Массмедиа в условиях глобализации. Информационно-коммуникационная безопасность

Монография

Под общей редакцией
доктора политических наук, профессора
В. И. Василенко

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 32:316.77

ББК 74.204

М31

Авторы:

В. И. Василенко — д-р полит. наук, проф., заместитель заведующего кафедрой истории российской государственности факультета государственного управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ;

В. В. Василенко — канд. психолог. наук;

Р. Н. Мамедов — соискатель Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ;

А. Г. Потеенко — канд. полит. наук.

Рецензенты:

Р. Г. Пихоя — д-р истор. наук, проф;

В. А. Михайлов — д-р философ. наук, проф.

В монографии рассматриваются вопросы массмедиа и состояние безопасности медиасреды в современных условиях. Актуальность исследования обуславливается новыми тенденциями формирования качественных характеристик массмедиа. Особое внимание уделено анализу информационно-коммуникационной безопасности в системе национальной безопасности России. Показана роль массмедиа в информационных войнах, возможности и пути нейтрализации угроз информационной безопасности. Представлена структурно-функциональная модель обеспечения информационной безопасности.

Предназначено для государственных и муниципальных служащих, управленцев всех уровней, работников системы науки и образования, средств массовой коммуникации, принимающих участие в разработке и реализации управленческих решений в сфере массмедиа, а также в преподавательской и научно-исследовательской деятельности.

УДК 32:316.77

ББК 74.204

© Коллектив авторов, 2014

© ООО «Проспект», 2016

Введение

Актуальность настоящей работы обусловлена новыми тенденциями в формировании качественных характеристик массмедиа. Рождается принципиально новый информационный мир с новыми социальными характеристиками. Поскольку «информация представляет собой главный движущий фактор самоорганизующихся систем любой природы, включая и социальные», она определяет развитие эволюционных процессов, структуру и устойчивость возникающих при этом природных, социальных и искусственно создаваемых человеком систем, что определяет интенсивность и организацию информационного обмена. Именно эти характеристики определяют качество информационно-коммуникационных процессов, под воздействием которых происходят социальные изменения. Нелинейный характер представления информации — гипертекст, гипермедиа, схемы, графики, фотографии, отображение связей и отношений между частями информации, размещенной на многих компьютерах мира, во всемирной паутине, выступает особым видом коммуникации, особая форма организации передаваемых и порождаемых коммуникацией смыслов¹. Благодаря интерактивности новых информационных технологий сегодня каждый, имеющий доступ в сети, может выступать как отправителем сообщения в органы государственного и муниципального управления, так и получателем информации от них через сайты или электронную почту. Сегодня в отличие от традиционных массмедиа, где получатель информации не участвует в конструировании сообщений, гипермедиа наводняется активными пользователями.

«Современные массмедиа учатся производить не только информационные сообщения, но и сообщения-коммуникации… на практике любые информационные модули обладают и информационными, и коммуникативными свойствами… Информационно-коммуникативные потоки и массивы интертекстов являют собой своеобразную модель последовательности случайных и регулярных интервалов времени сигналов в виде несущих читателю макродинамических коммуникативных процессов параллельные смыслы интертекстов².

Если в классической модели коммуникации Лассуэла важнейшим элементом являлось определение того, кто передает, то теперь в гиперкоммуникациях важнейшим элементом является тот, кто отбирает информацию и перерабатывает. Одна из опасностей средств массовых коммуникаций, функционирующих в данной медиасреде, кроется именно здесь. Те, кто отбирает информацию и перерабатывает, могут оказаться главным источником, который заинтересован «задушить тот или иной источник информации». Стоило только приоткрыть бывшему сотруднику ЦРУ … завесу над секретностью слежения спецслужб США над теми, кто перебирает и обрабатывает информацию среди пользователей органов управления различных стран, этому источнику информации незамедлительно стали угрожать арестом и расправой. В то же время в силу нелинейности информационных процессов государству становится все труднее противостоять процессам распространения негативной для него информации.

Сегодня Интернет наряду с другими средствами коммуникации обеспечивает функционирование государственных учреждений. Сам Интернет в целом никому конкретно не принадлежит. Не существует некой административной инстанции, которая в глобальном масштабе могла бы что-то разрешить или запретить. Все это осуществляется общественно-координационными усилиями. Все желающие акторы участвуют во всемирных форумах по организации развития интернета, предлагая пути решения проблем на глобальном и локальном уровне. А затем на уровне государств идут сложные процессы формирования информационного права. Однако законодательные и административные меры не могут решить все проблемы Интернет-коммуникации. Идет поиск новых форм институционального регулирования. Интернет-сообщество на глобальном уровне предлагает различные подходы, не желая ограничивать свободу доступа к информации, избегая жестких мер законодательного регулирования. Одним из направлений является соблюдение принципа саморегулирования этики поведения, принятие кодекса информационной этики — Нетикета — аналога кодекса чести журналиста.

Фактором, способствующим удержанию метасистемы «личность — общество» от распада в условиях разрушения традиционных моделей социального контроля, является развитие информационной культуры. «Информационная культура находит свое проявление, во-первых, в умениях и навыках оперирования профессиональной информацией; во-вторых, в понимании всеобъемлющих законов информационного развития с целью построения комфортных и эффективных взаимоотношений с окружающей информационной средой; в-третьих, способности к саморегуляции и самоанализу (рефлексии) собственного информационного поля и информационного поведения; в-четвертых, в продуктивной переработке репродуктивно воспроизведенной информации»³.

Сегодня информационные потоки захлестывают не только руководителей, принимающих решения, но и всех, кто функционирует в медиапространстве. Те, кто читает, слушает и смотрит распространяемый в массмедиа контент, подвергаются опасности информационной агрессии в их адрес. Реципиенты, которые в состоянии вычленить из информационного потока ложь и правду, а также умеющие сделать правильные выводы из полученной информации, в состоянии противостоять медиаугрозам. Остальные же объекты медиавоздействия нуждаются в защите от негативного воздействия массмедиа. Речь идет фактически о координации двух противоречивых тенденций — «целенаправленной работе по формированию нового информационного пространства, которое создавало бы условия для приращения разумности человека, увеличения степеней свободы личности и отдельных социальных групп, расширяя их возможности активно участвовать в глобальных процессах, повышая значимость отдельных личностей и их влияние на социальные процессы», но в то же время обеспечивало безопасность личности, государства и общества, уменьшая воздействие негативных аспектов. «Знание законов, по которым формируется и самоорганизуется культурное ядро человеческого сообщества, применение технологий формирования направлений тенденции развития культурного ядра, информационной культуры социальных сообществ позволяет влиять на трансформацию и создание новых долговременно живущих параметров порядка, которые будут задавать образцы поведения индивидов и способ их мышления на практически безграничной территории»⁴. Исходя из изложенного выше, исследование проблем обеспечения безопасности как самих средств массовой информации, так и их аудитории от нежелательного воздействия массмедиа является чрезвычайно актуальной.

В последние годы опубликовано большое количество работ по различным аспектам информационных отношений, преимущественно рассматривающие технические и другие частные вопросы, связанные, например, с проблемами компьютерной преступности, сохранности информации. Но все больше исследователей и практиков обращают внимание на необходимость активной разработки социально-правовых аспектов проблематики информационной безопасности личности, общества и государства⁵. Сама логика общественного развития выдвигает эти проблемы в число первоочередных. Это обусловлено тем, что без их решения невозможно дальнейшее устойчивое общественное развитие и обеспечение безопасности личности, общества и государства в политической, экономической, социальной, духовной, военной и других областях. Интенсификация процессов информационного обмена в современном обществе требует комплексного рассмотрения теоретико-методологических и практических аспектов информационной безопасности. Представленный в работе теоретико-методологический подход и материалы практического его применения могут стать основой для дальнейшего углубленного и детального изучения проблем информационно-коммуникационной безопасности.

Глава 1. Массмедиа и современная медиасреда в контексте информационной безопасности

1.1. Массмедиа в условиях глобализации

В ХХ в. появились новые угрозы для общества, связанные с резким ростом сложности общественных процессов под влиянием интенсивного развития информационных технологий, обусловивших многообразие новых форм коммуникации. Глобализация информационного пространства и формирование сетевой структуры информационного социума освоения привели к созданию качественно нового социального ландшафта. Интернет как основной элемент инфраструктуры информационного общества фактически превратился в публичный ресурс глобального масштаба, требующий новых подходов. В современном мире формируется единый планетарный комплекс информационных ресурсов планеты. Открывается поле для восприятия информации всем населением земли.

Обратимся к сравнительно недавней истории данного процесса. В начале 1980-х гг. Й. Масудой был введен в научный оборот термин «информационное общество», положивший начало одноименной теории⁶. Теория информационного общества разрабатывалась в трудах таких зарубежных авторов, как У. Дайзард, Т. Стоуньер, Э. Тоффлер, А. Турен⁷, отечественными учеными Р.Ф. Абдеевым, Л.А. Василенко, В.Л. Иноземцевым, А.И. Ракитовым, А.Д. Урсулом⁸. Информационное общество определяется как общество, где информатизация предоставит людям доступ к надежным источникам информации и избавит их от рутинной работы, обеспечив высокий уровень автоматизации производства. Производство информационного продукта, а не продукта материального, по мнению авторов, будет движущей силой становления и развития общества.

В настоящее время термин «информационное общество» не имеет однозначного толкования ни в западной, ни в отечественной литературе. На наш взгляд, важной является новая научно обоснованная интерпретация данного понятия с тем, чтобы адекватнее оценить тенденции развития информационного общества. Становление информационного общества является предпосылкой для эволюционного перехода к следующей стадии развития человечества, технологическим фундаментом которой является индустрия создания, обработки и передачи информации, производства интеллектуальных инноваций культурных стандартов. Определить понятие «информационное общество» можно как минимум четырьмя способами.

