Артем Лукьянов
Звездный Патруль. Книга III. Две битвы

Пролог

«Стратегия и тактика современного боя – это, прежде всего, уровень и скорость анализа и прогноза действий противника искусственным интеллектом, управляющим вашими войсками. Чей ИИ лучше и быстрее просчитает и предупредит маневр противника, тот и получит преимущество. Кто ошибется, тот упустит инициативу, и, как итог, упустит победу»

(Ицао Ямоху, Стратегия и тактика современного боя)

Планета «Парпланд» системы Альфа Гастергауза была довольно крупная, с гравитацией 1.3G от «земной», и совершенно мало изученная. За 20 лет колонисты смогли освоить только один крупный остров где-то в океане. Да и само зондирование показывало, что планета почти полностью покрыта некой жидкой субстанцией близкой по химическому составу к воде, но отличающейся присутствием минералов, меняющих ее магнитное поле. Остров, на который попал первый корабль колонистов, сумевший преодолеть магнитную аномалию атмосферы, по сути, и стал тем единственным, который подвергся тотальному освоению и благоустройству. Уже немного позже «новый дом» людей, точнее «кусочек» дома обрел свое название – остров «Ксил». Это было сокращение от объединения 2-х слов: «Ксения» и «Лэнд». Ксенией звали старейшую колонистку Парпланда, которая прибыла сюда в составе самой первой успешной экспедиции «династии» О-Хара.

Раем планету назвать было никак нельзя, хотя бы из-за отсутствия нормальной естественной освещенности. Однако отсутствие полноценного «солнечного» света компенсировалось высоким содержанием минерала «парпурита» и питательных веществ в почве, что делало земли острова весьма плодородными, несмотря на вечные сумерки. Погода часто капризничала. Не редко налетали штормовые ветры и ураганы с моря. Но, как правило, они не несли больших разрушений. Огромный длинный каньон делил весь остров на 2 неравные части как бы на большую северную обжитую, и меньшую южную, покрытую болотами, подпитываемыми водами моря. Были на острове и горы, но только на северо-восточной его части. Самым крупным рукотворным сооружением был большой полностью автоматизированный современный город Топ-Сити. Юго-западнее располагался космопорт – единственная связь планеты с внешней цивилизацией. Вся обжитая северная часть острова соединялась магнито-плоскостной магистралью, связывающей космопорт, Топ-Сити с 3-м по величине объектом острова – городом «Нектауном». В отличии от мегаполиса это был больше шахтерский городок, совсем еще молодой, второстепенного значения, покрытый низкой застройкой не более 5-ти этажей в высоту, но при этом с очень красивым бульваром и набережной. Самая малопригодная для освоения и холмистая равнина, поросшая карликовыми деревьями и кустарниками, располагалась севернее основного тракта до низовья единственной реки «Парпы». Южнее же основной магистрали лежали плодородные плантации полностью автоматизированных ферм по выращиванию огромного числа различных пригодных для употребления местных растений, и карликовых коз, завезенных с Гватории, планеты системы Дельта Ориона. Из домашних животных они были теми, кто смогли прижиться на сумеречной планете без помощи генной инженерии. Выживая на острове первые годы почти в полной изоляции, колонистам пришлось изучить всю флору и фауну острова ради собственного спасения.

Битва на планете

С древних времен в тактике и стратегии войн ничего существенно не изменилось. Артиллерия, авиация, разведка, мобильные сухопутные части. Разве что людей на поле боя стало меньше. Все теперь делают дроны. Они ведут разведку, они управляют боевыми машинами, они планируют операции. Что ж остается нам, людям? Если мы совсем выйдем из процесса, быть беде. Совсем разучимся управляться со всем этим «зоопарком». Подобное вполне годиться, против слабо-развитого или слабо-организованного противника. Но если враг – профи, то без личного участия не обойтись.

(Взаимодействие родов войск. Вводная лекция.

Федеральная военная академия Би-Проксимы.

Густав Хоуми)

Госпиталь

Мягкий приглушенный свет лился снизу и сверху с потолочных щелей и отбрасывал тени от нескольких горизонтальных коконов из стекла и пластика, стоявших тут же рядком друг возле друга. Они были заполнены газом, называемым так же «интенсивом». Уровень медицины того времени успешно лечил почти всё, если пациент хоть чуточку жив. Находящиеся в этой палате в большинстве своем поступили совсем недавно и были как раз совсем чуточку живыми. У большинства отсутствовали конечности, будто руки или ноги. Почти у всех присутствовали сильные ожоги лица, рук, груди. Только один пациент этой больницы не имел ожогов и его конечности вполне вернулись к первоначальной форме и размеру.

Кристал О-Хара сидела тут за столом у входа в палату с самого утра. Нужды в этом, по большей части, не было. Всем управлял и заведовал тут специальный ИИ. Кристал следила за тем самым пациентом, который был уже почти здоров. По данным ИИ он не нуждался более в «интенсиве» и мог быть разбужен с минуты на минуту, однако уже целый час этого не происходило. Автоматика упорна словно под внешним воздействием держала его в отключке. Кристал очередной раз прошла мимо камеры с прозрачной крышей, чтоб осмотреть тело, которое упорно не хотело «пробуждаться». Ему было на вид 25–30 лет, молодой, со слипшейся копной русых волос и голубыми глубоко посаженными глазами. Все лицо поперек сверху «расчерчивал» не так давно затянувшийся шрам от сильного удара. «Как же он не похож на других ребят, лежащих тут». Мысль сама собой промелькнула в ее голове. У того был ровный светлый цвет кожи, полностью отсутствовал оттенок бледно серого цвета, присущего всем людям родившимся или долго жившим тут на Парпланде. Рядом в соседнем инкубаторе лежал Вилиант О-Хара, ее племянник, сын Боло. Он был тому подтверждением. Его пару дней назад доставили с передовой со сломанными руками и ногами, и с раздавленной частью головы, от уха до скулы. Выглядел он так, будто его переехал броне-шаттл. Хотя, на самом деле, его случайно обнаружили едва живого под обломками и вовремя подключили к «замедлителю». Ближайшую неделю Вилиант физически точно не боец, а дальше все будет зависеть от силы воли парня, сможет или нет перебороть внутренний страх. Кристалл проверила показания приборов, в чем совсем не было никакой необходимости, и, повернув голову, внимательно посмотрела прямо в лицо первому пациенту со шрамом. Почему-то ей показалось, что выражение лица у того, как будто изменилось. Она еще раз всмотрелась в его черты, такие непохожие из-за более светлого оттенка кожи, но так и не приметив ничего нового, вернулась на свое место. Через несколько минут пришел некто, и они вместе покинули палату.

– Я уж думал она никогда не уйдет.

Мысль, прозвучавшая в голове, как колокол, вернула Брода в сознание так, что он даже слегка дёрнулся, лежа в мед-капсуле.

– Где я? – спросил он себя в уме.

– А что ты последнее помнишь? – спросил так же в уме некий голос в ответ.

– Джим, это ты?

– Ну, хоть меня ты помнишь. Уже хорошо.

– А что я должен еще помнить, если ты меня ввел в гиберниоз там на «Ковчеге» в «Гладиаторе» … Я после того и не просыпался, а тут, как будто на другом свете оказался.

– Ну, в каком-то смысле мы с тобой на другом свете, на Парпланде.

– Значит долетели … Что это за место?

Брод думал, что открыл глаза. Его сознание не сразу среагировало на поворот ракурса. Легкое головокружение слегка вывело из равновесия. Такое с ним и раньше бывало при подключении ко сну другого человека. Он зажмурился, вздохнул полной грудью. Как будто свежий воздух улицы наполнил его легкие. Он снова открыл глаза.

По сторонам были развалины какого-то квартала. Где-то вдали слышался рокот канонады и потрескивание огня. Он посмотрел на себя. На нем была пехотная броня. На голове – тактических шлем. В руках – роторная винтовка.

– Что за…

– Не переживай. Это сон твоего «соседа по койке». Мы в военном госпитале… Только не пытайся проснуться иначе ИИ тотчас сообщит куда надо, отключит тебя от интенсива и вызовет охрану… Я б именно так и сделал.

– В госпитале? Меня к раненым определили?

– И это очень хорошо! Когда заметят, что очухался, тогда будет плохо!

– И почему же? Если я у них военно-пленный, то по Конвенции должны меня обменять.

– Наивный. Я уже почти 2 недели слушаю все, что происходит. Не похоже, что они начали войну на основе какой-то Конвенции. Несколько раз приходили, чтоб разузнать о тебе, но эта бледная «бестия» говорила им, что ты еще без сознания.

– Что за «бестия»?

Брод, не чувствуя усталости, взобрался на разбитую стену какого-то строения, чтоб осмотреться. Дым застилал обзор. Однако никакого приступа кашля он не вызывал, хотя забрало шлема было открыто и Брод мог ощущать привкус местного воздуха.

– Да, есть там одна, которая мониторит твое состояние, ее зовут Кристал. Больничный ИИ сообщил, что ты почти готов и вот-вот очнешься.

– Откуда ты все это знаешь?

– Тут все пациенты в единой сети. ИИ мониторит процесс регенерации каждого. Я смог проникнуть в сеть и осмотреть всех раненых… Я тебе позже расскажу как. Сейчас это не главное.

Брод ускорил шаг, чтобы забраться повыше и осмотреться по сторонам. По пути он обратил внимание, что вокруг все дома так же были со следами повреждений и разрушений. Некоторые представляли собой груду мусора, обломков и пепелище.

– До чего же неприветливое место!

Брод посмотрел на хмурое пасмурное небо, которое заволокли серые свинцовые тучи.

– Тот, что с тобой рядом, мучается этим уже пару дней как доставили сюда… Нам повезло, что тут хоть кто-то видит сны, иначе никак было не «поговорить», чтоб не проснуться, понимаешь?

Брод вскинул ружье на плечо и посмотрел в широкий видоискатель прицела на 3-кратном приближении, но быстро убрал его за ненадобностью. Сквозь дым он заметил несколько домов через улицу.

На стене одного из них «завис», уцепившись лапами, «Спайдервилс». Его команда лихорадочно копошилась пытаясь, навести 5-мегаватный тяжелый лазер куда-то вдаль вдоль улицы. Однако из-за дыма Брод никак не мог разглядеть что там. Только по приближающемуся грохоту он понимал, что движется что-то тяжелое.

– У «бедолаги» это был первый боевой опыт, поэтому ты видишь столько деталей…

– Слушай, Джим, ты же меня не для того в чужой сон вогнал, чтоб про сон рассказывать.

Брод спрыгнул на груду строительного мусора и перекатился в углубление, чтоб его тут, часом, не сшибли. Он прекрасно знал, что в чужих снах находиться небезопасно. Если тебя вдруг в них лишают жизни, то это обычно больно, и пробуждение гарантировано. Именно этого и Джим хотел избежать, на сколько сам Брод его понимал. Он соскочил в полуподвальное помещение в надежде переждать грядущую схватку там в безопасности. Однако его взору предстала группа очень напуганных людей. На вид это были женщины пожилого возраста: седые волосы, морщины по всему лицу, трясущиеся руки. Рваные, грязные, местами прожжённые комбинезоны. Они прижимали детей, которые, к ужасу Брода, так же выглядели, как старики. Дети не плакали. Они, не моргая, смотрели прямо на него, прямо в глаза.

– Вот. Тут безопасно. Давай подумаем, что делать дальше. Ситуацию там снаружи, в госпитале, я тебе сейчас обрисую…

Брод вместо того, чтоб расположиться поудобнее, развернулся и полез обратно.

– Что ты делаешь?

– Я не могу тут! Эти люди, эти взгляды! Я не могу! Хочешь буди меня сейчас, но я на выход!

Брод попытался уйти за стоящий рядом дом, чтоб там поискать укрытие, но вместо этого он как бы уперся в невидимую стену.

– Ага, ну вот и границы сна.

– Давай назад в нору! Еще успеем!

Грохот приближался. Прямо перед собой на том месте, куда он собирался прыгнуть, чтоб попасть назад к спуску в подвал, Брод увидел «Гарпию».

Увесистая голова «Гард»-подобного боевого дрона бестолково покачивалась на 2-х гофрированных лапах, пытаясь разгрести мусор буквально в 5 шагах от входа в яму, где сидели женщины и дети. Две полусферы были раздвинуты и из середины, шумя сервоприводами, двигался ствол лазера в поисках целей.

– Даже не думай! Ты ж знаешь, что они не ходят по одному!

Брод сделал выстрел рефлекторно. Вскинув ружье и поймав «голову» дрона в прицел, он нажал на спуск. Ярко-оранжевый раскалённый стержень-патрон с визгом, вращаясь вокруг своей оси, вылетел из ружья и в ту же секунду пронзил насквозь дрона. Тот замер и рухнул, как подкошенный. Обе полусферы головы-шара развалились на куски, выдав сноп искр и дыма. Брод интуитивно подался вперед, чтоб сменить позицию. Он съехал за стену с другой стороны, оказавшись прямо на улице на перекрестке. В пару десятках метров от него разворачивалась драма войны. «Спайдервилс», теряя контакт с плоскостью стены, скатывался вниз словно мошками облепленный четырьмя «Гарпиями». Бойцы в таких же облачениях, как и он сам, сидя в полуоткрытом десантном боксе древней боевой машины пытались отбиться от прыгающих вокруг них дронов. Лучи их лазеров жгли бойцов, почти не встречая сопротивления. Только, когда «Спайдервилс» с грохотом коснулся поверхности мостовой, 2 дрона оказались придавлены машиной и были тот час добиты. Из 8 десантников только 4 продолжали сопротивление. Брод вмешался сразу же и снял еще одну «Гарпию». Из кабины пилотов вылезли 2 бойца и, используя бластеры, довершили разгром. Брод перемахнул через борт машины, достал свой мед-комплект с замедлителем и приложил к одному из сильно обожженных раненых солдат.

