Н. В. Буланова

Участие прокурора в рассмотрении уголовных дел судами

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.16

ББК 67.410.201

Б90

Автор: Буланова Н. В., кандидат юридических наук, доцент, заведующая отделом проблем прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности и участия прокурора в уголовном судопроизводстве НИИ Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Рецензенты:  Халиулин А. Г., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой прокурорского надзора за исполнением законов в оперативно-розыскной деятельности и участия прокурора в уголовном судопроизводстве Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации;

Власова Н. А., доктор юридических наук, профессор, заведующая кафедрой уголовного права и уголовного процесса Московского государственного индустриального университета;

Решетова Н. Ю., старший научный сотрудник отдела проблем прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности и участия прокурора в уголовном судопроизводстве НИИ Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

В монографии рассмотрена деятельность прокурора в судебных стадиях уголовного судопроизводства: в суде первой инстанции (включая судебное разбирательство, осуществляемое в особом порядке), а также при проверке правосудности судебных решений, как не вступивших, так и вступивших в законную силу, вышестоящим судом.

Законодательство приведено по состоянию на июль 2015 г.

Для студентов, аспирантов, преподавателей юридических вузов, а также практических работников органов прокуратуры.

УДК 343.16

ББК 67.410.201

© Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 2015

© ООО "Проспект", 2016

Введение

Федеральный закон от 17.01.1992 № 2201-1 «О прокуратуре Российской Федерации» (далее — закон о прокуратуре) возложил на прокуроров обязанность по участию в рассмотрении дел судами (ст. 1). В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством прокуроры участвуют при рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции, при проверке вышестоящим судом законности, обоснованности и справедливости приговоров, а также законности и обоснованности иных решений суда первой инстанции в апелляционном и кассационном порядке, в порядке надзора, а также при пересмотре судебных решений по новым или вновь открывшимся обстоятельствам. Рассмотрение и разрешение судом вопросов, связанных с исполнением приговора, также осуществляется с участием прокурора.

Поддержание государственного обвинения в суде первой инстанции и участие при пересмотре судебных решений вышестоящими судебными инстанциями (как не вступивших, так и вступивших в законную силу) — важная составляющая деятельности прокурора в уголовном судопроизводстве, наполненная правозащитным содержанием и направленная на достижение закрепленного в ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) назначения уголовного судопроизводства — защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Деятельность прокурора в суде направлена на принятие судом законного, обоснованного и справедливого решения, соблюдение прав и свобод участников уголовного судопроизводства. Эта конечная цель должна обусловливать и процессуальный статус прокурора, и объем и характер его процессуальных прав и обязанностей, и порядок их реализации.

В последние годы уголовно-процессуальное законодательство России претерпело немало изменений в части, касающейся участия прокурора в судебных стадиях уголовного судопроизводства. В их числе: введение апелляционного порядка рассмотрения всех уголовных дел, изменение порядка производства в суде кассационной и надзорной инстанции¹, введение производства дознания в сокращенной форме и особенностей судебного производства по уголовному делу, дознание по которому производилось в сокращенной форме², расширение перечня оснований для возвращения судом уголовного дела прокурору³.

Изменения законодательного регулирования, влекущие формирование новой правоприменительной практики, которая обнаруживает как несовершенство закона, так и необходимость в разработке новых методических рекомендаций по его применению, вызывают необходимость исследования вопросов, связанных с участием прокурора в рассмотрении уголовных дел судами.

Данная работа представляет собой теоретическое исследование деятельности прокурора по участию в судебных стадиях уголовного судопроизводства. В монографии рассмотрены существующие проблемы и предложены пути их решения.

1. Участие прокурора в рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции

1.1. Процессуальный статус прокурора — государственного обвинителя при рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции

Участвуя в рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции, прокурор от имени государства поддерживает обвинение по всем уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения. По уголовным делам частного обвинения прокурор поддерживает государственное обвинение в том случае, если они возбуждены следователем с согласия руководителя следственного органа либо дознавателем с согласия прокурора в случаях, когда потерпевший в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы (ч. 4 ст. 20, ч. 3 ст. 37, ч. 3 ст. 318, п. 1 ч. 4 ст. 321 УПК РФ). Кроме того, мировой судья вправе признать обязательным участие в деле частного обвинения прокурора, если потерпевший в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы (ч. 8 ст. 318 УПК РФ).

Ежегодно в судах первой инстанции с участием прокуроров — государственных обвинителей рассматривается около 1 млн уголовных дел.

Приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 25.12.2012 №465 «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства» (далее — приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 25.12.2012 № 465) предписывает считать участие в прокурора в судебных стадиях уголовного судопроизводства одной из важнейших функций прокуратуры.

Рассматриваемая деятельность прокурора основывается на определенных принципах — руководящих базовых положениях, которые создают основу для ее осуществления, характеризуют содержание деятельности по участию в рассмотрении уголовных дел судами, раскрывают ее специфику и особенности, позволяющие отличать ее от иной прокурорской деятельности.

Так, Е.Р. Ергашев выделяет в числе принципов, характеризующих содержание и особенности участия прокурора в рассмотрении уголовных дел судами, следующие.

1. Принцип содействия прокурора в осуществлении правосудия, заключающийся в обязанности прокурора принимать исчерпывающие меры для скорейшего рассмотрения дела в суде, объективного исследования в суде всех доказательств, квалифицированного поддержания государственного обвинения, способствовать суду в вынесении законного решения, а в случае вынесения судом незаконного акта его обжаловать. Особенностью этого вида деятельности является то, что указанные полномочия прокурора представляют собой не только его право, но и обязанность как представителя государства.

2. Принцип диспозитивности, в силу которого правовые средства (действия) прокурора при осуществлении им деятельности по участию в рассмотрении судами дел носят невластный, необязательный для суда характер.

3. Принцип опосредованности действий прокурора, участвующего в рассмотрении дел судами, в соответствии с которым любые действия прокурора, участвующего в рассмотрении судами уголовных дел, осуществляются с разрешения суда.

4. Принцип обязательного участия прокурора в рассмотрении судами уголовных дел, заключающийся в том, что прокуроры обязаны участвовать в рассмотрении судами подавляющего большинства уголовных дел. Кроме того, прокурор обязан принимать предусмотренные законом меры для обжалования незаконных и необоснованных судебных актов⁴.

Л.А. Курочкина выделает несколько иные принципы, лежащие в основе деятельности прокурора в суде, указывая на наличие принципов законности, публичности, справедливости, уважения чести и достоинства личности, охраны прав и свобод человека и гражданина, презумпции невиновности, состязательности и равноправия сторон, процессуальной самостоятельности, объективности и беспристрастности⁵.

Представляется, что названные принципы в целом раскрывают содержание деятельности прокурора по участию в рассмотрении судом уголовных дел. В то же время считаем возможным обратить внимание на следующее.

Безусловно соглашаясь с тезисом о том, что правовые средства (действия) прокурора при осуществлении им деятельности по участию в рассмотрении судами дел носят невластный, необязательный для суда характер, считаем, что говорить о наличии принципа диспозитивности в данном случае не совсем корректно. Как известно, в теории права под диспозитивностью понимают юридическую категорию, характеризующую возможность свободного распоряжения субъекта права его правами. Представляется, что отсутствие у прокурора, участвующего в рассмотрении уголовных дел судами, властно-распорядительных полномочий является проявлением принципа состязательности сторон, согласно которому стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

УПК РФ закрепляет такие уголовно-процессуальные принципы как принцип законности (ст. 7 УПК РФ), уважения чести и достоинства личности (ст. 9 УПК РФ), охраны прав и свобод человека и гражданина (ст. 11 УПК РФ), презумпции невиновности (ст. 14 УПК РФ), состязательности (ст. 15 УПК РФ). В судебных стадиях уголовного судопроизводства данные нормы закона подлежат обязательному применению всеми участниками уголовного процесса, в равной мере распространяются на деятельность и суда, и прокурора. В досудебном производстве по уголовному делу ими должны руководствоваться и дознаватель, и начальник подразделения дознания, и начальник органа дознания, и следователь, и руководитель следственного органа, и прокурор. Они не раскрывают особенности процессуального положения прокурора в судебном производстве и не отражают специфики (особенностей) его деятельности при рассмотрении уголовных дел судами.

В то же время полагаем, что в числе принципов, характеризующих участие прокурора в рассмотрении уголовных дел судами, следует указать принцип публичности.

Согласно этому принципу прокурор, поддерживая законное и обоснованное обвинение от имени государства, действует в публичных интересах — интересах государства и общества, а уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в равной мере отвечает публичным интересам, как и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Это обусловливает отказ прокурора от поддержания обвинения полностью либо в части, если оно не нашло своего подтверждения доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Следует отметить, что и в Рекомендации № R (2000) 19 Комитета министров Совета Европы государствам-членам «О роли прокуратуры в системе уголовного правосудия» (6 октября 2000 г.) подчеркивается, что прокуроры действуют от имени общества и в государственных интересах.

Следует согласиться с наличием принципа процессуальной самостоятельности, который, будучи неразрывно связан с принципом свободы оценки доказательств (ст. 17 УПК РФ), предполагает самостоятельность прокурора — государственного обвинителя в представлении и исследовании доказательств, участия в их исследовании, изложении суду своего мнения по существу обвинения, о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания.

Таким образом, полагаем, что деятельность прокурора при рассмотрении уголовных дел судами базируется на следующих принципах:

принцип обязательного участия прокурора в рассмотрении судами уголовных дел;

принцип публичности;

принцип опосредованности действий прокурора, участвующего в рассмотрении дел судами;

принцип содействия прокурора в осуществлении правосудия;

принцип процессуальной самостоятельности.

В настоящее время достаточно активно ведется дискуссия о функциях, реализуемых прокурором в суде, единая позиция по данному вопросу отсутствует.