Во-первых, можно увязать становление информационного общества с реализацией концепции устойчивого развития или концепции коэволюционного развития. Например, информационное общество, как утверждает Н.Н. Моисеев, — «это такой этап истории человечества, когда Коллективный Разум становится не только опорой развития вида homo sapiens, но и объектом целенаправленных усилий по его совершенствованию»⁹. Аналогично мыслит М.А. Мунтян, который считает, что «постиндустриальное общество предстает как некая последняя «формация» в эволюционном ряду естественно-стихийного развития»¹⁰. На наш взгляд, такой подход к информационному обществу несколько сужен, хотя, безусловно, правомерен, так как новое общество не сможет утвердиться само по себе, без целенаправленного действия людей, причем людей новой цивилизационной парадигмы. В этом плане трактовка информационного общества как нового этапа истории, «новейшей истории» Н.Н. Моисеева несколько схожа с трактовкой Э. Тоффлера, Ф. Фукуямы¹¹.

Во-вторых, указав, что информационное общество — это следующая ступень в культурно-историческом развитии человечества по пути «аграрное — индустриальное — информационное» общество, предложить дефиницию типа: «информационное общество — это следующая ступень или стадия развития человечества, на котором доминирующим объектом производства и потребления становятся информационные, интеллектуальные и культурные продукты и услуги». Конечно, это не означает, что традиционные предметы потребления, производимые промышленностью и сельским хозяйством, теряют для человека свою актуальность, просто и в процессе производства, и в объеме потребляемых товаров и услуг доля «информационных» операций и продуктов начинает резко преобладать. Такое определение учитывает позицию, отрицающую прогрессивность и желательность перехода к информационному обществу, основанную на недоверии к тому, что технологии могут улучшить жизнь человека и функционирование социальных структур. В данном ключе интересным является понимание информационного общества М. Кастельсом, который дал современному обществу название — «информациональное», дифференцируя от «информационного». Он убежден и с ним солидарен автор диссертационного исследования, что термин «информационное общество» подчеркивает роль информации в обществе, но последняя имела важность во всех обществах. В противоположность этому термин «информациональное» указывает на атрибут специфической формы социальной организации, в которой благодаря новым технологическим условиям, генерирование, обработка и передача информации стали фундаментальными источниками производительности и власти¹².

В-третьих, называть нынешний период переходным, который завершится где-то в середине XXI в., когда новая глобальная цивилизация начнет развиваться на собственной основе и, возможно, обретет какое-то другое название. В частности, Ю.В. Яковец утверждает, что «это наиболее тяжелый период в истории человечества за последнее тысячелетие, ибо он отражает всеобщий кризис, агонию индустриального общества и «родовые схватки» постиндустриального, которое, выйдя из чрева уходящей цивилизации, еще слишком слабо, чтобы оказывать определенное влияние на судьбы человечества»¹³.

В-четвертых, перечислить при определении информационного общества характеристики, которые ему присущи, без конкретизации их в определении. Список таких характеристик можно продолжать в зависимости от глубины постижения сути информационного общества, но полного и исчерпывающего перечня достичь невозможно, поскольку жизнь будет постоянно вносить свои коррективы. Таким путем идет, например, Р.Ф. Абдеев, который определяет информационное общество как общество со следующими характерными чертами: сокращение числа занятых в промышленном производстве и сельском хозяйстве; рост эффективности труда происходит за счет применения передовых технологий, роботизации и повышения квалификации работающих; увеличение свободного время граждан — для досуга, повышения уровня культуры и самообразования; превращение информации в новый ресурс человечества, позволяющий создавать высокоэффективные технологии; оперирование наукоемкими технологиями с минимальным использованием сырья и энергии; распространение власти информации, что означает свободу печати, гласность, обилие общедоступных банков данных; реализация власти интеллекта благодаря жесткому отбору в руководящие звенья всех уровней наиболее подготовленных, компетентных специалистов во всех сферах; развитость системы образования и здравоохранения; успехи в области охраны природы¹⁴.

Большую работу по систематизации взглядов на концепции информационного общества провел Ф. Уэбстер. Он полагает, что можно выделить пять критериев определения информационного общества, связанных с параметрами идентификации новизны: технологический, экономический, трудовой, пространственный и культурный.

В центре технологических концепций лежит множество технологических инноваций, появившихся в конце 1970-х гг. Новые технологии — один из самых заметных признаков наступления новых времен, принимаются за признак рождения информационного общества. Имеется в виду, что технологии производства, хранения, распространения и передачи деловой, культурной и развлекательной информации становятся важнейшей частью экономики. А всеобщая компьютеризация за счет распространения и повышения доступности компьютеров, создания удобного и дружественного компьютерного контента, а также применение мобильных средств связи в глобальных масштабах является сущностью информационного общества. Становление технологической инфраструктуры обеспечивает мгновенную компьютерную коммуникацию в любое время и в любом месте, где имеется соответствующее оборудование¹⁵.

Экономический подход предполагает учет роста экономической ценности информационной деятельности. Сегодня налицо превращение социальной информации в ключевой экономический ресурс, решающий фактор интенсификации производства, ускорения научно-технического прогресса, а информационные технологии, продукты и услуги становятся основным товаром рыночной экономики. В обществе сформировалась информационная индустрия, которая включила компьютерную и телекоммуникационную промышленность, разработчиков аудиовизуального содержания и программного обеспечения, производителей элементной базы и бытовой электроники, мультимедийную промышленность. Если же в экономической сфере информационная активность превалирует над деятельностью в области сельского хозяйства и промышленности, то, следовательно, можно говорить об информационном обществе¹⁶.

Социально-трудовой подход предполагает, что человечество вступает в информационное общество, когда большинство трудоспособного населения работает в информационной сфере. Сегодня продолжается концентрация в информационном секторе экономики трудоспособного населения; модернизация старых и появление новых информационных профессий умственного труда. Поскольку «сырьем» для нефизического труда является информация (она противопоставляется физической силе, навыкам ручного труда и его «машинным» характеристикам), существенное увеличение доли труда в информационной сфере может рассматриваться как возникновение информационного общества¹⁷.

Пространственные концепции основываются на географическом принципе. Главный акцент делается на глобальные телекомуникационные сети, которые могут оказать глубокое воздействие на организацию времени и пространства. Так как такая сеть доступна всем, кто имеет соответствующее оборудование, то вполне можно вообразить общество, функционирующее на национальном, международном и глобальных уровнях, обеспечивая «информационную кольцевую магистраль» в каждом доме, магазине, университете и даже для тех, кто находится в дороге. Тем или иным способом индивиды все больше и больше вовлекаются в работу сетей, которые играют значительную роль в социальной организации¹⁸.

И, наконец, в культурных концепциях акцент делается на рост обращения символической информации в жизни человека. В обществе наблюдается активное использование постоянно растущего культурного наследия, расцвет науки, образования, искусства; развитие всемирного универсума знаний и развитие творческих, культуросозидательных способностей личности; переход от материально-потребительских ценностных ориентации к познавательным и этико-эстетическим ориентациям. Все проявления жизнедеятельности человека приобретают символический характер. Жизнь проходит в процессах обмена и получения или попытках такого обмена. Размышления о проблемах формирования имиджа и продвижения брендов помогают понять, что информационное содержание социальных отношений стало гораздо более значимым, чем когда-либо прежде. Признание взрывного роста смыслов позволяет говорить о вступлении человечества в информационное общество¹⁹.

Мы полагаем, что приведенные критерии определения информационного общества не обязательно взаимоисключающие, хотя выводят на первый план то или иное определение. Основой всех этих дефиниций, на наш взгляд, становится убеждение, что количественные изменения в сфере распространения, потребления и передачи информации привели к возникновению качественно нового типа социального устройства — информационного общества, в котором происходят качественные изменения во всех сферах общественной жизни, но в первую очередь в сфере информационного обмена.

Хотя по ряду теоретических положений концепция «информационного общества» вызывает споры, несомненно и другое: подмечены принципиально новые черты общественного развития, очерчены внешние признаки и характерные моменты образа жизни общества будущего, основы которого активно закладываются сегодня. Тот факт, что растет социальное, экономическое и политическое значение использования информации и новых информационных технологий, уже ни у кого не вызывает сомнения.

На самом же деле действительность, как всегда, оказывается значительно разнообразнее ее предварительных прогнозов. Если разобраться в теоретическом смысле понятия «информационное общество» и рассмотреть то, что реально происходит в обществе на рубеже веков, то можно прийти к парадоксальному выводу: внедрение в жизнь человека новых информационных технологий скорее удаляет нас от первоначальной концепции информационного общества. В частности, по мнению Е.П. Белинской, реальная практика воздействия новых информационных технологий на социокультурную структуру общества заключается в следующем²⁰:

1) создание новых форм коммуникаций, которые и определяют создание новых структур;

2) социальная и культурная дифференциация проходит по уровню доступа к новым информационным технологиям, а не по уровню владения знанием и информацией;

3) вместо социального программирования общество получило спорадические сетевые структуры. Рассмотрим более подробно данные социальные трансформации, чтобы выявить возможности управления в информационном обществе.

Во-первых, оказалось, что новое общество характеризуется не столько расширением возможностей накопления и переработки информации (как это представлялось в классических вариантах концепции информационного общества), сколько новыми формами коммуникации на основе новых информационных технологий. Эти новые формы коммуникации, имеющие свойства интерактивности, анонимности, ризомичности, накладывают специфику на социальное взаимодействие между людьми. Итогом распространения новых форм коммуникации стало обострение проблем информационной безопасности различных субъектов, включая само общество.