– Ты кто? – спросил его один из бывших там с ярко-фиолетовым рисунком-линией на форме.

– Брод, сэр, лейте… рядовой, Брод, сэр!

– Кто?! Откуда ты тут взялся? – не унимался командир.

– Сэр, там гражданские в яме 7 человек! Если не отобьемся, то они все обречены! – выпалил Брод вместо ответа.

– Вот же! … Все внутрь! «Спайдера» за угол!

Местами помятая, местами разбитая машина ожила и, прихрамывая на одну из 6 лап, неспешно втиснулась боком за угол дома, на стене которого она недавно пыталась сделать засаду. Помогая раненому, Брод заметил выпавший бластер. Он подобрал его и сунул за пояс, дабы иметь что-то взамен брошенной винтовки. Брод, сидя в полуоткрытом отсеке для десанта «Спайдервилса», осмотрелся по сторонам. Кроме него тут же суетились еще 4 бойца, включая командира. Двое раненых с ожогами лежали на дне и тихо стонали. Вколотые Бродом «замедлители» делали свое дело. Оставив их, он поднял шлем одного из раненных, заметив работу передатчика дрона «Канзату». Он, сбросив свой и надев тот, сразу же увидел проекционную картинку на его ферро-стекле от данных с дрона-разведчика. Панель управления через 3Д-дисплей в шлеме была очень старой. Такое уже не применялось лет 30, как и машины типа «Спайдервилс». Но не имея альтернативы, Брод сконцентрировался на сигнале с дрона. Сиреневая облачность вперемешку с дымом от пожарищ покрывала все небо и создавала дополнительные помехи для аэроразведки. Броду показалось, что вечерело, и наступили ранние сумерки. Однако, судя по данным о времени с дрона, на самом деле было позднее утро. Повернув камеру несколько раз, он наконец заметил то, что стояло всего в 680 метрах за углом крайнего строения возле самой дороги и создавало грохот при движении всего несколько минут назад, раздумывая идти дальше или еще постоять. Металлическая «туша» на куриных ножках с широким бронированным колпаком-диском на всю голову и толстенными сундуко-подобными «крылышками» крутилась на месте, не зная, что ей делать дальше. Брод достаточно быстро признал в ней боевую машину класса «Катана», еще до того, как «Канзату» выдал свои данные о цели.

Это был 4.5-метровый в высоту 35-тонный мех-доспех на птичьих изогнутых лапах, достаточно современный и смертельно опасный. Вместо «крылышек» он имел большие кассеты с тяжелыми «умными» минами. Снизу корпуса крепилась вращающаяся башенка с мощным 5-мегаватным тяжелым пульсирующим лазером. С боков у него монтировались термо-ударные пушки, которые защищали машину от пехоты и сухопутных дронов.

«Канзату» под управлением Брода висел где-то в 150 метров над тем местом, и оптическому увеличению сильно мешала задымленность. Он направил дрона ниже, держась ровно над головой вражеской машины. Это был единственный шанс не попасть под его радар. Опустившись на 100 метров, он смог наконец рассмотреть «телодвижения» робота. Он также заметил край эмблемы как бы сверху и сбоку, и ему показалась она знакомой, но значения этому он не предал. Зато по неуверенным, пугливым шагам Брод определил, что управляет машиной человек-пилот, а не ИИ. Вращающаяся башенка с тяжелым 5-мегаватным «пульсаром» нервно крутилась в поисках цели для выстрела. Два тяжелых «сундука», напичканных минами, как бы вместо крыльев, поворачивались в такт импульсному лазеру. «Катана» сделал неуверенный шаг в сторону открытой части улицы и попытался заглянуть как бы за угол.

– Ну и где же твой дрон-разведчик, гадина? – произнес Брод вслух, говоря будто сам с собой.

– Сшибли мы его еще до начала боя… А потом еще одного… Мы ж на стене сидели не просто так. Или вас там, откуда ты прибежал, на «Спайдерах» воевать по-другому учили?

Слова принадлежали бойцу, который был все это время возле Брода, вместе с ним помогая раненым. Брод, на мгновения отвлекся на него и сразу обратил внимание, что тот, хоть и говорил уверено, но был совсем еще зеленый. Его подбородок слегка подрагивался, а ЭМИ винтовка в руках была так сильно стиснута, что вся дрожь кистей рук ретранслировалась прямо на оружие. Брод машинально отвел от себя пляшущий ствол винтовки в сторону от лица и сказал:

– Сделай глубокий вздох, но выдыхай медленно.

Тот сразу послушался и сделал так.

– Еще раз, пока дрожь не уйдет… Дыши ровно и полной грудью. Возьми четвертину «замедлителя» и вколи себе.

– Нет! «Замедлитель» нужен раненым! Я справлюсь! Спасибо!

Брод, ничего не ответив, снова переключился на «Канзату» и резко произнес:

– Внимание! «Катана» по курсу вдоль улицы! Дистанция 650 метров!

– Понял тебя! Дистанция 650 метров! Излучатель к бою!

Весь оставшийся экипаж «Спайдервилса» пришел в движение.

«Катана», тем временем, таки заметила дрона над головой. Из левого «сундука-кассетницы» с минами выпрыгнула одна и взорвалась облаком «райнбуредо», разорвав «Канзату» на мелкие кусочки, обдав градом при этом и саму «Катану». Однако широкому бронированному колпаку той было, что слону дробины.

– Сейчас! – громко сказал Брод, – Пока он отвлекся на небо!

«Спайдервилс» резко подался вперед на открытую улицу. Сервопривод лазерного орудия пришел в движение, поворачивая ствол одновременно с выходом на линию огня. Однако «Катана» оказалась более проворной, чем ожидалось, и успела сгруппироваться, прикрыв наиболее уязвимую «лицевую» часть торса, ссутулившись и выставив бронированный колпак как бы вперед. Обе машины выстрелили одновременно. Мощный огненно-оранжевый луч «Спайдервилса» с воем впился в кассетницу с минами, вызвав, но не сразу, детонацию боеприпасов. Ответный пульсирующий ярко мерцающий луч вначале скользнул по углу здания, испаряя целые секции стены и того, что за стеной, потом принялся «долбить» борт машины, сразу же уничтожив закончивший свой выстрел боевой лазер, затем резко соскочил и срезал 2 лапы с левого борта, которые были так же выдвинуты на улицу. Брод не успел ничего почувствовать, однако ощутил, как его тело стало легче в два раза, и верхняя половина, перекатившись за борт, упала лицом вверх. Будучи во сне, он почувствовал боль, но гораздо более слабую, чем если бы это все было в реальности. Его глаза, не моргая смотрели на сгораемого заживо командира машины и наводчика орудия. Сам «Спайдервилс» завалился на бок, потеряв половину своих конечностей. Раненые, как головешки, высыпались из десантного модуля, добавляя трудностей тем немногим, кто еще был жив. Будучи еще в сознание, но не чувствуя ног и живота, Брод повернул голову в сторону, чтоб оценить результат выстрела. «Катана» получила свое сполна. Взрывом от детонации мин разнесло на куски левый «ящик-кассетницу». Удар был такой силы, что сбил прицел импульсного лазера, повредив сервопривод самой башенки, оставив глубокую вмятину на стволе и тем самым лишив машину возможности использовать в дальнейшем свое самое смертоносное оружие. Одна из куриных ног робота получила повреждение в коленчатом сочленении, накренив весь корпус мех-доспеха на 15–17 градусов влево. Брод прямо внутреннее ощутил всю горечь вражеского пилота от урона, нанесенного древним и неуклюжим «Спайдервилсом» всего лишь одним, при том не самым лучшим, но определённо удачным выстрелом. И хоть «Катана» еще не была полностью выведена из строя, дальнейшее участие ее в бою не мог гарантировать даже рем-бот, который уже суетился на корпусе машины, пытаясь залатать множественные «увечья». Услышав звуки раненых, Брод снова обернулся и даже попытался дотянуться до аптечного ящика, упавшего всего в паре метров от него. Тут он заметил того молодого бойца, который подполз к нему и, подтянув коробку, вколол ему «замедлитель».

– Потерпи немного. Сейчас станет легче – сказал тот.

Возможно, именно это не дало Броду наконец-таки проснуться от кошмара, в который был втянут. Краем глаза он заметил маленькую девочку лет 5 отроду с темным и грязным от сажи лицом, слипшимися на голове непонятно какого цвета волосами и красивыми фиалковыми глазами. Она каким-то неведомым образом выползла наружу из убежища-ямы прямо из-под носа у своей матери и, улыбаясь, смотрела в сторону лежащих вокруг солдат. И, действительно, Броду показалось, что опасность миновала. Он, лежа без ног, улыбнулся девочке в ответ. Однако глухой металлический звук где-то в противоположной стороне заставил его снова обернуться. Вражеская «Катана», которая вроде бы должна была уже «уползти» с поля боя «зализывать» раны, неожиданно обернулась и, провернув оставшуюся целой правую кассету с тяжелыми минами, выстрелила в сторону именно этого полуразрушенного дома, из подвала которого и вылезла девочка. Тяжелая мина, описав дугу с грохотом упала прямо на дорогу, оставив глубокую дымящуюся воронку, всего в паре метров от стены, на которой была девочка. Она испугалась и замерла. Улыбка сошла с ее лица, и глаза округлились так, что, казалось, заполнили собой все замызганное лицо.

– Нет! Назад! Девочка! Назад! – надрываясь закричал Брод.

Кровь пошла горлом, заглушая его крик бульканьем теплой и соленой на вкус жидкости. Мина, словно оживший темно-серый полуметровый шар с «усиками», полежав в воронке с секунду, «ожила» и, подпрыгнув на месте, чтоб перемахнуть за ее край, покатилась вверх по мусору в сторону стены, на которой все так же продолжала стоять девочка. В это мгновение показалась фигура женщины. Она, поняв весь ужас ситуация, схватила девочку в охапку и быстро убралась со стены. Брод лежал всего в 20 метрах от нее и ничего не мог сделать, чтоб остановить неизбежное. Его блуждающий взгляд упал на оторопевшего от происходящего того самого парня, который вколол ему «замедлитель». В руке он уже сжимал свою ЭМИ-винтовку, но не делал ничего, чтоб предотвратить трагедию. Это был шок первого боя. Боец сидел на коленках будто в онемении, словно статуя или мертвое изваяние с живыми глазами.

– Стреляй! – захлебываясь и отхаркивая кровь снова крикнул, глядя прямо на него Брод, – Стреляй сейчас же! У тебя ж ЭМИ в руках! Тут 20 метров всего! Вырубишь эту сволочь одним выстрелом, даже если чуть промажешь!

Однако тот даже не шелохнулся, продолжая все так же словно завороженный смотреть на взбирающуюся на стену вслед за девочкой мину. Брод попытался дотянуться и отнять у него винтовку, но не смог даже приподняться. Все, что получилось, это разгрести мусор вокруг руками. Тем временем мина перемахнула край стены и, уже не встречая препятствий, устремилась вниз прямо в дыру, ведущую в подвал.

– О, нет!

Брод, протяжно простонав, отвернул лицо, чтоб не видеть того, что будет дальше. Перед его глазами плача и вздрагивая всем телом все так же на корточках, сжимая ЭМИ-винтовку, сидел боец. Его шлем был открыт и из глаз градом катились слезы. Он рыдал и был очень жалок. Руки задрожали и винтовка сама выпала из рук. Секунду спустя Брод услышал приглушенный женский вой множества голосов как будто откуда-то из глубины недр. Затем последовал сильный взрыв, который кусками стены, человеческих тел и мусора накрыл полностью «Спайдервилс» и что было вокруг, поражая все, что еще могло двигаться.

Брод проснулся резко, как от страшного кошмара. Его тело покрылось потом. Дыхание было учащенным. Сильно колотилось сердце в груди. Краем глаза сквозь прозрачный купол он заметил, что его сосед так же проснулся, хотя, судя по количеству препаратов он вообще не должен был приходить в себя еще пару дней и, уже тем более, видеть сны. Однако, как теперь уже понимал сам Брод, случается в жизни такое, после чего никакой «интенсив» не перекроет. Теперь же, глядя на свое целое тело, он мог вздохнуть с облегчение.

– Все-таки не надо было тебе сразу голову лечить!

Эта мысль Джима заставила его напрячься и задуматься. Брод сделал глубокий вздох, чтоб прийти в себя окончательно, и спросил того в ответ:

– Стоп-стоп-стоп… Я помню, что потерял кисть и ногу… Но голову-то когда?

– Точно не скажу… Начало сильно трясти, появилось притяжение, и ты «жахнулся» лбом о ящик с Гауссом… Или сам кейс упал на тебя… Я решил было, что все… Но нет, повезло.

Брод неспешно ощупал свое лицо и почувствовал крупный затянувшийся шрам от лба до самого подбородка. Он тянулся через переносицу и огибал губы по левой щеке, а затем снова уходил вправо вниз.

– Вот это мне влетело, так влетело! …

– Еще я, в общем, модифицировал немного структуру клеток эпителия и репродуцировал нано-волокна нервных каналов мозга в мягкие ткани центра правой ладони… Через спинной канал… Как-то так.

– Что-что?!

– Ты сейчас вроде «Головастика» … Множественные нано-нити могут вытягиваться из твоей ладони и подключаться к каналам управления любых устройств.

