Виктор Сергиенко
Сталкер 23 века

Глава 1.
Путь Сталкера

Очередь, состоящая из тяжёлых сверхзвуковых пуль, противно взвизгнув тупой циркулярной пилой, пронеслась мимо моей головы, едва не сорвав с неё скальп вместе с прочным тактическим шлемом.

Я тут же метнулся в сторону, прячась за ствол ближайшего ко мне дерева, и уже следующая очередь вошла точно в него, безжалостно измочаливая его древесину и высекая из неё крупную стружку.

Я осторожно выглянул из-за дерева, и снова едва не получил очередь жужжащих пуль в свою любопытствующую голову. Прицельно бьёт гад, и почему это мой сторожевой имплант «Совиный глаз» не предупредил меня об опасности?

Хотя о чем это я? Ведь эмпатические импланты даже последнего поколения могли улавливать злые взгляды только людей или зверей направленные на своего носителя и предупреждать его о них легким покалыванием, а безразличные видео-сенсоры роботов они совершенно не воспринимали.

Я упал на бок и под собственным весом стал медленно сползать вниз, по пологому склону холма, полностью заросшему тонким и ворсистым лишайниковым ковром, при этом постоянно держа в прицеле его гребень. И как только над ним появилось сферическое тело боевого дрона открыл по нему огонь.

Выставленная на полуавтоматический режим штурмовая винтовка «Спектра», тут же всего лишь за полсекунды выдала очередь из трех разрывных пуль, и бот-убийца буквально взорвался дождем светящихся осколков, которые мелкими сгорающими брызгами красиво разлетелись во все стороны.

А ведь, как всё хорошо начиналось. И пусть третье тысячелетие для нашей человеческой цивилизации началось непросто. Но, в конце концов, войны всем надоели, и все страны перевели свой взор на развитие различных технологий.

А наука тогда, так и вообще стала, чуть ли не всеобщей религией. Робототехника и кибернетика, генная инженерия и клонирование, нано-механика и биорепликация, и ещё множество всевозможных отраслей начали свой разбег.

Сначала неспешно, словно только что проснувшаяся от зимней спячки природа, а потом всё быстрее и быстрее, словно бушующие под плодотворным солнечным светом джунгли.

Отчего чудесные открытия, которые по началу так восхищали общество и были больше похожи на магию, чем на науку, стали нарастать просто лавинообразно. И обычная жизнь обычного человека, стала превращаться в сказку.

Голод и холод, различные болезни, а так же нищета и безработица быстро отошли на задний план, и человечество уже готовилось с разбега прыгнуть в свой золотой век, как разразилась семидневная война.

Ведь согласно Библии именно семь дней понадобилось Господу Богу, чтобы создать наш мир, и именно столько же потребовалось возгордившемуся человечеству, чтобы его разрушить.

И это даже не смотря на применявшиеся тогда всеми её участниками, так называемые точечные удары, джинн всеобщего разрушения все равно вырвался из бутылки и последствия от той короткой войны были просто ужасными.

Ибо целые мегаполисы были уничтожены генно-модифицированными бактериями или вирусами, вырвавшимися на свободу из экспериментальных или перспективных лабораторий.

А военные, полностью роботизированные заводы, зараженные кибер-вирусами, выходили из-под контроля, переходили в автоматический режим, и начинали считать всех живых существ своими врагами.

А генетически измененные люди, звери и даже растения, легко захватывали освободившиеся от обычного человека территории, превращая их в смертельные зоны отчуждения.

Ионные шторма и непредсказуемое климатическое оружие, которыми уже никто не управлял, до неузнаваемости меняли ландшафт планеты, буквально заново перепахивая её огромными каньонами и длинными ущельями.

И один за другим некогда огромные по площади города и даже столицы некоторых стран не просто прекращали своё существование, а буквально исчезали с лика планеты, растворившись в её проснувшихся буйствующих титанических стихиях.

И более ста лет эти никем неконтролируемые грандиозные силы терзали несчастную планету, а затем всё внезапно успокоилось. Как будто бы сам Господь Бог проснулся ото сна, быстро навел порядок в своем расшалившемся хозяйстве и вновь погрузился в сон.

И осколки былой цивилизации, чудом сохранившиеся в разных уголках планеты, стали постепенно оживать, вспоминать утраченные знания, проводить разведку новых территорий, и налаживать связь и торговлю с другими такими же затерянными анклавами и сиротами-полисами.

И вот для этого и стали нужны мы, то есть Сталкеры. Без которых уже не мог обойтись ни один город. И хоть вообще-то, официальное название нашего корпуса звучало, как «Дальний Дозор», но оно как-то не прижилось.

А вот название бесстрашных бродяг из старой компьютерной игры подошло нам больше, а затем как-то незаметно и вообще прижилось, что среди нас, что в окружающем нас обществе.

Я остановился и через сканер, встроенный в свой тактический шлем, внимательно осмотрел окрестности. Вроде бы, всё было тихо, и встреча с дроном-убийцей казалась просто случайностью.

Но теперь места случайностям в нашем мире уже не осталось, и любой, кто начинал в них верить, просто быстро погибал. Ибо роботизированный военный бот это вам не бездумная бабочка, которая порхает туда-сюда, и если он был здесь, то значит, выполнял свою боевую задачу.

А задача у этих, пожалуй, что самых простых в массовом производстве летающих сфер была только одна, а именно патрулирование и охрана территории. И что же он тут мог такого охранять, ну не лесные же ёлки?

Задал я сам себе такой логичный вопрос, и решил, во что бы то ни стало найти на него ответ. Так что я ещё раз внимательно осмотрел всю окружающую меня местность и осторожно двинулся вперед.

В корпус Сталкеров изначально набирали всех желающих, так как смертность в наших рядах просто зашкаливала. И это даже несмотря на то, что нас неплохо учили в академии Дальнего Дозора лучшие мастера своего дела, и вооружали и экипировали за счет города лучшей амуницией, и все равно наше братство постоянно несло потери.

И тогда, кто-то умный, придумал такое изобретение, как Аргус, то есть автоматически-регулирующееся устройство. Которое представляло из себя небольшой такой сферический модуль, размером с два моих кулака сложенных вместе.

И который постоянно, включив стелс, висел в двух-трех метрах над моей головой, и десятком своих камер высокого разрешения фиксировал всё то, что происходило вокруг. Ну и постоянно он сбрасывал всю накопленную информацию в главный штаб Дальнего дозора.

Причём, эта сволочь, мне ни в чём не помогала и ни о чём не предупреждала. Зато вот польза моему родному городу от него была просто величайшая. Так как моё командование в режиме реального времени постоянно получало всё новую и новую информацию.

От сотен и сотен таких вот равнодушных и беспристрастных модулей, бессистемно блуждающих со своими хозяевами по всевозможным закоулкам, пустошам и развалинам нашего, словно Феникс возрождающегося из пепла мира.

Глава 2.
Стальная Гончая

Я вновь остановился и прислушался, и новый звук металлическим лязгом добавившийся в палитру лесных звуков мне совсем не понравился. Но он был где-то далеко, а вот шипящий звук секущих воздух лопастей был уже рядом.

И вновь на меня внезапно, словно волк на охотника, из-за ближайших деревьев, вылетел сферический дрон типа «Глобус», и стал наводить на меня ствол, но уже не штурмовой винтовки закрепленной в его нижней полусфере, а снайперской.

И ему потребовалось на это всего лишь две секунды, ну, а мне же на прицеливание всего лишь одна, спасибо инструкторам из академии Дальнего Дозора. Хлопнул тихий выстрел Спектры, совершенно не дававшей отдачи, и летающий шар, так удачно зависший в воздухе на одном месте, разлетелся дождем пластиковых осколков.

И это было, конечно же, хорошо, а вот то, что лязгающий металлом звук стал раздаваться значительно ближе, было уже плохо. Значит, эта летающая сволочь, все же успела навести на меня кого-то из своих роботов поддержки.

И это действительно оказалось так. Ибо не прошло еще и минуты, как росший невдалеке густой кустарник тараном разрезала острая морда роботизированной Гончей, и сервоприводы приводящие её хищное металлическое тело в движение буквально взвыли разгоняя его.

Я мгновенно открыл шквальный огонь, так как о ни каком прицельном тут речи уже и не шло. Ибо роботы-убийцы этой модели на коротких расстояниях развивали просто таки бешеную скорость, даже не смотря на лесную сильно пересеченную местность.

Тем более, что, как раз для этих целей их и создавали. И именно там где колесные или гусеничные роботы застряли бы на мертво, модели этого семейства чувствовали себя просто превосходно.

Итак, время в моей голове просто остановилось, а огромная, полностью металлическая собака, три метра в длину и полтора в высоту, даже не знаю, почему её назвали гончей, а не тигром, но не суть, приближалась ко мне стремительно.

Каждым своим гигантским прыжком преодолевая за раз по 3-4 метра лесной подстилки, при этом легко перепрыгивая через различные пни, выворотни и поваленные деревья. Да ещё при этом легко изворачиваясь в воздухе, словно кошка, робот-гончая постоянно меняла вектор своего движения, постоянно сбивая мне прицел.

Мои же разрывные пули, высекая весёлые искры, просто бесполезным горохом отскакивали от хорошо забронированной головы и грудной пластины этого противопехотного робота. А доставать бронебойные из своего тактического рюкзака уже просто не было времени.

И поэтому я всё так же отчаянно пытался попасть или в глазной сенсор приближающегося робота-убийцы, или в сустав одной из его лап-манипуляторов.

Но за такой, короткий отрезок времени и по такой хаотично-движущейся цели это было практически нереально.

И вот прошло всего лишь десять секунд с момента нашего первого визуального контакта, а стальная собака, с бешено вращающимися в её пасти четырьмя зубчатыми фрезами моментально могущими перепилить даже толстую стальную трубу, уже была в пяти шагах от меня.

И собравшись в тугую пружину, тут же прыгнула вперед, или даже, как любят писать различные поэты, прянула. Ну, а я же, не желая попадать в её фрезерно-разделочную пасть, со всей силы оттолкнувшись ногами от лесной дерна, прянул в сторону.

И как только железная туша робота пронеслась мимо меня, тут же почти что в упор всадил в её покатый металлический бок длинную очередь разрывных пуль. Которые наконец-то и в отличие от толстой грудной пластины легко пробили её пластиковую боковую панель, и роем острых буравчиков углубившись в чрево робота чередой микровзрывов разорвались в нём.

Отчего ещё секунду назад грозная, боевая и полностью роботизированная машина по уничтожению пехоты противника, сейчас кучей бесполезного металлолома просто грянулась о землю.