Во-вторых, значительные уточнения претерпела и вторая из выделяемых классических характеристик информационного общества, а именно определения в качестве основы социальной стратификации роли знания, отождествленное в свое время Д. Беллом с информацией. Однако сегодня скорее приходится говорить о степени доступа к информационным ресурсам и открывающимся благодаря новым технологиям возможности преднамеренного информационного влияния как основания социальной стратификации.

В-третьих, что касается последней характеристики информационного общества, состоящей в возможности программирования социальных процессов, то сегодняшняя ситуация развивается в прямо противоположном направлении. А. Турен и З. Бжезинский, пророчили развитие в постиндустриальную эру институтов технотронного социального контроля. Однако в обществе, где деятельность людей осуществляется при помощи информационных технологий, возможности технотронного социального контроля не ограничиваются разрушением централизованного управления и программирования социальных процессов, несмотря на попытки накопления и обработки данных с целью исчерпывающего знания нынешнего состояния и будущего поведения субъектов. Становление сетевых форм организации общества, и в особенности связанное с этим распространение сетевого принципа коммуникации, существенно затрудняет любое социальное программирование, поскольку сетевые коммуникации опираются на идею постоянного «достраивания» процесса²¹. Перемещение значительной части информационных потоков во всемирную cеть затрудняет контроль над ними со стороны тех или иных государственных структур. Во многом это связано с исчезновением привычных «ответственных лиц», на которых можно было бы оказать то или иное социальное давление²². Децентрализация и безличность субъекта коммуникации посредством новых технологий определенно ставит под сомнение возможность какого-либо управления им, и уж тем более программирования посредством «жесткой» регламентации.

В то же время, как справедливо считает М. Кастельс, морфология сетей выступает в качестве источника далеко идущей перестройки отношений власти. Подсоединенные к сетям «рубильники» (например, когда речь идет о переходе под контроль финансовых структур той или иной империи средств информации, влияющей на политические процессы) выступают в качестве орудий осуществления власти, доступных лишь избранным. Кто управляет таким рубильником, тот и обладает властью²³.

То обстоятельство, что средства массовой информации имеют дело с информацией, вводит исследователей информационного общества в заблуждение. Многие из них полагают, что именно средства информации являются воплощением и основным признаком информационного общества.

Часто приводится статистика, сравнивающая количество имеющихся радиоприемников, телефонов, телевизоров, факсов, в последнее время — компьютеров, в расчете на определенное количество жителей. На том основании, что этих средств коммуникаций в России меньше, чем в других развитых странах, делается вывод о серьезном отставании России от них. Тем не менее к началу нынешнего века по количеству компьютеров Россия занимала 18-е место²⁴. Мы согласны с мнением С.И. Дука, который именно данный показатель интерпретирует как проявление динамичного и активного процесса развития информационного общества в России в числе наиболее передовых стран мира.

Таким образом, особенность принципиально нового, информационного общества состоит в том, что его ведущей движущей силой становится производство информационного продукта, а не продукта материального²⁵. Концепция информационного общества прямо направлена на преодоление изживающего себя «индустриального» порядка. Ценности и структуры нового общества начали вытеснять из жизни главные признаки и приметы индустриальной эпохи: стандартизацию, специализацию, концентрацию, централизацию, максимизацию, представлявшие систему кодов прежней промышленной эры²⁶. Информация и информационные технологии все больше включаются в производственные, научные, политические, экономические, социокультурные и социальные технологии. Активно развивается социальное пространство Интернет. В своей совокупности эти достижения коренным образом изменили жизнь общества, выдвинув на передний план информационную деятельность, связанную с производством, потреблением, трансляцией и хранением информации, усложнив и трансформировав пространство жизнедеятельности человека.

С переходом к информационному обществу, превращением информации в одно из решающих средств производства работники, связанные с переработкой информации, становятся ведущей социальной силой. Как отмечает В. Егоров, с превращением информации в одно из решающих средств производства и ее перспективой определять лицо будущего общества информация и ее использование начинают обосабливаться в самостоятельную, а затем и определяющую сферу — инфосферу, а связанные с ней работники в ведущий социальный слой — инфострат²⁷. Интернет выступает в качестве фактора, повышающего организованность этого социального слоя, резко улучшая мобильность социальных структур за счет быстроты коммуникаций²⁸. Повсеместное распространение Интернет предполагает, что у каждого индивида есть доступ к сети (в современном понимании — это персональный компьютер, терминал или какое-либо карманное устройство). Каждый, таким образом, получает доступ ко всему объему информации, находящемуся в Интернете. С другой стороны, простота и доступность средств создания информации делают каждого такого субъекта потенциальным автором. Таким образом, каждый субъект, являясь одновременно и потребителем, и автором информации, имеет доступ к любому другому субъекту, т. е. каждый имеет доступ к каждому.

Одной из важнейших особенностей перехода к информационнной эпохе являются социальные медиа, сети, включающие в себя как профессиональные интернет-СМИ, так и неформальные социальные сети, связывающие между собой людей, институты и государства. Возникли новые социальные группы, новая идеология, формируется новый психо- и социотип жителя планеты XXI в. Процессы производства и распространения информации привели к формированию новой сферы общества, получившей имя, производное от терминов «информация» и «коммуникация» — информационно-коммуникационная. В массовом обществе сообщение не является самостоятельным системообразующим элементом информационной системы. Таким элементом становится коммуникация. Сегодня наступает эра фундаментальной децентрализации коммуникаций, осуществляемая с помощью массмедиа²⁹.

К традиционным массмедиа — прессе, радио, телевидению — добавились мобильная связь и Интернет. Сегодня идет построение глобальных сетей, разработка технологий виртуальной реальности и других информационно-телекоммуникационных технологий. Всемирная информационная паутина не имеет ни физических, ни географических, ни административно-государственных, ни цензурных границ. Государство становится только одним из акторов коммуникативного пространства. Оно не всегда выступает ведущим актором в силу того, что глобальные информационные коммуникации не имеют национальных границ и иерархизируются по другим основаниям.

Сложность происходящих процессов обусловлена тем, что:

— информационное общество стремительно «взрослеет», коммуникативные процессы ускоряются, формируется общее смысловое пространство, оформляются процедуры смыслового согласования понятий, в котором массово участвуют многие индивиды (феномен Википедии — яркий пример данной тенденции);

— обновляется пространство общеупотребимой лексики: широко стали использоваться многие специальные понятия — массмедиа, информационная культура, информационная безопасность, медиаобразование, креативность, рефлексивное управление, манипулятивное воздействие и др.;

— междисциплинарная информационная среда привела к размыванию, проницаемости лексических границ различных отраслей знания, изучающих человека и общество: социальной философии, коммуникологии, социологии (и, в частности, социологии массовых коммуникаций), психологии, каждая из которых интенсивно стала исследовать проблемы воздействия СМИ на индивидуальное и массовое сознание³⁰. Последний аспект имеет две стороны медали. С одной стороны, терминологическая вариативность создает условия для выражения уникальных оттенков зарождающихся новых смыслов как отражения формирующихся социальных реальностей через использование лексических единиц (варианты терминов, синонимы и т. п.). С другой — терминологическая многозначность, когда один термин включает много значений, приводит к искажению коммуникаций и непониманию между коммуникантами, что выражается в порождении многочисленных вариантов согласительных процедур и новых типов посредников, определяющих диалоговые механизмы взаимопонимания.

Последняя особенность ярко проявляется в толковании терминов «медиа», «массмедиа» и «безопасность» — базисных терминов рассматриваемой темы. Относительно новое понятие «медиа» переводится на русский язык во всем своем смысловом многообразии: посредник, СМИ, канал коммуникации. Дополнение к нему слова «масс» свидетельствует об отражении в смысле получившегося сложного слова широкого участия в коммуникативном взаимодействии множества акторов. Дополнение данного понятия словом «масс» свидетельствует об отражении в смысле получившегося сложного слова широкого участия в коммуникативном взаимодействии множества акторов, широкой аудитории. Включение в этот лексический ряд технологического компонента — системы технологий и институтов, централизованно распространяющих информацию широкой аудитории, — неизбежно порождает смысл массмедиа как одной из форм выражения и развития массовой культуры в коммуникативном процессе. Стремительное развитие информационных технологий и рост числа каналов коммуникации привел к толкованию массмедиа как своеобразного аналога СМИ с более широким спектром коммуникаций — средств массовых коммуникаций (СМК), включая телевидение, прессу, радио, интернет, кино, полиграфию, процессы хранения и воспроизведения аудио- и видеоданных, другие средства трансляции коммуникативных символов и значений.

Сейчас, когда сложилось общее представление об информационном обществе, стало понятно, что его ресурсы содержат в себе как созидательную, так и разрушительную энергию, что вызвано с усложнением социальных процессов и социальных структур современного мира. Идет поиск регуляторов, позволяющих и овладеть, и использовать, и защититься от информации, введенной в систему современных технологий, и вовсе не обязательно информационных. Результаты таких процессов будут иметь столь решающее значение для развития человеческого общества, что социально-правовой аспект информатизации должен быть постоянно в поле зрения органов власти и, несмотря на важность технической, технологической и прочих сторон информатизации, именно ему должен быть отдан приоритет при решении проблем развития информационного общества.

Существуют определенные различия в понятийном аппарате, в подходах к выделению структуры и основных составляющих информационного поля у различных авторов. В то же время анализ существующих подходов позволяет выделить некоторые основные положения, разделяемые по своей сути многими специалистами в этой области и которые могут быть достаточно эффективно использованы при рассмотрении проблематики информационной безопасности.

