Г.А. Александрук

Полиграфология. Техника с вопросами сравнения

Практическое пособие для специалистов

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 159.9.07

ББК 88.4

А46

Автор:

Александрук Г. А., полиграфолог, методолог, руководитель Alexandruk Research Group. Является автором и разработчиком концепции «управляемого» INC, модифицированной техники с позитивным контролем, сбалансированного теста сравнения зон, адаптивного SKY-теста. С 2006 г. провел около 3000 исследований на полиграфе (в том числе более 40 психофизиологических экспертиз).

Автор попытался объединить свой многолетний личный опыт работы в области полиграфологии с соответствующей научной литературой и результатами эмпирических исследований, объективно оценить теоретический и практический фундамент техники вопросов сравнения как наиболее часто используемой для оценки достоверности информации полиграфной процедуры. Помимо общих теоретических положений, в этой публикации подробно описываются структуры и принципы функционирования наиболее популярных форматов «зонных» тестов, в том числе новой авторской методики – модифицированного теста с позитивным контролем, рассматриваются их преимущества и недостатки, результаты полевых и лабораторных испытаний. Кроме того, эта книга – хорошее практическое руководство по современным системам числовой оценки, которыми пользуются большинство полиграфологов в своей повседневной работе.

Книга адресована в первую очередь практикующим специалистам.

УДК 159.9.07

ББК 88.4

© Александрук Г. А., 2018

© ООО «Проспект», 2018

Предисловие

Настоящий сборник включает в себя шесть статей, написанных в разное время, но объединенных одной общей темой, которая в переводе с языка ее создателей называется техникой вопросов сравнения (ТВС), или CQT¹.

В представленных Вашему вниманию материалах была сделана попытка критически осмыслить принципы функционирования ТВС, разобрать «по винтикам» структуры наиболее интересных форматов «зонных» тестов, обратить внимание практиков на «узкие» места в процедуре тестирования и познакомить специалистов с системами числовой оценки HSS и ESS.

Кроме того, в этой публикации представлена разработанная несколько лет назад модифицированная техника с «позитивным» контролем, которая хорошо себя зарекомендовала в полевых условиях.

Поскольку это все-таки сборник, а не однородный материал, написанный за один присест, внимательный читатель в некоторых разделах заметит повторы, которые были сознательно сохранены исходя из пословицы: «Repetitio est mater studiorum»². Но как бы то ни было, хочется надеяться, что эта публикация поможет «опытным» коллегам лучше ориентироваться в «лабиринтах» ТВС, а начинающим специалистам сделать свои первые шаги навстречу этой замечательной технике.

Геннадий Александрук

Глава 1.
Анализ психологической модели ТВС

На протяжении десятков лет считалось, что принцип функционирования ТВС неразрывно связан с понятием психологической установки, которая имеет фундаментальное значение для понимания результатов исследований на полиграфе. Эта концепция, предложенная в начале 60-х гг. К. Бакстером, равно как и связанные с ней понятия «сверхподавления» и «внепикового подавления»³, давно и прочно вошли в лексикон полиграфологов.

К. Бакстер использовал эти термины для объяснения различных паттернов физиологических реакций, которые он наблюдал в своих исследованиях.

В опубликованной переписке [7] M. Хэндлер сообщил, что понятие психологической установки было предложено К. Бакстером, хотя тот в своих публикациях всегда ссылался на книгу Флойда Л. Руча «Психология и жизнь» [8], в которой дается следующее описание этого состояния: «Избирательность человеческого организма выходит далеко за рамки физиологической избирательности органов чувств. Это больше, чем сенсорная избирательность. Хотя между собой конкурируют несколько стимулов, отбираются только те из них, которые соответствуют потребности момента. Например, когда ты погружен в интересный разговор, ты не услышишь звуки проезжающего мимо автомобиля…».

В 1965 г. в школе военной полиции армии США (USAMPS) было опубликовано учебное пособие «Психологическая теория исследования на полиграфе», где психологическая установка определялась следующим образом: «Страхи, тревоги и опасения человека направлены в сторону ситуации, несущей наибольшую непосредственную угрозу его самосохранению или его благополучию. Человек фокусирует свое внимание на том, что указывает на опасность или беду, таким образом, что его органы чувств и внимание настроены на конкретный стимул, и не обращает внимания на то, что представляет относительно меньшую угрозу для его безопасности или благополучия». Другими словами, человек сам создает психологическую установку, которая носит избирательный характер и зависит от его взгляда на ситуацию.

Интересно, что в своих статьях, посвященных технике сравнения зон, К. Бакстер иногда использовал термин «психологическая установка» попеременно с термином «установка внимания» [9]. Это связано с тем, что, исходя из наших способностей, мы не всегда можем обработать всю информацию, с которой сталкиваемся в какой-либо момент времени, и ориентируемся на то, что кажется нам наиболее важным, игнорируя все остальное. Поэтому, когда мозг воспринимает только часть обращенной к нему информации, он является субъектом избирательного внимания⁴, которое является совершенно необходимой адаптивной функцией в подобных ситуациях.

