Искушаемый
Отравленные любовью. Рассказы
Валерий Павлович Евстигнеев

© Валерий Павлович Евстигнеев, 2023

ISBN 978-5-0060-2730-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Это мой гражданский долг писать о человеческих пороках.

Моя задача – вскрывать гнойные раны на больном теле общества.

В. Евстигнеев

ОТ АВТОРА: Если человеку не дано осознать, что он сам является причиной своих Страданий, то такой человек до конца своих дней будет убежден, что во всем виноваты другие.

Извращенец

Парадокс или закономерность? Бессердечный, коварный, развратный – имеет у женщин больший успех, чем любой антипод.

Пролог:

Бодрой походкой Марина Карлос вошла в здание Театрального колледжа, ей нравилось учиться здесь. Природная красота, хороший вкус и характер-все обещало ей жизненный успех. Идя по длинному коридору большого здания, Карлос прижимала к ярко выраженной груди папку с конспектами. Увидев идущего навстречу преподавателя, она поспешно сняла с лица улыбку удовлетворенности, с которой обычно встречала оргазм, занимаясь любовью с Жаком, сменив ее на улыбку доброжелательности. Поздоровавшись, Марина проследовала дальше. Ее провожал проницательный, полный сумбура и страсти, взгляд молодого человека, стоящего у колонны.

Взгляд, который уже не в первый раз облизывал стройные ноги Марины, впивался в упругий зад, обнимал узкую талию, упирался между лопаток и терялся в волосах на затылке. Когда молодой человек, оставаясь неизменно незаметным, следил взглядом за Мариной, а случалось это часто, в груди его зарождалось «торнадо» чувств и «калейдоскоп» фантазий. Оставаться незамеченным молодому человеку было несложно: выглядел он не броско, внешностью обладал невзрачной, ничем не подчеркивая свою индивидуальность. Но если бы кто-то мог заглянуть в глубину его глаз, то понял бы, как силен внутренний накал страстей в душе этого юноши.

Часть I

Стоя у входной двери на мощеном мрамором крыльце Театрального колледжа, ничем неприметный юноша в джинсовой куртке поджидал Марину Карлос. Дождавшись, он, желая обратить на себя ее внимание, нарочито вежливо распахнул перед ней дверь. Машинально буркнув: «Мерси», -Марина вошла, даже не посмотрев на него. День спустя, теснясь в очереди в буфете, тот же самый молодой человек сделал попытку заговорить с ней, но она, отодвинувшись, извинилась и заторопилась уйти. Потом с его стороны будет много попыток обратить на себя ее внимание. Чтобы войти с ней в контакт молодой человек изо дня в день станет упорно заявлять о своем присутствии. Ежедневно попадаясь ей на глаза, здороваться, интересоваться, как дела, спрашивать, не может ли он быть ей чем-нибудь полезен. Теперь молодой человек станет каждый день ждать ее на крыльце, у центрального входа, и с поклоном открывать перед ней дверь.

Марину Карлос детскими выходками не пронять, сердце ее для других мужчин неприступная крепость. Марина Карлос собирается замуж за милого ее сердцу Жака-красивого, положительного молодого баронета из хорошей семьи. У Марины серьезный роман, пусть не такой пылкий и романтичный, как в кино про любовь, за то с гарантированным и обеспеченным будущим. Жак живет за городом, где у его отца большая усадьба, поэтому встречаются они у нее, в маленькой квартирке в центре города, которую Марина Карлос снимает со дня поступления в Театральный колледж. Занимаясь любовью, Марина иногда подглядывает за Жаком и неизменно видит на его лице такую же блаженную улыбку, какую видит он, когда подглядывает за ней.

Настырный молодой человек из колледжа, несмотря на полное к нему равнодушие, продолжает свои попытки обратить на себя ее внимание, чем на сегодняшний день уже забавляет Марину.

Подбросил ей записку со стихами, без повода вручил гвоздику, при этом неизменно продолжая играть роль ее личного швейцара при входе в колледж. Однажды Марина пришла намного позже, однако «швейцар» был на посту. Только один раз случилось наоборот, она в колледж пришла раньше своего расписания и не обнаружила странного молодого человека у двери. В тот день она его не видела ни разу. Сработала сила новой привычки, было ощущение, будто день в колледже прошел не совсем нормально-чего-то не хватало. Но всему приходит конец, и Марина Карлос, не желая больше играть в детские игры, при первом же удобном случае решила игру прекратить. Случай представился скоро. В город приехали русские-Большой балет. На выступление мечтали попасть многие. Билеты дорогущие и все давно проданы. Даже любимый Жак не успел ничего предпринять.

За день до первого концерта молодой человек, как всегда, изображая швейцара, прежде, чем, как обычно, поклонившись, открыть для нее дверь, вынул из кармана неизменной джинсовой куртки конверт и попытался вручить ей. «Что это?» – насторожилась Карлос. «Билеты на завтрашний балет, один Вам, один мне-партер, третий ряд», -глаза молодого человека светились радостью. В ответ Карлос возмутилась: «С чего Вы взяли, что я куда-то пойду с Вами. И что, в конце концов, Вам от меня надо? Впредь я прошу Вас меня больше не тревожить и, если можно, не показываться мне на глаза. Эти выходки мне надоели, они переходят рамки приличия.-Карлос внешне и изнутри пылала от вспышки внезапного гнева.-У меня есть мужчина, и я собираюсь выйти за него замуж».

На этот раз Марина Карлос сама открыла массивную дверь и вошла в здание. Оставшись на крыльце с конвертом в руках, постояв с минуту в оцепенении, молодой человек вдруг разорвал его на мелкие части вместе с содержимым и подбросил высоко вверх, засыпав белыми бумажными лепестками свою голову и плечи.

Жак выруливал по узким центральным улочкам, желая скорее выехать на шоссе, чтобы пораньше лечь спать в родительском гнезде. Сегодня он не пожелал остаться, как часто делал, посещая уютную квартирку Марины Карлос. Сейчас родители Жака надолго уехали в Париж, отец впервые доверил ему лично руководить и самому принимать любые решения на фабрике. Жаку очень хотелось доказать, прежде всего самому себе, что он сумеет не только руководить, но и приносить прибыль в семейный бизнес. Моросил мелкий дождь, видимость была плохая, вдруг что-то темное, большое, мягкое выскочило из-за угла, ударилось о переднее крыло машины и исчезло где-то внизу.«Человек!» -промелькнуло в мозгу. Жак двумя ногами, резко, насколько смог, вдавил в пол педали. Оторвав руки от руля, открыл дверь машины и с замиранием сердца глянул под колеса. В метре от его машины лежал парень и громко стонал, повторяя одно и то же: «Черт, черт, черт». Именно эти стоны, проклятья и шевеление конечностей пострадавшего придали Жаку смелости и сил. Он бросился к лежащему молодому человеку в джинсовой куртке, приподнял его голову на своей ладони и, вглядываясь в незнакомое лицо, спросил: «Вы целы?» Лежащий присел, сменив позу: «Черт, откуда я знаю». Оба произносили еще какие-то фразы, Жак задавал вопросы, пострадавший давал ответы. В конечном итоге, с помощью Жака молодой человек смог подняться и позволил Жаку себя ощупать. «Кажется, цел, -параллельно ощупывая себя, констатировал парень.-Пожалуй, болит только бок. О, да я и ходить могу, -молодой человек сделал два шага, опираясь на Жака, и скривился от боли. «Садитесь», -сказал Жак и как можно аккуратней усадил молодого человека на сидение. Обойдя машину, Жак сел за руль, внимательно посмотрев на сидящего в его машине парня. Он ощущал, что охвачен каким-то новым, доселе незнакомым ему чувством, состоящим из сгустка жалости, чувства вины, странной нежности и еще чего-то. Никогда Жак не был так заинтересован, так искренен, как сейчас, задав традиционный вопрос: «Ну, как Вы?»

Рука его машинально легла на плечо незнакомца.«Знаешь, – почему-то перейдя на ты, сказал парень.-Отвези меня домой, живу я здесь рядом. Да не волнуйся ты, я в порядке, спасибо за заботу, другой бы уехал», -при этом он накрыл руку Жака своей ладонью и тихонько ее пожал.

Припарковав машину в указанном месте, Жак вышел первым, открыл дверь и подстраховывая помог парню встать на ноги.«Я сам», -вяло сопротивлялся тот, но скривясь от боли, обхватив Жака за шею. Жак поддерживал парня, оба вошли в подъезд и не спеша стали подниматься по лестнице.«Зайдешь?» -предложил незнакомец. «Конечно», -Жак чувствовал на своих ладонях тепло чужой крови. Вспомнив, что в первый раз он ощутил это тепло, подсунув свою ладонь под голову раненого. Поддерживаемый Жаком парень уселся в мягкое кресло и стал стягивать с себя джинсовую куртку. Жак бросился помогать.

От нового знакомого пахло хорошим парфюмом. «Честно говоря, хочу взглянуть на свои бока», парень, через голову стянув майку. «Позвольте, я помогу», -Жак опустился на колени и,к собственному удивлению, безо всякого нежелания, стеснения, брезгливости стал развязывать шнурки на чужих ботинках.«Спасибо, -сказал парень.-Думаю, джинсы я сумею снять сам». На бедре пострадавшего красовался большой кровоточащий синяк. Парень лег, натянул на себя одеяло и сказал: «Кажется, мы неплохо провели вечер, прощайте на сегодня хватит.

Теперь Жак ехал медленно. Мыслей ни о семейном бизнесе, ни о любимой Марине не было. Всю дорогу Жак думал о сбитом им парне, он еще чувствовал запах. его одеколона. Находясь рядом с незнакомцем, Жак испытывал какие-то новые ощущения и вынужден был признать-это странным. Жак даже не спросил, как парня зовут, и тот, кстати, тоже. Оба вели себя так, как будто давно знают друг друга. Ни слова о полиции, о врачах, о компенсации. Уходя, Жак записал его номер телефона в блокнот, оставив в графе «имя» пробел.

Ворочаясь с боку на бок, Жак думал о сбитом им парне всю ночь и единственное, чего он хотел к утру, это узнать, как он там, желая как можно скорее увидеть его. Боясь потревожить ранним звонком нового знакомого, Жак выждал до полудня. Перебирая в отцовском кабинете деловые бумаги и ничего в них не смысля, он набрал записанный накануне номер. Трубку взяли не сразу. «Привет, это я, вчерашний убийца». «Да брось ты, -бодро ответил голос в трубке.-Не комплексуй, я в порядке». -Жак не узнавал его голос.-«Один синяк, один ушиб, одна царапина. До свадьбы заживет. Желаешь вечером партию в бильярд?» «Желаю», -не задумываясь, ответил Жак.

Встретиться договорились на месте аварии.«Странно, -удивился Жак, повесив трубку.-Я никогда в жизни не играл в бильярд, никогда не хотел этого, не хочу и, наверное, не буду хотеть ни когда.

«Зови меня просто, Ордынский». «Зови меня просто, Жак», -ощущение давнего знакомства не проходило.-«Рули направо, я тут заприметил злачное местечко». Жак остановил машину у какого-то подвальчика с броским названием «Роза ветров». Они спустились, странная пара: Ордынскй весь облачен в черную кожу, как заправский рокер; кепка, куртка, сапоги-все в железных заклепках. На шее толстая цепь с брелком, на пальцах множество массивных перстней, в ухе серьга. Жак-в строгом, классическом костюме, модельные туфли, галстук фирмы «Пьер Карден».

«Что будешь пить?» -спросил Ордынский, взобравшись на хоккер. «Чай», Жак дотронулся до безукоризненно белого ворота рубахи, он явно нервничал.«Хороший выбор, а я виски. Эй, парень, чая, виски и сахара побольше» -закричал Ордынский, обращаясь к лысому чернокожему верзиле, командующему за барной стойкой. Чернокожий бармен, делая невозмутимый вид, выполнил заказ, с явным любопытством косясь на вновь прибывших.«Ну что, партию в бильярд?» – Ордынский, не прикоснувшись к виски, осмавался.;Честно говоря нет; – Жак, помешивая чай, ждал, когда он остынет.«Держу пари, -ткнув пальцем в дальний угол полутемного заведения, сказал Ордынский, -за той дверью, должно быть, подпольная рулетка или бордель. Чего бы тебе хотелось больше?» «Ни того, ни другого», -Жак пил чай и пытался понять, как он решился оказаться здесь. Неведомо откуда, сзади к Жаку подошел какой-то тип и предложил девочек.-«Спасибо, нет», -Жак посмотрел на Ордынского. Тот, отвернувшись, рассматривал заведение. Скользкий тип не отставал, пытаясь всунуть Жаку в руки альбом с гнусными фотографиями.-«Спасибо, нет», – Жак сделал попытку отвернуться.«Ты что, не любишь девушек? -не унимался тип.-Здесь приличное заведение, сюда так вход воспрещен. За нарушение штраф-сто баксов, так что, гони монету», -не унимался наглючий тип. «Извините», -отодвинулся от пристающего Жак и опять посмотрел на Ордынского, твердо решив поскорее уйти отсюда. Ордынский, повернувшись к чернокожему бармену, констатировал: «Шикарное у вас заведение, сэр и обслуживание-высший класс, и музыка на высоте, и публика то, что надо;. Ордынский постукивал пальцами, усеянными огромными перстнями, по барной стойке.-;Мне правда очень понравилось у вас, сэр». Жак встал, чтобы попрощаться. Теперь он точно знал-здесь ему мерзко. Вдруг наглый тип, крепко ухватив Жака за шиворот, поволок его к выходу. Растерявшийся Жак, даже не имея возможности обернуться, покорно вышагивал впереди хамоватого типа. Вместо выхода жуткий тип с силой втолкнул его в дверь туалета, Жак ушибся локтем, чувствуя себя брошенным и несчастным. В туалете их явно ждал еще один тип с отталкивающей внешностью. Громила делал вид перед зеркалом, что бреется большим ножом.«Смотри, кого я тебе привел, этот парень готов нам заплатить по сотне каждому», – заявил тот, что притащил Жака.«Тогда я закрою дверь, чтобы нам не мешали, громила двинулся к двери и, проходя мимо Жака, как-то по-свойски похлопал его по плечу.– При входе в туалет послышался шум, тот тип, что держал Жака за шиворот, обернулся и вдруг из глаз у него посыпались искры-это от массивных перстней Ордынского. Он взял Жака за руку. «Пошли, ты прав, здесь слишком мерзко», они быстро прошли мимо громилы, сидящего на корточках, двумя руками вцепившегося в собственные яйца.

Выпучив глаза, он ловил широко открытым ртом воздух. В машине Ордынский заохал, застонал, потирая рукой правый бок.-«Остановись у аптеки, купи чего-нибудь обезболивающего».

Вернувшись из аптеки, Жак показал мазь и таблетки. -«Надо втереть в ушибленное место». Как и накануне, они приехали к дому Ордынского. Жак, также поддерживая за талию нового друга, поднялся в его квартиру. Он помог Ордынскому снять куртку, стянул с него сапоги. Раздевшись до трусов, держась за ушибленный бок и тихо постанывая, Ордынский лег.«Ты позволишь?» -Жак показал Ордынскому мазь. «Валяй, -сказал тот.-Может, до свадьбы заживет.»

Как и в предыдущую ночь, Жак, не спеша, ехал домой. В мыслях Ордынский, Мария, отец, бизнес и как дальше жить.