И застыла на ней, чадя из многочисленных развороченных дыр черным удушливым дымом горящей изоляции и посвёркивая в своем чреве злыми искрами коротких замыканий.

На что я, быстро поднявшись с земли и потирая ушибленный о корень локоть, тут же достал из своего тактического рюкзака малый походный ремонтный набор и принялся безжалостно курочить останки поверженного робота.

Так как любой робот это не только куча бесполезного металлолома, а ещё различные ценные микросхемы, процессоры и блоки памяти. И всё это стоило денег, причем не малых.

И не нужно думать, что если в твой первый боевой выход твой полис тебя экипировал, то так будет и дальше. Ибо дальше уже будет, как раз совсем наоборот, ведь в дальнейшем придется платить уже за каждый патрон, что потратишь.

И так в родном городе уже достаточно крикливых голосов, которые на каждом углу кричат, что Сталкеры им не нужны. Причем, что самое интересное, никто из этих крикунов никогда не выходил за городские крепостные стены, и ни одного часа не провел один в диких пустошах. Я наконец-то перестал ковыряться в остатках поверженной Гончей и убрал добытые ништяки в один из отсеков своего сталкерского рюкзака.

Причем это изделие за моей спиной, рюкзаком можно было назвать лишь условно, так как заводское его наименование было – короб жесткий походный выпуклый. И больше всего этот короб, своей формой, размером и текстурой, походил на большой такой, как раз с человеческую спину, черепаший панцирь.

Нажимаешь определенным образом на любой отдельный его щиток, и он открывается, предоставляя тебе доступ к отдельной ячейке под ним. И между прочим это было очень удобно, так как не нужно было перерывать весь рюкзак в поиске вещи, которая, как назло, будет лежать на самом его дне.

А так, к примеру, нужны тебе бронебойные патроны, открывай четвертый отсек, а если обычные, то пятый, гранаты лежали в шестом, аптечка в седьмом, транспортировочный трос в восьмом, а питательные сухпайки в девятом, ну и так далее.

И только в один отсек нельзя было просто так залезть. В самый первый, находящийся сразу же за шеей, так как в нем было лежбище того самого хитрого модуля «Аргус», который каждую ночь в нем отлеживался и заряжался.

А ещё вся выпуклая часть такого специфического сталкерского рюкзака имела мощное керамическое покрытие, прекрасно державшего попадание обычной пули. Так что, неся его на себе, можно было не опасаться предательского выстрела в спину.

И кстати да, теперь, я прекрасно понимал, почему корпус Сталкеров постоянно несет потери. Ибо, не прошло ещё и двух часов с того момента, как десантный полностью автоматический бот доставил меня в этот квадрат сказалось бы самым простым заданием – разведка местности, а меня уже три раза почти что не убили.

И вот теперь, мне уже и самому стало очень интересно, что же здесь охраняют все эти боевые дроны. Так как роботы это не люди, они просто так даже и не сдвинуться. Есть здесь что-то, определенно есть, и это что-то я обязательно найду.

Ибо во мне буквально разгорелся азарт поисковика. Так что я ещё раз внимательно осмотрел место недавнего побоища, на предмет не пропустить бы чего ценного, а затем поудобнее перехватив верную Спектру, углубился в лесную чащу.

Глава 3.
Нашёл то, что искал

И это ещё хорошо было, что деревья в этом лесу были самыми обычными, без примеси каких-либо посторонних генов, а то ведь и шишкой размером с кокос прибить могло, и это было совсем не шутка.

Так как человечество, перед началом карающей всё и всех семидневной войны, разошлось уже не на шутку, клепая животных и растений просто таки немыслимых сочетаний и размеров.

И первыми из них, конечно же, были динозавры, ну, а как же без них, этакие огромные зубастые твари, которые всех так восхищали при просмотре различных приключенческих кинофильмов. Ну и как же было их не сделать, обязательно нужно было сделать.

Но, как оказалось, практической пользы от них было никакой, и поэтому, быстро расселив их по различным зоопаркам, человечество о них просто забыло, перейдя к развитию своего народного хозяйства.

Стадия кабасвинов, волкосабов и лигров, пролетела стремительно, и гибридинг вошел уже в полную свою силу, отчего на свет появились козы размером с коров и коровы размером с бегемота. А кукуруза так та вообще стала своими початками достигать длины в один метр, а своим стволом высоты хорошей банановой пальмы.

А один безумный мультимиллиардер, в тайне ото всех, вывел на своей ферме два десятка всамделишных драконов, правда, совсем не огнедышащих. Которые вырвавшись на свободу, быстро сожрали его, и всех кто был с ним рядом, а затем ещё целый год терроризировали округу, пока военные их всё же не перебили.

Легкая вибрация в подошвах моих тактических ботинок заставила меня остановиться и замереть на месте. Потому, как именно так срабатывали встроенные туда умные миноискатели.

Нет, ну точно, в этом квадрате что-то есть, а иначе, кто бы раскидывал здесь мины просто так. Моё сердце бешено забилось, а ладони крепко сжимавшие верную Спектру начали потеть.

Я сделал осторожный шаг вперед и вибрация в правом ботинке, усилилась, шагнул влево, вибрация уменьшилась. Снова вперед, и снова жужжание в моих стопах стало нарастать. Так, значит, а теперь шаг вправо.

Вот так играя со смертью в шашки примерно целый час, я наконец-то пересек минное поле и как-то незаметно уперся в невысокую скальную гряду. Своим хребтом, слишком ровным для хаотичного природного образования уходящим дальше в лес.

И ещё один час я потратил на то, чтобы взобраться на этот скальный массив, не то что бы имевший отвесные неприступные стены, но в тоже время и не такие уж легко проходимые. И вот наконец-то взобравшись на самую верхотуру, я лег животом на ровный и щедро-нагретый солнцем камень и осторожно пополз вперед.

Ибо встать в полный рост на гребне, пусть и не высокой, но всё же скалы, означало бы прокричать всем и на всю округу, что я здесь, и с нетерпением жду, когда меня прилетят или прибегут убивать.

Полз же я не долго, всего лишь метров сто, как тут же наткнулся на огромную круглую дыру в скальной породе, и судя по её ровным краям проделанную не иначе, как сверхзвуковой баллистической ракетой.

Так как именно они, эти превышавшие в несколько раз скорость звука ракеты, при ударе о любую твердую поверхность как бы проплавляли её, а не дробили, как их более тихоходные сестры по боевому классу.

И вот зацепившись специальным зажимом транспортировочного троса за какую-то толстую торчащую из стены железную балку, я рыбкой скользнул в черный отвесный колодец. И лебедкой закрепленной на поясе регулируя скорость своего спуска быстро опустился на самое его дно.

И как только подошвы моих ботинок коснулись каменного пола, и трос освободился от моего веса, умный зажим тут же отцепился от балки и свалился вниз, а лебедка его тут же смотала, и вот страховочный трос снова был готов к использованию.

Спасибо городу за хорошую экипировку, мысленно поблагодарил я интендантов родного полиса, а затем, включив оба фонаря встроенных в мой тактический шлем, внимательно осмотрелся.

Ну, что тут можно сказать, разруха, однако, и запустение. Полностью разрушенные станки и конвейерные линии, закопченные до черноты стены, и раскиданные по углам и оплавленные до неузнаваемости детали каких-то роботов.

А что здесь ещё могло быть после взрыва тактической ракеты? Хотя стоп, ну не могли же роботы, напавшие на меня сегодня днем, просто по привычке охранять весь этот хлам, да и где бы они здесь взяли энергию на поддержание своего функционирования.

Я прошел весь большой разрушенный цех насквозь и уперся в неприметную железную дверь аварийного выхода. Покорёженную давнишним взрывом так, словно по ней ногой, со всей дури саданул очень обиженный великан.

Но кое-как протиснувшись под неё, я по узкой винтовой лестнице начал спуск в самые глубины местного подземелья, и следующий подземный этаж этого старого и забытого всеми завода меня тоже разочаровал.

Пусть и не такой разрушенный, он, тем не менее, тоже был на предмет чего-нибудь полезного абсолютно пуст и безмолвен, точно так же, как и третий. Но я все равно, буквально лишь на одном упрямстве, всё продолжал погружаться в глубину этого, когда-то очень давно разрушенного войной производственного комплекса.

И вот уже четвертый огромный подземный этаж меня все же порадовал, а именно весело искрящейся оборванной в нескольких местах кабельной проводкой. И вот уже это неоспоримо говорило о том, что данный завод всё же скорее жив, чем мертв.

И что я всё же иду по верному пути, даже несмотря на такие симптомы тотального разрушения, как ржавчина, пыль и гарь. В чем я окончательно и убедился, спустившись на пятый, самый нижний и последний ярус этого автономного заводского комплекса.

Так как, даже ещё не достигнув последней ступени лестницы, приведшей меня сюда, я уже отчетливо расслышал звук работающих механизмов и гудение трансформаторных станций.

Итак, я осторожно вышел в приоткрытую железную и намертво приржавевшую к своей раме дверь, и быстро перебежав за кучу каких-то ящиков, стал осматриваться. Благо, что некоторое количество целых осветительных ламп здесь все же присутствовало.

И вот сейчас передо мной был самый обычный заводской цех, своими размерами не уступавший обычному футбольному полю, и из трех конвейерных линий которого работала только одна.

На которой не спеша, но планомерно, дюжиной больших и малых манипуляторов, как раз и собирались те самые боевые дроны класса «Глобус», которые едва не прикончили меня сегодня утром в лесу, причем дважды.

Внезапно тихо пиликнул коммуникатор и на прозрачном защитном щитке моего тактического шлема зелеными буквами высветился текст.

– Сталкер № 19-77-21, позывной «Леший».

– Ваше задание по разведке квадрата 27-114 признано выполненным.

– На ваш счет уже зачислены наградные в размере 30 000 кредитов.

– Штаб уже планирует штурмовую операцию.

– Покиньте данный объект и подтвердите свой статус.

Вот так, а большинство Сталкеров считают свои мобильные комплексы дальней связи «Аргус» всего лишь бесполезными захребетниками. А я думаю, что есть от них всё же польза, есть.

Ведь никогда не нужно ничего пересылать в штаб, и не нужно ничего потом доказывать, а так, что видит дозорный, то видят и его координаторы. Высокие технологии в действии, однако!

Ну, что ж, приказ получен, приказ понят, пора отсюда валить, и валить, как можно скорее, ибо никогда не знаешь, какие из активных или пассивных систем обороны найденного тобой объекта ещё функционируют.