В настоящее время понятие психологической установки используется в различных областях современной психологии [9]. Ее можно описать как «контекстно-зависимую психическую деятельность, которая следует в направлении, соответствующем предполагаемому контексту», как «готовность к определенному поведению» [10], или как «адаптивную готовность к действиям определенного рода» [11].

Более общее определение психологической установки можно найти в «The Penguin Dictionary of Psychology» [12]: «Любое состояние, склонность или тенденция со стороны живого существа реагировать определенным образом может быть установкой внимания или восприятия для определенного вида стимулов».

Этот психологический настрой положительно влияет на восприятие и реагирование на одни раздражители за счет негативного влияния на восприятие и реагирование на другие раздражители или стимулы.

Расширяя границы этого понятия, можно использовать психологическую установку для описания состояния, которое было «установлено» в личности на основании его прошлого опыта, для изменения вероятности восприятия определенных стимулов или реагирования при определенных обстоятельствах. Это своего рода конфигурация избирательного внимания, действие которого проявляется в снижении порогов для восприятия сознательно или предсознательно ожидаемых знаковых раздражителей и интерпретации их в предполагаемом контексте. При этом пороги для других стимулов или иных возможных контекстных интерпретаций повышаются, в результате чего они игнорируются.

Хотя в большинстве случаев это помогает человеку адаптироваться к экзогенным раздражителям, психологическая установка по существу содержит угрозу из-за способности человека «видеть» то, что он ожидает увидеть, а не то, что он на самом деле чувствует.

Психологическая установка — это довольно общее понятие, но ее проявление всегда специфично и связано с определенными обстоятельствами, в которых находится человек. Например, беременная женщина точнее определит число беременных женщин на улице по сравнению с ее жизненным периодом до беременности, так как специфические обстоятельства настраивают ее психику на повышенную чувствительность в обнаружении признаков, которые указывают на беременность.

Точно так же число автомобилей определенной модели, находящихся на дороге, в глазах человека, который купил точно такую же модель, скорее всего, изменится по сравнению с его более ранним восприятием.

Это происходит из-за определенных психологических установок, которые, осознанно или нет, «настраивают» его ожидания в этом направлении. В связи с этим можно предположить, что:

• конкретная психологическая установка основана на прошлом опыте субъекта;

• у каждого человека в его «арсенале» имеется много таких установок;

• в зависимости от обстоятельств, в определенный момент одна из них берет верх и становится доминантной.

Все это справедливо только в отношении активной фазы, т. е. состояния, в котором человек находится под влиянием определенной психологической установки, в то время как другие установки «спят». Психологические установки отличаются друг от друга не только по содержанию или контексту, но и по силе. Чем сильнее активность установки, тем труднее отвлечь человека от ее влияния. Сила психологической установки может быть изменена не только новыми событиями или обстоятельствами, но она также зависит от непрерывных внутренних психических процессов, касающихся контекстных проблем. Чем выше интенсивность этих внутренних процессов⁵, тем сильнее психологическая установка.

Таким образом, воспоминания, мысли, ассоциации, эмоции и мотивы наполняют или формируют установку и ее силу. Применительно к полиграфу, разница в наличии или отсутствии непосредственного опыта в отношении исследуемых вопросов четко отделяет «причастных» от «непричастных» испытуемых. Первые совершали преступные действия или имеют «преступные» знания, а последние не имеют ни того ни другого.

Только на этом основании их специфические психологические установки относительно исследуемой проблемы должны быть разные. Если бы мы могли определить эти различия сразу, у нас был бы отличный инструмент для дифференцирования «лгущих» и «правдивых» испытуемых. Однако все обстоит несколько сложнее.

В определении психологической установки говорится, что: «Психологическая установка (избирательное внимание) — это адаптивное психофизиологическое реагирование, связанное с фокусировкой на определенной проблеме или ситуации, которая представляет набольшую угрозу безопасности для испытуемого, отфильтровывая при этом менее опасные угрозы» [13].

Это предположение означает, что каждый человек несет в себе постоянную готовность обнаруживать сигналы, которые угрожают его благополучию, и реагировать на них. В то же время этот процесс можно было бы считать механизмом самосохранения организма, функционирующим ради его существования, т. е. само по себе это не психологическая установка.

Психологическая установка в этом смысле является продуктом работы специфического механизма самосохранения, который фактически был заранее настроен (предустановлен) у каждого человека. Это могут быть, в частности: а) устремления или наклонности испытуемого исходя из прошлого опыта и личностных характеристик; б) чувствительность к стимулам определенного вида.

К. Бакстер утверждал, что кроме индивидуальных различий существуют ключевые факторы, которые, влияя на психологические установки испытуемых, дифференцируют их на «причастных» и «непричастных». Согласно этому утверждению проверочная тематика и релевантные вопросы представляют наибольшую угрозу благополучию лгущих субъектов, а вопросы сравнения, наоборот, представляют наибольшую угрозу испытуемым, которые правдивы в отношении рассматриваемого события.

В соответствии с изложенным это можно объяснить тем, что «лжецы» и «правдивые» придерживаются различных специфических психологических установок в соответствии с их различным опытом относительно рассматриваемого события и относящихся к нему вопросов. Это различие проявляется через выявление тех типов вопросов, которые представляют для испытуемых наибольшую угрозу.