Так, в теории уголовного процесса высказано заслуживающее внимания мнение, согласно которому кроме обвинительной функции прокурор в суде осуществляет и правообеспечительную функцию, выступает гарантом прав и свобод потерпевшего, подсудимого, других участников уголовного судопроизводства. Н.П. Кириллова указывает, что в судебном разбирательстве государственный обвинитель выполняет две функции — уголовного преследования и правозащитную. Поддержание государственного обвинения — это форма реализации функции уголовного преследования, а правозащитная функция выражается в деятельности по выявлению нарушений материальных и процессуальных прав участников судебного разбирательства, и их устранению⁶.

Ранее В.В. Клочковым и А.П. Сафоновым высказывалось мнение, что поддержание государственного обвинения — это форма прокурорского надзора за исполнением законов гражданами (в соответствии с Законом о прокуратуре СССР 1979 г.).

Поддержание государственного обвинения и обеспечение прав и законных интересов участников процесса рассматриваются как равнозначные, относительно взаимосвязанные и взаимодополняемые функции прокурора в судебном разбирательстве. При этом правообеспечительная функция прокурора в уголовном судопроизводстве есть частное проявление правозащитной функции государства, закрепленной в Конституции Российской Федерации⁷.

Весьма интересна по данному вопросу позиция Б.А. Тугутова, по мнению которого в судебном производстве прокурор исполняет функции поддержания государственного обвинения, надзора за соблюдением законности и восстановления законности, одновременно он утверждает, что уголовное преследование не является функцией прокурора⁸. Мнение о том, что прокурор осуществляет надзор за законностью судебного разбирательства, поддерживает и В.Ф. Крюков⁹.

Однако с такой позицией вряд ли можно согласиться. Закрепляя функции прокурора, законодатель в законе о прокуратуре указал, что прокурор осуществляет надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, а не надзор за соблюдением законности (ст. 1), и не предусмотрел суд в числе государственных органов, поднадзорных прокуратуре (ст. 21, 26 и 29).

Более того, формулировка «соблюдение законности» представляется неудачной, поскольку законность — это многогранное политико-правовое явление, характеризующее процесс совершенствования государственно-правовой формы организации общества и реализации идей социальной справедливости и общечеловеческих ценностей, правовых идеалов свободного демократического общества и правового государства путем строгого и неукоснительного соблюдения и исполнения всеми субъектами общественных отношений действующего законодательства¹⁰.

Под термином «законность» понимается и принцип, и метод, и режим формирования правового государства и гражданского общества, в основе которых лежит точное исполнение законов и основанных на них подзаконных нормативных актов всеми государственными органами, общественными организациями, органами местного самоуправления, должностными ли цами и гражданами¹¹.

Тезис о том, что прокурор осуществляет в судебном разбирательстве уголовного дела надзор за законностью, с одной стороны, противоречит, по нашему мнению, принципам состязательности уголовного судопроизводства и равноправия сторон. С другой — прокурорский надзор осуществляется за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов конкретными субъектами правоотношений, а не за абстрактным «соблюдением законности».

Здесь уместно привести слова Ю.В. Кореневского, отмечающего: «Почему нельзя согласиться с возложением на прокурора, участвующего в судебном разбирательстве, обязанности надзора? Прежде всего, положение судебной власти как независимой, самостоятельной, высшей в иерархии юридических органов делает излишним и в принципе исключает какой-либо надзор за деятельностью суда в процессе разбирательства им уголовного дела. Суд сам в полной мере отвечает за соблюдением закона при расследовании им дела. Трудно объяснить, как совместить в одном лице сторону обвинения и орган надзора. Каким образом одна из спорящих сторон будет следить за законностью действий всех других сторон и даже суда, не связанного заранее никакой позицией и выполняющего функции разрешения дела»¹².

Рассматривая вопрос о функциях прокурора в судебных стадиях уголовного судопроизводства, по нашему мнению, следует исходить из следующих положении закона¹³.

Закон о прокуратуре предусматривает в качестве самостоятельных функций прокурора, осуществляемых в сфере уголовного судопроизводства: 1) надзор за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие, 2) уголовное преследование и 3) участие в рассмотрении уголовных дел судами (ст. 1).

Согласно УПК РФ прокурор уполномочен в досудебном производстве осуществлять надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия и уголовное преследование, а в судебном — поддерживать государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность (ч. 1 и 3 ст. 37).

Наличие оснований для возбуждения уголовного дела и привлечения лица к уголовной ответственности может быть установлено при осуществлении прокурорской проверки исполнения законов любым из поднадзорных прокуратуре органом, учреждением, организацией, должностным лицом, которое повлечет вынесение прокурором постановления о направлении материалов в следственный орган или орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ. В этом случае можно говорить о том, что вынесение прокурором соответствующего постановления обусловливает начало осуществления уголовного преследования, но при этом не является его продолжением.

Закон определяет уголовное преследование как процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (п. 55 ст. 5 УПК РФ). На государственного обвинителя возлагается обязанность поддерживать государственное обвинение, обеспечивая его законность и обоснованность (ч. 3 ст. 37 УПК РФ).

В юридической литературе выделяют обвинение в уголовно-процессуальном и материально-правовом смысле, указывая, что в уголовно-процессуальном смысле обвинение — это деятельность уполномоченного субъекта по доказыванию виновности лица, совершившего преступление, а в материально-правовом — формулировка обвинения с указанием деяний, вменяемых в вину, их квалификация¹⁴. Таким образом, поддерживать государственное обвинение — это обосновывать утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, которое было выдвинуто в установленном уголовно-процессуальным законом порядке (п. 6 и 22 ст. 5 УПК РФ). Из этого следует логический вывод, что поддержание государственного обвинения — это форма осуществления уголовного преследования, заключающаяся в выдвижении и обосновании обвинительного тезиса (обвинения) против конкретного лица, совершившего преступление¹⁵.

В связи с изложенным представляется ошибочным мнение о том, что уголовное преследование не является процессуальной функцией прокурора¹⁶.

Нельзя не отметить, что законодатель предусмотрел возможность участия прокурора при рассмотрении судом дел частного обвинения. Так, согласно ч. 8 ст. 318 УПК РФ, если после принятия заявления к производству будет установлено, что потерпевший в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защитить свои права и законные интересы, то мировой судья вправе признать обязательным участие в деле законного представителя и прокурора. Однако прямого ответа на вопрос о том, осуществляет ли в этом случае прокурор поддержание государственного обвинения, закон не содержит.

Согласно ч. 4 ст. 321 УПК РФ по общему правилу обвинение по делам частного обвинения поддерживает частный обвинитель, т.е. лицо, подавшее заявление в суд по уголовному делу частного обвинения в установленном законом порядке, государственный обвинитель — только в случае, если уголовное дело возбуждалось следователем, дознавателем и по нему проводилось предварительное расследование. УПК РФ, регламентируя рассмотрение уголовного дела частного обвинения в судебном заседании, не упоминает прокурора в числе участников судебного разбирательства и не закрепляет порядок его участия в судебном следствии.

По нашему мнению, прокурор, участвуя в судебном заседании, должен способствовать суду в принятии законного, обоснованного и справедливого решения. Однако он не является государственным обвинителем, поддерживающим государственное обвинение, поскольку предварительное расследование по уголовному делу не проводилось и обвинение лицу в установленном законом порядке не предъявлялось. Более того, позиция прокурора по вопросу о привлечении подсудимого к уголовной ответственности может и не совпадать с точкой зрения частного обвинителя и (или) его законного представителя.

Полагаем, что прокурор, привлеченный судом к участию в рассмотрении дела частного обвинения, вправе знакомиться со всеми материалами уголовного дела, участвовать в исследовании доказательств, излагать суду свое мнение по существу обвинения, о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, а также по всем другим вопросам, возникающим в ходе судебного заседания.

Участие прокурора при рассмотрении судом уголовного дела частного обвинения является дополнительной гарантией права потерпевшего — частного обвинителя на судебную защиту и доступ к правосудию в случаях, когда он по каким-либо причинам не может полноценно реализовывать свои права самостоятельно.

Выводы

1. Деятельность прокурора при рассмотрении уголовных дел судами базируется на следующих принципах:

принцип обязательного участия прокурора в рассмотрении судами уголовных дел;

принцип публичности;

принцип опосредованности действий прокурора, участвующего в рассмотрении дел судами;

принцип содействия прокурора в осуществлении правосудия;

принцип процессуальной самостоятельности.

2. Участвуя в рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции, прокурор осуществляет функцию уголовного преследования, исключение составляет участие прокурора при рассмотрении судом уголовных дел частного обвинения, где он государственное обвинение не поддерживает, а, участвуя в деле, способствует суду в принятии законного, обоснованного и справедливого решения. Участие прокурора в процессе выступает фактором, посредством которого обеспечивается реализация прав потерпевшего — частного обвинителя и носит ярко выраженный правозащитный характер.

1.2. Участие государственного обвинителя в судебном разбирательстве в суде первой инстанции

В деятельности прокурора по участию в рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции можно выделить несколько этапов, которые обусловливаются построением судебного заседания:

1) подготовка дела к судебному заседанию;

2) участие в предварительном слушании;

3) участие в подготовительной части судебного заседания;

4) участие в судебном следствии;

5) участие в прениях сторон.

Деятельность прокурора при подготовке дела к судебному заседанию. Участие прокурора в предварительном слушании.

Характер деятельности прокурора в стадии подготовки дела к судебному заседанию обусловлен ее назначением, которое заключается в: 1) осуществлении контроля за законностью и обоснованностью деятельности органов предварительного расследования по возбуждению уголовного дела и расследованию преступления, 2) организационно-подготовительной деятельности по подготовке судебного разбирательства по делу¹⁷.

