Алиса Медовникова
Моритур

Пролог

Девушка, чьи глаза были залиты чернотой, смотрела на свои окровавленные руки и хохотала. Ее одежда была заляпана кровью, на скуле расплывался огромный синяк, а одно из ребер было треснуто. Но всего этого она не замечала.

– А ты был прав. Мне действительно понравилось! – сказала она лежащему у ее ног мужчине. Точнее тому, что от него осталось. – Жаль только, что твои друзья к нам не присоединились.

Еще раз пнув тело, она вернулась к машине и достала из багажника металлическую канистру. Щедро полив бензином урода, который решил, что ему все можно, девушка вытащила из его кармана зажигалку.

– Не зря говорят: «Бойся своих желаний!», – заметила она и подожгла футболку нападавшего. – Ты вот хотел жаркой ночи, и ты ее получил.

Улыбнувшись шутке, она отошла подальше и полюбовалась пламенем, пожирающим тело. А после стащила с себя одежду и бросила в огонь. Следом полетели и кроссовки. Но оставшись в одном белье, девушка не испытала холода. Она продолжила улыбаться, а вот мужчинам, которые наблюдали за ней издалека, радоваться не хотелось.

– Может пора заканчивать? – уточнил беловолосый парень, глядя на пугающий оскал девушки.

– Нужно было заканчивать еще до того, как она его… А вы заладили: «Давай посмотрим, что она сделает». Ну что, посмотрели?! – Пожилой мужчина, который с трудом сдерживал рвотные позывы, был недоволен. – Они раньше себя так не вели! Ни один!

– Вот именно, – заметил привлекательный мужчина в шикарном костюме. – Так что эта – моя, тем более прошлый тебе достался. Понял?

– Понял. – недовольно ответил пожилой мужчина.

– Вот и славно! – улыбнулся мужчина в костюме, а после достал из кармана брюк амулет, который тут же активировал.

Амулет начал убаюкивать Тьму, живущую в девушке. И как только ее глаза снова стали карими, мужчина в костюме приказал пожилому:

– Память ей сотри и подчисти тут все! Нечего ее заранее пугать, потом работать с нами не заставишь.

А после растворился вместе со своим помощником.

– А вот фиг тебе! – злобно сказал пожилой мужчина месту, где еще секунду назад был его ненавистный оппонент, и направился к подопытной.

Тьма внутри нее уже спала, потому тело девушки, пришедшей в себя, тряслось от холода. Она собиралась обхватить себя руками, чтобы хоть как-то согреться, но заметила на ладонях кровь. Крик ужаса рвался наружу, но девушка подавила его и перевела взгляд на костер, возле которого стояла босая и полуобнаженная. Присмотревшись внимательнее, она увидела, что в нем сгорают останки мужчин. И опаленное лицо было подозрительно похоже на лицо того отбившегося от друзей мужчину, который спрашивал у нее дорогу. Осознав, что только что произошло, девушка закричала. И впала бы в истерику, если бы не вмешательство пожилого мужчины, которого она не видела.

Память ей он стирать не стал, хотя и должен был. Вместо этого проник в сознание, затушил истерику и велел дойти до реки, чтобы смыть с себя кровь. После высушил ее белье, приказал вернуться в машину, вытереться и переодеться в чистую спортивную форму, что лежала в рюкзаке на заднем сидении. А в конце внушил, что домой, на другой берег Дона, ей больше нельзя. И путь ее лежит совсем в другую сторону, маршрут в которую он уже проложил. Высветившееся на дисплее автомобиля название города, который она якобы выбрала случайно, устроило девушку, потому что ехать нужно было пару часов. Да и в выпавшем наугад городе ее искать не станут, если станут искать того, кто сегодня не вернется к друзьям.

Кивнув сделанному вовсе не ей выбору, девушка завела автомобиль, вдавила педаль газа в пол и покинула место проверки. Единственную остановку она сделала для того, чтобы заправиться бензином и кофе. Хотя и была уверена, что заехала домой, потому что ее немногочисленные вещи были аккуратно упакованы и лежали на заднем сидении. Пока сонный парень варил двойной эспрессо, девушка отправила брату сообщение о том, что решила искать себя, потому перешла на заочку и переезжает в новый город, чтобы начать свое дело. И спустя пару минут получила два сообщения. Первое с текстом: «У тебя все поучился! А это тебе на старт новой жизни», а второе от банка с извещением о том, что начать эту новую жизнь будет куда проще, чем казалось.

Избавившись от прошлого и обеспечив подушку безопасности для будущего, девушка вернулась в автомобиль и ехала до тех пор, пока перед глазами не появилась белая табличка с названием нужного города. А мужчина, который уничтожил все следы преступления, залечил раны подопытной и перенес в машину ее вещи, сидел всю дорогу на соседнем кресле незамеченным. И исчез только после того, как девушка пересекла защитную черту необычного города, в который его оппонент никак не мог попасть.

Глава 1

Зверь Зеленого Ада, этот предвестник неминуемой смерти, с ревом проносился по улицам крошечного города. Пешеходы, которым посчастливилось вовремя отскочить, поражались тому, что такой автомобиль занесло в их Богом забытый город. Ведь единственными достопримечательностями здесь были огромный дуб на кладбище, да наспех скроенная легенда про основателя города, которого под этим дубом похоронили. По крайне мере, именно так считали его жители, и только хранитель и парочка посвященных знали главный секрет города. Узнал его и тот, кто послал сюда Зверя и его опасного водителя. И не прогадал, потому что Мэш нашел девчонку.

Каждый четверг она встречалась со своими друзьями в одной и той же кофейне, где их уже ждал Мэш. Компания была настолько увлечена беседой, что не заметила устроившегося в углу кофейни парня в кепке с ноутбуком, тем более он ничем не отличался от большинства посетителей. Мэш слушал спор, в ходе которого миловидная зеленоглазая блондинка пыталась доказать, что к ее соседу наведывается фея, еще и еду приносит. А брюнетка, ради которой он приехал в город, объясняла, что сосед – слепой дедушка с деменцией, который собственного кота за чупакабру примет, а еду ему носит соседка, но никак не фея.

– Селена в очередной раз приняла желаемое за действительное, – подал голос темноволосый парень в очках, который с улыбкой слушал перепалку. – А у меня новость реальная и она порадует Лизу. В нашем городе появился автомобиль. И не просто автомобиль, а Зверь Зеленого Ада.

– Кир, ты сейчас серьезно? – в карих глазах Лизы зажегся огонек.

– Если ты про спортивный мерседес, то ничего выдающегося в нем нет. Машина как машина. – хмыкнула Селена.

– Машина как машина?! – Лиза заводилась быстрее, чем ее авто с бесключевым доступом. – Да это идеал! Лучше просто нет!

– Чего тогда не Зверя попросила тебе подарить? Продешевила?! – съязвила Селена, обиженная на Лизу за то, что та не рассказала про соседку сразу.

Лиза не удостоила подругу ответа, лишь одарила испепеляющим взглядом, а после встала из-за стола и пошла к барной стойке.

– Ты чего на нее напала?! Она с золотой ложкой она во рту не родилась, как ты думаешь, просто ее брат удачно биткойнами закупился в самом начале. И он ей на восемнадцать лет машину не дарил. Он добавил на ту, на которую она копила сама, подрабатывая с тринадцати лет. – Кир отчитывал Селену, пока Лиза выбирала, чем заесть обиду.

– Это ты зря ей про машину рассказал! – не собиралась оправдываться Селена. – К шикарной машине прилагается не менее шикарный водитель, так что ты будешь в пролете!

– Мы с Лизой просто друзья. И я буду рад, если она перестанет от мужчин шарахаться. – честно сказал Кир, а после улыбнулся Лизе, возвращающейся к столу, на котором разрывался ее мобильный.

– Ее за разговоры по телефону во время наших встреч ты, значит, не ругаешь? – спросила у Кира Селена, когда Лиза отошла от стола. – Это же телефоны, которые ты так не любишь, хотя сам программист.

– Поясняю в сотый раз: я не люблю не телефоны, я не люблю тех, в кого прервались из—за них люди, – устало ответил Кир. – Люди стали рабами, больше уделяющими внимание тому, что на экране, а не вокруг. Телефоны давно пора отбирать на входе в заведение, как когда-то пистолеты, потому что смартфоны и социальные сети стали оружием массового поражения, убивающим неокрепшие умы и навязывающим зависть и комплексы. А соцсети и вовсе держатся на плаву только за счет внутренних вуайеристов, любящих поглядеть в замочную скважину, и эксгибиционистов – любителей вываливать все напоказ.

– Понятно, понятно, – закатила глаза Селена. – Твои увещевания относительно телефонов не распространяются на Лизу, а ненависть к соцсетям не мешает быть программистом.

Кир хотел указать на ошибки в домыслах Селены, потому что сравнивать соцсети и программирование – это как сравнивать бублик и табуретку, но к столу подошла сначала официантка с заказом Лизы, а потом и сама Лиза.

Улыбнувшись парню, официантка уточнила:

– О седеющих девушка уже слышали?

Кир отрицательно покачал головой.

– Позавчера ночью почти десяток девушек неожиданно поседели! – выдала новость официантка. – Проснулись утром, посмотрели на себя в зеркало, а там – сюрприз. Преждевременная седина. И не легкая милая проседь в волосах как у Кира, а целиком белоснежная голова!

– Ух ты! – поразилась Селена и тут же забыла про обиду на Лизу, переключившись на интересную новость. – А что говорят, Вик?

– Что они красились в дешевом салоне, – ответил за официантку Кир и утащил с тарелки Лизы одну из виноградин, которыми была украшен десерт. – Сейчас сходят в нормальный и все, история закончилась.

– А вот и не закончилась, – загадочно улыбнулась Вика. – Журналисты говорят, что седину закрасить не получается.

– Журналистам верить не стоит, они за деньги что хочешь напишут. – заметила Лиза, которая за деньги и не такое писала, потому что хотела побыстрее заработать на машину.

Официантка была недовольна тем, что Лиза влезла в разговор, ведь Кир в кои веки обратил на нее внимание, потому вытащила еще один козырь из рукава:

– Кстати, о том зеленом мерседесе, что вы обсуждали. Его владелец вчера вечером ко мне заглядывал.

– Как он выглядел? – Лиза почти накинулась на официантку.

– Темноволосый, кареглазый и красивый как Кир. – Вика пошла ва-банк. – Но очки не носит, а на левой щеке у него небольшой шрам, который он за щетиной прячет.

– Он оставил номер? – с надеждой спросила Лиза.

– Мое сердце уже занято, так что номера телефонов мне не нужны. – Вика бросила недвусмысленный взгляд на Кира.

Официантка чувствовала себя победительницей. Кир ее наконец-то заметил, а единственная соперница заинтересована какой-то дурацкой машиной. Видимо решила убиться в гонке именно с ней. Все же знали, что Лиза помешана на тачках и бешеной скорости. А такая горючая смесь доводит только до вылета в лобовое и прощального поцелуя со столбом, но никак не до «и жили они долго и счастливо». И пока эта девочка с синдромом камикадзе будет выяснять, кто такой этот тип, она успеет охмурить Кира.

– Я же знаю, как вы любите необычные новости, вот и решила вас порадовать. – сказала Вика и в последнем слове даже невнимательный Кир уловил намек на то, что она не прочь порадовать его не только новостями.

– Спасибо. – промямлил Кир, у которого привлекательность не шла в комплекте с навыками обольщения.

Понимая, что друга надо спасать, а то Вика утащит его в подсобку прямо сейчас, Лиза принюхалась и спросила:

– Вик, у тебя там вафли не подгорают? Запах какой-то странный.

Вика понеслась проверять вафельницу, Кир прошептал: «Спасибо», а Селена мечтательно произнесла:

– Вот видите, чудеса все же есть. Поседевшие девушки тому доказательно. А раз чудеса есть, значит, скоро они доберутся и до нас. Я уже представляю, как в нашем городе случатся истории как в «Дневниках вампира».

– Селена, мы живем в России, у нас может получиться только как в «Вечерах на хуторе близ Диканьки». Если тебе так хочется любви с вампирами, в «Клуб Романтики» поиграй. А в реальности завязывай мечтать о мужчинах, которые оказываются нечистью, – попросила Лиза. – А то мечта и правда сбудется.

– И что в этом плохого? – удивилась Селена, которая в «Клубе Романтики» обожала истории именно с вампирами.

– И правда, что же в этом плохого? – задумчиво произнесла Лиза. – Может то, что во всех этих историях таких вот наивных девочек не ждет ничего хорошего? Им мир приходится спасать и со злодеями сражаться. Многие еще и умирают.

– Они потом воскресают! Еще и с суперсилами. – сказала Селена.

– Твои любимые Белла и Елена – это далеко не все, – указал на неточность Кир. – И у них не суперсилы, они просто вампирами стали.

– Нужны они тебе, эти суперсилы? К ним бонусом идет куча задач непосильных и суперответственность. Ты во всех этих историях видишь только любовную линию, а все остальное упускаешь. – точно подметила Лиза.

– Но хэппи-энд в них всегда есть! – стояла на своем Селена.

– Себя не жалеешь, нас пожалей, – попросил Кир. – Друзьям главной героини обычно достается больше всех, а мы с Лизой слишком стары для всего это дерьма.

– Стары? – Селена округлила глаза. – Тебе двадцать один, Кир, Лизе девятнадцать, она меня старше всего на год. Где ваш дух приключений? Неужели вы не мечтали быть как Гарри Поттер?

– Мечтали. В детстве. Сову даже ждали, – признался Кир. – А потом выросли и поняли, что все сражения с Волан-де-Мортом доставались школьнику со шрамом и его двум лучшим друзьям. А могущественные маги, типа Дамблдора, которые могли безносого этого размотать, не пойми где были.

– Просто Гарри – избранный, мальчик, который выжил. Только он и мог Сами-знаете-кого победить. – напомнила Селена.

– Все эти избранные, особенные и «нетакуши» – это Иванушки-дурачки, на которых скинули грязную работу, – высказала свое мнение Лиза. – Ты же заметила, что избранные – это всегда школьники или подростки? А знаешь почему? Потому что детям можно лапши на уши навешать. Вот они мир и спасают. А взрослый человек мир спасать не пойдет, ему на работу завтра вставать.

– Вставать. – подтвердил Кир.

– Какие вы! – расстроилась Селена.

– Какие? Обычные? – угадала Лиза. –Так мы и правда обычные люди, которые хотят спокойно жить и заниматься любимым делом. Я вот не хочу быть главной героиней, и мир спасать тоже не хочу. Работа с деревом мне куда миле. Она у меня все время отнимает, на спасение мира выкроить не смогу.

Словно в подтверждение ее слов, у Лизы снова зазвонил телефон. Особо нетерпеливый клиент явился в мастерскую, чтобы посмотреть, как движется производство стола и девушке пришлось ехать домой. Селена, живущая неподалеку от Лизы, решила добраться до дома с комфортом, потому попросила ее подвезти. А Кир, не рискнув остаться наедине с перешедшей в наступление официанткой, быстро покинул помещение. Следом за ними с вышел и Мэш, ведь узнал о Лизе и ее друзьях даже больше, чем ему было нужно. Еще и придумал, как познакомиться с девушкой уже завтра.

* * *

Звук пришедшего сообщения заставил Лизу распахнуть глаза и потянуться к телефону. Но не для того, чтобы просмотреть сообщение от Селены, а для того, чтобы закинуть телефон куда подальше и досмотреть сон, в котором она гоняла на Звере Зеленого Ада. Проснувшись через два часа в отличном настроении, Лиза даже не вспомнила об утреннем сообщении и валящемся где-то под тумбочкой телефоне. Пританцовывая и напевая себе под нос «Детка, ты просто космос, когда тебя я вижу, по коже мороз», она прошла на кухню и включила кофемашину. Когда любимый напиток был готов, Лиза, по своей традиции, вышла с кружкой на крылечко, чтобы позавтракать на природе. Благо, теплая погода Краснодарского края позволяла сделать это в середине сентября. Лиза хотела сесть в любимое плетенное кресло и насладиться утренним кофе, но увидела проезжающего мимо Зверя. Она приткнула кружку на край столика и выбежала со двора, чтобы полюбоваться машиной, припарковавшейся у дома Селены.

– Какой красавчик! – не сдержала восторга Лиза.

– Спасибо за комплимент! – ответил кто-то сбоку.

– Это я про машину, – девушка оторвала взгляд от автомобиля и взглянула на его владельца. Кареглазый брюнет, чье лицо украшала щетина, разглядывал ее с не меньшим интересом. Белую футболку, о которой говорила Вика, он сменил на черную, а куртку снял, потому что сегодня выдался теплый денек. – Но ты тоже ничего.

– Да и вы ничего! Это я комнатным тапочкам, – не остался в долгу Мэш. – Первый раз вижу девушку, которая гуляет по улицам в пижаме и тапочках с заячьими ушками.

– А я первый раз вижу Зверя в живую, а не на картинке, потому понеслась ему на встречу в чем была, – честно призналась Лиза. – Я о нем шестой год мечтаю, но мне пока хватило только на Салатового Монстрика – зеленый Мерседес А-класса в прошлом кузове.

– О! Так ты тоже поклонница Мерседесов?

– С детства их обожаю. Сначала модельки коллекционировала, а потом и настоящим обзавелась.

– Хотел бы я увидеть твою коллекцию. Представляю, с какой завистью на нее смотрят твои друзья.

– Ну… Не все из них разделяют мою любовь к машинам. Вчера вот чуть с Селеной из-за этого не поссорилась.

– А я как раз ее и ищу. Она стала очередной жертвой нашей компании, – рассказывал наспех скроенную легенду Мэш, который ночью сотворил Селене седину. Сначала он хотел перекрасить саму Лизу, а потом решил, что лучше устроит окрашивание ее вредной подружке, которой не понравился Зверь. – Мы сменили поставщика некоторых ингредиентов для наших шампуней, сама понимаешь, санкции и все такое, а он нам вот такой сюрприз устроил.

Мозг Лизы сопоставил факты, и она спросила:

– Так она тоже поседела?!

– К сожалению, да. Сейчас заезжал за кофе и Виктория, к которой утром заглядывала Селена, поделилась этой новостью. Я уточнил адрес и решил сразу уладить проблему. Но, судя по всему, Селены нет дома.

– Она в университете, а после него в библиотеку пойдет, цветы поливать. Просто ее мама библиотекарь, но отдыхать уехала, вот Селена и присматривает за всем. Вернется домой к трем.

– Ясно. Приехал я зря, – констатировал Мэш, который приехал для того, чтобы его машину заметила Лиза, а не ради беседы с Селеной. —Предупреди ее, что я подъеду к трем. Загладить вину.

Парень сел в машину, но опустил стекло и добавил:

– Кстати, я – Мэш.

– Лиза. – представилась и девушка.

– До встречи, Лиза! – попрощался Мэш и поднял стекло.

Предвкушая приятный вечер, Лиза направилась домой, готовить завтрак. А вот Мэш не торопился. Он разглядывал уходящую девушку и думал о том, что сделает с ней вечером, тем более запрета на контакт он не получал. Осознав, что мысли ушли не в ту сторону, Мэш напомнил себе зачем приехал, а после позвонил главе.

– Утро доброе, мистер Дарк. Как приготовления к обряду? Готовы к очередной раз облапошить этих идиотов? – с усмешкой спросил Мэш.

– Идиоты наши свято верят в ту сказку, что я им скармливаю вторую тысячу лет. – ответил с такой же насмешкой Дарк. – Хоть бы разок задумались, что обряд противоречит кодексу. Но нет же, верят.

– А все потому, что лучших собрали вы. А Мишане достались такие же тупицы, как и он. И вряд ли они когда-нибудь додумаются, что обряд только ваши силы поддерживает.

– Если только Гадриэль, он у них больно борзый.

– Вам только стоит сказать, и он перестанет быть проблемой.

– Знаю, потому так тебя ценю. Хотя и начал переживать, что ты столько дней на связь не выходил. А сейчас, как я понимаю, тебе есть чем меня порадовать? – Мужчина сделал упор на последнее слово и от голоса его у Мэша по телу побежали мурашки, хотя он был не из робкого десятка. – Помнишь же, что бывает с гонцами, приносящими дурные вести?

Мэш прекрасно помнил, что бывает с тем, кто расстраивает главу, потому как можно увереннее сказал:

– По пустякам отвлекать не хотел. А вот теперь мне есть чем вас порадовать. В город я приехал два дня назад…

– Проблем на въезде не возникло? – как бы невзначай полюбопытствовал Дарк, стараясь не выдать свой шок. Давненько он не испытывал подобную эмоцию. Лет триста, как минимум. Одна ведьма нашептала ему, что девчонку могут прятать в тот самом городе, и потому он отправил Мэша на разведку. Но никак не ожидал, что ему удастся проникнуть в город, защищенный от таких, как они.

– И все вы знаете. – Мэш давно перестал удивляться тому, что Дарк был осведомлен об очень многих вещах. – Зверь заглох прямо у надписи: «Добро пожаловать», так что пришлось пройти пешочком до отеля на въезде. У него название «Моритур». Представляете? Я очень удивился, вспомнив ту историю про брата и сестру, которые с Тьмой добаловались. Но это я отвлекая. В общем, хозяйка отеля меня не только чаем напоила, но и Зверя помогла завести. Не женщина, а на все руки мастер, так что я у нее обосновался.

– Зная тебя, я удивлен, что все дамочки в городе не бросились тебе помогать, – заметил Дарк, пораженный тем, что помогать такому монстру как Мэш бросилась сама хранительница.

– Ими на заданиях я занимаюсь, только если они и есть мое задание, – напомнил Мэш. – Познакомился я пока только с парочкой местных. От них узнал о девчонке, которую вы хотели найти. Вчера увидел ее воочию, с друзьями ужинала. Они как раз наших дев седых для обряда обсуждали…Сфотографировал ее вам и одну, и с друзьями.

– Я смотрю, кто-то плохо выполняет свою работу, раз уже в народе слухи поползли. – недовольно произнес Дарк.

– Ребята молодцы, как всегда, – защитил собратьев Мэш, который не хотел, чтобы за их плохую работу влетело его лучшему другу. – А народ поболтает и забудет. Тем более их работа мне на руку была. Я подружку девчонки нашей седой сделал, а сам прикинулся производителем шампуней, из-за которых все это стряслось.

– Молодец. Хотя проще было саму девочку перекрасить. Какая она, кстати? – поинтересовался глава.

– Брюнетка. Волосы подстрижены под каре. Карие глаза. Рост метр шестьдесят с небольшим. Симпатичная. – Мэш начал описывать внешность, а потом понял, что она Дарку известна, потому исправился и ответил: – Эта точно наша. У меня на потенциальных глаз наметан и у этой девчонки есть сила. И мне кажется куда выше среднего.

– Выше, – подтвердил глава. – Не зря же Мишаня ее год в этом странном городе прячет. Так и хочет у меня классных новичков отжать, но отжималка у него еще не выросла.

– И не вырастет, – ухмыльнулся Мэш. – А город и правда странный. Перемещаться в нем не выходит, либо пешочком надо, либо на машине. Наши тут не замечены, нечисти нет. Впервые такое вижу. Да и друзья у девушки странные. Есть подозрение, что тоже наши.

Подумав, что подобное притягивает подобное, ведь не зря девчонку нашем именно Мэш, Дарк попросил:

– А скинь-ка фото девчонки и ее дружков. Вдруг и правда наши.

Рассмотрев на фотографии всю троицу, мужчина вынес вердикт:

– Да, Мэшик, порадовал ты меня сегодня. Они и правда наши, звезды вон как сияют в аурах. Мишаня, как вижно, не просто так их оберегал и в книгу «забыл» записать. У них уровень выше среднего и возможность быть с «изюминкой». Специально, гаденыш, запрятал их, чтобы я себе не захотел. Но мы ему малину подпортим… Раз такой лис как ты попал в их курятник, надо брать все по максимуму. Повеси-ка, я с предикторами посоветуюсь.

Мэш остался ждать на линии, радуясь тому, что смог порадовать главу. О том, чтобы спрашивать у него, что там за потенциал у этой троицы, он не думал. Он знал, что слишком много знаний тянут голову на плаху, потому лишних вопросов, тем более Дарку, не задавал.