И только я собрался удалиться по-тихому, как шлюзовые двери в дальнем от меня конце огромного цеха с шипением разошлись. Выпустив из себя на свободу десяток прямоходящих роботов класса «Скелет», вооруженных мощными штурмовыми автоматами.

Которые тут же растянувшись в линию, медленно двинулись в мою сторону, при этом по пути тщательно прочесывая все укромные места. И вот это было уже совсем не хорошо, ибо такой тщательный осмотр говорил лишь о том, что эти железные фигуры своим ростом, видом и комплекцией очень похожие на человека, только очень худого, кого-то ищут, и сдается мне, что ищут они именно меня.

Путь для отступления оставался только один, а именно тот, по которому я сюда и пришел. Но стоило только мне дернуться в ту сторону, как уже в том конце производственного зала открылись ещё одни шлюзовые двери, и ещё один десяток вооруженных Скелетов, двинулся на встречу к уже имеющимся. Вот так ко мне и стал приближаться маленький и беленький пушистый северный зверёк, встречаться с которым я совершенно не хотел.

Я словно загнанная в угол крыса, заметался среди всех этих ящиков, бочек и контейнеров окружающих меня, ища любой путь к спасению, хоть что-нибудь, хоть вентиляционную шахту, а хоть бы и канализационный колодец, и действительно нашел.

Так как, отодвинув один из больших ящиков, я увидел вделанную прямо в гладкий каменный пол, толстую металлическую дренажную решётку. Правда, времени, на распилку которой уже почти что не оставалось, так как роботы-загонщики были уже рядом.

Поэтому я, плюнув на и так уже провалившуюся маскировку, просто дослал в ствол подствольного гранатомета своей Спектры вышибной заряд, который обычно применяли для выбивания напрочь заваренных или заржавленных дверей, и разрядил его в толстую квадратную решётку. Отчего ту и снесло тут же, и она бесследно канула в темноту образовавшейся на её месте большой дыры, и время мгновенно прыгнуло вперед.

Так как все роботы до этого спокойно ищущие меня, после такого моего выстрела открыли просто таки шквальный огонь. Буквально перемалывая в древесный фарш все стеллажи с большими ящиками вокруг меня, которые ну никак не могли служить мне защитой. И поэтому я, сильно оттолкнувшись от каменного пола ногами, спиною вперед, бросил своё тело в черный пролом, даже не задумываясь над тем высоко там или глубоко.

Глава 4.
Из огня да в полымя

Но испугаться толком я не успел, так как уже через два метра полета с громким бултых плюхнулся в быстрый поток теплой воды, и тут же подхваченный им понесся куда-то вперед по прямому и ровному, как стрела полукруглому бетонному жёлобу.

Зацепиться за край которого было просто не реально, да и не хотел я этого делать. Желая сейчас только одного, а именно, как можно больше увеличить расстояние между собой и стреляющими без предупреждения во всё, что движется, роботами.

Быстрый же водный поток игрался моим телом недолго и уже через пару минут буквально выплюнул мной из круглого отверстия скальной стены прямо в небольшое идеально-круглое озеро. От резкого падения в которое, примерно с высоты третьего этажа, я по инерции ушел на самое его дно.

Но затем мой герметичный и черепахоподобный рюкзак сработал, как поплавок, и быстро потащил меня вверх, на поверхность. Показавшись над которой я тревожно заозирался по сторонам.

Так как мне совсем не хотелось, после всех моих сегодняшних приключений, наткнуться ещё на генномодифицированного крокодила или стаю клонированных пираний. А такая вероятность была очень высока, так как их специально когда-то выводили для защиты военных объектов.

Но нет, вроде бы повезло, а может быть, им просто некого было здесь жрать, вот они и уплыли отсюда в более сытные воды. В общем, так или иначе, но водная гладь вокруг меня оставалась абсолютно чистой, без опасной ряби на ней. И я вновь подхваченный быстрым течением был увлечен им в идеально прямой и несомненно рукотворный канал.

Который, примерно на протяжении километра, словно острым ножом разрезал твердую горную породу вокруг, и который, в конце концов, вынес меня в самую обычную лесную речушку, медленно текшую куда-то вдаль по своим речным неспешным делам.

И вот в ней я уже долго плескаться не стал, так как человечество в своё время, охваченное генетической лихорадкой и на волне созидательного энтузиазма на создавало столько различных и опаснейших тварей, что просто диву можно было даться.

Начиная от больших речных пиявок-убийц длиною с мою руку, и заканчивая, гигантскими сомами-акулами. Подобно своим морским родственницам жрущих всё до чего только могли дотянуться их жадные безумно-зубастые пасти.

Так что, усиленно работая руками и ногами, я уже через десять секунд выбрался из воды на прибрежный песчаный пляж. И заползя в какие-то большие камни на нём, наконец-то дал отдых своему усталому, избитому и основательно измученному за этот долгий день телу.

А затем, по прошествии пары часов, за время которых солнце уже успело скрыться за горизонтом, а мой сталкерский комбинезон полностью высохнуть, за счет вшитых в него плоских нано-элементов, накапливающих в себе энергию за счет трения об них. Я всё же выполз из своего ненадежного укрытия, и стараясь особо не шуметь пошел искать более надежное, которое сможет предоставить мне хотя бы крышу над головой.

А местность вокруг меня представляла из себя странный такой микс, состоящий из высоких деревьев хаотично перемешанных с большими такими каменными глыбами. Некоторые из которых они своими стволами, словно несгибаемыми спицами, пронзили насквозь, разломив их при этом пополам, или вообще, раздробив на несколько различных частей. В общем, хоть картину с этих этюдов пиши, под названием – живая природа побеждает не живую.

Но меня мало интересовали местные извивы природной красоты вокруг, а куда больше заботило то, как бы не попасть в зубы какому-нибудь генномодифицированному лесному хищнику, или вновь не наткнуться на патрульный робот, с напрочь закороченными его электронными мозгами.

Поэтому я шел вперед очень осторожно, поминутно останавливаясь и прислушиваясь к тревожащим лесным звукам. А так же переведя свой тактический шлем в режим ночного видения, а на верной Спектре включив тепловизор.

Ибо осторожности никогда не бывает много. Особенно сейчас, когда очнувшийся от симптомов далекой войны мир напрочь забыл, что человек он вообще-то его хозяин и есть его вообще-то нельзя.

Итак, каждый из моих приборов наблюдения по отдельности имел свои минусы, а вот работая вместе, они давали только плюсы. Так как, например, тепловизор отлично видел в полной темноте различные тепловые сигнатуры, и даже на больших расстояниях.

Но он совершенно не видел через стекло или с его помощью нельзя было прочитать текст или карту. Так как ни текст, ни рисунок на карте не излучал тепло. А так же тепловизор не увидит проволоку от растяжки или просто мину в наглую лежащую на тропе.

А большой камень набравший тепло за день, вообще мог вас легко обмануть, показавшись через тепловизор крупной и опасной целью. Поэтому и получалось так, что прибор ночного видения просто усиливал человеческое зрение, а вот тепловизор показывал то, что было ему не доступно.

И действительно огромные каменные глыбы, нагревшиеся за день от солнца, при взгляде на них через тепловизионный прибор создавали ощущение того, что я иду среди зданий тускло освещенных неоновой подсветкой. Но стоило только мне взглянуть на них через прибор ночного видения, как весь ночной пылающий лес тут же окрашивался в однотонный серо-зеленый пейзаж.

По которому, правда, я гулял не долго, так как вскоре выбрался на невысокую гряду холмов, с которой открывался прекрасный вид на лежащий внизу, в чаше давно заброшенного карьера обычный шахтерский поселок.

И если раньше любой заблудившийся человек, выбравшийся к людям, тут же радостно бросился бы к ним навстречу, то сейчас, после всемирного раскола и раздрая, делать этого ни в коем случае было нельзя.

Так как люди живущие в нём, запросто могли быть, как замороченными сектантами, верящими во что угодно кроме здравого смысла, и поэтому практикующие кровавые жертвы, так и самыми обычными банальными каннибалами.

Пару поселков которых, я и зачищал под ноль, ещё во время своей службы в рядах сил городского правопорядка. И при этом насмотревшись там на всякого рода разное страшное и даже ужасное.

Вот по этой самой причине я сейчас и залег между двух больших каменных глыб, предоставивших мне, как прекрасную защиту, так и прекрасный обзор. На лежащий внизу в самой гигантской котлованной чаше ярко-освещенный мощными фонарями и прожекторами посёлок.

Ну и вот, что я и говорил. Стоило только мне в своём тактическом шлеме отключить прибор ночного видения, и за место него на полную мощность врубить сканер-дальномер, как передо мной во всей своей красоте развернулось очередное неприглядное действо полностью деградировавшего местного человеческого сообщества.

Глава 5.
Казнь

А именно готовящаяся казнь двух людей, мужчины и женщины, сейчас крепко притянутых цепями к двум коротким бетонным столбам. Накрепко врытых в землю в том самом месте, которое своей открытостью и обширностью могло смело претендовать на звание местной центральной площади, всего этого хаотично расползшегося во все стороны, богом забытого шахтерского поселения.

И вот сейчас, вокруг двух этих несчастных приговоренных, ходила высокая фигура в сером балахоне с накинутым на голову капюшоном, и что-то обвинительно вещала огромной толпе народа.

Которая плотным кольцом окружала площадь, и состояла в основном из обычных заморенных жизнью работяг, одетых по принципу достойная бедность в пропыленные до неузнаваемости цвета рабочие робы.

А вот уже оцепление вокруг площади, как изнутри её, так и снаружи, держали уже самые настоящие бойцы, вооруженные различным, пусть и устаревшим, но вполне себе ещё серьезным огнестрельным оружием. А так же все, как один, имеющие бритые на лысо головы с нанесенными на них практически идентичными военными татуировками.

Что говорило о том, что я сейчас вижу перед собой не просто банду, не пойми каких индивидов сошедшихся вместе. А самое настоящее воинское подразделение, то ли сто лет тому назад забытое здесь, а то ли просто дезертировавшее сюда, да так здесь и оставшееся.

И да, кстати говоря, то, что эти вооруженные люди здесь заправляют, для нынешних смутных времен было самой обычной практикой. Когда любой бандит, имеющий в руках автомат, а за спиной десяток таких же бандитов, может объявить себя властью в любом некрупном оторванном от снабжения и связи поселении.

И вернее даже вопрос при этом будет стоять не столько в захвате власти, как таковой, а скорее всего в её удержании. Так как бандитов с автоматами в пустошах всегда было много, а вот ценных кусков для них уже нет.