Регламентируя деятельность прокурора на этапе подготовки дела к судебному заседанию, законодатель использует термин не «государственный обвинитель», а «сторона обвинения», «прокурор». Это связано с тем, что прокурор при подготовке дела к слушанию еще не поддерживает государственное обвинение как таковое. Задачи, стоящие перед прокурором на данном этапе: во-первых, убедиться в соблюдении закона при возбуждении уголовного дела и расследовании преступления (и в случае необходимости убедить в этом суд); во-вторых, при наличии к тому оснований — уточнить и скорректировать обвинение, предъявленное в ходе предварительного расследования.

Кроме того, прокурор должен выяснить наличие (отсутствие) оснований, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом по существу, а также оснований для прекращения либо приостановления производства по делу, и при наличии таковых заявить соответствующее ходатайство.

Прокурор, которому получено поддержание государственного обвинения по уголовному делу, должен подготовиться к участию в судебном разбирательстве. Как справедливо указывал М.Ф. Громницкий, «прежде чем выступить публичным обвинителем по известному делу, необходимо узнать это дело. И вот первая, азбучная, обязанность публичного обвинителя — изучение дела по предварительному следствию. Изучение это, безусловно, должно быть самое внимательное, всестороннее от первой страницы до последней, без пропуска самой с виду ничтожной бумаги из полицейского, например, дознания или из каких-либо приложений к делу. Самая ничтожная бумага неожиданно может служить на суде материалом к разъяснению обстоятельств дела, может дать указание на сильные или слабые стороны защиты, может дать, наконец, иное освещение имеющимся в деле фактам. ... Только зная основательно предварительное следствие, обвинитель чувствует себя спокойно на суде, а душевное спокойствие есть одно из первых условий для успешной публичной деятельности. На суде главенствует тот, кто основательнее знает дело»¹⁸.

Такая подготовка должна включать тщательное изучение материалов уголовного дела, действующего законодательства, решений Конституционного Суда Российской Федерации и постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также судебной практики по делам об аналогичных преступлениях. С учетом этого обстоятельства приказ Генерального прокурора Российской Федерации от 25.12.2012 № 465 предписывает назначать государственного обвинителя заблаговременно с учетом характера, объема и сложности дела, квалификации и опыта работы прокурора, которому поручается поддержание обвинения, а государственным обвинителям тщательно готовиться к участию в судебном заседании; до начала судебного заседания детально изучать материалы дела (п. 1.3, 2).

Как показывает изучение практики, нередко государственный обвинитель назначается уже в момент поступления к прокурору уголовного дела с обвинительным заключением и привлекается к его изучению. Это позволяет ему изучить материалы дела, выявить недостатки предварительного расследования, дать им оценку с учетом сложившейся судебной практики рассмотрения судами подобных уголовных дел, надлежащим образом подготовиться к участию в судебном заседании.

Такая практика, по нашему мнению, заслуживает распространения, особенно по делам о преступлениях, представляющих значительную сложность для поддержания государственного обвинения, в частности многоэпизодных преступлениях и (или) преступлениях, совершенных группой лиц.

Опасения о том, что прокурор, поддерживая обвинение в суде, будет связан своей предварительной позицией по изученному ранее уголовному делу, представляются безосновательными. Государственный обвинитель в любом случае должен предварительно изучить уголовное дело, и у него будет сформирована предварительная позиция по делу, которая в определенной мере обусловит и порядок представления им доказательств в суде. Ознакомление с материалами уголовного дела уже в момент его поступления в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения (обвинительного акта) позволит государственному обвинителю сделать это более тщательно, а выявление им предусмотренных ст. 237 УПК РФ препятствий для рассмотрения уголовного дела судом (ведь именно государственный обвинитель, участвуя в рассмотрении дел судами, как никто другой осведомлен об оценке судом тех или иных ошибок и нарушений, допущенных в ходе предварительного расследования) предотвратит необоснованное направление уголовного дела в суд и его последующее возвращение прокурору.

При изучении материалов уголовного дела у прокурора может возникнуть необходимость уточнить, какие показания будут давать в суде потерпевший или свидетели (например, в случае, когда участниками судопроизводства давались противоречивые показания в ходе предварительного расследования, когда с момента совершения преступления до направления уголовного дела в суд прошло длительное время, когда после направления уголовного дела в суд было установлено новое лицо, которому известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для разрешения уголовного дела, ранее не допрошенное в качестве свидетеля).

Полагаем, что проведение сторонами (как стороной обвинения, так и стороной защиты) предварительных бесед с лицами, показания которых имеют значение для разрешения уголовного дела, соответствует принципам равноправия и состязательности сторон. Поэтому предварительные встречи государственного обвинителя с потерпевшим и свидетелями со стороны обвинения в целях психологической подготовки к допросу в суде (в том числе со стороны защиты) и уточнения их показаний, имеющих значение для дела, до их допроса в судебном заседании не противоречат действующему уголовно-процессуальному законодательству.

Уголовно-процессуальный закон закрепляет перечень вопросов, которые подлежат выяснению судом по поступившему в суд уголовному делу (ст. 228 УПК РФ), но не регламентирует деятельность прокурора на данной стадии уголовного судопроизводства. Однако и у прокурора должно сложиться собственное обоснованное мнение по вопросам, установленным законом для суда, а именно:

1) подсудно ли уголовное дело данному суду;

2) вручены ли копии обвинительного заключения (обвинительного акта);

3) подлежит ли избранию, отмене или изменению мера пресечения, а также подлежит ли продлению срок домашнего ареста или срок содержания под стражей;

4) подлежат ли удовлетворению заявленные ходатайства и поданные жалобы;

5) приняты ли меры по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, и возможной конфискации имущества;

6) имеются ли основания проведения предварительного слушания, предусмотренные ч. 2 ст. 229 УПК РФ.

Это позволит сформировать обоснованную позицию по уголовному делу, подготовиться к возможным ходатайствам стороны защиты, при наличии к тому оснований своевременно принять меры по устранению ошибок и нарушений, допущенных в ходе досудебного производства по делу, в том числе заявить обоснованные ходатайства о проведении предварительного слушания, о принятии судом обеспечительных мер по уголовному делу, об избрании (изменении) меры пресечения либо продлении срока содержания под стражей (срока домашнего ареста) и др.

В юридической литературе высказано мнение, согласно которому при общем порядке подготовки дела к слушанию, когда суд принимает решение единолично и не дает при этом правовой оценки фактической стороне обвинения, уголовное преследование прокурором не осуществляется.

Как отмечает Г.Н. Королев, функция уголовного преследования реализуется прокурором только при процедуре предварительного слушания при возникновении спора о недопустимости доказательств, полученных стороной обвинения при производстве предварительного следствия и оспоренных стороной защиты, при установлении (либо опровержении) фактов, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, а также заявлению ходатайств по применению мер процессуального принуждения, ограничивающих конституционные права подсудимого (наложении ареста на имущество, продлении срока содержания под стражей)¹⁹.

Признавая справедливость такой позиции, все же считаем возможным отметить следующее. Прокурор направляет уголовное дело в суд, когда считает, что имеются достаточные основания для его рассмотрения по существу, судья же, единолично назначая дело к рассмотрению, по сути, соглашается с тем, что препятствия для его рассмотрения отсутствуют. Это объективно исключает необходимость каких-либо активных действий со стороны государственного обвинителя на данной стадии уголовного судопроизводства.

В то же время в стадии подготовки дела к судебному заседанию прокурор (равно как и сторона защиты) вправе заявить ходатайство:

о предоставлении ему возможности дополнительно ознакомиться с материалами уголовного дела (ч. 3 ст. 227 УПК РФ);

о применении мер по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, либо возможной конфискации имущества, если таковые не были применены в ходе предварительного расследования (ст. 230 УПК РФ);

об избрании меры пресечения в виде залога, домашнего ареста или заключения под стражу либо о продлении срока домашнего ареста или срока содержания под стражей (ч. 2 ст. 228 УПК РФ);

о проведении предварительного слушания (ст. 229 УПК РФ).

Реализация данного полномочия позволяет подготовиться к осуществлению уголовного преследования в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции.

УПК РФ устанавливает общий порядок подготовки к судебному заседанию (гл. 33 УПК РФ) независимо от формы предварительного расследования, наличия по уголовному делу досудебного соглашения о сотрудничестве либо заявления подсудимого о согласии с предъявленным ему обвинением и ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства. В то же время при наличии досудебного соглашения о сотрудничестве, как справедливо отмечает Г.Ю. Якушев, на данной стадии уголовного процесса существуют свои особенности судопроизводства²⁰.

Согласно п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 16 «О практике применения судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» по уголовному делу в отношении обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, поступившему с представлением прокурора об особом порядке проведения судебного заседания, судья проверяет, имеются ли в материалах дела другие необходимые для его рассмотрения в особом порядке документы: ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, постановление следователя о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым или обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, постановление прокурора об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, досудебное соглашение о сотрудничестве (ч. 2 ст. 317⁴ УПК РФ), а также вручена ли обвиняемому и его защитнику копия представления прокурора об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения (ч. 3 ст. 317⁵ УПК РФ)²¹. Это в равной мере должно быть учтено и прокурором при подготовке к рассмотрению уголовного дела по существу.

Предварительное слушание проводится с целью выявления и устранения препятствий к судебному разбирательству при наличии оснований, предусмотренных ст. 229 УПК РФ, в форме закрытого судебного заседания с участием сторон в порядке, регламентированном ст. 234 УПК РФ.

Предусмотренные законом основания проведения предварительного слушания можно разделить на три группы.

1. Основания, препятствующие рассмотрению судом уголовного дела по существу, а именно:

наличие оснований для возвращения уголовного дела прокурору в случаях, предусмотренных ст. 237 УПК РФ (п. 2 ч. 2 ст. 229 УПК РФ);

наличие оснований для приостановления или прекращения уголовного дела (п. 3 ч. 2 ст. 229 УПК РФ);

наличие не вступившего в законную силу приговора суда, предусматривающего условное осуждение лица, в отношении которого в суд поступило уголовное дело, за ранее совершенное им преступление (п. 6 ч. 2 ст. 229 УПК РФ);

наличие оснований для выделения уголовного дела (п. 7 ч. 2 ст. 229 УПК РФ).