Но долго ждать не пришлось, потому что буквально через пару минут Дарк вернулся с заданием:

– Подружку доставь к девяти, в обряде поучаствует, чтоб Мишаню позлить. Пацана не трогай, пусть в запаснике полежит. А девчонку мою привези в «Парадиз» завтра к обеду.

– Принял, – кивнул телефону Мэш.

– Жду в «Парадизе»! – пригласил мужчина и положил трубку.

А Мэш облегченно выдохнул, потому что был наконец прощен. Как бы сильно он не любил Зверя, но устал жить в дороге. Ему хотелось вернуться на виллу и думать только о том, куда пойти поужинать, а не о том, скольких еще придется устранить. Этот год перед Обрядом Круга Времени был сложным и вымотал Дарка, который вымотал нервы Мэшу и остальным. Но сегодня ночью обряд пройдет и Мэш сможет отправиться сначала домой, а потом в заслуженный отпуск. Осталось всего ничего, отвезти сначала седовласую подружку, а потом и девчонку к Дарку, и он будет прощен и временно свободен.

Осознавая, что времени мало, а дел теперь много, Мэш завел двигатель и отъехал от дома Селены, чтобы вечером вернуться в него вернутся. Сначала для того, чтобы выполнить дело. А после для того, чтоб нарушить свои же правила и провести приятную ночь в компании Лизы, так любящей машины.

Сама Лиза, любящая не только машины, вернулась домой и долго искала телефон, завалившийся за прикроватную тумбочку. Еще дольше она принимала утренний душ, подпевая любимым трекам, льющимся из телефона. Зато быстро оделась в любимые синие рваные джинсы и белую футболку и переместилась на кухню. К тому моменту, когда кофемашина выдала новую порцию кофе, взамен оставшего на крыльце, Лиза успела оценить новоприобретенную седину Селены, так гордящуюся своими золотистыми длинными волосами. Проблемы проблемами, а утренний кофе в плетенном кресле – это святое. К удивлению девушки, у кружки с давно остывшим кофе, появились друзья. Коробка с ее любимым десертом и стаканчик с малиновым латте упрочили уверенность Лизы в том, что на Звере Зеленого Ада она точно прокатится. Улыбнувшись тому, что длинный язык Вики впервые пошел ей на пользу, Лиза уселась в кресло и насладилась чизкейком и кофе.

Чудесный поздний завтрак перерос в не менее чудесный день, и девушка перешла в мастерскую, расположенную во дворе ее дора. Там время утрачивало всякий смысл, особенно в такие дни, как сегодня, когда у ее был крупный заказ. Пока столярный мирок Лизы, в котором появлялся на свет новый обеденный стол, освещал яркий свет, погода резко сменилась и над городом сгустились тучи. Но их, как и отсутствие звонков, увлеченная любимым делом девушка не замечала. Пока она находилась в пропахшей деревом мастерской происходящее за окнами ее мало волновало. Сейчас существовали только слэб, эпоксидная смола и сама Лиза. И впервые, после переезда в новый город, Лиза чувствовала себя счастливой девушкой, а не беглой преступницей.

Год назад Лиза бежала от правосудия и первые месяцы жила с оглядкой, страшась, что проезжающие с мигалками полицейские машины едут за ней. Но постепенно страх отступил и помогли ему новые друзья, хотя они и не знали всей правды о прошлом Лизы. Селена, которая обожала «Сумерки» и «Дневники вампира», заплетала волосы в две тугие косички и носила в университет милые платья с кружевными воротничками, вряд ли бы справилась с той историей, которую рассказала бы ей Лиза. В мире той семнадцатилетней девочки, с которой Лиза познакомилась через неделю после переезда, не было места тем ужасам, которые пережила ее новая знакомая. И потому Лиза не стала разуверивать Селену в том, что она избалованная девочка из богатой семьи. Для Селены она стала взбалмошной девушкой, бросившей после первого курса университет, и решившей перебраться их город, купив себе на деньги брата небольшой дом и обустроив в нем мастерскую.

Обмануть Кира было сложнее, потому что и он переехал в город не ради огромного дуба на кладбище. Он, также как и Лиза, убегал от проблем. Лиза знала, что родители парня и его беременная жена погибли в аварии, и он винил себя в их смерти, потому что был за рулем и не успел уйти от столкновения. И хотя сам он рассказывал Лизе о том, какие демоны рвут на части его душу, в душу девушки он не лез. Но был куда наблюдательнее Селены, потому замечал страх Лизы как перед полицейскими машинами, так и перед мужчинами. Замечал, но вопросов не задавал. А она видела, как он трясется, когда садится в машину и как избегает внимания девушек, но также не лезла к нему с вопросами. Просто ездила очень медленно, держала его за руку, пока он дышал по квадрату и делала вид, что она его девушка, чтобы избавить парня от излишне настойчивых поклонниц. Лиза старалась быть хорошим другом и никому не рассказывала о трагедии в его жизни. Она всецело поддерживала публичный образ обожающего комиксы и Дедпула программиста, который решил перебраться на юг.

Лиза стала «клеем», на котором держалась их компания, их Книжное трио. Но ни Кир, ни Селена не знали о том, что веселая и озорная Лиза мучилась от бессонницы, а если сон к ней и приходил, то приносил лишь кошмары. И по ночам она выезжала за город на своем Салатовом Монстрике, выжимала из него максимум и молила о том, чтобы эта поездка стала дорогой в один конец. Молила, чтобы у ее отказали тормоза или уснувший за рулем дальнобойщик врезался именно в нее и все ее мучения прекратились. Но дальнобойщики ей только улыбалась на заправках. Знай они, что она убила человека, не были так доброжелательны. Но все думали, что Лиза – добрая и хорошая девушка, и она старательно им подыгрывала, хотя от этого было тошно вдвойне. Никакие добрые поступки не могли искупить греха, что она совершила. Кровь можно было смыть только кровью. И потому каждую ночь, несясь на бешеной скорости по трассе, Лиза молила Бога Автопрома забрать ее к себе, но он оставался нем к молитвам. И каждое утро Лиза ненавидела себя за то, что продолжает жить.

Но сегодняшнее утро Лизы, впервые с того момента, когда она убила человека, началось не с ненависти к себе, а с улыбки. Впервые за много месяцев девушка и правда спала, а не мучилась от кошмаров. И благодарить за это стоило Зверя Зеленого Ада, который снился ей всю ночь. А еще этим утром Лиза почувствовала давно забытое чувство – симпатии к мужчине. Она не понимала, как парень, которого она видела первый раз в жизни мог так расположить к себе, ведь целый год она шарахалась от мужчин, потому что очень хорошо помнила, чем все может закончиться. А тут такой-то незнакомец так ее заинтересовал. И рядом с ним она не испытывала страха и даже не опускала руку в карман, чтобы сжать перочинный ножик, который с той ночи носила с собой. Она была уверена, что с Мэш ей вреда не причинит, наоборот сможет защитить и от полицейских машин с мигалками и от любимых Селеной вампиров, в которых Лиза не верила. А это значило, что сегодняшний вечер будет приятным и к нему стоило подготовиться не только ради поездки на машине мечты.

Глава 2

Мэш был уверен, что в его жизни, которая давно окрасилась в темные тона, ничего хорошего уже не будет. Все хорошее умерло в тот же день, что умер и он. А все последующее было наполнено криками боли и литрами крови как Мэша, так и других людей и не только, которым не посчастливилось встретиться с любимчиком Дарка. Он прекрасно понимал, что давно превратился в монстра, которым пугали новичков, но не слишком горевал. Привык и принял себя такого – наемника, которого боятся не только люди, но нечисть. А единичные проблески совести заглушал алкоголь и вечера в «Псарне» – клубе его лучшего друга Карро. Мэш давно понял, что не заслуживал ни счастья, ни любви, но этого его устраивало. Он просто жил и выполнял приказы Дарка, и выполнял идеально, из-за чего получил прозвище Потрошитель. Мэш был любимчиком главы, жил на шикарной вилле в «Парадизе» и мол заполучить не только любую девушку, но и вообще все, что пожелает. Разве можно было мечтать о большем? Нет, потому что большего попросту не было. А о том, что в его жизни не было счастья, Мэш старался не думать. Счастье ему заменили многочисленные удовольствия, и это его тоже вполне устраивало. Его святая троица – секс, бухло и рок-н-ролл – вполне подходила на роль заменителей счастья. А если она не справлялась, на помощь приходили скорость и драки в «Псарне». Вот и сегодня вечером муки совести Мэш собирался заглушить с помощью одной симпатичной брюнеточки, которой скоро пополнит их ряды. Лиза еще не знала, что ей предстоит пережить и в какую историю она встряла, так что Мэш был не против подарить ей приятный вечер. Последний вечер «нормальной» жизни.

Такими, как Мэш – кустодиамами, защитниками людей от нечисти и магических существ, становились после смерти, потому что имели к этому предпосылки. Мэш понятия не имел, какие такие у него были предпосылки, но после смерти воскрес и стал кустодиамом. Уже в первые дни новой жизни он узнал, что кустодиамы делились на малумов и бонумов. Малумы, помимо защиты людей от нечисти, представляли еще и интересы этой самой нечисти в спорных моментах и следили за тем, чтобы «темные» чувствовали себя комфортно. А бонумы представляли интересы магических существ и следили за тем, чтобы «светлых» не притесняли и не уничтожали «темные». У бонумов, которые жили на Алтае в Заставе, последние лет восемьдесят главой был Михаил. А вот у малумов, штаб которых был на юге в роскошном отеле «Парадиз», бессменным главой был мистер Дарк. И несмотря на то, что бонумы и малумы выполняли общее дело, они на дух не выносили друг друга и были совершенно разными. А все потому, что их главы не выносили друг друга и были совершенно разными. Михаил был эдаким святошей и воспитывал таких же бонумов, а Дарк предавался греху в компании своих малумов. Бонумы свято чтили Кодекс Кустодиамов или делали вид, что чтят, а вот малумы не утруждали себя даже показным соблюдением правил, начхав на них сотни лет назад. Да, они защищали людей, как и было наказано им при сотворении, но куда чаще защищали свои интересы и интересы тех темных, сотрудничество с которыми было выгодно Дарку. А еще у малумов было куда больше воинов и предсказателей, чем у бонумов.

Большинство кустодиамов становились обсерваторами – простыми наблюдателями. Мир был поделен на участки и каждый обсерватор следил за своим «квадратом», на котором проживали твари или магические существа. По сути, обсерваторы были участковыми, которые следили за тем, чтобы на вверенном им участке все жили спокойно. Только под надзором у них были не люди, а вампиры, оборотни, феи и прочие.

Вторыми по численности кустодиамами были беллаторы – воины, которые сражались нечистью или разбушевавшимися сверхъестественными существами. Они были смесью ОМОНА и ФСБ, потому что им приходилось не только зачинщиков останавливать, но и вести расследования, подчищать места преступлений, стирать память людям, проконтактировавшим с существами, а в крайних случаях еще и смерти людей обставлять как обычные.

Самими ценными кустодиамами были предикторы – провидцы, предсказывающие будущее. А все потому, что их было мало, но именно на них держалась вся работа. Предикторы видели будущее и помогали кустодиамам предотвращать преступления темных или попытки волшебных существ пообщаться с людьми. Ну а в случае, если преступление или контакт все же успевали произойти, помогали в поисках виновника.

Мэш решил, что Лиза – будущий предиктор. И это его радовало, потому что иметь собственную провидицу, во всех смыслах этого слова, было очень полезно. Его лучший друг Карро, который как раз завел такую подружку, был тому доказательством, потому что она частенько прикрывала их шалости. А Дарк так ценил своих предсказателей, что на руках их носил, потому Лизе определенно повезло. Повезло и Мэшу, потому что девочка не выходила у него из головы. Он даже решил сводить ее на настоящее свидание, перед тем как отправиться на ужин, переходящий в завтрак. И отправился на поиски подходящего букета. Задача оказалась сложной, потому что нормальных цветочных за час он так и не нашел, как не нашел в них нормальных букетов. Мэш хотел переместиться в любимый цветочный, вот только перемещение не удалось. В итоге он решил прокатиться в Краснодар, тем более ехать было всего ничего. И только там, в небольшом цветочном магазине «Гортензия», который располагался в старинном особняке, он нашел цветы, что его устроили. Потратив почти час своего времени, тонны обаяния и пачку денег, Мэш в итоге получил от молоденькой цветочницы, работавшей всего второй день, букет, который счел достойным Лизы.

Перекусив в кофейне, расположенной в одном здании с цветочным, Мэш отправился обратно. У него было приподнятое настроение, но как только он въехал в город, оно сразу же испортилось и не только из-за того, что начался дождь. Он почувствовал своего. У кустодиамов не было способности чувствовать друг друга, она была огромной редкостью и именно поэтому Дарк так ценил Мэша. Он был из числа кустодиамов с «изюминкой», за которыми охотился не только Дарк, но и Михаил. Была у него и еще парочка способностей. Одна позволяла очаровывать женщин, потому его частенько отправляли забирать новеньких девчонок, которые соглашались на все, что он предлагал. А вторая, музыкальная, служила Мэшу подсказкой и предупреждением, а еще отражала не только его настроение, но и настроение тех, кто находился рядом. Но и без музыкальной способности, врубившей на всю машину трек со словами «Ты звонил и кричал мне на автоответчик, мол, от тебя ко мне подскочит некий человечек, мол, он расскажет, что я трататульки перепутал и я пожалею, что меня не сбила фура утром», он понял, что в черте города появился еще один кустодиам. А это значило, что предикторы Михаила увидели, что Мэш в городе и решили защитить тех, кого их тут прячет. Понимая, что первая в списке Лиза, Мэш понесся в сторону ее дома.

Но не доезжая пары кварталов до ее дома Лизы, почувствовал бонума. Отдавшись чутью, малум припарковал машину у какого-то огромного двухэтажного здания, оказавшегося Домом Культуры, и вошел внутрь.

Начиная подозревать, что бонум явился вовсе не за Лизой, Мэш подошел к охраннику и уточнил:

– А где у вас библиотека?

– Вон за той дверью. Но Селенка пару минут назад ускакала с ухажером своим под ручку, так что приходи завтра. – ответил старичок в темной форме и вернулся к разгадыванию кроссворда.

Мэшу новость не понравилась. А еще больше ему не нравилось то, что сейчас придется звонить Дарку, потому он не спешил покидать здание. Воспользовавшись парочкой фокусов и артефактов, Мэш не только «отвел глаза» охраннику, но и увидел то, что происходило в фойе пару минут назад. А именно то, как Селена идет под ручку с Ингваром. Хотя он ожидал увидеть его лучшего друга Гадриэля. Это был неожиданный расклад, потому Мэш вернулся в машину, промокнув под начавшимся дождем, и набрал Дарка. Он, конечно, мог бросить Зов, но тогда бы у него не было возможности убрать от уха трубку, и гневный голос орал бы в его голове так, чтобы голова потом болела полдня минимум. Зов Мэш использовал только в крайних случаях и доступ к такому способу связи с собой предоставил лишь лучшему другу Карро и главе. А последнему только потому, что варианта отказать не было.

После того, как Дарк проорался, к счастью, в телефон, он объяснил, что происходит:

– Час назад я отправил Мишане список девушек, которые будут участвовать в обряде и включил в него Селену. А этот идиот оказался не такой и идиот. Он понял мой маневр, потому и послал сопляка своего девчонку утащить, чтобы мы ее вечером на обряд не могли забрать, как положено. Думал, наверное, не заметишь, раз возле Лизы крутишься. Но я ему сейчас устрою. Скажу, что если девочки не будет на обряде, это будет засчитано как нарушение Кодекса и срыв Обряда Круга Времени, на котором вся Завеса держится. А за это, как мы все знаем, светит смерть, и уже окончательная. Выбора у него не будет и Селену он на обряд сам притащит.

– А что с нашей девчонкой? Вывожу? – поинтересовался Мэшер.

– С нашей… – задумался Дарк. – Нашу обижать нельзя, она ценная, так что устрой ей приятный вечер, тем более цветочки ты прикупил, а в обед вместе ко мне.

– Хорошо. – ответил Мэш, намерения которого были раскрыты и положил трубку.

Подъехав к дому девушки, он вытащил из машины огромный букет, по-хозяйски вошел во двор и зашел на крылечко. Лиза была в восторге от букета и попросила Мэша занести его в дом, потому что он был слишком тяжелый и сама она не справлялась. Подходящей вазы не нашлось, потому огромный букет пристроили в пластиковое ведерко и поставили в углу гостиной. А после Лиза пригласила гостя на кухню, чтобы попить чай, потому что Селена и ее седина никуда не денутся, и Мэш может зайти к нем и завтра. Мэш отказываться не стал, тем более все складывалось как нельзя лучше. Но не успел он сесть за стол, как в голове раздался Зов. Видимо, Дарку надоело названивать своему любимчику, потому он решил залезть ему прямо в голову.

Мэш сделал вид, что у него звонит телефон и вышел на крыльцо, чтобы спокойно «побеседовать» с Дарком. Не хотелось ему представать перед Лизой в странном «зависшем» состоянии, которое было у него во время беседы посредством Зова.

– Бонумы свистнули еще и пацана, – известил малума голос в голове. – Прячут их с девчонкой в своем временном штабе, недалеко от церкви, где в полночь и состоится обряд.

Мэш выругался в слух и уточнил:

– Гадри небось утащил, пока его дружочек сладкий девчонку окучивал?

– Именно, поэтому нашу вези в Сочи. Обряд в этот раз тут пройдет. Координаты нашего временного штаба пришлю, мы недалеко от бонумов засели, в гостинице. Так, подожди, тут предикторы что-то еще увидели, – Дарк замолк, но через секунд тридцать снова заговорил. – Предикторы говорят ехать на машине, а не перемещаться, так что к полуночи ее доставь. Мало ли что, пусть лучше при мне будет.

–Это же часов десять дороги, еще и серпантин. Могу не успеть, – предупредил Мэш. – Проще за пределы города выехать, а потом переместиться.

– А ты, успей, Мэшер! – приказал Дарк. – Хватит и того, что двоих ты уже упустил.

Мэш знал, что полное имя, дарованное ему при посвящении, Дарк использует только в тех случаях, когда зол, потому пошел уговаривать Лизу на спонтанную поездку в Сочи.

* * *

Ночь стала любимым временем суток у Мэша задолго до того, как он стал кустодиамом. Он любил ее, потому что она давала силы для новых свершений. Ночь была темна, притягательна и имела особый запах – запах приключений, азарта и страсти. Нужно было просто дождаться, когда она вступит в свои права, открыть окно, вдохнуть полной грудью и почувствовать ее. Но большинство людей предпочитали скрываться от нее под одеялом, опасаясь придуманных монстров. Люди не понимали, что самые жуткие монстры жили не в темноте, а внутри них самих. И если бы они выбрались наружу, то ни один монстр из-под кровати с ними не сравнился. Темные твари жили и в глубине Лизы с Мэшем, которые неслись по ночной трассе на Звере Зеленого Ада.

Лиза, чьи монстры были пробуждены год назад, не могла скрыть восторга. Ночь и свободная трасса, рев автомобиля и виражи дрифта, любимые песни и красивый мужчина рядом – все идеальные составляющие для идеального вечера были собраны воедино. Лиза была счастлива, хотя тревожиться ей бы стоило, ведь она ехала отдыхать с парнем, которого не знала.

Мэш, против своей воли частенько выпускающий внутренних демонов на охоту, также не скрывал довольную улыбку. Шикарная девушка в его шикарной машине – все составляющие приятной пятничной ночи были собраны воедино. Мэш был доволен, хотя тревожится ему бы стоило и не только потому, что на дворе была пятница тринадцатое.

Но тревожные мысли не могли пробиться в головы этой парочки, потому что их заглушал рев мотора, сильнее которого было только обаяние Мэша. Мэш разделял бензиново—поршневую религию Лизы, а автомобильная магия подействовала на Лизу безотказно. Ее поражал не только талант Мэша, позволяющий ему с легкостью вести машину по горному серпантину под ливнем, но и тот факт, что у них было много общего. Они оба обожали музыку, машины, бои без правил, футбол и фильмы Гая Ричи. И чем больше Мэш рассказывал о себе, тем больше он нравился Лизе. А когда он сообщил, что прошел уроки экстремального вождения и сам их преподает, Лиза посмотрела на него как на живое воплощение Бога Автопрома, которому поклонялась.

А Мэш заметил, что реагировала на него Лиза не так, как другие девушки. Обычно они старались привлечь его внимание буквально и через полчаса после знакомства были готовы уединиться. Но у Лизы Мэш видел подлинный интерес, а привычную похоть, которую он у всех вызывал. Или желание хорошо развлечься или подняться за его счет у тех ведьмочек или предикторш, которые его уже знали. И это Мэшу нравилось. Для Лизы он не был ходячей машиной для убийства или удовлетворения сексуальных потребностей, потому перед ней он не играл роли, а рассказывал о себе правду, даже о фанатском прошлом. Правда выяснилось, что они болеют за ненавидящие друг друга футбольные клубы. Лиза из-за этого расстроилась, ведь его желто-синие ненавидели ее любимых коней, но Мэш рассмеялся и сказал, что, хотя бы один недостаток у нее должен быть. И чем больше они разговаривали, тем более Лиза нравилась Мэшу, потому поездка в ее компании была не только заданием, но и удовольствием. И Мэш все чаще ловил себя на мысли, что у этой девушки он остался бы на завтрак. А может и не только.

До конца маршрута оставалось ехать буквально полчаса, когда в голове Мэша снова раздался Зов. Продолжая поглаживать коленку Лизы и делать вид, что ничего не происходит, малум слушал голос своего главы.

– Ну и где вы? – спросил Дарк.

– Через тридцать минут будем. – ответил Мэш, хотя рот его при это оставался закрыт.

– Отлично! Через полчаса моя новенькая воительница будет у меня. А говорил, не успеешь. Еще одиннадцати нет, а ты почти тут. Талант! – обрадовался Дарк и исчез из головы Мэша.

А вот настроение Мэша моментально испортилось, ведь он понял, что никакая Лиза не провидица, а кое-кто другой, кого не ждут никакие почести и преференции. Кое-кто, кого он через полчаса привезет в персональный ад, из которого не выбраться. А сделать это он не мог, потому нужно было что-то срочно придумать. И идея в голове Мэша родилась, но была настолько безумной, что все даже могло получиться. Но для этого ему требовалась помощь и прикрытие.

Заметила перемену в настроении Мэша и Лиза, которая спросила:

– Все в порядке?

– Почти. Сейчас Карро позвоню, идея одна появилась.

– Забавные у вас все-таки имена. Мэш, Карро.

– Это сокращенные.

– И какое же полное?

– В ЗАГСЕ узнаешь, – отшутился Мэш и ответил уже Карро, который ненавидел, когда ему бросали Зов и просил звонить или писать сообщение: – Тебя я туда поведу только в качестве дружка! А вот Лизу не прочь сводить и туда, и в бар «Бонум». Так что скинь его координаты.

– Ты головой ударился?! – прошипел в трубку Карро, который знал, кого именно Мэш везет Дарку. – Вези ее сюда немедленно!

– Не могу. Она девочка, она такое не выдержит.

Лиза, услышав эту фразу, спросила:

– Это что я не выдержку?

– Карро предлагает нажраться в хлам, а после пойти на карусели, – бросил в ответ Мэш.

– Такое точно не выдержку. – согласилась Лиза.

– Вот и я ему говорю, что такие развлечения не для тебя.

– Давай без самодеятельности! – пытался вразумить друга Карро. – Ты понимаешь, что тебе за это будет? Она же не рядовой кустодиам. Дарк многое на нее поставил, так что не лезь туда, куда не стоит.

– А я риску, – стоял на своем Мэш. – Поможешь?

– Ни за что! Вези ее сюда, иначе я сам тебе башку откручу! – Карро вовсе не шутил. – Это приказ!

– Хорошо. Скоро увидимся. – соврал Мэш.

