Просто
Николай Грицанчук

© Николай Грицанчук, 2023

ISBN 978-5-0060-2000-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«До ломоты перенасыщен август…»

До ломоты перенасыщен август.
Перед паденьем тела тишина.
Кровоподтеком неба заводь,
Плодами ревности полна.
Видением в просветах светлый локон.
Могилы – одеяла лоскуты.
На вышитые крестиками флоксы
Похожи разноцветные кресты.
Вне понимания причина:
С земли взлететь не может стриж.
И в поисках ушедшей половины
На кладбище изнемогает жизнь.

«Обычай есть: там на дороге…»

Обычай есть: там на дороге,
Где гибнут, не считаясь с риском,
Напоминаньем о пороге
Отметку ставят обелиском.
В стеклянной банке вдовьи слезы,
А большего ему не надо.
Цветут капроновые розы,
Гнут отражение ограды.

Язык без слов прилежно учит,
Порыв, как грудь, вздымает ниву,
Как кисею, колышет тучи
И маки клонит торопливо.
И нет запретов теням, волнам,
Рассеялись леса густые,
И души зеркалом огромным
Сигналят в дали полевые.

«Из крана вырывается вода …»

Из крана вырывается вода —
Нет ни конца, ни края.
От жажды растекается орда,
Как человек от ада и до рая.

Ещё отсутствует сосуд,
В смятении ваятель,
На стенах брезжит странный суд,
Так, словно смотрит аллигатор.
Черна испарина воды —
И беспробудное без края.
Мечтать приходится всегда,
Благую весть алкая.

«На царство кладбище венчали…»

На царство кладбище венчали
Отсутствием движения и чувств.
Снега сыпучим аммоналом,
И холод безгранично пуст.

Реальное – хрустально-эфемерно,
На светлом чёрные мосты.
Наклонами прочерченные фермы,
Опоры под деревьями – кресты.

Неразделенность погремушкой
Еще молчит на все лады,
И оставляют будущие души
На чёрном белые следы.

«в небо вгрызлись вершины деревьев…»

в небо вгрызлись вершины деревьев,
ветер двигался – тенькал металл,
среди сосен, просветом алевший,
красной синью закат истекал.

небо стыло и лбом отвердело,
в бездне плоти хрустела пила,
пропасть центра медленно съела
излучения мутная мгла.

ночью выдохся яблочный уксус,
колокольно ушли звонари.
вновь в реке омываются руки,
вновь открылись стигматы зари.

«Шипящий звук под месяцем-иголкой…»

Шипящий звук под месяцем-иголкой,
Ночь – граммофонная пластинка.
И вдруг рассвет мгновенно долгий
Алеет множеством фламинго.

«кружение галактик – весел след…»

кружение галактик – весел след,
остывших звезд опасный мусор,
упрямо вырываются из недр
гребцы – мифологические русы.

у цели замедляет бег корабль,
и к пристани – планета на отшибе,
в туманной глубине просматривается краб,
и в январе зависли рыбы.

пьянящее налито всклень,
расплескивает мифы кашель,
ошибочно вчерашний день
застыл в распилах яшмы.

живое чуть теплее льда,
молчим, не ведая секрета,
и пахнет оловом вода
в конце концов сухого лета.

«Поздний вечер тьмою насыщает…»

Поздний вечер тьмою насыщает,
Словно влагу, впитывает день.
Абрикос на землю цвет роняет —
В темноте отбрасывает тень.

«Ночами змеи, о Египте сны…»

Ночами змеи, о Египте сны.
Мерцают твердо звезды-скарабеи,
Вино и хлеб умерщвлены
Нефритовыми клеймами.
Сестра кладет в небесный шлем
Все семь частей и ждёт ответа.
Оживлено одним небытием
Нечетное значение букета.
Луна и логос плавятся в реке,
Вне толкований смысл крамольный.
Так «сумасшедший» в южном языке —
По-русски, в переводе, «божевольный».
И я борюсь с чужим лицом,
Для похорон я только повод.
Cпасти цветы перед концом:
Их суть – универсальный довод.

«Люблю недосказанность, сумрак, печаль…»

Люблю недосказанность, сумрак, печаль,
Удушающий запах сирени,
Когда не свое неизбывное жаль
В предчувствии скорого тлена.

Туманом и светлым аи декаданс
Пресытился в тёмных аллеях.
Из карт мировых разложили пасьянс
В бреду наркотическом феи.

Отдельно от слуха слышны голоса,
И взгляд приближает к вуали.
Как звезд целлофан, выпадает роса.
Мертвецки покоятся каллы.

«Провисло небо – тучи в волдырях…»

Провисло небо – тучи в волдырях.
Гроза – разряд бактерицидной лампы.
Короткий миг – темно в глазах,
И звуки прянули от дамбы.
Набег порывов – гул всхрапнул.
От свистопляски взбунтовались,
И банды рощ ушли в загул,
С пальбой ломались и орали.
Дождь перекручен до высот.
Угар, истощены до дрожи.
Ведет свинцовых капель счет
Луж барабанящая кожа.
Расстрельным ливнем страсть прошла.
Холмы очистились, остыли.
Омыв – в объятиях – тела,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.