Дэн Поблоки
Призрак Женщины в зелёном

Dan Poblocki

THE MYSTERIOUS FOUR #3:

MONSTERS AND MISCHIEF

Copyright © 2011 Dan Poblocki. All rights reserved.

Published by Arrangement with SCHOLASTIC INC., 557

Broadway, New York, NY 10012 USA

В коллаже на форзаце и нахзаце использованы изображения:

© Polina Tomtosova / Shutterstock.com

Используется по лицензии от Shutterstock.com

© Ривкина Е., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

1
Хулиган-любитель
(Тайна «??????»)

Однажды в конце марта, когда в средней школе Лунной Лощины прозвенел звонок с последнего урока и четверо друзей помчались к своим шкафчикам, никто и не подозревал, какой их там ждёт сюрприз. Сильвестр, Рози, Вудроу и Виола в разных концах коридора открыли каждый свою дверку. Выдранные из тетради сложенные листочки выпали к их ногам и привлекли всё их внимание, так что ребята не заметили того, кто наблюдал за ними.

Дети подняли и развернули бумажки. Внутри жирными чернилами неаккуратным почерком было написано: «Встречаемся на теннисном корте через пять минут. Мики». Если бы кто-то оказался рядом, то наверняка услышал бы, как все четверо ахнули от изумления.

Мики не написал свою фамилию, но все знали Мики Молинью. Он много потрудился для того, чтобы заработать себе репутацию школьного задиры. И теперь требовал от четырёх членов тайного общества «Вопросительные знаки» встретиться с ним на безлюдном участке за углом школы, где высокий ржавый забор надёжно прятал потрескавшуюся зелёную поверхность бывших теннисных кортов. Где никто не увидит их с улицы. Прекрасное место для ловушки.

Сильвестр, Рози, Вудроу и Виола переглянулись и увидели друг у друга листочки. Без слов каждый понял, что чувствуют остальные.

Страх.

Секунда бежала за секундой. Суматоха школьного коридора начала утихать. Четверо ребят взяли, что нужно для домашних заданий, и собрались вместе.

– Интересно, чего он хочет? – начала Виола. – Это может быть всё, что угодно.

– Например, украсть наши деньги? – предположил Сильвестр.

– У меня есть дела поважнее, чем отвечать Мики Молинью, – сказал Вудроу.

– Да, – согласилась Виола. – У нас с Рози через двадцать минут прослушивание в школьный спектакль. Нам надо подготовиться.

Друзья молча посмотрели друг на друга, потом на листочки, которые держали в руках, – приглашения на то, что наверняка окажется «весёлой» встречей. Никто ничего не сказал, но все поняли, что сделают дальше. Они же были «Вопросительными знаками», а здесь как раз напрашивался замечательный вопрос: «Чего хочет Мики?»

– Он уже ждёт. – Виола посмотрела на свои ярко-зелёные часы.

– Пусть подождёт, – отозвался Вудроу.

– Что самое плохое может произойти? – спросил Сильвестр. – Подождите, не отвечайте.

Рози вздохнула:

– Если мы решили идти, то надо двигаться.

Вудроу закатил глаза и засунул клочок бумаги себе в карман. Его вечный брелок с ключами звякнул на поясе.

– Но он не сказал «пожалуйста».

На улице в предвечернем свете тени казались длиннее. Когда четверо друзей свернули за угол школы на дорожку, которая спускалась к корту, холодок пробрался им под куртки, свитера и шарфы. Вверху по кристально чистому небу лёгкими розоватыми пёрышками проплывали облака.

Из центра корта сквозь забор-сетку на них смотрел толстый мальчишка с большой головой. Он засунул кулаки глубоко в карманы коричневой ветровки. Фиолетовая вязаная шапочка плотно обхватывала череп. Из-под неё не было видно коротко остриженных волос, зато уши казались ещё больше обычного. Рот перекривила загадочная улыбка. Виола подошла ближе, представляя одну из знаменитых гавайских рубашек Мики под его свободной курткой.

Друзья остановились перед воротами, которые были заперты на щеколду. Мики молча вытащил руку, сжатую в кулак, из кармана и помахал ребятам. Сильвестр оглянулся назад, не смотрит ли из кабинета кто-нибудь, от кого можно было бы ожидать помощи. К его разочарованию, никого не было видно.

Рози отодвинула щеколду и открыла ворота.

– Пойдёмте, ребята, – прошептала она. – Не волнуйтесь. Нас четверо против одного. Всё будет хорошо.

– Ты видела, какой у него кулак? – спросил Сильвестр.

– Не показывай, что боишься, – ответила Виола и шагнула вперёд. – Привет, Мики. Что случилось?

Когда они подошли, Мики опустил взгляд. Потом отступил влево и указал на землю:

– Вот, смотрите.

Оставаясь вне досягаемости удара Мики, ребята посмотрели на то, что привлекло его внимание. На земле жирным серебряным маркером было написано: «Здесь был Мики».

– Директор Джильски может увидеть из кабинета рисования, – сказал Сильвестр. – Ты хочешь, чтобы у нас были проблемы?

Мики покачал головой:

– Если у кого и есть проблемы из-за этого, так это у меня. А не у вас.

– Есть простое решение, – вступил Вудроу. – Не пиши своё имя серебряным маркером на школьном имуществе.

Мики усмехнулся в ответ.

– В том-то и дело, – сказал он. – Я не писал своё имя на школьном имуществе.

– Ну, это точно твой почерк, – возразила Виола, рассматривая надпись поближе.

– Но это не я писал, – настаивал Мики. – Не здесь. И в других местах тоже.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Рози.