Генеральное направление мирового развития на ближайшее десятилетие XXI века связано с построением информационного общества. Впервые в истории человечества решается задача общей интеграции информационных ресурсов: создание глобальной информационно-телекоммуникационной среды на базе Интернет и мобильных телекоммуникационных систем. Поскольку единое информационное пространство требует унификации информационных и телекоммуникационных технологий всех стран — субъектов информационного сообщества, а необходимая сегодня степень информатизации может быть достигнута лишь в обществе с высоким научно-техническим и промышленным потенциалами и достаточным культурно-образовательным уровнем населения.

В частности, в 2000 г. на саммите в Окинаве была принята Хартия глобального информационного общества, в которой предусматривалось, что промышленно развитые страны берут на себя обязательство оказать помощь бедным государствам и предоставить им доступ к новым информационным технологиям³¹. Страны-лидеры в использовании информационных технологий и услуг проявляют самую «трогательную» заботу и участие в формировании и развитии российского сегмента глобальной информационно-коммуникационной среды. Опыт показывает, что деятельность, которая приводит к господству в идеологической сфере и так называемой сфере смыслов всегда начинается с экономических акций, с проникновения иностранного капитала в сферу массмедиа и информатизации. Представляется, что тщательному анализу подлежит установление точных объемов явных и неявных иностранных инвестиций в российские массмедиа и телекоммуникационную инфраструктуру. Выделяя социально-политический аспект этой проблемы, следует заметить, что произошедший в ходе распада СССР разрыв эпох и поколений уже причинил российской государственности колоссальный урон. Происходит разрушение менталитета и самобытности российского общества. В образовавшийся вакуум уже хлынул поток западной пропаганды, призванной вестернизировать общественное сознание россиян, подготовить их к восприятию идеи периферийности России.

Традиционные СМИ (пресса, телевидение, радио), преодолевая односторонность массового информирования, но сохраняя собственную обособленность, оказываются поглощенными системой массовой коммуникации. Интернет как современная технологическая база информационно-коммуникационных потоков, становится эпицентром развития современной системы массовой коммуникации. Изменение базовых принципов организации жизнедеятельности в информационном обществе привело к модификации человеческого поведения, поскольку освоение информационно-телекоммуникационных технологий — это освоение новой коммуникативной среды со специфическими средствами деятельности в ней. В этой среде человек прежде всего это активный социальный субъект. Он выбирает и каналы коммуникаций, и тематику общения, которые соответствуют его запросам, потребностям и возможностям.

Наступил конец классических массмедиа. Это связано с тем, что масса перестала ныне безмолвствовать. Аудитория сегодня активно «атомизируется», самосегментируется и ориентируется не на любые средства массовой информации, а лишь на наиболее близкие. Если традиционные массмедиа — это коммуникационная система с односторонней связью, то информационно-телекоммуникационные технологии дают возможность для двустороннего, интерактивного общения людей в режиме реального времени. В связи с этим можно представить сложившуюся ситуацию следующим образом: с одной стороны, человеку предоставляется потенциально неограниченный круг общения и информационного обмена, а с другой — этот круг замыкается на довольно узком, но при этом, следует заметить, и наиболее близком для данного человека секторе. Налицо реальные возможности для свободного выбора предпочтительного круга интересов и общения³². В итоге в обществе формируется единая среда, которая включает в себя субъектов информационной деятельности (источники и адресатов) и систему массовых коммуникаций.

Невозможно представить себе электронное средство массовой информации без соответствующих средств трансляции.

Понятие «массмедиа» переводится на русский язык во всем своем смысловом многообразии: средства массовой информации (СМИ), посредник, канал коммуникации. Дополнение данного понятия словом «масс» свидетельствует об отражении в смысле получившегося сложного слова широкого участия в коммуникативном взаимодействии множества акторов, широкой аудитории. Включение в этот лексический ряд технологического компонента — системы технологий и институтов, централизованно распространяющих информацию широкой аудитории, — неизбежно порождает смысл массмедиа как одной из форм выражения и развития массовой культуры в коммуникативном процессе. Стремительное развитие информационных технологий и рост числа каналов коммуникации привел к толкованию массмедиа как своеобразного аналога СМИ с более широким спектром коммуникаций — средств массовых коммуникаций (СМК), включая телевидение, прессу, радио, интернет, кино, полиграфию, процессы хранения и воспроизведения аудио- и видеоданных, другие средства трансляции коммуникативных символов и значений³³.

В западной традиции к кругу медиа относят не только печать, телевидение, радио, Интернет, мобильные средства, но и книги, фильмы, поп-музыку, видеопродукцию, информационные агентства, рекламу³⁴. В отечественном обществоведении единого употребления понятия не сложилось. Например, печать, радио и телевидение, по мнению И.А. Негодаева, представляют собой своеобразный «триумвират» массмедиа, каждое из которых обладает рядом особенностей, проявляющихся в виде и способах донесения информации до аудитории³⁵. Однако при наличии специфичных свойств печать, радио и телевидение имеют нечто общее — это способность донести до массовой аудитории более или менее оперативно словесно-понятийную и эмоционально-образную информацию. Многие сетевые образования являются de facto медийными структурами, поставляющими информацию громадной аудитории. Поэтому, наверное, можно уже говорить о квадриуме средств массмедиа. Институт массмедиа является одним из важнейших элементов социальной организации любого современного общества. От эффективности его функционирования зависят практически все основные сферы жизнедеятельности: и социальная сфера, и культура, и экономика, и политика.

Но роль массмедиа в качестве источника информационной опасности информационно-коммуникационной среде еще достаточно велика. В частности, сегодня в качестве угроз определяются: неконтролируемое расширение сектора зарубежных массмедиа в российском информационном пространстве, использование средств массовой информации, действующих на территории России, для нанесения ущерба обороноспособности страны и безопасности государства, распространения дезинформации.

Переход к рыночным отношениям резко активизировал информационно-коммуникационные процессы, осуществляемые опосредованно средствами массмедиа. Это стимулировало широкую распространенность и интенсивное применение манипулятивных и деструктивных приемов и технологий воздействия на людей. Использование информационного воздействия достигло таких масштабов, что может представлять угрозу информационной безопасности российского общества.

Но больше всего вызывает опасение обстоятельство, что возникло общество потребления, в котором искусственно создаются все новые потребности, активно функционирует отлаженная индустрия моды, кумиров, звезд, престижа. Большое значение приобретает «добровольная» подчиненность, предполагающая формирование в каждом человеке личной заинтересованности в целях управления. Страх потери условий своего существования как потери самого себя позволяет риску, угрозе риска стать еще одним эффективным механизмом социального управления. Страх перед риском потерять все эффективно используется и в манипулятивных технологиях воздействия. Нарастающее потребительское отношение к жизни меняет ценностные ориентиры, и на первый план выступает ценность комфортабельного существования (превращающая жизнь обывателя в череду покупок — квартиры, машины, дачи…).

Средства массовой информации в большинстве своем также не дают возможности сориентироваться в окружающей обстановке, так как заняты борьбой за аудиторию, используя для этого сенсационность и другие приемы привлечения внимания, различные методы манипулятивного воздействия на психику людей³⁶.

В данном аспекте подчеркнем, что средства массовой коммуникации играют огромную роль в осуществлении информационной безопасности России. Здесь важно определение:

— моделей угроз информационной безопасности страны и путей их преодоления в структурном, техническом, экономическом, правовом и политическом аспектах;

— контуров национальной политики в сфере массовой информации и коммуникации.

Вот почему важно говорить о закономерностях обеспечения безопасности с целью формирования защитных механизмов от опасностей информационной среды, препятствующих жизнедеятельности и развитию человека применительно:

— к организациям, занимающимся созданием и распространением медиапродукции, имея в виду их внутреннюю и внешнюю безопасность;

— к потребителям информационной продукции в самых разных объективных и субъективных аспектах;

— к процессам создания, распространения, потребления, сохранения медиапродукции.

1.2. Информационная безопасность личности, общества и государства

В последнее время все больше исследователей и практиков обращают внимание на необходимость активной разработки проблематики информационной безопасности личности, общества и государства³⁷, акцентируя внимание на формировании национальных интересов в информационной сфере. Принимая многочисленные концепции, доктрины, стратегии, посвященные информационным технологиям, информационному обществу, развитию информационно-телекоммуникационных систем, «Открытого Правительства», учет категории «национальных интересов» весьма уместен, так как обусловливает долгосрочную перспективу. Данная категория, используя концепт «жизненно важные интересы», включает широкий круг интеллектуальных, исторических, нравственных и культурных ценностей, следствие чего является учет культурно-исторических традиций и национальных ценностей в сущности понятия «национального интереса». Очень подробно механизм возникновения интересов личности, общества и государства раскрыт в коллективном труде «Общая теория национальной безопасности», выпущенном в 2002 г. под руководством А.А. Прохожева³⁸. Национальные интересы в информационной сфере определяются прежде всего той ролью, которую играет информация, информационная инфраструктура в обеспечении устойчивого развития государства. Эти интересы образуются сбалансированной совокупностью социальных интересов личности, общества и государства, реализуемых в информационной сфере. Необходимо отметить, что социальные интересы личности в демократическом обществе направлены прежде всего на свободу распространения своих убеждений, интеллектуального творчества, сохранении в неприкосновенности своего внутреннего мира, свободе самовыражения и самосовершенствования, свободе общения с другими людьми, защите своей свободы от ее ограничения другими людьми, общественными организациями и государством. Они обеспечиваются поддержанием соответствующего правового статуса человека и гражданина в информационной сфере общества. Интересы общества направлены на использование информации и информационной инфраструктуры для обеспечения собственного устойчивого развития. Интересы государства — на повышение эффективности использования информационной сферы для выполнения функций управления делами общества.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что национальные интересы занимают особое место в информационной сфере. Это обусловлено тем, что, с одной стороны, национальные интересы все чаще становятся доминантой политики государства, отражая «наиболее важные потребности и желания нации», а с другой — в условиях глобализации жизни человеческого общества национальные интересы во все большей степени связаны с информацией, информационной инфраструктурой, другими составляющими информационной сферы.