2. Основания, связанные с разрешением процессуальных вопросов, значимых для рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, а именно:

необходимость решения вопроса об исключении доказательства при наличии соответствующего ходатайства стороны (п. 1 ч. 2 ст. 229 УПК РФ).

3. Необходимость принятия решения по вопросу о процедуре рассмотрения уголовного дела судом первой инстанции, а именно:

при наличии ходатайства стороны о проведении судебного разбирательства по уголовному делу о тяжком и особо тяжком преступлении в отсутствие подсудимого, который находится за пределами Российской Федерации и (или) уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу (п. 4¹ ч. 2 ст. 229, ч. 5 ст. 247 УПК РФ);

при необходимости решения вопроса о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей (п. 5 ч. 2 ст. 229 УПК РФ).

Невыполнение органами предварительного расследования возложенной на них ч. 1 ст. 11 и п. 2 ч. 5 ст. 217 УПК РФ обязанности по разъяснению обвиняемому права ходатайствовать при ознакомлении с материалами уголовного дела о применении особого порядка судебного разбирательства влечет нарушение права обвиняемого на защиту и в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ является основанием для проведения предварительного слушания для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору.

Кроме того, при отсутствии в материалах уголовного дела в отношении лица, с которым было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, представления прокурора об особом порядке проведения судебного заседания, ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, постановления следователя о возбуждении перед прокурором ходатайства о заключении с подозреваемым (обвиняемым) досудебного соглашения о сотрудничестве, постановления прокурора об удовлетворении ходатайства о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, досудебного соглашения о сотрудничестве, сведений о вручении обвиняемому и его защитнику копии представления прокурора об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения судья назначает предварительное слушание для рассмотрения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору в порядке, установленном ст. 237 УПК РФ²².

Полагаем, что можно выделить четыре группы полномочий прокурора на данном этапе уголовного судопроизводства:

1) полномочия по инициированию проведения предварительного слушания путем заявления соответствующего ходатайства при наличии оснований, предусмотренных законом (ч. 1 ст. 229 УПК РФ);

2) полномочия по участию в проведении предварительного слушания:

заявлять и обосновывать ходатайства и отводы (например, ходатайства об ознакомлении с материалами уголовного дела, об исключении доказательств и о принятии мер по обеспечению возмещения вреда, причиненного преступлением, и возможной конфискации имущества, об избрании, изменении или отмене меры пресечения, продлении срока содержания под стражей (срока домашнего ареста), о возвращении уголовного дела прокурору и др);

высказывать свое мнение по всем вопросам, подлежащим разрешению в ходе предварительного слушания (ст. 234, 246, 266, 271, 272 УПК РФ), включая обязанность по опровержению доводов стороны защиты о получении доказательства с нарушением требований УПК РФ (ч. 4 ст. 235 УПК РФ);

3) полномочия по распоряжению обвинением путем изменения обвинения в сторону смягчения: исключение из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание, исключение из обвинения ссылки на какую-либо норму УК РФ, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой УК РФ, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте (ч. 5 ст. 236, ч. 8 ст. 246 УПК РФ), и отказ от обвинения полностью либо в части (ч. 1 ст. 239, ч. 7 ст. 246 УПК РФ), если соответствующее ходатайство прокурора не связано с исследованием доказательств по делу;

4) полномочия по обжалованию принятого судом решения (ч. 7 ст. 236 УПК РФ).

Прокурор вправе заявить ходатайство о проведении предварительного слушания по любому из оснований, предусмотренных УПК РФ, в том числе:

для решения вопроса о возвращении уголовного дела прокурору при наличии обстоятельств, препятствующих его рассмотрению судом;

для приостановления, прекращения или выделения уголовного дела (при наличии не требующих исследования в судебном заседании обстоятельств, свидетельствующих о необходимости прекращения уголовного дела: например, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования (вследствие акта об амнистии) или приостановлением уголовного дела (например, в случае тяжелого заболевания подсудимого, подтвержденного медицинским заключением);

для решения вопроса об исключении недопустимого доказательства.

При выявлении в ходе ознакомления с материалами уголовного дела нарушений УПК РФ, препятствующих рассмотрению уголовного дела судом, или установлении иных обстоятельств, являющихся основанием для проведения предварительного слушания, государственному обвинителю следует заявить соответствующее ходатайство. Это позволит своевременно рассмотреть и разрешить возникший вопрос, будет способствовать принятию по делу законного, обоснованного и справедливого судебного решения.

Доказывание, присущее всем стадиям уголовного процесса, на предварительном слушании осуществляется в «усеченном» режиме. Это связано с теми задачами, которые решаются на данном этапе, а именно: установить, что отсутствуют препятствия для дальнейшего движения уголовного дела, проведения судебного разбирательства и рассмотрения вопроса о виновности подсудимого²³.

Как справедливо отмечает Н.В. Кулик, на данном этапе процесса прокурор имеет возможность еще раз проверить правильность сформированной в ходе предварительного расследования позиции обвинения. «Взглянуть на нее со стороны» ему позволяют критичные мнения иных участников уголовного судопроизводства, включая суд. В результате участвующий в предварительном слушании прокурор либо утверждается в правильности ранее избранной позиции, либо корректирует ее с учетом обстоятельств, установленных в ходе предварительного слушания, в том числе путем смягчения обвинения или отказа от него полностью либо в части²⁴.

Часть 5 ст. 247 УПК РФ предусматривает исключение из правила о необходимости участия подсудимого в судебном разбирательстве. Закон допускает в исключительных случаях проведение судебного разбирательства по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях в отсутствие подсудимого, который находится за пределами территории Российской Федерации и (или) уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу. Обоснование перед судом наличия предусмотренных законом оснований для рассмотрения уголовного дела в отсутствие подсудимого — обязанность прокурора, надлежащее исполнение которой является обязательным условием для дальнейшего судебного разбирательства, и, как представляется, одна из составляющих его деятельности по осуществлению уголовного преследования.

Согласно разъяснению Пленума Верховного Суда Российской Федерации в силу ч. 4 ст. 234 УПК РФ неявка для участия в предварительном слушании своевременно извещенных лиц (за исключением обвиняемого, прокурора, защитника, когда его участие обязательно) не препятствует его проведению. Судам рекомендовано при решении вопроса об отложении предварительного слушания руководствоваться ст. 253 УПК РФ в тех случаях, когда проведение предварительного слушания невозможно в отсутствие кого-либо из вызванных лиц (например, переводчика), а также для предоставления сторонам времени для дополнительного ознакомления с материалами дела или подготовки к рассмотрению заявленного другой стороной ходатайства.

Однако помимо случаев, указанных в ч. 1 ст. 51 УПК РФ, участие защитника в предварительном слушании является обязательным, когда оно проводится в отсутствие обвиняемого по его ходатайству (ч. 3 ст. 234 УПК РФ) либо по ходатайству стороны в соответствии с п. 4¹ ч. 2 ст. 229 УПК РФ (ч. 6 ст. 247 УПК РФ) либо в случае, когда участие обвиняемого не может быть обеспечено (например, при наличии оснований для приостановления производства по делу в соответствии со ст. 238 УПК РФ)²⁵.

Прокурору, участвующему в предварительном слушании, следует обращать внимание на эти и иные вопросы, правильное разрешение которых имеет значение для принятия законного судебного решения. При наличии к тому оснований необходимо заявлять соответствующие ходатайства. При этом согласно разъяснению Пленума Верховного Суда Российской Федерации удовлетворению подлежат лишь обоснованные ходатайства, которые не требуют дополнительной проверки (например, о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей, об особом порядке судебного разбирательства в соответствии с гл. 40 УПК РФ, о допуске к участию в деле защитника, о вызове в суд дополнительных свидетелей, об истребовании документов, о применении мер безопасности)²⁶.

Выражая мнение по поводу ходатайства стороны защиты об истребовании дополнительных доказательств и (или) предметов, государственному обвинителю следует учитывать, что такое ходатайство подлежит удовлетворению, если эти доказательства и (или) предметы имеют значение для уголовного дела. При этом следует также учитывать изложенные в ст. 74 УПК РФ общие требования к доказательствам — об их относимости и допустимости.

Одновременно следует отметить, что законодатель предоставил право заявлять ходатайство об истребовании дополнительных доказательств или предметов только стороне защиты, что не соответствует принципу состязательности и равноправия сторон. Представляется, что эта досадная неточность должна быть из закона устранена. В этих целях в ч. 7 ст. 234 УПК РФ слова «ходатайство стороны защиты» следует заменить словами «ходатайство стороны».

Согласно п.1 ч. 2 ст. 229 УПК РФ наличие ходатайства стороны об исключении доказательства является основанием для проведения предварительного слушания. В случае, если такое ходатайство заявлено, судья выясняет у другой стороны, имеются ли у нее возражения. При их отсутствии судья удовлетворяет ходатайство и выносит постановление о назначении судебного заседания, если отсутствуют иные основания для проведения предварительного слушания.

В соответствии с ч. 4 ст. 235 УПК РФ при рассмотрении ходатайства об исключении доказательства, заявленного стороной защиты на том основании, что оно было получено с нарушением требований УПК РФ, бремя опровержения доводов, представленных стороной защиты, лежит на прокуроре. Поскольку отсутствие возражений другой стороны влечет безусловное удовлетворение ходатайства, прокурору следует изучить заявленное ходатайство (его копия согласно ч. 1 ст. 235 УПК РФ должна быть передана прокурору в день предоставления ходатайства в суд) и принять необходимые меры, в том числе по устранению допущенных органами предварительного расследования нарушений закона.