Следующий день-как повторение предыдущего: в полдень Жак, сгорая от нетерпения, позвонил, Ордынский опять долго не брал трубку, а взяв, сказал: «Есть предложение поздно пообедать», -и назвал приличный ресторан. На этот раз Ордынский был в костюме-солидные туфли, галстук от «Gianni Yersace». Сам не зная почему, Жак облачился в вельветовую куртку и джинсы. Осмотрев друг друга, оба хохотали от души. Проявив разные вкусы в выборе пищи, и тот, и другой безоговорочно согласились, что пить они будут «Божоле Вилляж» урожая 1999 года. Ужин удался, говорили много, но вроде бы ни о чем.«Во избежание дальнейших несчастных случаев и травм, предлагаю провести вечер у камина, с хорошим португальским портвейном; -предложил Жак.-Мои предки сейчас в Париже, у них на фазенде прекрасный камин Машина Жака бесшумно подкатила к темному дому. У входной двери он замешкался. «Это странно, -сказал Жак.-Замок, кажется, сломан». «Погоди», -Ордынский отодвинул Жака в сторону.

Открыв дверь, он просунул голову в темноту. Сделав шаг вперед, Ордынский вдруг вскрикнул и влетел во внутрь, как будто его втянули туда силой. Тишину разорвал грохот посуды и переворачиваемой мебели. Кто-то сильно и больно толкнул Жака в грудь, он попятился от двери, мимо прошмыгнули две тени. Добежав до кустов, двое неизвестных завели мотоцикл, спрятанный там, и с ревом укатили в ночь. Жак с замиранием в сердце заглянул втемную гостиную.«Ордынский, ты жив?» -но Жаку никто не ответил. Войдя, Жак щелкнул выключателем, большая хрустальная люстра озарила холл ярким светом. На огромном ковре лежащий на животе Ордынский, вокруг перевернутая мебель. Испуганный Жак опустился возле него на колени, взяв за плечи, помог перевернуться на спину. -«Ты жив?»«Кажется, да, а ты?» -Взгляды их встретились, успокоившись Жак признался, что от страха, чуть было не стал заикой.

Нежданно-негаданно в жизни Марины Карлос наступил черный период. Такого с ней не случалось за всю ее безоблачную жизнь. Это было похоже на то, как будто она медленно погружается глубже и глубже в обжигающую ледяную воду. Все началось с того, что Жак стал меньше уделять ей вниманиЯ, реже появляться в ее квартире, а оставаться на ночь перестал вовсе. Марина пыталась себя успокоить: «В самом деле, отец доверил ему бизнес. Когда, как ни сейчас, Жак сможет доказать ему, что он уже созрел для самостоятельной жизни и способен обеспечивать семью. Утешения не утешали, что-то съедало ее изнутри. Марине казалось, что Жак теперь не так говорит, смотрит, не так, как раньше, прикасается к ней, не так занимается с ней любовью. Недавно в постели она, во время занятий сексом, подглядывала за ним. Той самой, любимой, блаженной улыбки не было. Выражение его лица было сосредоточенным и хмурым, как будто он вынужден исполнять свой супружеский долг. После этого открытия наверное и на ее лице Жак не увидел бы ту самую улыбку, если бы пожелал за ней подсмотреть. В колледже тоже все из рук вон. она стала рассеянной, явно перестав быть одной из лучших, а главное появилось ощущение, будто бы вдруг к ней у всех пропал интерес. Будто бы она полностью обезличена и никому не нужна. Это ощущение особо появилось после инцидента с ее странным ухажером, произошедшем на том самом крыльце. Более того, последние дни колледж будоражит то ли новость, то ли сенсация. Кто-то из студентов написал сценарий большого телесериала, и одна из самых влиятельных кино корпораций этот проект приняла, выделив миллионы долларов на его осуществление. Дав автору право самому подобрать актеров, даже на самые главные роли. Многие довольно посредственные однокурсницы Марины визжат от восторга, их уже пригласили, кого в эпизоды, кого в массовки, а до нее никому нет дела. Но больше всего подкосило Марину одно обстоятельство: это то, когда она узнала, что этим счастливчиком оказался тот самый парень в джинсовой куртке. Сейчас его не узнать, он полностью сменил имидж. Возле его персоны, стараясь угодить и быть замеченными, вьется множество народа, особенно красивых девушек и женщин. Марине кажется, он нарочно не замечает ее, смотрит, как на пустое место. Жить ей стало неинтересно.

Марина Карлос сидела одна в своей квартирке, за окном хлестал дождь, телефон молчал уже вторую неделю. Марину знобило, сегодня она впервые не пошла на занятия в колледж. На столике рядом с полным стаканом воды стоял нетронутый пузырек с сильнодействующим снотворным.

Марина долго смотрела на стакан, находясь в прострации. В ее глазах стоял трехдневной давности инцидент, произошедший, по иронии судьбы, на том самом крыльце.

Марина входила в здание, когда ее грубо, локтем, оттолкнул какой-то подхалим и, придерживая распахнутую дверь, с поклоном впустил на крыльцо того, кто недавно сам, кланяясь, открывал для нее те же двери. Хотя нет, подхалим открыл дверь уже не парню в джинсовой куртке, а важному господину, одетому в длинный элегантный плащ, шея небрежно обмотана белым шелковым кашне, на голове шляпа, в руках трость. «Прошу вас, господин Ордынский, машина подана». К крыльцу подъехал черный лимузин. Ордынский нарочито медленно прошел в одном шаге от Марины, критически осмотрел ее и, ничего не сказав, спустился к машине. Подхалим был уже внизу и услужливо открыл дверь. Ордынский обернулся и, как ей показалось, с презрительной усмешкой посмотрел в ее сторону еще раз. Плюхнувшись на кожаное сидение, он исчез во вместительном салоне. Машина тронулась. «Ты чего

здесь?» -спросил Ордынский, открывая бар.– «Я здесь потому,что ты не звонишь» -в противоположном углу сидел Жак и смотрел на Ордынского.

Марина вздрогнула от резкого телефонного звонка, разорвавшего гнетущую тишину. Приятный женский голос стал объяснять Марине, что в течение часа ей нужно быть готовой к встрече с продюсером нового проекта. С ней желают побеседовать, автомобиль будет подан к ее дому через тридцать минут. Положив трубку, Марина машинально, по инерции, опять уставилась на стакан с водой, пытаясь сосредоточиться. Ей вдруг захотелось принять душ, нанести макияж, сделать прическу, надеть кружевное белье, нацепить бижутерию и облачиться в лучшее платье. Но порыв вдруг прошел, и остаток времени она, отодвинув занавески, простояла у окна. У ее подъезда стоял тот самый черный лимузин.

Миловидная секретарша любезно попросила Марину присесть, предложив сигареты, кофе, журналы. Вскоре из кабинет вышла дама, Марина сразу узнала ее-это была знаменитость, имевшая двух «Оскаров». Марину пригласили войти. Кабинет обставлен с изысканностью, да и сам Ордынский был неузнаваем. В его солидной внешности ничего не осталось от юноши в джинсовой куртке. В большом кожаном кресле сидел человек, внешний вид которого создавал впечатление, будто он всю свою жизнь был боссом.«Здравствуйте, Марина, устраивайтесь поудобней. Я рекомендую Вам глоток виски. Сегодня у Вас судьбоносный день. От правильно принятого Вами решения зависит, каким будет Ваше будущее, Ваше благополучие, Ваш образ жизни». Ордынский встал, подошел к деревянному бару-тележке, из хрустального графина плеснул в два хай-бола по порции «Чивас-Регал». Подойдя к неподвижно сидящей Марине сзади, он пристально впился взглядом в ее плечи, шею, затылок. Вернувшись на место, Ордынский предложил сделать по глотку и перейти к делу. «За правильное решение, -выпив до дна, он достал из внутреннего ящика стола две папки.-И так, первое: Вам предлагается сыграть в большом телесериале главную роль, таким образом, Вы сразу становитесь богатой и знаменитой. Контракт составлен, нужна всего лишь Ваша подпись. Второе и, пожалуй, главное-это брачный контракт со мною.; -Ордынский пристально посмотрел Марине в глаза.-Станьте моей женой, я люблю Вас. За Вами сохраняются все свободы, это оговорено в брачном контракте, обязанности касаются только меня. Обещаю, Вы никогда не будете об этом жалеть. Свадьба Ордынского и Марины напоминала мини-кинофестиваль. По большому загородному особняку и прилегающему участку блуждало множество разодетых гостей. В нескольких местах играли три оркестра разных стилей и направлений. Оперные певцы исполняли арии из опер. Известные исполнители модные шлягеры, попсу и даже рэп. На импровизированных площадках цирковые артисты демонстрировали фокусы, клоунаду и номера с братьями нашими меньшими. В центре большого холла Марина в подвенечном платье. Бесконечной чередой к ней подходят с поздравлениями люди, чьи лица она видела только в модных глянцевых журналах. Ордынского рядом с ней нет, он в кабинете на втором этаже, на нем безукоризненный черный фрак.

Ордынский нажимает на кнопку и на большом экране телевизора появляется изображение: комната Жака в имении его отца. На лице Жака та самая улыбка. Вынув кассету, Ордынский кладет ее в лакированную шкатулку и закрывает на ключик. С этой шкатулкой в руках он спускается в шумный холл, подходит к Марине. «Надеюсь, ты справляешься, дорогая?» -«Лучше, если мы будем это делать вдвоем, -Марина взяла Ордынского под руку и увидела шкатулку.– Что здесь? -«В ней секрет, который сейчас тебе не нужен. Если случится так, что ты когда-нибудь пожалеешь о принятом тобой решении, то содержимое этой шкатулки докажет тебе, что ты сделала правильный выбор. Но я уверен, таких доказательств тебе никогда не понадобится». «Ты умеешь заинтриговать, -Марина улыбнулась. – Ой, кажется, к нам опять идут с цветами». «Давай уединимся, – предложил Ордынский.-Пусть гости от нас отдохнут». Взяв Марину за руку, он повел ее вверх по лестнице. На втором этаже Ордынский по дороге начал снимать с себя одежду, небрежно бросая ее на пол. В кабинет он завел Марину, уже будучи голым, но со шкатулкой в руке.

Положив шкатулку на стол, он поцеловал Марину в губы, после развернул к себе спиной и, задрав подол подвенечного платья, повалил ее грудью на стол. Он неистово имел Марину сзади, ее голова покоилась на шкатулке, на лице была та самая улыбка, которую так любил Жак. Гримасничая в невидимый Марине объектив, кончающий Ордынский прощальным жестом помахал кому-то рукой.

На улице сыро, Жак в своей комнате один, он не свеж, не брит, не причесан. Из Парижа вовремя вернулся отец, вовремя, иначе семья могла бы быть разорена, из за неправильных решений Жака.

У Жака теперь нет Марины, его избегает Ордынский. Жак никому не нужен, презрен, унижен. Пистолетик, который лежит на столе, игрушечный только с виду, щелк, и он может проделать в виске маленькую дырочку. Жак вздрогнул, постучали в дверь, это прислуга. «Вам привезли конверт». Краем глаза Жак увидел в окно отъезжающий черный лимузин. В конверте записка: «Никогда не поздно начать все сначала». В конверте была еще и кассета, Жак вставил ее в видеомагнитофон. На экране он увидел входящего в кабинет нагого Ордынского, с черной шкатулкой в руке и Марину в подвенечном платье. Жак пристально смотрел то на гримасы Ордынского, то на лицо Марины-оно было освещено знакомой ему улыбкой.

Часть II

Французская Ривьера -три года спустя.

Один из отелей в Монте-Карло

В вестибюль вошел мужчина, о которых говорят -мечта любой женщины. Мужчина внешне хорош собой, ухожен, одет модно и со вкусом. Со стороны он создавал впечатление человека, которого мало интересуют мелочи жизни и не волнует суета мирских забот. Это был Жак. После внезапной кончины отца Жак полностью, с головой ушел в семейный бизнес. За два года он расширил дело и умножил капитал. Жак работал днем и, если надо, ночью, не давая себе времени думать и вспоминать о прошлом. Таким образом, измученный чувственностью и другими страстями, он оставил для себя только одну слабость-слабость делать деньги. Подойдя к портье, Жак назвал фамилию и получил ключ. С мраморной лестницы, покрытой ковровой дорожкой, спускалась молодая, красивая женщина, выглядевшая как аристократка, привыкшая к роскоши и скуке. Это была Марина Карлос.

Пожалуй, только один год из последних трех прошел у Марины в сумбуре, не давая осмыслить произошедшие с ней перемены. Ежедневные съемки, постоянные переезды, бесконечная вереница новых лиц, стран, городов, отелей. Наверняка, в тот первый год ее супружеской жизни они с мужем почти не занимались любовью в семейной спальне. Ордынский всегда овладевал ею неожиданно и спонтанно: в кабинетах, машине, каптерках, даже в лифте, предпочитая при этом анальный секс. Марина очень быстро устала от такого темпа и образа жизни, однажды почувствовав и поняв-всё это не для нее. Ордынский давно уже без нее мотается по свету, снимая свой бесконечный бестселлер. Она предоставлена сама себе; пытается развеять скуку то чтением книг, то занятием живописью или сменой климата

Спустившись по лестнице, Марина тоже подошла к портье. Жак и Марина встретились, оба вздрогнули изнутри, но внешне никто свое волнение не выдал. Сдав ключ, Марина медленно пошла к выходу. Хотела ли она, чтобы Жак окликнул ее-пожалуй, да. Но в том, что он сейчас провожает ее взглядом, в этом она не сомневалась. «Он стал настоящим мужчиной», -подумала она. Жак смотрел Марине вслед, пока она не вышла из здания. «Она стала еще прекрасней», – констатировал Жак. Он видел, на какой номер повесили ее ключ -они будут рядом.

Этой ночью ни Марина, ни Жак не сомкнули глаз. Волнующие воспоминания, раздумья, рассуждения шквалом обрушились на обоих. Каждый чувствовал за соседней стеной присутствие другого. Измученный Жак, пролежав несколько часов в горячей ванне, начал приводить себя в порядок. Марина уже час, как полностью собралась, оделась и, чего-то ожидая, сидела перед зеркалом. Идти было некуда, слишком рано.

Когда Марина спустилась в холл, Жак уже ждал ее, делая вид, что читает газету. Увидев Марину, он встал и пошел ей навстречу.«Марина, хочу, чтобы ты знала-я по-прежнему люблю тебя и ни о чем в жизни так не жалею, как о том, что потерял тебя. Хочу сказать тебе прости, и еще хочу отдать тебе то, что должно принадлежать только тебе», – Жак протянул ей пакет. Марина машинально взяла его, но ее глаза беспрерывно смотрели в глаза Жака. Она не нашлась, что сказать. Жак не стал затягивать паузу. «Мне пора», – резко развернувшись, он быстро пошел к выходу. Марина открыла пакет. Там лежала записка: «Никогда не поздно начать все сначала», а еще в пакете лежала видеокассета. Марина поднялась в номер, жутко нервничая и сгорая от нетерпения, включила видеоплеер. Голый Ордынский, она, распластанная на столе, вздернутый подол подвенечного платья, лакированная шкатулка и издевательский жест Ордынского.«Негодяй, какой негодяй», -у Марины застучало в висках, вспыхнули щеки. Вынув кассету, она, бросив ее в сумку, заметалась по номеру, вынимая из шкафов вещи. Но вдруг, бросив все, она схватила сумку с кассетой и быстро вышла из номера, не закрыв даже дверь.

«Такси, аэропорт», -Марина мчалась, летела в их пустой дом, где никогда не бегали дети, где не было ни нежности, ни любви. А в голове постоянно пульсировало- «Негодяй, негодяй, негодяй».