Тем не менее, несмотря на всю привлекательность данной теории, внимательный взгляд на процессы, происходящие в ходе проверки на полиграфе, указывает на определенные проблемы в ее использовании при объяснении динамики ТВС.

Направляясь «на полиграф», каждый испытуемый знает, что целью проверки будет установление его возможного участия в расследуемом событии. В этот момент психологическая установка «причастного» или «непричастного» субъекта будет сфокусирована на проверочной тематике и каждый из них будет «погружен» в когнитивные и эмоциональные психические процессы, связанные с этой проблемой и возможными последствиями этой проверки. И «причастный», и «непричастный» рассматривают это происшествие и вопросы о нем как наибольшую угрозу их благополучию. Это пугает их обоих и, скорее всего, приведет к определенной психической озабоченности в этом отношении.

Следовательно, каждый из испытуемых имеет активную психологическую установку, связанную с рассматриваемым событием. Таким образом, даже если теория психологической установки может способствовать лучшему пониманию основ функционирования ТВС, очень важно учитывать то обстоятельство, что обе категории опрашиваемых «стартуют» из релевантной области рассматриваемого события.

Поэтому, чтобы осознать, что вопросы сравнения несут испытуемым какую-то угрозу, они сначала должны абстрагироваться от того, на чем их внимание сфокусировано в настоящий момент, т. е. попытаться отделить себя от релевантной тематики.

Рис. 1. Гипотетические распределения испытуемых по силе RIG

Есть основания полагать, что те испытуемые, которые лгут в ходе исследования на проверочные вопросы, в отличие от правдивых субъектов психологически по-иному, с различной силой «прикреплены» к релевантной тематике [10]. Эти аспекты внимания в контексте проверки на полиграфе созданы весомостью релевантной тематики⁶ и не зависят от предъявляемых стимулов в чистом виде, а скорее обусловлены внутренним душевным состоянием, в котором находится испытуемый при проведении исследования. Эта «сила», как предполагается, по-разному распределяется среди лгущих (относительно криминального события) по сравнению с «правдивыми» субъектами, что в конечном итоге влияет на дифференциальную реактивность проверочных вопросов относительно вопросов сравнения. Следовательно, для того, чтобы «непричастные» испытуемые перенесли свое внимание и беспокойство в область вопросов сравнения, они сначала должны «отсоединить» себя от релевантного поля рассматриваемого события. Легкость, с которой происходит эта диверсия внимания, в значительной степени зависит от силы «притяжения» релевантной тематики (здесь и далее RIG) и дифференциальной реактивности релевантных вопросов относительно вопросов сравнения.

Исходя из предположения, что сила RIG выше для лгущих субъектов, есть 90% вероятность того, что «лжец» — это № 1, а «правдивый» — № 2, в то время как субъект № 3 имеет равные шансы на принадлежность к любой из этих групп испытуемых.

Таким образом, можно сделать предварительные выводы:

1. «Причастный» и «непричастный» испытуемые имеют определенную величину переменной силы RIG.

2. Эта сила, как правило, будет более значительной для «причастных», чем для «непричастных» испытуемых.

3. Отличие в силе RIG приводит к относительной сложности в переключении внимания «причастных» субъектов с релевантной тематики на иную, представленную вопросами сравнения. В то же время «непричастные» испытуемые более свободны в том, чтобы «клюнуть» на приманку, представленную их вниманию этими же вопросами.

4. Количество исследований, результаты которых могут находиться в зависимости от процесса избирательного внимания и (или) из-за различных распределений силы RIG между «лгущими» и «правдивыми» субъектами, достоверно определить достаточно сложно.

1.1. Некоторые аспекты проверок на полиграфе в рамках концепции RIG

1.1.1. Фактор времени и ключевые события

Общеизвестно, что, когда в нашей жизни происходит какое-то значимое событие, мы все время думаем о нем и все наши мысли заняты только этим. Затем со временем в большинстве случаев эта озабоченность постепенно утрачивает прежнее значение и сходит на «нет».

Однако, если происходит другое важное событие, как-то связанное с первым, происходит резкое увеличение тревожности и озабоченности относительно этих двух событий с последующим постепенным снижением их влияния. Следовательно, если мы проводим проверку на полиграфе в отношении испытуемого сразу же после какого-либо события в его жизни, связанного с проводимым расследованием, мы, скорее всего, получим ошибочный результат. В рамках концепции RIG это объясняется колебаниями (флуктуацией) и дифференцированием силы RIG «причастных» и «непричастных» субъектов, когда связанные между собой события происходят в течение некоторого промежутка времени.

Только тогда, когда предположительная разница в силе RIG между «причастным» и «непричастным» испытуемым ожидается в безопасном интервале, можно проводить проверку на полиграфе с определенной уверенностью в том, что вероятность получения ложноположительного результата будет минимальна.