Мики вздохнул, и облачко пара на миг затуманило его лицо. Он поёжился.

– Кто-то ходит по школе и пишет где только можно «Здесь был Мики». На моём шкафчике в спортивной раздевалке. На глобусе в кабинете географии миссис Хаф. На доске объявлений в библиотеке. И везде этим серебряным маркером.

– И это не ты? – не поверила Виола.

– Как вам сказал, так и есть! Кому-то нужно, чтобы у меня были проблемы. И это у него получается. Мисс Джильски вызывала меня сегодня. Она сказала, что если ещё где-то обнаружится надпись с моим именем, то меня временно отстранят от уроков. А если такое случится… – Мики на секунду закрыл глаза, – мой папа… как бы это сказать… будет мной не очень доволен.

Виола скрестила руки на груди.

– А мы тут при чём?

– Ну… я слышал, что вы, ребята, хорошо разбираетесь в таких вещах.

– Каких вещах? – переспросил Сильвестр.

Мики нервно рассмеялся.

– Тайнах. Разве вы все не из этого дурацкого общества?

– Дурацкого? – переспросила Рози, поднимая брови.

– Я… я имел в виду… – Мики выглядел проигравшим.

Когда он продолжил говорить, казалось, ему было больно.

– Понимаете, мне надо найти, кто это делает, чтобы остановить его.

– И как ты это сделаешь?

Мики многозначительно хрустнул костяшками. Виола покачала головой.

– Забудь об этом. Я никогда не участвую в том, что заканчивается кулаками.

– Даже если их заслужили? – повышая голос спросил Мики.

– Никто их не заслуживает, – ответила Рози. – Пойдём, Виола. А то мы опоздаем.

– Подождите! – крикнул Мики. – Я никого не буду бить, обещаю. Я просто хочу… мне нужно это остановить. Мне правда нужна ваша помощь!

Ребята переглянулись. Сильвестр кивнул в сторону дальнего угла корта и сказал:

– Нам нужно поговорить. Сейчас вернёмся.

– Моё слово «ни за что»! – прошептал Вудроу. – Этот парень просто замучил некоторых из моих друзей своими угрозами, розыгрышами и тупыми шутками.

– Да, – согласился Сильвестр. – Кто-то наконец расплачивается с ним за всё, что он нам сделал.

Виола прищурилась.

– Даже если так… это несправедливо. Ни над кем нельзя издеваться, даже над самым отпетым школьным задирой.

– Это спорный вопрос, – скрестил руки на груди Вудроу.

– Голосуем? – спросила Рози.

– Думаю, да, – ответила Виола, глядя на часы. – У нас скоро начнётся прослушивание. Я хочу успеть подготовиться.

– Плюс Мики выглядит не особо радостным. – Рози мотнула головой в его сторону.

Мики с напряжением наблюдал за ними, как будто пытался принудить их согласиться.

– Если хочет, чтобы мы ему помогли, – сказал Сильвестр, – то может расслабиться.

– Значит, ты голосуешь «за»? – спросила Виола. Сильвестр пожал плечами. – А ты Рози? – Рози кивнула. – А ты как, Вудроу?

Вудроу на мгновение потупился, а потом покачал головой.

– Он ужасно вёл себя с Кайлом Крупником, и если я проголосую «за», то предам друга. Хотя мой голос ничего сейчас не меняет, так как получается три против одного.

– У меня идея! – предложила Виола. – Это будет здорово! Мы скажем Мики, что поможем ему, но он должен пообещать, что станет добрее. Никаких больше розыгрышей, угроз или шуток. Ещё он должен пообещать, что не будет пытаться отомстить.

– Думаете обещание для таких, как он, что-нибудь значит? – усомнился Вудроу. – Откуда нам знать, что он его выполнит?

– Таких, как он? – Рози поджала губы. – Знаешь, задиры становятся задирами по какой-то причине. Мики сказал, что ему нужна наша помощь, чтобы прекратились эти надписи. Такое впечатление, что он в отчаянии, а это хороший стимул сдержать своё слово.

Они направились обратно к Мики. Условия его не обрадовали, но он обязался постараться их выполнить.

– Нам нужно будет задать тебе несколько вопросов, когда у нас будет время, – сказала Виола. – Например, кто, по твоему мнению, может что-то иметь против тебя?

– Как насчёт всей школы? – пробормотал Вудроу.

– Что ты сказал? – Мики уставился на него.

– Ничего.

Виола шагнула вперёд.

– Можешь прийти в шесть часов? – Мики кивнул. – Как насчет «Закусочной на Центральной улице»? – Сильвестр чуть не подавился, но Виола продолжила: – Родители Сильвестра обычно разрешают нам посидеть за крайним угловым столиком возле окна. Правда, Сильвестр?

Сильвестр побагровел, но всё же выдавил из себя:

– Да, конечно.

Мики пробурчал что-то в знак согласия и затопал прочь в сторону забора-сетки. Затем обернулся и крикнул что-то похожее на «спасибо»… Но это мог быть и кашель.

Сильвестр и Вудроу ждали, когда Виола с Рози выйдут из зала. После того как прослушивание закончилось, школьники высыпали из дверей, обсуждая, кого миссис Глик возьмёт на главную роль.

– Как всё прошло? – спросил Сильвестр девочек, которые, наконец, пробрались к ним сквозь толпу.

– Я считаю, Рози отлично справилась, – сказала Виола. – Не понимаю, почему она раньше не играла.

Щёки Рози залились румянцем.

– Виола меня обошла. Её было ясно слышно и в конце зала. А её монолог… Правда, я чуть не расплакалась. Хотя ничего удивительного. Она играет с детского сада.