Приехав, Марина вбежала на второй этаж, влетела в кабинет Ордынского и, разбрасывая бумаги, стала шарить по шкафам и секретерам. Добравшись до ящиков в столе, она, дрожа всем телом, стала по очереди открывать их, но один из ящиков был заперт. Взломать его у нее получилось не сразу-лакированная шкатулка была там. Схватив ее, Марина в попытке открыть ее, бросила шкатулку на пол, ударила об угол стола и, наконец, вскрыла при помощи ножа для бумаг. Внутри лежала видеокассета.

Жак сидел в уютном салоне собственного самолета и смотрел в иллюминатор. Сине-голубое небо, царство белых облаков, под этой чистотой грешная мать земля. Зазвонил телефон, Жак взял трубку, приложил ее к уху. «Жак, милый, прости меня если можешь, это я во всем виновата. Я сейчас в чужом доме, в чужом для меня мире. Так не должно было случиться с нами. Жак, забери меня. Ты понимаешь, о чем я говорю?»«Да, понимаю, -ответил Жак. -Я понял это, как только увидел тебя.Поэтому через сорок пять минут мой самолет сделает посадку, чтобы забрать тебя и перенести нас из чужого мира в наш с тобой мир.

Эпилог

Бодрой походкой Марина Карлос взошла по ступеням крыльца Театрального колледжа. Ей нравилось учиться здесь, для себя она точно решила-стать профессиональной актрисой. У массивной входной двери в колледж тусовался какой-то парень в джинсовой куртке. Увидев Марину, парень бросился к входу и любезно распахнул перед ней дверь. Широко улыбнувшись парню, Марина Карлос с интересом посмотрела на любезного молодого человека и вошла в здание. Прошмыгнув следом за вошедшей, парень, спрятавшись за колонной, долго провожал ее плотоядным взглядом. Пожирая глазами ее стройные ноги, упругий зад, осиную талию, покатые плечи, длинную шею и волосы, собранные в пучок на затылке. До тех пор, пока Марина Карлос не скрылась из вида. Выйдя из здания, молодой человек направился домой. Придя, парень уселся за письменный стол и стал обдумывать сюжет душещипательного кино-романа, где в главной роли обязательно должна быть она-Марина Карлос.

Любимое занятие

Бабушка разбудила его, и через полчаса они уже пили чай. Предыдущий вечер прошел интересно и насыщенно. Состоялось знакомство с творчеством Фенимора Купера. Сегодняшний день тоже обещает много интересного. Бабушка за чаем сказала, что сегодня будем разучивать на фортепиано «Вернись в Сорренто» -«такая славная сентиментальная вещь», а по телевидению покажут «Алые паруса» по Грину. Правда, папа предложил зайти к нему в консерваторию и послушать репетицию Первого концерта для фортепиано с оркестром Чайковского. Ну уж нет, лучше выкроить время и посмотреть репетицию у мамы в театре, хотя этот Чеховский «Вишневый сад» немножко скучноват и не совсем понятен, зато мама в роли Шарлотты Ивановны, там великолепна. Впрочем, надо не забывать, что с двух до трех на корте ждет тренер по теннису, да еще и сочинение надо написать, благо тема интересная -«Сказки Гофмана». А пока надо бежать, чтобы не пропустить любимое занятие. Поцеловав руку бабушке, мальчик вышел из дома и добежав до соседнего двора, зашел в деревянный двухдверный туалет. Закрывшись изнутри на ржавый крючок, мальчик привычным движением вытащил из стены сучок и, прильнув к дырке, замер в ожидании. В этот туалет, из рядом стоящей фермы постоянно бегали местные доярки.

Постоялец

За стенами бревенчатой избы трескучий мороз и тьма беспросветная. А в избе тепло, даже жарко от большой русской печи. На печи, свесив кудрявую голову, лежит ямщик, попросившийся до утра на постой. Хозяйка дома разлеглась на широкой лавке, покрытой овчиной. Пышному телу ее тесно, от печки жарко. Хозяйка в одной длинной сорочке, капельки пота стекают по ее голой шее в ложбинку между грудей. Она почесывает то пышные бока, то круглые колени, задирая при этом рубаху и оголяя тучные ляжки. Ямщик безотрывно смотрит на нее, уже не притворяясь спящим, рука его неустанно рукоблудила между его ног. «Ох, баба, вот так баба», – стучит в его висках. Хозяйка знает, что с печи с нее не сводят глаз, она и сама с прищуром поглядывает в сторону мужика.«Робеет, – думает она. – Я и лучину специально жгу, и тулуп сбросила на пол, а он робеет». Не выдержав такой игры, хозяйка встала, подошла к ямщику и сказала: «Ладно тебе прикидываться, знаю, не спишь, слезай – приласкаю». Ямщик, по-прежнему жадно вытаращив глаза в прорезь у нее между грудей, заработав рукой быстрее, отвечал: «Да ну тебя. Пошто оно мне. Мене и тута хорошо».

Поликлиника

На первом этаже нового светлого здания поликлиники с восьми утра народ выстраивался в очередь, держа в руках различные направления. Сдавали кровь на пятом, баночки с мочой и мокротой -этажом ниже. На третьем этаже мужчины и женщины диагностировались на ЭКГ и ультразвуке. На втором -народ просматривался под рентгеном. А в вестибюле жизнь особенно кипела. Возле регистратуры нетерпеливо шумели и топтались страждущие, создавая впечатление праздничной ярмарки.

За фасадом новой поликлиники в глубине двора стояло небольшое серое приземистое здание паталогоанатомического отделения. У покосившейся двери на ящике сидел плохо выбритый санитар морга, одетый в старенький халат с застиранными коричневыми пятнами. Санитар курил и с каким-то затаенным любопытством смотрел на стеклянную стену новой поликлиники. За тщательно вымытыми витражами была видна лестница, по которой с первого на пятый и обратно бесконечно сновали озабоченные своим здоровьем люди. Санитар глубоко затягивался папироской, свободной рукой нетерпеливо барабаня по ящику остро заточенным скальпелем.

Первый мужчина

Он поцеловал ее в сосок, сосок сморщился и затвердел. В течение нескольких минут он водил языком вокруг ее пупка, потом, приятно царапая бедра небритыми щеками, перевернул ее на живот и стал облизывать ее ноги, начиная с пяток и постепенно, поднимаясь все выше и выше. По телу Анюты побежали мурашки, кровь прилила к голове, щеки и уши ее стали пунцовыми. Он поставил ее на колени и, свернув язык трубочкой, не спеша, ласково доставлял ей огромное наслаждение. Ощущая легкий озноб и дрожь в коленках, Анюта забыла, что существует слово «нет». Когда он положил ее на спину и, поддерживая руками высоко поднятые раздвинутые ноги, насколько только можно было, глубоко всовывал в нее язык, Анюта даже не говорила, а стонала другим словом: «Да, да!»

Это был первый мужчина в ее жизни. Анюта лежала с ним рядом и ощущала себя самой счастливой девушкой во всем свете. Он, вчера еще совсем незнакомый, теперь казался ей самым близким человеком на свете, дороже, чем родные отец и мать.

В пьяном мозгу уставшего и удовлетворенного Дениса проскочила было совестливая мысль, что нехорошо, конечно, получилось с этой целкой из общаги, в конце концов кто знал, что она девственница. Ладно, ничего, крепче закалка будет, подумаешь, триппер, лобковая вошь и чесотка!

Цепочка ожиданий

Порочный круг рвётся где тонко.

Таня ждала телефонного звонка от парня, который ей нравился. Катя тоже ждала звонка от своего парня. И Люся надеялась, что её парень ей позвонит. Володя, обещавший позвонить Тане, Кате, Люсе звонить никомуиз них не спешил, поскольку сам ждал звонка от Наташи. Ждал и надеялся.

Каждой женщине своё

Каждая особь женского пола требует индивидуального подхода.

Леша Катышев пришел в школу с небольшим букетом роз. Когда появилась учительница по химии – длинная как жердь и раздражительная как скорпион, Леша подошел к ней с одним цветочком. Поклонившись, сказал: «Поздравляю. Я давно хотел Вам признаться, Мария Ивановна, что сплю и вижу себя тараканом, который залез к Вам ночью в постель и, добравшись до Ваших ножек, неустанно щекочет их усищами до самого утра». Мария Ивановна была тронута и поставила Катышеву пятерку.

Когда после первого урока появилась озлобленная жизнью сухонькая математичка, Леша достал из букета вторую розу.«Представьте, Людмила Николаевна, меня свиным цепнем, живущим в Вашей утробе. Вы без меня никуда и я без Вас никуда. Считайте, что мы с Вами слились в одно целое». «Ну что ж, спасибо на добром слове», – смутилась Людмила Николаевна и впервые за долгие годы улыбнулась.

После перемены как обычно с небольшой задержкой нарисовалась пухлолицая с обмягшими сиськами но с ещё имеющей эротические формы фигурой-учительница по английскому. Взяв в руку еще один цветочек, Леша с улыбкой подошел к ней. «Не знаю, Надежда Исааковна, была ли у Вас когда-нибудь лобковая вошь? Но я страстно желал бы ею быть. Я ползал бы по Вашему лобку, покусывал бы Вас, а Вы за это чесали бы мне спинку». глаза англичанки на секунду вспыхнули страстью и, глядя на Катышева уже томными глазами, она сказала: «Как-нибудь на досуге я научу вас, -как это можно будет, сказать по-английски».

Лешу разбудил ненавистный звон будильника. Собравшись в школу, где сегодня отмечается юбилей (школе 50 лет), десятиклассник Леша Катышев выдернул из вазочки приготовленный заранее букет с розами. Завернув его в целлофан и выйдя из дома, вошел в соседний подъезд. Время спустя из лифта вышла Катя, к которой у Леши к окончанию десятого класса проснулся интерес. На Катином фартуке красовался праздничный бант. Выдернув из букета один цветочек, Леша протянул его Кате и с пафосом сказал: «Мечтаю стать мотыльком, порхающим возле банта на вашей груди»«А ты, Катышев, оказывается, пошляк, а я и не знала». Демонстративно бросив цветок на пол, оскорбленная Катя вышла из подъезда и быстрым шагом направилась в сторону школы.

Братья

Неблагодарность, есть отсутствие совести.

Заканчивая телефонный разговор с младшим братом, Найденов-старший сказал: «Спасибо, что позвонил, что поздравил. Извини, брат, что не приглашаю в гости, моя тащит меня гулять на набережную. Что? И твоя тебя тоже? Вот и прекрасно, значит, увидимся на набережной, уж никак не разойдемся. Тогда я не прощаюсь, давай, до встречи». Повесив трубку, Найденов обратился к жене: «Представь, они тоже собрались по набережной гулять. А потому, если хочешь, набережную отменяем. Давай сегодня поедем в Ливадию. Там есть хорошая кафешка».

В то же время Найденов-младший, выполнив тяжкий для него долг вежливости, жаловался своей супруге: «Похоже, поход на набережную придется отменить. От их прихохода к ним в гости отнекиваться, к счастью, не пришлось, похоже, они и не собирались нас приглашать. Они, видите ли, собрались на набережную гулять, говорят – там и встретимся. Поэтому я думаю так – давай куда-нибудь рванем в другую степь. Давно в Ливадии мы не бывали, там, кстати, есть прекрасная кафешка. Ты как, не против? Значит, решено».

Перстенек

Видимо, по природе своей, человек не свободен от глупости и дури.

С перстенечком произошла почти сказочная история. Витька дожил почти до 25 лет, но не было у него на шее ни золотой с крестиком цепочки, ни браслета на руке, ни хорошего перстня на пальце. От любви к выпивке купить было не на что. Ладно, с цепью, там, где Витька проживает, ее все одно никто не увидит, кроме, пожалуй, девушки, с которой он спит. Да и то, она любит «это дело» без света. А перстень золотой, он всегда на виду и является визитной картой солидного человека, как татуировка у блатных. И вот однажды, в привокзальном туалете, Витька зашел туда по малой нужде (а заодно и руки помыть),на замызганной раковине увидел перстень золотой с черным камнем -лежит себе родненький на умывальнике рядом с обмылком, как специально Витьку дожидается. Витька ни мочиться, ни мыть руки-цапнул перстень и был таков. На указательный перстень, к сожалению, не налез, зато на мизинец-как по заказу. Надев перстень, Витька почувствовал себя другим человеком, даже выпивать реже и меньше стал-статус теперь не тот. После драгоценной находки был случай, когда Витьку грабили. Но перстенек удалось отбить. Было трудно с деньгами и Витька скрепя сердце сдавал перстень в залог. Но всегда выкупал и снова был счастлив.

Однажды, время спустя, Витька попал на Черное море и во время шторма заигрался на волнах возле берега. Перстенек с пальца соскочил, Витька это сразу почувствовал, стал озираться, нырять, перекидывать гальку. Да куда там, это как иголку в стоге сена. Искал, искал, даже мальчишек подключил-бесполезно. Виктор загрустил, уставший, сел на берегу, опустив ноги к воде. Собрался было уходить и вдруг, набежавшая волна выбросила перстень прямо к его ногам. Схватив его и не веря своему счастью, Витек понял, что колечко это непростое, заговоренное, а стало быть, носить его ему до самой смерти и как в воду глядел.

В этот же вечер, подвыпивший на радостях Витька, угощал и все рассказывал каким-то малознакомым людям о чуде-перстне, с гордостью демонстрируя и постоянно целуя его в черный камень. Под утро Витькино тело нашли в кустах, без копейки в карманах и без перстня на сломанном мизинце.

Попурри бесовских дней

Сколько же можно бездумно убивать и бездумно плодиться?

Сегодня с раннего утра маленькая семья Бушайло торопилась- каждый по своим делам. Но, несмотря на это, заботливая мать и жена успела, пораньше встав, приготовить любимому сыну сырники, а мужу глазунью.

Хмурый отец шел к товарищам на площадь уже не просто требовать выплаты пенсий, пособий, зарплат, а с желанием свергнуть антинародный строй.

Двадцатитрехлетний сын Андрюша, напротив, был суетлив, возбужден и весел. Им с ребятами из ОМОНА предстоит сегодня жаркий день.

Добросовестная, обязательная Марина Ивановна, прибрав за мужчинами, отправилась в церковь и долго стояла на коленях перед суровыми ликами святых.

По команде раздался резкий звук ударов дубиной по щитам. Протестующие и ОМОН двинулись на встречу друг другу. Звук был слышен за несколько кварталов, в том числе и там, где испокон века стояла старая православная церковь.

Новая жизнь
(из дневника вампира)

Излишняя страсть и похоть -это путь к одержимости.

