Александр Алтунин
Почему на Западе принято ходить к личному психоаналитику?

Потому что там это считается хорошим тоном. Причин, объясняющих данное положение вещей, имеется целый ряд. Государство заботится о формировании у населения адекватных и устойчивых стереотипов, касающихся здоровья. Например, что заботиться о своем здоровье и своих близких – это важно и выгодно, необходимо и полезно. Человек, который пренебрегает сохранением своего здоровья, не будет пользоваться ни симпатией, ни уважением окружающих. Его авторитет будет самым минимальным, даже если он – выдающийся интеллектуал и профессионал. Его имидж будет состоять в том, что он – человек несерьезный, неорганизованный, пренебрегающий общепринятыми правилами и законами, традициями и общественным мнением, неумеющий считать деньги и разумно их тратить.

При этом совершенно отдельно основательно и целенаправленно, интенсивно и планомерно, комплексно и многопланово идет пропаганда сохранения и укрепления психического здоровья. И это правильно и хорошо, так как даже невроз человека сам по себе наносит колоссальный ущерб не только ему и его семье, но и производству, обществу и государству. Не говоря уже о том, что физически здоровый, но умственно дефектный шизофреник представляет для общества, мягко говоря, значительно меньшую ценность, нежели человек, у которого есть, например, сахарный диабет, но психика является здоровой. Иначе говоря, люди понимают, что психика – это самое важное и самое главное в их здоровье и жизни. И что можно в некоторой степени временно пренебречь любым другим органом организма, но только не психикой, которая мстит за пренебрежение к себе наиболее жестоко и коварно, причем всем и всегда, не делая никаких исключений никому, ни богатому, ни бедному, ни умному, ни глупому, ни молодому, ни старому, ни мужчине, ни женщине и т.д.

Западное государство заботится о том, чтобы подготавливать необходимое количество квалифицированных психоаналитиков, психиатров, психотерапевтов, психологов и других специалистов, работающих с теми или иными психологическими явлениями и проблемами и с различными нервно-психическими нарушениями и заболеваниями, начиная от самых легких и заканчивая самыми тяжелыми. При этом роль чисто психологического общения специалиста с пациентом или клиентом (в понимании как будущих специалистов, так и простых людей, и обществом в целом) во многих случаях ставится, как минимум, наравне с лекарственным лечением. А в некоторых случаях и выше него. И, даже при самой тяжелой патологии, психотерапевтическое воздействие врача на пациента не только не исключается, но и обязательно предполагается.

Другой вопрос, что на Западе государство, общество в целом и основная масса населения понимают то, насколько сложен и тяжел труд специалистов, работающих с человеческой душой. И поэтому уровень зарплаты таких специалистов настолько высок, что позволяет им чувствовать себя не только не менее престижными специалистами по сравнению с другими, но и еще более важными и необходимыми, чем большинство прочих. Ибо, люди твердо усвоили истину, идущую к нам от мудрецов, что "здоровый нищий счастливее больного короля". Именно поэтому только 15 процентов населения имеет доход, сопоставимый с доходом психиатра (психотерапевта, не говоря уже о психоаналитике) или выше него. А величина гонораров частнопрактикующих врачей психологического профиля уступает только гонорарам корпоративных юристов.

Американцы и европейцы уже давно поняли, что каждый доллар, который они не пожелали вложить в свое здоровье, в последующем оборачивается 10-50 долларами убытка. Причем, этот убыток, чаще всего, возникает в самый для этого неподходящий момент. И наоборот, каждый вложенный доллар – экономит 10-50.

Понятно, что у них на телевидении не требуют от врача 20-30 тысяч долларов (как в России) за то, что он рассказывает о том, как нужно сохранять и укреплять свое здоровье. Совершенно напротив, еще платят гонорар врачу за подобного рода выступление. А если врач предлагает целую программу – цикл выступлений, то оплата становится еще выше.

Часто пациенты-соотечественники задают вопрос о том, зачем человеку в 60 лет идти за консультацией к врачу, которому исполнилось только 40. Ведь, по житейской логике, это подобно тому, как родители пытаются набраться мудрости у своего ребенка. А это большинству советских людей представляется, как минимум, нелогичным. А, как максимум, неприличным. Ибо, существует четкий и жесткий стереотип, что родители всегда умнее и мудрее детей. И поэтому, если кто-то кого-то и может чему-то учить, то только родители детей. И ни в коем случае не наоборот.

И это несмотря на то, что в разговорах со своими ровесниками – другими родителями все любят высказать пожелание о том, что их дети должны пойти дальше них сами, стать умнее их, добиться еще большего и еще лучшего. Но об этом тезисе абсолютно забывается, как только речь заходит о непосредственном общении со своими детьми. Получается в ряде случаев или невольное (а может быть и сознательное) лицемерие или проявление системы двойных стандартов (это когда других измеряют одними мерками, а самих себя – совершенно иными, более удобными и более приятными для измеряющих).

Американцы, при всей их амбициозности и обостренном честолюбии, самовлюбленности и самоуверенности, спесивости и высокомерии, уже давно поняли, что врач оперирует совершенно иными, принципиально более совершенными и более правильными, критериями восприятия и анализа элементов здоровья, личности, жизни, психологии и философии человеческого бытия. Причем имеет для этого специальные знания. И не какие-то там отрывочные и фрагментарные, почерпнутые из второстепенных и недостоверных источников, а стройную систему знаний, позволяющую смотреть на кого-либо или что-либо в комплексе, рассматривать многогранные и многослойные явления, сложные и противоречивые, странные и неоднозначные, своеобразные и парадоксальные.

Даже самые умные и высокопоставленные, отправляясь на прием к психотерапевту, четко представляют себе принципиальную разницу между собой и врачом, как минимум, в тех вопросах, с которыми они идут на консультацию. При этом они отдают себе отчет в том, что в своей профессии (инженера, юриста и т.д.) они понимают больше врача, так как имеют для этого специальное образование и большой практический опыт, а порой и профессиональную интуицию. Эта мысль позволяет потенциальным и реальным клиентам врача чувствовать себя достаточно комфортно психологически в общении с доктором.

Но, с другой стороны, эта же мысль не дает им основания и права проявлять сомнение в компетентности доктора, в его неоспоримом преимуществе в знании и понимании своих медицинских и психологических профессиональных основ и нюансов. Американцу не придет в голову оспаривать мнение врача психологического или фармакологического плана. Он может попросить более подробно что-то рассказать, объяснить, убедить, в конце концов. Но никогда не позволит себе употребить даже минимально скептический или небрежный тон или подобный логический подтекст. Это считается у них дурным тоном и просто неприемлемым поведением чем-то вроде задирания юбки в общественном месте. Но не будем чрезмерно акцентироваться на американцах и вернемся в Россию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.