Брод внимательно, лежа в капсуле в ожидании персонала, при тусклом освещении внутри еще раз осмотрел свою ладонь. Однако ничего необычного он на ней не обнаружил. В это же время стеклянная крышка отъехала и в сумеречном свете, льющемся из большого на всю стену окна, на него прямо в упор смотрела та самая «белобрысая». Ее глаза были полны нескрываемой радости. Лицо озарилось красивой улыбкой.

– «Ну, и где твоя «бестия»? … Не вижу и тени враждебности!» – подумал Брод прежде, чем произнести хоть что-то.

Он тоже попробовал улыбнуться в ответ, но получилось больно. Брод, стесняясь самого себя, даже приложил ладонь к подбородку, чтоб не напугать ее своей гримасой.

Космопорт

Исполинская ростом почти 15 метров 4-лапая пауко-подобная машина неспешно выхаживала вдоль 8-метровой металлической ограды из титана-иридиевого сплава, опоясывающего весь космопорт на юго-западной оконечности острова «Ксил». Это забор появился тут совсем недавно, когда новая администрация в лице представителей Преторианского Альянса решила дополнительно обезопасить «космическую гавань». Сама тяжелая боевая машина появилась неделю тому назад.

Жерло ее огромного орудия, венчавшего большую прямоугольную башню прямо на середине тела-платформы «паука», было направленно куда-то вверх в противном случае оно обязательно задевало бы «колено» какой-нибудь из конечностей во время движения.

Хоть и двигался робот совсем не спешно, радаро-ракетная «башенка», венчавшая, словно корона, основную башню гиганта, вращалась вокруг своей оси достаточно активно и без перерыва. В какой-то момент робот-исполин замедлил ход и остановился совсем. Из открывшейся раздвижной двери башни вышла фигура в сером комбинезоне, которая на фоне сумерек вокруг была почти незаметной. Прогулявшись неспешно по «палубе», она подошла к краю и прислонилась к перилам. Оперившись спиной и облокотившись на локти, фигура приняла позу расслабленного, выставив ноги крест-на-крест.

Это был темнокожий достаточно молодой еще парень лет 30-и, совсем без волос, зато с белой контрастирующей с темным цветом кожи татуировкой рунического символа прямо на правой части головы по выше уха: «боевого лука». Его слегка припухлые губы были рассечены в двух местах, но шрамы давно затянулись, оставив рубцы на всю жизнь.

Хоть технологии того времени и позволяли залечить даже такие глубокие травмы, но этого человека они, как бы, облагораживали, где-то даже возвышали в кругу ему подобных наемников. Левой рукой он теребил свой обруч на шее, то ли, потому что тот плохо работал, то ли это была просто привычка. Человека звали Бомбаста. Он был высоким, почти 2 метра ростом, и очень плотного и крепкого тело сложение, словно былинный богатырь или атлет. По натяжению складок на комбинезоне была заметна сила мышц его плеч и рук. Большие чуть с грустным взглядом его карие глаза в сумерках Парпланда давали слегка мистический темно-фиолетовый оттенок. Он повернул голову в сторону двери, откуда только что вышел сам.

Буквально через пару минут она также открылась, и в проеме показалась еще одна фигура, но пониже и по тоньше. В подобном сером плотно приталенном комбинезоне она шагнула на платформу по направлении к Бомбасте. Это была темнокожая совершенно лысая так же лет 30-и, как и тот, женщина. Она хоть и была тоньше и ниже ростом, однако походка выдавало в ней атлетичность и собранность.

– Ну, почему я должна выходить сюда к тебе?! – сказала она в слух.

– Тула, не злись. Мой обруч снова барахлит, а отремонтировать некому, как всегда… Ты ж знаешь, как я не люблю одиночество, а тут еще это мудацкая депрессивная планета… Свихнуться ж можно! – ответил ей Бомбаста.

Тулулу подошла к нему и положила правую руку на его плечо.

– Ладно. Не бзди. Я никому не скажу, что Бомби боится темноты.

Сказав это, она рассмеялась. Смех был больше подобен роготу некоего парнокопытного животного, чем человеческому.

– Да ну тебя! … Неужели ты не видишь в какой заднице Галактики оказались?! – резко ответив, Бомбаста повернулся лицом в сторону каньонов на востоке, как бы показывая Тулулу всю угрюмость и неприветливость этого мира.

– А ты подумай о приятном. Вспомни, как мы на Эдэмии с тобой провели фантастический месяц вдвоем, а?

– Пфф… Когда это было? Как будто в другой жизни! Ты б еще вспомнила, как мы с тобой голышами по прериям бегали, жаб ловили! – выдал в ответ Бомбаста.

Тула отняла руку от его плеча и отвернулась в сторону дороги, ведущей на фабрику парпурита. Оттуда уже 3 дня валил дым, хоть и плотность его и масштаб заметно уменьшились. Да и на фоне общих сумерек, он не сильно выдавался и даже немного сливался с общим фоном, когда, особенно к вечеру, темнело еще сильнее.

– Ну, вспомни тогда, как мы с тобой размотали колонну этих дикарей там на окраинах фабрики, где они хотели укрепиться, а? – попыталась снова приободрить его Тулулу.

– Эх! Это да! Карлсону будет, что показать, когда он прилетит и появится тут на своей «Горгоне»!

Бомбаста заметно оживился. В глазах промелькнула искра. Видно было, что Тулулу нашла-таки тему, чтобы одолеть его хандру от пребывания на Парпланде.

– А, эти хваленые преторианские гвардейцы сунулись всей своей «кавалерией», чтоб ударом в лоб смести тех … Не, ну, ржака же! … Помнишь я им говорю – ничего не предпринимайте, пока не получим данные разведки и не зарядим «Груффало». А они – это дело чести, они вероломно разхреначили наших в пригороде Нектауна и возле комплекса переработки кристаллида…

Тула снова залилась парнокопытным роготанием местами даже переходящим в икание и ржание «мата», как называли хищников с Би-Проксимы с похожими повадками. Ее голова, качаясь от смеха, припала к груди Бомбасты.

– Да, это нам крупно повезло тогда. Если бы эти повстанцы сразу после разгрома гвардии ломанулись в космопорт оставшимися силами – жопа нам была бы!

Сказав это, Бомбаста снова погрустнел.

– Да что ты сам себя накручиваешь, Бомби? – отреагировала в ответ Тула, подняв свою голову с его груди и посмотрев прямо в глаза, – Там у этих дикарей тоже, как оказалось, ни ума, ни таланта. Очканули нападать на космопорт в ответ. А тут только мы с тобой, да «безрукий» Дженго на неготовом «груффике» … Который никак не может нормально починить твой обруч… Наверное, эти дикари теперь от досады локти кусают. Умора! Вот увидишь, прибудет Карлсон и мы сразу покончим с ними на раз два! Получим креды и снова на Эдэмию! … Эх!

Тула томно закатила глаза, еще больше приподняв голову, как бы откидывая ее назад. Глядя куда-то в небо, на перистые темно-сиреневые облака, ее лицо растянулось в большегубой улыбке, обнажив большие белые зубы. Крупная серьга на ее правом ухе с руническим символом «Опора» качнулась в такт движения, повиснув где-то между ее плечом и спиной.

– Эти преторианские уроды пригрозили вычесть за разрушение фабрики, которое мы учинили нашим «груффиком» – подражая голосу подруги, с грустной усмешкой сказал в ответ Бомбаста, – Так что забудь про Эдэмию, Тула!

Вместо ответа та, резко оттолкнувшись от груди, отстранилась от него и даже отошла чуть в сторону вдоль перила, совсем отвернувшись.

– Копать-не-встать! Опять! Ну, что ты психуешь!? Мы ж всё сделали, как надо! Посмотри правде в глаза – фабрика в труху, до сих пор дымит там! … Если бы Оддлиф со своим «Ганрачем» прибыл на неделю раньше, может мы придумали бы как изгнать дикарей без больших разрушений… А так, имеем – что имеем!

Говоря это, Бомбаста подался в сторону Тулулу, чтоб как-то сгладить обиду. Однако вместо ответа, ее голова повернулась в сторону дороги, грудь выдалась вперед через перила, а правая рука будто указывала на что-то. Бомбаста посмотрел, куда та указывала и воскликнул:

– О, вот и разведка вернулась! … Что-то быстро наши «свободные охотники» управились. Дурной знак.

Ворота космопорта с восточной стороны открылись, впуская быстро перебирающую своими «тонкими» лапами громадную паука-подобную машину. Свежая краска местами сильно обгорела и облупилась. Эмблема «Зова Вальхаллы» в виде двух скрещенных топоров имела несколько выбоин, видимо, от вольфрамовых стержней роторной пушки. Сильная оплавленная вмятина была на одной из лап машины.

Это был «Ганрач», тяжелая оружейная система на подобии той, что ждала его внутри периметра космопорта. В отличии от «Груффало» этот «зверь» был определенно помельче, да и вооружен был гораздо слабее. Зато он мог очень быстро и почти бесшумно перебирать своими четырьмя членистоногими лапами, развивая при этом весьма неплохую скорость в 90 км/ч.

Но главным достоинством «Ганрача» была штатная система камуфляжа и маскировки «МАСК», которая давала почти 100% невидимость на радарах и 75–80% в видимом спектре. Однако на Парпланде благодаря вечным сумеркам это показатель легко доходил до сотки. Это и делало его отличным «разведчиком» и «охотником».

Бомбаста, уже сидя в кокпите «Груффало», направил его на встречу новоприбывшему.

Его обруч все так же барахлил и, скинув его, он одел нейро-шлем своей 2-тысячетонной машины. Тулулу заняла место в кресле напарника, также нахлобучив головной убор. В общем виртуальном пространстве и сети взаимодействия появилось изображение женщины с копной длинных и прямых черных волос, закрывающих, часть лица. Однако большой синяк прямо на левой щеке оставался все же заметным.

Был еще и кровоподтёк, который так же выступил, когда она заговорила:

– Где Дженго!? Нам нужен срочный ремонт!

Наступила секундная пауза. Бомби и Тула были немного в ступоре от увиденного.

– Что вы так уставились на меня, придурки!? – огрызнулась женщина, сдвигая брови и суживая и без того узкие и раскосые карие глаза.

Ее голос дрожал. Нижняя губа была припухшей от ушиба. Она подергивалась в такт дрожащему голосу.

– Куцако, милая успокойся. Все починим все поправим – ответила ей хитро, как бы с издевкой улыбаясь, Тулулу.

– Иди в жопу! Где этот бездельник Дженго!?

– Да тут я… Чего ты так орешь!?

В виртуальном пространстве нейро-связи появилось еще одно темнокожее лицо с небритой светлой от седины щетиной. Лицо широко зевнуло. Рот был полон разноцветных крупных зубов подобно детским мелкам. Дженго был не так молод, как Бомбаста. Ему было 46 лет, и он почти не имел своих зубов. Зато те искусственный что были вместо, были из редких металлов, собранных из разных планет Галактики.

– Мне нужно, чтоб ты срочно посмотрел мою «Катану»! – не меняя тона все так же резким немного писклявым голосом «кричала» Куцако. В виртуальной нейро-сети отображались 2 паукоподобные машины, которые сейчас уже находились возле друг друга. Пространство вокруг них было также достаточно подробно отображено. Чуть поодаль начинались ангары и здания космопорта. Буквально возле силуэтов машин располагался большой ангар с флажком на крыше точно с такой же эмблемой что и на обоих «пауках». Еще один персонаж добавился в сеть. Это был короткостриженый светлокожий как будто совсем молодой парень с короткими светлыми волосами и темно-зелеными широкими глазами.

Он улыбался своими тонкими губами, показывая всем свои аккуратные белые зубы как с обложки рекламы зубных улучшений. Это был Оддлиф, командир «Ганрача». Его молодость была мнимой. На самом деле ему было почти 50, но благодаря педантичной ухоженности и современной медицине он выглядел много моложе своего настоящего возраста.

– Пожалейте Куцако! Она лишилась своей любимой новой дорогой игрушки! – произнося это он издевательски улыбался.

– Заткнись Оддлиф! Иначе я сожгу твоего «Охотника»! … Дженго, ты починишь «Катану», правда?

На последней фразе ее тон сильно изменился. С нагло истерического, до заигрывающего.

– Ну, погоди ты немного! Отдохни, умойся, подлечись! Вон синяк какой на пол-лица! Хаку прилетит, как увидит, сразу разлюбит!

На этих словах Дженго звонкий смех прокатился по каналу связи. Однако «роготание» Тулы даже тут выделялось своим басом и добавило в виртуальный сеанс связи еще больше смеха. Дождавшись окончания, он добавил:

– Я смотрю, что и «Ганрач» тоже едва доковылял. Что стряслось то?

На этот раз опять наступила тишина, которую нарушил Оддлиф:

– Да все было нормально. Проскочили передовые дозоры и укрепы локалов просто на легке. Затем углубились так, что добрались до пригорода Нектауна. Там, конечно, преторы натворили дел, когда драпали… Мы заметили впереди колонну снабжения локалов. Заняли позицию для засады. Размотали ее… У меня 4 очка, у Куцо – 2.

– Потому что говнюк ты, Одди! Я просила подставить мне тех 2-х «Спайдервилсов» под пульсар, а ты все равно их ракетами накрыл! – влезла Куцако.

– А как их было тебе отдать, если они начали драпать? Чем бы ты их догоняла? «Катаной»? – парировал Оддлиф.

– Не, ребятки, эти очки вам по любому на пополам. Вы их выбивали на «Ганраче»? Значит в общий зачет, плюс мне треть – неожиданно вмешался Дженго, – Значит вам 3 очка на двоих. Делите, как хотите.

– Вот так всегда! … Короче размотали мы ту колонну и решили сунуться в развалины пригорода, типа свободная охота…. Но я не хотел, потому что это было стремно. А Куцако заныла, что я все очки увел у нее из-под носа, и что ей надо выгулять свою красавицу «Катану» – продолжил повествование Оддлиф, пока его снова не перебила напарница.