Национальные интересы обычно рассматриваются применительно к взаимодействию трех составляющих — личности, общества и государства, а соответственно в выявлении их соприкасающихся и конфликтующих групп интересов, в поиске баланса и в его реализации на практике, в реальной жизни.

Интересы личности в информационной сфере. Термин «личность» используется в самых разных научных дисциплинах. Психологи вкладывают в это понятие одни составные черты и характеристики, отмечая, среди прочего, индивидуальность и социализацию, с которой связана неповторимость отдельно взятого человека. Философы также не пропускают возможности рассмотреть отдельные аспекты формирования и развития личности, но с философской точки зрения. Представители юриспруденции упоминают «личность», как «гражданина», т. е. физическое лицо, имеющее определенный набор прав и обязанностей, в то же время в юридической литературе фигурируют и «личности преступника», необходимые в криминалистических экспертизах³⁹. Сравнительно недавно специалисты по политическим наукам давали такое определение личности: «личность — субъект с присущими ему индивидуальными чертами и качествами интеллектуальными, эмоциональными, волевыми, являющимися продуктом определенной социально-экономической формации. Личность аккумулирует в себе предшествующий исторический опыт, культурные ценности прошлого, сложившиеся отношения в обществе… Основой формирования личности является общественно-производственная деятельность людей, в процессе которой происходит их взаимодействие. Каждая общественно-экономическая формация порождает свой тип личности…»⁴⁰. Безусловно, понятие «личность» является одним из важнейших и в социологии, поэтому представители данной дисциплины неоднократно разрабатывали разнообразные социологические концепции личности — «собирательное понятие, объединяющее целый ряд достаточно различных теорий, признающих человеческую личность специфическим образованием, непосредственно выводимым из тех или иных социальных факторов»⁴¹.

Интересы личности в информационной сфере, если опираться на социально-правовой подход, заключаются в поддержании определенного правового статуса человека и гражданина и обуславливаются законодательно установленными и взятыми в единстве его правами, свободами и обязанностями. В правах и обязанностях фиксируются образцы и стандарты поведения, которые государство считает обязательными, полезными, целесообразными для нормальной жизнедеятельности соответствующей социальной системы, а также раскрываются основные принципы взаимоотношений государства и личности.

Права и свободы в значительной своей части обладают свойствами неотчуждаемости и естественности, т. е. принадлежности каждому от рождения, и относятся к субъективным правам, которые представляют собой меру возможного поведения и существуют в совокупности с юридическими обязанностями. Эти права реализуются в силу внутреннего убеждения, а не внешнего принуждения. В свою очередь, юридическая обязанность представляет собой меру необходимого поведения, которое должно завершиться результатом, способным удовлетворить интересы правомочного лица⁴².

В информационной сфере можно выделить доминирующие группы прав и свобод человека и гражданина, отличающихся друг от друга природой происхождения.

Первую группу составляют права и свободы, пользование которыми связано с осуществлением действий в рамках установленных законом дозволений. К этой группе относятся: свобода мысли, убеждений, следования своим убеждениям и выражения убеждений в общении с другими лицами; право доступа к сведениям, необходимым для сохранения жизни и здоровья, доброго имени; свобода участия в культурной жизни.

Так, в рамках свободы мысли, убеждений, следования своим убеждениям и выражения убеждений каждому гарантируется:

— свобода мысли и слова, совести, свобода вероисповедования, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свобода выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними;

— свобода искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, свобода массовой информации⁴³.

Каждому гарантируется право на достоверную информацию о состоянии окружающей среды, право ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы и имеющимися в органах государственной власти и органах местного самоуправления (если иное не предусмотрено законом), право определять и указывать свою национальную принадлежность⁴⁴.

Каждому гарантируется свобода участия в культурной жизни, в рамках которой человек имеет право на пользование родным языком, на свободный выбор языка общения, воспитания, обучения и творчества, на образование, свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества, преподавания, право на участие в культурной жизни и пользование учреждениями культуры, на доступ к культурным ценностям, на пользование результатами научного прогресса и их практического применения⁴⁵.

Вторую группу составляют права и свободы, заключающиеся в запрете всем субъектам права осуществлять некоторые действия в информационной сфере или в определении условий, при которых такие действия разрешены. К этой группе относятся: запрет поиска, получения, передачи и распространения информации о деятельности человека по удовлетворению потребностей, не связанных с жизнью общества и государства (частной жизни); защита интересов, связанных с использованием результатов интеллектуальной деятельности человека другими лицами; ограничение свободы выражения убеждений; недопустимость цензуры.

Так, каждому гарантируется неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайны, защита его чести и доброго имени, тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, недопустимость сбора, хранения, использования и распространения информации о его частной жизни без согласия человека, принуждения к определению и указанию своей национальной принадлежности, к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них⁴⁶.

В рамках защиты интересов, связанных с использованием результатов интеллектуальной деятельности человека другими лицами, определяются содержание прав автора разрешать использование объектов авторских прав другими лицами, его право на защиту своих моральных и материальных интересов, являющихся результатом научных, литературных или художественных трудов, автором которых он является⁴⁷.

В рамках ограничения свободы выражения убеждений каждому запрещается нарушать права и свободы других лиц, осуществлять пропаганду или агитацию, возбуждающую социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства. При этом гарантируется, что его права и свободы в информационной сфере могут быть ограничены только федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства, обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе.⁴⁸

Интересы общества в информационной сфере. Информационное общество может быть определено, как общество, которое позволяет людям на базе интенсивного развития «информационной» экономики⁴⁹ и эффективного использования интеллектуальных ресурсов раскрыть потенциальные возможности и реализовать свои возможности как отдельным личностям, так и обществу в целом. Расширенную трактовку понятия «информационное общество» дают специалисты в области социальной философии. Они, в частности, отмечают, что «информационное общество — это формирующееся в постиндустриальной фазе развития цивилизации общество, которое характеризуется всесторонней информатизацией социальных структур и приходит на смену постиндустриальному. Социальные характеристики развития информационного общества — информированность различных социальных групп, доступность информации, эффективность работы служб массовой информации и их возможности обратной связи, уровень образования, интеллектуальные возможности общества, прежде всего в информационном производстве»⁵⁰. Приведенное определение отмечает, что в информационном обществе большое значение будут играть налаженные взаимосвязи по получению и обмену информацией, а также доступность получения разнообразных сведений, данных.

Складывающиеся в информационном обществе отношения, видимо, во многом будут определяться именно этими обстоятельствами. Соответственно, экономика информационного общества будет в существенной степени ориентирована на производство продуктов информационной и интеллектуальной деятельности, связанных с выработкой новой информации и новых знаний, преобразованием их к виду, удобному для потребления другими людьми, и продажей этих продуктов, а также предоставлением информационных услуг. Следствием этого будет постепенное формирование определенных экономических, культурных и социальных стандартов жизни человека в информационном обществе, и в частности уровня информатизации различных сфер общественной жизни, включая образование, здравоохранение и культуру, управление государством, осуществление научных исследований.

В целом интересы общества в информационной сфере, заключаются в использовании информации и информационной инфраструктуры для развития всех сфер общественной жизни.

Общепризнанно, что информационная сфера, ее устойчивое развитие во многом определяют перспективы прогрессивного развития общества⁵¹.

Такая оценка роли и места информационной сферы связана с двумя основными обстоятельствами.

Во-первых, с тем, что она стала одной из фундаментальных основ развития современного мира. Ее существо заключается во все большем пересечении интересов и действий многих стран мира в сферах политики, экономики, финансов, науки и др. Технологической основой глобализации жизни человеческого общества стали интеграция информационных сфер различных стран мира в единую информационную сферу, формирование единого информационного пространства, создание глобальных информационно-телекоммуникационных сетей, интенсивное внедрение новых информационных технологий в инфраструктуру общества, в быт человека. Революционными темпами растет число пользователей системы Интернет, ставшей главной информационной артерией мира.

Во-вторых, интенсивное развитие информационной инфраструктуры является технологической базой преобразования жизни современного общества, его экономики, системы образования, культуры, а также раскрепощения человека, повышения возможности его социальной адаптации и самореализации, активизации участия в жизни общества.

Вследствие этого быстрыми темпами развивается сектор экономики, связанный с производством и потреблением современных информационных технологий, который уже оказывает заметное влияние на экономическую жизнь общества.

Индустрия информатизации, телекоммуникации и связи, информационных услуг на современном этапе развития человечества является одной из наиболее динамично развивающихся сфер мировой экономики, способной конкурировать по доходности с топливно-энергетическим комплексом, автомобилестроением, производством сельскохозяйственной продукции.

Таким образом, информационная сфера становится все более важной составляющей жизни общества, фактором его устойчивого функционирования и позитивного развития. Человечество вплотную подошло к рубежу, за которым общество приобретает качественно новые черты, обозначаемые понятием «информационное общество».

Несмотря на широкое использование этого термина в политике, философии, социологии ученые и специалисты пока еще не пришли к единому пониманию его содержания. Одни считают, что это общество, в котором обеспечивается «легкий и свободный доступ к информации по всему миру», другие — что это общество, в котором «основными объектами и результатами труда» большинства являются информация и знания.