Вот и поэтому и предписывала одна из сталкерских директив не вмешиваться нам в бандитские разборки местного уровня. Дабы эта бандитствующая опухоль на теле человечества со временем пожрала сама себя.

Итак, я наконец-то перестал рассматривать окружающий антураж и вновь сосредоточил свое внимание на высокой балахонистой фигуре. Которая, словно бы решив мне подыграть, вдруг остановилась на одном месте и откинула со своей головы свой глубокий капюшон.

Оба на, да это же киборг, я даже затаил дыхание от удивления, одна часть лица которого левая была полностью человеческой, а вторая правая собранной из металлизированной псевдоплоти, с красным тактическим видео-сенсором вместо глаза.

А что было самым интересным, так это то, что судя по татуировкам на его полностью лысом черепе этот киборг был из военных. То ли забытый здесь после начала семидневной войны, а может быть и просто дезертировавший сюда из своего воинского подразделения.

Так как киборги, это вам не бездушные роботы, и они мыслят точно так же, как и обычные люди. И то, что их человеческий биологический организм содержит какое-то количество небиологических машинных, и в частности электронных компонентов ничего не меняло.

И вот грозный киборг наконец-то прекратил свои кругообразные хождения по площади, встал напротив прикованных к столбам людей, и что-то строго у них спросил, на что те стали ему что-то объяснять. И мне было жаль, что я находился очень далеко и не мог слышать, о чем они говорят, а читать по губам я не умел.

Но вот, видимо, вершащему суд киборгу надоело слушать оправдание приговоренной пары, и он раздраженно махнул рукой, двоим своим подручным. Которые тут же быстро подскочили к прикованным, и как я уже понял полностью осужденным людям, и вылили на них по ведру какой-то жидкости.

После чего судья-киборг вытянул в сторону облитых жертв свои руки, и из рукавов его балахона тут же вылетели две злые голубые искры и ударили в облитых жертв. Которые от такого соприкосновения тут же вспыхнули.

Плоть их мгновенно истаяла в ревущем красном пламени, а кости почернели и осыпались вниз двумя неопрятными кучками. И всё это произошло меньше чем за секунду, и моргни я в этот момент, и уже ничего бы не увидел, просто вот два человека были, а вот их уже и нет.

Вооруженные оружием люди, видя такую картину, что-то одобряюще прокричали, а безоружные лишь равнодушно промолчали, и толпа быстро стала редеть. И не прошло и двух минут, как на хорошо утоптанной земляной площади никого уже не осталось, а вместе с толпой исчез и киборг.

И только тут я заметил стоящую недалеко от коротких бетонных столбов большую клетку, в которой сидели две худенькие, очень похожие друг на друга девушки, только-только вошедшие в пору взрослой жизни.

И которые сейчас, вцепившись своими худенькими ручками в толстые железные прутья решеток, пытались их безрезультатно выломать. Я выкрутил уровень разрешения своего сканера-дальномера на максимум, ловя в его фокус лица обеих беснующихся сейчас в клетке девушек, и мне всё стало ясным.

Уж очень они были схожи, как друг с дружкой, так и с казненной только что парой. Поэтому не оставалось никаких сомнений, что на их глазах только что убили их родителей.

И даже не знаю, были ли они в чём-то виноваты или нет, но, вот этих девчонок, я решил спасти. То ли моё прошлое в силах городского правопорядка напомнила о себе, а то ли склад характера был такой, патологически справедливый.

Но стоило только луне, до этого ярко освещавшей всю окружавшую местность скрыться в темных ночных облаках, как я, выбравшись из-за своих надежных камней, словно большая ящерица пополз в сторону, как оказалось, такого непредсказуемого шахтерского поселка.

При этом, как учили, каждые 50 метров застывая и сканируя местность на предмет всевозможных опасностей. И может быть, конечно, я и зря так осторожничал, тем более, что мой сталкерский комбинезон, созданный из умных нанонитей, уже сам поменял свой цвет на очень темный и слился с окружающим ландшафтом.

Но, как мне вдалбливали весь курс обучения в академии Дальнего Дозора, осторожности много не бывает. Да и бывший военный киборг мог серьёзно тут всё организовать, в смысле патрульно-караульной службы.

Так как обычно эти существа ничего другого не знали, не умели и не хотели. Ну вот, о чем я и говорил, внезапно застыв у самой кромки поселка, и пытаясь найти в сети многочисленных блуждающих патрулей брешь.

И всё получалось так, что выходя из зоны видимости одного из них, я тут же попадал в зону видимости уже другого. Но всё же, бандиты это вам не кадровые солдаты. И выдерживать методичную и выверенную до шага схему патрулирования они не могли, ну или просто не очень-то и хотели.

И вот уже спустя пару часов, которые я провел неподвижно лежа в тени большой каменной глыбы, старательно изображая из себя простое темное пятно, где-то группки местных горе-вояк сильно сблизились одна с другой, а где-то и наоборот сильно растянулись.

Отчего я наконец-то, выбрав удачный момент, одним рывком быстро перебежал неширокое открытое пространство, отделявшее большие каменные глыбы от больших каменных домов, и испуганным зверьком юркнул в густую тень одного из них.

Ну, а дальше, как говориться, было дело техники. Мой тепловизионный прибор заранее предупреждал меня о больших тепловых сигнатурах, излучаемых местным патрульными издалека, чтобы я мог заранее убраться с их пути.

Так что уже спустя час такой моей игры с ними в прятки, я все же подобрался к большой железной клетке, в которой сейчас лежала без движения и кажется спала всего лишь одна худенькая девушка.

Не понял, а где вторая? Я прижался боком к железным прутьям решетки и стал внимательно осматриваться, и тут же едва не заорал от неожиданности. Когда левая рука казалось бы спящей девчонки с силой вцепилась в мою правую ногу.

Едва не двинув ей от неожиданности прикладом в лоб, я выразительно посмотрел на неё, пытаясь взглядом рассказать ей всё то, что сейчас о ней думаю. Но та лишь ещё теснее прижалась к решётке и не отпуская моей ноги прошептала мне почти что в самое ухо.

– По-мо-ги.

Именно так по слогам. Я же вместо ответа тут же достал портативный лазерный резак, размером всего лишь с маленький пистолет, и включив его на полную мощность, его ярким десятисантиметровым лучом стал резать дужку толстого замка.

И всего лишь несколько секунд потребовалось новенькому чуду технологий, чтобы победить гнутый и ржавый металлический прут, и большой замок наконец-то беззвучно упал вниз, предусмотрительно подхваченный тонкими, но сильными девичьими руками

Глава 6.

Побег

После чего дверь большой клетки с тихим скрипом отварилась и девушка быстрой и бесшумной лаской, вплотную притершись ко мне, исчезла в темноте.

– Вот те раз – подумал я.

– Вот тебе и благодарность.

– А вот тебе и два – шёпотом выругался я вслед за своей мыслью, когда заметил, что вместе с наглой девчонкой канул в темноту и мой нож-диверсанта.

Между прочим, из тристронциевого практически не разрушаемого сплава с обоюдоострой мономолекулярной заточкой.

Но вот вдруг в темноте неподалёку раздался какой-то шорох, потом звук упавшей большой кучи мокрого белья, и шустрая девчонка вернулась ко мне. Одной рукой протягивая мне мой же нож, рукоятью вперед, а в другой неся автомат, даже не знаю у кого ею сейчас здесь отнятый.

А спросить я её об этом просто не успел. Так как она, смешно сморщив свою моську, словно то ли принюхалась к чему-то, а то ли прислушалась, а затем, призывно махнув мне рукой следовать за ней, осторожной рысью побежала в темноту. Ну, а я же последовал за ней.

И впрочем ни разу об этом не пожалел, так как вела она нас хоть и через какие-то уж чересчур узкие и чрезвычайно извилистые переулки, но ни разу не вывела нас ни на один из вражеских патрулей. Что, как казалось мне раньше, было просто невозможно.

– Кстати, а куда это мы бежим? – всплыл в моей голове очень интересный вопрос.

Но тут в ночном воздухе повеяло речной сыростью, и интересный вопрос закрылся сам собой. Ибо действительно, уже через пять минут быстрого бега, мы с неугомонной девчонкой неожиданно выскочили на песчаный речной пляж, с которого вглубь реки уходила короткая, но широкая деревянная пристань.

От которой сейчас и отходило небольшое речное судёнышко, весело освещавшее себе путь десятком разноцветных прожекторов. С палубы которого два вооруженных амбала сейчас и утаскивали в его трюм искомую нами вторую девушку.

– Шира! Я найду тебя! – никого не стесняясь и не боясь, вовсю мочь своих легких заорала моя спутница, сразу же похерев всю нашу маскировку.

И тут же короткими злыми очередями стала лупить из своего трофейного автомата по рубке удалявшегося от нас корабля.

На которой тут же и засверкали яркие, особенно в темной ночной мгле искры, выбиваемые её пулями, а кто-то из членов команды даже свалился за борт. Но затем все прожектора уплывающего судна, как по команде погасли, и оно без следа растворился в темноте.

И всё это моя бешеная спутница проделала на глазах у пятерки местных вооруженных бандитов, которые охраняли пристань, и не положили нас сразу же только из-за того, что они находились в пятне света дававшего уплывшим кораблём, а мы в темноте.

Ну, а дальше, они уже сделать ничего не успели. Так как уже я с разбега упав своим животом на холодный речной песок, открыл по ним огонь из своей Спектры, короткими очередями с отсечкой в три патрона.

Рой ответных пуль тут же с визгом пронесся над моей головой, но стрелять наугад в темноту, это не то же самое, что по освещенным, словно в тире целям, и поэтому ни одна из их пуль и не нашла свою цель. В то время, как мои, наоборот, очень даже точно попали, свалив на деревянный помост всю местную бандитствующую пятерку.

И если моя «Спектра» стреляла вполне себе тихо, то крупнокалиберный автомат воинственной девчонки грохотал просто таки на всю округу. Отчего поселок за нашими спинами стал просыпаться.

Один за другим стали вспыхивать большие прожектора, заливая местность вокруг себя ярким электрическим светом. Стала слышна заполошная перекличка часовых и патрулей, а в центре всего этого небольшого городка вообще взвыла сирена, словно предупреждая его жителей о внезапном авианалете.

– Ыыы! – трясясь от ярости, буквально провыла моя спутница, и взбешенной тигрицей кинулась на деревянный помост пристани.

– Куда? – прокричал я ей вслед быстро меняя расстрелянный магазин своей штурмовой винтовки на полный.