– Только небольшие роли в театральном кружке. – Виола тоже покраснела.

Сильвестр толкнул Виолу в плечо:

– Кто бы мог подумать?

– Надеюсь, вы получите лучшие роли, – сказал Вудроу, открывая дверь на улицу. – Какая пьеса?

– «Сети зла», – ответила с улыбкой Виола. – Это детектив.

– О котором, – добавила Рози, глядя на часы, – лучше поговорить по дороге. Если мы хотим добраться до закусочной к четырём.

Вудроу вытаращил глаза.

– Пусть подождёт, – сказал он.

Но остальные ускорили шаг. И поскольку Вудроу не хотел отставать, ему тоже пришлось идти быстрее.

Лунная Лощина была небольшим городком, и можно было быстро добраться в любое место, если знаешь, как сократить дорогу. Здесь сре́зали угол, там прошли через двор – ребята глазом не успели моргнуть, как оказались перед «Закусочной на Центральной улице». В окнах отражался вечерний блеск Гудзона. Мики сидел на крыльце и смотрел на ребят. Они шли ему помочь, но тем не менее замедлили шаг и нерешительно приблизились.

Мики встал и, кивнув на вход позади, спросил Сильвестра:

– Это твоё заведение?

– Это ресторан моих родителей, – ответил Сильвестр не очень веря тому, что у него может быть дружеский разговор с мальчиком, который однажды толкнул его в раздевалке. – Они купили его у прежнего владельца ещё до моего рождения.

– Давайте войдём, – сказала Виола и первая стала подниматься. – На улице становится холодно.

Угловой столик был свободен. Виола, Сильвестр, Рози и Вудроу уселись все на одну скамейку. Мики опустился напротив. К ним подошёл мистер Чоу. Он был искренне рад видеть детей.

– Как обычно? – спросил он.

– Да, пожалуйста, – дружно ответили все четверо, в то время как Мики смущённо рассматривал столовые приборы.

Когда мистер Чоу ушёл на кухню, Виола сказала:

– Мы всегда берём картошку фри. Здесь лучшая картошка в городе. Можешь тоже поесть, если хочешь.

Виола почувствовала, что Сильвестр толкнул её коленкой под столом, но не обратила внимания.

– Итак, что ещё ты можешь рассказать нам об этом любителе граффити?

– Я не знаю, – ответил Мики, не поднимая глаз. – Вудроу всё сказал. Многие в школе меня ненавидят.

Вудроу поднял брови.

– Ты сам в этом виноват! – крикнул он, сам не понимая, что делает. Ну точно, сейчас Мики схватит его за горло и задушит.

Но Мики не двинулся с места. Он даже не моргнул.

– Наверное, я заслужил это. Просто я думал… – Он запнулся.

– Думал что? – спросила Рози.

– Я думал, что если всех запугаю, то меня оставят в покое. – Мики наконец поднял глаза. – Тупо. Я знаю. А теперь дело дошло до директора, и меня могут на время вышвырнуть из школы… Я бы так об этом не переживал, но мой отец действительно расстроится. А когда он расстраивается, лучше его не видеть. Поверьте мне.

Некоторое время все сидели молча. Потом, как обычно, тишину нарушила Виола.

– Что ж, мы постараемся, чтобы этого не произошло.

Ко всеобщему изумлению, она протянула ладонь и похлопала Мики по руке.

Сначала он дёрнулся, как злой пёс, который не хотел, чтобы его трогали. Но потом слегка улыбнулся.

– Спасибо, – сказал он. – Правда.

– Почему бы тебе не рассказать всё сначала? – попросила Виола.

– Я заметил первую надпись на своём шкафчике в спортивной раздевалке. Бобби Грант пошёл и сказал учителю про это. Учитель наорал на меня, хотя я говорил, что это не я сделал.

– Хорошо, – кивнула Виола. – У нас уже почти есть ответ на вопрос: кто виноват?

– Да? – озадаченно спросил Вудроу.

– Абсолютно.

Девочка молча посмотрела на него, как бы предлагая догадаться, что она имела в виду. Вудроу сложил руки, сжал пальцы и несколько секунд напряжённо думал. Наконец, он покачал головой.

– Виноват Бобби Грант? – предположил Мики. – Парень, который сказал учителю про надпись?

– Я не знаю наверняка, но мы не можем его исключить, – ответила Виола. – Однако мы можем исключить кучу других людей. И знаете кого?

– Ну, – посмеиваясь, ответила Рози, – мы можем вычеркнуть всех девочек нашей школы из списка подозреваемых.

– Подожди, – удивился Сильвестр. – С чего ты это взяла?

– Где появилась первая надпись? – спросила Виола.

– На моём шкафчике в спортивной раздевалке, – ответил Мики. – Только что сказал вам об этом.

– Правильно, – терпеливо продолжила Рози. – А кому нельзя находиться в раздевалке для мальчиков?

– О! – воскликнул Вудроу. – Конечно!

– Ха, – развеселился Мики.

– Итак, мы знаем, что будем искать мальчика, – сказала Виола. – Но это полшколы. Совершенно точно, что нам нужно сузить поиск.

– Но как сузить? – спросил Сильвестр. Все посмотрели на него так, будто он заговорил на незнакомом языке. – Я имею в виду, как мы можем узнать, что тот, кто оставлял эти надписи, делал это в одиночку.

Мики занервничал:

– Я даже не сомневался, что это один человек.

– Детективы должны допускать все возможные версии, – сказала Виола. – И это действительно хороший вопрос, Сильвестр. Если у Мики много врагов в школе, то как мы можем исключить всех, кроме одного виновного?