УПК РФ устанавливает требования, которым должно отвечать ходатайство об исключении доказательства. Так, согласно ч. 2 ст. 235 УПК РФ такое ходатайство должно содержать указание на доказательство, об исключении которого ходатайствует сторона, основания для исключения доказательства, предусмотренные УПК РФ, и обстоятельства, обосновывающие ходатайство. Несоблюдение указанных требований закона является основанием для отказа в его удовлетворении.

Опровержение доводов защиты возможно путем:

заявления ходатайств о допросе в качестве свидетелей лиц, за исключением тех, кто обладает свидетельским иммунитетом, которым что что-либо известно об обстоятельствах производства следственных действий (в качестве таковых могут быть допрошены понятые, следователи, дознаватели и иные лица), приобщения к уголовному делу документов;

заявления ходатайства об оглашении протоколов следственных действий и иных документов, имеющихся в уголовном деле, и (или) представленных в связи с рассмотрением указанного ходатайства²⁷.

Если суд принял решение об исключении доказательства, то оно не может исследоваться и использоваться в ходе судебного разбирательства, быть положено в основу приговора или иного судебного решения. В то же время решение об исключении доказательства, принятое судом в ходе предварительного слушания, не является окончательным. При рассмотрении уголовного дела по существу государственный обвинитель вправе заявить ходатайство о признании исключенного доказательства допустимым (ч. 7 ст. 235 УПК РФ).

Принятие судом решения об исключении доказательств может повлечь необходимость изменения обвинения прокурором либо отказа от обвинения (полностью либо в части). Изменение обвинения государственным обвинителем, равно как и отказ от обвинения, должно быть мотивированным и представлено суду в письменной форме. В этом случае государственный обвинитель, участвующий в судебном заседании, обязан незамедлительно доложить об этом прокурору, поручившему поддерживать государственное обвинение (п. 3 приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 25.12.2012 № 465).

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 229 УПК РФ предварительное слушание проводится при наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору. Такие основания предусмотрены ст. 237 УПК РФ.

К ним законодатель отнес следующие обстоятельства:

обвинительное заключение (обвинительный акт, обвинительное постановление) составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного судебного решения²⁸;

копия обвинительного заключения (обвинительного акта, обвинительного постановления) не была вручена обвиняемому, за исключением случаев, когда суд признает законным и обоснованным решение прокурора о направлении уголовного дела в суд;

есть необходимость составления обвинительного заключения (обвинительного акта) по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера;

имеются предусмотренные УПК РФ основания для соединения уголовных дел;

при ознакомлении с материалами уголовного дела обвиняемому не были разъяснены права, предусмотренные ч. 5 ст. 217 УПК РФ, а именно право ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей либо коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции, о проведении предварительных слушаний и о применении особого порядка судебного разбирательства;

фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении (обвинительном акте, обвинительном постановлении), постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния²⁹.

При наличии обстоятельств, исключающих производство дознания в сокращенной форме, указанных в ст. 226² и ч. 4 ст. 226⁹ УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для передачи его по подследственности и производства дознания в общем порядке.

Кроме того, согласно ч. 1² ст. 237 УПК РФ уголовное дело может быть возвращено прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом, если³⁰:

1) после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления;

2) ранее вынесенные по уголовному делу приговор, определение или постановление суда отменены в порядке, предусмотренном гл. 49 УПК РФ, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства являются в свою очередь основанием для предъявления обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Следует обратить внимание на то обстоятельство, что по указанным вч. 1² ст. 237 УПК РФ основаниям инициатором возвращения уголовного дела может выступать только сторона в процессе. По собственной инициативе суд в этом случае вернуть уголовное дело прокурору не уполномочен, поэтому при наличии к тому оснований прокурор, участвующий в деле, должен заявить обоснованное (и своевременное) ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для предъявления обвинения в совершении более тяжкого преступления.

Если ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору заявлено по указанным в ч. 1² ст. 237 УПК РФ основаниям стороной защиты либо вопрос о возвращении дела прокурору обсуждается по инициативе суда, то для согласования своей позиции с прокурором, утвердившим обвинительное заключение (обвинительный акт, обвинительное постановление), государственному обвинителю следует ходатайствовать о перерыве в судебном заседании).

При возвращении уголовного дела прокурору судья в соответствии с ч. 3 ст. 237 УПК РФ с учетом мнения сторон принимает решение о мере пресечения в отношении обвиняемого. Если мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена судьей без изменения, то в соответствующем постановлении указывается конкретный срок, на который продлевается содержание лица под стражей, а также дата его окончания.

Формируя свою аргументированную позицию по данному вопросу, прокурору необходимо исходить из того, что решение о продлении срока ареста должно быть принято исходя из его разумности и с учетом сроков содержания под стражей, предусмотренных ст. 109 УПК РФ. При этом полагаем, что применение по делу ч. 7 ст. 109 УПК РФ, регламентирующей продление сроков содержания под стражей при ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела, не препятствует оставлению ранее избранной меры пресечения без изменения, если в ней не отпала необходимость и основания для ее избрания не изменились. Однако при этом следует учитывать, что само по себе возвращение уголовного дела прокурору не является единственным и достаточным основанием для продления срока содержания под стражей, для ограничения права обвиняемого на свободу и личную неприкосновенность необходимы веские основания, указывающие на невозможность применения иной меры пресечения, например, домашнего ареста или залога.

Как неоднократно указывал Европейский Суд по правам человека, при обеспечении баланса между общественными интересами, которые могут потребовать предварительного заключения лица под стражу, и важностью права на свободу личности, с учетом презумпции невиновности, важным фактором является общая продолжительность нахождения обвиняемого под стражей, которая не должна превышать разумных пределов (постановления от 29.01.2008 по делу «Саади против Соединенного Королевства», от 21.06.2011 по делу «Чудун против Российской Федерации» и др.).

В ст. 23 8 УПК РФ перечислены случаи, когда производство по уголовному делу подлежит приостановлению. Такое решение может быть принято судьей в случаях: когда обвиняемый скрылся и место его пребывания неизвестно (п. 1 ч. 1 ст. 238 УПК РФ); если тяжелое заболевание обвиняемого подтверждается медицинским заключением (п. 2 ч. 1 ст. 238 УПК РФ); когда место нахождения обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в уголовном деле отсутствует (п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ).

Основанием для приостановления производства по делу является также направление судом запроса в Конституционный Суд Российской Федерации или принятие Конституционным Судом Российской Федерации к рассмотрению жалобы о соответствии закона, примененного или подлежащего применению в данном уголовном деле, Конституции Российской Федерации (п. 3 ч. 1 ст. 238 УПК РФ).

Обосновывая перед судом свою точку зрения по данному вопросу, прокурору следует учитывать положения ч. 3 ст. 238 УПК РФ, согласно которой при наличии ходатайства одной из сторон суд может принять решение о проведении судебного разбирательства в отсутствие подсудимого. Прокурор вправе при одновременном наличии трех условий заявить соответствующее ходатайство, а именно:

вопрос решается по уголовному делу о тяжком и особо тяжком преступлении;

обвиняемый находится за пределами территории Российской Федерации и (или) уклоняется от явки в суд;

подсудимый не был привлечен к уголовной ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу.

При формировании своей позиции по вопросу о возможности приостановления производства по уголовному делу прокурору следует исходить из необходимости своевременного рассмотрения уголовного дела в отношении других обвиняемых в разумные сроки и разъяснений, содержащихся по этому вопросу в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2009 №28.

Как указал Пленум Верховного Суда Российской Федерации, если подсудимый скрылся либо его тяжелая болезнь исключает возможность его явки в судебное заседание, производство по делу приостанавливается в отношении данного подсудимого (ч. 3 ст. 253 УПК РФ). В отношении других подсудимых судебное разбирательство продолжается³¹. Производство по всему уголовному делу может быть приостановлено лишь в случае, если раздельное судебное разбирательство препятствует рассмотрению уголовного дела.

При наличии оснований, указанных в ст. 239 УПК РФ, судья вправе прекратить уголовное дело (уголовное преследование) в предварительном слушании. Судья выносит постановление о прекращении уголовного дела в случаях, предусмотренных п. 3—6 ч. 1, ч. 2 ст. 24 и п. З—6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, а также в случае отказа прокурора от обвинения.

Полагаем, что ходатайство о прекращении производства по делу должно быть заявлено прокурором при установлении следующих обстоятельств:

истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (п. 3 ч. 2 ст. 24 УПК РФ);

в материалах дела отсутствует заявление потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ (п. 5 ч. 2 ст. 24 УПК РФ);

в материалах дела отсутствует заключение суда о наличии признаков преступления в действиях одного из лиц, указанных в п. 2 и 2¹ ч. 1 ст. 448 УПК РФ, либо отсутствует согласие Совета Федерации, Государственной Думы, Конституционного Суда Российской Федерации, квалификационной коллегии судей на возбуждение уголовного дела или привлечение в качестве обвиняемого одного из лиц, указанных в п. 1 и 3—5 ч. 1 ст. 448 УПК РФ (п. 6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ);

имеется вступивший в законную силу приговор в отношении обвиняемого по тому же обвинению или постановление судьи о прекращении уголовного дела по тому же обвинению (п. 4 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

имеется неотмененное постановление органа дознания, следователя или прокурора о прекращении уголовного дела по тому же обвинению либо об отказе в возбуждении уголовного дела (п. 5 ч. 1 ст. 27 УПК РФ);

Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации отказала в даче согласия на лишение неприкосновенности Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, и (или) отказ Совета Федерации в лишении неприкосновенности этого лица (п. 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

По ходатайству стороны уголовное дело может быть также прекращено при наличии оснований, предусмотренных ст. 25 (в связи с примирением сторон) и ст. 28 (в связи с деятельным раскаянием) УПК РФ. Представляется, что инициатором такого ходатайства, как правило, должна выступать сторона защиты и (или) потерпевший. В этом случае государственный обвинитель высказывает свою обоснованную позицию по этому вопросу с учетом мнения участников процесса, сформировавшуюся на основе материалов уголовного дела. В то же время не будет нарушением закона, если такое ходатайство при наличии к тому оснований будет заявлено и прокурором. Более того, полагаем, что это будет являться ярким выражением правозащитного содержания деятельности прокурора в уголовном судопроизводстве.