– Там могут быть живые!

– Они то, мне и нужны! – донеслось ко мне из темноты, так как речной корабль уже уплыл, погрузив всю эту часть речного берега в непроглядную ночную мглу.

Правда, ненадолго, ведь стоило только мне, в своем тактическом шлеме, вновь включить прибор ночного видения, как всё вокруг вновь окрасилось тусклым серо-зеленым светом.

В котором я увидел, как ураганом влетевшая на пристань девчонка, с разбега обеими своими коленями обрушилась на грудь одному из раненых бандитов, отчего у того бедолаги изо рта аж выплеснулся небольшой фонтанчик крови. А затем, схватив его за грудки начала рычать ему прямо в лицо.

– Кто это был, кто?

– И куда увезли мою сестру?

– Отвечай падаль! Живо!

Но раненый бандит, видимо, решил поиграть с ней в несгибаемый железный прут и ответил ей что-то нелицеприятное. Отчего у моей нечаянной спутницы вообще окончательно снесло крышу, и она, выхватив у допрашиваемого бандита из-за пояса его же нож, тут же вонзила его тому неглубоко в его живот.

Причем, тут же став его медленно проворачивать в ране, и при этом ласково приговаривать.

– Ты мне всё расскажешь, всё расскажешь, всё.

Двухметровый здоровенный и полностью лысый бандит от таких её действий скулил, сучил ногами и пытался из-под неё выползти. Но эта живодерка навалившись на того всем своим весом, и придавив его руки своими коленями к деревянному помосту пристани, всё продолжала наматывать его кишки на его же нож. Причём, делала она это с таким равнодушным видом, словно вставляла нитку в иголку, а не пытала пусть и плохого, но всё же человека.

– Омнибус, это был некромант Омнибус!

– У него крепость где-то на юге!

– Он Крюку за твою сестру технологию какую-то обещал!

Наконец тонким голоском, словно суслик в когтях орла заверещал бандит, одновременно с этим плача, скуля и глотая окончания слов, но взбесившуюся девицу уже было не остановить.

– Не верю, не верю – рассерженной змеёй шипела она в лицо пытаемого ею бедолаги, всё глубже всаживая в того нож, отчего тот в какой-то момент в последний раз дернулся и замер.

– Ыыы! – вновь разочарованно взвыла моя случайная спутница, и все так же держа в руке большой окровавленный нож, стала быстро оглядываться вокруг себя в поисках других ещё живых бандитов.

Но те или действительно были все мертвы, или усиленно делали вид, что это так и есть. Только никто из них даже не пошевелился и не издал даже тихого стона. А потом на песчаный прибрежный пляж вынеслась целая волна различного вооруженного люда, и на нашу пристань обрушился буквально град разнокалиберных пуль.

Отчего нам с бешеной зверюгой, которая только притворялась милой худенькой девушкой, пришлось тут же сигать в черную ночную воду. Надеясь лишь на то, что здесь не водятся опасные речные хищники, ну или они уплыли отсюда куда-либо по своим хищническим делам.

Глава 7.
Ночной лес

Речная вода, щедро нагретая за день солнцем, была теплой. И наше вынужденное купание в ней можно было бы назвать даже приятным, если бы не дождь свинцовых пуль буквально пенящих её вокруг наших голов, а так же иногда звонко цокающих по керамическому покрытию моего сталкерского черепахоподобного рюкзака.

И если бы не быстрое течение, в объятия которого мы попали сразу же, как только плюхнулись в воду, то даже не знаю, удалось бы нам уйти из-под такого массированного обстрела живыми или нет.

А так мощный водный поток всё быстрее и быстрее сносил нас с линии стрельбы, и пули стали всё реже и реже петь свою смертельную песнь над нашими головами. Ну и перекрывая весь этот стрекочущий концерт, над водной гладью нам вдогонку несся рев киборга.

– Верните мне её, верните!

– Интересно, и чего это он так надрывается? – совсем не вовремя подумал я.

Так как девчонка сейчас точно так же, как и я, резво гребущая руками и ногами, была на первый взгляд самой обычной. Ну, да, в меру симпатичной, но не более того, да ещё с только-только наметившейся грудью.

Так что, как по мне, с точки зрения любовных утех, так себе была девчонка, тьфу, а не девчонка. И совсем не стоила она той кутерьмы, которая сейчас разразилась из-за её побега.

Так как уже более десятка больших прожекторов, притащенных на берег местными бандитами, своими светящимися щупальцами осторожно щупали черную ночную водную поверхность во всех направлениях.

А местные бандиты всё лупили и лупили из всех своих стволов, на любой подозрительный всплеск, движение или просто блик. Отчего я всё никак не мог понять, они хотят вернуть сбежавшую от них девушку или просто пристрелить её.

– Безумие какое-то – так и не придя к окончательному ответу, подумал я про себя, и наконец-то коснулся ногами речного дна.

Далее же мы вместе с воинственной девицей быстро выбрались на берег, дабы не искушать своими аппетитными телами различных речных тварей, и тут девушка упала. Затем тут же поднялась, схватилась за бок и снова упала.

Так, а вот это, уже не есть хорошо. Я быстро огляделся по сторонам, схватил доставшуюся мне по воле случая девушку за плечи и быстро заволок её за толстые стволы ближайших деревья. А затем, включив фонарь-диверсанта, дающий направленный луч света только строго вперед, а никак не в стороны, стал осматривать её бок.

И да, чья-то пуля разворотила его знатно, пройдя по касательной, она оставила за собой кровавую борозду сантиметров в пятнадцать. Которую я тут же и залил обеззараживающим быстросхватывающимся гелем, который прямо на глазах закрыл рану очень похожей на древесную кору коркой.

Ну, а затем, взвалив уже окончательно потерявшую к этому времени сознание безбашенную девчонку себе на плечи, осторожно озираясь по сторонам, пошёл прямо в темный ночной лес. Совершенно не зная чего от него ожидать.

То ли поляны с редкими регенеративными грибами, а то ли клонированного медведя-шатуна с генномодифицированным вирусом бешенства внутри, специально созданным для того чтобы нападать на всех у кого меньше четырех ног, ну или лап.

И первый час своего такого вынужденного экстремального движения, так как по ночному лесу просто так не ходят, никогда, и не просто так тоже, веса своей тощей захребетницы я почти что не чувствовал.

Но, а уже на второй мои плечи стали слегка уставать. На третий же час мне уже стало казаться, что я тащу на своих плечах здоровенную такую бабищу, ну, а на четвертый, что никак не меньше чем целую корову, причем скрещенную с бегемотом.

Так что нужно было срочно отдохнуть, да и не думал я, что бандиты, от которых мы так удачно удрали, тут же сразу кинутся за нами в погоню. Ибо, даже в дневном лесу, можно было запросто нарваться на целую кучу различных опасностей и неприятностей.

Начиная от обычных лиан-душительниц и заканчивая стаей волков-убийц, называемых так из-за того, что они убивают всех кого заметят, не только ради пропитания, а просто так, из-за усиленного в них когда-то гена агрессии.

Ну, а уже в ночном лесу, так и вообще, можно было просто и не заметить, что тебя убило. И вот поэтому, когда я увидел на обычной лесной поляне отдельно-стоящее и судя по его виду очень давно заброшенное здание, то обрадовался ему просто не реально.

И куда только усталость делась. Я чуть ли не бегом забежал в это здание-подарок, и тут же, даже не снимая со своей спины висящую на ней в отключке свою спутницу, стал его осматривать изнутри. Сначала через прибор ночного видения своего тактического шлема, а потом и через тепловизионный прицел своей винтовки.

И тут же начал стрелять в ближайшую ко мне тепловую сигнатуру, которую только заметил, даже ещё толком и не разбираясь, кому она принадлежит. Ибо, как вбивали нам в головы инструкторы из академии Дальнего Дозора, кто много думает – тот мало живёт.

И тут же целых три больших, своей длиной не менее моего роста, бурых, лесных сколопендры, видимо поняв, что их засада раскрыта, широкими извивающимися лентами быстро потекли ко мне. Отчего у меня остался только один выход, а именно быстро и точно расстрелять их, так как убежать от этих больших и быстрых насекомых было просто не возможно.

И поэтому со смертельной методичностью крупнокалиберные разрывные пули Спектры, с треском проламывали толстый хитин этих монстров, а их зеленая кровь небольшими фонтанчиками так и летела во все стороны.

Но большие насекомые казалось этого даже и не замечали, быстро сокращая расстояние между мной и ими. Ну, а я же, не давая своему вспыхнувшему внутри страху перерасти в откровенную панику, и этим лишить меня жизни, всё продолжал и продолжал стрелять.

И это всё же, дало свои результаты. Так как первую из больших сколопендр мне удалось расстрелять ещё издалека, примерно в тридцати шагах от себя, вторую уже в двадцати, ну, а последней я разнес её уродливую голову буквально в метре от своей правой ноги.

Когда эта хищная зверюга уже радостно разевала свои огромные серпообразные и сочащиеся ядом жвала, чтобы впиться ими в меня. После чего штурмовой винтовочный магазин на тридцать три патрона закончился, затвор сухо лязгнул впустую, и наступила практически мертвая тишина.

Я наконец-то сгрузил свою снулую захребетницу на узкую пластиковую дверь, валявшуюся здесь же неподалёку, вставил новый магазин в «Спектру», и ещё раз более внимательно осмотрелся на предмет новых хищных врагов.

И хоть осторожности много не бывает, но это было не в этот раз. Так как в той местности, в которой водились эти хищные многоножки, не водилось больше никого и ничего. Ибо жрали они всех, а кого не жрали того кусали.

А если учесть то, что верхняя часть этих огромных сколопендр своим видом полностью повторяла ворох сухих лесных листьев, то можно было запросто сначала лишиться ноги, и только потом увидеть, кто же это её отгрыз. Так что были эти опасные существа, этакими живыми минами в действии.

Правда сейчас такая грозная их репутация, сослужит мне и моей бессознательной спутнице хорошую такую службу. Ибо не было ни одного хищного зверя, обычного или даже с измененными генами, который сам бы по собственной воле полез в логово больших сколопендр.

Поэтому я перетащил свою нежданную спутницу в самую середину треугольника, образованного расстрелянными тушками сколопендр, привалился к ней спиной, обнял обеими руками свою верную «Спектру» и спокойно заснул.

Правда, перед этим, все равно не забыв по периметру своей лежки воткнуть в землю четыре сторожевых модуля. Представлявших из себя короткий металлический штырь с металлическим же шаром на конце, который улавливал любую вибрацию вокруг себя вплоть до самой слабой.