– О, ну это легко, – сказала Рози. – Мы просто сравним почерки на этих надписях. – Если они все одинаковые, то мы имеем дело с одним человеком. Если почерки разные, будем искать группу.

– Хорошо, – отозвался Вудроу, – но как мы будем сравнивать, если надписи находятся в разных местах?

– Можешь принести завтра в школу фотоаппарат? – спросила Виола. – Ты можешь снять все надписи, и мы сравним их.

Вудроу вздохнул:

– Боюсь, у меня батарейки сели.

– У меня есть несколько штук дома, – предложила Рози.

К столику подошёл мистер Чоу с тарелкой жареной картошки. От неё поднимался ароматный пар.

– И немного кетчупа, – сказал он, протянув руку к соседнему столику. – О, Сильвестр… – Мужчина указал на свои наручные часы. – Уроки?

Вся компания поела и вышла на улицу. Друзья попрощались с Мики.

– Спасибо, ребята, – сказал он. – Вы настоящие профи. Простите, что назвал вас «дурацким обществом».

– У нас ещё много работы, – ответила Виола. – Увидимся с тобой завтра. Вечером подумай о нашем следующем шаге. Ты наверняка сможешь справиться с ним сам.

– Да, хорошо, – ответил Мики, смеясь.

Он повернулся и зашагал вверх по Центральной улице, а его топанье эхом разнеслось в наступающем вечере.

«Вопросительные знаки» двинулись в противоположном направлении, мимо знакомых часов у библиотеки, к своему району. Вудроу отставал ото всех на несколько шагов.

Странная тишина нависла над друзьями. Им как будто не о чем было разговаривать. Виоле стало от этого не по себе. Она знала, что им нужно задавать друг другу вопросы и обмениваться возможными ответами. Из всех детективных романов, которым девочка счёт потеряла, она уяснила для себя – чтобы решить задачу, её нужно обсуждать. Но впервые за всё время Виола чувствовала, что они с друзьями не на одной волне.

На следующее утро Сильвестр, Рози, Вудроу и Виола встретились с Мики возле входа в школьную библиотеку.

– Надпись вон там, на контрольной стойке, – указал Мики. – Не думаю, что уборщики её уже стёрли.

– Можно представить, как тяжело маркер оттирается с дерева. – Рози вытащила две батарейки из рюкзака.

– Я забыл фотоаппарат, – сказал Вудроу. – Сожалею.

Хотя сожаления в нём не было заметно. На самом деле он выглядел довольным собой.

А вот Мики явно расстроился.

– И как мы теперь сравним почерки? – стараясь сдержаться, спросил он. – Нельзя откладывать на завтра. Ещё одна надпись, и мне конец.

– У меня есть идея, – воскликнул Сильвестр. – Нам не нужен фотоаппарат для сравнения. Только немного воображения.

– Как можно скопировать почерки без фотоаппарата? – недоумевал Мики. – Только не говори мне про «это фокус».

– Никакой не фокус, – ответил Сильвестр, достал тетрадку, вырвал листок и показал его ребятам: – Всего лишь этот листок бумаги и карандаш. – Когда остальные вопросительно уставились на него, он продолжил: – Чтобы сделать копию, нужно просто обвести надпись. И потом можем прикладывать её ко всем остальным.

– Круто! – Мики был впечатлён.

– Вопрос в том, у кого хватит ловкости сделать это незаметно, – сказал Вудроу. – Мисс Ньюсом стоит совсем рядом. Нам это так не сойдёт.

– Как в любом хорошем фокусе здесь главное отвлечь внимание, – ответил Сильвестр. – Кому-то из нас нужно отвести библиотекаря от стойки.

– Это сделаю я. – Рози с озорством повела плечами. – С четырьмя старшими братьями и сёстрами я сама научилась некоторым трюкам.

– Тогда ты идёшь и просишь помочь найти тебе книжку, – начал излагать план Сильвестр. – Когда мисс Ньюсом отвлечётся от стойки, я подлечу и быстренько всё сделаю. – Он помахал бумагой и карандашом перед ребятами.

– Блестяще! – похвалила Рози.

Сильвестр успешно справился с делом, и компания собралась в коридоре. Мальчик показал свою работу. Копия была немного неаккуратной, но достаточно чёткой, чтобы сравнить с другими надписями.

– Теперь куда? – спросил Мики. – Сейчас будет звонок на первый урок.

– Я возьму этот листок в спортивную раздевалку, а потом на теннисный корт и посмотрю, совпадают ли почерки, – сказал Сильвестр. – Встретимся за обедом. К тому времени у меня уже будет для вас ответ.

– А какой был вопрос, напомните, – попросил Вудроу.

Виола удивлённо покачала головой.

– Работает хулиган в одиночку или нет. Помнишь?

Следующий урок был посвящён поэзии. Учительница дала задание написать оду весне. Она пообещала повесить работы на доске достижений в конце класса. Виола села рядом с Вудроу и Кайлом Крупником. Когда учительница отвернулась, Кайл наклонился к ним.

– Я видел, как вы разговаривали с Мики Молинью этим утром, – прошептал Кайл. – Он пристаёт к вам?

Виола покачала головой.

– Мы помогаем ему раскрыть одну тайну. Кто-то пытается подставить его тем, что пишет маркером его имя по всей школе.

Кайл чуть не подпрыгнул.

– Вы помогаете ему?! Зачем?!!

Его вопрос был больше направлен Вудроу, чем Виоле.

Вудроу выдавил из себя:

– Не знаю. Когда мы голосовали, я оказался в меньшинстве.