При этом следует учитывать, что прекращение уголовного дела по ряду оснований допускается только в том случае, если обвиняемый против этого не возражает (по основаниям, указанным в п. 3 и 6 ч. 1 ст. 24, ст. 25, 28 и 28¹, п. 3 и 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

Несмотря на то, что ч. 7 ст. 246 УПК РФ предусматривает, что отказ государственного обвинителя от обвинения возможен, если в ходе судебного разбирательства он придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное обвинение, полагаем, что отказ прокурора от государственного обвинения в предварительном слушании не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Такой отказ может иметь место в случаях, когда решение принято на основании объективной оценки письменных материалов уголовного дела в их совокупности при отсутствии необходимости исследования имеющихся в деле доказательств виновности (невиновности) лица в совершении инкриминируемого ему уголовно-наказуемого деяния (например, при бесспорном подтверждении факта совершения деяния лицом, не достигшим возраста, с которого наступает уголовная ответственность)³².

Отказ возможен на основе исследования письменных материалов уголовного дела после учета мнения потерпевшего и обвиняемого, а также его защитника, если он участвует в деле.

Изложенное в равной мере распространяется и на право прокурора изменить обвинение на менее тяжкое.

Судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, может быть обжаловано участниками уголовного судопроизводства, в том числе прокурором, в апелляционном, кассационном и надзорном порядке. Исключением из этого правила являются решения о назначении судебного заседания в части разрешения вопросов, указанных в п. 1, 3 — 5 ч. 2 ст. 231 УПК РФ, а именно: о месте, дате и времени судебного заседания, о назначении защитника в случаях, когда его участие является обязательным, о вызове в судебное заседание лиц по спискам, представленным сторонами, о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании.

Таким образом, можно говорить о том, что прокурор, участвующий в предварительном слушании, осуществляет уголовное преследование путем обоснования перед судом законности обвинения, т.е. соблюдения норм материального и процессуального законов при возбуждении уголовного дела, производстве предварительного расследования и направлении уголовного дела в суд. На данной стадии уголовного судопроизводства прокурор вправе распоряжаться судьбой обвинения — при наличии к тому оснований отказаться от обвинения полностью либо в части, а также изменить обвинение на менее тяжкое. Это определяет предмет дальнейшего судебного разбирательства или является безусловным основанием для принятия судом решения о прекращении производства по делу либо рассмотрения дела по новому (измененному) обвинению.

Кроме того, в случае, когда после направления уголовного дела в суд наступили новые общественно опасные последствия инкриминируемого обвиняемому деяния, являющиеся основанием для предъявления ему обвинения в совершении более тяжкого преступления или ранее вынесенные по уголовному делу приговор, определение, или постановление суда отменены в порядке, предусмотренном гл. 49 УПК РФ, а послужившие основанием для их отмены новые или вновь открывшиеся обстоятельства являются основанием для предъявления обвиняемому обвинения в совершении более тяжкого преступления, государственный обвинитель обязан заявить ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку при наличии указанных обстоятельств в целях уголовно-правовой квалификации деяния как более тяжкого преступления суд может вернуть уголовное дело прокурору только по ходатайству стороны (ч. 1² ст. 237 УПК РФ).

Аналогичное ходатайство следует заявить и в случае, когда фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, постановлении о направлении уголовного дела в суд для применения принудительной меры медицинского характера, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, как более тяжкого преступления (общественно опасного деяния) либо в ходе предварительного слушания установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния (п. 6 ч.1 ст. 237 УПК РФ).

Деятельность прокурора по заявлению соответствующего ходатайства также следует рассматривать как элемент уголовного преследования, поскольку она направлена на изобличение лица в совершении более тяжкого преступления, чем то, которое вменялось ему изначально.

В то же время деятельность прокурора всегда носит правозащитный характер. В пределах предоставленных ему полномочий он обязан принимать меры к обеспечению законности при производстве по делу, соблюдению прав и свобод участников уголовного судопроизводства, обращая внимание суда на необходимость соблюдения прав и свобод участников процесса.

Например, если участие защитника в предварительном слушании обязательно³³, но он не явился в судебное заседание без уважительных причин, то закон обязывает судью разъяснить обвиняемому положения ст. 50 УПК РФ и предложить ему пригласить другого защитника, а в случае отказа обвиняемого принять меры по его назначению. При этом вновь вступившему в дело защитнику должно быть предоставлено время для ознакомления с материалами дела в пределах разумного срока с учетом объема уголовного дела³⁴.

Следует отметить, что вопросы, касающиеся реализации права обвиняемого на защиту, подробно освещены в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2015 № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве».

В частности, Пленум Верховного Суда Российской Федерации указал, что, исходя из положений ч. 2 ст. 50, п. 1 ч. 1 и ч. 3 ст. 51 и ст. 52 УПК РФ в их взаимосвязи, суд принимает меры по назначению защитника во всех случаях, когда обвиняемый в судебном разбирательстве не воспользовался своим правом на приглашение защитника и при этом не заявил в установленном порядке об отказе от защитника либо такой отказ не был принят судом (п. 14). На соблюдение этого и иных положений упомянутого постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации государственному обвинителю следует обращать внимание, поскольку их несоблюдение может повлечь признание состоявшегося судебного решения незаконным в силу нарушения права обвиняемого на защиту.

При наличии к тому оснований государственный обвинитель должен обратить внимание суда на необходимость исполнения указанных и иных предписаний уголовно-процессуального закона, заявив соответствующее ходатайство и (или) высказав свое мнение по заявленному стороной защиты ходатайству.

Осуществление прокурором уголовного преследования в форме поддержания государственного обвинения в суде первой инстанции

Поддержание государственного обвинения в суде можно рассматривать как форму реализации функции уголовного преследования, сущность которой состоит в изобличении обвиняемого в совершении преступления. Закон не раскрывает понятия «государственное обвинение», но содержит понятие «обвинение», понимая под ним «утверждение о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом, выдвинутое в порядке, установленном УПК РФ» (п. 22 ст. 5 УПК РФ). На основании этого под поддержанием государственного обвинения следует понимать осуществляемую в установленном уголовно-процессуальным законом порядке деятельность прокурора по обоснованию перед судом утверждения о совершении подсудимым уголовно наказуемого деяния, изложенного в обвинительном заключении (обвинительном акте, обвинительном постановлении).

Задача прокурора — убедить суд в правильности сформулированного в результате предварительного расследования вывода о виновности подсудимого³⁵.

В зависимости от процессуального порядка разрешения дел судом В.Ф. Крюков выделяет три формы государственного обвинения, реализуемые прокурором в суде первой инстанции при рассмотрении уголовного дела по существу (понимая под формой государственного обвинения порядок производства процессуальных действий и установленную законом процедуру производства по уголовным делам):

государственное обвинение при рассмотрении судом первой инстанции уголовных дел в общем порядке;

государственное обвинение при рассмотрении судом первой инстанции уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства, выделяя в качестве самостоятельного вида обвинительной деятельности прокурора осуществление государственного обвинения в отношении подсудимого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве;

государственное обвинение при рассмотрении уголовных дел судом с участием присяжных заседателей³⁶.

Признавая право на существование представленной классификации, считаем необходимым обратить внимание на следующее.

УПК РФ устанавливает общие правила судебного разбирательства (гл. 33—39 УПК РФ).

Уголовно-процессуальный закон устанавливает специальные правила производства по уголовному делу в отношении несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых, в том числе специальные правила, касающиеся предмета доказывания и процедуры их рассмотрения судом (гл. 50 УПК РФ)³⁷. Более того, законодатель предусмотрел возможность не только рассмотрения судом уголовных дел в отношении несовершеннолетних, поступивших с обвинительным заключением (обвинительным актом), но и рассмотрение дел в отношении несовершеннолетних о преступлениях небольшой или средней тяжести с постановлением о прекращении уголовного преследования и ходатайством о применении к обвиняемому предусмотренной ч. 2 ст. 90 УПК РФ принудительной меры воспитательного воздействия.

Производство в суде с участием присяжных заседателей также имеет свои особенности (гл. 42 УПК РФ).

При рассмотрении уголовного дела в особом порядке, исходя из оснований его применения, особенностей предмета доказывания и порядка исследования доказательств, порядка проведения судебного заседания, можно выделить:

1) особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (гл. 40 УПК РФ);

2) особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве (гл. 40¹ УПК РФ);

3) особый порядок судебного производства по уголовному делу, дознание по которому проводилось в сокращенной форме (ст. 226⁹ УПК РФ).

Особенности судебного производства обусловливают и особенности участия прокурора в судебном разбирательстве.

Кроме того, в соответствии с ч. 8 ст. 318 УПК РФ, если по делу частного обвинения после принятия заявления потерпевшего к производству мировым судьей будет установлено, что потерпевший в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может сам защищать свои права и законные интересы, то он вправе признать обязательным участие в деле законного представителя потерпевшего и прокурора. Следует обратить внимание на то, что законодатель в этом случае использует термин «прокурор» (ч. 8 ст. 318 УПК РФ), а не «государственный обвинитель».

В этом случае прокурор, участвуя в рассмотрении уголовного дела частного обвинения судом, не поддерживает государственное обвинение и не обосновывает обвинительный тезис частного обвинителя. Прокурор способствует установлению всех обстоятельств, имеющих значение для законного, обоснованного и справедливого разрешения уголовного дела, соблюдению прав участников уголовного судопроизводства и принятию судом законного и справедливого решения.