– Ага. На твоих похоронах. – бросил в ответ Карро и отключился, уверенный в том, что друг выполнит приказ.

Но Мэш его слушать не собирался, потому положил трубку и сбросил скорость, а после припарковался на обочине.

Лиза удивленно спросила:

– Приехали?

– Слишком много кофе. – ответил ей Мэш и вышел из машины.

Он отошел немного и начал размышлять. Раз друг с координатами не поможет, он разберется сам. Он же мог чувствовать других кустодиамов на расстоянии, значит сможет почувствовать и толпу бонумов, которые засели где-то рядом. Тем более он был недалеко от штаба своих, значит и штаб противника рядом. Мэш закрыл глаза и попробовал почувствовать бонумов, но ничего не получилось. Такой исход его не устроил, потому он напрягся сильнее. Но только когда из его носа пошла кровь, он смог почувствовать скопление кустодиамов и понял, куда нужно ехать.

Утерев нос, он вернулся в машину и сказал:

– Все. С кофе простился, ноги размял, можем ехать.

– А с носом что? – от Лизы не укрылось кровотечение, потому она полезла в сумочку и достала оттуда упаковку бумажных платков.

– Давление, походу шалит. Или кофе меньше пить надо, – ответил Мэш и принял платок, которым стер остатки крови с лица и руки.

– Давая я сяду за руль, а ты отдохнешь.

– Не переживай, тут осталось всего ничего, я доеду. Кстати, предлагаю сначала заехать в одно шикарное местечко, а потом уже в отель. Ты как?

Долго Лиза не думала, а сразу ответила:

– Весь вечер я отвечала тебе «Да» и ни разу не пожалела об этом, так что и сейчас отвечу также.

– Пусть и в этот раз не пожалеешь. – как заклинание произнес Мэш.

Расстояние до «бара», к которому Мэш ехал, ориентируясь на «притяжение» к кустодиамам, он покрыл за десять минут. Остановившись у небольшого лесочка, в котором явно был спрятан временный штаб бонумов, потому что энергия тут была бешенная и Мэш чувствовал присутствие своих, он сказал Лизе:

– У меня просьба. Ты не могла бы сейчас пойти в бар и подождать там минут десять, пока я сгоняю за Карро. Хочу вас познакомить, а двуместная, потому…

– Потому я подожду в баре. Как раз приведу себя в порядок после дороги и познакомлюсь с твоим другом при всем параде. Куда идти только?

– Тут буквально метров тридцать через лесочек пройти, и ты окажешься у бара «Бонум».

– Поняла, – кивнула девушка и покинула машину, в которой заиграла песня со словами «Высади меня здесь и закончим этот треп бесполезный весь, я тепло одета»

– Подожди. Ты кое-что забыла. – догнал ее Мэш.

– Точно! – спохватилась Лиза, принимая сумочку.

– И вот это тоже лишним не будет, – заметил Мэш и набросил на девушку свою кожаную куртку, потому что в одной футболке было уже прохладно, а после поцеловал Лизу.

Лиза охотно ответила на неожиданный поцелуй, о котором мечтала всю дорогу, и прижалась к Мэшу. А он знал, что их первый поцелуй скорее всего будет и последним, потому брал от него всего. Только спустя пару минут он выпустил девушку из объятий и сказал:

– Бармена зовут Гадриэль. Он парень суровый, но добрый, так что не бойся его. Он поворчит, но с ним ты будешь в безопасности. Как придешь, попроси его налить тебе пиво «Бонумское».

– Ага! – только и смогла ответить Лиза.

Она ожидала продолжения, но Мэш вернулся в машину, вдавил педаль в пол и растворился в ночи на Звере Зеленого Ада, потому ей не оставалось ничего другого, как пойти вперед, через лес. Буквально через пару минут деревья начали редеть, и она вышла к разваливающемуся строению, которое мало походило на бар. Лет сто назад этот двухэтажный белоснежный дом был красивым, но сейчас походил на декорации для фильма ужасов. Выбитые стекла, заколоченные ставни, ободранная штукатурка и дырки в крыше стерли былое великолепие. Лизе не хотелось оставаться в столь пугающем месте, особенно одной, потому она решила пойти обратно, к трассе. А по дороге позвонить Мэшу и сказать, что бара давно нет и она ждет его там, где они расстались. Но не успела пройти и пару шагов, как один из временных обитателей жилища, которое оказалось вовсе не заброшенным, появился на крыльце.

– У нас гости! – громко произнес мужчина в темной форме, поставивший на паузу трек Дельфина, громко певшего о том, что он любит людей.

Перекачанный бритоголовый тип с парочкой шрамов на лице внимательно разглядывал Лизу и от его взгляда девушке стало не по себе. Она засунула руку в карман джинсов и нащупала ножик.

– Получше шутку придумать не мог, Витиум? – из дома вышел подстриженный под ноль парень. Он тоже был одет в темную форму как и первый, но был ниже ростом, менее накачанный и менее шрамированный. Заметив непрошенную гостью, он осекся и грубо спросил: – Ты что тут забыла?

– Шла в бар «Бонум», – ответила Лиза, чей голос дрожал.

– Бар «Бонум»? – в голосе сурового парня, приближающегося к девушке, звенела сталь, а в зеленых глазах читалось недоверие. Рассмотрев знакомую куртку, накинутую на Лизу, он уточнил: – И кто же посоветовал тебе наш бар? Не Мэш ли часом?

– Да! – пискнула девушка. – Сказал у вас вкусное бонумское пиво.

– Ну, заходи тогда, раз тебя сам Мэш отправил, – не отводя взгляда от Лизы, приказал суровый воин.

– Гадриэль, это же та, третья, – прошептал Витиум, до которого дошло, кто стоит перед ними. – Ее нельзя упускать!

Воин шикнул на него, но и без комментария Лиза поняла, что пора делать ноги и начала пятиться обратно в лес.

Это заметил Гадриэль, который предупредил:

– Нет, милочка, обратно уже не выйдет. Будем теперь ждать твоего Мэша вместе, так что пойдем внутрь. И, напомню, что в сломанной руке кружку пива не удержишь.

Не нуждающаяся в повторных намеках Лиза обреченно проследовала за мужчинами внутрь заброшенного дома. Встретившие ее обшарпанные стены, плесень, запах сырости и гниения никак не увязывались с обещанным баром. Да и внутри она никак не ожидала увидеть обилие компьютеров и десяток мужчин в темной военной форме, которые бросали на нее косые взгляды.

Гадриэль отвел девушку к столу у окна, на котором обнаружились чайник и кружки. Заварив чай, он протянул Лизе кружку и сказал:

– Пиво кончилось, остался только чай. Садись на диван и пей!

– Спасибо! – поблагодарила Лиза и уселась на кожаный диван, рядом с воином.

– Ты кто? – грозно спросил Гадриэль. – Что здесь забыла?

– Лиза. И я правда бар искала. Мэш сказал, что он тут находится и сказал его подождать. Даже предупредил, что тут будет бармен Гадриэль, – вывалила правду испуганная Лиза, удерживающаяся кружку трясущимися руками. – Это же ты?

– Я. А что еще он сказал?

– Сказал, что с тобой я буду в безопасности. И что бояться тебя не надо, потому что ты хоть и суровый, но добрый

– Даже так… Это Мэш тебя сюда привез?

– Да. Мы ехали отдыхать, даже номер забронировали в отеле «Мистер Дарк», но Мэш вдруг решил в ваш бар заехать.

Гадриэлю вся эта история не нравилась, потому он повернулся к Витиуму и поинтересовался:

– Ты понимаешь, что происходит?

– Вообще нет, – отрицательно покачал головой шрамированный воин. – Да и благотворительность такая на Потрошителя не похожа. Пойду к предикторам схожу и Мишане Зов брошу.

– А мне что делать с этой? – спросил Гадриэль так, словно Лизы рядом не было.

– Отрубай! – предложил Витиум.

После его слов Лиза, не собирающаяся сдаваться без боя, вскочила с дивана, вытащила из кармана нож и наставила его на Гадриэля, но воин только усмехнулся. А потом достал из кармана какую-то штуку, показал ее девушке, и она тут же упала на диван.

Глава 3

Церковь, некогда поражавшая красотой, доживала свои последние дни. Украшавшее ее когда-то золото осело в семьях тех, кто свергал идеалы прошлого. Оконные витражи хвастали щербатыми улыбками, а роспись на потолке скрылась под копотью от костра, в котором сжигали иконы. Единственными посетителями этой церкви были только плесень и сырость. Но сегодня ей выпала честь стать ареной событий и за полчаса до полуночи она начала преображаться. Стены вернули на место недостающие кирпичи и срастили трещины, прикрыв их штукатуркой. Обломки крыши поднялись с земли и заняли законные места. Осколки усыпающих пол витражей собрались воедино и вернулись в оконные рамы. Полоток очистился от копоти и открыл взору красивую роспись. Ушли обратно в землю сорняки и исчезли укрывающие пол ветки. Затянусь дыры в полу, а мозаичная плитка уложилась в ровные дорожки. Аромат ладана сменил запах затхлости. Десятки свечей поднялись в воздух и залили теплым светом всю церковь. А в центре храма, прямо на постели из лепестков белых роз, вырос невысокий золотой постамент. Вокруг него появился большой золотой круг, на окружности которого вырисовались еще двенадцать небольших алых кругов. За каждым из этих маленьких кругов возникли еще по две точки – белая справа и черная слева. Сверху весь этот рисунок походил на циферблат, хотя символизировал не только время, но и знаки зодиака.

Преобразившаяся церковь была готова принимать гостей, и они не заставили себя ждать. За десять минут до полуночи в центре каждого из двенадцати кругов появились седовласые девушки, облаченные в красные платья. Одиннадцать девушек привели наблюдатели в черном, а вот последнюю девушку переместил мужчина в светлой одежде. Двенадцать наблюдателей, облаченных во все черные костюмы, возникли за спинами девушек, а рядом с ними появились и двенадцать мужчин в светлых одеждах.

Обряд Круга Времени начался.

От двенадцатого круга в центр прошествовал подстриженный по последней моде брюнет, который сотни лет проводил обряд, хотя сам выглядел максимум на сорок. Это был бессменный глава малумов мистер Дарк, облаченный в дорогой черный костюм, сшитый на заказ. Обведя всех присутствующих взглядом, мужчина задержался на главе бонумов Михаиле. Подмигнув ему, Дарк ехидно заметил:

– В церкви принято снимать головные уборы, так что кепку долой. Если тебя так смущает твое озеро в лесу, к туркам скатайся, волосы пересади.

Михаил хотел ответить, что лысина его не смущает, но на его телефоне включилась песня со словами: «Ты теперь озеро в лесу, ты теперь озеро в лесу, и хоть обалденный лук, но луковиц нет».

Дарк дал своим подопечным время, чтобы посмяться над главой бонумов, тщетно пытающимся отрубить песню, а после махнул рукой и смех смолк одновременно с музыкой. Покрасневший Михаил успокоился, а Дарк торжественно провозгласил:

– Рад приветствовать всех собравшихся! Отдельный привет наблюдателям из штабов. Надеюсь, у вас достаточно попкорна, парни, шоу обещает быть жарким! И до его начала осталось совсем немного, – заметил мужчина, бросив взгляд на циферблат часов. В этот раз это были платиновые Vacheron Constantin Patrimony с указанием фаз Луны, заставившие одного из бонумов присвистнуть.

Повернувшись к первому кругу, Дарк потребовал:

– Хранитель, возложи пророчество!

К постаменту просеменил бородатый старичок в белом хитоне. Трясущимися руками он возложил на постамент старинный свиток.

Кивнув старцу, глава малумов продолжил:

– На правах хранителя развлеку вас историей обряда. Новичкам будет полезно узнать, зачем мы проводим его раз в столетие. – Дарк подмигнул двум стоящим рядом кустодиамам, которые не особо были рады присутствовать на обряде. – Как вы знаете, мы, кустодиамы, были созданы для того, что защищать род людской от нечисти. Именно мы сотни лет следим за тем, чтобы темные твари и магические существа и дальше оставались для людей выдумкой. В помощь нам дан Обряд Круга Времени – ритуал, поддерживающий Завесу, которая укрывает сверхъестественных существ от людей, и дарующий всем нам силы. Предикторам он помогает лучше предсказывать будущее, беллаторами дарит силу, а обсерваторам улучшает их дар. Обряд очень важен для кустодиамов и для его проведения необходимы двенадцать людских жертв, ведь именно их мы защищаем и так они платят нам за это. Но кодекс запрещает убивать людей, потому на обряде мы караем только тех, что совершил злодеяния и только девушек, ведь их сила куда больше мужской. Дев этих выбирает Небесный Перст и мы, малумы, следуем за молниями и забираем тех, кто отмечен серебряными нитями в волосах. Все это каждый раз проходит так однообразно, что поневоле вспоминаешь фильм «День Сурка». Но сегодня меня и малума, отправившегося за двенадцатой девой, ждало известие о ее пропаже. Каков поворот, а?!

После театральной паузы Дарк вернулся к своему выступлению:

– Девушку, как оказалось, пригласил в гости Михаил, который забыл нам об этом сообщить. Потом он все же вспомнил, что нарушает наш кодекс и доставил ее на ритуал, так что не будем обвинять его в том, что он пытался сорвать обряд и приговаривать к смертной казни.

Малумы недовольно загудели, а бонумы начали перебрасываться недоумевающими взглядами. Дарк же был доволен собой и пребывал в отличном настроении несмотря на то, что обряд пошел не по плану. В итоге все выйдет как нельзя лучше и сегодня он устранит как минимум одного из двух претендентов, что скрывал Мишаня.

– Но, кто старое помянет, тому глаз вон. Михаилу нужны оба, он же не Кутузов, так что простим ему шалости, – снова взял слово Дарк.

– Тебя все равно не переплюнуть по количество нарушений кодекса, – холодно заметил Михаил, чьи голубые глаза впились в Дарка.

–Не стоит поучать того, кто тебя старше и мудрее. А еще того, кто при написании этого самого Кодекса присутствовал, – парировал малум, из голоса которого исчезли все игривые нотки.

– Зря тратим время, – вмешался старец, который возлагал пророчество, потому что ему было больно смотреть, как брата в очередной раз выставляют посмешищем.

– Почему же зря, Амалиэль? – притворно удивился Дарк. – Я, между прочим, скрашиваю присутствующим томительное ожидание.

– Время и правда уходит, – заметил Михаил, поглядывая на циферблат своих скромных часов.

– Поздравляю, Мишутка, ты обзавелся часиками, – искренности в словах Дарка не было, а вот иронии хоть отбавляй. – И раз ты так спешишь на «Спокойно ночи, малыши», предлагаю начать ритуал. Всем слабонервным, особенно тебе, Мишулик, предлагаю отвернуться. Мы даже простим, если вы проститесь с ужином. Главное, не уделайте при этом свои белоснежные рубашечки. Ну а мы приступим к делу!

Подопечные Дарка, давно ждавшие этих слов, кивнули и в их руках появились кустодиамские клинки, такие же, как и у их главы. Один взмах, одна секунда и для двенадцати девушек с остекленевшими взглядами все было кончено. Двенадцать тел упали вниз, а пульсирующая из их ран кровь стекала на пол, заливая алые платья и золотые окружности ритуального рисунка на полу.

После принесения в жертву двенадцати девушек, во временном штабе бонумов начались волнения. Заподозрив неладное, Лиза перестала претворяться спящей и подскочила к экранам. Она не успела увидеть жертвоприношения, но увидела парня, в котором нашла родственную душу и окровавленный клинок, что он сжимал в руках. Увидела его безразличный взгляд и бездыханное тело лучшей подруги, лежавшее у его ног. У Лизы не осталось сил даже на крик. Она стояла с открытым ртом у монитора и смотрела на Мэша, который перерезал горло Селене. Стояла до тех пор, пока пораженный Гадриэль, уверенный в том, что странная девчонка проспит до утра, не оттащил ее подальше от мониторов. Он усадил Лизу обратно на диван и приказал сидеть и помалкивать. Времени на то, чтобы разбираться еще и с ней у него не было. Ему предстояло появиться на обряде и сыграл свою роль, потому его взгляд, как и остальных воинов, был прикован к монитору, чтобы не пропустить знак.

Когда в глазах последней принесенной в жертву погас свет жизни, красные круги, в которых девушки встретили свою смерть, напитались кровью. По тоненьким каналам багряная жидкость стеклась к центру храма, прямо к постаменту. Белоснежные розы в его основании напитались кровью и окрасились алым, а венчающий постамент свиток с пророчеством вспыхнул, опалив жаром всех присутствующих. Минутой позже из огня вынырнули небольшие песочные Часы, отлитые из серебра и украшенные изумрудами. Вместо песка в них бурлила вода. Это необычные водные часы мог взять в руку лучший воин.  Именно он читал заклинание и запускал древнюю магию, якобы дарующую силы всем кустодиамам и обновляющую защитные куполы вокруг Заставы и Парадиза, где жили бонумы и малумы, а на самом деле просто накачивал Дарка энергией под завязку.  Выявляла лучшего воина битва.

Одновременно с появлением Часов появились и те, кому предстояло за них сразиться – отряд малумов, ведомый воинственным Карро и отряд бонумов, возглавляемый Гадриэлем. Двадцать четыре бойца, дожидавшиеся своего часа, вступили в игру, сменив двадцать четыре наблюдателя. Крики сражающихся и звон клинков разорвали тишину. Аромат благовоний сменил запах крови, а затирка мозаичного пола окрасилась алым уже за периметром ритуальных кругов. Время ускорилось для всех, кроме того, кто невидимым пробирался к центру церкви. Этот незваный участник обряда хорошо запомнил слова, что лучший воин не тот, кто выиграл сражение, а тот, кто его миновал. И потому он смог взять Часы. Но получив артефакт, замер. Он боялся того, что следовало сделать дальше и попросил у Творца поддержки. Тот отправил послание. Десницей стала хрупкая девушка, возникшая прозрачным облачком рядом Дарком. Она казалась еще прекраснее, чем помнил тот, кто держал в руках Часы. Ее длинны каштановые волосы были распушены, а в карих глазах стояли слезы. Правая рука призрачной девушки, на безымянном пальце которой поблескивало обручальное кольцо, указывала на Часы. Она прошептала всего одно слово и распахнула свои объятия, а парень, на шее которого висела цепочка с таким же кольцом, все понял. Он вложил всю свою силу в бросок и кинул Часы на пол.

Звон бьющегося стекла снял с Кира наложенную на него невидимость, а звуковая волна сбила их с ног сражающихся кустодиамов. У нескольких лопнули барабанные перепонки, у других пошла кровь из ушей. С губ Дарка сорвалось грязное ругательство, и метнул свой кустодиамский клинок в парня, который не должен был оказаться на обряде. Клинок пронзил сердце разбившего часы Кира и отправило его к родным, которые его заждались.

Последний стук сердца парня, унес с собой и жар битвы.

Все замерло.

А потом начался новый виток времени.

Лужица, образовавшаяся из вплеснувшейся из Часов воды, начала увеличиваться в размерах. Она разрасталась и разрасталась, а потом волной пронеслась по храму, снова сбивая всех с ног. На глазах у изумленных кустодиамов, водный вихрь закружил вокруг тела погибшей Селены, скрыв ее от глаз присутствующих. Постепенно он уменьшался и сместился к правой руке девушки, где превратился в серебряное кольцо с двенадцатью изумрудами. Новое украшение прошило тело девушки магическим разрядом, и Селена издала испуганный вздох, а после приподнялась и начала озираться. Она не осознавала ни свою смерть, ни возрождение. Последним ее воспоминанием был кивок Михаилу и обещание принять участие в обряде. А еще красивые зеленые глаза Ингвара, так похожего на ее любимого актера Сашу Петрова из сериала «Пока цветет папоротник».

Гадриэль, понимающий, что ситуация вышла из-под контроля, рванул к девушке и переместил ее в безопасное место, пока она не увидела безжизненного тело своего лучшего друга, который каким-то образом сумел разменять свою жизнь на нее.

– И что это сейчас было? – Дарк, отряхивая идеальный черный костюм, задал вопрос Михаилу.

– Это тебя нужно спросить! У тебя штат прорицателей в три раза больше моего. Они тебе явно что—то наплели, раз ты такое провернул! – вспылил Михаил, направляя острие клинка в сторону малума.

Дарк насмешливо оглядел оружие оппонента и не только его, а после заметил:

– У меня много чего в несколько раз больше твоего.

– Зачем было убивать парня?! – продолжать орать Михаил, но кустодиамский клинок все же опустил. – Он же сильным беллатором мог стать, потому я его и прятал от тебя. Ты же вечно таких забираешь.

– Может затем, что именно этого ты и хотел? Не зря же его прятал. Так что не надо ля-ля. Стратеру под шумок сделал, а теперь невинность из себя стоишь и на меня стрелки переводишь? Хотя… У тебя бы ума не хватило, ты ж про такой ритуал и не знал ничего, тут явно брат твой помог, крыса эта библиотечная Амалиэль. Вот он точно знал про ритуал. Даже мальчишку не пожалел, которому нужно было жизнь за девчонку отдать. Но фиг вам, а не стратера. Не знаю, зачем она вам понадобилась, вы же их боитесь, но все будет по правилам. Мы и в дом ее поселим, и наблюдателей дадим. Еще и вы все будете строить и готовить, чтоб было неповадно. А девочку, которая мне по праву принадлежит, ты мне вернешь. Понял?

– Ты о чем? – продолжать строить из себя идиота Михаила.

– Все ты прекрасно знаешь. И не думай, что это сойдет тебе с рук! – злобно прошипел Дарк и исчез.

Следом исчез и Михаил, которому сегодняшний принес кучу новых проблем. А один из бонумов, которого оставили наводить порядок, обратил внимание на Кира. Он бережно взял его под руки и переместил в штаб, где ждала зареванная Лиза. Она не понимала, как ее лучшие друзья оказались на этом странном обряде и почему Мэш оказался безжалостным убийцей. А еще не могла поверить в то, что Селена, еще пять минут считавшаяся мертвой, теперь дышит, а Кир, который еще вчера вечером улыбался ей, был мертв. Лиза хотела подойти к нему, но не могла заставить себя даже посмотреть в его сторону. И хотя сегодня она насмотрелась на странные вещи, включая перемещения, ритуальные убийства и воскрешения, но вид безжизненного тела Кира окончательно добил.

Лиза оглядела штаб в поисках помощи и взгляд ее упал на парня, который и переместил Кира.

– Эй, ты… – позвала она кустодиама.

– Ингвар, – представился вежливый бонум. – Но можно просто Вар.

– Перемести нас домой, Вар, – попросила Лиза. – Если можешь как те, в форме и с кинжалами.

– С клинками, не кинжалами. Мы носим кустодиамские клинки. И перемещаться умеем все, но его я переместить не могу. – Вар не стал уточнять, что и ей придется остаться здесь. Это пока все заняты, а потом все успокоятся и отдел зачистки займется и Лизой.

– Почему? – спросила девушка.

– Ты же не сможешь никому сказать, что он погиб на обряде. Но ты не переживай, уже утром тело будет в морге, – попытался успокоить Вар, но сделал только хуже. – А наши спецы подготовят правдоподобную версию его кончины.

После этих слов Лиза разрыдалась в голос. А Ингвару стало не по себе. Заметив, что никто на них никто не смотрит, бонум решил переместить девушку домой. Подумаешь, сотрут ей память не сейчас, а через пару часов. Что это изменит?! Да ничего. Но лучше это время она проведет дома. А он посидит с ней до прибытия зачистки. Он же обсерватор, а им положено наблюдать не только за тварями, но и за людьми, неожиданно столкнувшимися со сверхъестественным, так что правил он не нарушит. Почти.

Осторожно взяв Лизу за руку, Вар попросил ее представить свою кухню, в которой они тут же оказались. А после потащил девушку к раковине, куда ее вырвало. Первые перемещения всегда давались с трудом, а Вар еще и не был силен в партнерских перемещениях, когда человек служил маяком. Дав Лизе привести себя в порядок, бонум поднес к ее носу маленькую скляночку с маслом перечной мяты, чтобы снять тошноту и головокружение, а после усадил за стол и предложил попить чаю. Лиза согласилась, потом что чай и компания в лице Вара ее вполне устраивали. Ее сейчас устраивало абсолютно все, ведь она пребывала она в каком-то безразличном состоянии. И когда через пять минут на ее кухне появилась Селена, которую перенес Гадриэль, кинувший на Вара недовольный взгляд и снова исчезнувший, Лиза не удивилась.