Рис. 2. Предположительный тренд величины силы RIG применительно к «причастным» и «непричастным» испытуемым

1.1.2. Исследования на полиграфе в отношении пострадавших

При проведении такого рода проверок уровень ложноположительных результатов, как правило, выше среднестатистического. Эта разница возникает в силу того, что в отличие от «обычного» испытуемого перед нами настоящая жертва, т. е. правдивый субъект, у которого имеются подлинные воспоминания в отношении расследуемого события. Следовательно, сила RIG у него выше, чем у «фальшивой» жертвы, и это бесспорно вызывает определенные трудности в привлечении внимания такого испытуемого к контрольной тематике.

1.1.3. «Правдивые» субъекты лучше запоминают нерелевантные предметы

Эта идея поддерживается результатами лабораторного исследования, проведенного более 20 лет назад [14]. Эксперимент проводился для проверки гипотезы, что при тестировании на полиграфе внимание «виновных» субъектов ориентировано и вовлечено в релевантную тематику в большей степени, чем у «невиновных» испытуемых.

Было установлено, что стимулы, в которых упоминались нерелевантные предметы, приобретали некоторые свойства и характеристики контрольных вопросов и эти предметы лучше помнили «невиновные» испытуемые по сравнению с «виновными» участниками этого эксперимента. Это указывает на то, что высокое значение силы RIG «виновного» испытуемого не позволяет перенаправить достаточное количество свободного внимания на нерелевантные (контрольные) предметы и повысить их значимость до той же степени, как и для «невиновных» испытуемых.

Таким образом, исходя из концепции «притяжения» релевантной тематики, можно предположить, что более значительная сила RIG, удерживающая внимание «причастного» испытуемого, одновременно приводит к снижению внимания к нерелевантным стимулам и оказывает негативное влияние на его воспоминания в этом отношении.

1.1.4. Техника с вопросами «управляемой лжи»

Теория психологической установки в недостаточной степени объясняет функционирование ТВС при использовании вопросов «управляемой лжи». Вспомним, что при использовании подобного формата специалист не просто дает разрешение опрашиваемому лицу лгать на эти вопросы, но и прямо договаривается с ним об этом⁷. Таким образом, «страхи, тревоги, опасения…», связанные с обнаружением лжи на вопросы DLC как возможное объяснение реакции испытуемого, отсутствуют.

Считается, что вопросы «управляемой» лжи являются более значимыми для «правдивых» субъектов из-за когнитивной задачи, которую они содержат, и потенциально — благодаря бдительности испытуемого. Для «лживых» испытуемых релевантные вопросы будут более значимыми, чем вопросы DLC, из-за угроз, которые они «предлагают» [15]. По этим причинам в контексте ТВС c вопросами DLC у «правдивых» испытуемых ожидаются наиболее выраженные реакции на вопросы сравнения, а у «лживых» субъектов — на проверочные вопросы.

С точки зрения концепции «притяжения» релевантной тематики данное явление можно объяснить тем, что «причастные» будут находиться под более сильным влиянием силы RIG относительно «непричастных» испытуемых, что предполагает относительную простоту, с которой внимание последних может быть отвлечено от релевантной тематики любым видом стимуляции, в том числе и вопросами «управляемой» лжи.

1.2. Заключение

В целом концепция силы «притяжения» релевантной тематики не противоречит теории психологической установки и органично ее дополняет, позволяя создавать эффективные психологические структуры, на которых базируются тестовые форматы ТВС.

Такой комплексный подход обеспечивает рациональную теоретическую конструкцию, посредством которой паттерны физиологических реакций в ТВС могут быть проанализированы с различных позиций, не ограничиваясь традиционными объяснениями, которые связаны с какими-либо угрожающими обстоятельствами в отношении испытуемых.

Новый взгляд на роль внимания в психофизиологической «детекции лжи» и понятие психологической установки дает нам средство для расширения и совершенствования нашего понимания множества факторов, возникающих при исследованиях на полиграфе.

Глава 2.
Анализ влияния некоторых переменных на результат психофизиологического исследования

Мнение специалиста должно основываться
только на результатах исследования PDD.
Никакие другие методы оценки в отчет не включаются.
ASTM, Guides for: E2065–11

C точки зрения количественного подхода результат психофизиологического исследования основывается только на анализе полученных данных и является единственным фактором, определяющим «правду» или «ложь» испытуемого относительно цели проверки. Все иные методы, процедуры или показатели из этого процесса исключаются.

Следовательно, для получения достоверного результата в ходе исследования специалисту необходимо решить следующие задачи:

1. Идентифицировать переменные, которые способны оказать негативное влияние на регистрируемые психофизиологические реакции субъекта.

2. Использовать инструменты эффективного контроля выявленных переменных с целью минимизации их негативного воздействия на процесс исследования, тем самым получая надежные психофизиологические данные в каждом предъявлении теста.

Указанные переменные можно условно разделить на четыре категории.

1. «A» — эмоционально индуцированные симпатические реакции:

а) страх обнаружения обмана;

б) опасение ошибочного результата;

в) чувство вины по умолчанию;

г) злость, ярость;

д) удивление;

е) стыд;

ж) смущение, затруднение;

з) классическое обусловливание⁸.

2. «B» — неэмоционально индуцированные симпатические реакции:

а) ориентировочная реакция на экзогенные раздражители;

б) когнитивная оценка, осознание.