Представляется, что если речь идет о некоторой новой стадии развития общества, ее более правильно определять на основе анализа изменения производительных сил и производственных отношений. С этой точки зрения информационное общество может быть определено как общество, в котором одним из основных предметов труда значительной части людей являются информация, а орудием труда — информационные технологии, средства связи и телекоммуникаций. В информационном обществе, скорее всего, весьма ускоренными темпами будет происходить так называемая компьютерная (микропроцессорная) революция, определение которой дано в одной из работ Н.Е. Яценко⁵², не последнее место займет деятельность многочисленных нейромашин («цифровых воротничков») — «автономных интеллектуальных роботов, которые служат искусственной рабочей силой, имеющих сложную систему сенсорных и исполнительных органов; цифровые воротнички в перспективе смогут заменить человека во многих производственных процессах»⁵³.

Интересы государства в информационной сфере. Обеспечение согласованной деятельности органов государственной власти, взаимодействия государства с общественными объединениями и населением, с другими государствами, осуществления необходимых организационных мероприятий не может осуществляться без поддержания определенного информационного обмена между государством и обществом, его членами, а также определенных правил поведения индивидов в информационной сфере⁵⁴.

Так, интересы государства в информационной сфере заключаются в использовании информации и информационной инфраструктуры для управления делами общества, поступательного развития личностей, проживающих в обществе и т. д. Немалое значение должна играть защита нравственных ценностей общества, а также обеспечение устойчивого функционирования информационной инфраструктуры.

Разъяснение населению страны и международной общественности содержания и направленности государственной политики является одной из основных функций государства⁵⁵. Выполнение этой функции в условиях свободы массовой информации призвано обеспечить поддержание диалога между обществом, международной общественностью, с одной стороны, и властью — с другой, т. е. организовать своего рода «обратную связь», которая позволяет государству учитывать мнение общества по поводу проводимой политики.

Утверждение в качестве общепризнанной нормы международного права свободы информационной деятельности человека и, как следствие, сужение возможностей государств по ограничению свободы этой деятельности наряду с интенсивным развитием системы Интернет как средства доступа к информации привело к усилению влияния некоторых общественных институтов на государственную политику, на решения, принимаемые органами государственной власти. К числу таких институтов следует отнести прежде всего средства массовой информации, которые часто называются «четвертой властью».

Влияние средств массовой информации на государственную политику во многом связано с тем, что в современном обществе они выполняют как бы роль посредника между гражданами и государством, обеспечивают возможность ведения общественного диалога, являются действенным фактором формирования общественного мнения по наиболее важным проблемам внутренней и внешней политики. Кроме того, средства массовой информации способствуют обеспечению общественного контроля за деятельностью государства, его отдельных институтов, органов и должностных лиц. Через средства массовой информации государство разъясняет гражданам те цели, которые оно перед собой ставит, выбираемые методы достижения этих целей, успехи и неудачи на этом пути. Деятельность по разъяснению основных направлений государственной политики можно разделить на основные составляющие: внутреннюю и внешнюю.

Внутренняя деятельность направлена на обеспечение информационного взаимодействия с гражданами страны. В развитых западных странах она осуществляется, как правило, через взаимодействие с ведущими информационными агентствами, а также частными и общественными средствами массовой информации. Учитывая достаточно длительную историю существования в этих странах института независимых от государства средств массовой информации, их финансовое положение, сложившиеся механизмы правового регулирования отношений собственности на эти средства, в руках государства и общества имеется эффективное средство организации диалога общества и власти, выработки взвешенных решений по наиболее сложным вопросам внутренней политики.

Возможности использования российских средств массовой информации в качестве средства общественного диалога в настоящее время весьма ограничены. Это обусловлено, с одной стороны, слабым экономическим положением российских средств массовой информации, делающих их заложником российских и зарубежных политических структур, а с другой — определенным несоответствием правовых норм, регулирующих отношения в этой области, реалиям современной жизни, существенно ограничивающих возможности реализации средствами массовой информации независимой информационной политики. Журналистская свобода превратилась в лакомый кусок для политиков и крупнейших финансовых групп, стала удобным инструментом межклановой борьбы⁵⁶. Неудовлетворенность правовым регулированием отношений в области деятельности средств массовой информации подтверждается количеством проектов «дополнений и изменений в Закон Российской Федерации «О средствах массовой информации», периодически появляющихся в Государственной Думе Российской Федерации.

Внешняя деятельность по разъяснению государственной политики уже давно считается одной из наиболее важных в деятельности государства и получила название «дипломатия». Дипломатия — это информирование международной общественности, поддержание контактов с другими народами в сфере образования и культуры, нацеленное на создание привлекательного образа своей страны⁵⁷. Российское государство после тяжелых лет экономической и социальной трансформации постепенно начинает осознавать важность формирования его позитивного восприятия за рубежом, дружественного к нему отношения.

Широкое использование современных информационных технологий во всех сферах общественной жизни, в материальном производстве, в образцах вооружения и военной техники существенно усиливает зависимость функционирования институтов общества и государства от устойчивости работы информационных и телекоммуникационных систем, сетей связи, сохранности информационных ресурсов, являющихся важной составной частью информационной инфраструктуры общества.

Воздействие на информационные ресурсы государства в явной или скрытой форме является одним из источников опасности его интересам, которое может осуществляться наиболее активно в форме «информационного противоборства» с нанесением прямого ущерба информационному ресурсу государства.

Расширение и совершенствование информационной инфраструктуры общества, появление новых информационных и телекоммуникационных технологий создали научные, технологические и экономические предпосылки для появления таких понятий, как «информационная война», «информационное оружие» и «информационная безопасность»⁵⁸.

Среди объектов информационной безопасности особое место принадлежит национальным интересам в информационной сфере. Это обусловлено тем, что, с одной стороны, национальные интересы все чаще становятся доминантой политики государства, отражая «наиболее важные потребности и желания нации», а с другой — в условиях глобализации жизни человеческого общества национальные интересы во все большей степени связаны с информацией, информационной инфраструктурой, другими составляющими информационной сферы.

Национальные интересы в информационной сфере, являясь объектом информационной безопасности, проявляются через интересы личности, общества и государства. Их реализация возможна при согласованной и скоординированной политике государственных властных структур, элементов гражданского общества, заинтересованности отдельно взятой личности. Доктрина информационной безопасности, утвержденная в сентябре 2000 г., провозглашает необходимость защиты национальных интересов России. В Доктрине выделяют как внутреннюю, так и внешнюю составляющие. Одна из них направлена внутрь страны, на решение внутригосударственных задач и проблем, связанных с обеспеченностью защищенности категории «интересов» от различных видов угроз, другая — внешняя — направлена на внешнеполитический вектор, так как одна из ее задач — создание благоприятного образа России за рубежом.

В связи с эти возникает обобщенное понятие управления информацией в контексте информационной безопасности деятельности акторов информационно-коммуникационной среды. И сущность этой работы заключается не в сохранении и преследовании своих государственных интересов, а в эффективном исполнении ряда функций: координации, организации, мотивации и т. п. социальных процессов.

Происходящие масштабные преобразования, связанные с внедрением информационно-коммуникационных технологий во все сферы жизни, должны контролироваться и направляться в интересах всего общества. Сделать это может только государство, способное объединить и управлять усилиями всех заинтересованных участников процесса. Россия в этом значительно отстала, но имеет возможность на примере других стран определить основные направления государственной политики для формирования основ жизнедеятельности человека в информационно-коммуникационной среде современного общества.

В 1999 г. по инициативе Государственного комитета Российской Федерации по связи и информатизации и Комитета Государственной Думы по информационной политике и связи разработана «Концепция формирования информационного общества в России»⁵⁹. Цель Концепции — определение российского пути перехода (или построения) информационного общества, основных условий, положений и приоритетов государственной информационной политики, обеспечивающих его реализацию. В Концепции формулируются политические, социально-экономические, культурные и технико-технологические предпосылки и условия этого перехода и обосновывается специфика российского пути к информационному обществу как новой исторической фазе возможного развития цивилизации, в которой главными продуктами производства становятся информация и знания.

В рамках проекта построения информационного общества выделены такие проблемы, как:

• экономическая деятельность в информационном обществе;

• основные социальные и демократические ценности в информационном обществе;

• обучение и образование в информационном обществе;

• культурные аспекты информационного общества;

• всеобщий доступ к информации, защита и поддержка потребителя;

• развитие информационно-телекоммуникационных технологий и телекоммуникационной инфраструктуры.

Федеральная целевая программа «Электронная Россия (2002–2010 годы)»⁶⁰ призвана была обеспечить формирование нормативной правовой базы в сфере информационно-телекоммуникационных технологий, развитие информационной и телекоммуникационной инфраструктуры, сформировать условия для подключения к открытым информационным системам (в том числе посредством сети Интернет), а также обеспечить эффективное взаимодействие органов государственной власти и органов местного самоуправления с гражданами и хозяйствующими субъектами на основе широкого внедрения информационно-телекоммуникационных технологий. В процессе выполнения данной программы были определены общие направления развития информационно-телекоммуникационных технологий (основные принципы, стандарты и типовые решения по реализации различных проектов) как одного из основных направлений социально-экономического развития страны. Одной из задач в программе «Электронная Россия» было стремление обеспечить равноправное вхождение граждан в глобальное информационное сообщество на основе соблюдения прав человека, в том числе права на свободный поиск, получение, передачу, производство и распространение информации, а также права на обеспечение конфиденциальности любой охраняемой законом информации, имеющейся в информационных системах. «Электронная Россия» — это не только «электронное правительство» России, но полноценное «электронное государство», в котором удобно и безопасно для граждан современные компьютерные технологии используются во всех ветвях власти.