– Привет, Вар, – смущенно улыбнулась Селена. Ее предупредили, что перемесят к подруге и та не одна, но она увидеть ожидала Кира, а не парня, с которым познакомилась накануне и подругу в каком-то странном заторможенном состоянии. – Что с ней?

– Ей было плохо и я помочь хотел, но перестарался, – признался Ингвар. – Но минут через пять она уснет и утром будет нормальная.

– Да, да. Он мне помог, – кивнула Лиза. – Привел… домой. Ну… после того, как я это… увидела Кира на том обряде…

– Стоп! Вы с Киром тоже были на обряде? – недоумевала Селена.

– Ага. И Кир… Он… – Лиза поджала губы и показала сморщенные от воды руки, которые еще казались ей запятнанными. – Его кровь…

– Боже. – прошептала Селена и на глаза ее навернулись слезы. Она поняла, о каком ЧП шла речь, но ни такое развитие событий обещал ей Михаил. Он рассказал, что в мире есть кустодиамы, спасающие людей от нечисти, а она может им помочь им почувствовать в обряде. Но про то, что участвовать будут еще и друзья, Селена не знала. А Гадриэль, который переместил ее домой и сообщил, что на обряде случилось ЧП и из-за этого за ней еще пару дней присмотрит кто-то из бонумов, такой момент опустил.

Ингвар не мог смотреть на мучения девушек, которые за последние несколько часов узнали о мире слишком много нового, еще и лучшего друга потеряли, потому он приоткрыл тайну:

– Мне кажется, он знал, на что шел.

– Михаил разговаривал и с ним?! – догадалась Селена.

– Конечно. Ситуация из ряда вон. Мало то, что в защищенный от темных и сверхъестественного город проник малум, так еще и вас всех нашел. Селену Михаил меня попросил забрать, Кира забрал Гадриэль, а Лиза к нам каким-то чудом попала. Но я не знал, что ты в обряде будешь участвовать. Я чуть с ума не сошел, когда увидел тебя в храме. Мало того, что я впервые попал наблюдателем на весь этот ужас, так туда еще и тебя притащили. Я чуть сам не умер, когда… – Вар замолчал, не желая рассказывать Селене о том, что она вообще-то умерла.

– Обряды, сверхъестественное, перемещения… – перечисляла странности Лиза. – Кто вы вообще такие?

– Кустодиамы, – не стал юлить Вар и выдал самый понятный вариант: – Мы охраняем людей от нечисти и следим за тем, чтобы сверхъестественные существа и дальше оставались для вас мифами. Мы – бонумы, отстаиваем права светлых существ. Но есть еще малумы. Они отвечают за таких же тварей, как и они сами. Они как раз на обряде всех девушек… А самый жуткий у них Мэш, его еще Потрошителем прозвали. От такого как он лучше держаться подальше.

С предупреждением Вар опоздал, потому что Лиза не только провела с ним почти весь день, но еще и поцеловалась. И теперь в ее голове два образа Мэша накладывались друг на друга. Один был потрясающе целующимся идеалом, а другой перерезал шею Селене с лицом, не выражающим ни малейшего сожаления. Она хотела верить в то, что настоящий – первый, но поняла, что истинное лицо – второй.

Собрав последние силы, Лиза выдала:

– Ну что Селена, твоя мечта сбылась. У нас и правда начались вещи как в твоих любимых книжках.

А после отключилась прямо за кухонным столом. И в ее сне, как в пугающем калейдоскопе, автомобильные покрышки становились залитыми кровью кругами, приятные улыбки скрывали волчий оскал, из протянутых рук помощи выскакивали окровавленные ножи, а на десерт жестокому Богу Автопрома подавали ее пульсирующее сердце.

Глава 4

Яркое солнце, сочная зеленая трава, теплая погода и пение птиц никак не увязывались с траурной процессией. Куда уместнее был бы клишированный голливудский ливень или тяжелые тучи, еще вчера висевшие над городом. Но не было и намека на дождь, а падающая в глубокую яму земля омывалась лишь слезами присутствующих. Молодым людям, пришедшим проводить Кира в последний путь, было непривычно говорить о парне в прошедшем времени. Ведь еще пару дней назад он был жив и здоров, а сегодня они хоронят его как героя, отбившего девушку от напавших на нее пьяных уродов.

У Кира не осталось близких родственников, поэтому все хлопоты взяла на себя Лиза. Она еще не была ни невестой, ни женой, но уже почувствовала себя вдовой. Выходные девушка провела между моргом, кладбищем и кафе, где проходил поминальный обед. И все это она делала на автопилоте, до конца не осознавая, что человека, который поддерживал ее целый год и не позволял упасть во тьму, больше нет. Лизе хотелось, чтобы рядом был кто-то, кому можно было сказать о всей той боли, что поселилась в душе после кончины Кира, но такой человек теперь был мертв. А все остальные не могли даровать успокоения, потому что девушке приходилось успокаивать их. Вторые сутки Лиза утирала слезы знакомым Кира, принимала соболезнования и старалась держаться, хотя ей хотелось кричать в голос от боли утраты. И, когда все наконец закончилось, Лиза была рада вернуться домой. Она планировала откупорить бутылку виски, которую ей подарил Кир до того, как узнал, что она не пьет, и надраться в хлам. А для начала собиралась снять с себя черную рубашку с брюками и принять душ. Но не успела стащить с головы черный платок, как в гостиную ввалились незваные гости, которых привела Селена. Она, в отличие от подруги, ушла куда раньше, так что успела и душ принять, и успокоиться, и переодеться в джинсы и красивую розовую блузку. А вот Вар и Гадриэль, которых она привела с собой, были облачены в знакомую Лизе темную форму с замысловатой эмблемой на груди, в которой читалась буква «К».

– Мы соболезнуем твоей утрате, – первым заговорил Ингвар, усаживаясь на диван следом за Селеной, которая вела себя в доме подруги как в своем. – Но нам необходимо обсудить план действий.

– План действий такой, – устало сказала Лиза, падая в кресло у камина. – Вы беретесь за ручки и идете туда, откуда пришли.

– Мы, знаешь ли, тоже не горели желанием к тебе идти. – заметил Гадриэль. – Но нам понадобится твоя помощь. Так что выдели нам пять минут твоего драгоценного времени.

– Только пять. – сдалась девушка, понимая, что чем быстрее она их выслушает, тем быстрее они уберутся из ее дома. – Мне необходимо побыть одной и гостей я не приглашала.

– Лиза сказала, что ей нужно побыть одной, так что все на выход! – рядом с девушкой материализовался Мэш. Наклонившись к Лизе, он сказал: – Мои соболезнования, я знаю, как он был тебе дорог. И не волнуйся, я их выпровожу, а после уйду.

Лиза его появления не ожидала, потому не знала, как реагировать. Видеть Мэша, облаченного в красивый черный костюм и черную рубашку, было одновременно больно и приятно, потому она легонько кивнула, принимая соболезнования и помощь. А Мэш обратил внимание на ее лучшую подругу:

– Селена, прости за обряд. Если бы я мог это контролировать, то никогда бы так не поступил. А Лизе правда надо побыть одной. Она тебе поможет, как помогала всегда. Так что сейчас дай ей отдохнуть, а завтра…

Продолжить он не успел, потому что у его горла появился клинок.

– Как думаешь, если я сейчас перережу тебе глотку, смогу прикрыться такой же отговоркой? Мол, не мог это контролировать. – полюбопытствовал Гадриэль. Обычно он вел себя спокойнее, но после того, что Мэш заявил на утреннем совещании, был на взводе.

– Давай проверим, – на лица Мэша не дрогнул ни один мускул, хотя на шее уже проступили капельки крови.

– Выйдем или тебя прямо тут, на ковре, распотрошить, воспользовавшись твоим любимым методом? – спросил Гадриэль.

– Мы все-таки в гостях. – Мэш, стараясь не шевелиться, чтобы не углублять порез. – Не стоит портить Лизе такой красивый ковер.

– Химчистку ей оплачу, – ответил Гадриэль. – Заодно психолога. Учитывая, как она на тебя смотрит, он ей точно нужен.

Все происходящее вывело из себя Лизу, которая из без этой сцены держалась из последних сил. Она гостей не приглашала, тем более таких, потому вскочила с кресла, подлетела к парням, буравящим друг друга ненавистными взглядами, и сказала:

– Раунд! Разошлись по углам!

Гадриэль, не ожидавшей такой реакции, отвлекся и отодвинул оружие от шеи Мэша, а Лиза, воспользовавшаяся моментом, ударила по нему и клинок упал. Пока Гадриэль поднимал кустодиамский клинок, хозяйка дома продолжила наводить в нем порядок:

– Психолога себе оплати, у тебя явно проблемы с контролем гнева. А сейчас убирай ножик свой и садись на диван!

– Не собираюсь я… – попытался возразить Гадриэль.

– Быстро сел на диван! – приказала Лиза.

Гадриэль занял указанное место, потому что тон девушки, так похожий на тот, которым раздавал приказы он, возражений не подразумевал. А Лиза, вытащив из кармана полупустую упаковку бумажных платочков, достала один и протянула Мэшу. После обвела присутствующих недовольным взглядом, и напомнила:

– Вы у меня в гостях. А в моем доме ведут себя прилично и гостям шеи не перерезают, это не ваши зверские обряды. Вы побеседовать пришли? Давайте беседовать. Тем более у вас осталась минута из пяти.

– Лиза, ты же слово дала, что их выслушаешь, – подала голос Селена. – За минуту они ничего не успеют рассказать.

– Я дала – я забрала, – злобно сказала Лиза, доброта которой была сегодня похоронена под таким же толстым слоем земли, как и тело ее лучшего друга. – Тем более они тоже обещали только побеседовать, а сами бои устроили. И, напомню, что из-за них умер Кир, которого мы, с тобой, на минуточку, похоронили пару часов назад!

– Давай мы успокоимся и нормально побеседуем. Узнаем, зачем я им понадобилась. – попросила Селена.

– А ты еще не поняла, что ли, зачем эти явились? – Лиза указала на бонумов. – Они собираются в очередной раз тебе лапши на уши навешать, потому Вара прислали. С ним куда проще втянуть тебя в очередную дерьмовую историю, где снова кто-нибудь умрет.

– Не в бровь, а в глаз! – заметил Мэш. – А пока они будут врать Селене, что это не так, предлагаю нам пойти на кухню, чаю всем заварить, потому что про беседу на пять минут они тоже наврали.

Лиза, внутренний голос которой радовался предложению, а разум кричал: «Не смей!», кивнула Мэшу и пошла на кухню. А Ингвар начал рассказывать Селене о том, что они тут ради хорошего дела, пока Гадриэль уверял, что никто больше не умрет.

Как только Лиза оказалась с Мэшем наедине, она спросила:

– Пришел куртку свою забрать? Так она в коридоре висит, забирай ее и уматывай. И тех двух с собой прихвати. Не хочу видеть их в своем доме. Хватит с меня сверхъестественного и друзей, которые из-за него умирают.

– Я пришел извиниться. Мне жаль, что все так случилось. Жаль Кира, который стал пешкой в чужой игре. Жаль, что у нас с тобой вот так все вышло. Но я тебе не врал. Не договаривал, скрывал что-то ради твоей безопасности – да, но не врал,– сказал Мэш и заглянул девушке в глаза. – Я, правда, был уверен, что так тебе будет лучше.

– А ты, когда горло Селене перерезал, тоже был уверен, что мне так легче будет?! Легче мне бы стало, если бы ты правду сказал! Я ведь так и не поняла, зачем ты меня к бонумам отвез. Чтобы я что? Посмотрела на то, как ты Селену убил?

– Я планировал рассказать тебе все, но позже. В первую встречу как такое расскажешь? Вот как бы это выглядело? Привет, Лиза, я Мэш. Я кустодиам, защищаю людей от нечисти, хотя в пору защищать всех от меня, потому что я лучший наемник Дарка, которого прозвали Потрошитель. Кстати, ты нужна Дарку, видимо, будущая провидица, потому прыгай в тачку. Поедем в «Парадиз», где тебя сначала убьют, может даже я, а потом возродят, потому что стать кустодиамом можно только после смерти. Так я должен был представиться?

Лиза молчала, потому Мэш продолжил:

– А потом следовало бы добавить, что те восемь часов в твоей компании были самым приятным, что со мной случалось за последние пятнадцать лет. Я обрадовался, что ты из наших, потому что мы сможем… – он умолк из-за того, что не был готов озвучить пугающую правду, потому решил отделаться размытым: —Общаться. Но я узнал, что это не так и понял, что не могу тебя отвезти к нему. Только не тебя. Я нарушил приказ и отправил тебя к бонумам. Они хоть и дебилы, зато дебилы добрые. Кроме Гадри, конечно.

– Но зачем ты Селену убил?

– Я перерезал глотку твоей подружке, чтобы ее не перерезали тебе. И знаешь, что? Если бы мне сказали ее не перерезать, а перегрызть, я бы перегрыз. И ей, и остальным. Мне жаль твоего друга, но, если бы нужно было убить и его, чтобы ты жила, я бы убил.

– Ты… Ты… – слов у Лизы не нашлось, зато нашлись слезы, которые потекли из ее глаз.

– Кто? Монстр? Потрошитель? Парень, который тебе понравился? Или урод, которому стоило умереть вместо твоего друга? – предлагал варианты Мэш, аккуратно стирая слезы с лица Лизы. – Так и есть. Я монстр и тварь. Я заслуживаю смерти и с радостью поменялся бы с ним местами, но смерть не спешит забрать меня во второй раз как бы сильно я ее не просил.

То спокойствие и честность, с которыми Мэш все это произнес, уничтожили остатки сил Лизы и слезы из ее глаз хлынули водопадом. Мэш прижал ее к себе и прошептал:

– Нет ничего плохого в том, что я тебе понравился. Не позволяй стыдить себя за это, ты не знала, кто я такой. Вот теперь знаешь и будешь обходить меня стороной. И переставай винить себя за смерть Кира. Виноваты Дарк и Михаил, из-за игр которых все это и произошло. А ты не могла его спасти!

– Откуда ты? – удивилась девушка.

– Не трудно догадаться, – ответил Мэш, который с подобным чувством вины жил уже пятнадцать лет. – Ты не обязана быть сильной и справляться со всем этим в одиночку. Если позволишь, у тебя буду я. Ты столько защищала других, теперь дай мне позаботиться о тебе.

Лиза рыдала на груди Мэша, который гладил ее по волосам. И когда девушка выплакала все, что накопилось в ней за эти два ужасных дня, и затихла, он сказал:

– Тебе придется выслушать бонумов.

– Это обязательно? – спросила Лиза, не желая покидать объятий.

– Это неизбежно, – ответил Мэш и поцеловал Лизу в макушку, а после выпустил из объятий и проводил обратно в комнату.

Заметив, что вернулись они, держась за руки, Гадриэль сказал:

– Имей ввиду, один из его талантов – обольщение, не зря же при посвящение его Мэшер – сердцеед назвали, так что не слушай все то, что он тебе говорит. Он самый искусный лжец из всех, кого я знаю.

– Ты мне льстишь, беллатор. Мы же знаем, что первый приз всегда твой, – ответил Мэш.

– Лиза же попросила не ругаться! – напомнила Селена.

– Беллатор – это не ругательство, а должность у кустодиамов, – пояснил Мэш. – Я, кстати, тоже беллатор – воин, а вот Вар – обсерватор, обычный наблюдатель. Еще у нас предикторы есть, они будущее предсказывают и любят секреты твои разбалтывать кому не надо. Но об этом я тебе в следующий раз расскажу.

– Не будет у вас следующего раза! – Вар не собирался подпускать малума к Селене. Он тщательно скрывал от нее тот факт, что на обряде ее убили, причем убил как раз Мэш.

– Будет, – печально подтвердил Гадриэль. – Обряд прошел не так, как ждали. А колечко у Селены – это не простая безделушка.

– И что? Вы пришли, чтобы колечко забрать, а потом понесете его в Мордор как Фродо? – спросила Лиза, опираясь на камин. – Лучше сразу на соколах летите, минуя всех этих голумов и тварей из шахт.

– Хорошая шутка, – похвалил Мэш. – Но лететь мы с Селеной никуда не будем.

– Мы? – испуганно переспросил Вар.

– Не переживай, Селена меня не интересует. Есть девушка куда шикарнее, – уведомил Мэшер и улыбнулся Лизе.

– Старая песня, – ухмыльнулся Гадриэль. – Один секс на уме.

– У кого что болит, Гадри, у кого что болит, – подмигнул воину Мэш. – Заметь, это ты о нем вспомнил, я вот другое имел в виду.

– Знаем мы, что ты любишь иметь. Не было бы у тебя дара, бабок и тачки, не было бы и таких вот девчонок, что на тебя ведутся, – сказал Гадриэль и бросил в сторону Лизы пренебрежительный взгляд.

– Зависть, Гадриэль – это грех. Но тебе его можно простить, ведь такому как ты даже бабки и шикарная тачка не помогут, – не осталась в долгу Лиза. – Твой единственный вариант – продажная любовь. И то надо будет поискать ту, что захочет тебя обслужить.

– О! Я, оказывается, зря за тебя переживал?! Ты, как я посмотрю, такая же, как и вот этот, – Гадриэль указал на Мэша. – Так что совет вам, да любовь. Плодитесь и размножайтесь. Главное предохраняйтесь, а то венерические болезни лечить долго.

– По собственному опыту знаешь? – спросила Лиза.

– Дружок твой пожаловался, – парировал Гадриэль. – Когда ЗППП с ним будете обмениваться, имей ввиду, что тебе букетик с хламидиями достанется.

Лиза показала воину средний палец, а Вар понял, что пора вмешаться, пока не стало еще хуже. Его друг уже закипал, а это не сулило ничего хорошего ни Лизе, ни самому Гадри. Назревала очередная драка с Мэшем, который уже открывал рот, чтобы заставить закрыть рот Гадриэля.

Вар привык останавливать перепалки, которые его друг профессионально организовывал, потому попросил:

– Давайте вернемся к Селене. Что за поездка ее ждет?

– Селена, ты получила шанс стать стратерой, – Гадриэль моментально переключился с Лизы на ее подругу. – Это большая ответственность, потому тебя будут обучать. Теперь ты живешь на Алтае, недалеко от нашей Заставы. В лесу уже готов твой новый дом. Со стратерой, пока она готовится к посвящению, живут наблюдатели, так что вместе с тобой переезжают Вар и Мэшер. А еще я, как твой персональный защитник.

Лиза поняла, что происходит какая-то дичь, напоминающая ей типовую историю о серой мышке, в одночасье ставшей спасительницей мира. Как раз такую, о которой Селена так мечтала, и которая не предвещала ей ничего хорошего, потому она заявила Гадриэлю:

– Я не отпущу свою подругу с теми, кто строит из себя защитников людей, а сам ни в чем не повинных девушек убивает.

– Девушки эти невинными не были! – опротестовал заявление Гадриэль. – Мы берем только тех, кто преступления совершил и смог от наказания откупиться. И хвать препираться, дай спокойно договорить, тем более я не успел рассказать, какая помочь требуется от тебя.

– Наслушалась уже! – перебила воина Лиза. – Забавная сказочка получилась, в которой Селена будет жить в домике в лесу как Белоснежка какая-то. А вместо гномов у нее будут Вар, которого прислали, чтобы ею манипулировать и ты, который на голову отбитый. Ее оберегать надо от таких как вы, а не в один дом с селить. Не смейте ей голову дурить и будущее портить!

– Будущее?! Здесь? Нет у нее здесь будущего, – опротестовал пламенную речь Гадриэль. —Она будущая стратера. И жить до посвящения в сопровождении наблюдателей и телохранителя предписывает Кодекс Кустодиамов, который она должна соблюдать.

– С чего это вдруг?! – возмутилась Лиза.

– Потому что умерла! – напомнил Гадриэль, а после снова повернулся к Селене и сказал: – Да, Селена, на обряде ты умерла, а после воскресла. Но уже не той девочкой, которую так рьяно защищает твоя больная на голову подружка. От нее я бы советовал держаться подальше, учитывая, что она с Мэшем спелась. Ты теперь кустодиам, и мы поможем тебе лучше, чем она и ее новый дружок. А если ты не пройдешь обучение и посвящение, то погибнешь.

– Я стала такой как вы? – истинные эмоции Селены выдавал дрожащий голос и дрожащие руки.

– Да, – кивнул Гадриэль. – И мы должны тебя обучить, потому к нам на Алтай и перевозим. Тебя уже ждут в новом институте в Барнауле и Вар теперь твой одногруппник. Вместе будете постигать азы дизайна. Исполнишь с нашей помощью давнюю мечту. Но ты на первом курсе, а не на втором. У тебя теперь есть собственный красивый дом. Рядом с домом есть гараж, в который выгонишь Мэша. Сегодня соберешь вещи, а завтра утром мы тебя заберем. Все! Беседа закончена. Расходимся!

Селена кивнула и Гадриэля это устроило, потому он собирался переместиться обратно в Заставу, где у него море куда более важных и интересных дел.

Но Лизу подобный расклад не устраивал, как не устраивало и все произошедшее в последние дни, потому она заявила:

– Я поеду с подругой! Кто-то же должен защитить ее. А с таким защитником как ты она и до завтрашнего вечера не доживет. Про Вара я вообще молчу, он тупо смотрел, как ее убивают и даже не попытался этому помешать.

– А с чего ты решила, что можешь диктовать мне свои условия?! – Гадриэль повысил голос на Лизу, которая все-так вывела его из себя. – Ты – никто! Подстилка Мэша, с которой я считаюсь только потому, что Михаил заявил, что нам понадобится твоя помощь. Но ты, как я увидел, годишься только на то, чтобы сексуальные потребности удовлетворять, а я после Мэша брезгую.

Лиза, которая хотела защитить подругу, ведь не могла позволить себе потерять и ее, опешила. Селена застыла с открытым ртом, а у Вара от удивления расширились глаза. Мэш же свои эмоции проявил куда ярче и метнул в бонума кустодиамский клинок.

Гадриэль, который смог удержаться на ногах, опустил глаза и с удивлением посмотрел на клинок, торчащий из его груди. А Вар, испугавшийся, что друг сейчас умрет, потому что сердце было единственным уязвимым местом кустодиама, подскочил к нему.

Убедившись, что клинок прошел немногим выше сердца, Ингвар облегченно выдохнул:

– Промахнулся!

А после усадил друга на диван.

– Он не промахивается, – сказал Гадриэль, который понимал, что, жив только потому, что ему позволил Мэш. Раньше Мэш играл с ним, не переходя грань, как и он сам. Но сейчас все было иначе и бонум понял почему. Посмотрев на Лизу, он с трудом выдавил: – Прости.

– Засунь свои извинения! – отмахнулась Лиза, которая испытала огромное облегчение от того, что Гадриэль жив, и вышла из комнаты.

Селена собиралась пойти в ванную комнату, чтобы взять аптечку, которую Лиза там хранила, и принести ее Гадриэлю. Но Мэш, решив, что она спешит поддержать подругу, жестом остановил девушку, потому что в голове его возникла идея.

– Ты не найдешь слов, чтобы ее подбодрить, – заметил он. – А вот я найду. Бонум Гадриэль, ты только что нарушил Кодекс Кустодиамов, чему все мы были свидетелями и я, как единственный находящийся здесь малум, накладываю на тебя наказание. Хотелось бы отправить тебя за Завесу, но наказание будет иным. Ты обидел Лизу, а значит наказание тебе выберет именно она.

Гадри, который вытащил из груди клинок, тут же вернувшийся к владельцу, опешил. Таким поворотом были шокированы и Селена с Варом.

Девушка тихонько спросила:

– А что он нарушил?