3. «C» — эмоционально индуцированные парасимпатические реакции:

а) подавленное состояние, депрессия;

б) горе.

4. «D» — факторы, влияющие на силу эмоциональных и неэмоциональных реакций:

а) наркотики, сильнодействующие лекарственные препараты;

б) уровень социализации;

в) дыхательные заболевания;

г) конфиденциальность;

д) биологическая обратная связь.

Поскольку основой физиологического реагирования человека является симпатический отдел автономной нервной системы, мы отождествляем эмоциональные и неэмоциональные стрессоры⁹, активирующие симпатическую нервную систему, с факторами, которые влияют на силу реакций. Эмоционально индуцированные парасимпатические реакции не являются продуктом каких-то определенных стимулов теста, но они оказывают влияние на общее эмоциональное состояние испытуемого.

2.1. Идентификация и контроль переменных, влияющих на психофизиологическую достоверность исследования

Психофизиологическую достоверность исследования необходимо рассматривать как комплексную систему, которая включает в себя все обязательные этапы эксперимента, результатом которого будут полиграммы, содержащие физиологические показатели пригодные для количественного обсчета. Поскольку эта система включает все интерактивные части исследования, пропуск или изменение любой из них негативно влияет на достоверность результата тестирования¹⁰.

Для детального анализа этого подхода рассмотрим возможность минимизации негативного влияния переменных, указанных в пунктах A, B, C и D на примере одноаспектного варианта IZCT. Для этого каждую из этих переменных по мере возникновения определим и классифицируем в соответствии с вышеуказанными разделами.

2.1.1. Исследование и оценка материалов

До начала процедуры проверки специалист должен ознакомиться с материалами дела для определения задачи, имеющую наибольшую вероятность решения на основе комбинаций трех категорий: достаточности информации по делу; «напряженности» рассматриваемого случая; определенности поставленной задачи.

В таблице сравнительной надежности¹¹ эти критерии ранжируются по шкале от единицы (недостаточный уровень) до пяти (соответствующий уровень). Если комбинация баллов по этим шкалам составляет менее девяти баллов, проведение проверки должно быть отложено. Такой подход необходим, когда в рамках одного исследования требуется разрешить несколько вопросов. Задача, которой присвоено максимальное количество баллов, обозначается как цель «A». Следующая проблема, имеющая второй количественный показатель, маркируется как цель «B» и третья задача — цель «C». Как правило, в исследовании рассматривается не больше трех проверочных тем. В этой ситуации важным является то, что испытуемый должен быть ознакомлен с каждой из задач, которые будут решаться в ходе исследования и знать, что для их решения будет использоваться отдельный тест¹².

Если субъект не будет предварительно проинформирован о таком порядке проведения исследования, это может привести к актуализации всей проверочной тематики в первом же тесте (цель «А»), сбивая психологическую установку испытуемого. Таким образом, предварительное уведомление позволит сосредоточить внимание опрашиваемого лица на текущей проверочной тематике, так как ему известно, что все остальные задачи будут решаться в других тестах. Использование такого подхода минимизирует количество неопределенных результатов и гарантирует, что исследование будет проводиться только тогда, когда имеется достаточная и достоверная информация о событии, для которого можно сформулировать надлежащие проверочные вопросы. Как следствие, это позволит в ходе исследования выявить психологическую установку испытуемого без предоставления ему какой-либо возможности для рационализации предъявляемых стимулов.

Переменные, категория «А»: страх обнаружения обмана, психологическая установка.

2.1.2. Требования к окружающей обстановке во время исследования

До начала процедуры проверки специалист должен провести оценку помещения, в котором будет проводиться исследование. Оно должно иметь хорошую звукоизоляцию, чтобы внешний шум не стал причиной ориентировочной реакции. Для минимизации искажений, регистрируемых в ходе проверки физиологических каналов, кресло, в котором будет находиться опрашиваемый, должно быть профессиональным, с регулируемыми по высоте подлокотниками. Как правило, оно располагается вдоль стола, на котором находится полиграф и должно быть развернуто в направлении, которое позволит специалисту в ходе проверки контролировать профиль испытуемого для фиксации возможных попыток противодействия с его стороны.

Кроме того, необходимо, чтобы испытуемый прикрывал глаза во время проведения каждого из тестов, за исключением случаев, когда испытуемый жалуется на клаустрофобию или носит контактные линзы. Такие меры приводят к отсутствию ориентировочных реакций на внешние раздражители и повышению корреляции между регистрируемыми физиологическими каналами [13].

Переменные, категория «В»: неожиданный шум, визуальные помехи, отвлечение.

2.1.3. Предтестовая беседа

Предтестовую беседу можно определить как: «…первый этап в исследовании истинной психофизиологической картины испытуемого, который предшествует процедуре сбора физиологических данных записываемых в ходе исследования, включающей в себя:

• запись физиологических показателей в ходе ознакомительного теста,

• уточнение формулировок вопросов теста,

• объяснение процедуры тестирования» [13].