Уголовному судопроизводству России присущ такой процессуальный институт, как производство о применении принудительных мер медицинского характера. Особенности такого производства в суде первой инстанции обусловливают и особенности деятельности прокурора. Следует отметить, что в ч. 2 ст. 441 УПК РФ, регламентирующей особенности судебного разбирательства, законодатель использовал термин «прокурор», а не «государственный обвинитель», что обусловлено тем обстоятельством, что вопрос о виновности лица, совершившего уголовно наказуемое деяние, в данном случае судом не разрешается.

Однако полагаем, что по своему содержанию деятельность прокурора носит обвинительный характер. Прокурор, излагая доводы о необходимости применения к лицу, которое признано невменяемым или у которого наступило психическое расстройство, принудительной меры медицинского характера, должен обосновать перед судом наличие деяния, запрещенного уголовным законом, совершение этого деяния лицом, в отношении которого рассматривается уголовное дело, в состоянии невменяемости, либо наступление у лица после совершения преступления психического расстройства, делающего невозможным назначение наказания или его исполнение, а также то, что психическое расстройство представляет опасность для самого лица или других лиц либо возможно причинение данным лицом иного существенного вреда (ст. 442 УПК РФ).

Поэтому полагаем, что правильнее говорить о видах участия прокурора в судебном разбирательстве в суде первой инстанции, а не о формах государственного обвинения, что позволит отразить все особенности деятельности прокурора в суде первой инстанции.

На основании таких критериев, как наличие особенностей порядка судебного заседания (судебного следствия); лицо, в отношении которого осуществляется судебное разбирательство; предмет доказывания и порядок исследования доказательств, в их совокупности можно выделить следующие виды участия прокурора в рассмотрении уголовных дел судом первой инстанции³⁸:

1) участие прокурора в рассмотрении уголовных дел в общем порядке;

2) участие прокурора в рассмотрении уголовных дел судом с участием присяжных заседателей;

3) участие прокурора в рассмотрении судом уголовных дел в отношении несовершеннолетнего подсудимого;

4) участие прокурора в особом порядке проведения судебного заседания при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением;

5) участие прокурора в особом порядке проведения судебного заседания в отношении подсудимого, с которым было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве;

6) участие прокурора в особом порядке проведения судебного заседания в отношении подсудимого, в отношении которого осуществлялось дознание в сокращенной форме.

Во всех указанных выше случаях прокурор осуществляет в суде уголовное преследование — обосновывает обвинительный тезис, доказанность виновности лица в совершении инкриминируемого ему уголовного наказуемого деяния и необходимость применения к нему той или иной меры наказания (с учетом личности подсудимого, обстоятельств совершения преступления и его общественной опасности).

Кроме того, можно выделить такие особые виды участия прокурора в рассмотрении уголовных дел судом, как:

обоснование применения к лицу, совершившему запрещенное уголовным законом деяние в состоянии невменяемости или у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение наказания или его исполнение, принудительной меры медицинского характера;

участие в рассмотрении уголовных дел частного обвинения;

участие в рассмотрении уголовных дел в отношении несовершеннолетних о преступлении небольшой или средней тяжести, поступивших в суд с постановлением о прекращении уголовного преследования и ходатайством о применении к обвиняемому предусмотренной ч. 2 ст. 90 УК РФ принудительной меры воспитательного воздействия (ч. 1 ст. 427 УПК РФ).

В указанных случаях прокурор не осуществляет уголовное преследование, а высказывает свое обоснованное мотивированное мнение по рассматриваемому судом вопросу, способствуя суду в принятии законного и обоснованного решения.

А.А. Тушев справедливо указывает, что прокурор в судебных стадиях обязан не только осуществлять уголовное преследование, но и принимать меры к предупреждению нарушений прав участников процесса. По его мнению, правозащитная функция реализуется прокурором путем заявления ходатайств об отмене или изменении меры пресечения на менее строгую, о применении мер безопасности к участникам уголовного судопроизводства, о проведении закрытого судебного заседания, о назначении защитника и (или) переводчика в случаях, предусмотренных законом, а также отводов и самоотвода, предъявления и поддержания гражданского иска, высказывании своего мнения по иным обсуждаемым в судебном заседании вопросам³⁹.

Полагаем, что содержание деятельности прокурора неизменно: оставаясь в судебном заседании представителем органа охраны законности, он должен осуществлять функцию обвинения так, чтобы она способствовала утверждению закона, охране прав всех участников процесса⁴⁰. В этом широком смысле любая деятельность прокурора, в том числе и поддержание государственного обвинения, обладает правозащитным содержанием.

Участвуя в подготовительной части судебного заседания, государственный обвинитель излагает суду свое аргументированное мнение о возможности проведения судебного разбирательства, в том числе в случае неявки кого-либо из участников уголовного судопроизводства, а в случае необходимости принять меры, направленные на обеспечение законности при рассмотрении судом уголовного дела, исправление и (или) восполнение пробелов предварительного расследования и устранение допущенных ошибок путем заявления соответствующих ходатайств: об отводе участников уголовного процесса, вызове новых свидетелей, экспертов, специалистов, истребовании вещественных доказательств и (или) документов, исключении доказательств, полученных с нарушением требований УПК РФ, а также по поводу ходатайств других участников уголовного судопроизводства (ст. 271 УПК РФ)⁴¹.

По уголовному делу, поступившему в суд с представлением прокурора об особом порядке проведения судебного заседания при заключении с обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, прокурор подтверждает основания, в силу которых с обвиняемым было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве⁴².

Подготовительная часть судебного заседания в суде с участием присяжных заседателей проводится с учетом особенностей, предусмотренных ст. 327 УПК РФ. На данном этапе производства по делу в закрытом судебном заседании осуществляется формирование коллегии присяжных заседателей с учетом положений Федерального закона от 20.08.2004 № 113-ФЗ «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации»⁴³ и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей»⁴⁴.

При рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей государственный обвинитель наделен дополнительными (по отношению к объему процессуальных прав, имеющихся у него при рассмотрении дела в общем порядке) правами, а именно:

получить список кандидатов в присяжные заседатели, содержащий необходимые сведения о кандидате, позволяющие провести формирование коллегии присяжных заседателей (возраст, образование, социальный статус и др.);

опросить кандидатов в присяжные заседатели о наличии обстоятельств, препятствующих их участию в качестве присяжных заседателей в рассмотрении уголовного дела;

заявить мотивированные и немотивированные отводы присяжным заседателям;

до приведения присяжных заседателей к присяге заявить о тенденциозности состава коллегии присяжных в случае, когда при соблюдении положений закона о порядке ее формирования тем не менее имеются основания полагать, что образованная по конкретному уголовному делу коллегия не способна всесторонне и объективно оценить обстоятельства рассматриваемого уголовного дела и вынести справедливый вердикт (например, вследствие однородности состава коллегии присяжных заседателей с точки зрения возрастных, профессиональных, социальных и иных факторов).

Прокурор, участвуя в отборе присяжных заседателей, должен своими действиями (опросом кандидатов в присяжные заседатели, мотивированными и немотивированными отводами, заявлением о тенденциозности сформированной коллегии присяжных заседателей) способствовать формированию такой коллегии, которая будет отвечать целям правосудия, окажется способной вынести объективный и непредвзятый отвечающий требованиям справедливости вердикт по существу поддерживаемого прокурором обвинения⁴⁵.

Судебное разбирательство

«Обязательно для всех обвинителей — более или менее хорошо, детально вести судебное следствие. Последнее есть корень всего дела: оно проверяет, дополняет и нередко исправляет предварительное следствие. Только оно служит основою для судейского по делу приговора. Вся сила в делах уголовных — в судебном следствии, а потому здесь, в недостатках его, в неумелом ведении его или в невозможности на суде исправить ошибки предварительного следствия кроются причины тех будто бы неправильных приговоров присяжных заседателей, о которых приходится так часто слышать»⁴⁶.

Деятельность государственного обвинителя по осуществлению уголовного преследования на этапе судебного разбирательства включает:

изложение предъявленного подсудимому обвинения;

представление доказательств виновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления;

заявление ходатайств о производстве следственных действий, вызове и допросе свидетелей, потерпевших, экспертов, специалистов, исследовании доказательств и их приобщении к материалам уголовного дела;

участие в судебных следственных действиях и исследовании доказательств;

выражение мнения по заявленным ходатайствам других участников процесса и иным вопросам, возникающим в ходе судебного следствия⁴⁷.

По обоснованному замечанию В.Ф. Крюкова, положение государственного обвинителя в уголовном судопроизводстве специфично тем, что он, являясь процессуально самостоятельной фигурой, связан в своей позиции материалами уголовного дела, доказательства по которому сформированы органами предварительного расследования, проверены и признаны прокурором, утвердившим обвинительное заключение, процессуально относимыми, допустимыми и в их совокупности достаточными для разрешения уголовного дела по существу⁴⁸.

В то же время цель государственного обвинителя — досконально проверить в судебном заседании собранные следователем и вновь представленные и исследованные в судебном заседании доказательства и на основании этого сделать собственный вывод об обоснованности обвинения⁴⁹. Прокурор в целях установления фактических обстоятельств содеянного и его правильной уголовно-правовой квалификации должен использовать все законные возможности для представления и исследования доказательств. Именно в ходе этой деятельности у государственного обвинителя формируется собственная позиция по вопросу о виновности (или невиновности) подсудимого.

Как справедливо отмечает В.Г. Ульянов, требование объективности государственного обвинителя запрещает прокурору искусственно подбирать доказательства, тенденциозно освещать факты, обходить молчанием обстоятельства, ставящие под сомнение отдельные пункты обвинения, игнорировать все, что ставит под сомнение вину подсудимого, оправдывает его или смягчает вину⁵⁰.

