуть за борт.

Не успел он предложить поискать мальчика во всех закоулках, как вдруг младший брат пропавшего показал рукой на оранжевую точку в волнах:

– Мама, Робер там!

Голова мальчика виднелась над поверхностью волн, то появляясь, то исчезая, а мелькавший жилет был похож на плывущий апельсин. До берега оставалось ещё приличное расстояние, и приходилось гадать, сумеет ли мальчик доплыть или утонет в пучине. Притихшие на некоторое время пассажиры снова зашептались, а пани с косичками поинтересовалась у Милоша глубиной в том месте, где они находились.

– Больше двадцати шести метров, – ответил он, – И холодное течение.

Француженка закатила глаза и упала в обморок.

Глава 7

– Господин следователь, к Вам посетитель. – позвонил дежурный и добавил громким шёпотом, – Красивая блондинка, похожа на актрису голливудскую. Она назвала себя Драгана Марич.

– Проси немедленно! – воскликнул следователь, озадаченный тем фактом, что девушка пришла сама, не дожидаясь свидания вечером.

Он разволновался: госпожа Марич появилась в отделении полиции впервые после драматических событий, случившихся год назад. Помнится, тогда она благодарила его за то, что снял с неё обвинение в халатности. На прощание сказала, что её подставили не просто так, и скорее всего среди исчезнувших пассажиров были какие-то важные персоны, однако он тогда расследовал убийство чиновника Европарламента вместе с интерполом и копаться в деле о подмене яхты не стал, и по прошествии определённого времени оно было положено в архив. Расстались они холодно, и при воспоминании о Драгане в глубине души появлялось чувство недовольства собой.

Драгана, одетая в короткое зелёное платье и летний льняной пиджак, мило поздоровалась и уселась напротив, не дожидаясь приглашения. Она и заговорила первая, ошарашив следователя первой же фразой.

– Я, кажется, нашла причину исчезновения пассажиров год назад.

– Буду рад, если Вы поделитесь сведениями, – улыбнулся Иво, – А пока, не выпьете ли кофе?

– На улице жарко, предпочту минералку, – сказала Драгана и достала из объёмной сумки ноутбук, а затем защёлкала по клавишам и так увлеклась, что едва не смахнула со стола стакан с водой. Она протянула руку, чтобы задержать его падение, и коснулась руки следователя. Смущённая девушка взяла стакан и залпом выпила воду, а потом напустила на себя серьёзный вид и заговорила, показывая на экран:

– Вот список пассажиров пропавшей яхты. Обратите внимание на этих троих по фамилии Энгельгарт. Вам это ни о чём не говорит? Помните, громкое дело о наследстве Ногарола?

– Откровенно говоря, не помню, у меня столько работы, – растерялся следователь: ему вовсе не хотелось в глазах симпатичной госпожи Марич выглядеть незнайкой.

– Род Ногарола угас, вернее исчезла его прямая ветвь, и тогда на арену борьбы за титул и наследство вышли боковые ветви, и самыми реальными претендентами была семья Энгельгартов из Вены. Отец – успешный адвокат, в нём-то и текла толика итальянской крови. Был ещё один, он стоял насмерть, доказывая свои права. Некий неаполитанец, Марчелло Росси. После исчезновения конкурентов в этом странном круизе именно он унаследовал остатки состояния, а вот с титулом его прокатили, и он до сих пор судится.

– Там ещё и титул был?

– Да, синьор Росси, получив гектары земли, фамильный замок, квартиру в Риме и виллу в его окрестностях, остался недоволен. Для полного счастья ему не хватило графского герба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.