Предтестовая беседа предназначена для психологической подготовки испытуемого к фазе непосредственного тестирования на полиграфе и является одним из важнейших этапов для получения достоверных физиологических данных в ходе исследования.

Время, необходимое для проведения надлежащего диалога, зависит от количества и сложности решаемых задач, интеллектуального развития испытуемого, а также уровня взаимодействия между полиграфологом и опрашиваемым лицом. Необходимо, чтобы специалист придерживался «необвинительного» подхода, без каких-либо оценочных суждений, агрессии или равнодушия в отношении испытуемого. Он также должен периодически напоминать своему собеседнику о презумпции невиновности. Такая позиция достаточно объективна, так как все граждане нашего общества считаются невиновными пока в судебном порядке не доказано обратное.

Придерживаясь предположения о непричастности опрашиваемого к рассматриваемому событию, специалист смягчает потенциальное возбуждение, вызванное гневом или раздражением у «правдивых» испытуемых. При этом полиграфолог минимизирует противодействие со стороны «лживых» субъектов, потому что это потенциальное открытие противоречило бы сотрудничеству, которое ожидается от «правдивого» испытуемого. Беспристрастность такого подхода снижает опасение ошибки у «правдивого» субъекта и значительно повышает уровень взаимодействия с обеими категориями испытуемых. Кроме того, опасение ошибочного результата у «правдивого» опрашиваемого может быть снижено демонстрацией ознакомительного теста, приведением статистических данных относительно точности используемых форматов, объяснением регистрируемой физиологии и систем оценки полученных данных, в том числе и алгоритмов «а second opinion».

Следует также отметить, что если испытуемый выдвигает какие-либо возражения по ходу беседы, их желательно сразу же обсудить. Отсрочка или игнорирование замечаний собеседника будет приводить к постоянным конфликтам. Это не значит, что специалист априори должен удовлетворить любое желание или требование испытуемого, но необходимо иметь в виду, что его напряжение или беспокойство могут не иметь никакого отношения к «правде» или «обману», а лишь к ситуации, в которой он оказался.

Чем более внимательным в этом отношении будет специалист, тем более уверенно будет себя чувствовать «правдивый» субъект, что в итоге приведет к определенному и объективному результату.

Переменные, категория «А»: злость, ярость, опасение ошибочного результата.

Психологическая установка. В определении психологической установки говорится, что это: «…адаптивное психофизиологическое реагирование, связанное с фокусировкой на определенной проблеме или ситуации, которая представляет набольшую угрозу безопасности для испытуемого, отфильтровывая при этом менее опасные угрозы» [13].

Исходя из того, что основной когнитивной переменной влияющей на поведение субъекта являются «ожидания» [13], следует то, что они находятся в очевидной зависимости от компетентности и объективности специалиста.

Поэтому важно, чтобы все этапы исследования были проведены так, чтобы манеры или поведение специалиста не могли бы изменить «ожидания» испытуемого, а, следовательно, и его психологическую установку.

Переменные, категория «А»: фильтр внимания, психологическая установка, фокусировка внимания на наибольшую непосредственную угрозу; категория «В»: ожидания.

Когнитивная оценка. Когнитивная оценка¹³ — это компонент эмоционального процесса, включающий интерпретацию события или ситуации в том числе себя и других, своего и чужого поведения с точки зрения их отношения к потребностям, интересам, ценностям, нормам субъекта [6].

Применительно к методу психофизиологической «детекции» лжи, когнитивная оценка — это связующее звено между стимулом и реакцией [13]. Испытуемый вначале оценивает вопрос и исходя из интерпретации этого стимула (когнитивной оценки), он будет или не будет реагировать на него. Другими словами, реакцию определяет не стимул сам по себе, но его интерпретация испытуемым. Поэтому, при обзоре вопросов теста крайне важно поддерживать с опрашиваемым лицом обратную связь для того, чтобы убедиться, что формулировки этих вопросов ясны и понятны испытуемому.

Переменные, категория «В»: когнитивная оценка, осознание.

2.1.4. Проведение исследования в присутствии третьих лиц.

В рамках реализации своих полномочий по защите прав и законных интересов граждан, некоторые адвокаты настаивают на своем присутствии во время проведения исследования.

Присутствие адвоката в помещении, в котором проходит проверка, вносит критическую переменную в процесс тестирования, которая может повлиять на психологическую подготовку испытуемого к вводу различных типов вопросов теста. Эта психологическая подготовка, прежде всего, заключается в разработке контрольной тематики для формулировки и представления вопросов сравнения, которые являются основной частью психологической структуры ТВС. Исключением из вышесказанного является ситуация, когда для проведения исследования требуется переводчик. В этом случае потенциально добавляется переменная, зависящая от его профессионализма и опыта работы в специфических условиях такого рода.

Следует избегать ситуаций, в которых родственники или близкие друзья опрашиваемого находятся буквально «за дверью» помещения, в котором проводится проверка.

Потенциальная переменная может возникнуть из-за опасения испытуемого относительно того, что если результаты теста будут указывать на его «ложь», они станут известны его родственнику или знакомому, несмотря на все заверения специалиста о конфиденциальности такой информации. Это имеет особое значение, когда родственник в семье играет доминирующую роль.