Это была последняя вечеринка с теми, кого я знал долгие годы, с кем у меня были какие-то отношения, с кем рос, учился, дружил и прочее. Завтра меня не будет связывать с прошлой жизнью никто и ничто. Я даже побывал на кладбище и, заплатив рабочим, велел сделать короткую пометку на плите нашего семейного захоронения. Такой-то такой-то, родился тогда-то и умер сегодняшним числом. Завтра я навсегда уезжаю в Австралию, там меня ждет человек, пришедший в мою жизнь через Интернет. В новую жизнь из прошлого я не взял ничего: ни вещей, ни фотографий, ни воспоминаний

В Австралии мы завели дорогущего кота и часто снимали его и себя с ним на видео. Было очень забавно смотреть на его шалости. Потом это надоело, мы не выключая камеру содрали с него шкуру, а мясо съели. Потом решили оставить камеру включенной во время занятий сексом. Сейчас не помню. Просмотрев эту кассету показалось чего то не хватает. С тех пор, занимаясь любовью, мы всегда оставляли камеру включенной. Пытаясь выглядеть эффектней, мы меняли разные позы, надеясь испытать новые ощущения. Позже мы приобрели еще две кинокамеры, стали устанавливать направленный свет-нам нравилось. Время спустя возвращаться к отснятому. Это возбуждало и опять хотелось чего-то новенького. В ход пошли разные приспособления, плетки, маски, искусственные фаллосы. Ни разу не было мысли показать эти кассеты кому-то, но и не было страха, что кто-нибудь когда-то их увидит. Но уже зарождалось желание, чтобы кто-нибудь захотел поучаствовать с нами, испытать то, что испытываем мы. Постепенно мы стали истязать себя, причиняя друг другу боль-это привилось и затягивало все сильней. Когда эти истязания стали опасными для жизни, а умирать никому не хотелось, возникла мысль сделать это с кем-то посторонним. Найти жертву оказалось несложно. Первой была девятнадцатилетняя студентка. Мы проделывали с ней все, что знали, чему научились и, наконец, сделали то, чего боялись сделать друг с другом. Не выдержав этого, студентка умерла, доводя нас своими судорогами до безумного блаженства. Вернуться к этой пленке захотелось уже через неделю. Досмотрев ее до конца, мы сели в машину и уехали в Сидней, откуда привезли мужчину. Так все и началось, теперь, чтобы впадать в экстаз, нам нравилось кромсать и рвать плоть, отрывая от нее куски зубами

В зале суда обвинитель, показывая на внушительную стопку видеокассет, рассказывал суду присяжных их содержание. «Я вижу, как дорого бы дали многие из них, чтобы воочию увидеть отснятый материал». По ночам в ожидании смертной казни мне не хватает, так не хватает вкуса крови, что я потихоньку вскрываю вены и с наслаждением пью свою.

Городок

Все плохое, что есть в нашей жизни, базируется на человеческих пороках.

В осенний понедельник погода вдруг расщедрилась солнышком, теплым воздухом и чем-то романтично-заманчивым. С утра прогуляться по улочкам городка потянулись: тунеядцы, дармоеды, вымогатели, уголовники, мерзавцы, подонки, подлецы, чуть позже появились проститутки. Таким образом, в этот день практически все население городка насладилось хорошей погодой.

Страна био

Кто в сомнительных радостях и утехах видит конечную цель своего бытия – тот не в силах возвыситься до познания нетленных духовных благ.

Два био робота, я и Лешка, вышли в покрывающийся сумерками город. В мой встроенный в голову компьютер под названием мозг откуда-то извне поступила команда-выпить вина или хотя бы пива. Я с Лешкой этой командой поделился вслух. Лешка признался, что в его компьютер поступала почти та же самая команда, с той лишь разницей, что Лешке из космоса рекомендовано выпить водочки. Выпив все рекомендуемое, мы с Лешкой стали получать команду за командой – одна другой хлеще. Потому, видимо, была разбита витрина, перевернут стол, набито незнакомое лицо в очках и шляпе, и так далее, и тому подобное. Утром в отделении милиции, где мы с Лешкой не помню, как оказались (видимо, компьютер начал давать сбои), ознакомившись с протоколом задержания, я в оправдание только пожимал плечами, разумно рассудив, про команды из космоса сержанту лучше не говорить. А не совсем протрезвевший Лешка с пеной у рта твердил в оправдание, что мы существа подневольные-наше дело команды из космоса выполнять, что взять с нас нечего. Ведь мы всего лишь роботы, хотя и био.

Дантисты

Если не иметь сто рублей, а иметь сто друзей, то для каждого друга даже рубля не найдется.

Всем нуждающимся кооператив «Дантист» изготовит в короткий срок зубные протезы. Качество гарантируется. Мордатый дантист Грицько выработал для себя странную систему работы. Когда взял в аренду стоматологический кабинет. Грицько в течение недели набирал себе клиентов, снимая старые мосты, коронки, делая слепки. Город курортный, место хорошее, клиентов невпроворот, предоплата, естественно, вперед. Набирая и денег и работы, предварительно поинтересовавшись, когда курортник уезжает, назначал прием за день, за два до отъезда. А потом Грицько пропадал. Месяц-полтора он не появлялся в кабинете. Найти его никто не может: ни телефона, ни адреса. Санитарка перед несчастными жертвами разводит руками. «Может доктор тоже заболеть? Человек ведь все же.» Месяц спустя Грицько появлялся, набирал новеньких и опять бесследно исчезал. Метод этот срабатывал безотказно пятый или шестой раз. Однако как-то вечером дантисту Грицько кто то повыбивал зубы в темной подворотне, кто и за что, мы не ведаем. Грицько пришел к коллеге, увы, в роли клиента. Шпиер его, конечно, принял, искалеченный рот Грицько, конечно, осмотрел и заявил, что дело серьезное, работы предстоит много. Ну что ж, Грицько это предвидел. Конечно, Шпиер развел руками -не обессудь мол, много с тебя не возьму, но надо оплатить материал, технику и прочее. Грицько спорить не стал и оплатил как положено. В заключение он развернул платочек, вынул на свет царский золотой червонец, изъявив при этом дополнительное желание поставить себе на дальних зубах золотые коронки взамен старых стальных, умоляя сделать все как можно быстрее. Шпиер монету взял и просил Грицько не волноваться -«Приходи через неделю, и все будет готово». Грицько пришел, на его вопрос уборщица, лихо орудуя шваброй, поясняла: кабинета нет уже дня три-четыре, поскольку доктор здешний уехал жить в Израиль.

Неизбежность

Чтобы подстроиться под условия этого мира, часто приходится поступаться совестью.

Вспоминаю, службу в Н,К,В,Д,в расстрельной команде. Как подолгу приходилось держать на вытянутой руке чугунный утюг, это для того, чтобы не дрожала рука, держащая пистолет. Если пуля входила в затылок прямо, крови почти не было, дырочка и все. Но если вскользь, брызги, ошметки, кашица. Рука дрожать не должна, даже если устала.

В каменном мешке подвала на меня даже не стали пулю тратить. Четверо, взяв за руки-ноги, подбрасывали к потолку и роняли на бетонный пол. Внутри тела отрывались, лопались все органы. Мне четко был слышен звук разрываемой плоти. Кровь шла ушами, текла носом и сочилась с заднего прохода. И бесполезно повторять —«Да здравствует товарищь Сталин» Наверно, так и должно быть: вчера я,а сегодня меня-неизбежность.

Кислота Сколько бы жизнь не посылала нам неудач и страданий, сколько не давала бы счастья и везения -все это непредсказуемые проделки судьбы и обстоятельств.

Лола училась в шестом классе. Домой возвращалась через парк-так ближе. она привыкла и ей было не страшно. Правда, чего бояться? Вон навстречу идет мужчина довольно приятной наружности. Мужчина с Лолой поравнялся и довольно ласково спросил, почему девушка одна? Не скучно ли ей? И предложил проводить. Лола пожала плечами -«провожайте», если хотите. Потом разговорились. Мужчина -такой интересный человек, и не заметила, что свернули на глухую аллею, что мужчина осмотрелся и предложил посидеть на скамейке. Достал пачку фотографий. «Ой, что это? Что это за ужасы?» -Лола побледнела. На фотографиях женщины с обожженными кислотой лицами. Мужчина вынул из кармана банку с прозрачной жидкостью и зло так сказал: «Закричишь -оболью, и будешь такая же, как эти». Лола от страха потеряла дар речи и не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, когда мужчина имел ее в извращенной форме. После возбуждения мужчина успокоился и ласково сказал: «Да не бойся ты, пошутил я». Открыл банку и на глазах изумленной Лолы выпил жидкость до дна. О случившимся Лола никому не сказала.

Вабанк

В любых человеческих организациях возникают властные структуры, на базе которых очень быстро расцветает бюрократия – самый опасный и самый большой враг демократических свобод.

В глубине дворов, на небольшой проходной улице образовался маленький бесхозный клочок земли. На нем не стоял сарай, не росло дерево, не зеленела трава, не густели кусты, и не пахло цветами. Часто на этот участок несознательный народ сбрасывал пакеты с мусором, все, кому ни лень, сносили туда разный хлам, вплоть до ржавых кроватей. Многие забегали на этот участок помочиться или того хуже. Проходившие по улочке люди, либо отворачивали головы от плохого места, либо смотрели на него с укором и неприязнью, ругая соплеменников за свинство. Все, кроме гражданина Фурыкина – он смотрел на этот клочок земли с надеждой и любовью. Долгое время недалеко живущий от этого участка Фурыкин, проходя мимо, мечтал: когда-нибудь он подкопит деньжат и добьется разрешения поставить в этом месте гараж.

Со временем, подкопив деньжат, гражданин Фурыкин начал действовать. Он пригласил в гости участкового, за которым это нехорошее место было закреплено. И распив под хорошую закуску и не менее хорошие тосты (за взаимовыручку, за солидарность трудящихся и пр.) бутылку водки, перешел к делу. Фурыкин с темпераментом, на какой только был способен, объяснял блюстителю порядка его выгоду в благоустройстве этого островка неприятностей и нареканий. Участковый, польщенный вниманием, своей значимостью, а главное обещанной благодарностью в виде ящика пива, почесав затылок, сказал-«Дело, конечно, непростое и не только от меня зависит, тут главное получить согласие товарища Тютькина, но за два ящика пива, чем могу помогу». Вместе с Фурыкиным они составили бумагу в горисполком, указав на всю неприглядность нынешнего состояния этого участка, после чего участковый обескуражил Фурыкина.«А вот если на этом документе не будет подписи гражданки Прохоренко, то в горисполкоме на твое прошение даже смотреть не станут, поскольку два окна частного дома этой гражданки выходят как раз на этот пустырек». Для пущей уверенности взяв с собой еще бутылку и кое-что из закуски, просители пришли в дом гражданки Прохоренко. Решив схитрить и сразу взять корову за рога, участковый решил слукавить и заодно показать Фурыкину, что два ящика пива были куплены для него не зря. По приходу он официально сообщил гражданке Прохоренко, что есть сведения, будто бы власти хотят на пустырьке установить мусорные бачки, то есть организовать официальную помойку. Со всеми вытекающими для вида из окна гражданки Прохоренко последствиями. Но вот нашелся добрый человек, который желает установить там маленький, чистенький, аккуратненький гаражик.«Вам и в окошечко любо-дорого будет выглянуть», – закончил бесхитростную ложь покрасневший от старания участковый. Не отказавшись выпить и закусить, за взаимопонимание, за красоту и порядок в городе и просто за хороших людей, гражданка Прохоренко без ложной скромности заявила-« А по мне все одно, что гараж, что помойка. У меня сейчас одна проблема, не знаю, где взять сто рублей». Крякнув от безвыходности, Фурыкин достал кошелек. Не желая быть свидетелем взятки, участковый предусмотрительно вышел и пошел на пустырек помочиться.

Получив бумагу с двумя подписями, Фурыкин, выйдя на улицу, попрощался с участковым и посмотрел в даль, где неприступной крепостью возвышалось капитальное здание горисполкома. В душу Фурыкина просочилось сомнение – «Смогу ли я, получится ли, взять сей неприступный бастион. Хватит ли сил, а главное денег, чтобы осуществить свою заветную мечту – облагородить заброшенный пустырек собственным гаражом-„ракушкой“?» Но вспомнив об уже понесенных расходах и прекрасно понимая, что ни выпивки, ни закуски, ни двух ящиков пива, ни ста рублей в случае неудачи ему уже никто не вернет, Фурыкин, отбросив все сомнения, решил-«Если надо, пойду вабанк, отдам все, что имею». Прижав к груди заветную бумагу, Фурыкин бодро зашагал вперед.

Вопреки опасениям прошение в горисполкоме у фурыкина приняли без всяких возражений и обещали в течении недели его рассмотреть и передать на подпись товарищу Тютькину. Окрылённый успехом Фурыкин вернулся домой и стал ждать.

Прошла неделя и Фурыкин отправился е горисполком за ответом. Путь его пролегал через тот самый пустырек. Фурыкин не поверил глазам своим. На месте где он мечтал поставить дешевенькую «ракушку», стоял капитальный, железобетонный гараж с сигнализацией. Официально оформленный по всем правилам, гараж принадлежал зятю тов. Тютькина.

Апокалипсис

Ели бы человечество вместо того, чтобы истреблять друг друга, положило бы все силы на мирное изучение и освоение космоса, то космос наверняка спас бы человечество от неминуемой гибели.

Небольшой по площади, поросший ветхой растительностью, над безбрежной равниной мёртвого мирового океана, возвышался скалистый островок. На острове уже не струился родничок с пресной водой, и не водилась разная мелкая живность. Измученный, с изможденным лицом человек лежал на спине у самой кромки воды. Широко открыв пересыхающий рот, он жадно ловил воздух. Не исключено, что он остался последним европейцем на планете, выжившим после очередного взрыва и последующего наводнения, поглотившего старушку Европу. Человек захрипел, лицо его посинело, а выпученные глаза начали стекленеть. В атмосфере планеты Земля исчезали, растворялись в других газах последние частицы кислорода.

Самцы и самки

Совращая чужую жену, думай о том, что кто то совращает твою.

Популяция девушек в наших краях разнообразна и многочисленна. Несмотря на это, мою самочку все время атакуют другие самцы. Я решительно отгоняю других самцов. Это занятие страшно утомляет, занимает много времени и нервов, к тому же связано с немалым риском. Принюхиваясь, по запаху, я научился определять, когда у моей самочки течка – значит, спаривания не будет, но эту проблему я решал, бегая к другой самочке, на территорию ее отсутствующего самца, что было тоже очень рискованно, но зов плоти побеждал. Мне двадцать четыре года, и я по профессии зоолог.

Перно-анисовая водка

Чаще всего, мечты и реальность-как небо и земля.

Крикалев взошел на ажурный мостик, сделанный в стиле «Ренессанс». На середине венецианского мостика он остановился и с любопытством рассмотрел золотых рыбок, плавающих внизу, в искусственном водоеме.

Сойдя с мостика, Крикалев оказался на веранде престижного ресторана. Ничуть не смутившись роскошного убранства, Крикалев выбрал столик у фонтана с мальчиком пис посередине и, сняв шляпу, уселся в плетеное из невесть какого растения кресло. Пролистав массивное в кожаном переплете меню, Крикалев ничем не выдал удивления от астрономических цен. Положив меню рядом со шляпой, он поднял глаза на вышколенного официанта, терпеливо ждущего, когда Крикалев ознакомится с ассортиментом.«А что, голубчик, есть ли у вас „Перно“? Великолепно утоляет жажду, особенно если его смешать с содовой». «Миллион извинений, но, к сожалению, „Перно“ не держим. Наша карта вин, как и весь ликероводочный ассортимент, состоит в основном из коллекционных напитков». «А жаль. – Крикалев вальяжно потянулся за шляпой.—Придется отобедать в отеле „Палас“. Там есть всё и кухня лучше, и с выпивкой побогаче».

Одинокий пенсионер Крикалев никогда не пил и в глаза не видел «Перно» и даже не знал, смешивают ли его с содовой. Но иногда в надежде чем-нибудь поживиться, он без дела слонялся по богатым кварталам, где ему очень хотелось хоть на одно мгновение почувствовать себя миллионером.

Похороны

Мёртвым вечный покой, а живым суета сует.