И если только такое случиться, то тонкий браслет на моей руке тут же начнет биться током, и чем ближе будет опасность, тем сильнее будет разряд, так что проснешься обязательно, как бы крепко при этом не спал. В общем осторожности много не бывает.

Глава 8.
Кто такие метаморфы

Проснулся я от того, что моего носа коснулись будоражущие аппетит запахи жарящегося мяса.

– Хозяин! – тут же взревел мой желудок.

– Хочу, хочу, хочу!

Я открыл глаза и сел. Моя спутница, вроде бы, полностью оклемавшаяся, каким-то образом умудрилась разжечь костер и сейчас жарила над его углями целый десяток ног от настрелянных мной вчера сколопендр. И наконец-то при свете нового только что нарождающегося дня я смог рассмотреть спасенную мною девушку так сказать в деталях.

Высокая фигура профессиональной спортсменки, короткие и светлые волосы до плеч, зеленые, прямо таки изумрудные глаза, которыми она сейчас, словно норовистая лошадь слегка косилась на меня. И очень красивая идеальной формы грудь, с набухшими и смотрящими смело вперед сосками, сейчас легко угадывающимися под тонкой тканью её комбинезона.

Стоп! Меня пронзила нехорошая догадка. Какая грудь? Ещё вчера не было никакой груди. И пусть лицо своей свалившейся на меня случайно спутницы я в ночной темноте разглядел плохо, то манящие своей привлекательностью женские округлости пропустить ну никак не мог.

А затем внезапная догадка и предаффектное состояние накрыли меня разом, и я схватив валявшуюся рядом какую-то палку попробовал зарядить ею наглой девчонке по лбу.

Но та, взвизгнув от неожиданности, легко уклонилась от моего замаха, после чего наскипидаренной белкой быстро метнулась за какой-то валявшийся здесь же, то ли ящик, то ли шкаф.

– Так ты метаморф! – орал я, грозно размахивая толстым древесным прутом и совершенно забыв о том, что вообще-то нам надо бы сохранять маскировку.

– И что? – нагло заявила мне эта светловолосая стерва без всякого раскаяния в голосе.

– Ты что расист?

– Да на вас любые раны заживают в течение часа, даже самые тяжелые! – все так же орал я.

– А я на себе пер тебя, чуть ли не всю ночь!

Моему возмущению просто не было предела, и я стал быстро обходить разделяющее нас препятствие по часовой стрелке. На что наглая девчонка, чутко следящая за моими действиями, тут же стала смещаться в противоположную от меня сторону.

– Ну – задумчиво протянула она, поднимая свои глаза к потолку старого здания приютившего нас и как бы что-то припоминая.

– Допустим не всю ночь, а только её половину.

Моя злость начавшая было утихать, только услышав эти слова, тут же всколыхнулась и словно потревоженная кобра вновь подняла свою голову. И я надеясь в длинном выпаде все таки достать наглую стерву древесным прутом и стегануть её пониже спины, резко рванулся вперед.

Но тут же неудачно ударился коленом об угол злополучного шкафа и зашипел от боли. Девчонка же быстро оказалась со мной рядом, подставила мне хрупкое своё плечо, подхватила меня под руку, и хромающего повела обратно к костру.

– Я с тобой ещё не закончил – сквозь зубы проворчал я, но помощь всё же принял.

– Ага – только неопределённо ответила мне эта оторва, усаживая меня на валявшуюся у костра пластиковую дверь и вручая мне лопнувшую от собственного сока хорошо прожаренную ногу сколопендры.

И я хотел сказать ей ещё что-то назидательное или поучительное, но тут зверь, сидящий в каждом из нас, наконец-то победил человека, и мой организм сам по себе впился своими зубами в брызжущее соком мясо.

Девушка же уселась рядом со мной, слегка коснувшись моего плеча, тоже стала есть уже хорошо прожарившееся мясо огромной многоножки и без просьбы рассказывать мне всю свою историю.

Меня зовут Кара – грустно произнесла она, смотря на огонь маленького костерка. И сколько себя помню, мы всегда кочевали, от племени к племени, от одного поселка к другому.

Так как скрывать наши способности к повышенной регенерации какое-либо долгое время было просто невозможно. И все нас тут же начинали считать колдунами, демонами или энергетическими вампирами, незаметно тянущими жизнь из окружающих, чтобы самим не стареть и не болеть.

Тем более, что наши родители действительно не старели, и этим, как бы невольно подтверждали все те бредовые идеи, которые со временем неизбежно складывались вокруг нас.

А объяснить темным и невежественным людям, что наши способности обусловлены просто лишь подвижными белковыми цепями, в отличии от их обычных стационарных, нам никак не удавалось, и мы снова отправлялись в путь.

В этот же шахтерский поселок – Кара махнула недоеденной ногой сколопендры куда-то себе за спину.

Мы приехали лет пять назад и вроде бы неплохо так в нём прижились. Мать работала учительницей, а отец ещё до войны был неплохим врачом, которых всегда и везде не хватает.

Да и люди в том поселке подобрались в целом не плохие, по крайней мере, не скатившиеся ещё окончательно в деградацию, а так же работящие и не сующие свой нос в чужие дела.

И мы уже было поверили, что наконец-то нашли свой дом, как наш поселок захватила банда Крюка. Ну ты видел того киборга – девушка вновь ткнула ногой сколопендры, словно указкой себе за спину.

Впрочем, в этом не было ничего удивительного. Так как солдаты не умеют работать, а из работников получаются плохие солдаты, то со временем, по крайней мере, везде, где мы жили, и образовывались такие вот адаптивные социальные конгломерации, как по-научному называла их наша мама.

Кара замолчала, нахмурилась, тяжело вздохнула, немного покусала свои красивые пухлые губы, и я уже начал было думать, что продолжение истории не будет, как девушка заговорила вновь.

А потом Крюк узнал, что мы метаморфы и просто сошел с ума. Он сулил отцу любые подарки, любую должность в нашем поселке и любую цену за секрет, как трансформировать клетки своего организма.

Но отец, каждый раз ему объяснял, что такой информацией владели только те генетики, которые разрабатывали те генномодификанты, которые вкалывали ему, нашей матери и ещё десятку добровольцев согласившихся на такое, ещё до начала войны и ещё в его родном полисе.

И жив ли кто сейчас из тех в прямом смысле этого слова гениальных ученых, он не знает, так как его родной город был практически полностью разрушен, ещё впервые дни той далёкой ужасной войны.

Но Крюк от таких его ответов только зверел и с каждым днем все больше и больше, при этом каждый раз повторяя только одно, что отец просто не хочет делиться с ним такой ценной информацией и скоро об этом очень пожалеет.

Мы все понимали, что это не шутка и нам нужно, как можно быстрее валить из ставшего уже родным поселка, но нас кто-то предал. Нас всех схватили и в тот же день обвинили в краже всех добытых поселком за последние два месяца иридиевых кристаллов, ну а дальше, а дальше ты и сам всё видел.

Лицо хрупкой девушки внезапно исказилось от злости, и она крепко схватив меня за ткань комбинезона у меня на груди, стала так сильно меня трясти, словно это не она была на двадцать килограмм легче меня, а наоборот.

– Ты должен мне помочь – шипела она мне в лицо рассерженной кошкой.

– Ты должен мне помочь найти мою сестру, у меня больше никого не осталась – трепала меня Кара так, словно щенок свой любимый тапочек.

Отчего моя голова трепыхалась из стороны в сторону, словно тряпичная. Но вот, в какой-то момент, наши щеки соприкоснулись, потом губы, а потом мы уже и сами слились в одном долгом и жарком поцелуе.

Наши руки кинулись раздевать друг друга, а затем наши тела столкнулись в яростном клинче, не столько даря друг другу наслаждение, сколько сбрасывая напряжение последних безумных часов.

Но оставаться надолго в приютившем нас здании было нельзя.

– Кара, а Крюк будет тебя искать? – спросил я у девушки, как только мы натянули свою одежду обратно.

– А то! – девушка аж вся вскинулась от очевидности такого ответа.

– Обязательно будет, ещё как будет!

– Помнишь, что сказал тот бандит?

– Некромант обещал ему технологию, вероятней всего позволяющую из крови метаморфа сделать мутаген, вколов который можно самому стать метаморфом.

– А за такое этот долбанный киборг всю землю перевернёт и вывернет.

– Так что, когда он к нам придёт, нам нужно будет его просто убить – таким выводом подытожила Кара своё мнение, при этом легко и просто записав меня в солдаты своего отряда.

Глава 9.
Охота началась

Я же на такое её заявление только многозначительно хмыкнул, а затем достал свой коммуникатор и стал набивать в нём сообщение.

– Кому: Центр

– Статус: Сталкер

– Позывной: «Леший»

– Идентификационный номер: 779051

– Запрос: Прошу разрешить свободный поиск на неопределенное время.

Сообщение ушло, и я вновь посмотрел на Кару, сноровисто сооружающую из двух больших листьев и нескольких гибких лиан удобный рюкзачок для переноски жареных лапок сколопендр. Молодец она, однако, хозяйственная.

– Кара – позвал я её.

– Ты что-нибудь знаешь про некромантов, может быть, тот бандит просто врал?

– Так как эльфов, гномов и орков я видел, про вервольфов и вампиров слышал, а вот про некромантов узнаю впервые.

Кара не стала отвлекаться от своего занятия, теперь уже дополнительно перекладывая жаренное мясо сочными душистыми листьями.

– Не врал он – чем-то недовольная буркнула она.

– Действительно есть такая, то ли группа, то ли секта, которая гордо именует себя – Некромантами.

– Мы с семьёй за время своих скитаний, кого только не видели, вот пару раз и натыкались на их эмиссаров.

– Только нет в них ничего грозного или мистического.

– Просто они как-то создали, ну или где-то раскопали оставшуюся ещё после войны технологию создания из людей послушных зомби.

– Делают таким бедолагам попавшим в их лапы полную лоботомию головного мозга, стирая их личность.

– А затем заменяют их кровь на нано-консервант под названием – Алмазный элексир, и в результате получают практически вечных зомби.

– Ну и чем не хорошо?

– Всем не хорошо – не поддержал я злой шутки девушки.

– Когда я ещё служил в силах городского правопорядка, мы как-то накрыли одну химлабораторию, как раз и производившую такой вот наркотик, превращавший людей в тех же зомби.

– И я скажу тебе, что это действительно было страшно, когда нашу роту едва ли в сотню бойцов, затопила толпа, чуть ли не десять раз больше.