– А чего боятся? Развалины, как развалины. В таких обычно легко можно прихлопнуть какой-нибудь поисковый отряд! … Легкая добыча, не!?

– Ага, ну вот и получила свою легкую добычу! … Короче поперлась она в пригород, в котором еще дымились дома на окраине. Продвинутый радар ее «Катаны» сразу уловил множество движений. На горизонте нарисовался еще один «Спайдервилс», но, сука, хорошо замаскировался, и мы его прохлопали. А ракет, чтоб подсветить все, что плохо лежало, уже не было…

На этом месте его снова перебила Куцако:

– Потому что ты, морда белобрысая, пожадничал мне тогда на разгроме колонны и расстрелял все ракеты.

Оддлиф проигнорировал оскорбления в свой адрес от чересчур импульсивной «подруги» и вернулся к рассказу.

– Выпустили мы «Гарпий», чтоб они там пошарились по развалинам…

– Не ври! «Гарпий» ты зажал, сказав, что Дженго нас убьет если мы их потеряем! … Я выпустила «Канзату»! – снова влезла Куцако.

На этот раз повествование прервал Дженго, который параллельно уже сделал полный анализ повреждений «Ганрача».

– Так, я не понял, вояки, где звено «Гарпий»!? – встрял он в разговор.

– Это Оддлиф их всех просрал! – злорадствовала Куцако.

Оддлиф снова проигнорировал обвинение в свой адрес, продолжив отчет.

– Вначале Куцако на «Катане» выпустила «Канзату» разведать подозрительные движения… И просрала дрона, а затем дублера… Уже после первого «Канзату» я сказал ей, что-то тут не чисто, валим оттуда. Но она ж блин упертая стерва, вы ж знаете… Поскакала на развалины попутно кидая мины в ту сторону. Там ухнуло пару раз и вроде движения прекратились…. Ну, я думаю, мало ли засада какая… Ну, и выпустил «Гарпий».

– Ну, молодец, ептыть! Правило знаешь: минус 2 очка за дюжину! – подытожил Дженго.

Оддлиф посмотрел на него грустными глазами, вздохнул и продолжил.

– Да там, походу, какой-то хитро сделанный отряд локалов сидел в этом «Спайдервилсе». Вроде ничего особенного. Вначале 5 наших «Гарпий» уверено начали разбирать его. Даже Куцако на «Катане» приободрилась и зашагала, чтоб открыть счет на новом мех-доспехе. Потом он съехал со стены и задавил парочку «Гарпий», а остальные застыли, как дерьма наевшись.

– Съехал со стены? Кто? «Спайдервилс»? Он, что висел на стене, как ящер? – вмешалась Тулулу со своими вопросами.

– Да я сам охренел, когда «Гарпии» передали картинку. Никогда такого не видел. Зато сразу стало ясно, как он так быстро обоих «Канзату» засек и уложил. Он же смотрел в небо! – ответил Оддлиф и продолжил:

– Ну, а потом, когда этот свалился, Куцако посмелела и вышла на линию атаки своим пульсаром, а его там нет. И «Гарпий» нет… Ну и наша «огненная богиня», сидя на своей колеснице, запаниковала.

– Не запаниковала, а начала действовать осторожно! – влезла Куцако, – Потому что эти сволочи завесили мне над «башкой» своего дрона, а я его в упор не видела, пока на месте крутилась!

– Ага. А те на «Спайдервилсе» оказались не робкого десятка. Тот резко вылез из-за угла и шмальнул с 5-мегаватника и прямо по «Катане», прямо по коробочке с минами…

– У-у-у-у!

Прошумел множеством голосов общий вой, как бы ощущая вместе с пострадавшей всю боль от удара. Однако на самом деле это было всеобщее издевательство и насмешка.

– Заткнитесь все! Я ему успела ввалить в ответ! – прокричала Куцако, а затем успокоившись добавила, – Дженго все починит.

– А тебе еще Карлсон говорил, не бери себе «Катану». Дорогая понтовая, но ни разу не практичная игрушка – влез в разговор на этот раз Бомбаста, – Взяла бы себе «Самурая», как у твоего Хаку… Были бы 2 сапога – пара.

«Животное» роготание прокатилось в эфире, которое уже само по себе вызвало всеобщий продолжительный смех. На этот раз Куцако, закатив глаза куда-то вверх, молчала, ожидая тишины.

– Я не понял. Куда пропали еще 5 «Гарпий», Одди?

Вмешался Дженго первым, как только стих смех.

– Да, блин. Я послал вторую группу «Гарпий» подтвердить ответный выстрел «Катаны» Куцако… Ну, чтоб она потом не ныла, что очко ей не засчитали… И когда я выпустил их, меня засекли… Видимо эти на «Спайдервилсе» успели запросить помощь… Короче, направил я «Ганрача» на перехват ковыляющей Куцако… Она ж даже не отвечала мне, прикинулась убитой!

– Ты что, дурак!? Не видишь, что с моим лицом!? От детонации бокса с минами меня долбануло так, что я думала концы отдам! … Я со злобы швырнула им мину на последок, чтоб добить! – резко взвизгнула в ответ Куцако.

И снова Оддлиф спокойно пропустил грубость. Его терпению можно было позавидовать.

– Выскочил я к самому крайнему домику, точнее развалинам домика, а тут мне на встречу два «Воина» – продолжил он.

– Ну, так у тебя ж камуфляж, невидимость… Сидел бы тихо, они бы и прошли мимо – вмешался Дженго.

– Да ни хрена! «Запалили» они меня, когда я повторно «Гарпий» выпускал. А тут еще развалины кругом. Они сразу за укрытия и давай меня закидывать ракетами и из «роторок». Я в ответ полоснул сразу с двух пульсаров. Попал или нет не знаю…. Подхватил «Катану» Куцако и деру. Те «Воины» меня не преследовали, видимо на «Гарпий» отвлеклись… Ну, и вот.

– М-да… Вояки, едрить-колотить! … Десяток «Гарпий», коленное сочленение, ну и на корпусе по мелочи… Короче повезло, что на вас «Воины» вышли, а не «Спайдервилсы» с 5-мегаватными «волынами», иначе исход мог бы быть куда печальнее – подытожил Дженго.

– А что с моей «Катаной»? – заискивающе спросила Куцако.

– А ничего… Ничего хорошего с твоей «Катаной», деванька! -посмеиваясь произнес Дженго.

На проекции в виртуальном пространстве развернулась полная статистика по «Катане» с отображением самой машины как бы в разрезе с красной окантовкой всех проблемных зон. Дженго лишь немного прокомментировал то, что было и так отлично видно:

– Пульсар под замену. Только, где я тебе такой же юнионовский в этой дыре найду… У тебя ж «Катана»! … Ну, может, Карлсон прилетит и попросит «преторов» помочь с запчастями, хотя вряд ли – ты цену увидишь, сама расхочешь…

Он мысленной командой повернул изображение разбитой «Катаны» и продолжил:

– Левая коробка с минами – туда же.

Затем он сместил виртуальную камеру на «ноги» робота и осуждающе зацокал языком:

– Серво-привод правой ноги сгорел… Это ты так, хромая, улепетывала от «Спайдервилса», что спалила серво-привод поврежденной ноги!? Ну, браво, че!

Лицо Куцако сильно осунулось под «тяжестью» увиденного и как будто постарело лет на 10.

– Джен, миленький, ты ж все можешь! Ну, ты попробуй поколдуй над «Катаной»! Должно получиться! – разревелась та.

– Да что он тебе «наколдует», рукажоп этот! Он мне обруч починить никак не может! – резко и эмоционально вмешался Бомбаста.

– Но-но! Следи за языком! … Твой обруч работает, как надо! Просто не надо тоннами поглощать местную пищу! В ней полно намагниченного парпурита! Накопил, видать, «магнетизм» в тканях раз обруч глючит! … А ты милая Куцако, слушай следующий раз совет взрослых дядек и не покупай «бижутерию» в золотой оправе… Посмотри на Оддлифа: захотел себе мощную игрушку, посоветовался со «взрослыми», купил «Охотника» … Так его ж хоть на коленках чинить можно! Если б ему пульсар разхреначили, я б ему из говна и палок новый собрал бы!

– Потому что пульсар в «Охотнике» говно! 3 минуты на перезарядку – вечность! – огрызнулась было в ответ Куцако, продолжая всхлипывать.

– Ну, вот и сиди теперь дома и жди пока кто-то из нас тебе что-нибудь трофейное не подберет взамен! – резко встряла Тулулу, невзирая на слезы.

Та уже откровенно рыдала от досады и злобы, закрыв и без того разбитое лицо руками.

– Не плачь, Куцо. Карлсон поговорит с Преторианцами. Ну, или из своих запасов что-нибудь тебе даст – попытался успокоить совсем поплывшую «подругу» Оддлиф.

– Отвали, Одди! … Хаку мне даст одного из своих «Самураев»! – приободрила она сама себя.

– О, вот это бабский способ решить проблему! – парировал Дженго во все румяное лицо улыбаясь разноцветными зубами.

Снова прокатился смех, разбавленный басовитым роготанием Тулулы.

Большой транспортный корабль класса «Гулливер», ревя тормозными соплами и изрыгая широкие плазменные дуги, совершил посадку в космопорт острова «Ксил» Парпланда.

В отличии от того же «Ковчега» тоннаж этого грузовика был на 100 тысяч тонн меньше, но имелось отличие в вооруженности и огневой защите. «Гулливер» был своего рода транспортно-боевым звездным кораблем производства корпорации ГОК. На его борту красовалась огромная эмблема в виде 2-х скрещенных черных топоров на фоне красного круга. Совершив посадку, «исполин» стоял какое-то время, не подавая признаков жизни. Работали шлюзовые шахты, выравнивая давления корабля с атмосферой Парпланда. Через какое-то время огромное жерло транспортной платформы открылось и на поверхности посадочной зоны показался на четырех ходулях-колоннах огромный «зверь». В сиреневых сумерках и осветительных фонарях его стальные бока играли металлическим блеском броне-плит и раздвижных панелей.

Громадина высотой как 6-этажный дом и размером почти как футбольное поле, издав скрежет и вой сервоприводов, шагнула в сторону ангаров, куда параллельным курсом уже свозили контейнеры дроны-грузчики. Однако на фоне стального гиганта они были словно букашки, будто муравьи, занятые наполнением своего жилища припасами на зиму.

У самой громадины было имя «Горгона», тяжелая оружейная система, вроде того же «Ганрача» или «Груффало», но гораздо больше по весу и размерам. По сути, это была движущаяся военная база способная доставить «рой» дронов вроде тех же «Гарпий» или их летающих аналогов и целое «созвездие» механизированных доспехов прямо на поле боя. Более того эта громадина способна была поддержать их ударом из 12 тяжелых роторных орудий своих 3-х массивных башен, а так же засыпать ракетами и лучами плазмы любое оказываемое в ответ сопротивление. Однако «вишенкой на торте» была система «климатика» для создания погодных явления будь то ураган, или смерч, или торнадо, в насыщенной атмосфере. «Горгона», полностью покинув разгрузочный док, прошагала еще около километра, остановилась между 2-х больших ангаров и замерла. Внизу под ней началось шевеление. Несколько дронов подтянули длинные толстые кабели дабы начать зарядку основных батарей машины.

– Карлсон, братан, рад видеть тебя в здравии! Мы тут уже заждались! Где же наш дорогой «Локи»!

Говорившим был Дженго. Виртуальная сессия ожила. На фоне ее отобразился процесс разгрузки «Гулливера». Вереница дронов-обслуживания выстроилась в очередь, извлекая из нутра большого транспортного корабля крупные и не очень контейнеры. Грузов было много. Все они в основном имели военные маркировки. Тем временем на проекции в нейро-сети один за одним стали появляться лица различных персонажей, как бы в рамках. Дженго все также забористо улыбался всеми своими 32 разноцветными зубами, как бы приветствуя каждого из вошедших своим фирменным «знаком». Еще 4 персонажа добавились: Бомбаста, Тулулу, Куцако и Оддлиф. Однако они хранили молчание, лишь натужно выдавливая из себя улыбки радости. 6-м, 7-м и 8-м в виртуальной сессии были два мужских персонажа и один женский, хотя сходу определить пол у последнего было трудно.

Темные короткие волосы одного из них имели как бы ровный срез поверху, делая его голову слегка квадратной. Раскосые темные глаза улыбались в такт улыбки на лице. Пухлые щеки слегка округляли и без того излишне «квадратное» и упитанное лицо. Хаку, так его звали, в свои 38 был хоть и не красив собой, но весельчак, и всегда на позитиве.

Женщина в виртуальной рамке следом была светловолосой и так же короткостриженой с небольшими, глубоко посаженными глазами щелками и тяжелыми прямо мужскими скулами, и желваками. Ее звали Урсула. Ее лицо не выражало никаких эмоций в отличии от «улыбастого» Хаку. Последний же участник виртуального «чатрума» больше всего привлекал внимание к своей персоне.

Карлсон «Локи» Виндильхаймер, 45 лет от роду, был главным и это ощущалось. Возраст выдавали морщины вокруг глаз и мелкие шрамы не щеке и лбу, говорившие о брутальной жизни владельца. Его чуть рыжие короткие волосы и такая же рыжая аккуратно стриженная бородка, как не странно, скорее молодили его, чем делали еще старше. Орлиный скошенный профиль подчеркивал боевитый характер.

– Ваш дорогой «Локи» тут, и он сразу переходит к делу, чтоб не тянуть кота за хвост!