Похоронная процессия, состоящая из двух автобусов, миновав ворота, въехала на территорию кладбища. Погода стояла сырая, и желающих проводить покойную в последний путь оказалось немного. В основном это были женщины с места работы покойной. Юный Эдик, с двух сторон (хотя в этом не было ни какой необходимости) поддерживаемый двумя незнакомыми женщинами, стоял возле свежевырытой могилы и смотрел на чужих ему людей, распоряжающихся траурным обрядом. Кто-то сказал о покойнице несколько добрых слов, кто-то из слабонервных всхлипнул. Гроб накрыли крышкой и прибили ее гвоздями. В кладбищенской тишине удары молотка резали ухо. Гроб опустили в могилу, и Эдику было велено бросить на крышку горсть земли. Сделав все, что от него просили, Эдик отошел в сторону и наблюдал, как все присутствующие, выстроившись в очередь, проходили мимо ямы и бросали в ее глубь землю. Все расходы, все заботы и хлопоты о погребении на себя взяла организация, где мама Эдика проработала последние годы. Эдик никого не знал из присутствующих, потому ему было очень неловко, но, с другой стороны, очень хотелось обратиться к кому-нибудь из женщин с просьбой о помощи. Наблюдая за происходящим, Эдик думал лишь о том, будет ли удобно попросить кого-нибудь из этих сорока и пятидесятилетних женщин, чтобы они помогли ему распродать мамины вещи: шубку, платья, обувь и прочее. А что касается золотых маминых украшений он и без их помощи продаст скупщикам на рынке. Так что на карманные расходы пока хватит с лихвой.

Переписка

Люди уперты и упорно не желают признавать свои ошибки.

Андрюша—толстый, сонливый, из его хлюпающего носа вечно вылезают зеленые сопли. Пиджачок на нем кургузый, брюки коротковаты, походка как у пингвина. Да и все остальное больше отталкивало, чем привлекало: лицо прыщавое, зубы плохие. У девочек Андрюша интереса не вызывал. Видимо поэтому Андрюша рос нервным, закомплексованным мальчиком. Любой выпад, шутка, каждый если ему казалось, недобрый взгляд, вызывали в нем агрессию.

В зрелом возрасте комплексы не прошли, видимо поэтому Андрей Яковлевич предпочитал живому виртуальное общение и переписку. Несмотря на психологические проблемы, Андрей Яковлевич отучился на журфаке и занял место редактора в достаточно крупном издательстве. Просматривая почту, Андрей Яковлевич раскрыл письмо, в котором было написано: «Здорово, Андрюшка! Надеюсь, ты напечатаешь в своем журнале стихи своего одноклассника. Тем более, что я единственный в классе, кто не называл тебя соплей зеленой. С приветиком, Федька Пономарев (стихи прилагаю)». Кровь ударила в голову Андрея Яковлевича, будто бы, как в школьные годы кто-то, типа Федьки Пономарева, врезал ему ногой под зад. В сердцах он тут же отправил ответ: «Уважаемый («уважаемый» он тут же зачеркнул). Культурный слой из его сущности испарился и он ответил. «Пономарев или как вас там, подковырнешь меня знаешь когда? Когда я в сортире на горшке сидеть буду. А стишки свои или как там у вас, засунь себе в задницу и поглубже». Отправив письмо по электронной почте, Андрей Яковлевич понемногу успокоился и приступил к текущим делам. Но на следующий день оппонент опять прислал сообщение. Тон в письме явно переменился.«Уважаемый Андрей Яковлевич! Надеюсь, что Вы всё таки напечатаете мои стихи. Ведь Вы прекрасный литературовед и тонкий знаток поэзии. Поверьте, я лично никогда не верил сплетням, будто бы Вы—бездарь, а кресло главного редактора заняли благодаря папе, он ведь у вас замминистра. С глубоким уважением, Федор Пономарев». Андрей Яковлевич, прочитав последнюю строчку, почувствовал, что близок к истерике. Плохо соображая, он напечатал гневный ответ: «Рожа козлиная, я же тебе сказал, катись колбаской по Малой Спасской и не забудь прихватить с собой свои стихи грёбаные!». Убедившись, что ответ отправлен, Андрей Яковлевич немного успокоился и положил в рот таблетку валидола. Но и на следующий день неугомонный одноклассник прислал письмо Андрею Яковлевичу. И опять получил в ответ грубость и предложения пойти куда подальше. Переписка продолжалась почти всю неделю, в результате, отчаявшийся автор стихов, потерял надежду быть напечатанным. Он собрал воедино всю переписку с Андреем Яковлевичем и отправил в другое издательство, не забыв приложить свои стихи. Увы, стихи там тоже печатать отказались, зато напечатали всю переписку между поэтом и главным редактором элитного издательства, при этом не забыв выплатить Пономареву приличный гонорар.

Папа

Все греховные мысли являются следствием невежества.

Отец умирал от рака-медленно и мучительно. Эта страшная болезнь не могла одолеть его сильное сердце. Оно тихо, но все-таки билось. Сидящий рядом с умирающим матвей не отходил от отца вторую неделю. Протянув руку к столику, заваленному лекарствами, он отломил голову ампуле, выбрал в шприц дозу морфия прописанному отцу и уколол себя в вену.

Бунтарь

Очень трудно донести до полусонных сознаний большей части человечества, что надо беречь как зеницу ока моральные, духовные и социальные ценности, принятые в цивилизованном мире.

Антонов существовал, передвигаясь по местам, определенным судьбою. Сближался, общался и расставался с той малой частью людей, обитающих в этом ограниченном пространстве. Ни эти люди, среди которых он жил, ни само пространство, ни события в нем происходящие, Антонова не устраивали. Он страдал, хотелось не тех женщин, которых он имел, не таких друзей, знакомых, не те деньги, не такое положение в обществе, которое он занимал. Даже не тех мироощущений, которые испытывал он. Антонов был убежден, что связан по рукам и ногам предначертанной ему судьбой. А потому, как ни старайся, кардинально изменить свою жизнь у него не получится.

Так Антонов и жил, проклиная судьбу, до определенного времени. Пока не решил взбунтоваться. В какой-то день Антонов почувствовал, что психологически свободен от своих привычных обязанностей, чувства долга и прочих условностей. От неписаных правил, установленных кем то, законов написанных кем то и даже от десяти заповедей. «Почему кому-то можно, если не все, то многое, а ему нельзя почти ничего?»

Попробовав курить анашу, Антонов потерял должность, которую с трудом получил. Нюхая кокаин, Антонов оставил женщину, которая его любила. Ширяясь по вене, Антонов потерял семью, которая была основой его бытия. Антонов стал красть, бомжевать, побывал в тюрьме и в конечном итоге совершил двойное убийство с целью ограбления.

Приговоренный к высшей мере, Антонов взывал к небесам. Беспомощный, одинокий, запутавшийся в жизненных перипетиях, Антонов просил защиты.«Помоги, Господи, научи, как спастись, как исправить то, что случилось, как вернуть ту жизнь, которую Ты уготовил мне изначально?«До Антонова дошло, но поздно – как удобно и безопасно было быть простым, среднестатистическим человеком.

Гуля и Орфей
Женские истории

Семья Муратовых жила в местах далеких и холодных. Жила дружно, имела свой бизнес—шили меховые шапки. Отец—глава семьи, старший брат, мать и любимица семьи Гуля. Когда Гуле было пятнадцать, мать умерла, сгорела от рака, за хозяйку осталась Гуля. С ранних лет в Гулю влюблен друг старшего брата Надир и все считали после совершеннолетия их женитьбу делом решенным. Но у Гули свои тайные планы, ей хотелось в Москву, учиться музыке. Музыкальную школу она заканчивала с отличием, ну и, конечно, хотелось мир посмотреть. Получив паспорт, вскоре после майских праздников, Гуля из дома сбежала—через записку обещала звонить и писать.

Москва встретила, как и всех провинциалов, проблемами и дороговизной. Но деньги у Гули были, мать перед смертью отдала ей свою кубышку. По объявлению Гуля сняла комнату в большой коммуналке. В консерватории было тоже не все так просто. Экзамены только в июне и, говорят, на одно место восемь человек. Но Гуля к трудностям готова. Она пришла на вещевой рынок, нашла палатку, где торгуют меховыми шапками и предложила себя в продавцы—ее взяли.

Через неделю после побега решилась позвонить домой. Отец в трубку кричал—если немедленно не вернется, он от нее отречется. Брат грозился убить, а жених угрожал повеситься. Напуганная Гуля решила пока домой не звонить. Лучше писать письма без обратного адреса.

В консерватории, опять таки по объявлению, Гуля нашла себе репетитора и каждый вечер после работы приезжала заниматься. Репетитор Элеонора Марковна, женщина в возрасте-бывший преподаватель музыки. С ней в большой трехкомнатной квартире проживает ее пятидесятилетний сын. Как оказалось позже, в определенных кругах известный композитор. Внешность у него, как у Гоголя, только в очках, и зовут его не как великого писателя Николаем, а Орфеем Васильевичем. Гуле он показался странным, загадочным, всегда с нотами и скрипкой. Гуля торговала шапками, регулярно ходила к репетитору и готовилась успешно сдать экзамены. Дверь ей неизменно открывал Орфей Васильевич и любезно предлагал чаю.

Все было хорошо, пока Гулину комнату не обворовали. Вынесли и деньги, и вещи. Заплаканная Гуля пришла к Элеоноре Марковне не так на занятие, как скорей попрощаться. Рассказала свою беду и опять расплакалась. Присутствующий при этом Орфей Васильевич участливо предложил Гуле воды. Но Элеонора Марковна строго попросила его выйти и не смущать девушку своим присутствием. Вместо рояля Элеонора Марковна усадила Гулю за круглый стол и стала поить чаем. Неожиданно для Гули Элеонора Марковна сделала ей царское предложение.«Работа у вас есть, -сказала она.—стало быть на хлеб хватит. Поэтому, если желаете, переезжайте временно жить к нам. Вы – девушка талантливая, поступление я вам гарантирую. Обещаю похлопотать насчет стипендии и места в общежитии», -сделав немного напыщенный вид, Элеонора Марковна добавила-«Есть у меня кое-какие связи, а что касается оплаты за репетиторство, не переживайте – придет время, дай Бог, сочтемся». «А как же Орфей Васильевич?» – робко спросила Гуля. Его она почему-то жутко боялась. «Пусть вас это не волнует, милочка. Думаю, он будет только рад», -снисходительно отреагировала Элеонора Марковна, сильно озадачив Гулю таким ответом. Гуля переехала. Работала, старательно готовилась к экзаменам и полностью взяла на себя хозяйственные заботы. К Орфею Васильевичу Гуля быстро привыкла, он оказался совсем не страшным и производил впечатление большого ребенка.

Пришло время и Гуля стала студенткой консерватории, работу пришлось оставить, но Гуле стали платить стипендию. А вот помочь с местом в общежитии Элеонора Марковна почему-то не торопилась. Похоже, её устраивало Гулино присутствие в их доме. Более того, в душе Элеонора Марковна лелеяла надежду, что между бобылем сыном и Гулей случится роман. Поскольку она стара, у нее больное сердце и, кто знает, что будет с ее мальчиком без женского участия. Опасения Элеоноры Марковны были небезосновательны. Однажды вечером у нее случился сердечный приступ. Скорая увезла ее в больницу, а утром пришло известие, что Элеоноры Марковны больше нет.

На сороковой день после похорон Гуля решилась на разговор с Орфеем Васильевичем. «Мне, наверное, надо съехать, -сказала она.-Я написала заявление предоставить мне место в общежитии». Услышав это, Орфей Васильевич не смог скрыть своего волнения и сбивчиво стал уговаривать Гулю остаться.«Живите, сколько хотите, я без вас пропаду». И в запале признался Гуле, что он влюблен в нее с той минуты, когда впервые ее увидел.

Гуля осталась, и они с Орфеем Васильевичем стали жить как муж и жена. Оба очень хотели ребенка и очень старались его сотворить. Ни тот, ни другая не заводили разговор о женитьбе и оба обращались друг к другу чаще на вы чем на ты. Вечерами музицировали, ходили в кино, посещали театры, выставки, музеи, а ночью пытались зачать желанное дитя.

Так прошло больше года. К этому времени Гуля уже не боялась звонить домой, страсти поостыли. Всем интересующимся Гулин отец не без гордости отвечал, что дочка учится в московской консерватории. После каждого разговора с домочадцами Гуле передавали привет от Надира, который продолжал считать ее своей невестой. Но однажды Гуле позвонил сам Надир—новости были плохие. Отец и брат Гули попали в автомобильную аварию. Отец погиб сразу, а брат с переломом позвоночника лежит в реанимации.

Гуля срочно засобиралась на родину. Орфей Васильевич растерянно наблюдал за ее сборами и периодически порывался настоять на том, чтобы поехать с ней. Но Гуля была непреклонна.«Жди, -говорила она. Все решится на месте. Буду звонить каждый день. Ни о чем не волнуйся, никуда я от тебя не денусь». Перед поездкой на вокзал Орфей Васильевич заговорил с Гулей о женитьбе.«Я думал сделать тебе предложение, когда ты забеременеешь, чтобы у нас сразу образовалась семья. Но теперь это не имеет значения. Я хочу, чтобы ты стала моей женой». «Я тоже хочу. Но, все-таки, первый вариант мне кажется более интересным». «Почему?» -удивился Орфей Васильевич. «Да потому, что это заставляет тебя очень стараться по ночам», – несмотря на напряженность момента, улыбнувшись, ответила Гуля.

По приезду на родину, несмотря на бесконечные хлопоты, Гуля каждый день звонила Орфею Васильевичу и рассказывала, как идут дела. Отца похоронили рядом с мамой. Брат будет жить, но уже в инвалидной коляске. План у нее был такой: бизнес продать, слава Богу, помогает Надир, друг брата, а брата забрать в Москву. Орфей Васильевич полностью и целиком ее план принял и одобрил. От волнений и ожидания он не спал ночами, похудел и осунулся, с трудом сдерживая себя, чтобы не поехать к любимой. Шел уже третий месяц, как Гуля уехала. В тот день она позвонила, как всегда, в то же самое время.«У меня важная новость» -сказала она, -«я беременна». Сердце Орфея Васильевича радостно забилось.«Я рад, я счастлив, -закричал в трубку Орфей Васильевич.—Теперь мы семья». «Подождите, подождите, – перебила его Гуля.—Я беременна не от вас. Отцом ребенка будет Надир. Я выхожу за него замуж и остаюсь на родине. Прошу вас забыть меня и все, что между нами было. И очень прошу меня не беспокоить». В трубке послышались гудки.

Напугала ежа

Если кто то, приложив множество усилий с трудом что нибудь создаст или построит. То всегда найдётся тот кто легко это разрушит.

Гражданин Португалов в здешнем приморском городке житель местный. Пользуясь множеством полезных знакомств, гражданин Португалов много лет (в летний период) посещает лучший в городе (охраняемый солдатами) пляж. Пляж доступен далеко не для всех, так как принадлежит санаторию Министерства обороны. В наступившем году старого глав врача поменяли на нового. И Португалов озаботился добычей нового пропуска на любимый пляж. Для этого Португалов изъял из своих запасов трехлитровую банку с красным домашним вином, упаковал ее в целлофановый пакет и отправился в здание администрации санатория, в надежде при помощи вина познакомиться с новым главврачом и выпросить у него пропуск на заветный пляж. Однако пообщаться с новым главврачом оказалось делом непростым – пять раз Португалов возвращался домой ни с чем, таская за собой банку с вином. То у нового главврача заседание, то он куда-то отъехал, то просто занят текущими делами. Но упрямый Португалов не сдавался – не ходить же ему на городской пляж, где нету сервиса, многих элементарных удобств и яблоку негде упасть.