Данная позиция нашла свое отражение в приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 25.12.2012 № 465, согласно п. 5.1 которого прокурорам предписано активно участвовать в исследовании представляемых доказательств; всемерно способствовать принятию судом законного, обоснованного и справедливого решения, соблюдению требований закона о разумном сроке уголовного судопроизводства.

Полномочия прокурора, реализуемые им в ходе судебного следствия, можно условно разделить на три группы:

1) полномочия по представлению доказательств и участию в исследовании доказательств, представленных другими участниками уголовного судопроизводства, а именно:

заявить ходатайства об оглашении материалов дела (протоколов следственных действий, заключений экспертов и иных документов), об осмотре вещественных доказательств (ст. 284, 285 УПК РФ), в том числе повторно;

при соблюдении установленных ст. 276, 281 УПК РФ правил заявить ходатайство об оглашении показаний подсудимого, а также свидетелей и потерпевших, ранее данных при производстве предварительного расследования или в суде;

ходатайствовать о производстве следственных действий: допросе эксперта (ст. 282 УПК РФ), назначении судебной экспертизы, в том числе повторной и (или) дополнительной (ст. 283 УПК РФ), осмотре местности и помещения (ст. 287 УПК РФ), производстве следственного эксперимента (ст. 288 УПК РФ), предъявлении для опознания лица или предмета (ст. 289 УПК РФ), освидетельствовании (ст. 290 УПК РФ);

в случае назначения судебной экспертизы представить в письменном виде вопросы эксперту (ч. 2 ст. 283 УПК РФ);

представлять суду новые документы, ранее не приобщенные к материалам уголовного дела, и ходатайствовать об их оглашении и приобщении к делу (ст. 286 УПК РФ);

ходатайствовать о признании доказательства, представленного защитой, недопустимым и, наоборот, о признании допустимым доказательства, которое на предварительном слушании было признано недопустимым (ч. 7 ст. 235 УПК РФ);

2) полномочия по защите прав участников уголовного судопроизводства, а именно:

предъявить и (или) поддержать гражданский иск о возмещении причиненного преступлением ущерба в защиту интересов несовершеннолетних, лиц, признанных недееспособными или ограниченно дееспособными, лиц, которые по иным причинам сами не могут защищать свои права и законные интересы, в защиту интересов государства, а также заявить ходатайство о наложении ареста на имущество и ценные бумаги для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч. 1 ст. 104¹ УК РФ;

в случае нарушения кем-либо из участников судебного разбирательства требований закона при исследовании доказательств обратиться к суду с заявлением, содержащим просьбу устранить допущенное нарушение (например, если защитник или иной участник процесса в ходе допроса задает наводящие вопросы либо вопросы, не имеющие отношения к предмету судебного исследования, то прокурору следует обратиться к суду с заявлением об отводе такого вопроса); выступить с возражениями против действий самого суда, нарушающих права участников уголовного судопроизводства (п. 6 ч. 3 ст. 259 УПК РФ); заявить ходатайство о восстановлении нарушенных прав и интересов участников процесса;

обжаловать в апелляционном и кассационном порядке определения (постановления) суда, вынесенные в ходе судебного следствия, нарушающие, по его мнению, права и интересы участников судебного заседания (за исключением указанных в ч. 5 ст. 355 УПК РФ;

3) полномочия по распоряжению обвинением, а именно право отказаться от обвинения полностью либо в части или изменить обвинение в сторону смягчения (ч. 7 и 8 ст. 246 УПК РФ).

Генеральный прокурор Российской Федерации в приказе от 25.12.2012 №465 указал на необходимость в соответствии с ч. 2 ст. 73 УПК РФ в ходе судебного разбирательства уголовного дела выяснять обстоятельства, способствовавшие совершению преступлений; в установленных законом случаях предлагать суду вынести частное определение или постановление (п. 5.3).

По уголовным делам в отношении несовершеннолетних подсудимых государственный обвинитель наряду с общими правилами руководствуется специальными нормами уголовного и уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими особенности производства по таким уголовным делам, а также положениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2011 № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних»⁵¹.

Особенности поддержания государственного обвинения в суде с участием присяжных заседателей обусловливаются особенностями исследования доказательств, установленными законодателем для этой формы судопроизводства (ст. 335 УПК РФ), а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2005 № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей»⁵².

В прениях сторон государственным обвинителем дается оценка исследованных в ходе судебного следствия доказательств, в окончательном виде формулируется вывод о доказанности виновности подсудимого в совершении инкриминируемого ему уголовно наказуемого деяния и высказываются предложения по всем вопросам, подлежащим разрешению по делу судом (доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, что это деяние совершил подсудимый, виновен ли он в его совершении, какова уголовно-правовая квалификация содеянного, подлежит ли подсудимый наказанию, какое наказание должно быть назначено подсудимому и др.)⁵³.

При этом выступление в прениях сторон в суде с участием присяжных заседателей имеет свои особенности, которые предусмотрены ст. 336 УПК РФ и разъяснены в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2005 № 3 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство с участием присяжных заседателей»⁵⁴, которые заключаются в том, что прения сторон проводятся лишь в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, и стороны не вправе касаться обстоятельств, которые рассматриваются после вынесения вердикта без участия присяжных заседателей (ч. 2 ст. 336 УПК РФ). Еще одна особенность производства в суде с участием присяжных заседателей заключается в формировании судом вопросов перед коллегией присяжных заседателей и участии сторон, в том числе государственного обвинителя, в этом процессе.

Бремя доказывания предъявленного подсудимому обвинения, обеспечение его законности и обоснованности возложены на поддерживающего государственное обвинение прокурора. Успех этой деятельности при рассмотрении уголовного дела судом, в том числе с участием присяжных заседателей, зависит от целого ряда важных обстоятельств: качества предварительного расследования, активного и профессионального участия государственного обвинителя в судебном следствии, его умения устранить пробелы, имевшие место в досудебном производстве. Искусство доказывания обвинения в состязательном уголовном процессе в значительной степени заключается и в умении прокурора убедительно выступать в завершающей перед постановлением приговора стадии — прениях сторон. Его способность выступить с убедительной обвинительной речью зависит от знания им методических и научных основ подготовки и произнесения такой речи, в том числе от знания положений из области социальной психологии⁵⁵.

После окончания судебного следствия государственный обвинитель, равно как и другие участники прений сторон, праве заявить ходатайство об объявлении перерыва для подготовки к выступлению с речью.

Если в результате судебного следствия государственный обвинитель придет к убеждению, что лицо виновно в совершении инкриминируемого ему преступления, то он обязан обосновать перед судом свою позицию о том, что преступление совершил именно подсудимый (подсудимые), определить форму вины, мотив и цель преступления, характер и размер причиненного вреда, уголовно-правовую квалификацию содеянного.

Кроме того, он должен сформулировать и свои предложения по вопросам о назначении подсудимому дополнительного наказания, избрании в отношении него меры пресечения, оставлении прежней или изменении на более строгую до вступления приговора в законную силу, взыскании с подсудимого причиненного преступлением ущерба, назначении конкретного вида исправительного учреждения и другим вопросам, которые подлежат разрешению судом в соответствии со ст. 299 УПК РФ⁵⁶.

Если в ходе судебного разбирательства государственный обвинитель придет к убеждению, что исследованные доказательства не подтверждают предъявленное подсудимому обвинение, то он обязан отказаться от обвинения с изложением суду мотивов отказа. Полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение уголовного дела или уголовного преследования полностью либо в соответствующей части по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24, п. 1 и 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может также изменить обвинение в сторону смягчения путем:

1) исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание;

2) исключения из обвинения ссылки на какую-либо норму УК РФ, если деяние подсудимого предусматривается другой нормой уголовного закона, нарушение которой вменялось ему в обвинительном заключении или обвинительном акте;

3) переквалификации деяния в соответствии с нормой УК РФ, предусматривающей более мягкое наказание.

В соответствии с общими правилами о пределах судебного разбирательства и запрете на поворот обвинения к худшему государственный обвинитель может изменить обвинение лишь при условии, что этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту (ст. 252 УПК РФ).

Следует отметить, что Конституционный Суд Российской Федерации признал не противоречащими Конституции Российской Федерации взаимосвязанные положения ч. 7 и 8 ст. 246 и п. 2 ст. 254 УПК РФ, поскольку по их конституционно-правовому смыслу в системе норм предполагается, что полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения, влекущий прекращение уголовного дела, равно как и изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения должны быть мотивированы со ссылкой на предусмотренные законом основания, а вынесение судом решения, обусловленного соответствующей позицией государственного обвинителя, допустимо лишь по завершении исследования значимых для этого материалов дела и заслушивания мнений участников судебного заседания со стороны обвинения и защиты и что законность, обоснованность и справедливость такого решения возможно проверить в вышестоящем суде⁵⁷.

Таким образом, с учетом изложенной выше позиции Конституционного Суда Российской Федерации изменение обвинения или отказ от него может иметь место только после того, как государственный обвинитель исчерпал все законные средства для поддержания обвинения. Изменение позиции стороны обвинения, сформулированной в досудебном производстве по уголовному делу, возможно только тогда, когда детально проверенные и тщательно исследованные в ходе судебного следствия доказательства, в том числе вновь представленные суду сторонами, опровергают выводы, сделанные на основании материалов предварительного расследования.

Отказ прокурора от обвинения может быть обусловлен тем, что ряд доказательств после их непосредственного исследования в судебном следствии признаны судом недопустимыми, а оставшиеся — недостаточными для вывода о виновности подсудимого, выявлены существенная неполнота предварительного расследования, допущенные в досудебном производстве нарушения закона; установлены ранее неизвестные обстоятельства на основании представленных стороной защиты новых, не исследовавшихся в ходе предварительного расследования доказательств⁵⁸.

В случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебном производстве и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела судом, выявлено в судебном