Карлсон внимательно осмотрел всех присутствующих и обратил внимание, что Куцако и Оддлиф уводят взгляды в сторону.

– Так-так. Я смотрю тут не без событий. Ну, тогда будете после меня.

Он снова сделал паузу и заметил облегченный вздох среди «стесняшек».

– Я на «Горгоне», как вы заметили. Это значит ее завтра к утру полностью зарядят, и мы двинемся на зачистку. Ибо то, сколько я сюда добирался, вынуждает меня решить местную проблему в кратчайшие сроки.

«Локи» снова сделал паузу, ожидая реакцию. Реакции не последовало, и он продолжил:

– План у меня такой: преторианские «драгуны» берут на себя левый фланг движения. С их командованием я уже все обсудил, план им понравился.

– Хм… «Локи», ты привез с собой новую партию «драгун»? – неожиданно перебил его Дженго.

Тот в ответ прищурил свои темно-зеленые глаза и, буравя, посмотрел на переставшего улыбаться Дженго.

– Нет, конечно. Тут есть их у вас – неспешно ответил тот.

– Неделю тому «созвездие» преторианцев решило дать встречный бой локалам, которые расположились на окраинах фабрики парпурита.

На этих словах Дженго «развернул» трехмерную интерактивную карту района, о котором он начал речь.

– Вот тут эти аборигены догнали отступающих от самого Нектауна преторианцев и размотали их, захватив большей частью брошенные машины и амуницию. Тут же, получив множественные трофеи, они начали окапываться и запросили подмогу, чтоб освоить «упавшее богатство».

На интерактивной карте в режиме реального времени проигрался кусок боя, который был записан дроном разведки. Повисла тишина. Карлсон, стиснув и без того тонкие губы в струнку, молчал, ожидая окончания доклада.

– По линии связи с преторианцами из охраны космопорта мы узнали, что они готовят контрудар прямо по позициям местных повстанцев.

– Почему не остановили безумцев!? – громко, но спокойно произнес «Локи».

– Едрить-колотить, «Локи»! Конечно, попытались остановить! Мы сами тогда только прилетели…. С корабля на бал, так сказать. «Груффало» 5% энергии. Рельсотрон не готов, ракеты не заряжены. Сказали им, чтоб без разведки не совались – начал оправдываться Дженго.

Много они выставили? – уже спокойнее, перебив докладчика, спросил Карлсон.

– Все «созвездие» … Сказали, что это будет их легкая добыча, пока враг не окопался – договорил Дженго и замолчал.

– Ну, а мне почему не сообщили!? Что, ГЛТ-спутник сломался или как!? – снова повысил голос «Локи».

Сразу ответа не последовало. Дженго умолк, словно думал над ним.

– Прости, командир. Преторы убедили нас не сообщать наверх это, потому что на кону были головы их руководства в космопорте… Они сами составили рапорт о том, что был сильный бой, они разгромили врага и не дали тем занять космопорт.

– Ну, а вам-то какой резон в этой дезе участвовать!? – не унимался Карлсон.

– Они в рапорте указали участие нашего «Груффало» … 15 очков. По 5 на нас троих.

На этих словах Дженго правая рука Карлсона легла на его лицо, полностью закрывшись от собеседников.

– Командир, ты дослушай до конца. Все завершилось нашей победой!

Карлсон вопросительно посмотрел на Дженго. Но тот, в свою очередь, посмотрел на Бомбасту.

– Мы ожидали, что аборигены навалятся на космопорт. Хотя их силы и поредели после разгрома «драгун». Но, видимо, не имея достаточных разведданных, они решили подождать подкрепление и окопаться на занятых рубежах – начал тот рассказывать.

Интерактивная карта снова ожила. На ней были хорошо видны дроны-строители, которые возводили укрепления и капониры для техники. Несколько разведывательных «Канзату» устремилось по направлению к космопорту, но не долетая стены, были сбиты и исчезли с карты.

– Небось в штаны наложили от страха? – слегка улыбнувшись поинтересовался «Локи».

– Не без этого, командир… Но на следующее утро, когда «Груффало» был полностью готов к бою, мы решили немного обождать и разведать обстановку… И не прогадали, к ним пришел конвой с подкреплением. Они все высыпали из своих укрытий, пользуясь полным затишьем.

Бомби сделал паузу и посмотрел в сторону Тулы.

– Тулулу, молодец, предложила зарядить кассетный заряд в Рельсотрон, который у нас само собой был, но применять побаивались…

– Стоп-стоп-стоп… Вы применили сверхтяжёлый кассетный термитный «райнбуредо»? – прищурился Карлсон, глядя на «сладкую парочку», которые теперь косились один на другого.

– Командир, это было правильное решение – вмешался Дженго.

– Да, я же не против, придурки! Мы ж прилетели в эту дыру деньги зарабатывать, а не в рыцарей играть! Расслабьтесь уже!

Карлсон залился звонким почти мальчишеским смехом. Ему вторили все остальные. А роготание Тулулу еще более рассмешило всех.

– Много хоть очков набрали? – досмеиваясь, спросил «Локи».

– Командир, там такая каша намешанная была… Мы уже потом смогли выслать туда разведку, когда Оддлиф прилетел со своим «Ганрачем» … Больше 30, но точнее уже не скажешь – ответил Дженго.

– Ну 30, так 30. Завтра на «Горгоне» буду идти мимо, сам посчитаю – подытожил Карлсон.

– Сколько дней прошло, выгорело уже поди всё – не унимался Дженго.

– Ладно. Изучу видео с разведки… Вы ж знаете я люблю точность! Тем более завтра мы выступаем все, кроме Дженго. Он остается на «Груффало» охранять космопорт. Так что приводите в порядок ваши машины. Особенно ты, Куцако и Оддлиф, ваших матерых «головорезов».

Вместо ответа наступила пауза, во время которой Оддлиф и Куцако потупили взоры.

– Я не понял! Что опять!? – резко произнес Карлсон, глядя на них как на шкодников.

– Командир, «Катану» мы уже списали. Ее не починить. «Ганрач» потерял всех своих «Гарпий» – отрапортовал Дженго.

– О, как! И что ж случилось с нашей дорогой «Катаной»? – спросил «Локи», глядя на Куцако.

Однако вместо ответа та закрыло лицо руками и отвернулась. На этот раз вмешался круглолицый раскосый парень по имени Хаку:

– Куцо, милая, не плач. Возьмешь моего «Самурая». Мы взяли мех-доспехи с запасом. Босс, хочет выгулять «болванов».

– Это да. На вас разве можно положиться! Теперь значит у «болванов» в полку прибудет – закончил Карлсон.

Снова смешок прокатился среди компании, сдабриваемый доброй порцией «лошадиного роготания» Тулы.

Побоище у старой фабрики

Сумеречный рассвет Парпланда не сильно отличался от подобного вечера. Лишь только днем бывало светлее. Парпланд был лишен солнца. Его ему заменяла планета Холотерия, которая так же давала тепло. В сумеречных «лучах» утреннего света соседней планеты и широко открытых ворот космопорта вышел сначала паука-подобный и быстрый «Ганрач», а затем, спустя какое-то время, тяжело и медленно шагая лапами-колоннами, последовала громадная туша «Горгоны». Убежав на несколько километров вперед, «Ганрач» активировал систему «МАСК» и как бы растворился в пространстве, и, с учетом сумерек, стал совсем невидим. В небо взмылся бесшумный дрон-разведчик «Канзату» и так же исчез где-то вдали. Карлсон, сидя в своей капсуле управления, мысленно открыл интерактивную карту, переданную Оддлифом еще накануне выхода на операцию. На ней были отмечены диспозиция основных сил, опорные пункты обороны и маршруты передвижения колон снабжения повстанцев. По свежим данным, получив сильный удар возле новой фабрики парпурита, местные силы решили оборудовать базу в районе старой заброшенной фабрики, расположенной 25-ю километрами севернее. Согласно сводкам Оддлифа, новую базу успели защитить намного лучше, оседлав тем самым основную дорогу на Топ-Сити, крупнейший город острова, находящийся на западном побережье севернее космопорта, но оставленный большинством жителей после начала вторжения преторианцев. Кроме того база локалов в старой фабрике обеспечивала огневой контроль по основному направлению на Нектаун, плантации и комплекс по переработке кристаллида. Именно комплекс и шахты, а так же электростанция снабжения, более всего вгоняли в тоску Карлсона, потому что по договоренности с преторианцами эти объекты должны остаться в целости и сохранности любым способом, и уничтожение их ставило под сомнение финансовую целесообразность всего предприятия.

– Мы в 20 километрах от цели, «Локи» – отрапортовал ИИ «Рагнарек».

– Активировать «климатику»! Режим: торнадо. Центр: «Горгона».

– Принято. Выполняю.

Исполинская машина остановила движение. Верхние сопла реактивных тяг выдвинулись, и воздух с шумом устремился внутрь гиганта. Нижние шлюзы открылись по периметру и начали в определённом порядке выпускать разогнанный и разогретый до состояния плазмы воздух по периметру «Горгоны».

– Низкое содержание кислорода, капитан.

– Включить рекуператоры!

Тем временем на несколько метров вокруг машины образовался вакуум, в то время как плотная воздушно-пылевая завеса словно движущаяся стена плотно окружила ее. Поднялся сильнейший ветер, который с воем начал возносить пыль вверх, стремительно закручивая содержимое вокруг будь то камни, обломки чего-то, темно-синюю траву, деревья и кустарники. И без того сумеречное небо над исполином совсем потемнело. Окруженная смерчем, «Горгона» медленно двинулась дальше, ведя перед собой рукотворный торнадо, по направлению к старой фабрике парпурита.

Мирэн О-Хара подскочила в бункере со своего гамака услышав звук тревоги. Ее слипшиеся длинные вьющиеся черные волосы после столь тревожного пробуждения лезли прямо в глаза. Она быстро впрыгнула в свой темно-синий комбинезон и выскочила наружу. Даже невооружённым глазом с крепостного укрепления, свеже отлитого и выращенного дронами-строителями из нано-раствора, было видно странное природное явления, которое за свои 20 лет жизни на Парпланде она и наблюдала все пару раз, но более скромных размеров. Прямо по направлению к базе двигался огромный торнадо. Она быстро активировала обруч на шее и мысленно «прокричала»:

– Немедленно, загнать всю технику в укрытия и закрепить магнитными фиксаторами!

Вся база пришла в движение. Дозорные мех-доспехи в спешном порядке возвращали своих «Канзату», покидали периметр базы и спускались в подземные бункеры и ангары.

– Командор, мэм, мы оголяем охрану базы! Прикажите оставить хотя бы самые тяжелые машины, закрепив их тросами к стенам и грунту!

Мысль принадлежала Норману «Страйкеру» Бэйли, командиру 3-го штурмового «созвездия».

– Какой в этом смысл, Норм? Или ты думаешь цепи удержат твоих «Гермесов», «Громов», «Гераклов» и «Геркулесов»? – парировала Мирэн.

– Мэм! Хотя бы вашего «Голиафа» или «Гиганта» вашего заместителя Клайва! – не унимался Норман.

Клайвис был командиром и пилотом 2-й по тяжести машины класса «Гигант» после 60-тонного «Голиафа».

– Нет! У нас во всей армии 3 «Голиафа» 3 «Гиганта» и потерять одного из них на базе в результате природного катаклизма – это непростительная роскошь!

Мирэн еще раз глянула в сторону торнадо, используя бинокль. Однако стена пыли была на столько плотная, что рассмотреть, чтобы то ни было сквозь нее было невозможно.

– Ничего тут нет и быть не может! Как только смерч нас минует, сразу же вернем всю охрану на периметр!

– Хорошо, мэм. Как скажете – согласился Норм, но через мгновение добавил – Разрешите поставить тяжелых у выходов, чтоб они не оказались в ловушке в бункерах.

– Разрешаю. Конец связи.

Тем временем близость стихии уже ощущалось. Мирэн едва смогла дойти до входа в бункер. Растрепанные волосы на ветру забивались песком и пылью. Во рту появился горький привкус местного грунта. Она, осмотревшись еще раз и убедившись, что внутри периметра базы и вдоль стен никого не осталось, нырнула в бункер и закрыла за собой дверь. Тем временем смерч, словно ударная волна, пронесшаяся через военные строения, отрывая части внешних конструкций, антенны и другие элементы зданий, так же внезапно затих. Лишь только облако пыли повисло над опустевшей территорией.

«Горгона», окруженная плотным пылевым облаком, приблизилась к неприятельской базе и остановилась, скрываясь за холмами от прямой видимости, всего в 4-х километрах от внешней стены, описывающей квадратный 12-километровый контур всей базы с 4 основными воротами, которые само собой оставались закрыты.

– «Рагнарек», «климатику» в режим затухания. Активировать «Канзату». Поиск бункеров и ангаров с техникой для таргетирования.

Помолчав немного, он громко добавил:

– Обнови карту с данными и целями с «Ганрача»!

С верхней палубы «Горгоны» взмыл разведывательный дрон и направился в сторону базы повстанцев, пользуясь временным отсутствием какого-либо контроля воздуха со стороны противника. Интерактивная карта начала наполняться данными разведки. Появились очертания бункеров, боксов и ангаров внутри базы. Не успели развеяться мусор и пыль, как 3-мерные фигурки разных машин начали неспешно выползать из укрытий. Возле каждой побежали подписи с информацией о классе, весе, вооружении, скорости и направлении движения. Тот час ИИ пометил среди них цели для первоочередного удара.

– Эко, они быстро высыпали! Как много! … «Рагнарек», роторные орудия по целям. Снаряды – бронебойно-зажигательные. Стреляй по готовности.

– Понял. Выполняю.