Параллельно Португалов искал и другие пути, подходил с коробкой конфет к дородной женщине главбуху воен-санатория. Шоколад она взяла, но сказала, что пропуск – это только главврач. Португалов нашел начальника охраны, пообещал ему вина, тот только руками развел: «Хочу, но никак не могу». Тогда Португалов вышел на директора пляжа. Тот оказался мужичком скользким, бутылку взял, пообещав один-два раза Португалова на пляж провести лично, если тот ему позвонит – «а пропуск, нет, это к главному идти надо».

Одаривая секретаршу главврача букетиками полевых цветов, Португалов терпеливо ждал своего часа в приемной. И вот, наконец, Португалову повезло.«Вы ко мне?» – спросил проходящий мимо намозолившего глаза гражданина с пакетом в руке вновь назначенный.«Так точно, к вам». «Ну, зайдите, только времени у меня в обрез». Войдя в кабинет, Португалов сразу водрузил банку с вином на стол.«Это вам, домашнее вино. Лучшего вы нигде не найдете». Португалов старался изо всех сил понравиться новому начальнику. Он источал комплименты чистоте и порядку, царящим в санатории и, ссылаясь на то, что всю жизнь, сызмальства, ходит на санаторный пляж, чуть не на коленях умолял нового хозяина выписать ему пропуск.«Вы, уважаемый, вино заберите, я не пью и подарков не принимаю. А насчет пропуска, так и быть, раз уж вы так просите, то в виде исключения я разрешу вам посещать пляж. Подойдите к главному бухгалтеру, оплатите посещение пляжа. С квитанцией подойдите в службу режима – вам выпишут пропуск. Потом поставите подпись у директора пляжа и оставите пропуск у моего секретаря. Будет время, я подпишу».

Португалов еще несколько дней бегал по вышеуказанным начальникам. И вот, наконец, пропуск, который раньше доставался ему без всяких проблем совершенно бесплатно или за банку вина, а теперь за немалые деньги и нервы, лежал у него в кармане. Провести лето на хорошем пляже было Португалову гарантировано. Конец мая был прохладным, и Португалов, положив пропуск в шкатулку с документами, ждал, когда море нагреется.

Приезжающая каждый год погостить в конце мая теща Португалова тоже не любила городской пляж, предпочитала втихаря, без спроса, пока Португалов на работе, взять из шкатулочки пропуск и нежиться под весенним солнцем на прекрасно оснащенном и оборудованном пляже военного санатория. Так же она сделала и на этот раз. Показывая охране пропуск, она легко прошла все заслоны и попала на охраняемый, как военный объект, пляж. Теща Португалова пожелала устроиться на одном из новеньких, завезенных в этом году лежаков с матрацем и махровым полотенцем в придачу. Но, к ее удивлению, эта услуга была платной. Деньги также взимались за шезлонг, горячий душ, зонтик от солнца и даже за посещение туалета.«Безобразие, – возмущалась теща Португалова, – сколько лет сюда хожу, никогда такого не было. Сразу видно, что жулики взяли власть». На шум пришел директор пляжа и вежливо потребовал у гражданочки какой-нибудь документ. Теща Португалова стала возмущаться еще больше, но, в конце концов, была вынуждена предъявить пропуск. Директор пляжа пропуск у нее изъял и позвонил начальнику режима, объяснив ситуацию, что неизвестная гражданка незаконно, по чужому пропуску, проникла на территорию пляжа. Режимник позвонил главврачу и доложил об инциденте. Тот приказал пропуск изъять и передать его секретарю. Разъяренная теща Португалова, можно сказать, ворвалась в кабинет главврача: шумела, плакала, клялась, грозилась. Но ничего не помогло. Тогда она цинично заявила: «Да подавитесь вы своим пропуском и поганым пляжем. Я буду жаловаться на вас во все инстанции, вплоть до президента!» – сказала и хлопнула дверью. Главврач, глядя на закрывшуюся за ней дверь, лишний раз убедившись, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным, медленно, в мелкие клочья рвал пропуск Португалова и приговаривал: «Жалуйся хоть Папе римскому. Напугала ежа голой жопой»

Криминальный бомонд

Кому на руси жить хорошо? -Тем кто ворует.

Весна, цветение, день чудесный. Смалоковский совершал променад по бульвару. «Ба, какая встреча» -на горизонте нарисовалась чета Пантелеевых.«Боже мой, боже мой сколько лет, сколько зим. Рад, искрене рад видеть вас опять вместе. В добром здравии, а главное на свободе.» Смалаковский пожал руку Пантелееву и как истинный джентльмен поцеловал руку его супруге. «Нус рассказывайте» -поинтересовался Смалоковский-«Где мотали последний срок?.«Ой да где нас только не мотало» -залепетала Пантелеева, сначала в Крестах, а позже пришлось даже Колыму повидать.» «А я вставил Пантелеев и в Ростове и в Челябинске, нары грел. но деньги, что мы подняли того стоило. А сейчас вот думаем куда лучше? Гаити или Лазурный берег. Может и вы с нами?.» «Благодарю, Благодарю, только мне Мариночку надо вызволять. Увы, она опять под арестом.«В кармане Смалоковского забренчало, он извлёк мобильник-«Да, слушаю. А это ты радость моя, ну наконец то. Значит адвокат не подвёл, дал тебе возможность со мной связаться. Он уже наверное тебе доложился. Дело твоё пересматривают и скорее всего переквалифицируют на более лёгкую статью. А после похлопочем о досрочном освобождении. Так что не волнуйся, мы тебя вытащим. А я вот встретил Пантелеевых. Помнишь я тебе о них рассказывал. Как мы с Анатолием Семёнычем познакомились в Лефортовской тюрьме. И про прекрасную жену его? Ну да она квартирный риэлтор в его конторе. Её кстати тоже недавно условно-досрочно. Так что потерпи милая, скоро увидимся. И тоже рванём на Гаваи или в Прованс.

Не я – так ты

Есть люди которым не второй ни третий раз повторять не надо, им и с первого раза все пофигу.

Вымотавшись до бессилия от множества навалившихся на нее нерешенных проблем, бизнес-леди велела шоферу отвезти ее в загородный дом. По дому витал запах благовоний. Из комнаты мужа слышалась ласкающая слух мелодия, исполняемая на арфе, с элементами шума морского прибоя. Войдя в комнату мужа, она застала его за привычным занятием – он медитировал. Ей очень хотелось вернуть то прекрасное время когда они каждый день общались и несмотря на бедность были счастливы. Тогда им было негде даже заняться любовью. В этот раз она опять не смогла удержать себя от упреков за его отрешенность от мирских забот. Она упрекала его с той поры когда они поженились. С тех пор, взвалив на свои хрупкие плечи тяжкий груз создать и руководить фирмой. Решая самостоятельно финансовые и бытовые проблемы, она все еще не потеряла надежду, что муж подключится к процессу и возьмет на себя хотя бы часть обязанностей и забот.«Ну почему ты ведешь себя как отрешённый, почему не хочешь стать нормальным, быть деловым как все. Я уже устала ждать и потеряла надежду, что ты избавишься от своих причуд и все-таки станешь помощником в моих делах.»

Выйдя из позы лотоса и из своих мечтаний, он посмотрел на нее голубыми глазами и невозмутимо сказал-«Ну зачем ты так изводишь себя своей псевдонормальностью? Разве тебе не достаточно, что мы любим друг друга. Что есть крыша над головой, что мы сыты, одеты, обуты. Если я не могу и не хочу стать нормальным в твоем понимании, то есть трудоголиком как ты. Так расслабься и стань ненормальной как я. Такой как была в юные годы. И тогда, может быть ты поймёшь, что человеку не так уж много и надо чтобы быть счастливым. Расслабься, сбрось груз ненужной суеты, жажду наживы и обывательских желаний-глядишь, все у нас опять и наладится».

Про Ивана

Любое настроение является быстро проходящим.

Облом: Посмотрев американский фильм о Джеймсе Бонде, Иван подошёл к большому зеркалу и напряг обнажённый торс. Пощупал один бицепс, потом другой-остался доволен. Поправив на бычьей шее толстую, золотую цепь, натянув на накаченное тело обтягивающую майку с надписью «А чё», Иван вышел из дома. Подойдя к красному кабриолету с открытым верхом, зная что на него устремлены десятки любопытных взглядов уличных зевак, он намеревался одним махом запрыгнуть на переднее сиденье. Но брошенная на землю каким то гадом шкурка от банана, не дала это сделать, испортив Ивану весь понт. Подскользнувшись, он приземлился задницей на землю. Чтобы исправить казус Иван перевернулся на живот, лицом вниз, несколько раз от жался. При этом взгляд упал на колесо-оно было спущено.«Вот блин» -выругался Иван и с полностью испорченным настроением, взялся менять колесо. Казаться крутым мачо, сегодня не получилось.

На тему культуры

Кумиры объединяют социум.

Рахманинов подошёл к окну, за стеклом бабьим летом золотилась русская осень. Обеденный стол в гостиной был сервирован фарфором, мельхиоровым фраже, хрусталём. Рахманинов посмотрел на стрелки напольных, с большим маятником часов и пробормотал-«Однако запаздывают.«К обеду он ждал известного в Москве фабриканта и мецената Саву Морозова. Вчера после вечернего концерта на котором присутствовал сам государь император, Морозов зазывал Рахманинова отметить успех в лучшей ресторации. Но утомлённый после концерта Рахманинов вежливо отказался. Что бы не обидеть отказом Морозова, Рахманинов любезно пригласил фабриканта, на завтра, если тот пожелает отобедать у него на квартире.«К стати будут Шаляпин и Айседора Дункан.» -предупредил он.

Как не странно из приглашённых первым явился Морозов. Передав служанке корзину с чёрной икрой, осетриной и бутылкой шампанского он долго извинялся за опоздание, ругая нерадивого ямщика. После чего поинтересовался у хозяина_«А что, друг мой Сергей Васильевич, слыхали ли вы, что намедни к нам с гастролью приезжает посвящённый в рыцари самой королевой Елизаветой, популярный в Англии сочинитель, он же исполнитель, сэр Элтон Джон. К стати он приезжает не один, а со своим мужем. Пойти на него мне настоятельно рекомендовал, большой любитель русского балета господин Дягилев. Я уже и билетики приобрёл, Пойдёте?». «Увы, в ближайшее время не буду располагать свободным временем. Уезжаю в Ялту повидаться с Антон Павловичем. К стати в Ялте, из Санкт -Петербурга, с гастролью будет выступать какой то новомодный рэпер по прозвищу Шнур. Вот на него может быть мы с Чеховым и сходим». «Не советую, говорят этот господин во время то ли пения и ли чёрт знает чего, показывает зрителям срамные места. И это извольте заметить, в присутствии дам. Хотя, впрочем можем уточнить у Шаляпина или у Айседоры, уж уверяю вас, она то точно всё знает-про этих новомодных». В этот момент в прихожей зазвонил дверной колокольчик.

Новый русский
(фрагменты из бытия новориша)

Быть честными и порядочными нам мешает любовь. Любовь к пороку, власти, богатству и самому себе.

ТАЙНЫ И СЕКРЕТЫ: Дмитрий Дмитриевич много знал обо всем и часто рассказывал Николаю (которого считал своим юным другом),об очень интересных вещах. О древних храмах любви в Индии или, например, об интимной жизни борцов сумо и о ночах Ивана Купалы. Николай с интересом слушал Дмитрия Дмитривича наматывая на ус, что мир всегда был развращён и безнравстен. Сам он не был так эрудирован и начитан, о многом не знал и ни когда раньше слышал. Поскольку рос без отца, мать примитивна, если не сказать глупа. Учился он плохо, зато умел красть, был хитёр и злопаметен. Поэтому Николай хорошо знал всё, о сексуальных наклонностях и интимных тайнах достопочтенной супруги Дмитрия Дмитриевича с которой спал и которую шантажировал вымогая деньжата.

Как узнать, хорош человек или плох? По их делам их узнаете.

Счастливчик: Через несколько лет отсутствия, возвратившись на родину из мест не столь отдалённых. Николай признался сам себе, что год уже как вернулся, а никого, ни одного из старых знакомых своих, ни закадычных дружков-приятелей, ни тех кого обворовал, ни тех кого заложил, ни тех кого до смерти боялся так и не встретил. Николай даже рассчитывать не мог, что ему так крупно повезет.

Собственные пороки людей ведут их ко злу, а страсти играют лишь роль толкачей.

ЧЕСТНОСТЬ ПРЕВЫШЕ ВСЕГО: Николай и Колёк дружки, водой не разлить. Путем не совсем праведным удалось как-то этой парочке разжиться деньгами. У друзей принцип: «честность превыше всего». Поэтому деньги сразу были разделены поровну. Однако обоим очень хотелось увеличить прибыль, потому было решено идти в казино. Сказано сделано. Колёк встал у рулетки, Николай уселся за карты. Приумножив принесенную сумму еще двумя сотнями долларов, удачливый Колёк, прекратив игру, пошел к столику, за которым сражался Николай.«Финита ля комедия, -сказал Колёк, сделав грустное выражение лица.—«Невезуха страшная, продул все до последней копеечки». Перед Николаем стояла невысокая горка из пяти однодолларовых фишек.«Мои дела тоже каюк. Вот, ставлю последние фишки». Через минуту игра была кончена, остававшиеся у Николая фишки перекочевали к крупье. «Ладно, -попытался успокоить раздосадованного дружка Колёк.—«Такова наша с тобой «се ля ви». Пошли, брат, домой. Ни девочки, ни ресторан нам сегодня не светят». «Это точно», -с тоской в голосе вторил Николай и погладил себя по карману, в котором, помимо тех, что он принес в казино, лежали еще выигранные им триста баксов.

Тот не может покаяться, кто грехов своих осознать не может.

ОДИНАКОВО РАЗНЫЕ: Всегда не трезвый от палёной водки посезонный матрос, в течение светового дня торчащий у катера, зазывал всех проходящих совершить морскую прогулку. Матрос этот недолюбливал фраера который разбогател занимаясь то ли рэкетом, то ли грабежами, то ли квартирными кражами. Тот ежедневно потягивал сухие и марочные вина в открытом баре напротив. Николай, тоже не жаловал голодранца матроса за его грубость, тупость неопрятный вид и неумение делать бобло. Но однажды им случилось познакомиться, и с тех пор они ежедневно кивали друг другу. Моряк катал Николая под парусом, а вечером -Николай угощал пивом матроса. Этих людей объединило то, что как оказалось, оба терпеть не могут лохов, интеллигенцию и политиков.

Неприемлемо, чтобы одному человеку было хорошо от того, что другому от этого плохо.

Жулики: Только когда Николай приехал туристом в Китай, только тогда он обнаружил в стопке долларов купленных у менял в Москве, фальшивую купюру. Кто и когда ее ему подсунул, он вспомнить не смог. Возле пекинских банков крутится огромное количество менял китайцев, которые за доллар дают чуть больше, чем банк. Попытка сбагрить им фальшивую купюру не увенчалась успехом. Ее долго щупали, смотрели на свет и в итоге возвращали.

День прошел в осмотре большой территории Дворца императоров, и когда начало смеркаться, туристы стали заполнять ждущий их автобус, чтобы попасть в отель на ужин. Николай с фальшивкой в кармане стоял и покуривал у открытой двери автобуса в ожидании последнего запоздавшего туриста. Водитель уже завел мотор, как из-за угла вынырнул китайский меняла. Николай сунул ему опостылевшую банкноту, китаец -пачку юаней, дверь автобуса со скрежетом закрылась. Николай сел в свое кресло. В окно ему было видно стоящего в стороне китайца, пристально рассматривающего фальшивку. Но поздно, автобус тронулся и скрылся за поворотом. Довольный собой Николай вынул пачку юаней из кармана и взялся их пересчитывать, но то была пачка аккуратно нарезанной бумаги.