Еще одна вероятная причина эмоционального возбуждения субъекта заключается в ситуации, когда специалист по ходу проверки неоднократно покидает помещение. Это может вызвать подозрение у испытуемого в том, что полученная полиграфологом информация обсуждается с кем-либо из посторонних. Кроме того, присутствие третьих лиц может удерживать «лживого» испытуемого от признания в совершенном проступке или преступлении.

Когда проводится судебная экспертиза, испытуемый понимает, что все заинтересованные стороны получат результаты этого исследования, следовательно, «ожидание» конфиденциальности в этой ситуации отсутствует. Однако, если испытуемый, которого тестировали «под эгидой» особых договоренностей, ожидает тотальной секретности, он уязвим для любой переменной, которая может угрожать этим «ожиданиям»¹⁴.

Таким образом, в подобной ситуации все усилия специалиста должны быть направлены на то, чтобы успокоить испытуемого относительно конфиденциальности исследования и неразглашения полученных данных.

Переменные, категория «А»: когнитивный диссонанс, стыд, смущение, затруднение, злость, ярость, неприятие лжи vs самосохранения; категория «В»: неожиданный шум, визуальные помехи, длина вопроса, незнакомая терминология, двусмысленность, ожидания; категория «D»: конфиденциальность.

2.1.5. Опрос потерпевшего.

При проведении исследования в отношении потерпевшего необходимо соблюдать особую осторожность, исключив смущающую терминологию и используя лишь те альтернативные выражения, которые соответствуют цели теста. Формулировки релевантных вопросов не должны содержать травмирующих или смущающих слов, которые по своей природе могли бы вызвать физиологическую реакцию.

В помещении, где проводится исследование, не должно быть каких-либо материальных свидетельств рассматриваемого события, если только это не является обязательным условием при проведении исследования.

Переменные, категория «А»: смущение, затруднение, классическое обусловливание.

2.1.6. Некоторые актуальные эмоциональные состояния субъекта.

Стыд — это эмоциональное состояние человека, вызванное знанием того, что одно из его действий было недостойным или нелепым. Данный термин применим для ситуаций, в которых подобные действия становятся общеизвестными или подвергаются реальной или потенциальной насмешке [13].

Стыд также может быть описан как аффект, который следует за раскрытием одного из своих ранее сокрытых недостатков. Стыд иногда путают с виной, но это разные эмоции. Чувство вины возникает тогда, когда человек делает что-то недопустимое и противоречащее его внутренним убеждениям.

Как правило, вина не вызывает ненависти к самому себе, в отличие от чувства стыда [13], которое напрямую зависит от особенностей личности и воспринимается как унижение или смущение¹⁵.

Поэтому, когда проводится исследование, специалист должен учитывать потенциал возбуждения вегетативной нервной системы при предъявлении релевантных вопросов жертвам преступления¹⁶ и сформулировать их таким образом, чтобы не оскорбить испытуемых. С другой стороны, вопросы сравнения могут «…заключать в себя элементы стыда или позора как «конкуренты» релевантных вопросов, которые могут быть «испорчены» такими эмоциями» [16].

Переменные, категория «А»: стыд, вина, смущение, затруднение.

Вина по умолчанию. «Правдивые» испытуемые могут испытывать чувство вины по умолчанию из-за чувства повышенной ответственности за произошедшее событие. Например, главный бухгалтер оставила сейф незапертым, что привело к пропаже денег.

Проверочные вопросы должны всегда формулироваться таким образом, чтобы отражать активную роль преступника в совершении преступления, например: «Вы взяли пропавшие $5000?», но не «Вы ответственны за пропажу этих $5000?»; или «Вы стреляли в И.?», но не «Вы стали причиной смерти И.?».

Вся информация о рассматриваемом событии и предварительное собеседование с испытуемым должны раскрыть потенциал вины по умолчанию. Испытуемый должен быть убежден, что небрежность или повышенное чувство ответственности еще не гарантия вины, если он де-факто не имеет отношения к совершению преступления.

Несмотря на то, что чувство вины может вызывать реакцию, этот феномен не является основной причиной реагирования на проверочные вопросы у «лживого» субъекта. Это косвенно подтверждается результатами исследования [17], которое было опубликовано в 1977 г., в котором устойчивые физиологические реакции были зарегистрированы у психопатов с дефицитом чувства вины. Но страх обнаружения обмана и его последствий — эти первичные факторы явились основой физиологического реагирования у «причастных» субъектов.

Переменные, категория «А»: чувство вины по умолчанию.

Гнев. Данные опубликованных исследований [18, 19] говорят о том, что эмоции страха и гнева являются причиной сильного возбуждения симпатического отдела автономной нервной системы. Если страх является самой «угнетающей» эмоцией, то гнев является наиболее «волнующей» из всех эмоций, индуцирующих симпатическое возбуждение. Следовательно, в ходе исследования специалист должен попытаться идентифицировать у испытуемого «наличие» гнева или раздражения. Если присутствуют какие-либо признаки этих эмоций и специалист не в силах их устранить, тестирование должно быть отложено.