На спине «Горгоны» огромные 4-ствольные орудийные башни с тяжелыми роторными пушками, уже и без того заранее взведенные в нужную сторону, пришли в движение для более точной доводки. Сильный рокот вибрацией прокатился по поверхности броне-корпуса машины, затем еще и еще. Вокруг стального исполина от залпа одновременно всех 12-и орудий задрожала земля. Каждый из стволов изрыгал тяжелые разогнанные в магнитных барабанах снаряды, которые автоматически заряжались туда кассетами по 5 штук. 60 тяжелых боеголовок с гулом и свистом в воздухе обрушились на приходящую в себя после смерча крепость.

Мирэн услышала сильный вой совсем рядом. И где-то с юга были хорошо заметны светлые всполохи от выстрелов даже в плотной дымке пыли и грязи, которая, казалось, проникала везде и не давала нормально вздохнуть.

Она едва успела запрыгнуть в кабину 2-го пилота командирского «Голиафа», как земля под ногами заходила ходуном, словно от сильнейшего землетрясения. Ухало и бабахало повсюду. Выкатив свою машину из ангара с небольшим опозданием, она ужаснулась от увиденного. 25-тонного «Гекона», левее ее, снаряд, упавший сверху, поразил прямо в центральную часть, моментально превратив машину в груду обломков. У пилота не было шансов даже катапультироваться в надежде спастись. У «Грома» несколькими метрами впереди от удара снаряда в правую часть груди сдетонировала бое-укладка орудия, и кусок ствола, оторвавшись разрубил бегущего рядом трофейного «Разведчика». Один из ближайших к ее «Голиафу» ангаров взлетел в воздух вместе со всем содержимым. Армия локалов, вся «галактика» таяла буквально на глазах.

Выйдя вслед за ней 50-тонный 6-метровый робот «Гигант» Клайва получил прямое попадание сразу 2-х тяжелых снарядов. После первого удара машину слегка развернуло к выходу. На груди сбоку зияла крупная вмятина от упавшего по касательной снаряда и ушедшего в землю под ноги, вырывая клочья грунта и пыли.

Второй снаряд поразил ракетную бое-укладку.

– Клайв! А, ну, вон из машины! Это приказ! – прокричала она в эфир.

Но было слишком поздно. Корпус тяжело бронированного «Гиганта» выдержал внутреннюю детонацию и не раскололся, однако пилот был обречен сгореть внутри вместе с машиной. Слезы сами собой покатились по ее щекам, хотя Мирэн не считала себя сентиментальной и уже имела какой-никакой опыт на этой войне. Что-то поменялось. Враг как будто поумнел и сменил тактику, и она начинала приносить ему плоды.

– Всем командирам «звезд», это «Гнездо»! Рассредоточьте машины по периметру базы и займите позиции как можно ближе к стенам бункеров и ремонтных боксов. Избегайте ангаров с боеприпасами. Пехоте оборудовать защитные гнезда или занять имеющиеся укрытия и приготовиться к отражению атаки!

Взяв себя в руки Мирэн вывела информацию боя в виде интерактивной проекции прямо себе в кокпит. Ее «Канзату», выпущенный только что, уже давал информацию о текущей обстановке.

– Трэвор, ты здесь? … Выводи «Голиафа» из-под огня и включи маскировку. Очевидно, что мы – лакомая цель для их артиллерии.

Большой боевой 2-местный неспешно шагающий робот почти 60 тонн весом и около 6 метров ростом, вооруженный арсеналом на любой вкус, цвет и размер, набрал скорость, чтоб, маневрируя, уклониться от падающих снарядов. Затем он совершил прыжок и растворился прямо в воздухе словно призрак, распылившись на тысячи и сотни тысяч песчинок, кружащихся повсюду.

ИИ «Голиафа», получая данные с «Канзату», быстро определил источник огня, расположенный в 4-х километрах южнее базы.

– «Должно быть там целая батарея. Значит «галактика» не меньше уже изготовилась к штурму. А где у нас самые тонкие места в стенах? Правильно. Это ворота».

Первый испуг и ужас от происходящего улетучились, сменившись холодной головой и горячим сердцем, готовым действовать. Хотя ее немного смутило отсутствие множественных целей на радаре в изготовке для штурма их базы.

– «Страйкер», «Койот», «Лунь»! Прием! Отчет по потерям!

В ответ была гнетущая тишина.

– «Неужели все 3 «созвездия»: штурмовое, тяжелое и поддержки все!?». Мирэн запросила командиров подразделений Нормана, Ишбэла и Эйли, используя позывные, еще раз.

– Это «Страйкер». Слышу вас хорошо, мэм… Собирал информацию по потерям… 9 машин слегка потрепало! 4, к сожалению, выбыли безвозвратно!

– «Лунь» на связи! Занимаем пространство у стены! У меня минус 8! Еще 6 сильно разбиты, но на ногах!

– Где «Койот»!? – продолжила опрос Мирэн.

– «Койот» все! Его «звезда» полегла полностью. Снаряд угодил в склад рядом с ними. Остальных, кто был в подчинение, уничтожило или рассеяло на выходе из ангара и бункера в числе первых. Мы ищем уцелевших. Командирскому «Гераклу» при мне оторвало ноги и прилично искромсало. Найдем, поможем! Но шансов мало – грустно произнес Норман.

Внутри Мирэн все похолодело. Они еще даже не увидели врага, а уже несли такие потери.

– «Егерь»! «Сумрак»! Что у вас!?

– «Сумрак» на связи. Мои почти без потерь, только раненные. Все были в бункере.

– Это «Егерь»! Ангар с моими «Спайдервилсами» накрыло! Только 6 машин на ходу! Еще 4 возможно рем-боты починят! Остальные два десятка в труху!

– «Сумрак», как только канонада утихнет – выводи своих на позиции! Возьмите все тяжелое вооружение, что сможете унести, и организуйте засады по всей территории! Южные ворота на вас!

Сказав это Грэгу и не дожидаясь ответа, Мирэн продолжила:

– «Егерь», чини всё, что можно починить! На твои машины возлагается спасение раненых и купирование при прорыве! Если кто сможет, пусть маскируют «Спайдервилсы» в мусоре, на стенах, ждут в засаде! Все как мы отрабатывали на учениях!

Мирэн никак не могла найти в эфире того, кто именно сейчас был ей очень нужен. Видя, что теряет время в пустую, она снова обратилась к Норману:

– «Страйкер», найди мне «Клинка», где хочешь! Мне нужна группа из его легких и быстрых прыгунов! Хотя бы одна «звезда»! … Задача – выпрыгнуть через южные стены, достичь в кратчайшее время вот это место и ударить вот сюда с фланга! Там находится вражеская батарея, которая уже и так выпила много нашей крови! Пусть закидают ее ракетами и минами, что бы больше оттуда ни одного выстрела не было!

– Это «Страйкер»! Если не найду его – сам сменю машину на прыгуна, соберу 5-ку и возглавлю атаку! – отчеканил тот.

– Найди «Клинка»! Ты мне нужен здесь! С минуты на минуту будет основной удар, вражеская артиллерия стихла! «Лунь» с остатками ее «созвездия» не удержится!

– Сделаю, что смогу!

Норман отключился, и Мирэн обратилась к напарнику по внутреннему каналу связи:

– Трэвор, убери вражеские «Канзату» над базой! Они отслеживают все наши перемещения!

– «Канзату» убрал и убираю сразу, как замечаю, мэм – отрапортовал тот.

Мирэн слегка приободрилась, осознавая, что первый шок от внезапного удара прошел не только у нее.

Орудия «Горгоны» прекратили пальбу. Наступила необычная тишина. Карлсон даже немного поежился от непривычного отсутствия вибрации.

– Что за ерунда!? «Рагнарек», почему прекратили огонь!? У меня на карте еще есть цели для поражения! – мысленно скомандовал он.

– Мы потеряли оба «Канзату». Данные на вашей карте не соответствуют действительности – отозвался ИИ.

– Ну, так что?! Отмолоти оставшееся по тем целям, которое не двигались или перемещались медленно и активируй перезарядку кассет! – огрызнулся в ответ командир.

«Горгона» снова сотряслась вибрацией, но уже через минуту затихла. Орудия нуждались в перезарядке, которая была полностью автоматизирована, но длилась в среднем несколько минут.

– «Рагнарек», орудиям отбой! Активируй рой! Работаем в 2-е волны! 3-я группа – резерв!

– Принято, «Локи». Штурмовые дрон-группы готовы к высадке.

Карлсон, сидя в нейро-шлеме в капсуле управления, «умными глазами» видел все, что успели передать дроны-разведчики вокруг на 5 километров. Вся база повстанцев, расположение ангаров, боксов и бункеров. Все 4 ворота. Глядя на них, Карлсон призадумался: «Хм… Наверняка обосрались там от такого и уже думают, куда бы свалить… А валить-то проще домой».

– «Джаггер», «Локи» на проводе!

– Слушаю, босс! – отозвался Оддлиф.

– Гони своего «Ганрача» к дальним восточным воротам и организуй засаду – мины насыпь, выпусти «Гарпий»! … Ну, ты понял! Сейчас мы их давленём, и посыпаются сразу на выход к тебе! Жди гостей!

– Сделаю!

Затем Карлсон снова переключился на ИИ и скомандовал:

– Первая волна, активировать выход! Цель: живые объекты!

Не дожидаясь ответа от «Рагнарека», он вызвал своих подчиненных:

– «Альфа», бери своего «Цурюджи» и группу «болванов»! Твоя «звезда» ударит с западных ворот, как только повстанцы схлестнутся с волной наших дронов!

– Ясно – немногословно и четко ответила та.

– «Борзой» и «Асма», ваши «Ниндзя» и «Самураи» берут южные ворота! Готовьтесь, вас там будут ждать! Сразу не суйтесь! Работайте инфразвуком! Больше трофеев нагребем!

– Понял тебя, «Локи»! – ответили Хаку и Куцако почти одновременно.

– «Стрелок» и «Одала», вы у нас вояки-одиночки «без лошадные»! … Меньше по Эдэмиям гулять надо! … Правило знаете, мой мех-доспех, ваши очки, но половину мне!

– Да, знаем мы все, командир. Дай нам своих «Воинов» – ответил Бомбаста.

– Я сегодня добрый! «Воинов» дам вам в качестве поддержки! Там «болваны», если что! … Ты же бери «Горлана», у него ЭМИ и хорошая броня – будет шанс взять трофеи! Не благодари! … А тебе, «Одала», готов оторвать от сердца «Голема»! Попрыгаешь вдоволь, как необъезженная кобылица-мата!

На этих словах Карлсон рассмеялся, однако смешного роготания Тулы в ответ не дождался.

– Ваши северные ворота! Прижмите их там как следует, чтоб ни одна муха не выскочила! – закончил он с приказами.

Шум от жужжания сотни сервоприводов заполнил все запыленное пространство у южных ворот. Ворота растворились в пару и пепле, разлетевшись на тысячи ярких искр, словно их и не было. Пехота не успела до конца подготовиться, и «гостей» пришлось встречать фактически «на коленках». Первый удар роя был страшен. Десятки боевых «Гард»-подобных дронов налетели отовсюду. В большей массе своей это были «Гарпии», «Гурии» и летающие «Гуторы». Почти все их вооружение составляли противопехотные маломощные пульсары и легкие роторные пушки. Через уничтоженные ворота те, что с земли атаковали первые не до конца подготовленные укрепления одновременно с теми, что с воздуха. Такая тактика сразу принесла свои плоды. Первая линия обороны растворилась в криках, стонах, искрах и разрывах роторных снарядов. Летающим «Гуторам» особенно способствовал успех, пока на помощь тающей на глазах пехоте не подоспела парочка легких «Геконов» и более тяжелый «Гриф».

Быстрые и маневренные 25-тонные «Геконы», вооружённые ракетно-пусковыми установками с отличной системой наведения, смогли достаточно оперативно очистить воздух от летунов. Наличие по бокам расположенных роторно-реактивных пушек оказались отличным подспорьем против «насекомых» с земли.

Следом за ними с небольшим отставанием на линию огня вышел 35-тонный «Гриф». Он вначале выстрелил из термо-ударной пушки, раскидав, как игрушки, сразу 5 дронов, а затем добавил протонно-ионным излучателем с правого плеча прямо в поваленных врагов, испепелив их всех одним 2-секундным залпом. Увлекшись, «ловлей блох» он подставил уязвимый правый бок с 6-трубной коробкой ракет под широкую прореху в разбитых воротах, откуда напал противник.

Однако не успела пехота оправиться от атаки дронов, как тут же из полумрака дыма и пыли быстро сокращая дистанцию появились 3 «Самурая» противника. Один из них, заметив среди дымки легкую цель полу-повернутого «Грифа», сходу саданул в нее из «ультры» (ультра-роторно-реактивной-пушки). Огненный дождь из раскаленных до бела вольфрамовых штырей с вибрирующим воем резанул того точно в левое плечо. Вся кассета заряженных для выстрела ракет покрылась огненными дырками и тут же детонировала. Взрыв был такой силы, что передняя плоскость «Грифа», оторвавшись чуть не накрыла второго «Самурая», заходившего левее. Следом сильная звуковая волна пронзила оставшихся защитников первой линии обороны, кое-кого убив на месте, остальных вынудив с ужасом побросать оружие и покинуть позиции. Эта же волна накрыла сразу обоих «Геконов». Один из них тут же катапультировался, даже не вступая в бой с «Самураями». Второй, видимо преодолевая боль, попытался навести свои орудия, но тут же получил веерный удар огненных стрел выпущенных из «ультры» одного из ближайших оппонентов. Раскаленные, заряженные и намагниченные стержни пронзили легкого «Гекона» насквозь прямо в центральной плоскости. Удар был такой силы, что машину откинуло на несколько метров назад и повалило на и без того сильно разбитую позицию пехоты. Через секунду сдетонировали боеприпасы и робота разорвало на крупные и мелкие фрагменты. Капсула пилота успела отстрелиться в последний момент.