– Причем сплошь состоящая из людей совершенно не собиравшихся умирать, даже от автоматной очереди в упор.

– Нас тогда едва не разорвали, даже не смотря на то, что все мы были в тяжёлой штурмовой броне.

– Так что зомби, это серьёзно.

– Зомби это серьёзно – послушно за мной повторила Кара, поднялась на ноги и закинула себе за спину компактный вещь-мешок, очень умело сооруженный ею из больших листьев и длинных лиан.

– Нам нужно идти, Крюк так просто не успокоиться.

– Погоди – я всё же решил для себя дилемму из разряда быть или не быть, в смысле расстаться мне с почти что тысячей кредитов или не расстаться, и всё же решил расстаться.

Ибо, как говорили наши инструктора из академии Дальнего Дозора, если пожалеешь денег на одну партию патронов, то за второй можешь уже не вернуться.

Так что я безжалостно достал из своего сталкерского рюкзака мощный блок питания, снятый мной с роботизированной Гончей, которая меня не так давно едва не прикончила, и разгребя в стороны уже порядком остывшие угли нашего костра, стал зарывать его в землю.

Кара же, не на шутку заинтересовавшись моими действиями, тут же высыпала на его полуцилиндрический корпус сверху две полных горсти каких-то мелких железок, которые она быстро насобирала вокруг.

А на мой косой взгляд, откуда это она знает, как усилить поражающий эффект от объемного взрыва? Ответила мне честным и открытым, поистине лошадиным взглядом, мол, ничего не знаю, куда хозяин направляет, туда и скачу.

Ну, да ладно, не время сейчас и не место устраивать личностные разборки. Я укрыл нашу самодельную мину тонким слоем земли, вернул на место золу от костра и выпрямился.

Кара стояла рядом с задумчивым выражением лица и высунув кончик языка с восхищением в глазах смотрела на меня. То ли восторгаясь моим коварством, а то ли просто впитывая полезную для себя информацию.

Я же говорю, очень странная и необычная девушка. Ибо на вид ей, на первый взгляд только-только исполнилось восемнадцать лет, а ведет она себя, как прожженная и прошедшая ни одну войну диверсантка.

– Думаешь, сработает? – вопросительно ткнула она своим мизинчиком в мою закладку.

– А то! – я аж немного обиделся от такого её недоверия к моей хитроумности.

– Ты только представь себе, вот приходит уставшая группа на место чьей-то стоянки и видит вот очаг, а вот и дрова для него, ну и кто же из них будет его переносить?

– Скорей всего, они тут же запалят костерок, усядутся вокруг него кружком и начнут на нём разогревать паёк, вот тут-то наша бомба и сработает.

– Любые блоки питания не любят излишнего нагрева, а такие старые особенно.

Невежливо прерывая нашу беседу пиликнул мой коммуникатор. Ну-ка, ну-ка, полез я его доставать из рюкзака, что там решили отцы-командиры.

– Центр «Лешему» – так, это можно пропустить.

А вот и оно.

– Вам разрешён свободный поиск, сроком на три месяца.

– Затем свяжитесь с центром, и мы скорректируем ваши действия.

– За каждые 100 километров разведанного вами пути, вам будет начисляться 10 000 кредитов.

– Плюс все найденные вами ценные объекты будут оплачиваться согласно стандарту.

– Ага – мой внутренний хомяк потер друг о друга свои мохнатые лапки.

А вот это уже что-то. Так как десять тысяч кредитов за сто километров пути, это так себе оплата, только что восполнить патроны и экипировку хватит. А вот уже различные найденные объёкты, это уже совсем другое дело.

Ну, не может же такого быть, чтобы за сто километров пути нам не попалась какая-нибудь лаборатория, электронное хранилище или автоматизированный производственный комплекс или хотя бы цех.

А это значит, что будут впереди и заработок и приключения, как раз всё то, что я и искал, поступая в академию Дальнего Дозора.

Глава 10.
Просто дорога через лес

Кара, незаметно подкравшаяся и ставшая рядом, прочитав всё тоже самое, что и я, заметно повеселела. Но под моим хмурым взглядом мигом вытянулась в струнку, как бы говоря мне.

– Да, мой генерал!

– Что прикажете, мой генерал!

– Всё сделаю, мой генерал!

Я же не принял шутливой игры девушки, так как чувствовал, что излишне мы здесь уже задержались. Поэтому просто закинул на спину свой черепахоподобный рюкзак, из которого тут же большим рассерженным шмелём вылетел «Аргус» зависший у меня над головой, и просто пошёл на выход из приютившего нас здания. А Кара же подчеркнуто послушно, ну прямо, как коза на веревке уже потопала за мной.

Идти по дневному лесу, конечно же, было намного приятнее, чем по ночному, а вот в плане безопасности большой разницы по ходу не было. Так как на смену ночным опасным хищниками пришли дневные, и это ещё был вопрос, кто из них опаснее и свирепее.

Ибо ночных волков-убийц на день сменяли медведи-шатуны, а больших сколопендр не менее большие богомолы, искусно прячущиеся в раскидистых кронах деревьев, и могущие резко выпрыгнут оттуда, чтобы мгновенно оттяпать тебе голову. Вот почему я вновь загнал в «Спектру» полный магазин разрывных пуль и теперь ни разу не выпускал её из рук.

Зато поведение моей спутницы меня просто шокировало. Она несколько раз порывалась вылезти вперед меня, а потом, видимо когда ей надоело, что я её всё время задвигаю к себе за спину, то избрала совсем другую тактику.

Она, время от времени, просто хватала меня за пояс, удерживая на месте, а в это время другой рукой швыряла в ближние или дальние кусты, а иногда и раскидистые кроны деревьев, любой большой кусок древесины подобранный тут же.

В результате чего в месте попадания полена тут же вскипал зелёный гейзер и нам являл свой лик, прятавшийся там до этой поры какой-нибудь лесной хищник. Пару раз это были лесные лигры – гибридная помесь тигров и львов, только крупнее своих родителей раза в полтора.

В другой раз на потревожившую их приманку из раскидистых кустов высыпала целая семья шакалов-вампиров, злобно посверливших нас своими красными глазами и грозно поскалив в нашу сторону свои длинные игловидные клыки, из-за которых они и получили такое своё название.

Ну и наконец-то, и не за что не поверю что случайно, моя неугомонная спутница засветила деревянным поленом по голове огромному двухметровому, как в высоту, так и в длину богомолу. Который из-за своей опасности по праву считался одним из самых опаснейших хищников любого растительного мира, хоть леса, хоть степи, а хоть бы и пустыни.

Итак, рассерженное огромное насекомое полностью зелёного цвета, неуклюже спикировав вниз из густой древесной кроны огромного дуба, где оно до этого пряталось в засаде.

Тут же грозно приподнялось на своих тонких задних лапах, и что-то яростно прострекотав, угрожающе раскинуло в стороны свои страшные изогнутые и сплошь покрытые огромными шипами передние конечности.

Которыми все гигантские богомолы этого семейства без исключения легко резали всё, что в них попадало. Начиная от плотного хитина себе подобных и заканчивая толстыми бедренными костьми больших животных.

И вот теперь мне показалось, что смертельной схватки уже точно не избежать. Так как огромное насекомое в двадцати шагах от нас, словно антенна на ветру, просто таки дрожало от нетерпения на нас наброситься.

Отчего я тут же перевел предохранитель своей штурмовой винтовки в автоматический режим, намериваясь если сразу и не убить такого большого монстра, то хотя бы сбить его самый первый и самый смертельный атакующий порыв.

Но огромный богомол почему-то не прыгнул, то ли был просто сыт, то ли посчитал, что нанесенное ему оскорбление того не стоит, а может быть наша решимость двух существ не собиравшихся ему ничего уступать его поколебала.

Но только он немного посверлил нас своими большими фасеточными глазами и ещё что-то при этом проскрежетал своими острыми жвалами, несомненно что-то очень для нас обидное.

А затем легко оттолкнулся своими тонкими и голенастыми задними лапами от лесного дерна, выпустил из под своих жестких надкрыльев на спине тонкие и радужные полупрозрачные стрекозиные крылышки, и яростно ими жужжа унесся куда-то вбок без следа исчезнув за стеной ближайших к нам деревьев.

– Видал? – чересчур довольная собой из-за моей спины вылезла моя проказливая спутница.

– Видал – я взял её за руку и развернул лицом к себе.

– Ты, как их видишь?

– Я их чую – девушка гордо показала своим указательным пальцем на свою пухлую верхнюю губу.

– У меня там терморецепторы, точно такие же, как у рептилий, так что я просто чувствую исходящее от любых живых существ тепло.

– Я молодец? – девушка отступила от меня на один шаг, чтобы я мог одним взглядом полностью окинуть всю её фигуру.

– Молодец – проворчал я.

– Теперь идешь первой.

– Да, мой дженераль! – девушка шутливо подпрыгнула на одном месте и вытянулась в струнку, походу дела, ей очень нравилась эта игра, в командира и подчиненную.

А потом развернулась и пошла вглубь опасного леса с таким равнодушным видом, словно это был обычный городской парк, а не лесной массив до краёв наполненный обычными, генномодифицированными или клонированными для войны в своё время хищниками.

Я с завистью посмотрел на прямую спину беззаботно шагающей впереди девушки, а затем перевел взгляд ниже. Оба-на, она что, себе ещё и попу отрастила, ну или нарастила, уж не знаю, как правильно называется процесс трансформации у метаморфов.

Но факт, оставался фактом. И если ещё вчера фигура этой девушки была этакой колоннообразной, без, скажем так, лишних выступающих частей, то уже сегодня она стремительно приближалась к форме песочных часов.

Как раз с выступающими в разные стороны различными привлекательными упругими окружностями. Я с трудом перевёл свой взгляд в сторону густых зелёных зарослей и только хмыкнул про себя, очень полезная девушка мне досталась во всех смыслах этого слова, очень.

Глава 11.
А вот и гости

– Кара, а что ты ещё умеешь делать? – я всё же не стал идти сзади девушки, а догнал её и пошел рядом.

– Много чего – не стала та долго раздумывать.

– Например, могу свои руки удлинить раза в два.

– Правда при этом и кости в них так же истончатся в два раза, так что они смогут сломаться просто под своим весом.

– Природу ведь не обманешь, а у неё всё просто, если где-то что-то прибыло, значит, где-то что-то убыло.

– А так без вреда для себя хорошо вижу в темноте, слух лучше чем у эльфа, в носу имею обонятельные рецепторы, такие же, как у волка, так что запахи чую едва ли не за километр.