Многие, прикрываясь возвышенным, преследуют низменные цели.

ЛЮБОВЬ ЗЛА: У Николая с Анютой случился незапланированный половой акт. Нет, не добровольно, конечно, как можно. Анюта – девушка строгих правил. Она поставила себе цель-выйти замуж, и чтобы только муж у нее был первым мужчиной. Поэтому Николаю, чтобы получить свое, пришлось Анюту припугнуть, даже придушить маленько. А чтобы не донесла куда следует, предложил ей два варианта на выбор: либо он придушит ее до смерти, либо, так уж и быть, женится на ней. Анюта конечно же согласилась пойти под венец – ведь этого ей только и надо было. Поскольку главная мечта жизни сбывается. И замуж выйти за обеспеченного, и чтобы именно законный муж у нее первым был.

Пребывающий в любви к ближнему пребывает в Боге.

ФРАНЦИЯ, АПТЕКА: Бог мой, какие отзывчивые люди во Франции! Николай шёл по улице, а навстречу две дамы. С одной из них вдруг случилось плохо. Опустилась она на колени и стала заваливаться набок. Вторая, что с ней, поддерживает ее, как может. Испугалась, нервничает, не справляется, лопочет что то по французки. Проходящий мимо пожилой месье подбежал, засуетился, попробовал помочь, да староват очень. Озирается вокруг, а невдалеке-аптека. У них в Ницце на каждом шагу аптеки. Над дверью крест неоновый днем и ночью мигает. Пожилой месье еле доковылял туда. Из аптеки выбежал весь персонал, все тоже лопочут что-то по-французски, общими усилиями упавшую в аптеку отвели. Николай с самого начала поблизости стоял, умиленно наблюдая и думая, какой все же французы эти отзывчивый народ.

Глупо и бесперспективно помогать человеку который сам себе помогать отказывается.

БЛАГОРОДСТВО И ДЕНЬГИ: От просмотра порнухи Николай Николаевича оторвал стук в дверь. Девушка, лёгкого поведения войдя в его номер предложила свои услуги, он отказался. Увидев на столе, принесённого из ресторана цыпленка, она попросила что-нибудь поесть. Николай Николаевич разрешил. Съев цыпленка девушка вышла в ванную мыть руки. Причесавшись, подкрасив губы она попросила разрешения оставить в номере пальто, шарф, зонт. Николай Николаевич разрешил. Захлопнув дверь, она удалилась дефилировать по отелю в поисках клиента. Николай Николаевич лежал в постели и смотрел на стол, где стояла тарелка с обглоданными куриными костями и наслаждался думами, о том, какой он хороший и добрый. Рано утром его опять разбудил стук в дверь. Девушка пришла. Одевшись, она сказала «Спасибо». После, посмотрела в его сонные глаза и сказала: «Знаю, что думаете обо мне шлюха и хамка, сама знаю, но на благородство денег надо, вот я их и зарабатываю, как могу». Закрыв за ней дверь, Николай Николаевич посмотрел в зеркало -помятый, одутловатый, больной от излишеств человек. Всю жизнь занимаясь криминалом Обеспечил себя с излишком, а стало быть может себе позволить либо осуждать, либо быть благородным.

Социальное неравенство присваивает себе право лишать большую часть людей человеческого достоинства.

НЕ СУДЬБА: Ясный сентябрьский день-бархатный сезон. Отель полупуст. Вода парное молоко, но море слегка штормит. Немногочисленная публика солидна, от нее пахнет богатством. У всех тех, у кого на исходе 2-я неделя, есть свои излюбленные места обитания на пляже. Как правило, консервативны все. Поэтому так и получилось, что две пары постоянно на глазах друг у друга. Развалившись на лежаке за ними полуоткрытыми глазами наблюдает Николай Николаевич. Двое, нет не в открытую, втихаря переглядываются. Сначала это было любопытство, потом-симпатия, мечты, фантазии и обожание, переходящее в вожделение и много-много грусти. Ее, пожалуй, было больше всего в глазах этих двоих. И он и она-оба понимали, что вместе им не быть. Она, несмотря на то, что закончила педагогический-простая, миловидная шлюшка приехала на юг с крутым бандитом. А он студент и обыкновенный жиголо, альфонс, отдыхающий при богатой бизнесменше за ее счет. Про себя Николай Николаевич благодарил судьбу, что он не шлюха и не альфонс, а человек авторитетный в воровских кругах.

Создатель подарил человеку любую крайность, а золотую середину подарить забыл.

ИСКРЕННИЙ ГНЕВ: Николай Николаевич искренне негодовал, прочитав в газете обличительную статью о фирме, которая вербовала девушек на территории России, Украины, Белоруссии для работы в Турции, Японии, Греции и обещала им все земные блага, а в результате заставляла заниматься проституцией за еду и ночлег. «Расстреливать таких сволочей надо», -проворчал Николай Николаевич-Нам девушки и самим нужны. К тому же у Николай Николаевича дочурке почти 16.Свернув газету, Николай Николаевич вызвал по сотовому телефону машину и уехал в Ливадийский дворец, где снимал апартаменты.

На открытой площадке, рядом с Ливадийской церквушкой гремела дискотека. Вертелись, дергались девчонки с сигаретками в руках, и мальчики со стаканами. «Хорошо, весело гуляет у нас молодежь», -подумал Николай Николаевич. Поднявшись в апартаменты, он залез в ванну и оттуда, опять таки по сотовому связался с местным сутенером, заказав себе в номер двух девочек помоложе.

Беда многих заключается в том, что они окружают себя совсем ни теми людьми, с которыми стоит дружить и общаться.

АНАЛИЗЫ: Они познакомились на вечеринке и весь вечер держались друг друга. Он мужчина, при деньгах, она чертовски хороша собой. На следующий день они встретились и,к взаимному удовольствию, гуляли до вечера. А вечером, когда наступило время интима, они целовались. Но он, собрав силу воли в кулак, остановился и не дал процессу пойти дальше объятий и поцелуев. «Ты не обижайся, -сказал он ей, -«Я секс с резинкой не люблю, а сейчас сама понимаешь, время сейчас такое-доверяй, но проверяй. Здоровье не купишь. Поэтому, если хочешь поплыть в кругосветку, то не поленись, завтра с утра, натощак, пойди и сдай в платной поликлинике все анализы-мазки и кровь. На ВИЧ, на сифилис и гепатит, чтобы я был спокоен». Она не обиделась и сказала-«Хорошо, милый, нет проблем».

На следующий день она доложилась ему, что все анализы сдала-результат завтра. Они гуляли, танцевали, целовались. А на следующий день она принесла ему все справки – здорова по всем показателям. К взаимной радости, ночь любви была полна страсти и удовольствия.

Утром она позвонила подруге-«Спасибо, Лариска, что выручила и сделала для меня все бумаги. А то, сама понимаешь, с моими диагнозами не видать бы мне ни этого мужика, как своих ушей. Ни круиза на который он мня пригласил».

Чаще всего люди не подозревают, с кем они имеют дело.

Щедрый: Перед круизом он свозил меня в горы-катались на санях. Потом-в Ливадийский дворец-красиво. После ресторан при том же дворце-фарфор, хрусталь, серебро-вкусно. Завтра отплываем в круиз. Только бы он подольше не узнал, что я больна СПИДОМ и Гепатитом».

Иной человек, прикрываясь человеческим обликом, скрывает свою звериную сущность.

Совесть и душегуб: Николай Николаевич рассматривал иконостас и испрашивал у всех святых совета. У Николай Николаевича жена Анюта дочь подросток и молоденькая подельница-любовница. После очередной сцены, которую ему устроила жена из-за молоденькой любовницы, мучимый угрызениями совести, Николай Николаевич вопрошал стоя возле иконостаса «Прелюбодейство конечно грех, это я знаю. Но как мне быть, не знаю. Жену уважаю и в дитяти своем души не чаю. А молоденькая подруга – это баланс, потому как она есть отдушина для души, тела и в промысле моём помощница. Если ее отнять, жена станет ненавистна и всем будет плохо. А сейчас худо-бедно все довольны, все счастливы. Но грех грехом быть не перестал, и совесть мучает, и чувство вины не покидает и не дает покоя. Как быть? Думаю надо поехать в круиз, развеяться.»

Все те, кто не ведают, что творят, рано или поздно узнают о своих заблуждениях.

После очередного ограбления квартиры Николай Николаевич встретился с дружком подельником Петрухой. Выпили пива.«Товар принес?» – спросил Петруха, он на базаре главный скупщик краденого барыга, проще говоря.«Принес то принес», -Николай Николаевич достал из карманов два дорогих мобильных телефона и целлофановый мешочек с ювелирными золотыми изделиями.«Ты же знаешь, – продолжил он, – «я когда чью-то хату потрошу, больших вещей не беру, но тут не удержался. Помимо побрякушек, иконостас со стены снял. Потому как вижу – вещь старинная, музейная, там и штамп, и дата есть—1786 год, и подпись чья-то. Чувствую, хороших денег стоит. Но больших денег я за неё не прошу, отдам за бесценок, так уж получилось – кровь на ней. Хозяйка, будь она неладна, неожиданно домой приехала. Хотя должна была быть на даче, видимо, моя молодуха-наводчица перепутала что-то.»

Чужая душа -потёмки.

ЧУДНАЯ ДЕВОЧКА: Девочка эта плывет на теплоходе с родителями. Куколка, одета с иголочки, в ушах-золотые сережки, на хрупкой шейке -тонкая золотая цепочка с кулоном, на ручонке-браслет. В кошелечке, вышитом бисером всегда есть евро и доллары. Девочка на них покупает конфетки, мороженое, шоколад. Николай Николаевич улыбается ей, подмигивает, делает козу. Николай Николаевич мужчина в возрасте, он часто с интересом наблюдает за девочкой и думает- «Снасильничать бы тебя, золотишко отнять, потом взять за ножки и вышвырнуть за борт».

Чувством можно принять то, что нельзя принять умом.

ЖИЗНЬ ХОРОША: Жизнь Николай Николаевич проживает поганую, бесполезную в пьянках, разврате, безделье, в пустом любопытстве. Ничего не сделано, не создано, не понято, но все одно -другой жизни ему не надо-уж больно эта хороша!

Даже тот кто считает себя счастливым, не бывает до конца счастлив до конца дней своих.

Конец: Самый центр города. Двухкомнатный номер, набитый всем необходимым. При номере сауна, видео, муз. центр, холодильник наполненный всякой выпивкой и едой. Бархат, шелка, витражи. После двух телефонных звонков Николай Николаевич трубку не берёт. Первый звонок был от врача-смертельные диагнозы подтвердились. Второй от молодухи-подельницы. Доложила, что барыга Петруха – арестован с иконостасом и наверняка Николай Николаевича он сдаст.

Телефон, горячий от звонков. Звонят кредиторы и продажные девицы, жена и дочь-все хотят денег. Лежащий в горячей ванной Николай Николаевич не реагирует ни на что. В свое время он быстро привык к хорошему, перенасытился. Теперь подцепив неизлечимую болезнь и осознавая неизбежность сурового наказания за убийство-он потерял ко всему интерес. Николай Николаевич замер, прислушиваясь к затихающему стуку собственного сердца. Остекленевший взгляд его был направлен на расходящиеся в воде струйки темной венозной крови.

Пук-фук-кин

Часто мы больше всего хотим того, что нам меньше всего надо.

Живот распирало, в кишечнике булькало, газы рвались наружу. Но Пукин привык, метеоризм мучил его ежедневно-Пукин вегетарианец. Говорят, питание вегетарианцев обходится дороже, чем птице, рыба или мясоедение. Может быть поэтому Пукину постоянно не хватало на жизнь, а может быть потому, что нет постоянной работы.

Выпустив из себя очередную порцию зловонного газа, Пукин присел за камушек и задумался. Он уже был поваром, продавцом, спасателем, был сапожником и лифтером. Но денег всегда не хватало.

И вдруг Пукина осенило. Последний раз, работая официантом в ночном эротическом клубе, он вспомнил, какие безобразия творились на сцене. Выступающие юнцы и девушки извращались кто во что горазд, приводя публику в неописуемый восторг. Но главное-у них была работа и хороший заработок. А чем он хуже? Его номер будет супер.

Пукин быстро придумал для себя творческий псевдоним-Пук-Фук-Кин. Из реквизита ему нужна всего лишь бамбуковая палочка с кьлечком на конце, и корытце с подмыленной водой.

На сцену выходит Пук-Фук-Кин, на нем мини-стринги, прикрывающие только пенис, задница совершенно голая. Светомузыка, барабанная дробь. Изящным движением Пук-Фук-Кин окунает один конец палочки в корытце с мыльной водой. Другой конец палочки подставляет к своей попке. Пук-и красивый мыльный пузырь, переливаясь всеми цветами радуги летит в публику. Пук, пук, пук-и десятки больших и маленьких мыльных шариков заполняют зал. Это сенсация в шоу бизнесе. Публика в исступлении, это будет-сто процентный успех. Тем более, что пукать для Пукина-это постоянная желанная потребность. Пукин решительно поднялся, громко, как будто салютуя, пукнул и направился в свою каморку тренироваться и репетировать.

Пошлость

Там, где пьет толпа -родники отравлены.

Из динамика звучала забойная песенка, можно было разобрать слова: «Давай, давай, ноги раздвигай». Валерий Павлович раздражался, досадовал от такой пошлости, но позже, после 300 граммов выпитого южнобережного портвейна, хош не хош, машинально стал притопывать в такт ножкой.

Откровенный разговор

Мы боимся, что о нашем не хорошем узнают люди. Забывая, что о нашем не хорошем знает Бог.

За столом собралась теплая компания, состоящая из людей, хорошо знающих друг друга. Выпили, закусили, еще выпили, и завязался душевный, доверительный разговор. Кто то из присутствующих разоткровенничавшись, признался другим в какой то своей слабости. Чтобы поддержать раскаявшегося, решили поиграть в игру-«честное признание». Каждый должен был признаться в каком-нибудь непристойном поступке, совершенном им когда-либо или открыть личную сокровенную тайну.

Кто-то честно признался, что в детстве тырил у родителей мелочь по карманам. Кто-то, что подглядывал в женском сортире. Подвыпивший супруг признался жене, что однажды побывал в борделе. В ответ жена призналась, что имела сексуальный опыт с женским полом. Кто-то рассказал, как приворовывал кур в колхозе. Но шокировал своим признанием тот, от кого меньше всего ожидали-спортивного сложения, молчун, красавец, непьющий, некурящий, бывший десантник Самохвалов. Сейчас он-областной прокурор, большой человек. После долгого сопротивления, поддавшись на сильный прессинг, Самохвалов раскололся. В молодые годы он допустил два греха: один смертный, другой попроще. Воюя в Афганистане, он взял в плен моджахеда. Тот был легко ранен и, подняв руки, вышел сдаваться. Но Самохвалов, не желая возиться с пленным, в упор расстрелял его из автомата. Второй грех -это то, что в том же Афганистане Самохвалов покуривал травку. От услышанного присутствующие были в шоке. Кто бы мог подумать, и это наш безгрешный прокурор: убил беззащитного человека под наркотическим кайфом. Самохвалов с интересом наблюдал за присутствующими, наслаждаясь произведенным на них впечатлением. А про себя думал-даже, если бы пытали каленым железом, главную свою тайну он бы все равно не открыл. Дело в том, что Самохвалов был хорошо законспирированным гомосексуалистом.