Сквозь дым и пепел пожарищ вдоль «улицы» скользнули скрытые фигуры 2-х 13-тонных «Ниндзя», которые успешно применив инфразвук и растратив на это энергию своих батарей, пытались побыстрее покинуть опасное место, где их могли бы обнаружить. На стене одного из полуразрушенных ангаров висел «Спайдервилс», с которого заметили их, ставших видимыми.

Выстрел 5-мегаватного лазера попал в ногу быстро двигающегося «Ниндзя». Конечность рассыпалась на куски и маленькие разогретые фрагменты, разлетевшиеся по ветру сотнями искр. Машина подкосилась и тут же рухнула возле стены ближайшего бункера, так и не успев уйти в безопасную тень. Появившиеся словно из ниоткуда чудом выжившие два пехотинца подкрались сбоку и всадили в лежащего робота из переносной РПУ (ракетно-пусковой установки). Удар пришелся прямо в голову, расколов ее на кусочки ударом бронебойной ракеты. Черный дым вперемешку с пламенем и искрами взвился в небо. Один из «Самураев» заметил павшего «товарища», но не засек, кто его прикончил.

Он устремился на выручку, но тут же получил удар из тяжелого 5-мегаватного лазера прямо в корпус по касательной от вышедшего из-за развалин соседнего ангара «Геркулеса».

Нано-покрытие на броне на «Самурае» рассеяло треть урона. Оставшееся было тут же залито заживляющим нано-раствором контурной брони. Продолжить свою внезапную атаку «Геркулес» мог только ракетами, потому что рука, на которой обычно крепилась тяжелая роторно-реактивная пушка, отсутствовала. Это он и сделал. Ракетный рой из 4-х боеголовок ударил «Самурая» в руку с «ультрой», которую успел подставить тот, чтобы прикрыть голову и грудь. Рука под ударом разлетелась на множество кусков, оголив оплавленный, искрящий и дымящийся остов. Однако вместо того, чтобы покинуть поле боя, «Самурай» быстро сократил дистанцию до «Геркулеса» и нанес удар термо-клинком прямо в область кабины. Тот, получив сильное поражение брони буквально раздробившее кокпит на куски, застыл на мгновение, а потом рухнул как подкошенная трава. Тут же подоспели 2 других «Самурая», которые добили «Спайдервилса», оставшегося позади на стене, изрешетив его огненными стрелами.

– «Борзой» «Асме», впереди по курсу вижу группу во главе с «Гиббоном»! Давай навяжем им ближний бой! – громко обратился Хаку к Куцако используя позывные.

– Это тебе руку с «ультой» размолотили, вот сам и лезь на рожон! А я сейчас им устрою веселую прогулку! – тут же ответила «Асма».

Впереди в 300-350 метрах прямо в их сторону двигались 3 легкие машины локалов.

Самым опасным среди них был «лупоглазый» 22-тонный «Гиббон», покрытый контурно-активной броней. Большими и круглыми глазами были отверстия легких плазменных пушек. В своих крупных и длинных руках прямо над броне-кулаками он имел пару вмонтированных термо-ударных клинков по одному на каждой руке. В плечах же были встроены легкие пневмо-минометы.

Прикрывая фланги «Гиббона», слева и справа от него шли «Гладиаторы». Судя по темпу их движения, они торопились перехватить группу дронов, которая орудовала тут неподалеку, прикрывая «звезду» Хаку и Куцако. Из-за спешки они забыли об осторожности, что давало неоспоримое преимущество «встречающей» стороне. «Ниндзя» наконец, дождавшись полного заряда батарей, активировал систему маскировки и словно исчез на месте. Прежде, чем «Гиббон» в сопровождении двух «Гладиаторов» успел подойти, тот ударил их звуковой волной. Одна из машин тут же встала, как вкопанная. Черная капсула отстрелилась сзади и метнулась куда-то за строения. 15-тонная машина, осунувшись, застыла на месте, так и не вступив в бой. «Гиббон» же, сопровождаемый оставшимся «Гладиатором», принялся палить из плазменных пушек во все стороны, надеясь подсечь «невидимку». В голове у него из «глаз», как у некоего древнего чудища, загорались яркие вспышки. 22-тонная машина при этом достаточно резво двигалась вперед, поднимая кучу пыли вокруг. «Ниндзя» в какой-то момент выдал себя разрядив зачем-то кассету бронебойных снарядов из роторной пушки прямо в упор. Однако на удивление броня «Гиббона» выдержала удар, хотя и сильно пострадала. Рваные «раны» быстро затянулись нано-раствором контурной брони. Куцако, видя, что «Ниндзя» под управлением ИИ сделал глупость, тот час подняла из груды обломков своего «Самурая» и навела на того «ультру». Длинная огненная струя раскаленных стержней с протяжным воем и вибрацией устремилась прямо на «Гиббона». Однако оставшийся «Гладиатор» умудрился прикрыть того своей бронированной рукой, взяв на себя большую часть снарядов. Приняв основной удар та выдержала подачу, но сам броне-кулак раскрошился. Куски металлических пальцев тут же разлетелись в разные стороны. Рядом показался еще один «Самурай» и повторил удар Куцаки. На этот раз огненная струя разорвала грудь и голову «Гладиатору». Мех-доспех тут же покрылся языками пламени и рухнул, как подкошенный. «Гиббон» сполна воспользовался прикрытием и ударил одновременно с двух плазменных пушек прямо в корпус 2-го «Самурая». Две яркие шаровые молнии стремительно метнулись в сторону робота. Каскад искр и кусочков расплавленного металла взмыл в небо. Броня поглотила часть энергии, контур смог быстро залить раствором черные воронки от «ожогов», однако «голова» «Самурая», словно мячик, подлетела куда-то вверх и исчезла в облаке искр и пламени.

– Вот урод! Ублюдок недоношенный! 2-му башку оторвал, гад!

Куцако излила свою злобу и желчь прямо в эфир.

– Вижу! Все там норм! Повоюет еще! … Сейчас мой выход, «Асма»! – прокричал Хаку.

Его «Самурай» с поврежденной рукой все это время совершал маневр обхода и нанес удар сзади, в то время, как вражеский «Гиббон» обстреливал «напарника» Куцако. Термо-ударный меч взмыл вверх и обрушился прямо на «Гиббона», пробив тому спину. Звук от удара был подобен легкому грому. Броня на спине будучи не такой толстой, раскололась на двое под воздействием ударной силы клинка. Голова «Гиббона» тут же развернулась, чтоб выстрелить «глазами», но и тут Хаку успел пригнуть «Самурая». Две яркие шаровые молнии с шипением метнулись куда-то в небо, не причинив вреда роботу. Зато удар локтем отбросил его «Самурая», не дав закончить начатое. Быстро развернувшись «Гиббон» тут же задействовал свои термо-ударные клинки, метя в грудь и голову припавшего противника. Однако ударить он не успел. Куцако вывела своего робота на встречу со стороны полуразрушенной спины и сделала пару точных хирургических выстрелов в трещину на ней. Промазать с расстояния в 50 метров в открытую неподвижную мишень было сложно. Оба раскаленных вольфрамовых стержня пробили остаток броне-покрытия и поразили кабину пилота, убив того на месте. «Гиббон» рухнул на «Самурая» Хаку с занесенными лезвиями, не причинив никакого вреда. Тот сбросил тушу «мертвого» мех-доспеха в сторону и принял вертикальное положение, устремив свой взор далее к центру базы.

– Надо идти вперед, пока они тут все не очухались! – скомандовал Хаку, ведя свою машины вдоль улицы.

Из-за завалов ближайшего бункера прямо по пути продвижения его группы показались еще 2 «Гладиатора» и «Гром». Теперь уже «Самураи» атаковали сходу, не давая тем приготовиться к обороне. Повреждённая машина Хаку, не имея возможности более дать залп из «ультры», ускорившись, врезалась в неровный вражеский строй и сразу же пропорола клинком одного из «Гладиаторов», второй, тем временем, развернулся в сторону «наглеца» на «Самурае» и саданул термо-ударным копьем в ответ. Удар пришелся на правый бок корпуса машины. Полыхнул язык пламени и сноп искр «оросил» оба робота. Тут же нано-раствор контурной брони залил поврежденное место, остановив дальнейшие разрушения. На нейро-проекции управления у Хаку заплясали картинки с предупреждением о выходе из строя правого пневмо-механизма катапультирования капсулы. На это он лишь забористо рассмеялся. Не извлекая клинка из туши первого «Гладиатора», «Самурай» Хаку мгновенно развернул голову и выдал импульс из ЭМИ излучателя, целясь в уже поврежденное левое плечо второго противника. Вражескую машину тотчас опутали волны искр и «нити» электрических разрядов. Она замерла на секунду и рухнула на бок, как срубленное дерево.

Оставшийся 44-тонный медлительный «Гром», будучи всего в 20 шагах от мех-доспеха Хаку, хотел использовать свой 5-мегаватный лазер на левой руке, но не успел. Одновременный залп 2-х других «Самураев» из «ультра»-пушек просто исполосовал центральную броне-плоскость «Грома», убив пилота прямо в кабине. Дымящийся робот, опустив свои тяжелые роторные орудия, так и остался стоять неподвижно.

Группа прыгающих легких машин под командованием Эрла, который управлял одной из них, стремительно сокращала дистанцию с координатой, отмеченной как возможная вражеская батарея. Им удалось чудом вырваться из-под наседающих словно насекомые дронов выпрыгнув за периметр базы. Усиленная «звезда» Эрла состояла из 5-х «Гремлинов», 2-х «Гоблинов» поддержки, немного отставших 2-х «Геркулесов» и тяжелого 42-тонного «Горлана». Если «Геркулесы» присоединились к группе по причине потери своего командира и оставлять их в обороне не было большого смысла, так как те были прилично потрепаны и кроме лазеров не имели более оружия и боеприпасов, то «Горлан» добавился в группу на случай отражения массированной ракетной атаки. Эрл прекрасно понимал, что артиллерийскую батарею, весьма вероятно, могут прикрывать ракетные машины. Основной же ударный кулак составляли именно 20-тонные легкие маневренные «Гремлины».

Эти с виду неуклюжие машины с двумя лапами, заменявшими им и руки и ноги, имели на борту ракетное и пушечно вооружение. По задумке они должны были максимально быстро разнести в пух и прах медлительные машины с тяжелыми пушками на борту, которые, как ожидалось со слов командования, там должны были быть.

Однако то, что предстало перед очами боевого звена Эрла, повергло их в ступор. Когда они перемахнули через холм, и пыльная взвесь в воздухе слегка поредела, сквозь пелену проступил силуэт гигантской машины на 4-х огромных, как столбы, ходулях. Но хуже всего было то, что громадина заметила их тоже и, пока они решали, что предпринять, сокращая дистанцию, на огромной прямоугольной но с закруглениями «голове» исполина заплясали всполохи залпа ракет из тяжелых реактивных установок. Рой огненных точек, взметнувшись в небо на пару сотен метров, коршуном устремился на Эрла и его группу.

– Воздух! Все в рассыпную! … «Клинок» вызывает «Гнездо»! … У нас огромная проблема! – успел прокричать тот в эфире.

Однако шансов уйти от ракет с интеллектуальными головками наведения практически не было. «Горлан» вместе с «Геркулесами» отстал от группы и не смог помочь с постановкой радио-помех. Ракеты тем временем, распределившись, начали поражать «Гремлинов». Первым получил удар тяжелой бронебойной ракетой сам Эрл. Правую ногу оторвало с корнем, а сам корпус мех-доспеха швырнуло так, что он еще около полсотни метров катился кубарем. Следующий по правую руку от Эрла «Гремлин» получил удар сразу двух ракет, которые проделали глубокую дыру в корпусе, уничтожив все содержимое, и моментально убив пилота. Подобная участь постигла машину левее командирской. От удара сдетонировали ракеты, которые были уже взведены. Мех-доспех превратился в разрастающийся огненный шар, ударной волной от которого повредило ноги бегущего рядом «Гоблина» так, что тот плашмя упал, погнув стволы легких пульсаров на торсе. К счастью его пилот успел катапультироваться. Слишком поздно подошедшие «Геркулесы» попытались своими лазерами сжечь ракеты, которые еще были в небе. Отчасти им сопутствовал успех. «Горлан», действуя сдвоенным 3-мегаватным лазером, успешно сжег две из них, находясь все еще далековато от возможной зоны постановки помех. А, вот, тяжелые 5-мегаватные излучатели «Геркулесов» были тут слишком избыточны, и при этом требовали 3-минутной перезарядки после каждого выстрела. Однако ситуация выправилась, когда были подавлены оставшиеся еще в полете головки наведения ракет. Один из «Геркулесов», прорвавшись через ракетный заслон, нанес удар своим тяжелым излучателем в ногу исполина. Броня словно желе поглотила всю силу и энергию выстрела, даже не поперхнувшись. Никто из оставшихся атакующих не обратил внимания, что огромная вражеская грузная и, как будто, неспешная машина разворачивалась, чтоб стать к ним «лицом».

– Цель на голове верзилы! Это ракетные установки и ретрансляторы! Весь огонь на них!