– Мики пообещал прекратить всем досаждать, если мы ему поможем, – объяснила Виола. – Это для общего блага.

Кайл пристально на неё посмотрел и поёжился. Потом, не говоря ни слова, опустил глаза на тетрадь.

Виола покосилась на мальчика. Неужели она только что нашла подозреваемого? Раньше Кайл совершенно точно был под прицелом Мики. Его маленький рост делал его удобной мишенью. Вероятно, он хотел отомстить за издевательства. Впервые Виола столкнулась с тем, что «Вопросительным знакам», возможно, придётся разоблачить одного из своих друзей. Что делать, если такое произойдёт? Не наживут ли они себе новых врагов, помогая одному из старых?

Этот вопрос преследовал её весь остаток утра. К счастью, за обедом Виола погрузилась в загадку надписей и отвлеклась от этих размышлений.

За их обычным столиком у окна Сильвестр представил своё заключение.

– Почерки на всех надписях совпадают, – сказал он. – Особенно это видно по строчной «ы» и петельке «е». Мы имеем дело с граффити-художником, который работает в одиночку.

Мики вздохнул с облегчением.

– С одним легче справиться, чем с группой.

– Повезло тебе, – сказал Вудроу.

– Слушайте, – воодушевилась Рози, – то, что Сильвестр сейчас сказал, навело меня на мысль, куда двигаться дальше.

– Нам нужно найти специалиста по почеркам? – предположил Сильвестр.

– Не совсем, – ответила Рози. – Но есть другой специалист, прямо здесь, в школе, который сможет нам помочь. Догадываетесь, кто это?

– Сильвестр сказал «художник», – догадалась Виола. – А кто в школе разбирается в рисунках?

– Учитель рисования! – воскликнул Сильвестр. Но сразу сник. – А чем он может нам помочь?

– Чем пользуются художники для рисования? – подсказала Рози.

– Красками, – ответил Вудроу.

– А какой краской пользуется наш художник?

– Серебряным маркером, – гордо ответил Мики.

– Верно, – отозвалась Рози. – Инструмент преступника, маркер, может навести нас на след. Тем более что серебряный – необычный цвет для маркера. Мы может спросить мистера Дэлфина, что он знает о них.

Ребята вышли из столовой пораньше и направились к кабинету рисования. С порога Рози увидела, что за партами никого не было. Мистер Дэлфин сидел за учительским столом и что-то рисовал в альбоме. Тогда девочка постучала и заглянула в класс.

– Здравствуй, Рози. Что случилось?

– Можем ли мы с друзьями спросить вас кое о чём?

– Конечно, – отозвался мистер Дэлфин. – Думаю, перемены для этого и существуют.

Когда компания собралась у его стола, Рози сказала:

– У вас на уроках мы пользуемся карандашами, краской, глиной и пластилином. Но мы никогда не рисовали маркерами. Они есть у вас в кабинете?

Мистер Дэлфин с восхищением посмотрел на ребят.

– Раньше никто про них не спрашивал. Поэтому нет. У меня их нет. Хотите закажу? Уверен, можем попробовать поработать с ними.

– Нет, спасибо. – Рози залилась краской. – Но если кому-то из нас понадобится серебряный маркер, скажем, вне школы, то где можно его найти?

– Наверняка можно найти через интернет, – ответил учитель. – Но сначала я посоветовал бы вам посмотреть в Художественной лавке Мессера на Кленовом бульваре. Там очень большой выбор. И хорошее качество.

Дети поблагодарили учителя до того, как прозвенел звонок на урок, и вышли в коридор.

– Так понимаю, у нас есть ещё одно место для встречи после школы? – спросил Мики. – Правильно?

– Абсолютно, – ответила Виола.

– Я не смогу пойти, – сказал Вудроу.

– Почему? – удивился Сильвестр.

Вудроу покраснел.

– У меня… дела есть, – отрезал он, повернулся и ушёл.

– Ладно, – задумчиво произнесла Виола. – Тогда пойдём вчетвером, сами, а Вудроу потом сообщим о том, что выясним.

Мики смотрел вслед удаляющейся фигуре Вудроу, пока тот не скрылся за углом.

– Я уверена, что он занят, – сказала Виола, стараясь убедить в этом себя не менее, чем Мики.

После звонка с последнего урока Сильвестр стоял у своего шкафчика и складывал книжки в рюкзак. Он всё думал о том, как Виола поверила, что Вудроу занят, и размышлял, правда ли это. Ему очень хотелось надеяться, что с другом всё в порядке. Тайное общество «Вопросительные знаки» должно было объединить их, а не поссорить. Может, после истории с Мики Молинью им нужно будет принять ещё несколько важных правил. Может, не большинство голосов должно решать, берутся ли они за дело. Может, решение должно быть единогласным. Очевидно, что Вудроу очень не хотел помогать Мики. Но после того, как они провели немного времени с этим парнем, Сильвестр понял, что Мики во многих отношениях такой же, как они. Как Вудроу мог этого не заметить?

Кто-то похлопал его по плечу. Мальчик обернулся и увидел Венди Николс, которая ему улыбалась. Её тёмно-малиновые волосы были на этот раз коротко острижены, на щеках красовались веснушки, нарисованные подводкой для глаз. Она была в синем хлопковом платье до пола, плотно затянутым на талии чёрным кожаным поясом. Про таких, как Венди, говорили «чудачка», но Сильвестр никогда не мог сдержать улыбку, когда её видел.

– Мечтаешь? – спросила она.

– О нет, – со смешком ответил Сильвестр. – Просто думаю.

– О Мики Молинью?

Это вывело Сильвестра из задумчивости.