– А самое главное, вот.

Девушка быстро сунула мне под нос свою растопыренную ладонь, пальцы которой сейчас украшали самые настоящие когти длинной сантиметра три, а то может быть даже и все четыре. Короче говоря, страшное и очень эффективное оружие ближнего боя.

– Видал? – Кара хвастаясь, помахала своей ладонью перед моим носом.

Причём её когти, как по волшебству, тут же стали загибаться вовнутрь, превращаясь из полупрямых медвежьих в серпообразные а-ля тигриные.

– Хочешь, на дерево влезу?

– Хочу, но только чтобы ты посмотрела, не идет ли за нами погоня – ответил я и лицо девушки-метаморфа мгновенно посерьёзнело.

А затем она тут же большой кошкой буквально мгновенно и едва ли не взбежала вверх по ближайшему самому толстому древесному стволу, и замерла в его кроне, прямо таки впившись взглядом в то направление из которого мы пришли.

И тут же почти что сразу же замахала мне руками, показывая ими, что она что-то видит. Так что уже через полминуты я стоял рядом с такой смелой и умелой девушкой и смотрел туда, куда она требовательно тыкала своим длинным и тонким указательным пальчиком.

Итак, получалось так, что местность, по которой мы шли все последние свои часы, всё время поднималась. Отчего теперь, то самое заброшенное здание, в котором мы провели предыдущую ночь, оказалось как бы в самом низу огромной каменной чаши, образованной невысокой горной грядой опоясывавшей её со всех сторон.

И сейчас при свете красного закатного солнца нам обоим было прекрасно видно, как из густого леса со стороны реки, оттуда откуда же вчера вышли и мы, как раз по нашим следам, сейчас выходила группа вооруженных людей.

Я выкрутил дальномер своего сканера на максимум и вгляделся в них. Да уж, только одного взгляда на этих бойцов хватило, чтобы понять, что они это очень серьёзный противник. А совсем не те расхлябанные и расхристанные бандиты, которых мы с Карой так легко положили на пристани.

Скупые и цепкие движения, кошачий шаг, постоянный мониторинг местности вокруг себя и во всех направлениях. Вышедшая из леса группа действовала, как единый механизм, причем механизм точно слаженный и годами отработанный.

Так что по всему выходило, что злобный киборг пустил по нашему следу лучших из своих цепных псов. Хотя, почему это пустил? Вон он и сам, вышел сейчас из леса последним, в своём походу дела любимом сером балахоне, и тут же рукой требовательно указал на здание, ставшее за последние сутки слишком уж посещаемым.

Группа его бойцов тут же рассыпалась, из защитного кольца перестроившись в цепь, которая растянувшись от одного конца поляны до другого, очень быстро тугой петлей захватила пустующее сейчас строение.

А затем, как по команде, полная дюжина бойцов ринулась в здание на штурм, быстро и одновременно заскакивая в уже выбитые временем окна или проникая в распахнутые двери, и исчезла в нём.

И даже и не сомневаюсь, что пока неугомонный киборг дошел до центрального входа в здание, оно уже было полностью осмотрено и зачищено его людьми от любых поползновений живности в нём.

Да уж, ещё раз подумал я про себя. Если тех вояк, с которыми я не так давно столкнулся в маленьком шахтерском поселке, никем иным кроме, как бандитами я считать не мог.

То здесь сразу было видно, что работали настоящие профи, едва ли не элитная группа спецназа. Интересно у злобного живого механойда много таких бойцов, или он вычерпал их всех, чтобы собрать такую умелую погоню.

Багровое закатное солнце почти что уже село, и поэтому, что было дальше мы с Карой рассмотреть уже не могли. Так что, потеряв всякий интерес к большой каменной чаше уже полностью утонувшей в ночном мраке, мы быстро спустились вниз, и стали так же быстро искать для себя убежище на ночь.

Которым для нас вскоре и стало огромное дупло, расположенное в стволе не менее огромного дерева. Которое легко вместило нас с нашими рюкзаками и даже позволило внутри себя развести не большой костер. Дабы разогреть оказавшимся на редкость вкусным мясо больших сколопендр.

– Переживаешь за сестру? – мне казалось спокойное поведение Кары каким-то наигранным.

– Нет! – тут же ответила та.

– Делать из метаморфа обычного рядового зомби никто не будет, так как это просто безумное расточительство.

– Так что, скорее всего, этот некромант Омнибус попробует с Широй просто подружиться, ну или хотя бы договориться, чтобы она стала его телохранителем.

– Так что думаю, что сейчас ей даже лучше чем нам.

Кара с самым наиспокойнейшим видом пожала своими тонкими плечами и продолжила с удовольствием поедать жареную лапу большой многоножки. А мне от такого её логического ряда действительно немного полегчало.

В том смысле, что нам теперь не нужно было нестись куда-то сломя голову, что неизбежно всегда вело к ошибками и зачастую фатальным. А вполне можно будет двигаться вперёд с чувством, с толком, с расстановкой, как любили говаривать у нас в академии Дальнего Дозора.

И тут же стоило только мне додумать эту мысль до конца и наконец-то принять правильное решение, как вроде бы я услышал звук очень далёкого взрыва. Отчего я тут же вопросительно посмотрел на Кару, которая сегодня днём хвалилась своим, ну очень уж чутким слухом.

– Это то, что я думаю?

– Даже и не сомневайся, сработала твоя ловушка, сработала – девушка буквально рычала от переполнявшей её кровожадной и нескрываемой ярости.

– Надеюсь, что чертов киборг сдох!

– Даже и не надейся – тут же осадил я её.

– Это же была не военная мина тотального уничтожения, а всего лишь кустарная закладка,

которой боевого киборга ни почем не возьмёшь.

– Всё равно, ты молодец!

– Какой же ты молодец!

Кара быстро стала расстегивать застежки своего комбинезона и стягивать его с себя. То ли так сильно возбудившись от смерти своих врагов, то ли желая меня так вознаградить за мою разумность, а то ли?

Что же ещё то ли, я так и не додумал. Ибо дальше на меня навалилось сильное и одновременно гибкое женское тело, и именно что женское, так как не бывает у молодых девушек такой большой и крепкой груди, и требовательно заелозило по-моему.

Глава 12.
Болото

Новый наступивший день особых проблем нам не принёс. Так как беззастенчиво пользуясь способностями Кары в тепловидении мы заранее обходили места с большими тепловыми сигнатурами.

Таким образом, избегая ненужных нам встреч с крупными и несомненно хищными обитателями этого леса. А осколки былой войны в виде забытых, но всё ещё вполне себе функционирующих роботов нам просто не попались.

А ещё мы только и занимались тем, что путали или прятали свои следы. Так как Кара с изяществом белки легко взобравшаяся на самое высокое дерево встреченное нам по пути, быстро перестроила свои глаза в орлиные, досконально обозрела ими все окрестности, и спустившись вниз объявила.

– Идут по нашим следам, десять человек, киборг с ними, направление северо-запад, расстояние примерно километров сорок.

Ну, что ж, десять врагов это конечно же не тринадцать, как было раньше, но всё равно на нас двоих и столько очень много. И вот мы уже целый световой день пытались идти или по высокой траве, которая поднявшись скроет наши следы, или прыгали с одного большого валяющегося под ногами куска коры на другой.

А то и вообще, старались осторожно пройти по какому-нибудь поваленному дереву, чтобы с него перебраться на другое такое же спокойно лежащее на лесной подстилке и уже только с него осторожно сойти на лесной дерн.

В общем, изгалялись мы с Карой, как только могли, в лучших традициях индейцев и вообще любых разведчиков всех времен и народов. Но только чтобы, как можно сильнее запутать своих преследователей.

А вот второй день нашего пути принес нам уже сюрприз, ну или облом, или этакий даже обломище, в виде огромного серого и мерзкого болота. Буквально напрыгнувшего на нас из-за последнего ряда раскидистых и до половины своих стволов покрытых густым зеленым мхом деревьев.

Так как, вот только что, вокруг нас был густой и сильный лес, и раз его как будто бы кто-то обрезал ножом. И наши ноги неприятно захлюпали по пока ещё обманчиво тонкому слою болотной грязи.

Кара тут же, словно большая и чистоплотная кошка, сдала на несколько шагов назад, как можно дальше отодвигаясь от мерзкой болотной жижи, да и во мне приближаться к этой большой и липкой грязи как-то большого желания не было.

Но, тем не менее, я всё ещё рассматривал план, попробовать пройти через это природное препятствие, использую для этого его самые неглубокие места. И даже с помощью сканера попробовал просветить толщу мутной воды. Как перед нами это болото внезапно показало своё истинное лицо.

Итак, обычный кровососущий комар размером с мою ладонь, нет, я конечно же знал, что когда-то давно раньше эти существа были мельчайшего размера, но со временем генетические мутации изменили и их, и теперь в нашем мире они были только вот такие.

Так вот тонко пищащий и медленно летящий над грязной водной поверхностью большой комар, был внезапно атакован свалившейся на него ещё более большой стрекозой длинной с мою руку. Которая моментально отгрызла ему голову и стала поедать оставшуюся в её тонких лапах тушку ещё в полете.

Но тут точно так же внезапно на радующейся добыче стрекозе мгновенно сомкнулись крупные зубы огромной, никак не менее метра в длину лягушки. Которая с громким плюх упала в обратно мутную воду и быстро работая всеми своими конечностями, резво поплыла в сторону ближайшей торчащей из жижи большой коряги.

Но и большой лягушке так же не удалось насладиться своим обедом. Ибо из-под грязной водной поверхности вынырнули две черные и скользкие ленты, сначала принятые мной за змей, но при ближайшем рассмотрении оказавшиеся просто обычными пиявками. Только вдумайтесь в это, пиявки длиной с руку, каково!

Так вот, эти две черные ленты быстро догнали плывущую со стрекозой в зубах лягушку и мигом вцепились в её бока. Как я понял, не столько пытаясь пить её кровь, сколько просто напросто её грызть.

Подвергшаяся же нападению большая лягушка тут же попробовала плыть ещё быстрее, но внезапно забурлившая вокруг неё болотная вода поставила окончательную точку на всех её усилиях.

Так как и сама лягушка, и атаковавшие её длинные пиявки, тут же исчезли в красном зеве распахнувшейся вовсю ширь клювообразной пасти огромной, словно самый настоящий обычный легковой автомобиль болотной черепахи. Показавшей нам с Карой только свою переднюю часть и тут же вновь скрывшейся под мутной непроглядной водой, словно её здесь никогда и не было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.