– Походу Мэш пытается вменить ему причинение вреда человеку, – предположил Вар. – Прилюдное унижение и оскорбление чести и достоинства под это можно подтянуть.

– Не просто пытаюсь. А уже это сделал. – грозно сказал Мэш.

– Держи, – Лиза, вернувшаяся в комнату, вручила Гадриэлю бутылку с перекисью и полотенце. – Скорую, как я полагаю, вызывать не стоит?

– Не стоит, – ответил за бонума Мэш. – Кустодиамы живучие и регенерация у него уже началась.

А сам Гадриэль расстегнул испорченную черную куртку, а после задрал черную футболку. Щедро полив кровоточащую рану перекисью и положив на нее полотенце, бонум достал из кармана штанов какую-то коробочку, из которой вытащил пилюлю и закинул в рот. А после прикрыл глаза, ожидая, когда она подействует и кровь перестанет литься, потому не заметил с каким интересом Селена рассматривала его пресс.

– Бонум Гадриэль, ты принимаешь наказание? – уточнил Мэшер, который с удовольствием наблюдал за тем, как воин истекает кровью.

– Принимаю, – ответил Гадриэль, не открывая глаз.

– Хорошо, – кивнул Мэш и обратился к Лизе. – Лиза, Гадриэль только что нарушил договор, оскорбив тебя, потому обязан понести наказание. Любое, что ты придумаешь, кроме его убийства.

Лиза, удивленная таким поворотом, поинтересовалась:

– А твоего ему не достаточно? Мне кажется, он уже все понял.

– Не достаточно, – сказал Мэш. – Так что проси, что хочешь.

– Хорошо. – Лиза ненадолго задумалась. – Я хочу жить вместе с Селеной до тех пор, пока она не пройдет это ваше посвящение и не сможет сама себя защищать. Согласен, Гадриэль?

– Согласен, – прорычал Гадриэль, распахнув глаза. Он скрепил договор рукопожатием с Мэшем и переместился в лазарет.

А Мэш выпроводил следом за ним еще и Селену с Варом, потому что обещал избавить Лизу от гостей. Но сам покинул дом не сразу. Сначала накормил девушку ужином, который приготовил ей, пока она принимала душ, и вместе с ней помянул Кира. А после сидел на ее кровати до тех пор, пока она не уснула. И только после этого переместился обратно в «Парадиз», где сообщил Дарку, что все идет по плану.

Глава 5

Лиза стояла на проложенной посреди снежного леса дороге, раскрыв от удивления рот. Девушка, прожившая все девятнадцать лет на юге, не могла поверить, что такое возможно. Еще утром она в одной пижаме ходила по двору, потому что на улице было плюс двадцать три, а спустя пару часов очутилась в настоящей зимней сказке.

– Снег? В середине сентября? – недоумевала Лиза, прижимая к груди коробку с тортом.

– Это Алтай, Лиз. Тут снег обычно в октябре выпадет, но бывает и раньше, в сентябре. Нам вот повезло, – объяснил Мэш, который держал в руках два чемодана. – Он позавчера выпал, потому я и попросил переодеться, ты же явного такого не ждала, а морозостойкостью кустодиамов не облаешь. И успеешь замерзнуть, пока будем до коттеджа добираться, где нас уже ждут.

– Кстати, а почему мы не переместились все вместе?

– Потому что бонумам нужно время, чтобы промыть Селене мозги россказнями, что я последняя тварь. Они ее еще с утра переместили, а мне сказали под вечер явиться, и тебя захватить, раз мы такие «друзья». Но плевать я хотел на их просьбы. Я за тобой в обед явился, потому что тут разница во времени плюс четыре часа. Здесь уже полпятого, а мне не хотелось ночью по лесу бродить. В нем нечисти хватает, хотя вчера бонумы вроде как провели разъяснительные беседы, и никто высовываться не будет.

– И сколько до коттеджа? – уточнила Лиза. Теперь она не особо жаждала гулять по лесу, который перестал казаться таким милым.

– Километр, – оповестил Мэш. – Я переместил нас прямиком к «невидимому забору», который окружает коттедж в радиусе километра и не позволяет внутри него перемещаться. Гадриэль это придумал для дополнительной защиты. Но, как по мне, это дополнительный гемморой, потому мы с тобой не будем идти пешком. Мы поедем.

– На чем? – Лиза огляделась вокруг, но кроме снега и деревьев ничего не увидела, потому пошутила: – Из снега сани слепим?

– Почти, – загадочно ответил Мэш.

Предвкушая удивление Лизы, он вытащил из кармана машинку, обмотанную серебряной цепочкой с камнями, и поставил ее на дорогу, недалеко от того места, где стоял. А после достал еще и телефон и, набрав номер лучшего друга, сказал:

– Мы на месте.

Не успела Лиза задать очередной вопрос, как прямо перед ней появился огромный зеленый Мерседес.

– Как? Она же маленькая была, а потом «Бац!» и большая, – выпалила девушка, подбегая в машине. – Это же настоящий гелик! Еще и в таком редком цвете. Ты как это сделал? Заранее его уменьшил, чтобы в кармане донести?

– Настоящий. Цвет выбирал под твои пристрастия, – кивнул Мэш и направился в сторону машины в двумя чемоданами. – Залазь скорее внутрь, не мерзни. И я его не уменьшал, просто хотел впечатление на тебя произвести. А для переноса амулет использовать.

– Впечатлить меня тебе определенно удалось! – улыбнулась девушка и пошла к машине.

Лиза удобно устроилась на пассажирском сидении, не забыв сначала отряхнуть снег с ботинок. Пока она пристраивала на колени коробку с тортом, Мэш с трудом запихивал чемоданы в салон.

– Почему в багажник не положишь? – удивилась девушка.

– Карро его весь коробками забил, как и задние сиденья, – ответил Мэш, которому все-таки удалось впихнуть чемоданы. – Сама посмотри.

Лиза обернулась и убедилась в том, машина была забита по завязку, потому не смогла сдержать комментария:

– Господи, он что, весь твой дом упаковал?

– Начинаю думать, что так, – улыбнулся Мэш, усаживаясь на водительское место. – Бонумы меня уведомили, что спальня уходит тебе, а я могу выбрать кладовку или гараж. Вот сердобольный Карро затарил меня кучей вещей от надувного матраса и напольной вешалки с плечиками, до постельного белья и подушек. Уверен, там еще и сухпаек на все три месяца найдется.

– Как он все это в ящики запихнул?

– Когда начну комнату обустраивать – раскрою тебе тайну мастера упаковки Карро. Кстати, о тайнах. Не говори никому, что мы фокус с машиной провернули, а то у них подгорит. Они машину запретили брать, типа хватит той, что они выдели. Но я же их знаю, они какую-нибудь Ниву дадут, чтобы мы в Онгудай ездили.

– Что за Онгудай?

– Ближайший населенный пункт. Завтра с тобой сгоняем туда на разведку. Но, предупрежу сразу, катайся только туда. И только на этой машине. Тачку бонумов не бери, и в другие места, кроме Онгудая, не суйся. А сейчас поехали любоваться недовольной рожей Гадри, который ядовитой слюной плеваться станет, когда поймет, что приехали, а не тащились с чемоданами по сугробам.

Мэш завел автомобиль, и они тронулись по заснеженном дороге. Проезжая мимо каких-то странных огоньков, малум выругался:

– Вот же говнюк!

– Кто? – спросила Лиза, внимательно гладя на дорогу и никаких говнюков на ней не наблюдая.

– Гадриэль, кто ж еще. На этом участке никого не должно быть, а мы только что мимо путаников проехали, – пояснил Мэш, но понятнее Лизе. – Это такие существа, которые людей с пути сбивают. И если бы с тобой пешком пошли, они был нас в лес завели. Мы бы выбрались, но ты бы успела окоченеть.

– А ты уверен, что это Гадриэль подстроил?

– Еще как. Путаники – светлые существа, ими бонумы руководят. А в этом случае, один конкретный злопамятный бонум.

– Я, значит, торт все утро пекла, чтобы хоть как-то вчерашний инцидент сгладить, а он путан каких-то на нас натравили. Вот урод! Он всегда такой, или ему просто мы с тобой не нравимся?

– Всегда, еще и мы с тобой ему не нравимся. Меня он вообще ненавидит, а тебя недолюбливает из-за того, что ты нравишься мне, а я нравлюсь тебе.

Лиза решила последнюю реплику не комментировать, потому что все еще не решила, как вести себя с Мэшем, а он тему развивать и не стал. Но в молчании и своих мыслях они ехали не долго, потому что Мэш включил музыку. В салоне заиграл трек Xolidayboy со словами: «Кто-то с огнем играет, кто-то лишь примеряет, у тебя он под кожей. Мир на нас зубы точит, но не подозревает, что мы на него тоже».

Лиза тихонько подпела, пока впереди показался белый забор, за ним которым виднелся двухэтажный коттедж. Он был сделан из дерева и выкрашен в бирюзовый цвет. Украшением дому служили огромные белые окнами с французской раскладкой и светящиеся гирлянды.

Мэш посигналил, чтобы известить о прибытии, а Лиза, которая ожидала увидеть, что-то куда более скромное, спросила:

– И как они его так быстро построили?

– Редкие артефакты, парочка фокусов, три десятка кустодиамов и домик с дорогой к нему готов.

Мэш хотел добавить, что не обошлось без кучи денег от малумов, но из калитки выскочил разъяренный Гадриэль. Он не тратил времени, потому вылетел в черных штанах с черной футболкой и комнатных тапочках.

– Какого черта?! – возмутился он и распахнул водительскую дверь. – Я же запретил брать машину!

– И тебе здравствуй! Но запрета, как такового, не было. Ты сказал: «Не смейте притаскивать еще и свою машину!», но я ее не притаскивал, я на ней приехал, – заметил Мэш и, оттолкнув Гадриэля, вышел из мерседеса. – Не мог же я заставить девушку целый километр тащиться по лесу, в котором нас поджидали путаники. Так что, давай, ставь чайник и отпаивай нас теплым чаем, мы все-таки с мороза.

Лиза видела, что закипит сейчас не чайник, а Гадриэль, потому ожидала перепалки. Но со двора вышла укутанная в легкую курточку Селена, которая принесла пульт от ворот и скомандовала:

– Заезжайте скорее!

Селена нажала на кнопку и ворота начали открываться. Первое, что отметила Лиза, так это странный взгляд, которым подруга одарила сначала Мэша, а потом и ее. И взгляд этот ей не понравился, потому что Селена смотрела на нее так, словно она ее любимого плюшевого мишку утопила. Второе, на что обратила внимание девушка – на новый дом, в котором предстояло жить подруге. Весь двор был обложен плиткой, которая, на удивление, не скользила, и был украшен огромным количеством разнообразных клумб из хвойных растений, припорошенных снегом. Справа от коттеджа Лиза увидела и огромный бирюзовый деревянный гараж, в который Мэш уже загонял машину. А потом полюбовалась ближе и самим коттеджем, который оказался огромным, потому что сбоку к нему была пристроен еще и зимний сад.

– Я словно в романтический фильм рождественский попала, – восхищенно произнесла Лиза, но Селена никак не отреагировала на реплику.

– Готов быть твоим рождественский подарком, – сказал Мэш, который появился сбоку, держа в руках коробку торта. – Селена, рад приветствовать. Как тебе новый дом?

– Нравится, – прошептала девушка и испуганно попятилась назад.

– Бонумы уже запугали тебя историями о том, что я поклоняюсь Сатане и ем младенцев на завтрак? – усмехнулся Мэш. – Молодцы! Но я вообще-то крещенный, а младенцы не вкусные.

Заметив реакцию Селены, Мэш улыбнулся ей и сказал:

– Я пошутил. Я не крещенный.

– Заканчивай, – шикнула на малума Лиза. – Она же поверит, что ты детей ешь!

– Ладно. Включаю скучного наблюдателя, – сдался Мэш. – Селена, многое из того, что тебе сказали бонумы – правда. Я действительно красавчик. И действительно твой наблюдатель. Но в друзья к тебе не набиваюсь, просто хочу выполнить свою работу, потому предлагаю мир. Идет? – Мэш протянул девушку руку.

– Идет. – Селена осторожно пожала руку.

– Супер! А сейчас, девочки, бегом в дом. Не хватало заболеть в первый день. Лиза и без того со мной общаться не хочет, а так еще и в простуде винить начнет, – пожаловался Селена Мэш. Он видел, что Селена сторонится подругу, и хотел исправить ситуацию.

– Ты заметила, Лиз, какой тут дубарь? – наконец обратила внимание на подругу Селена, входя в дом и снимая с себя легкую куртку. – Мы пока к коттеджу шли я закоченела. В душе потом полчаса отогревалась и еще полчаса с горячим чаем у камина под пледом сидела, потому что они забыли, что я не кустодиам и могу мерзнуть.

– Мне повезло, мы на машине доехали, – сказала Лиза, снимая с себя теплую куртку, горнолыжные штаны, зимние ботинки и теплую шапку с перчатками, которыми ее снабдил час назад Мэш.

Оценив обмундирование подруги, Селена сказала:

– И, судя по одежде и обуви, ты знала, куда мы едем?

– Нет. Я и подумать не могла, что тут снег будет. Это все мне Мэш принес, чтобы я тут не замерзла.

– Ого! – Селена подобной заботы от Мэша не ожидала. Присмотревшись к одежде, которую он купил ее подруге, и прочитав название брендов, на которые Лиза не успела обратить внимание, она не сдержала второй удивленный возглас: – Офигеть!

– Тебе я тоже привез, – обрадовал девушку Мэш. – Мы с Карро кучу теплых вещей вам накупили. Таких, чтобы не стыдно было ни на Алтае, ни в Куршевеле. Сейчас поужинаем и я все занесу.

– Не нужны ей твои вещи. Мы завтра перенесемся в торговый центр и Селена все себе купит. Сама! – вместо приветствия сказал Вар, появившийся в прихожей. Ему и без того было стыдно, что он не додумался взять для Селены теплых вещей и она замерла. А тут еще и Мэш, который Лизу одел, обул и на машине довез, Селене мешок подарков притащил.

– Зачем? – удивилась Лиза. – Мэш же все купил.

– Селена, ты не обязана принимать от меня подарки, если они тебе не нравятся. Уверен, скромного жалования Вара хватит на то, чтобы тебе все купить, – предложил девушке Мэш, а после поприветствовал Ингвара: – Добрый вечер, кстати, мистер «Я сам все куплю».

– И тебе привет, мистер «Самые большие понты».

Понимая, что назревает ссора, Лиза вмешалась:

– Селена, с тебя, как с хозяйки, экскурсия. А потом предлагаю попить чай. Я торт твой любимый испекла.

– Маковый с лимоном?

– Он самый. – подтвердила Лиза.

– О да! – простонала Селена, принимая из рук Мэша свою любимый торт. – Вар, заканчивайте приготовление ужина без меня. Я быстренько экскурсию проведу и сядем чай пить. Ты не представляешь настолько это вкусный торт. Это лучшее, что я когда-либо ела.

– Так ты еще и вкусно готовишь? – изумился Мэш. – Не девушка, а сокровище.

– Сильно не радуйся. У нее скверный характер и специфическое чувство юмора. – заметила Селена, передавая торт Вару. Она собиралась помешать назревающим отношениям между Лизой и Мэшем, не хватало еще, чтобы ее лучшая подруга с убийцей встречалась. Вар и Гадриэль уже рассказали, что Мэш успел охмурить Лизу, но Селена собиралась вернуть подругу в сознание.

– Да она с каждой минутой нравится мне все больше и больше, – Мэш одарил Лизу улыбкой, а после протянул ей руку и торжественно произнес: – Мадемуазель, разрешите вас сопроводить на экскурсию.

– Разрешаю. – улыбнулась в ответ Лиза.

Глядя на малума и подругу, которые откровенно флиртовали друг с другом, Селена поняла, что процесс возращения Лизы в адекватное состояние легким не будет. Решив позже подключить к этому Вара и Гадриэля, Селена начала экскурсию:

– Дамы и господа, добро пожаловать в Дом Стратеры, который был построен буквально за сутки. Обратите внимание на уточненный интерьер в современном кантри-стиле, выдержанный в светлых тонах и разбавленный обилием живых растений. Также оцените стены из дерева, окрашенные в оливковый цвет, которые красиво оттеняется белоснежными дверьми. Сейчас мы находимся в прихожей. Справа от нас, прямо за эти дверьми, находится гардеробная, где можно хранить те бесконечные запасы зимней одежды, что вы привезли. Если мы с вами пройдем немного вперед, то окажемся в коридоре, где обнаружим лестницу, которая ведет на цокольный и второй этажи, а также три двери. Первая, та, что слева, приведет нас в санузел на первом этаже. Та, что справа – в кабинет, где разместился Гадриэль, потому в зимний сад, выход в которой находится в кабинете, мы не пойдем. Но поверьте на слово, там очень красиво и море цветов. А еще плененный кресла и обеденный стол. Но есть мы будем не там, а вот за этой дверью, что расположена по центру. Она ведет нас в самую шикарную комнату дома – огромную кухню гостиную с камином и витражными окнами, из которой есть выход на террасу. Но туда мы с вами пройдем в самом конце экскурсии. Сейчас же приглашаю на второй этаж.

Селена подняла по лестнице, а за ней проследовали под ручку Лиза и Мэш.

– Мы находимся в холле второго этажа, – продолжила экскурсию Селена. – Здесь размещены три спальни и еще один санузел с огромной ванной, где можно понежиться с пеной. Самая большая спальня с витражными окнами и отдельной ванной комнатой принадлежит хозяйке этого дома, то есть мне. Комната справа досталась Вару, а спальня слева ждет Лизу.

– Заглянуть в нее можно? – спросила Лиза.

– Давай, – согласилась Селена. – Только быстро. Тортик заждался.

Лиза открыла дверь и оценила в комнату, в которой ей предстояло провести ближайшие дни. Встретили ее белоснежные стены и синие шторы, огромная двуспальная кровать с зеленым мягким изголовьем и двумя серыми тумбами по бокам, большой серый шкаф и серый комод, на котором стоял телевизор. А еще уютно синее кресло, в котором идеально будет сидеть и читать книги.

– Тут везде смарт ТВ и есть вай—фай. – обрадовала Селена.

– Это очень круто! И комната, и вай—фай, – вынесла вердикт Лиза. Она бросила взгляд на телевизор и осозналв, что его надо будет связать со своим аккаунтом, потому полезла в карман за телефоном, но его так не оказалось. – Я, по ходу, телефон дома забыла.

– Я утром перемещусь к тебе и заберу его, – успокоил Мэш. – Или могу сейчас в магазин сгонять и тебе новый купить?

– Потерплю до завтра. – кивнула Лиза.

– Вот и решили, – закончила эту беседу Селена, которая не хотела, чтобы малум продолжал подкупать ее подружку подарками, а после сказала: – А сейчас предлагаю спуститься на цокольный этаж.

Селена снова первой направилась к лестнице, а Мэш и Лиза следом. Оказавшись в подвале, который таковым и язык не поворачивался назвать, хозяйка дома сказала:

– Здесь находятся еще один санузел, спортзал с бассейном и небольшая сауна. А вот здесь, – Селена указала на дверь, которая была справа, прямо у спуска с лестницы. – Есть большая кладовка, в которой подразумевалось хранить запасы. Но было принято решение отдать ее тебе под спальню, Мэш. Правда сюда еще мебель не завезли. Зато есть два окна под потолком.

– Я как юный волшебник, буду жить в чулане под лестницей. Осталось шрам себе нарисовать и буду как «Гарри Поттер – мальчик, который выжил». – Мэш очень похоже спародировал Волан-де-Морта.

– На этом наша экскурсия подходит к концу, пойдемте скорее есть торт, – попросила Селена и первой побежала в гостиной, где уже ждал не только чай с тортом и ужин, но и два недовольных бонума.

Лиза хотела пойти следом, но Мэш придержал ее и попросил:

– Когда Гадри меня отравит и я кони двину, ты не пугайся, а засунь мне в рот вот это, – Мэш вытащил мешочек, из которого достал какой-то круглый шарик зеленый. – А то они с Варом меня до утра оставят валяться.

– Ты думаешь, он попытается тебя отравить?

– Попытается? Такие как Гадри не пытаются, они делают. Уж поверь, я знаю, что говорю, потому тебя о помощи и прощу.

– Хорошо. Я помогу. – пообещала Лиза и они с Мэшем отправились на ужин.

Совместный ужин прошел мирно, и Лиза посчитала, что у них вполне получится ужиться всем вместе в одном коттедже. В самом конце, когда они уже собирались разойтись по комнатам и Мэш сказал, что пошел обустраивать комнату, иначе придется спать в машине, Лиза даже предложила малуму:

– Ложись у меня. Сам видел, кровать огромная. А твоей комнатой с утра займемся, я помогу.

Мэшу предложение понравилось, в отличие от остальных присутствующих, которые скривились.

Селена срочно нашла альтернативу:

– Ложись в гостиной. Вон диван какой большой.

Гадриэль тихонько хмыкнул и сказал:

– Ты не поняла? Лиза ночь с ним провести хочет, потому зовет.

– Ты снова за старое? – Лизе не понравилось, к чему клонит Гадриэль. – Оставь глупые намеки при себе.

– Так это не намеки, – встал на защиту друга Вар. – Мы не слепые, видим, как ты смотришь на Мэша. Не надо принимать нас за идиотов и делать вид, что ты заботишься о том, чтоб у него спина на утро не болела. Вот только не стоить забывать, что, когда спишь с убийцами, сама становишься такой же.

– Тогда мне жаль Селену, – ответила Лиза, которую Мэш подготовил к «теплому» приему бонумов. – Если следовать твоей логике, то она скоро станет такой же больной на голову, как и ты. А если учесть, что пошутить ты надо мной решил в том же стиле, что и Гадриэль, то у меня возникают подозрения, что вы с ним не просто друзья. Так что посоветую Селене подыскать другого парня.

Селена не особо слушала подругу, она не сводила глаз с Мэша, памятуя о том, что он Гадриэлю, который вчера посмел обидеть Лизу, ножик в сердце воткнул. И когда малум поменялся в лице и двинулся вперед, она тут же закрыла собой Вара, рассчитывая на то, что ее он бить не будет. Вот только Мэш ударить никого не успел, потому что упал, ударившись головой об пол.

– Готов! – ухмыльнулся Гадри.

– Ты что сделал? – испугалась Селена.

– Решил проблему с тем, где он будет спать, – заметил Гадриэль. – Сегодня поспит в прихожей, так что не забывайте через него переступать. – а после реально переступил через Мэша и ушел в кабинет, где закрылся.

Ошеломленная Селена пыталась выяснить у Вара, что именно сотворил Гадриэль, но тот ответил, что переживать не стоит и утром Мэш будет в порядке. А Лиза подошла к Мэшу и, с трудом перевернув его на спину, запихнула снадобье ему в рот.

– Ты что делаешь? – спросила Селена, подходя поближе.

– В порядок его привожу, – со злость в голосе ответила Лиза. – Не могу же я себе отказать в удовольствии поскакать на нем этой ночью.

Понимая, что план Гадриэля сорвался, Вар решил ретироваться из коридора быстрее, чем Мэш придет в себя. Он поспешил наверх, уводя с собой Селену, а Лиза осталась сидеть с Мэшем, который только через минут пять пришел в себя.

– Башка болит… – простонал Мэш и постарался подняться. – Старался вроде как можно удачнее сгруппироваться, но упал прям на лицо.

– Как ты только догадался, что он тебя отравит?! – спросила Лиза, помогая малуму встать. – От головной боли у тебя таблетки есть?

– Пройдет, – отмахнулся Мэш. – Не догадался, а подумал, что бы с ним сделал я, и перестраховался. Но скоро и ему будет весело.

– Только не говори, что ты ему слабительного подсыпал в еду, – простонала Лиза, которая представила, как в ближайшие дни любуется игрой «Кто кого».

– Это слишком просто. Я ему конского возбудителя в чай влил, – поделился Мэш и пошатнулся. – Его сильная ведьма делала, потому-то он его и не распознал. Как и я не почувствовал зелье, которым он меня напичкал за ужином.