– Почему ты спрашиваешь?

– Мы с друзьями видели, что вы сидели с ним сегодня.

Венди умела спросить, не задавая вопроса. Сильвестр вдруг почувствовал, что ему надо объясниться, и он это сделал. Он помнил, что Мики когда-то досадил Венди, поэтому постарался рассказать всё подробно. Венди вежливо выслушала, потом кивнула и сказала:

– Я всегда знала, что ты добрый малый, Сильвестр. Может, слишком добрый. Но знаешь, что все говорят…

– Нет. Что все говорят?

– Дуракам больше делать нечего, – ответила она, закрывая свой шкафчик.

«Правда? – подумал Сильвестр. – Неужели в школе так говорят?!»

Витрина Художественной лавки Мессера была заполнена яркими товарами: холстами, покрытыми краской, гравюрами на специальных дощечках, перепачканной палитрой масляных красок на шатком деревянном мольберте. Сильвестр, Виола, Рози и Мики все вместе вошли в магазин. К ним сразу подошла женщина. Она была высокого роста и носила очки в квадратной оправе, что делало её похожей на профессора. На пластиковом бейдже, приколотом к её блузке, было написано «Эльза».

– Вам помочь? – спросила она.

– Наверное, да, – ответила Виола. – Нас интересует, продаёте ли вы серебряные маркеры.

Эльза кивнула.

– Нескольких видов. Какие именно вам нужны?

– Такие, которые практически невозможно смыть, – ответил Сильвестр.

Продавщица с подозрением на него посмотрела.

– А как вы собираетесь их использовать?

– Ну… э-э… – Сильвестр растерялся. – Мы просто хотели узнать, есть ли у вас такие.

Эльза вздохнула. Она подвела их к полке с самыми разными маркерами, которые продавались поштучно: толстые, тонкие, яркие, тёмные, непрозрачные, полупрозрачные и, наконец, металлических цветов.

– Вот, пожалуйста. Ещё что-то?..

– На самом деле, – сказала Виола, – у нас есть другой вопрос.

Эльза кивнула.

– Вы не помните, продавали вы такой кому-нибудь недавно? – Девочка вытащила серебряный маркер.

Продавщица задумалась.

– Думаю, что да. Я продаю огромное количество товаров. Каждый день. Вам нужно имя покупателя?

– Это бы нам помогло, – ответила Рози.

– Я прошу посетителей, которые покупают серебряные маркеры, оставить своё имя и адрес в нашей учётной книге. Удивительно, как часто дети пишут этим маркером там, где совсем не следует. На чужих вещах, например.

Эльза подошла к кассе и достала журнал учёта. Она открыла его и пролистала до последней страницы с записями. Ребята склонились над тетрадью и прочитали:

Авраам Линкольн

Белый дом

Вашингтон, округ Колумбия

США

Продавщица страшно покраснела.

– Это нам никак не поможет! – раздражённо произнёс Мики.

– Зато это поможет. – Сильвестр открыл свой рюкзак и достал копию, которую снял с надписи в библиотеке. Он приложил её к записи в журнале, и всем стало ясно, что он имел в виду. Наклон и изгибы почерка были очень похожи.

– Посмотрите на строчную «ы». Тот, кто купил здесь маркер, и тот, кто оставляет надписи в школе – один и тот же человек, – прошептал он.

– А вы не помните, как он выглядел? – спросила Эльзу Виола.

– Если не ошибаюсь, – ответила она, – это был ребёнок. Примерно вашего возраста.

– Мальчик? – спросила Рози.

Эльза неуверенно кивнула.

– Очень маленького роста? – спросила Виола, думая о Кайле Крупнике.

Эльза пожала плечами.

– А вы уверены, что это был мальчик? – спросил Сильвестр, думая о Венди Николс. – Это не могла быть девочка с очень короткими волосами малинового цвета?

Эльза совсем запуталась.

– Я не помню. Простите. Но если кто-нибудь оставит адрес своей электронной почты, я напишу, как только что-то вспомню.

На улице Виола объявила ребятам, что теперь они ещё ближе к разгадке, чем вчера, но это не улучшило настроения Мики. Он, казалось, был готов рвать и метать.

– Подождём ещё немного, – сказала Виола. – Иногда просто нужно время. Возможно, мы упускаем что-то важное.

Позже этим вечером Виола с удивлением обнаружила в своей электронной почте письмо от Эльзы.

После того как вы ушли, я вспомнила. Звенящий звук. Цепочка для ключей. Мальчик, который купил этот маркер, гремел на весь магазин. Точно помню, у него были взлохмаченные светлые волосы. Надеюсь, это вам поможет.

Всего доброго,

Эльза.

У Виолы мурашки побежали по коже. Она поняла, кто злодей. Впервые в жизни она была совершенно потрясена разгадкой. Так потрясена, что за всю ночь так ни с кем и не поделилась новостью.

Рози была первой, кого она встретила в школе на следующий день.

– Привет, Виола, – сказала Рози, подойдя к Виоле в коридоре. – Я слышала, что возле зала вывесили результаты прослушивания. Пойдём вместе посмотрим?

Виола испытывала что-то среднее между волнением и ужасом. Тем не мене она нашла в себе силы спокойно ответить:

– Конечно. Заодно поговорим по пути.

Пока они шли, Виола рассказала Рози про письмо Эльзы. Виола заметила, как Рози побледнела. Насколько было возможно побледнеть при её коже цвета какао.

– Но не думаешь же ты?..

– Я даже не знаю, что и думать, – ответила Виола. – И не знаю, как поступать, если я права. Не хочу делать выводов и предъявлять обвинения, пока не будет доказательств.