Извращение удачи

Осуществление иной мечты, может обернутся разочарованием.

Семидесятилетний Петр Демидович как обычно приземлил свой тощий зад на скамеечку, где уже восседал его закадычный знакомый. Старики покряхтели, повздыхали, жалуясь на болячки и дороговизну лекарств, после чего Петр Демидович, как всегда, завел свои бредни о том, как всю жизнь хотелось ему найти мешок с деньгами. Покряхтев, старички разошлись.

Неделю спустя, Петр Демидович, проклиная больную поясницу и все на свете, наклонился, чтобы завязать развязавшийся шнурок и боковым зрением увидел под скамейкой брезентовый мешок. Подойдя и воровато оглянувшись, Петр Демидович вытащил и с трудом поднял непомерную тяжесть.Руки его задрожали, сердце забилось он понял, что мечта жизни сбылась. Обернув мешок плащом, Петр Демидович, опираясь на палку, рванул к ближайшему дому и, войдя в подъезд, чертыхаясь, извлек из мешка увесистую пачку денег. Это были аккуратные банковские упаковки, состоящие из сторублевых купюр, имевших хождение до денежной реформы 1992 года. Петр Демидович держась за сердце опустился на корточки и дрожащей, ослабевающей рукой шарил в кармане пиджака в поисках валидола. Подкосило Петра Демидовича осознание того, что он всю жизнь мечтая найти мешок с деньгами, но не сообразил вставить в мечту конкретное содержимое заветного мешка.

Донесение

Очень важно не испортить правдой красивое вранье.

«Довожу до Вашего сведения, что известное Вам лицо, Иван Никитич Доброхотов, поставленный во главе ведомства по очистке города от нищих, бродяг и попрошаек, не только не реагирует на пребывание перечисленных субъектов на центральной площади города, но и сам потрафляет присутствию оных, периодически подавая им из своего кошелька. Чему Ваш покорный слуга не раз очевидцем был. С низким поклоном, глава попечительского совета Ляпин».

При личной встрече Ляпина, Доброхотова: «Дражайший Вы мой, Иван Никитич, видел, своими глазами видел, как Вы подали на хлеб этому несчастному, слепому и без рук калеке. Бог мой, как повезло страждущим в нашем городе. Что бы эти несчастные без Вашей доброты делали, на что бы кормились? Ни Бог, ни люди никогда не забудут доброты Вашей. И я, Ваш покорный слуга, всегда и везде буду вспоминать Вас добрыми словами». Ляпин подобострастно жал руку Ивану Никитичу, глаза его были на мокром месте.

Угодливый

Губящий нас эгоизм -это собственный интерес, подавляющий интерес другого.

День погожий, настроение нормальное. Но тишина парка для нее невыносима, ей скучно. Впереди Диснейленд, шум, гам, визг. Васютин краем глаза видел лицо своей юной спутницы, после выхода из тихого парка, оно преобразилось. Глаза загорелись и в ладошке, за которую водил ее Васютин, почувствовалось влажное, горячее напряжение. Он знал, девушке хочется скатиться с русской горки, завертеться на карусели, промчаться на скутере. Визгливо кричать, громко смеяться от выброса адреналина в кровь. Нетушки, Васютину эти глупые развлечения слишком обременительны и для психики, и для кармана. Поэтому он свою юную подругу повел в кафе, так и не предложив аттракционы. «Что хочешь выпить? Что скушать? -выбирай, заказывай, мне для тебя ничего не жалко». Девушка куксилась, а Васютин сетовал, разводя руками: «Ну, прямо-таки не знаю, как тебе угодить».

Зато, когда Васютину приходилось выгуливать в этих краях практически по тому же маршруту дородную женушку, то Васютин чуть ли не силой выводил супругу из парка, где она расцветала, наслаждаясь тишиной и природой. Взяв за руку он тащил ее на аттракционы: «Выбирай-предлагал Васютин. -Хочешь, чертово колесо, хочешь, забей мяч в ворота, а хочешь -постреляй из автомата Калашникова». Жена отказывалась, и Васютин приглашал ее в кафе, где она куксилась. Васютин разводил руками и говорил: «Ну, прямо-таки не знаю, как тебе угодить, ведь мне для тебя ничего не жалко».

Яма для другого

Ум и хитрость-совсем не одно и тоже.

Он много старше ее, он ее любит. Скорее всего, не за ее достоинства-у нее их не больше, чем у других. Не за ее красоту и молодость-этим обладают многие девушки. Просто похоже это-его последняя любовь. Рассматривая в зеркале свое стареющее лицо, теперь он четко осознавал – время его вышло. Каждый день он ощущал на себе ее холодность, да и она этой холодности особенно и не скрывала. Пик ее интереса к нему как к объекту страсти давно прошел. С ним интересно общаться, слушать его, учиться у него жизни. Приятно пользоваться вниманием и дарами, которыми он ее осыпает. Но физически ей его уже не хотелось. Ни приласкать самой, ни ждать от него ответных ласк -этого уже давно нет. Поэтому она последнее время под любым предлогом избегает интимной близости с ним. Он периодически куксится, дуется, злится, но это помогает мало. Лежа один в постели, он то думает о самоубийстве, то мысли меняются и уже хочется убить ее. Или завести себе другую, лучше, благородней, добрее ее, но, приглядываясь к окружающим молодым женщинам, признавал -кроме нее, он никого не хочет. Да и на него теперь уже вряд ли кто клюнет. Последнее время ему не дает покоя навязчивая идея, а как она поведет себя в постели с другим молодым, красивым? Будет ли она проявлять активность, кричать от страсти, говорить ему, что любит, что он лучше всех? Эти фантазии последние ночи снились ему, не давали покоя днем. Он решил осуществить их, как будто загорелся желанием не любить ее, а ненавидеть, но – нужен повод. Был у него один знакомый парень, Игорек, смазливый холостяк. Автослесарь, который уже не первый год обслуживает машины Сухарева. От умершей бабушки ему достался дом в недалекой деревне, парень там обустроился и стал в этом доме жить. Сухарев позвонил ему и пригласил к разговору. «У тебя есть хороший шанс заработать денег и получить удовольствие». «А что надо делать?«заинтересовался Игорь. «Есть девушка, соблазни ее. Способы, методы выбирай сам. Но в своей спальне установишь видеокамеры. Чем эффектней будет кино-запись, тем больше премия

Сухарев повез Анжелику за город, на природу.«Познакомлю тебя с хорошим парнем, живет один, почти в лесу». Игорь уделял Анжелике как можно больше внимания, стараясь понравиться. День прошел замечательно: гуляли по лесу, устроили пикник, катались верхом на лошади, купались в речке. Вечером, когда сидели у камина, Игорь, выбрав момент, прочел стихотворение. «Это вы сочинили?» -поинтересовалась Анжелика.«Да», -смущенно признался Игорь. «Мне стихи очень понравились», -сказала она. Игорь посетовал: «Вот рукописная тетрадь есть, а напечатать не на чем (он уже знал, что Анжелика работает в компьютерном центре)». «Хотите, я напечатаю?» -откликнулась она. «Буду очень благодарен

Через три дня Игорь позвонил Анжеле: «Ну что, напечатали?» «Да». «Тогда я заеду за вами». Анжела села в машину. «Вот», -передала папку Игорю. «Мне понравились все, стихи очень хорошие». «Спасибо, Анжела, нет слов, как я вам благодарен. Вы не обидитесь, если я в благодарность приглашу вас к себе на шампанское?» Анжела согласилась

Голый Игорь стоял у кровати с бокалом в руке. Ничем не прикрытая, нагая Анжела, измотанная неутомимостью Игоря, лежала в кровати.«Кажется, я влюбился, -признался Игорь.-Замуж за меня пойдешь?» «Не знаю, надо подумать, -ответила Анжела.-Ты мне тоже нравишься и стихи пишешь хорошие». Глядя на него, про себя она добавила -«молодой, красивый, сексуальный, профессия есть, дом есть, машина есть -лучшего и желать не надо». «Ну так подумай и дай ответ, только сейчас», -Игорь присел рядом и поцеловал ее в грудь. Оторвавшись от вмиг затвердевшего соска, спросил: «Ну?» «Допустим, я соглашусь, а что скажет Сухарев?» Игорь встал: «Сейчас я тебе кое-что покажу. Посмотри на шкаф, приглядись, там между горшками кинокамера, и с другой стороны тоже. Сухарев заказал тебя снять на пленку, решил проверить тебя. Уверен, если бы я ему пленку показал, он бы наверняка велел тебя убить и, быть может, меня тоже. Я на таких, какон, в автосервисе насмотрелся-такие на все способны. Но мы сделаем по-другому, мы сами убъем двух зайцев. Будь с ним нежна и покладиста. Дай согласие жениться на тебе, -скажи, что беременна. Не волнуйся, это я возьму на себя, -ухмыльнулся Игорь. А как только станешь его женой и наследницей, я ему машину так починю, что ты скоро станешь вдовой, сама понимаешь, ненадолго». Анжела была ошарашена свалившейся на нее информацией. «Сухарев стар, он ее все равно не отпустит. Лет через пять, десять он будет развалина, а ее лучшие годы безвозвратно пройдут. Поэтому она и не соглашалась стать его женой, несмотря на обещанные золотые горы. Но раз, уж сейчас все так сложилось, что ж, она согласна

На следующий день Игорь позвонил Сухареву.«Готовьте деньги, для вас есть шикарная информация. Эксперимент превзошел все ожидания, будете очень довольны. Я с кассетой могу прямо сейчас приехать к вам в офис». «Жду», -сказал побледневший Сухарев

Дрожа от нетерпения, Сухарев вставил кассету в магнитофон, ставшие ватными ноги не держали, и он грузно опустился в кресло. На экране телевизора спальня Игоря с большой кроватью. Появляется обнаженный до трусов с бокалом в руке Игорь. Ложится в кровать, укрывается одеялом и говорит: «Дорогой друг, приношу вам свои поздравления. Ваша Анжела-ангел. Она резко отвергает любые предложения и поползновения. Уверен на все сто, она верна вам. С чем поздравляю и желаю вам и Анжеле счастья. Остальные детали при встрече». Игорь залпом выпил вино, и запись закончилась. У Сухарева отлегло от сердца, это было видно по его лицу.

При встрече с Сухоревым, Игорь, пользуясь моментом, сказал-«Но работа мной все равно проделана. Считаю, что это тоже требует оплаты, и немалой». «В другом бы случае я тебе за такие шутки кровь бы пустил, но сегодня ладно, так и быть, проси, сколько хочешь», -ответил счастливый Сухарев.

Исполнение желания

Мир, в котором мы живем часто, не оставляет нам выбора.

Рогозин, потряхивая писюном, заканчивал мочиться в кустах. Глаза его платоядно косили в сторону стройной девушки, которая, переминаясь на длинных ногах, с нетерпением топталась у жарочного шкафа, в ожидании, когда снимут с вертела и запакуют в фольгу только-только изжаренного цыпленка-гриль. Аппетитная попка девушки служила хорошим ориентиром для Рогозина, когда он на почтительном расстоянии преследовал прелестницу.

Дабы не быть замеченным в недобрых намерениях, Рогозин вышагивал, делая безразличное выражение лица, рассматривая небеса, кроны деревьев и балконы домов. Шейка, попочка, грудка, ляжки -Рогозин настроил себя решительно -он получит то, чего хочет. Ничего не подозревающая девушка свернула во двор и вошла в один из подъездов девятиэтажного дома. Рогозин резво развив скорость, на которую только был способен, вбежал на крыльцо и тоже исчез за входной дверью того же подъезда.

Из подъезда на улицу, он выскочил ровно через минуту. Воровато озираясь, Рогозин спрыгнул с крылечка, и побежал в сторону гаражей, желая побыстрее унести ноги. В руках у него был желанный целлофановый пакетик, в котором лежала горяченькая, аппетитная курочка.

Будильник

Подчинив себя разуму, можно подчинить себе обстоятельства.

Бондарчука замучила мама: сломался ее допотопный, заводной будильник. Бондарчук купил маме новый, японский, на батарейках. Нет, маме не дает покоя отсутствие трещащего звука старого, допотопного. Бондарчук по-доброму с мамой переругивается и дарит ей еще один, швейцарский, оформленный под «барокко» -он не звенит, а выдает красивую мелодию. Нет, маме все не так. За долгие годы привыкла к старому, заводить каждый вечер руками, для неё ритуал.

Бондарчук себя переборол, время выкроил и подъехал на своей шикарной машине к будочке по ремонту часов. За стеклом сидел тучный мужчина в возрасте, судя по планкам, прикрепленным к выцветшему пиджаку -ветеран. Бондарчук ему будильник в узкое отверстие, вырезанное в стекле всунул, о ремонте попросил. Ветеран сказал, что сожалеет, но сейчас времени у него нет, а завтра он ложится в больницу; но завтра вместо него придет другой -молодой спец по будильникам. Бондарчук спешил, у него дел невпроворот миллионных, а тут -мама с этими пустяками. Бондарчук, не слушая, будильник оставил, сказав, что заедет через пару дней. Ветеран в дырочку в стекле вслед Бондарчуку кричал, что не может, не хочет, права не имеет без квитанции, но, увы, шикарной машины и след простыл.

На следующий день у Бондарчука случились финансовые неприятности, он закрутился и про будильник забыл, а когда вышел на свободу через три года, вспомнил. Пришел к будочке к какому-то юнцу, сидящему за стеклянным витражом, о будильнике напомнил. Юноша-мастер не был удивлен и откуда-то с полки старый будильник достал.

«Что же Вы не приходили так долго? Старый мастер, учитель мой, перед кончиной очень волновался и часто о Вас вспоминал». Бондарчук будильник взял и, придя домой поставил его возле маминой фотографии. Он очень сожалел, что мама умерла, так и не услышав любимого тиканья.

Семейные ссоры

Почти каждый наставник -насильник над духом того, кого наставляет.

Опять заспорили между собой супруги Абрамовичи. Живут вместе они давно, свадьбу серебряную сыграли. За долгие годы совместной жизни схоронили почти всех родных и близких. Живут вдвоем, бездетные. Но нет-нет, да и заспорят между собой, да чуть ли не до ссоры. Потому как, периодически не могут придти к общему мнению: «хорош ли для России тот или иной политик, или можно ли считать гениальным творчество Стравинского». Вот и сегодня спорили до изнеможения: кому грязное белье стирать? Муж желая это взять на себя, говорит, что стирка -дело мужское, а супруга упрямо отстаивает, что занятие это женское.

Молитва

Любовь Бога превосходит любой наш грех.

«Господи, спаси и помилуй. Убереги нас, детей твоих неразумных от дурных соблазнов и мыслей. Образумь нас, Господи, не дай победить дурным мыслям, злобе, зависти, жадности. Защити и помилуй нас от грехов больших и малых. И не дай нам нагрешить больше, чем мы уже нагрешили». -Антонов, закончив молиться, тяжело поднялся на ноги с мраморного пола -колени болели.«В принципе, все готово, -подумал Антонов.-Время приезда инкассаторов известно, оружие подготовлено. Осталось угнать машину. Надо позвонить Анюте». Анюта Цой этническая кореянка, красива, как фарфоровая кукла и жестока, как мужик на живодерне. Машину, как просил Антонов, она угонять не стала -хозяева могут хватиться и через час об угоне уже будет известно ментам. Анюта добралась до трассы ведущей в южные города. Несколько раз проголосовала, выбрала подходящего одинокого водилу и за полчаса езды уже знала, кто он и что скоро его не хватятся. Теперь автомобиль у них есть

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.