– Вы другу друга стоите! – заметила Лиза. Оценив состояние малума, она заявила: – Тебе нужно полежать!

Лиза потащила Мэша в комнату, которую ей выделили в коттедже, где уложила на кровать. Ради ее успокоения Мэш полежал минут пять, а после сходил в гараж и принес чемоданы, чтобы они могли спокойно переодеться, принять душ и лечь спать. Заодно увидел, как Гадриэль покидает коттедж и догадался, куда именно он направляется. А еще Мэш видел, что Лиза, хоть сама его и позвала, смущается спать с ним в одной кровати несмотря на то, что вчера сама просила посидеть рядом, пока не уснет. Он убедил ее, что ему нужно поработать, и устроился с телефоном в кресле, где в итоге и уснул. Но проснулся с утра пораньше, когда услышал, что Вар вышел чистить двор от снега.

К тому моменту, когда Лиза спустилась вниз, Мэш ждал ее не только с завтраком, но и с шикарной улыбкой на лице.

– А куда все подевались? – спросила девушка, сонно потирая глаза и усаживаясь за стол.

– Вара в лазарет понесли, – ответил Мэш и поставил перед Лизой тарелку с фриттатой и кружку с кофе.

– С ним-то что случилось? – удивилась Лиза.

– Поскользнулся, когда двор чистил.

– Поскользнулся? Но там же плитка противоскользящая.

– Вот такой он неуклюжий. Упал, сломал себе обе руки, еще и ногу правую.

Лиза поняла, что не настолько он неуклюжий, потому поинтересовалась:

– И сколько раз он поскользнулся?

– Я не считал. Но, если бы Гадри не приперся, то бедняга бы себе еще и левую ногу сломал. Но во всем есть плюсы. Он пока снег кушал, осознал, что девушек оскорблять нельзя. И теперь будет с тобой душкой.

– Спасибо! Хотя методы твои …

– Методы мои соответствуют степени провинности и отбивают желание повторных ошибок. Пусть радуется, что я ему рот не успел промыть чистящим средством для труб. И не волнуйся за него, он кустодиам, уже вечером, максимум завтра к обеду он будет как новенький.

– Ты понимаешь, что они теперь снова отравят тебя или еще чего похлеще сделают?

– Не сделают. Мы решили закончить игру на счете 1:1, тем более они первые начали, я просто ответил и, в отличие от них, наказал за дело. Мы с Гадриэлем заключили пакт о ненападении, так что таких вот инцидентов, пока мы с тобой тут живем, больше не будет.

– Хотелось бы верить, но чувствую, что ближайшие месяцы будут у нас веселенькие.

– Ты даже не представляешь настолько. – согласился Мэш.

Глава 6

Гадриэль никогда не представлял себя в роли няньки, тем более в роли няньки стратеры. И тем более никогда не представлял себя в роли ухажера для девушки, которая влюблена в Мэшера. Но уже вторую неделю играл обе роли. И если быть нянькой Селены ему было не так и сложно, то быть якобы воздыхателем Лизы было сложнее. А именно этого потребовал от него Михаил. Глава бонумов заявил, что прятал так девушку целый год не для того, чтобы она досталась малумам, потому Гадриэль получил задание играть в любовный треугольник. Вот только как его играть? Еще и с Лизой, еще и против Мэша. Гадриэль и сам был готов вручить малуму Оскара за то, как он отыгрывал влюбленного, потому Лиза смотрела на него влюбленными глазами. Да и как ему очаровать девушку, которая тебе с первого дня ему не понравилась? Гадриэль знал, что никак, потому решил стать ей другом. Понимая, что общих интересов у них нет, Гадриэль пригласил Лизу на свои утренние тренировки. А она согласилась, хотя терпеть их не могла. И что поразило куда больше, уговорил ее Мэш. Гадриэль слышал, как малум сообщал Лизе, что ей очень повезло, потому что тренировать ее будет один из лучших кустодиамов. Лиза просила, чтобы ее тренировал он сам. Но Мэш заявил, что единственное, чему он может научить –изощренно убивать, и, если ей хочется познать такое искусство, он поможет, но только после того, как она освоит базу с Гадри. Так что огромную роль в том, что у Гадриэля появилась возможность сблизиться с Лизой, сыграл Мэш. За эту возможность бонум вцепился и старался быть с Лизой куда более лояльными и добрым, чем с остальными. Этот подход дал свои плоды, Лиза стала куда лучше к нему относиться и меньше препиралась, потому Гадриэль решил напечь ей блинов на завтрак. Хотя на завтрак он, по привычке, пригласил девушку в приказном тоне.

– Немедленно завтракать! – прокричал Гадриэль.

Девушка, находившая в ванной комнате на втором этаже, сначала вздрогнула от крика, а только потом спустилась на кухню. При виде грозного воина, стоящего у плиты, ее брови поползли вверх. Лиза не подозревала о талантах Гадриэля, потому расщедрилась на комплимент:

– Вкусно пахнет!

– А какой вкус! Сейчас оценишь, – нахваливал блины Гадриэль, переворачивая очередной на сковороде.

Вкусный запах привлек еще и малума, который добрался до кухни куда быстрее Лизы. Он уже восседал на стуле и уплетал блины под недобрым взглядом Гадриэля, который пек их вовсе не для него. Широко улыбнувшись, Мэш поприветствовал Лизу:

– Доброе утро, красотка! Прекрасно выглядишь!

– И тебе доброе утро, – улыбнулась в ответ Лиза.

Подойдя к столу, девушка положила на него кинжал, и обратилась к стоящему у плиты воину:

– Я помню, что твоя квартира – это спортзал посреди оружейной, но не стоит устраивать такое и здесь. Я твой кинжал сейчас в ванной обнаружила. И хорошо, что он просто выпал мне в руки, когда я свое полотенце из стопки потянула, а ведь могла бы и порезаться.

– Это не мой, – ответил Гадриэль, не оборачиваясь. – А в квартире у меня и книги есть. Даже «Темная башня» в оригинале и с автографом Стивена Кинга.

Лиза выдала восхищенное: «Ого!» и собиралась попросить хотя бы показать такие редкие книги, потому что и сама обожала истории Кинга, но ее перебил малум.

– Так вон он куда запропастился! Все утро его ищу, – Мэш взял клинок в руку и тот тут же исчез, снова «встроившись» в руку.

– Я бы на месте Лизы его спрятал, что не повадно было. Нечего оружием разбрасываться! – отчитал малума Гадриэль, переворачивая очередной блинчик.

А потом замер, осознав произошедшее. Это же персональный кустодиамский клинок, появляющийся в левой руке бонума или малума в случае опасности. И он вдруг оказался в ванной под полотенцами, а Лиза смогла его взять в руки, принести на кухню и плюхнуть на стол перед его хозяином. А следом вспомнил, как тогда, еще у нее дома, она выбила из его рук его кустодиамский клинок.

– Как же я мог забыть! – как можно более правдиво и эмоционально воскликнул Гадриэль и отошел от плиты.

Он подошел к холодильнику и долго в нем рылся, а потом, вынырнув из недр двухкамерного гиганта с грустным лицом, обратился к девушке:

– Хотел угостить тебя блинчиками с черной икрой, а ее нет. Наверное, выпала вчера в машине, пока я продукты доставал. Сбегай, пожалуйста, в гараж, поищи.

– Ладно. – согласилась Лиза, пораженная такой вежливостью.

Не успела девушка захлопнуть входную дверь, как над Мэшем навис Гадриэль со сковородой в руке.

– Ты на кой хрен ей кинжал подсунул? – возмутился бонум. – Что за игру ты ведешь?

– Игру? – пробубнил Мэш с набитым ртом. – Это вы с Михаилом ведете игру «Подружись с Лизой и перетяни ее на свою сторону», а Селена и Вар игру «Сведи Гадриэля и Лизу». Я же пытаюсь получше разобраться, кто же она такая, чтобы ей помочь.

– А может помочь себе? Я слышал, что Дарк тобой не доволен и положение твое шаткое. – Гадриэль собрал эти сплетни в «Псарне». – А вот переманивание к малумам такой как Лиза поможет удержать статус любимчика.

Мэш прищурился:

– Неужели сам догадался или Мишаня подсказал?

– Догадался. А ты как будто нет! Еще скажи, что ты не видел, как она меняется, когда злится и что клинок свой забыл случайно, а не ради того, что проверить ее

– Именно для этого, хотя и не хотел, чтобы все вскрылось при тебе. И потому ты никому не расскажешь о том, что произошло, понял?

– Ты что, малум, приказывать мне вздумал?

– Не приказываю. Прошу. Рассчитывая, что ты не такой дятел, как остальные и понимаешь, что будет, попади она хоть к одному из них. Тем более ты с ней вторую неделю пытаешься подружиться. Актер из тебя хреновый, притворяться ты не умеешь, так что правда начинаешь привыкать к ней.

– Не надо делать вид, что ты о ней печешься. Ты просто хочешь, чтобы она Дарку досталась, вот и по ушам мне тут ездишь, заботливого влюбленного изображая. Вот только я не Лиза, в такое не верю. Так что буду говорить все, что захочу и кому захочу.

Гадриэль посчитал разговор исчерпанным, потому поставил сковороду обратно на плиту, налил новую порцию теста и продолжил печь блины.

– Не будешь. Иначе быстро перейдешь в ряды упокоенных. – предупредил Мэш.

– Ты угрожаешь, что ли? – рассмеялся Гадриэль, поворачиваясь к Мэшу. – Мне? Забыл, кто тебе шрам на щечке оставил и чем?

– У нас закрытая от перемещений территория, сам постарался, так что меч ваш знаменитый ты не призовешь, – напомнил Мэш, засовывая в рот очередной блинчик с мясом, предназначавшийся Лизе.

– Меч я могу призвать в любой момент, для него запретов нет, – Гадриэль направил в сторону собеседника нож, которым переворачивал блины. – Если шрам тебе так и не смогли залечить, представляешь, что будет с башкой твоей? Сколько она протянет после отделения от тела? Две минуты, может пять? И это при условии бешенной регенерации. А ты любишь пускаться во все тяжкие, так что у тебя ее нет. Зато есть секрет от Дарка, которому ты тоже ничего не расскажешь о том, что мы сегодня увидели.

– Я тебя понял. – Мэшер сделал вид, что подавился блинчиком. Он старался изобразить испуг, а внутри ликовал. Кинжал он оставил не для того, чтобы Лизу проверить, про нее он уже все знал. Выяснил с помощью других экспериментов. А в этот раз хотел проверить именно Гадриэля и это удалось. Он сам выложил все про то, что Михаил ничего не знает о том, кто такая Лиза, и про то, что меч этот их крутой сюда можно будет призвать, в случае чего. Еще и продемонстрировал, что не горит желанием сдавать Лизу, а это было самым важным. Мэшу было необходимо, чтобы Гадри проникся симпатией и забрал девушку в ряды бонумов, потому что имел все рычаги давления на Михаила.

– А Лизу оставь в покое, – приказал Гадриэль. – Ничего ей голову морочить. Найти себе другую.

– Не хочу, тем более я ей нравлюсь, а она мне. Я понимаю ее как никто другой, потому она ко мне и тянется. – честно сказал Мэш.

– Выгуливай своего зверя на другой лужайке, – скомандовал Гадриэль, который и правда начал относиться к Лизе по-дружески, а друзей монстрам на растерзание не отдают. – А сейчас натяни на свою рожу идиотскую улыбочку, она возвращается.

Мэш улыбку натягивать не стал, зато поднялся со стула и включил кофемашину.

– Нет там никакой банки. Я все шкафчики и ящики облазила, – недовольно выпалила Лиза сразу, как открыла входную дверь.

– Сейчас еще раз в холодильнике проверю, может она где—то в заднем ряду спряталась. – Гадриэль вернулся к холодильнику. Снова порылся в нем и вынул на свет небольшую баночку черной икры. – И правда, нашлась. Такая маленькая, вот и затерялось. Зря только тебя гонял. Но ничего, будем считать, что ты аппетит нагуляла.

Гадриэль передал девушке баночку и заметив, что Мэш съел все блины с мясом, отчитал малума:

– Вообще—то эти блинчики для Лизы предназначались!

– А Лиза их есть не будет, – сказал Мэш, включая капучинатор.

– С чего ты решил? – поинтересовался Гадриэль.

– Она что-то типа индуса, для нее корова священное животное. – ответил малум, добавляя в кофе малиновый сироп.

– Могла бы и предупредить, что вегетарианка, я бы так не запаривался ради тебя! – расстроился Гадриэль, который так старался с этими идиотскими блинами.

– Я не вегетарианка, я не ем только говядину, – призналась Лиза, которая поняла намек Мэша на то, что фарш был говяжий.

– У Лизы избирательный «буддизм», который не дает ей есть говядину, но не мешает поглощать литры молока, – пошутил Мэш и передал девушке латте с малиной.

– Просто говядина у меня не перева.. – Лиза собиралась опротестовать высказывание Мэша, но в комнату влетел Вар, который нес на руках бесчувственное тело Селены.

Она впала в транс и Ингвар, который не был предупрежден об этапах развития ее силы, испугался. Он подхватил девушку, упавшую в спальне, и понес в гостиную, чтобы попросить помощи. Бережно уложив ее на диван, Вар обратил внимание на то, что тело девушки пылало. Он прощупал пульс и отметил, что тот сбился с ритма и зашкаливает, а дышит девушка почему—то с хрипами. Лизу состоянии подруги также напугало, и она собиралась вызвать скорую помощь, но телефон из ее рук забрал Гадриэль, который был также хладнокровен, как и Мэш. Малум объяснил, что для первого видения у Селены отличное состояние. Вот если бы у нее пена изо рта пошла, тогда бы стоило напрячься. А пока все более чем нормально, даже зрачки, которые стали фиолетовыми. Лиза состояние подруги за «нормальное» не считала, потому паниковала на пару с Варом. Гадриэль быстро нашел, чем занять парочку, устроившую истерику на пустом месте. Он отправил Лизу намочить полотенце холодной водой и обтирать им Селену, а Вару приказал считать пульс.

Наваждение отпустило девушку спустя девять минут, но даже придя в себя Селена не могла двигаться. Охвативший ее в видении ужас просочился и в реальность.

– Ты в порядке? – взволнованный Вар, стоящий на коленях у дивана, склонился над девушкой.

– Обычный обморок, с кем не бывает, – прохрипела девушка. Выпив стакан воды, заботливо предоставленный Мэшем, она продолжила уверять: – Со мной все хорошо.

– Всего лишь обморок? – выгнул бровь Мэш. – Ну да, они же на каждом шагу случаются. Вот я, например, сегодня упад в обморок от того, что Гадри печет блины, а Лиза грохнулась под стол от моей неземной красоты.

– Ой, Гадриэль, я очень люблю блинчики. – пыталась ускользнуть от разговора Селена.

– Ты тему не меняй, – оборвал ее на полуслове малум, подходя ближе. – Никакой это не обморок, а те самые видения, которые у тебя должны были появиться. Или я не прав?

– Возможно, – юлила Селена, потирая палец, на котором пылало дарованное на обряде кольцо, обжигая ей кожу.

– Точно те, – перестал сомневаться Мэш, заметил поведение Селены. Он достал из кармана баночку с зеленой жижей, пахнущей хвоей, и наложил мазь на пульсирующий палец Селены. – Лучше?

– Лучше, – кивнула девушка, по руке которой пошел приятный холодок. – Спасибо.

Мэш кивнул и достал из кармана небольшой мешочек. Вытянув из него шарик, который был знаком Лизе, усевшейся в ногах подруги, он приказал Селене:

– Открывай рот!

– Это что еще такое? – разволновался Вар, которому никаких мазей и трав для облегчения состояния Селены не выдали. Слабо ему верилось и в то, что подобные выдали малуму. Лекари у них были более продвинутые, а бюджет более солидный, но добро они делали только для своих. А вот в то, что такой выродок как Мэш захочет отравить Селену, чтобы она не смогла развить свой дар, он верил куда охотнее. – Не смей пить то, что он тебе подсовывает!

– Почему? – Мэш задал вопрос в лоб, а потом сам на него и ответил: – Потому что я – Потрошитель? Я хуже любой темной твари и иду по дороге, залитой кровью, так? Не знал, что ты веришь в байки, которыми вы стращаете новичков. И если бы я хотел ее убить, давно бы это сделал. А тебя ты прикончил еще тогда, в снегу.

Ингвар нервно сглотнул, вспомнив с каким удовольствием Мэш ломал ему кости. Его передернулось от воспоминаний и того хладнокровного «Один один», которое бросил Мэш подоспевшему на помощь Гадриэлю, перед тем как вырубить его ударом в голову.

– Это лекарство. Оно его и откачало после отравления, – успокоил друга Гадриэль, который узнал травяной шарик по запаху. – Причем редкое и дорогое. Это измельченная смесь трав, которую скатывают в шарики благодаря меду. Я такое всего раз использовал и это толковая вещь. Глотай, Селена, не бойся.

Подробное объяснение успокоило Вара, потому он проследил за тем, чтобы Селена приняла снадобье. А Гадриэль обратился к малуму:

– Ты как его раздобыл? Травники и нам редко что-то продают и цену дерут в три шкуры, а малумов на дух не выносят.

– Я же не спрашиваю, какая сердобольная девица тебя так щедро одарила?! Остановимся на том, что у меня есть все необходимые лекарства для того, чтобы Селена комфортно пережила текущий этап. А как они мне достались – не ваши проблемы, – пресек расспросы Мэш. Повернувшись к девушке, он поинтересовался: – Ну, как себя чувствуешь?

– Отлично! Огромное спасибо! – радостно ответила Селена, к которой вернулся привычный цвет лица. Пульс и сердечный ритм также пришли в норму. Девушка даже приподнялась и села рядом с Лизой, а после вложила свою руку в руку Вара, который тут же занял место рядом с ней.

– Не за что! Я твой наблюдатель и моя обязанность заботиться о тебе. А твоя – показывать мне видения. Приступим? – предложил Мэш.

– Пока я знакома только с теорией, – улыбка моментально сошла с лица Селены, до этого надеявшейся на то, что обойдется без этого. – Не уверена, что у меня что-то выйдет.

– Мне ты, ясное дело, не позволишь, так что Вар возьмет на себя эту обязанность, – Мэш уселся на кресло, стоявшее у камина.

– Я не умею делать это безболезненно, – смутился Вар, усевшийся рядом с Селеной.

– Давайте уже я, – предложил Гадриэль, и Лиза уступила ему свое место на диване, чтобы он сел поближе к Селене. Он не был наблюдателем, но кто-то же должен был приступить к делу.

Одна Лиза оставалась в неведении относительно того, что сейчас будет, потому поспешила это исправить, спросив:

– Что происходит?

– Садись рядом, – Мэш подвинулся, и Лиза пристроилась рядом с ним на кресле, фактически усевшись к нему на колени. – У Селены было первое видение, а мы с Варом, как ее наблюдатели, обязаны его увидеть. Как думаете, прошлое или будущее? Ставлю на прошлое, девочка у нас слабенькая пока.

– Ты можешь быть немного добрее?! – Лиза пихнула парня локтем в бок. – Видишь же, ей страшно.

– Ты не запомнила страшилки Вара? Я же зло, куда мне быть добрым и светлым. Светлое во мне бывает только пиво, – напомнил о необоснованных претензиях Мэш, потирая шрам на щеке.

– А мне кажется, ты добрый, – тихонько заметила Лиза.

– Спасибо, конечно, – поблагодарил Мэш. Ему было приятно, что Лиза это заметила, но вот другим об этом знать не стоило, потому он сказал: – Но ты ошибаешься. В каждом из нас в равных количествах есть добро и зло, но путь к свету тяжелее, а тьма притягательней и в не видно недостатков. Я выбрал последнюю, поэтому не стоит обманываться на мой счет. За добротой и состраданием – это не ко мне, а вот если убить кого надо – всегда пожалуйста.

– Это мы помним, – высказал Вар, который не мог простить Мэшу, что он убил Селену. – Как и то, что ты выбрал тьму, не зря же малум.

– Так я и не скрываю, что во мне живет тьма, – сообщил Мэш, а после положил руку на коленку Лизе и продвигая ее выше, прошептал девушке на ухо: – А девушкам, кстати, очень хочется войти в тьму или чтобы тьма вошла в них.

Та интонация, с которой он это сказал и рука, которая все скользила по ноге, заставила тело Лизы, которое были слишком близко к телу Мэша, покрыться мурашками, а саму ее покраснеть.

Это не укрылось от Гадриэля, потому он грозно потребовал:

– Заканчивай! Мне нужна тишина. И руки убери!

– Умолкаю. – пообещал Мэш и нехотя убрал руку, тем более задачу он уже выполнил и Гадриэля взбесил, заодно получил бонус в виде бешеного стучащего сердца Лизы.

В комнате наступила тишина и Гадриэль смог приступить к делу. Он попросил у Селены разрешение посмотреть видение, и встревоженная девушка кивнула и подала бонуму руку, а потом закрыла глаза. Сначала ничего не происходило, а затем перед лицом Селены возник небольшой полупрозрачный квадратик, который все расширялся и расширялся. Чуть позже на нем появилась нечеткая картинка, как волны на телевизоре, который все ищет канал. Она была пока без звука, но и этого было достаточно чтобы все завороженно уставившись в некое подобие двустороннего экрана. Прошла минута, потом другая и Гадри отыскал нужную частоту и нужный «телеканал», а после всех приустающих затянуло в видение.

Сердце выстукивает бешенный ритм. Ноги несутся вперед, не разбирая пути. В мозгу пульсирует только одна мысль: «Бежать»! Нужно послать сигнал тревоги, но никак не получается. Шанс на спасение есть только один –  добраться Заставы. Но правильно ли выбрал направление? Не понятно, это первая вылазка. Еще и клинок не появляется, потому что трансформация не завершилась. Нет ни силы кустодиамов, ни скорости, ни улучшенного слуха. Есть только страх, который гонит вперед и сила, которая помогает заметать следы на снегу.

Вроде бы оторвался. До достаточно ли? Да. Наверное, можно остановиться и немного отдохнуть, потому что легкие горят. Так хочется в Заставу, спрятаться под одеяло и забыть обо всем этом. Скорей бы кто—то заметил, что случилась беда и пришел за ним.

Но помощи все нет. Зато рядом раздается вой. Собак обмануть не удалось, в отличие от охотников. Они взяли след и уже знаю, где скрывается добыча. Сил на сражение уже нет. Потратил все на то, чтобы замести следы. Нет и подмоги. Нужно снова бежать. И молиться, чтобы бежал к Заставе.

Но гончие настигают и грудь пронзает острая боль. Жар от сердца распространяется все дальше. Тело покрывается липким потом и становится тяжелыми. Бежать и дышать все сложнее. Во рту все пересыхает, а язык разбухает и им невозможно шевелить. Дыхание становиться прерывистым и хриплым. Ноги подкашиваются и тело падает на снег. В голове проносится последняя мысль. Не успел.

– Вашу ж мать! – Лиза первой вырвалась из проекции и даже не заметила, что в процессе просмотра видения вцепилась в руку Мэшера. В этот момент она радовалась, что не успела позавтракать и спазму в животе нечего вытолкать наружу.

– Осталось выяснить, будущее это или прошлое. – Мэш, не спешащий отпускать руку Лизы, был спокоен. Ему к убийствам не привыкать, хотя подобное увидеть он не ожидал и надеялся, что Лизе не хватило сил почувствовать, кто был жертвой А вот Гадриэль, Мэш видел это по его лицу, это уже знал, потому тут же подскочил.

– Вар, в машину! Гони к границе, оттуда перемещайся к Амалиэлю, – Гадриэль отдавал приказы стоя уже в дверях.

– А ты? – Ингвар вскочил с дивана.

Он не хотел оставлять Селену, испытавшую этот ужас повторно и обливающуюся слезами, но Лиза уверила:

– Я о ней позабочусь.

– Побегу к озеру, которое в видении было. В пути кину своим Зов. Если это будущее, не хочу лишиться новичка. Как получишь ответ от Амалиэля, кинь мне Зо. – Гадри потребовал это, уже обуваясь. Его скорость была ошеломительной, потому что он был не просто беллатором, но еще и верумом.