– Но где ты возьмёшь доказательства? Память Эльзы не внушает доверия.

Виола ахнула – в голову ей пришла идея.

– Я поняла, что может доказать вину подозреваемого. Но сначала мне нужно кое-что от Сильвестра.

– Правда? – спросила Рози. – И что тебе нужно?

– Копия с надписью, – ответила Виола. – Мне нужно взять её на урок английского. Там я точно узнаю.

Девочки подошли к дверям зала, где собралась толпа любопытных школьников. Наступая друг другу на ноги, дети пытались разглядеть листок, приколотый к стене. Виола с Рози кое-как пробрались поближе. Когда они увидели список, то завизжали от радости. Обе их фамилии были вверху страницы.

Рози Смиртерс – Мисс Джессалин Уэлфорд

Виола Харт – Леди Эдит Крашинг

Им дали две главные роли! Рози будет играть добрую героиню, а Виола – злодейку. Все вокруг их поздравляли. От радости у девочек даже голова закружилась.

Но когда они отошли от дверей зала, мысль о тайне граффити вернула их на землю. Девочки вздохнули.

– Ну, ладно, – сказала Рози, стараясь успокоиться. – Где будем искать Сильвестра?

Ответ был ясен. Нужно было подождать его у шкафчика до звонка на первый урок. Вскоре он появился из-за угла и обнял обеих девочек.

– Мои вам поздравления, девчонки, – с улыбкой сказал он. – Я уже слышал хорошую новость.

– Спасибо, – ответила Виола. – Но сейчас плохая новость.

На уроке английского Виола села за парту за Вудроу и Кайлом, изо всех сил стараясь сделать вид, что ничего не произошло. Это было несложно, когда мальчики поздравляли её с ролью в школьном спектакле. Всё, что ей было нужно – это улыбнуться и сказать «спасибо». Но весь урок её внимание привлекала пробковая доска в конце класса. Оды весне висели там, написанные от руки, на листочках в линейку. Виола то и дело осторожно поглядывала на доску. Ни Вудроу, ни Кайл, казалось, этого не заметили.

Виола спрятала копию, сделанную Сильвестром, в свою тетрадь по английскому. Она пожалела, что не сверила почерки перед уроком. Если б можно было подойти поближе! Доказательство было прямо перед ней.

Виола встала сразу, как только прозвенел звонок. На доске она нашла стихотворение, о котором думала всё утро. Она поднесла к нему копию надписи, чтобы сравнить почерки.

Доказательство было получено!

Когда Виола оглянулась, то поймала на себе пристальный взгляд Вудроу. Девочка почувствовала, что заливается краской. Она попыталась спрятать копию, но было поздно. Вудроу отодвинул стул и подошёл к ней.

– Ты не скажешь ему, – произнёс мальчик. – Он убьёт меня.

У Виолы пересохло во рту. Она не в состоянии была ответить, даже если бы знала, что отвечать. И, прежде чем девочка успела подумать, Вудроу выскочил из кабинета.

Членам общества «Вопросительные знаки» как-то удалось избежать встречи с Мики Молинью в оставшуюся часть дня. Это было хорошо, так как им требовалось время, чтобы решить, что делать с тем, что они узнали. Подходя к своим домам, Виола и Сильвестр встретились с Рози на крыльце её дома. Они знали, что Вудроу был у себя, с другой стороны двора. Ребята видели, как он один возвращался из школы.

– Вудроу и есть тот самый любитель граффити, – сказала Виола. – Всё сходится. Он с самого начала не хотел помогать Мики, очевидно, потому что понимал – когда мы раскроем преступление, у него будут серьёзные неприятности.

– Меня удивляет, почему он не сопротивлялся больше, – добавила Рози. – Он не особо помогал, но всё равно ходил с нами.

– Наверное, он понимал, что, когда дело касается «Вопросительных знаков», – ответил Сильвестр, – сопротивление бесполезно.

Несмотря на печальные обстоятельства, девочки не смогли удержаться от улыбки, услышав слова Сильвестра.

– Мы обязаны были раскрыть дело, и он знал об этом.

– Ну, Вудроу скорее всего так и думал, – сказала Виола. – При этом он не хотел вызвать подозрения тем, чтобы полностью отказаться от участия в расследовании. Только, сам того не заметив, с самого начала повёл себя подозрительно. Он проговорился в первый день, когда Мики вызвал нас на встречу. Прежде чем Мики сказал что-либо о серебряной краске, Вудроу отметил, что надпись была сделана несмываемым маркером. Если задуматься, откуда Вудроу мог знать, каким маркером пользуется наш любитель граффити?

– И что будем делать? – спросила Рози. – Он уже знает, что мы знаем.

– И он напуган, – добавила Виола.

– Думаю, у нас только один выход, – сказал Сильвестр. – Попробовать поговорить с ним.

Ребята пересекли двор Рози, подошли к крыльцу Ноксов и позвонили в дверной звонок. Через некоторое время раздался щелчок, ручка повернулась и дверь приоткрылась. Вудроу осторожно выглянул. У него были красные глаза. Он немного помолчал, а потом выдавил из себя:

– Вы же меня не ненавидите, правда?

– Только если ты нас не впустишь, – поддразнил Сильвестр.

Вудроу улыбнулся и распахнул дверь.

– У меня было предчувствие, что вы все придёте. Заходите. Я приготовил попкорн.

Все сели за стол на кухне и принялись полными пригоршнями брать попкорн из большой тарелки посередине.

– Думаю, ребята, вы хотите понять «зачем»? – спросил Вудроу.