Президентом Российской Федерации 7 февраля 2008 г. № Пр-212 утверждена Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации⁶¹. Указанная стратегия представляет собой документ, который закрепляет цель, принципы и основные направления государственной политики в области использования и развития информационно-телекоммуникационных технологий, науки, образования и культуры для продвижения страны на пути к информационному обществу. В этом документе в качестве одной из основных задач указывается противодействие использованию потенциала информационных и телекоммуникационных технологий в целях угрозы национальным интересам России.

Таким образом, в стратегических документах развития информационного общества в России не только констатируется, что состояние информационной среды в настоящее время определяет уровень и возможности социально-экономического развития, обеспечения обороноспособности и суверенитета страны, но и поднимаются вопросы о том, что одновременно информатизация может превращаться в средство ограничения и подавления гражданских свобод, угрожать информационной безопасности общества.

Российская законодательная база на первый взгляд насыщена целым комплексом законов и нормативно-правовых актов, регулирующих отношения в информационной сфере. Это Законы РФ: «Об информации, информатизации и защите информации», «О рекламе», «О средствах массовой информации», «О государственной тайне», «О связи», «О государственной поддержке средств массовой информации и книгоиздания», «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации», «О федеральных органах правительственной связи и информации», «Об участии в международном информационном обмене», «О свободе совести и о религиозных объединениях», отдельные статьи «Уголовного кодекса РФ», а также нормативные правовые акты: «Об административных правонарушениях», «Перечень сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну» и др. Право на информацию — одно из фундаментальных прав человека, призванное обеспечить как его личные интересы, так и участие в делах общества и государства. Содержание информационного права закреплено в ст. 29 Конституции РФ и включает в себя: свободу мысли и слова; право свободно искать, получать, передавать, производить, распространять информацию; свободу массовой информации.

Свобода мысли и слова, право свободно искать и получать информацию принадлежит любому члену общества. Свобода массовой информации выступает как гарантия для осуществления первых двух свобод. Такое право могут и должны реализовывать наделенные особым статусом журналисты. «Под журналистом понимается лицо, занимающееся редактированием, созданием, сбором или подготовкой сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации, связанное с ней трудовыми или иными договорными отношениями либо занимающееся такой деятельностью по ее уполномочию». Законом «О средствах массовой информации» журналисты наделены дополнительными правами по сравнению с остальными членами общества. В частности, в нем отмечается: «Член Союза журналистов России имеет право: искать, запрашивать, получать и распространять информацию…; посещать государственные органы и организации либо их пресс-службы…; быть принятым должностными лицами в связи с запрашиваемой информацией…; получать доступ к сведениям и материалам» и т. д. Вместе с тем, как подчеркивает Ю.А. Ермаков, журналист (и соответственно конкретное средство массмедиа) получает возможность влиять на своих читателей посредством новостей, ибо их интерпретация, подача и распространение становятся его профессиональным делом⁶².

Право на информацию связано в первую очередь с отношениями между гражданами и государственными органами. Право на информацию — это также важный элемент статуса средств массовой информации, без чего они не могут осуществлять свою функцию освещения деятельности государственных органов. Для обеспечения права граждан на информацию особое значение имеет доступ физических лиц к государственно-управленческим ресурсам, что является основой осуществления общественного контроля над деятельностью органов государственной власти.

С другой стороны, ограничения на распространение и на доступ к информации вводятся для защиты прав граждан (неприкосновенности частной жизни), интересов общества (моральные ограничения) и государства (государственная тайна). Информационные права нуждаются в проработке социального механизма для своей реализации и разработки социальных структур, отвечающих за его реализацию.

М.Б. Горный, исполнительный директор Санкт-Петербургского Центра «Стратегия», в своей статье «Роль гражданского общества в обеспечении мягкой безопасности», использует понятие «мягкой безопасности» как создание таких условий, которые позволяют раскрыться всем креативным способностям человека, обезопасить его. Главное отличие мягкой безопасности от жесткой, по его мнению, помещение в центре внимания человека со всеми его проблемами. В этом случае безопасность государства достигается через безопасность его отдельных граждан. Можно добавить, что мягкая безопасность — это создание таких условий внутри страны, когда уменьшаются угрозы, исходящие от этой страны к ее внешнему окружению, возрастает доверие к ней, к действиям ее руководителей.

Глава 2. Информационно-коммуникационная безопасность

2.1. Информационно-коммуникационная безопасность и ее место в системе обеспечения национальной безопасности

Обеспечение национальной безопасности — одна из приоритетных задач любого государства. На уровне обыденного сознания понятие «безопасность» определяется как «отсутствие опасности», «состояние, при котором не угрожает опасность, есть защита от опасности»⁶³. В свою очередь, понятие «опасность» означает «возможность, угрозу чего-нибудь опасного, т. е. способного причинить какой-нибудь вред, несчастье»⁶⁴, а понятие «угроза» — «возможную опасность, запугивание, обещание причинить кому-нибудь неприятность, зло»⁶⁵. Таким образом, понятие «безопасность» трактуется как отсутствие угрозы кому-нибудь, чему-нибудь. Аналогичным образом данное понятие раскрывается в справочной литературе — «ситуация, при которой кому или чему-нибудь не существует угрозы со стороны кого или чего-либо, при этом не исключается наличие одновременно нескольких источников опасности. Безопасность потенциальных жертв обеспечивается, когда конкретные жертвы парируют все существующие опасности, либо когда опасностей для них не существует»⁶⁶. Исходя из этого, будем полагать, что «безопасность» есть невозможность нанесения вреда кому-нибудь или чему-нибудь вследствие проявления угроз, т. е. их защищенность от угроз.

Сегодня общеизвестна формула безопасности, закрепленная с 1992 г. в законе РФ «О безопасности» как «состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз»⁶⁷. Исходя из этого, к основным объектам безопасности относятся: личность (ее права и свободы), общество (его материальные и духовные ценности), государство (его конституционный строй, суверенитет и территориальная целостность). Одновременно с этим государство, организации и граждане относятся и к основным субъектам обеспечения безопасности. Главную роль из них в этом играет государство, которое в соответствии с действующим законодательством должно обеспечивать безопасность каждого гражданина, а также социальную и правовую защиту гражданам и организациям, оказывающим содействие в обеспечении безопасности в соответствии с законом. В то же время закрепленные в этом законе подход и положения нельзя назвать полными и достаточными, так как они не раскрывают механизмов определения интересов, их соотношения и реализации, что предопределено рядом существующих проблем, в том числе методологического порядка.

Отсюда следующая методологическая проблема, одна из основных в настоящее время, в определении национальных интересов — установление соотношения интересов личности, общества и государства. Ослабление любой из этих составляющих — ущерб для страны в целом и для конкретной личности в частности, не менее опасен и перекос в определении приоритетов. Превращение, например, в 1930-е гг. государственной безопасности в абсолютную величину (тождественно национальной безопасности) привело к подавлению интересов общества и личности, оценке их интересов лишь через призму интересов государства. Государственная безопасность тогда отражала политическую формулу: народ и общество для государства. В конце 1980-х — начале 1990-х гг. заявленный приоритет общественной безопасности в силу приоритета целей и задач построения гражданского общества сопровождался разрушением структуры органов государственной безопасности, что (осознанно или неосознанно) определялось стремлением утвердить принцип правового государства: государство для личности и общества. Во второй половине 1990-х гг. было проведено множество исследований, конференций, семинаров, слушаний, итогом которых стали проекты, программы и концепции по этой теме. Среди них можно выделить проект «Политика национальной безопасности Российской Федерации» (1996–2000 гг.), подготовленный в Российском научном фонде⁶⁸. В этом научном докладе авторы проекта предложили решение через общенациональную идею, национальные интересы, ценности, цели и приоритеты. В качестве общенациональной идеи предложено считать «возрождение российского государства, обустройство России, живущей в согласии с собой и с окружающим ее миром», высшим национальным интересом и социальным идеалом России — «обеспечение развития человека, устойчивого роста уровня его жизни и благополучия на основе соблюдения его прав и свобод», которые, в свою очередь, названы «высшей ценностью», как общенациональная цель — обеспечить к 2000 г. «достойный уровень и качество жизни каждого», как главный приоритет государства — развитие его граждан. Как видно даже из этого перечисления, главной особенностью проекта являлся заявленный приоритет интересов человека перед общественными и государственными. К сожалению, практических результатов от заявленных декларативных положений в означенный период достичь не удалось. На аналогичных позициях, учитывающих приоритетность защищенности интересов личности, стояли и представители Фонда национальной и международной безопасности (руководитель Л.И. Шершнев) А.А. Тер-Акопов и некоторые другие ученые⁶⁹.

В то же время авторы другого проекта концепции обеспечения безопасности личности, общества, государства из Международной неправительственной научно-исследовательской и образовательной организации «РАУ-Корпорация» считают, что «определение общенациональных интересов России должно основываться на признании жизненно важных интересов личности, общества и государства в их динамике и необходимости их реализации на сбалансированной основе»⁷⁰. Представители Центра глобальных программ Горбачев-Фонда под руководством члена-корреспондента РАН Г.X. Шахназарова ставят на первое место интересы общества и государства и считают, что предметную область безопасности необходимо ограничить первоочередными интересами и целями: политическая стабильность (управляемость, поддержание порядка, необходимого для нормального функционирования всех общественных и государственных институтов, защита конституционной законности, прав и свобод граждан); целостность государства (такая его структура и политический режим, которые исключают угрозу распада под воздействием внутренних противоречий); оборона (защита независимости и территориальной неприкосновенности страны от вооруженной агрессии извне); техноэкологическая безопасность (предупреждение техногенных катастроф, преодоление последствий стихийных бедствий); экономическая безопасность (обеспечение экономической самостоятельности страны как условия выживания и развития народа); внешнеполитические приоритеты (способствующие созданию максимально благоприятной для России международной среды)⁷¹. Следует отметить, что здесь существуют и другие подходы. Если проанализировать эволюцию подхода в решении этого вопроса, то можно выделить три основных принципа в установлении соотношения интересов личности, общества и государства: приоритет интересов — паритет интересов — баланс интересов. Можно сделать предположение, что предпочтительней принцип баланса интересов, как позволяющий наиболее полно учитывать интересы каждого субъекта в конкретных исторических и иных условиях обстановки. В то же время и сегодня еще отсутствует механизм определения, измерения и обеспечения такого баланса интересов основных субъектов.