Вар, бросив взволнованный взгляд на Селену, понесся в гараж. Следом за ним пошел и Мэш.

– Ты куда? – спросила Лиза.

– Вару помогу, – ответил малум из прихожей. – Я куда быстрее доеду до барьера, а счет может идти на минуты. Селене дай воды и посиди рядом, сейчас все пройдет. Бонуму моя помощь сейчас нужней.

И оказался прав, потому что Вар даже не смог завести машину. Он с радостью принял помощь Мэша, который довез бонума до барьера. Благодаря помощи Мэша, Вару быстро переместился в Заставу и постучал стучал в дверь неприметного кабинета в секторе для подготовки новичков.

– Войдите. – пригласил Амалиэль.

Вар прошел в кабинет и в очередной раз поразился тому, как не похожи Амалиэль с Михаилом, хотя и братья-близнецы. Да, оба были невысокого роста, седовласые и с грустными глазами, но Михаил предпочитал стиль милитари, ежедневно брился и не снимал кепку, а Амалиэль носил светлый длинный балахон и бороду, и походил не на мужчину пятьдесят плюс, а на старца сто пятьдесят плюс.

– Ингвар, чем обязан? – Амалиэль удивился столь неожиданному визиту. – Если дело терпит, зайди через полчаса в библиотеку, у меня занятие с возрожденными, которое проигнорировала твоя подопечная.

– Простите за беспокойство, но дело срочное. Среди новичков есть одаренный, который может напускать иллюзии? – сразу перешел к делу бонум.

– Есть, – с теплотой в голосе ответил старец. – У него такой прекрасный дар.

– Где он сейчас? – перебил Вар, посчитавший, что сейчас не до соблюдения этикета.

– У него знаменательное событие! Первая вылазка в лес!

– Святой Боже! В каком они секторе?

– Озеро. А что стряслось?

– У Селены только что было первое полноценное видение, и если она права, то его пытаются убить.

– Перемещайся! Я вызову подмогу!

Вар не мешкал. Он кинув Зов лучшему другу, передавая полученную информацию, и отправился к Михаилу, чтобы предупредить и главу о возможном нападении на новичка. А Гадриэль уже обследовал тренировочную площадку у озера, когда в голове раздался Зов Вара. Полученные сведения ему не сильно помогли, зато подтвердили точность видения. Гадриэль взял след и через несколько минут наткнулся на бонума. Это был избитый тренер был без сознания, на шее которого висел редкий амулет, блокирующий навыки. Он пострадал, защищая подопечного, но подарил тому несколько минут, которых хватило на то, чтобы спрятаться в лесу. Гадриэлю оставалось надеяться, что новичок сумеет укрыться среди деревьев, тем более теорию выживания проходят перед тем, как выпустить непосвященного за пределы Заставы.

Через пару минут после Зова к Гадриэлю присоединился поисковый отряд его беллаторов, включающий лучших ищеек. Они рассредоточились по лесу и начали его прочесывать, но так и не обнаружили следов ни новичка, ни охотников, ни даже псов. Снег был девственно чистым и подсказок не давал, а счет шел уже не на минуты, а на секунды. Гадриэля такая ситуация не устраивала, потому что его беллаторы были слишком медлительны, как и технари, отправившие квадрокоптеры прочесывать территорию спустя пару минут после его команды. Он сообразил, что его подопечные не поверили в нападение на новичка, которых ни разу не было, еще и в окрестностях Заставы, где нечисть и носа боится высунуть, и посчитали это очередным проверочным заданием. Тем более Гадриэль славился любовью к нестандартным тренировкам. Разгадав секрет медлительности подопечных, Гадриэль не в самой лестной форме объяснил им, что их ждет, если они не начнут нормально работать, потому технари страшились того момента, когда начальник вернется в заставу, потому что часть их любимых «игрушек» будет уничтожена.

Вар, переместившийся вместе с воинами, чтобы помочь, никогда прежде не видел друга в такой ярости. И лишний раз порадовался, что он не его подчиненный. Стать беллатором, которыми руководил Гадриэль, было честью, но высокое звание приходилось отрабатывать кровью и не малой. И пока Гадриэль рассыпался в проклятьях и даже сломал нос самому неверующему беллатору, Вар отошел в сторону и прокрутил у себя в голове видение Селены. В этот раз он обратил внимание на высокое дерево, и узнал в нем то злополучное, у которого проходили тренировки стрельбы из лука. Это дерево навсегда врезалось ему в память, ведь именно там он отсек Гадриэлю кусок уха.

Незамедлительно поделившись своей находкой с другом, Вар отправится вместе с ним к стрелковой площадке. Искомая сосна издали привлекала к себе внимание, потому что разительно отличалась от соседей. Дело было не в том, что она была самым высоким деревом в своем окружении и вызывала много неприятных воспоминаний у Вара и даже не в том, что дорога к ней была пропитана запахом крови. Только эта сосна имела ужасающий опознавательный знак: к ее стволу, был привязан вверх ногами новичок. И только под этой сосной снег окрасился в красный. Как только Ингвар увидел эту картину, он понял, почему плакала Селена и бушевал Гадриэль, и простился с блинчиками.

Гадриэль же был куда более стойким, потому отправил Зов с координатами беллаторам и направился к жертве. Он уже знал, что им будет не мужчина, как посчитал Вар, а растерзанный мальчик. Привязан он был к дереву, служившему опорой для мишеней, на которых бонумы оттачивали мастерство владения луком и метания ножей. Из груди малыша торчала ядовитая стрела, а в рот ему запихали яблоко, из которого торчала еще одна. Куртка и штаны на мальчике были разорваны, а многочисленные раны говорили о том, что на него еще и собак натравили собак. Гадриэль освободил мальчишку от пут и аккуратно опустил на снег.

Ингвар стоял в стороне и не мог даже подойти к ребенку, потому что его выворачивало, а Амалиэль, подоспевший на Зов, рвотный порыв сдержал, но слез сдержать не смог. Гадриэль же, не привыкший проявлять на публике эмоции и получивший из—за этого прозвище Сухарь, исследовал место преступления, потому что в этом было куда больше пользы, чем в слезах. Но он так и не смог определить путь, по которому мальчик добрался от площадки у озера до места гибели. Он не нашел никаких улик или зацепок. Не было ни следов на снегу, ни поломанных веток, ни клочков одежды, ни даже собачьей слюны на малыше. Вообще ничего. Словно убийство совершили бестелесные духи, так и от тех бы остался характерный запах серы. А тут не было и его. Было только крошечное безжизненное тело и обещание Гадриэля, данное погибшему ребенку. Стоя там, возле места, где мальчишка встретил свою смерть, Гадриэль поклялся найти и уничтожить ублюдков, сотворивших такое с маленьким кустодиамом.

Глава 7

Утро Лизы теперь начиналось не с кофе, а с пробежки. Она была уверена, что сдастся через пару дней, но постепенно втянулась и заметила, что тренировки приносят ей удовольствие. А бонусом к ним шло тело, которое стало более подтянутым и рельефным, что не могло ни радовать. Ради кубиков пресса, которые девушка впервые увидела на своем животе, она была готова проходить через все утренние упражнения. А их хватало, потому что Гадриэль устраивал Лизе классическую беллаторскую программу, хоть и облегченную. В нее входили пробежка, тренировка и медитация. Причем тренировки были разные и включали с себя не только день ног, день рук или спины, но еще и дни обращения с холодным или огнестрельным оружием, а также занятия по самообороне. В начале Лиза противилась такому количеству якобы ненужных ей навыков, но после того, как Гадриэль, а потом и Мэш объяснили ей, что она теперь часть сверхъестественного мира и должна уметь постоять за себя, она возмущаться перестала. Еще и отработала на манекене удар колом в сердце на тот случай, если в жизни Селены все же возникнет вампир, но не такой дружелюбный как она фантазировала. Лиза знала, что схожая программа физической подготовки есть и у Селены, но понимала, что ее рука, в случае чего, не дрогнет, в отличие от руки ее доброй подруги.

Так что теперь каждое утро Лиза проводила в компании Гадриэля. Они вставали в шесть утра и бежали несколько километров до Заставы. А после шли обратно, чтобы Лиза могла привыкнуть и немного изучить лес, в котором живет. Алтайские леса, в недрах которых была спрятана Застава и Дом Стратеры, кишели сверхъестественными существами. Именно поэтому Заставу построили здесь. Тайга, раскинувшая на километры, куда не заглядывали люди, до сих пор была идеальным местом для жизни сверхъестественных существ. За всеми живущими на Алтае существами приглядывали обсерваторы, но Гадриэль, который готовился стать новым главой кустодиамов вместо Михаила, предпочитал самостоятельно проверять свои владения. И потому каждое утро бегал по лесу вокруг Заставы, лично убеждаясь в том, что все в порядке. Когда выпадал снег, это сделать было труднее, но привычкам Гадриэль не изменял, потому бегал по «волшебным» тропинкам, сотворенным с помощью амулетов, которыми заведовал Амалиэль. Во время таких пробежек кто-то из более дружелюбных существ выглядывал, чтобы поприветствовать Гадриэля, а иногда пожаловаться или попросить помощи. Но последние недели все сидели тихо и смирно, потому что Гадриэль бегал с Лизой, а людям волшебные существами показываться не имели права. Даже таким, как Лиза, которые уже знали об их существовании. Хотя многие посматривали на нее с большим интересом, особенно сегодня, ведь Гадриэль вел девушку до Заставы.

До этого момента Лиза штаб бонумов не видела. Они добегали до берега какого-то озера, там разворачивались и шли обратно. И потому сегодня, когда они снова побеждали до места «разворота» и Гадриэль вдруг надел ей на шею какой-то амулет, Лиза удивилась. А потом удивилась еще больше, потому что ее взору предстал целый город, расположенный на противоположном берегу за забором.

– Она всегда здесь была? – спросила Лиза, разглядывая здание.

– Да, – ответил Гадриэль. – Но ты ее не видела, потому что ее скрывает магический купол.

–Типа как в Хогвартсе? – Лиза пыталась провести аналогию.

– Типа того, – подтвердил Гадриэль. – Обычный человек будет видеть просто лес, а вот кустодиамы и сверхъестественные существа будут видеть Заставу.

– Я по-разному представляла вашу Заставу, но точно не как спиралевидное высокое здание, которое еще и с двумя башнями соединяется. Это какая-то озелененная версия Москва-сити. – призналась Лиза. – А вот это ваше центральное здание напоминает то, которое я на прошлой неделе в книжке Селены по архитертуре видела. Правда там растения, покрывшие башню, были тропическими, а тут их заменили хвойниками и плющом. Не помню правда, как называлось.

–Агора Гарден Тауэр, – подсказал Гадриэль. – И да, наши архитекторы взяли за основу этот проект, когда видоизменяли Заставу.

– Видоизменяли?

– Да. Бонумы стараются идти в ногу со временем и Заставу модернизируют раз в столетие, беря за пример образцы современной архитектуры. Очередные изменения Застава претерпела больше десяти лет назад и за основу Центрального крыла был взят тогда еще не реализованный проекта, который воплотили в жизнь.

– Так вы воришки?

– Скорее ценители прекрасного. И, кстати, ты сравнивала Заставу с Москва-сити не зря. Центральная часть, по сути, нашим офисом и является.

–И что у вас там есть?

–Первый этаж похож на классическое фойе делового центра, там есть рестораны и кафе, а на стольных этажах размещаются «офисы» различных отделов.

–Справа и слева это что за здания? – Лиза указала на две высотки, так же покрытые плющом.

–Справа Западное крыло, слева Восточное Заставы.

–А там что?

– В Восточном я не был. В этом крыле у нас древние хранилища и не менее древние кустодиамы, которые не любят гостей.

–Понятно. Это у вас типа дома престарелых. А в Западном тогда живет молодежь?

– Угадала. Западная часть отдана под жилища бонумов.

– Она на что больше похожа, на общежитие или на отель?

– Наверное, ближе к отелю. На первом этаже у нас огромный фитнес-центр, спортивные и игровые площадки, бассейн и небольшая прачечная. Второй этаж отдан под развлечения: кинотеатр, боулинг с бильярдом, батутный центр и библиотека – все они работают круглосуточно. Третий этаж занимает небольшой торговый центр, потому что «выходящим в люди» кустодиамам нужен подходящий наряд.

– Зачем?

– Мы же не только с существами общаемся, но и с людьми. Не можем же мы явится в нарядах девятнадцатого века или не знать, что такое мобильный телефон.

– Как-то не подумала. А что на этажах выше?

– Начиная с четвертого этажа крыло превращается в типичный многоэтажный дом, где размещаются квартиры сотрудников.

– У всех одинаковые или чем ты круче, тем круче и жилье?

– Второе. Чем выше этаж и просторней квартира, тем выше чин ее обитателя. Например, Вар, как сотрудник самого низшего, но самого многочисленного звена обсерваторов, живет на одиннадцатом этаже в студии.

Лиза отсчитала снизу одиннадцать этажей и попыталась отыскать квартиру Вара, но это было не просто.

– А моя вон там. – Гадриэль указав на окошки на двадцать девятом этаже.

– Где? – уточнила девушка.

– Предпоследний этаж, – пояснил Гадри. – Я просто будущий глава кустодиамов, потому квартира у меня двухуровневая и большая. У меня есть собственный тренажерный зал, и оружейный склад.

– Да ты любимчик, как я посмотрю, – верно подметила Лиза и указала на стеклянный купол на самом верхнем этаже Западного крыла. – А вон там что?

– Там у нас парк, созданный по примеру немецких «Тропических островов». Главное место отдыха жителей Заставы. Правда я в нем редко бывают. В будущего главы выходных не бывает, в отличие от рядовых кустодиамов, которые работают по сменам и имеют возможность отдыхать.

– Печально это, ну, отсутствие у тебя выходных.

–Нормально. Я привык уже.

–А Селена где учиться?

– Застава – это не только вот эти три здания. У нас там огромная территория, на которой много чего есть. Новички первое время проводят в Корпусе Возрожденных. А еще у нас на территории есть ЦПСС – Центр поддержки светлых существ, в которые можно обратиться в любой момент за помощью.

– И как существа в него попадают?

– Если ты внимательно присмотришься, то увидишь вон там ворота. Это Южный вход. А есть еще и Северный вход, на другой стороне, туда наши подопечные и приходят. Он ближе к ЦПСС.

– А как вы работаете со всеми этими существами?

– А это уже кустодиамская тайна. А на сегодня их с нас хватит. Я и без того слишком много рассказал тебе о жизни бонумов, а ты-то не кустодиам. Так что экскурсия закончена, идем обратно.

Гадриэль собирался быстренько добраться до коттеджа и переключиться на тренировку, потому что впереди у него был сложный день и море дел, но ноги сами принесли его к месту трагедии. Осознав, куда он завел их, бонум собирался быстренько пробежать мимо, но Лиза остановилась и спросила:

– Это здесь случилось, да?

– С чего ты взяла? – насторожился Гадриэль.

– Дерево. Оно было в том видении, – пояснила девушка и подошла ближе к той самой заснеженной сосне, на которой подвесили убитого малыша.

– Там было много деревьев, почему ты решила, что это оно? – спросил кустодиам.

– Не знаю даже. Что-то в нем не так, – размышляла вслух девушка, все ближе подходя к сосне. – Ты, конечно, сочтешь меня странной, хотя ты и так вечно говоришь, что я с приветом, но плохо мне в этом месте. Мы бегали с тобой по лесу, везде было хорошо и приятно, а на одной полянке прямо очень хорошо.

– Это на какой? – решил уточнить Гадриэль, потому что недавно они как раз пробегали мимо полянки, где жили ягодники – забавные маленькие духи, похожие на крошечных человечков. Раньше люди их задабривали, чтобы те выводили на полянки, где много ягод. Существа эти были безобидными и добрыми, потому в тех местах, где они жили, всегда царила особая атмосфера, а еще круглый год были ягоды.

– Ну, на той, где калины много. Я еще удивилась, что у вас тут так холодно, а тут такие ягодки красные. И там прямо так хорошо мне стало, как у бабушки в деревне летом. А вот здесь плохо. Хочется поскорее отсюда уйти, но при этом вот это дерево меня манит. Зовет словно. Странно, да?

– Странно, – подтвердил Гадриэль, но решил кое-что проверить и сказал: – Но раз зовет, может подойдешь, посмотришь.

– Думаешь? – спросила Лиза, которой и без того не терпелось потрогать дерево, но было как-то странно это делать.

– Вперед. Я рядом. Да и деревья на людей на людей не нападают. – успокоил Гадриэль.

– Ладно, – кивнула Лиза и сошла с тропинки, утопая в снегу.

Она медленно добралась к высокому дереву, пробралась сквозь колючую крону к стволу и, сняв перчатку, положила на него руку.

– Что чувствуешь?

Лиза сначала хотела умолчать, о тех странных эмоциях, что ее накрыли сразу, как она дотронулась до дерева, как и о том странном состоянии, в котором она пребывала, а потом решила говорить правду.

– Ему больно.

– А кто сделал ему больно? – полюбопытствовал Гадриэль, догадка которого начала подтверждаться.

– Люди. – ответила Лиза.

– Люди? – удивился Гадриэль. Люди были последними, кого он мог бы заподозрить в убийстве мальчика.

– Да. Много людей, с собаками. Дерево говорит, что люди сделали больно получеловеку как ты и ему. И теперь оно просит помочь ему. Почистить. Говорит, у тебя есть чем, – сказала девушка, не отнимая руку от ствола.

– Есть, – подтвердил Гадриэль, доставая из кармана небольшой пузырек со святой водой. – Мне это сделать или тебе?

– Говорит, делай ты. – передала Лиза.

– Хорошо, – кивнул Гадриэль, сошел с тропинки и, добравшись до дерева, принялся поливать его святой водой. – Спроси его, есть ли еще что-то, чем оно может нам помочь?

– Есть. Оно видело того, кто командовал людьми и собаками. И оно не человек.

– А кто?

– Не знает. Такое существо оно видело первый раз. Но оно магией обладает. Сильной. Необычной. И все тут подчистило, потому вы и следов не нашли.

– Спроси, какая ему еще помощь от нас нужна?

– Говорит, никакой. Теперь ему легче. Просит только найти и наказать тех, кто такое творит.

– Это мы обязательно! А сейчас поблагодари его за помощь, потому что оно могло промолчать и тебя не звать, и убирай руку.

Лиза сделала все, как говорил Гадриэль, а от себя еще и обняла ствол дерева на прощание. После этого поскорее спрятала замерзшие руки в перчатки, и спросила:

– Что это сейчас было?

– Поздравляю, Лиза, ты древесница! – Гадриэль похлопал девушку по плечу.

– Кто? – переспросила Лиза, и изо рта у нее вырвалось облачко пара.

– Женщина, которая умеет общаться с деревьями, травами и всяким таким, – объяснил кустодиам. – Редкий дар, между прочим. Обычно передает из поколения в поколение. У тебя бабушка и мама случаем, не травницы?

– Нет, конечно! – округлила глаза Лиза. – Мама швея. Да и бабушка тоже с деревьями не беседовала. Хотя… Чай у нее всегда был травяной, она сама собирала. И лечила он всех тоже травами. А еще любила с цветами своими домашними разговаривать, комплименты им говорила. Объясняла это тем, что они растут лучше и все понимают. И у нее и правда самый лучший сад был. Я когда в новый город переехала, то дом купила, который на бабушкин похож был, тоже с садом.

– И как твой сад? Завяло все небось? – подначил Гадриэль, зная, что сад должен быть идеальным.

– Да нет, красивый. Хотя я поливать его забываю и сорняки не рву, а все цветет. Лето в этом году жаркое было, у многих цветы завяли, а мои все живы остались, хотя я поливала их всего пару раз. Да и некогда мне, я в мастерской пропадаю.

– Что и требовалось доказать! Ты – древесница, просто об этом не знала. Но, возможно, было у тебя желание с деревьями пониматься или что-то в этом роде. Было?

– Обычно нет. Но есть один платан огромный, на территории музея, мне постоянно хочется зайти и его потрогать. А я не решаюсь, потому что дурой посчитают.

– Посчитают. Но ты потрогай его обязательно. Он тебя, как и эта сосна зовет.

– А я и не думала, что деревья могут разговариваться. Почему тогда со мной в мастерской не разговаривают? Я же с деревом каждый день работаю.

– То дерево мертвое, его уже срубили. Но у тебя все равно должны красивые изделия получаться. Дерево, даже погибшее, в руках древесниц расцветает. А деревья живые – существа мудрые. Память веков хранят и поговорить могут, но только с теми, кто поймет. Древесницами, гамаюн и ведьмами еще, но с последними неохотно.

– Мне теперь тоже учиться надо будет, как Селене?

– Нет. Это дар не опасный. Он светлый. Просто теперь, если тебя дерево позовет, ты не бойся, подходи. Плюс и сама можешь к ним обратиться, если помощь понадобится. Заблудишься там, или еще чего. А если разовьешь дар, сможешь лекарства редкие делать, типа тех, что Мэш давал Селене. Там хоть и травы, но тебе легче будет, чем тем же травникам. Но это мы потом обсудим, сейчас пошли в сторону дома. Думается мне, что самое главное дело этого утра мы сделали, а тренировку никто не обменял.

– Хорошо, – согласилась Лиза и, подстроившись под шаг Гадриэля, пошла рядом. – Как-то не верится, что я древесница. Это странно, но полезно. Дерево же подсказало, что мальчика люди убили с собаками, а руководил ими нелюдь какой-то с магией, так что теперь у тебя хоть какие-то зацепки есть.

– Откуда ты узнала, что это мальчик? – Гадриэль хотел выяснить, кто именно разболтал Лизе правду и кому следовало сделать выговор.

– В смысле, откуда? – не поняла вопроса Лиза. – Ты же сам видение показал. Там каждый себя мальчиком видел.

– Не каждый это видел. – опротестовал заявление Гадриэль.

– Ой, простите, я неправильно сформулировала, – съязвила Лиза. – Каждый почувствовал. И почувствовал сильно. Я так испугалась, что в руку Мэша вцепилась. Он меня потом успокаивал, потому что не каждый день ощущаешь себя ребенком, которого убивают.

– Интересно. – заметил Гадриэль. Мало ему одного сюрприза о Лизе, так тут еще один нарисовался и не о ней одной.

– Что тут интересного? – спросила Лиза, которая ничего интересного в такой жути не видела.

Гадриэль долго раздумывал, говорить ей правду или нет, пока Лиза шла рядом в ожидании, но решил, что она же ему помогла с этим деревом, потому признался:

– Почувствовать, кто именно был герой видения, могла только Селена, так как это ее видение. И я, так как я верум, а у нас чувства даже обостренное, чем кустодиамские.

– Верум? Это кто такой?

– Кустодиамы, как ты знаешь, делятся на малумов и бонумов. У всех у нас есть специализации, типа профессии, Мэш тебе о них говорил. Обсерваторы как Вар – это наблюдатели, предикторы – это провидцы, и есть беллаторы, как мы с Мэшем – это воины. Но бывают еще очень редкие беллаторы – верумы. Они еще круче беллаторов, сильнее, быстрее, выносливее, живучее, в общем, во всем лучше. Плюс у них есть особые фокусы, остальным беллаторам не доступные.

Лиза захотела задавать вопрос, но Гадриэль его предугадал и сразу предупредил:

– О них рассказывать не буду. Итак, секреты выдаю, считай. Тем более за эти фокусы верумы платят высокую цену, может поэтому нас так мало. Только я и Михаил у бонумов. Но мы отошли от темы. В общем, тот факт, что в видении был мальчик, могли знать, а точнее почувствовать, только Селена и я. Но никак не вы с Мэшем, потому я и сказал, что все это интересно.

– Так видение нам ты показывал, а ты верум, поэтому нас всех туда не только затащило, но мы и прочувствовали все на своей шкуре.

– Вара не затащило. Он не знал, что это мальчик, потому твоя теория не работает. Плюс я видения не первый раз передаю и никого в них не засасывало.