– Да это и так ясно, – ответила Виола. – Мики делал тебе гадости. Всем нам, правда. Ты захотел отомстить.

– Я прекратил, как только узнал, что ему грозит отстранение от учёбы, – сказал в своё оправдание Вудроу. – Я совсем не хотел этого. Я просто хотел, чтобы он почувствовал, каково было нам. И мне кажется, это сработало.

– Да, но смотри, что получилось, – сказала Рози. – Ты выкопал себе очень глубокую яму, Вудроу. Как мы это ему объясним? Как он среагирует?

– Мики обещал не мстить, – с надеждой произнёс Сильвестр. – Может, когда ты ему расскажешь, всё будет хорошо?

Вудроу принял такой вид, как будто сейчас потеряет сознание.

– Я должен сказать ему?

Виола кивнула:

– Это будет честно. Как думаешь? Заодно ты можешь извиниться.

Вудроу закрыл глаза, смиряясь со своей судьбой.

– Хорошо. Будем надеяться, что он сдержит своё обещание.

И оказалось, что Мики его сдержал. Но это не сделало его разговор с Вудроу менее устрашающим, особенно когда Мики настоял на том, чтобы Вудроу рассказал директору Джильски, кто настоящий автор граффити.

– Как она отреагировала? – спросил Сильвестр за обедом.

Вудроу сидел, ссутулившись, и смотрел на свой бутерброд с арахисовой пастой так, будто это была самая отвратительная еда, которую когда-либо подавали в школьной столовой Лунной Лощины.

– Она, конечно, рассердилась. Мисс Джильски собирается вызвать маму в школу, рассказать ей о том, что я сделал. Плюс мне надо будет оставаться после уроков всю следующую неделю. Думаю, я заслужил это. Я не очень удачливый хулиган.

– А я не думаю, что дело в этом, – возразила Виола. – Зато теперь мы знаем, что если кто-то хулиганит, то это не значит, что он злодей.

– Да, – согласился Сильвестр. – С этого момента Мики собирается перестать делать подлости. И это здорово!

– Хм… – Новость наконец дошла до Вудроу. – Ты прав. Это действительно здорово! – Он взял бутерброд и откусил большой кусок. – Я рад, что никто не называет меня хулиганом. Некоторые даже считают меня героем.

– Спорим, что здесь за столом таких нет, – засмеялась Виола. Рози и Сильвестр тоже засмеялись. Наконец, даже Вудроу смог выдавить улыбку. Виола откинулась назад, довольная тем, что участники таинственной четвёрки снова были на одной волне.

2
Вступаем в сети зла

Весь день накануне первой репетиции у Рози Смитерс так сильно болел живот, что она чуть не пошла домой вместо того, чтобы встретиться с остальными участниками спектакля в школьном зале. Всё же она заставила себя явиться. Виола увидела подругу, которая сидела в последнем ряду, чуть не согнувшись пополам, и тихонько села на свободное сиденье рядом. Она хорошо знала, что сейчас чувствует Рози. Виола не раз проходила это перед репетициями раньше, в Пенсильвании.

– Это просто нервы, – сказала Виола, поглаживая Рози по спине.

– Я знаю, – ответила Рози. – Но если я сейчас так себя чувствую, то как выйду перед огромным залом? Я понятия не имела, под чем подписываюсь!

– Всё будет хорошо, – уверила её Виола.

Она кивнула на остальных членов драматического кружка, которые сидели в первых рядах зала, смеялись и болтали друг с другом.

– Мы все здесь друзья. Или скоро будем ими.

Когда в ответ на лице у Рози изобразилось сомнение и она ещё глубже вжалась в кресло, Виола снова взглянула на одноклассников:

– Кто-то из них что-то тебе сказал?

Рози закрыла глаза, не желая отвечать. Но раз уж Виола спросила…

– Клеа Кин играла первые роли в школьных спектаклях с первого класса. Но когда в этом году драматический кружок возглавила миссис Глик, время Клеа закончилось. Она получила очень маленькую роль. – Рози поморщилась. – Я слышала, как в очереди в столовой Клеа говорила кому-то, что я не заслуживаю роли Джессалин. И с того времени я всё думаю, что Клеа права. Как я получила главную роль? Я никогда даже не думала играть, пока ты меня не уговорила пойти на прослушивание.

Виола сжала зубы и пристально посмотрела на Рози.

– Клеа завидует, это ясно как день. Ты получила главную роль, потому что миссис Глик считает, что ты лучше всего для неё подходишь.

Впереди раздался и пронёсся по всему огромному залу оглушительный хлопок.

– Прошу вашего внимания!

Миссис Глик стояла на сцене. Это была невысокая, видная женщина. Огромный оранжевый свитер и чёрные легинсы очень естественно на ней смотрелись. Она подняла руки и выжидательно посмотрела на группу школьников. Актёры вскоре притихли, и миссис Глик продолжила:

– Приветствую вас на первой репетиции «Сетей зла». Если вы сейчас все подойдёте к сцене, я раздам вам сценарии. Мы сегодня же начнём с ними работать, прочитаем вслух. Как вам это?

– Ужасно, – прошептала Рози.

Виола сжала руку подруги, и они вместе двинулись по проходу между рядами.

– Единственная злодейка, которой тебе стоит бояться, моя милая Джессалин – это я, – сказала она жутким старушечьим голосом, которым говорила на прослушивании и который помог ей получить роль леди Эдит. – «Все остальные здесь просто дети, которые играют в злодеев», – процитировала Виола. – «Умная девочка сумеет понять разницу между теми, кто притворяется чудовищем, и теми, кто действительно есть зло».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.