Поэтому, если исследование проводится в необвинительной манере и выносится однозначное решение, можно предположить, что эмоции гнева отсутствовали или были диссипацированы. Это должно быть косвенно подтверждено посредством обратной связи с испытуемым. Видеозапись исследования также является дополнительной гарантией для всех участников процедуры в том, что эта эмоция во время проведения тестирования отсутствовала.

Переменные, категория «А»: страх обнаружения обмана, злость, ярость.

2.1.7. Влияние эмоционально индуцированных парасимпатических реакций на достоверность исследования.

Эмоционально индуцированные парасимпатические реакции относятся к категории «C». Наиболее важными с точки зрения получения достоверного результата для специалиста являются состояния депрессии или горя.

Депрессия — это психическое расстройство, характеризующееся «депрессивной триадой»:

• снижением настроения и утратой способности переживать радость;

• нарушениями мышления (негативные суждения, пессимистический взгляд на происходящее и т. д.);

• двигательной заторможенностью [1].

Депрессия может быть результатом драматических переживаний, например, потери близкого человека, работы, общественного положения. В таких случаях речь идет о реактивной депрессии. Но если психологические или соматические причины депрессии отсутствуют или неочевидны, такая депрессия называется эндогенной, то есть как бы происходящей «изнутри».

Но вне зависимости от причин, вызвавших депрессию, такое состояние субъекта будет постоянным на протяжении всего тестирования и не позволит ему самоопределиться, т. е. реагировать ни на «красную», ни на «зеленую» зоны теста и, скорее всего, приведет к неопределенному результату.

Этому эмоциональному состоянию недостает симпатического компонента, «ответственного» за «силу» реакции, которая в известной мере отражает уровень угрозы для испытуемого со стороны контрольного или релевантного вопросов.

DSM¹⁷ описывает депрессию как позицию враждебного представления субъекта по отношению к позиции обвинения и осуждения другого человека, которое приводит к внутреннему самообвинению, чувству собственной неполноценности и вины [13]. Таким образом, это определение объясняет и другую причину необходимости использования необвинительного подхода во время проведения всего исследования.

Горе (печаль) — может привести к тяжелой депрессии, предваряя ее периодами оцепенения, ступора или шока, которые перемежаются со вспышками раздражительности и гнева [20]. Специалист не должен проводить исследования с такими испытуемыми до момента, когда будет установлено, что их эмоциональное и психическое состояние соответствует относительной норме.

Переменные, категория «С»: подавленное состояние, депрессия, горе.

2.1.8. Формулировка и обзор вопросов теста IZCT.

Формат этого теста содержит следующие стимулы, или вопросы:

• симптоматический,

• жертвенно-релевантный,

• вопрос-индикатор противодействия,

• нейтральные,

• проверочные вопросы первого или второго уровня,

• вопросы сравнения «вероятной» лжи.

Симптоматический (нетематический) вопрос. В ходе предтестовой беседы испытуемого необходимо убедить в том, что никакие неожиданные вопросы ему задаваться не будут, так как предъявление необсужденных вопросов делает тест некорректным, а результаты — недостоверными, поэтому такие действия специалиста контрпродуктивны.

В QTZCT и федеральных форматах «зонных» тестов используется классический подход в отношении количества, формулировок и местоположения симптоматических вопросов. Их целевое назначение — убедиться, что испытуемый доверяет специалисту в том, что необсужденные вопросы в ходе тестирования задаваться не будут. В структуре этих тестов нетематические вопросы обозначаются как outside track, или «черная» зона.

В IZCT разработчики [21] отошли от традиционного использования двух симптоматических вопросов¹⁸, поскольку, во-первых, они «тяжелы» по смысловому наполнению, а во-вторых, использование второго симптоматического вопроса может в некоторых случаях спровоцировать недоверие к специалисту, так как подобный вопрос уже был представлен испытуемому в тесте.

Для того чтобы минимизировать влияние этой переменной на результат тестирования, симптоматический вопрос в IZCT формулируется следующим образом: «Вы понимаете, что я буду задавать только те вопросы, которые мы обсудили?». Таким образом, формулировка этого стимула касается лишь информации о том, что никакие вопросы, выходящие за «рамки» зачитанных и обсужденных, задаваться не будут, что позволяет сфокусировать испытуемого на вопросах контрольно-релевантного характера.

Переменные, категория «А»: удивление, нерассмотренный / необсужденный вопрос.

Жертвенный релевантный вопрос. Исходя из классического определения жертвенного релевантного вопроса, он «…действует как защитный барьер, позволяющий использовать его для рассеивания избыточного нервного напряжения или излишней тревоги перед тем, как будут заданы релевантные вопросы. Он также помогает подготовить испытуемого к вводу прямых релевантных вопросов в этом же самом тесте» [13]. Из этого определения следует, что содержание этого стимула относится к рассматриваемому событию, т. е. фактически это «слабый»¹⁹ релевантный вопрос. Его местоположение в структуре ZCT, как правило, неизменно — до спотов, подлежащих количественной оценке.

Структурно являясь ориентирующим релевантным вопросом категории «В», он выполняет функцию жертвенного релевантного вопроса,