Лизе ответить было нечего, потому пару минут они шли в полной тишине, а потом в ее голову пришла идея и она решила ее озвучить:

– Слушай, Мэш же беллатор, а, значит, теоретически, он тоже может быть верумом. А ты мог не знать, что он тоже верум, вы же, мягко скажем, не дружите. А я его за руку держала, потому все и чувствовала.

– Предположение интересное, но это так не работает. Да и верумов у малумов нет. Один лишь Дарк.

– Может они есть, а Дарк специально о них не говорит? Раз так чувствовать мог только верум, то логично предположить, что Мэш – верум. Часто самый простой ответ – верный.

– Поверь мне, такое не скрыть. Период Тьмы такой, что самому не справиться. Мы бы сразу узнали, что новый верум появился. Из новостей. Очень большого количества очень плохих новостей.

– А вдруг появился? А Дарк его скрывает.

– Не может он его скрывать! О том, кем именно станет новичок, мы узнаем только на посвящении. Там же выясняется, верум ты или нет. Посвящение у всех на виду проходит, там не скрыть, что кустодиам стал верумом.

– Скрыть можно все, – заметила Лиза, которой удалось скрыть тело. – Давай просто предположим, что Мэш все-таки верум, а Дарк это скрыл. Подумай, зачем ему это могло понадобиться?

– Да не стал бы он такого скрывать, это же почет. Плюс такие сильные воины ему только на руку, – отмахнулся Гадриэль, а потом понял, что ответ действительно лежит на поверхности и выругался: – Твою ж мать!

– Что такое? – улыбнулась Лиза, предвкушая озарение Гадри.

– Ты, наверное, права. Чем больше думаю над твоими словами, тем больше понимаю, что ты, черт возьми, права. Сходится все! Он же Потрошитель. Как раз период Тьмы, первые годы, когда он творил жуть что. И почему я сам не догадался?! Да ясно почему, нам сотни лет твердили, что у малумов верумов не бывает. А Мэш точно верум! Как бы иначе он смог в той драке в «Псарне» меня победить. Махался же на равных. Новичок! Со мной верумом. А Карро мне про его трудное детство загонял, которое заставило драться научиться. Все куда проще, он верум! А Дарк все прикрывает, потому что только верум, как самый сильный, может стать главой кустодиамов.

– В смысле?

– Когда появляется верум – это означает, что пора менять главу. Верумы появляются в среднем раз в столетие, и тогда старый глава понимает, что может уйти на покой и готовит нового. А Дарк на покой не хочет, потому и скрывает верума. Властью делиться не желает, он же бессменный лидер где-то тысячу лет, а может и того больше. Не знаю, как Дарк все провернул, но смог же, сволочь, смог!

– А ты мне не верил! Всего-то и нужно было допустить, что кое-кто врет, например, ваш главный врун Дарк. И если Мэш – верум, может и еще есть такие же? – предположила Лиза.

– Не может! –заявил Гадриэль. – Верум всегда появляется один, чтобы стать новой главой.

– Прям всегда? Вот ни разу два одновременно не было? – хитро прищурилась Лиза. – Может и в этом вас обманывают. И верумов должно быть много, чтобы лучше народ от нечисти защищать.

– Ну, Витиум говорил, что когда-то вроде как было одновременно два верума. Ну как, одновременно. Один уже был верумом и его готовили на должность главы, как появился второй. И не прошло и месяца как первого убили.

– Что и требовалось доказать, как ты говоришь. Ясно одно, что ничего вам про верумов не ясно. И, скорее всего, всю информацию о них специально Дарк прячет. Не зря же и о Мэше правду скрыл, – уверенно сказала Лиза, а потом решила задать давно мучающий ее вопрос: – Ты Мэша не любишь из-за того, что он тебя в той драке победил?

– О как ты тему поменяла! – поразился Гадриэль, но все же ответил: – Не поэтому. Там он честно победу одержал, и теперь я понял почему. Он потом проявил натуру свою звериную. И потому, когда я говорю тебе держаться от него подальше, я не шучу. Для него ничего святого нет. Он может казаться тебе милым, добрым и заботливым, но он просто хороший актер.

– А может ты преувеличиваешь? Вы все привыкли его ненавидеть из-за страшилок о нем, потому даже не замечаете, что он хороший. Селене помогает, лекарства для нее достал, меня поддерживает.

– Ты в этом меня сейчас пытаешься убедить или себя? Себя не надо, потом разочаруешься и разбитое сердце будет не самым худшим, что он тебе подарит. А меня тем более не надо, я знаю, кто он такой на самом деле. Пусть радуется, что вообще дышит. Я бы его тогда убил, если бы Михаил меня не остановил. Я даже меч призвал и полоснуть его по щеке успел.

– Так это ты ему шрам оставил. А что за меч такой?

– У глав кустодиамов есть два символа власти. У главы бонумов – меч Михаила, у главы малумов – копье Люцифера. Эти два артефакта настолько опасные, что могут убить любого, даже верума, потому хранятся под замком и призвать их могут только верумы.

– Хорошо, что Мэш копье не призвал, поубивали бы друг дружку.

– Копье чтобы призвать, нужно знать, как именно позвать. Это глава только главе рассказывает, так что копье Мэшу недоступно. Я думаю, он вообще не в курсе, что верум. Дарку это не выгодно. Мэш же станет главой, Кодекс и все мы встанем на его сторону.

– Так давай ему расскажем, что он верум. Я уверена, он обрадуется! – Лиза даже запрыгала от радости.

– Смотри, не навернись! – вовремя предупредил Гадриэль девушку, которая с дорожки очищенной сошла. – А Мэшу мы ничего говорить не будем!

– Но почему?

– Незачем бешенному коту сообщать о том, что он вообще-то тигр. Пока он не знает, что он верум, мы все спим спокойно. Да и для него все это опасно. Убьет его Дарк и дело с концом. Тут надо все с умными людьми обсудить, и, если это будет выгодно и разумно, только тогда говорить Мэшу, кто он и выставлять его против Дарка. А таким вот: «А давай ему расскажем!» – Гадриэль спародировал Лизу и даже попрыгал. – Мы хуже сделаем. И ему, и себе, и всем.

– Спокойно мы будем спать, когда вы с ним помиритесь. А тот факт, что ты сейчас подумал о его безопасности, говорит, что еще не все потеряно. Вот сейчас в коттедж вернемся и предлагаю устроить совместный завтрак. А потом и помириться можно.

– Не буду я с ним мириться!

– Ну, вы же не такие и разные. Оба верумы, оба вспыльчивые, оба упертые как бараны. Да из вас лучшие друзья выйдут.

– Не выйдут! И друзья у меня уже есть. Вар и Витиум.

– Будет третий. Мэш.

– Хватит мне этого урода навязывать! Не буду я с ним дружить. Мне и тебя хватает. Ты одна, а мозг выносишь как за троих.

– Да почему ты не хочешь с ним помириться?!

– Да потому что он маму мою убил! – выпалил Гадриэль, глаза которого вдруг стали полностью черными, что напугало девушку. – А мне потом голову ее преподнес.

Лиза замерла, осознавая услышанное.

Убил. Одно слово. Четыре буквы и ужасный смысл. Всего одно слово, которого достаточно для того, чтобы разбить сердце.

– Что? Не ожидала такого? Думала, он такой весь из себя бэдбой с добрым сердцем, а ты та самая, которая его изменит? – осведомился Гадриэль, который не хотел раскрывать секрет, потому что это было только между ним и Мэшем. Все остальные считали, что они ненавидят друг друга из-за стычки в «Псарне». – Так нет, Лиза, ты ошибаешься, это не сопливый фильм для девочек школьного возраста. А Мэш – не парень с тяжелой судьбой. Он – тварь, для которой нет ничего святого. Он каким-то образом получим доступ к моим воспоминаниям, хотя он закрыт. У меня, конечно, он есть, но другие кустодиамам о моем прошлом узнать не могут. Только я сам рассказать могу и то не значительные мелочи. А он как-то узнал, кто моя мама и где она живет. И убил ее. Так что в следующий раз, когда будешь ему улыбаться и позволять целовать себя, вспоминай о том, что я тебе сейчас сказал. А теперь топай в коттедж, вон он уже виден. Мне пройтись надо.

– Твои глаза… – Лиза решилась обратить на них внимание.

– Нормальные они. Скоро пройдет! – злобно ответил Гадриэль, которому требовалось прийти в норму. – Все. Топай.

– А тренировка? – жалобно спросила Лиза, которая не хотела оставаться один на один с ужасной новостью о Мэше и самим Мэшем.

– Обойдешься сегодня без нее. Потренируй лучше воздержание от общения с малумом!

Лиза опустила голову и побрела в коттедж, размышляя о том, какая же она дура. А Гадриэль отвернулся от девушки и быстрым шагом отправился в лес, думая о том, что сегодняшнее утро подкинуло ему парочку неприятных сюрпризов. И один из них указывал на то, что Гадриэлю не долго осталось гулять по Алтайским лесам.

Глава 8

Гадриэль шерстил ведьм и колдунов, чтобы выяснить хоть что-то о том, кто организовал нападение на маленького кустодиама. Но темные не жаждали с ним общаться и тем более не собирались раскрывать свои тайны. Если малумов они терпели из-за взаимовыгодного сотрудничества, потому что Дарку всегда было что им предложить, то бонумов не подпускали к себе даже под угрозой смерти. И потому встречи Гадриэля с ведьмовской братией устраивал для него малум Карро, с которым бонум поддерживал приятельские отношения. Карро с Гадриэлем нельзя было назвать друзьями, но оба стояли во главе беллаторов и были заместителями глав кустодиамов, потому встречались по работе и обменивались сведениями. Порой они общались в неформальной обстановке в клубе «Псарня», принадлежавшем Карро, где договаривались об одолжениях, не входящих в стандартный протокол. Например, о личной беседе Карро с лояльными бонумами гамаюн – птицами-провидицами, в обмен на беседу Гадриэля с лояльными к Карро колдунами.

Но заканчивались беседы Гадриэля с ведьмами и колдунами одинаково: ночью проведенной в лазарете. Убить кустодиама темные не имели права, но калечили с огромным удовольствием несмотря на то, что расплачивались за это «блокировкой» способностей на несколько месяцев, а то и лет. Ведьмовская братия знала, что Гадриэль их ненавидит, потому отвечала взаимностью, понимая, что их глава – Ирида останется довольна. Самую могущественную ведьму с Гадриэлем связывала давняя вражда и ее подопечные с удовольствием измывались над беллатором. Блокировка была пустяковым наказанием по сравнению с наградой от ведьмы. В холодной войне между Гадриэлем и Иридой мог выиграть лишь один и колдуны ставили на верховную ведьму, прекрасно зная, что она обязательно найдет способ отомстить ненавистному беллатору. Вот и этой ночью Гадриэль ворочался без сна в лазарете, отращивая два пальца на правой ноге, три на левой руке и сращивая два поломанных ребра. Он решил отказаться от общения с ведьмами, потому что полезных сведений от них все равно не было. Были только травмы и ранения, восстановление которых укладывало его в лазарет. А в этот раз еще и откидывало в расследование убийства на несколько дней. Гадриэль чувствовал, что пора сменить тактику и призвал на помощь чтение, помогавшее ему переключиться, а потом под новым ракурсом взглянуть на проблему.

Гадриэль отличался не только физической силой и скоростью, присущей всем беллаторам, но и интеллектом, потому осознавал, что противник опасен и ведет свою игру, прикрываясь людьми. И имеет не только магические способности, но и хорошее финансирование, позволяющее нанимать людей без моральных принципов. Не нравилось Гадриэлю и то, что «загадочный кукловод» был излишне осведомлен о новичках и их талантах. Можно было, конечно, списать присутствие собак, на которых не действовал морок, который мог наводить убитый мальчишка, на случайность, но Гадриэль в подобные совпадения не верил. Он пока не понимал, с кем имеет дело и почему дерево, которое вдруг решило помочь, назвало его очень редким существом, которого оно никогда не видело. Но хотел верить, что сможет все выяснить и Михаил, который впал в панику после первого убийства, не помешает.

Гадриэль вообще не понимал, как такой, как Михаил мог стать верумом и главой кустодиамов. Он не был воином и точно не подходил на роль полководца, руководящего бонумами в войне с нечистью. Единственное, на что он был способен – это прятать лысину под кепкой и отращивать живот, сидя за рабочим столом и поглощая огромное количество булочек. Но Витиум раскрыл ему тайну, что Посвящение Михаила и Амалиэля – необычная история, потому что они проходили его одновременно, как близнецы. И когда выскочил меч, знаменующий появление верум беллатора, не было понятно, кто именно из двоих братьев верум. Просто Амалиэль подтолкнул к нему Михаила, сказав, что верум – это он. А сам сразу же после Посвящения отпустил неряшливую бороду, нарядился в не свойственный его стилю бежевый балахон и скрылся между библиотечных стеллажей. Вот так Михаил и стал главой и семьдесят четыре года пробыл им. А потом свершилось долгожданное чудо: Колодец Истины признал нового верум беллатора.

Витиум рассказывал бонуму, что улыбка Михаила на его обряде Посвящения была куда шире, чем у самого Гадриэля. Глава обрадовался, что скоро отдаст обременительные бразды правления в новые руки. Но прошло почти двадцать пять лет с момента появления Гадриэля, а Источник все не назначал его новым главой. Хотя фактически, именно Гадриэль управлял Заставой и бонумами. Первые недели после посвящения Гадриэль не особо понимал, какие обязанности прикладываются к званию верума, помимо усиленных навыков воина, некоторых магических пассов, битвы с пожирающей Тьмой и призыва древнего артефакта – меча Михаила. Но спустя два месяца Михаил пригласил Гадриэля к себе и сообщил о начале подготовительной программы. А когда Гадриэль узнал к чему именно его буду готовить, то в полной мере осознал какое бремя на него легло. Двадцатилетний парень, который толком и жизни не видел, должен был стать главой кустодиамов и защитой для людей от темных тварей и магических существ.

После того, как первый шок спал, Гадриэль дал согласие на старт подготовки. Вот только Михаил был так себе наставник. Он и сам с трудом руководил Заставой, потому больше рассказывал преемнику о работе кабинетной, нежели о реальных действиях. Но Гадриэль быстро сообразил, что глава – это не мужчина в белоснежном кабинете, который подписывает бумажки, да на торжественные приемы, потому подыскал себе другого наставника. Им стал Витиум – наставник и глава беллаторов, заступивший на службу еще до появления в рядах кустодиамов Михаила. Именно Витиум – огромный шрамированный бритоголовый воин с грустными голубыми глазами много лет делал всю черную работу, чтобы Михаил не запятнал свой светлый костюмчик. В подразделении Витиума царила железная дисциплина, поэтому беллаторы были гордостью бонумов. В отличии от обсерваторов, которые без дела шатались по Заставе, да были на побегушках у всех, кому не лень, и трех замученных предикторов, которые отвечали на бесконечные вопросы Михаила о будущем и его вариациях вместо того, чтобы заниматься реальной помощью людям.

Витиум сразу согласился стать наставником Гадриэля и не только потому, что недолюбливал Михаила, к которому обращался только «Мишаня» и никак иначе. Закаленный в боях воин считал, и не без основательно, что за период руководства Мишани бонумы отбились от рук, а работу свою делали из рук вон плохо. Во всех отделах, кроме подразделения Витиума, царил такой же хаос, как и в голове Мишани. В лице же Гадриэля Витиум видел реальную возможность все изменить. Но для того, чтобы сотворить лучшую версию бонумов и вернуть им авторитет, Витиуму предстояло сотворить лучшего главу, потому нового подопечного он не щадил. Тренировки Гадриэля были куда более изнуряющими, занятия куда более углубленными, а сон куда более коротким. Зато знания он получал куда более секретные, знакомства водил куда более высокие, а полевая работа его была более стоящей. Витиум не был наивным мечтателем как Мишаня и считал, что мужчина закаляется в бою, потому привлек Гадриэля к реальной работе и брал его с собой на места преступлений.

Пока Мишаня всего лишь читал очередной отчет о том, что распоясавшаяся ведьма выкрала и убила младенца, суккуб до смерти залюбил наивную девочку, отобрав ее жизненные силы и оставив после себя ссохшееся тело, а русалки утопили несчастного заплутавшего путника, Гадриэль все это видел. Он поражался тому, как быстро высыхали слезы на лице убитой горем матери-одиночки, которой малумы стирали память и заменяли воспоминания. Присутствовал при наложении чар на тело и лицо несчастной девушки, чтобы ее родные посчитали, что она мирно уснула и больше не проснулась из-за сбоя сердца. Именно Гадриэль вылавливал из русалочьей заводи разбухший труп заплутавшего юноши и помогал перенести его в реку, откуда его будто случайно приносило течением к деревеньке, по которой быстро расходился слух о попавшем в сети мертвеце. Он сидел в первом ряду на всех судах над темными, которые Михаил так ни разу и не посетил, отправляя Витиума. Тот же Гадриэль восхищался Витиумом, которому хватало мужества спорить с Дарком и выбивать для преступников положенные наказания. И только Гадриэль, но никак не Михаил, помогал Витиуму в Центре помощи сверхъестественных существам разъяснять волшебных тварям, что знакомиться с людьми – не самое лучшее решение.

Гадриэль мог по три часа растолковывать единорогу, что нельзя являться маленьким девочкам, даже если они приманивают тебя любимыми шоколадными конфетами и фиолетовыми ленточками, и тем более нельзя рассказывать им обо всех существах, что живут за Завесой. Это Гадриэль кидал Зов провидцу, чтобы тот явился и показал единорогу все печальные последствия такого знакомства для девочки, которую сначала посчитали бы милой фантазеркой, потом не повзрослевшей выдумщицей, затем странной чудачкой без друзей, а под конец городской сумасшедшей, которую упекли бы в психиатрическую клинику, из которой она бы так и не вернулась. А после именно Гадриэль обращался за помощью к стирателю малумов, который убирал девочке все воспоминания о необычной и приятной, но такой губительной для будущего, встрече.

Все это служило лучшей мотивацией для Гадриэля и вдохновляло на обучение куда больше слов Михаила, что глава бонумов – почетное звание и статус, дающее ряд привилегий. Тем более никаких привилегий давно не было. Бонумы утратили свой статус, чего Михаил, естественно, не желал замечать. Как и того, про произошло это по его вине. Ведь это Гадриэль и Витиум, а не сидящий в кабинете Михаил, сталкивались с пренебрежением к бонумам. Это Гадриэль и Витиум видели, как малумы оттеснили бонумов и забрали все их полномочия. Именно Гадриэль и Витиум добивались права снова вести расследования наравне с малумами, а не быть лишь наблюдателями.

Гадриэль, а никак не Михаил, после договора с малумами, создал лучший отряд для расследований, еще и технический отдел ему в помощь организовал. Он же вытребовал у Дарка разрешение и прошел обучение у малумов на стирателя памяти, а после обучил этому трех лучших беллаторов. Гадриэль расширил штат предикторов от привычных трех до тридцати, даже обращался за благословением и помощью к крылатым девам гамаюн, с королевой которых дружил Витиум. И гамаюн, умеющие читать будущее по нитям вселенной, указали на новых предсказателей. И Гадриэль каждого нашел лично.

Благодаря такому важному шагу, Гадриэль и Витиум владели полной картиной будущего и могли делать мир лучше не только на словах. Отдел предсказаний позволял оперативно не только выезжать на места преступлений, успевая поймать виновного, но предотвращать эти самые преступления. Смертность среди людского населения была понижена до рекордных двадцати семи тысяч трехсот семнадцати человек в год, и это вместе с теми, за чьи гибели были «ответственны» малумы, точнее Дарк, который позволял слишком многим темным творит, что вздумается. Эта цифра была даже меньше, чем количество смертей из-за ДТП, уносящееся почти по полтора миллиона людей в год, и включала в себя жертв из Поезда Нечисти. Таких показателей до этого момента не добивался никто и никогда. Это стало заслугой отдела предикторов, Витиума и Гадриэля, хотя приписали ее Михаилу.

Расширенный отдел предсказаний бонумов, а также суровая политика наказаний Витиума, которую продолжил Гадриэль, за пару лет помогли свести на нет встречи людей с магическими существами и темными тварями, которые выходили из Завесы. Драконы, единороги, упыри и оборотни окончательно перекочевали из реальности на страницы книг и экраны телевизоров. Предикторы помогли Гадриэлю и Витиуму расширить сферу влияния и наладить контакты с малумами, перейдя от открытой конфронтации к холодному, но все же вежливому взаимодействию. Были четко очерчены обязанности бонумов и малумов, поделены сферы влияния и задачи. Теперь бонумы не просто регистрировали всех светлых существ, приглядывали за спокойствием людей, да чистили места преступлений и изредка появлялись на тех, что смог предсказывать скудный до расширения штат предикторов. Они активно предотвращали преступления, реально помогали людям сохранить жизни, вернули себе былое уважение среди магических существ, темных тварей и даже некоторых малумов. Благодаря наводкам предикторов, а также новой современной системе вооружения и обучения Витиума, бонумы утихомирили междоусобицы между сверхъявственными существами, а после приструнили их самих, подписав мирные договоры. Многим волшебным существам нововведения Гадриэля помогли найти безопасный дом и перестать жить в бегах. Но самое главное – была налажена судебная система, состоявшая теперь не только из одного мистера Дарка, а из Совета Двенадцати Старейшин, который избирался раз в десять лет и состоял наполовину из малумов, наполовину из бонумов.

Гадриэль с Витиумом навели порядок и в самой Заставе, поделили бонумов на отделы и четко прописали должностные инструкции. Благодаря их совместной работе появились и новые полезные отделы, отвечавшие за снабжение, вооружение, технические новинки и даже расселение и адаптацию новичков. Но самое главное – перестали быть потерянными сами бонумы.

Обсерваторы больше не слонялись без дела, а стали полноправными помощниками. Каждый из них отвечал за выделенный «квадрат» – закрепленную за ним территорию. В задачи обсерватора входило наблюдение за своим квадратом и населяющим его людьми, тварями и существами, а также сохранность всех их. Больше обсерваторы не были наблюдателями, фиксирующимися событиями. Они знакомились со всеми проживающими на территории существами и пристально следили за самыми подозрительными, почаще с теми встречаясь. Работа обсерватора проходила не только перед монитором в отведенных им офисах в центральном крыле Заставы или у ноутбука в своей квартире, но и в реальности. В самые пиковые часы, когда проживающие на закрепленной территории существа были наиболее активны, например, в полночь у оборотней или в три часа ночи у ведьм, обсерваторы лично находились на вверенной им территории, что в разы снижало желание «пошалить» у темных существ. Тем более обсерваторы в такие пиковые часы были вооружены не только кустодиамскими клинками, но и пистолетами с серебряными пулями, а еще имели право наносить не смертельные раны нарушителям Кодекса Кустодиамов. Плюс была возоблена нормальная работа Центра помощи сверхъестественных существ и часть обсерваторов работали там, помогая светлым тварям. А часть их них помогали в обновленном Корпусе Возрожденных, потому что один Амалиэль с новичками не справлялся.

Предикторы тоже почувствовали свою пользу и перестали быть тремя отщепенцами, замученными вопросами Михаила. Расширенный штат предсказателей получил самый классный офис и интегрировался в команду беллаторов, работая вместе с воинами слаженной командой, дающей максимально эффективный результат. Они стали реальной гордостью и опорой бонумов в борьбе за безопасность людей.

Ну а беллаторы стали еще более подготовленными и сильными воинами, ведь Витиум разработал продвинутую систему тренировок и постоянно обучал своих ребят все новым и новым навыкам, а еще значительно расширил их оснащение, вытребовав у Мишани не только самое современное оружие, которое постоянно обновлялось, но и танки. Причем серьезное обучение самозащите и тактикам ведения боя он пролоббировал и для обсерваторов. Те часто оказывались на передовой без навыков даже рукопашного боя, и даже со своим кустодиамским клинком толком не умели обращаться, не то, что с огнестрельным оружием. Вот и гибли в большом количестве, видимо потому были самой многочисленным подразделением. А благодаря работе с ними Витиума и Гадриэля смертность среди обсерваторов упала с 37 до 3 процентов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.