Крик в эфире принадлежал Стефану, заместителю Эрла, на «Горлане». Его машина сокращала расстояние, чтоб нанести удар из пневмо-минометов, но до громадины было все еще более 500 метров. Зато чудом уцелевший последний «Гремлин» в паре с прикрывающим его «Гоблином» были гораздо ближе и использовали свой арсенал по максимуму. Ракеты и мины полетели прямо на голову исполинскому «жуку». Всполохи от разрывов прокатились по всей поверхности головы гиганта, разрушая внешние перекрытия, ретрансляторы, антенны и установки для отстрела ракет. «Гремлин» вдобавок умудрился дать длинную очередь из тяжелой роторно-реактивной пушки, довершив разрушения систем связи и ракетно-пусковых «гнезд» на исполине. Однако громадина, не обращая внимания, закончила разворот, и только теперь Стефан понял зачем, но было слишком поздно. Широкое 2-метровое в поперечнике черное жерло тяжелого протонно-ионного излучателя смотрело прямо на него. Яркий свет чистой энергии заряженных частиц с сильнейшей вибрацией и грохотом прошел сквозь «Горлана», как раскаленный нож сквозь масло. Сам пилот успел катапультироваться в последний момент. Однако его машина и оба «Геркулеса» по флангам испарились прямо на глазах, словно их никогда тут и не было. Зарево вспыхнувшего тут же пожара ярким пламенем осветило оставшихся на ходу 2-х мех-доспехов. Земля под ударом заряженных частиц излучателя раскалилась и потекла огненным ручьем, съедая все что попадалось на пути, включая разбитую до этого тяжелыми ракетами технику. Обе машины успели отпрыгнуть в сторону, оказавшись у правого бока громадины почти в плотную. От нее их отделяло расстояние в 150 метров. Раздвижные ворота прямо в туловище исполина открылись, и из темноты к выходу шагнула фигура мех-доспеха. Детектор «Гремлина» сразу определил в нем 42-тонную основательно вооруженную машину класса «Герой».

Бортовой компьютер вывел ее характеристики и описание. Однако оно не сулило ничего хорошего для слабо защищенной парочки. Вражеский мех-доспех имел, как ракетное, так и лазерно-пушечное вооружение. «Герой», находясь у выхода на высоте 4 метра, сразу же атаковал. Пушка Гаусса, вмонтированная в правую руку, изрыгнула рукотворную молнию, сопровождаемую сильным громоподобным раскатом.

На ее острие был вольфрамо-беррилиевый шар, который с невероятной скоростью вонзился в «Гремлина» разорвав того на пополам. Не дожидаясь пока куски разбитой машины достигнут земли, «Герой» выдал огненный веер раскаленных стержней из роторно-реактивной пушки в сторону 2-го робота, добавив туда залп из среднего лазера и пары подкатных мин.

Шустрому 18-тонному легкому «Гоблину» удалось избежать попадания из роторно-реактивной пушки. Однако ярко голубой лазерный луч приложился к его руке, слизав с нее тяжелую термо-ударную булаву до самого локтя. Затем одна из упавших совсем рядом мин, обнажив «усики», подпрыгнула, прицепилась к ноге и сдетонировала.

Лодыжку с куском самой ноги разорвало на части. Робот рухнул прямо в движение и покатился кубарем. Кульминацией разгрома стал залп из счетверённой ракетной установки, после которого «Герой» ушел в темноту ангара, и раздвижные ворота в след за ним закрылись. Сами ракеты, словно разозленные осы, с шипением «жалили» полуразрушенную машину, врезались в броне-купол, прикрывавший кокпит сверху, оторвали бывшую целой ногу у самого колена и окончательно разрушили прыжковые двигатели на спине снизу. Машину окутали языки пламени, которые быстро «съели» ее изнутри, не оставив пилоту ни единого шанса спастись.

«Цурюджи» подобно дикой лесной кошке совершил прыжок и очутился прямо в гуще боя у западной стороны базы.

Вокруг него то тут, то там мелькали вспышки лазеров и разрывы снарядов. Слышались вопли погибающей пехоты защитников. «Гарпии», «Гурии» и «Гуторы» второй волны работали по западным «кварталам» базы. Однако в отличии от Хаку, Урсула не стала дожидаться пока дроны закончат свое дело или закончатся сами под натиском противника. Ее свита из 2-х «Тачи» и 4-х «Танто» под управлением ИИ следовала за ней, сопровождая и прикрывая фланги и тыл.

Быстрый, хорошо вооруженный и защищенный 40-тонный «Цурюджи» Урсулы оказался полной неожиданностью для защитников. Применив инфразвук она посеяла жуткую панику в рядах пехоты. Многие не выдержав прямого воздействия, излучения на мозг валились без сознания. Некоторые счастливчики успели оставить позиции и отступить. Другие же побросали оружие и кинулись в бега, став легкой добычей наседающих с воздуха «Гуторов».

44-тонный «Гром», стоящий чуть позади позиций пехоты и успешно прикрывавший ее своими спаренными тяжелыми орудиями неожиданно оказался не в состоянии продолжать бой. Его пилот не успел среагировать, как мощная инфразвуковая волна, гораздо более сильная и широкая, чем у «Ниндзя», излучаемая «Цурюджи» накрыла всю линию обороны. Пилот «Грома» потерял сознание и умер на месте от кровоизлияния в мозг. Ударившие неожиданно во фланг наступающим наемникам «Воин» и «Снабженец» смогли своими роторно-реактивными пушками свалить одного «Танто», размолотив ему центральную слабо бронированную плоскость. Однако тотчас переключившиеся «напарники» облепили медлительных противников и, используя свои 3-мегаватные лазеры, смогли повалить их на землю, повредив конечности. Оба пилота попытались покинуть обездвиженные машины, однако шныряющие повсюду «Гарпии» не оставили им никаких шансов. Урсула, видя, что ее фланги немного поредели, но пока еще держат, устремилась вперед к центру базы. Отступившие силы пытались перегруппироваться и не ожидали столь стремительного наскока ее мех-доспеха. И снова удар инфразвуком, сопровождаемый на этот раз длинной очередью из «ультры» навел хаос и неразбериху в формирующуюся новую линию обороны. Длинная огненная дуга из раскаленных до бела вольфрамовых стержней прожгла насквозь и разорвала на куски сразу двух «Гладиаторов» и стоявшего за ними «Гоблина». Все трое рухнули в один момент. Детонировавшие мины во встроенном в корпус пневмо-миномете последнего разорвали мех-доспех на куски. Ударной волной и осколками раскидало крутившуюся рядом пехоту. Подлетевшие сверху троица «Гуторов», вооруженных лазерами, навалилась на экипаж «Спайдервилса», который незаметно сидя на стене полуразрушенного ремонтного бокса на высоте 5 метров наводился на Урсулу, но не попал в поле зрения ее «Цурюджи» и не был замечен его продвинутым интеллектуальным радаром по причине творящегося хаоса вокруг.

Зато начавшаяся там перестрелка привлекла внимание одного 22-тонного быстрого и маневренного «Тачи», следовавшего по пятам как песик за хозяйкой. Он, не имея прыжковых ускорителей, чтоб преодолевать завалы и препятствия первой линии обороны, использовал свои лёгкие термоударные орудия, чтоб расчистить проход.

Заметив висящего на стене и с трудом но отбивающегося от «Гуторов» «Спайдервилса», тот разрядил оба легких роторных орудия и добавил минами-липучками из пневмо-минометов. Один из снарядов разбил коленный сустав лапы вражеской машины. Липучие мины повредили еще 2 с той же стороны. Не имея опоры, чтобы удерживаться, тот с треском и грохотом рухнул вниз. Экипаж рассыпался по территории вокруг, но не растерялся и продолжил сопротивляться даже лишившись основного 5-мегаватного лазера и брони. «Цурюджи» Урсулы устремился далее вперед, где силы повстанцев уже организовали достаточно устойчивые очаги обороны. И снова налетевшее с воздуха звено «Гуторов» отвлекло внимание части сил защитников, дав Урсуле прекрасный шанс проделать уже 3-й раз свой любимый трюк с инфразвуком. Однако на этот раз все пошло немного не так. Стремительно продвигаясь вперед она потеряла фланговую поддержку своих «болванов», которые просто не поспевали расчищать себе путь в завалах из разбитых вражеских машин. Прямо по курсу на нее вышли «Геркулес» и «Воин». Если 1-й мех-доспех был почти цел, то 2-й имел весьма «потрёпанный» вид и разбитую ракетную установку над головой. «Геркулес» выстрел первым, хотя Урсула ожидала этого и была готова. Применить инфразвук она не смогла из-за перезарядки батарей. Зато, уклонившись от длинной огненной струи тяжёлой роторно-реактивной пушки правой руки вражеского робота, она «поймала» касательный удар тяжелого 5-мегаватного лазера по нижней части своего торса с левой стороны. Ее машина была прекрасно защищена от энергетического оружия благодаря особенному нано-покрытию, которым обладали все юнионовские машины, в том числе и ее «Цурюджи». Однако от тяжелого лазера все равно образовалась дымящаяся оплавленная борозда на «теле», но и она тут же затянулась нано-раствором контурной брони, нивелировав почти весь урон.

– «Хм… Предсказуемый дилетант» – презрительно проговорила она в уме.

Затем, вскинув левую руку, выстрела из спаренного 3-мегаватного лазера целясь прямо в одно из 4-х гнезд ракетно-пусковой установки, вмонтированной в торс «Геркулеса». Ярко-голубые лучи скользнули вдоль торса, «поедая» быстро размягчающуюся броню и ныряя в «колодец» с приготовившимся к пуску ракетам. «Геркулес» как будто замер на мгновения, словно задумавшись о чем-то. Затем последовал оглушительный грохот, и ярко-алое облако огня и раскалённых частиц металла полыхнуло во все стороны. Сильный взрыв разорвал торс в клочья, оставив стоять на грунте, только ноги робота. «Воин», будучи рядом все это время, получил «пинок» в виде ударной волны и осколков, из-за чего споткнулся и упал на бок. Урсула навела на него «ультру», выплюнув всего небольшую «гроздь» вольфрамовых стержней в плохо защищенную кабину, убила пилота. «Цурюджи», окинув прощальным взглядом груду обломков поверженных врагов, устремился вперед к центру базы, забыв на время об отставших тылах и флангах. Впереди нарисовалась узкая «улица» между разрушенными ангарами. На пути валялись куски и даже целые секции разбитых машин локалов. Штурмовой 45-тонный мех-доспех «Геракл» присевший как бы отдохнуть на углу разрушенного бункера с левого фланга не привлек внимания Урсулы по причине того, что выглядел сильно поврежденным, и, будучи выключенным, не отобразился на радаре как опасная цель.

Однако его пилот находился вне машины и следил за перемещением ее «Цурюджи». Выждав момент он активировал панель управления через свой нейро-обруч и, не запуская двигатель, саданул из спаренного 3-мегаватного лазера, который как раз был выставлен таким образом, чтоб при минимальной доводке поразить того, кто попытается тут пройти. «Вой» системы оповещения о внезапном структурном повреждении сустава левой ноги робота ворвался в мозг Урсулы. Ее машина накренилась и чуть не потеряла равновесие. Нано-покрытие «Цурюджи» поглотило треть энергии, контур брони тотчас вскипел и залил затвердевающим раствором поврежденное место. Однако близкое расстояние выстрела, менее 10 метров сыграло роковую роль. Сустав не выдержал и развалился внутри конечности. Левая нога, согнувшись на треть, зацементировалась в таком положение, вынудив Урсулу срочно переключиться на «виновника». Однако увиденное, ее немного озадачило. Достаточно крупный «Геракл», не получив повреждения ни в одну из своих оружейных систем, «сидел» с изрешечённым осколками торсом и перебитыми в суставах ногами, что делало невозможным его передвижение.

Мощный бронированный колпак кабины не позволял решить вопрос с максимальной трофейной выгодой для самой Урсулы, а ждать еще одного залпа с чего-нибудь более тяжелого, например 5-мегаватного лазера другой руки, ей не хотелось. Понимая, что теперь быстро подойти к нему не сможет, она приняла единственно верно решение и выстрелила своим спаренным 3-мегаватным излучателем прямо в трубки пневмо-миномета.

Однако ожидаемой детонации не последовало. Корпус «Геракла» переварил удар и не раскололся. Зато встроенная в его торс роторно-реактивная пушка «ожила» и огненным каскадом зацепила правое плечо «Цурюджи». Прямо в голове у нее пробежали красные сигнальные предупреждения о выходе из строя правого пневмо- миномета. На ее счастье она еще не использовала мины и трубка в плече в виде кошачьего уха оказалась пустой, иначе детонации было бы не избежать, так как огненные раскаленные стержни пушки противника прошили ее плечо насквозь, как фольгу. На счастье Урсулы наконец-то из-за завала позади выполз один из ее «болванов» на «Тачи». Он тот час получил прямое целеуказание от не на шутку разозленной «хозяйки» и принялся за дело, лупцуя неподвижного «Геракла» в упор из всего своего арсенала.

– «Локи», это «Альфа». Я останавливаю продвижение и закрепляюсь. Нужен срочный ремонт – спокойно выдала она через нейро-линк.

Однако к ее искреннему удивлению ответа от Карлсона по каналу связи не последовало. В эфире была тишина.

Выбив северные ворота одним мощным выстрелом с 2-х тяжелых термо-ударных орудий «Голема», Бомбаста сразу же сменил позицию, прыгнув на 50 метров в сторону от входа. Не дожидаясь пока рассеется пыль и грязь, он прыгнул обратно и влепил длинную огненную дугу из роторно-реактивной пушки прямо вдоль прохода от разбитых ворот вглубь базы. Грохот разрывов и снопы искр с той стороны дали ему понять, что там их ждали. «Не дождетесь!». Бомби выстрелил сразу из всех четырех минометов накатными минами туда, где только что грохотало и снова сменил позицию, оказавшись еще на 20 метров в стороне от ворот за стеной базы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.