Важной проблемой, тесно связанной с предыдущей и требующей теоретического осмысления и законодательного разрешения, является соотношение основных субъектов и их участия в обеспечении безопасности.

В формируемой системе обеспечения национальной безопасности современной России тем не менее уже сегодня реально действуют несколько групп субъектов, что частично подтверждается и имеющейся нормативно-правовой базой:

1) государство, осуществляющее функции в этой области через органы законодательной, исполнительной, судебной власти, органы прокурорского надзора, через систему правоохранительных органов и специальные службы (в настоящее время здесь можно выделить такие первоочередные проблемы, как разделение полномочий между субъектами обеспечения безопасности «по вертикали» Российская Федерация (Федеральный Центр) — субъекты РФ (регионы, в том числе республики, области, края) — муниципалитеты (местный уровень) и координация действий таких субъектов «по горизонтали»);

2) общество (в лице негосударственных организаций, представленных частными охранными и детективными предприятиями и организациями, службами безопасности, фондами, научными, информационно-аналитическими центрами и иными структурами — с одной стороны, и криминальные структуры (другая часть общества), борющаяся за раздел сфер влияния и захвата собственности — с другой);

3) граждане, вынужденные заниматься самозащитой своих прав и законных интересов от посягательств представителей как криминальных, так, порой, и государственных структур.

Требует дальнейшего совершенствования организация взаимодействия между первым и вторым уровнем — государственной и негосударственной системами обеспечения безопасности, и определения степени и правил участия граждан в обеспечении национальной безопасности, их взаимодействия с государством и обществом. Сегодня государство в лице своих органов рассматривает человека, в основном, как объект своей деятельности и весьма слабо оценивает его как субъекта отношений в сфере общественной и личной безопасности, что может привести к негативным последствиям. Может наступить отторжение органов общественной безопасности, слабая осознанность своей зависимости от общества, появляется тенденция превращения этих органов в самодовлеющую силу, концентрирующую свое внимание на чисто профессиональных аспектах деятельности, а долг перед обществом все меньше осознается как основа жизнедеятельности самой системы, в конечном счете, происходит пренебрежение судьбой личности уже и как объекта отношений в сфере общественной безопасности.

К числу нерешенных пока проблем следует отнести и определение степени соотношения интересов по срокам их реализации (долгосрочные, среднесрочные, краткосрочные) — об актуальности этой проблемы говорит то обстоятельство, что пока ни один из заявленных национальных интересов в современной России не реализован в установленные сроки; и соотношение интереса и информации, на что указывает само понятие «интерес» в одном из его нескольких значений — желание вникнуть в суть, узнать, понять, т. е. здесь требует осмысления возможность использования одной из организующих функций информации — внешней информации как средства организации социальных систем.

К важным методологическим проблемам относится и соотношение категории национальных интересов и национальной безопасности. С одной стороны, безопасность понимается как защищенность самих национальных интересов. С другой — безопасность сама может быть определена как наиболее важный национальный интерес, поскольку обеспечение безопасности — непременное условие — выживания страны, без чего невозможно достижение любых других целей. В то же время в условиях кризисного характера развития общественных процессов в нашей стране существует реальная опасность слияния предметов национальных интересов и собственно национальной безопасности. В результате возникла тенденция включать в это понятие едва ли не всю проблематику жизни и деятельности современного общества. Тем самым оно размывается, на этой основе уже не построить четкой программы действий. Кроме того, в общественном сознании постепенно утверждается мысль: «Нам угрожают многочисленные, хорошо сплоченные и организованные враги буквально отовсюду», что приводит к появлению так называемых стереотипов общественного сознания о постоянстве и регулярном нарастании угроз для жизни, о необходимости «сильной и жесткой руки, способной выкорчевать зло и восстановить справедливость», о возможности появления «полицейского государства», использующего в своей работе и достижения научно-технического прогресса (тотальный электронный контроль, «кибернадзор», «полицию мысли» и многие другие сюжеты из научно-фантастических и приключенческих романов).

Эффективность системы национальной безопасности, безусловно, зависит от государственной политики, в которой государству отведена роль организатора такой системы, а система «права» должна стать регулятором правоотношений в этой сфере.

В настоящее время развитие теории национальной безопасности базируется на исследованиях и результатах по следующим основным направлениям:

1. Изучение исторического опыта деятельности людей, социальных общностей, государств, мирового сообщества по обеспечению своей безопасности в прошлом и настоящем, основных тенденций эволюции и моделей будущих систем глобальной, региональной и внутригосударственной безопасности, критериев оценки их эффективности. Особое внимание здесь следовало бы уделить исследованиям так называемых переломных эпох, когда общества и государства, существовавшие в древности и существующие сегодня, сталкивались с различными потрясениями, которые либо сплачивали их и они, выстояв, еще более уверенно двигались дальше, либо накатывавшие волны перемен «сбрасывали» их на задворки мировых общественно-политических процессов, превращая великие когда-то народы в диаспоры и «силы рассеяния», потерявшие и свои земли, и государственные институты, и многое другое, что позволяло им быть самостоятельными, независимыми и суверенными.

В этом плане весьма значительной может оказаться роль отдельно взятой личности, общественного слоя, способного оказать воздействие на негативные процессы и переломить их ход в позитивном направлении.

2. Определение единого понятийного аппарата и терминологической базы, выработка единой методологии как в определении национальных интересов в рамках теории интересов, о чем уже шла речь выше, так и в методологических разработках по линии национальной безопасности.

3. Оценка угроз национальным интересам, выявление угроз внешних и внутренних, реальных и потенциальных, и их соотношения по единым разработанным и общепринятым критериям в рамках теории угроз. Отсутствие системного подхода здесь приводит к тому, что представители каждого вида обеспечения безопасности соревнуются порой в демонстрации «своих» угроз. Тогда встает вопрос об определении приоритетности угроз, разработке неких «шкал» или групп индикаторов, позволяющих ранжировать различные угрозы.

4. Оценка сегодняшнего состояния национальной безопасности страны и выявление как закономерностей, так и особенностей ее обеспечения. Об актуальности этого направления при отсутствии единой методологии такой оценки говорит хотя бы тот факт, что ряд ученых и исследовательских коллективов констатировали снижение уровня безопасности нашей страны в 90-е гг. ХХ в., а практический опыт реформирования в социально-экономической сфере вошел в жесткое противоречие с российскими национальными интересами тогда, когда категория национальных интересов еще не была отражена в законодательстве. При наличии общих методологических подходов представители различных научно-исследовательских центров и коллективов смогут разрабатывать более понятные схемы оценки и выявления разнообразных угроз в исследуемых сферах.

5. Сравнительный анализ и выявление закономерностей и принципов построения систем безопасности, с учетом специфических национальных особенностей обеспечения внутренней и внешней безопасности различными государствами, систематический анализ их концепций, доктрин, политики и стратегии безопасности. В современном мире имеются качественно различные системы и модели по обеспечению национальной безопасности. Среди них выделяются: американская — ориентированная на единство внешней и внутренней безопасности; японская — с акцентом на внутреннюю безопасность; китайская, являющаяся наиболее концентрированным выражением особенностей систем безопасности государств, осуществляющих строительство социалистического общества; системы, свойственные государствам, недавно обретшим независимость, а также осуществляющим глубокую переориентацию направления своего развития и т. п. Кроме этого, имеются системы обеспечения глобальной и международной, коллективной региональной безопасности. Все они функционируют с большей либо меньшей степенью эффективности, что зависит и от экономической базы, и от государственной политики, и от отношения к этим проблемам со стороны личности, общества и государства.

О необходимости скорейшего становления теории безопасности говорит и достаточно хаотичное развитие законодательства в этой сфере, и то, что за последнее время на смену одной Концепции национальной безопасности, принятой Указом Президента РФ 17 декабря 1997 г., пришла другая, утвержденная Указом Президента РФ от 10 января 2000 г., что свидетельствует о несовершенстве взглядов и ошибочности ряда положений, включенных в нормативный документ. В рамках проводимой административной реформы планируется реорганизация и силового блока, что повлечет за собой определенное изменение полномочий и специфики деятельности ряда федеральных структур и ведомств. Это, вероятно, затронет и те организации, которые связаны с обеспечением национальной безопасности. Кроме того, новые вызовы времени, появление неизвестных ранее как реальных, так и потенциальных угроз и постоянное изменение окружающей социально-экономической и военно-политической обстановки ставит на повестку дня необходимость дополнения концептуальных и законодательных положений по безопасности.

В Концепции национальной безопасности РФ (от 10 января 2000 г.) на основе и с учетом результатов приведенных выше исследований существенно дополнены и конкретизированы положения, ранее закрепленные в Законе РФ «О безопасности» (1992), что предопределяет необходимость их последующего подтверждения в новом федеральном законе «О национальной безопасности».

Интересы личности определены в Концепции как полное обеспечение конституционных прав и свобод, личной безопасности, повышение качества и уровня жизни, физическое, духовное и интеллектуальное развитие. Интересы общества установлены