В. А. Лебедев, И. Г. Дудко, Д. Л. Кутейников

Права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации

Учебное пособие

Под общей редакцией 
доктора юридических наук, профессора 
В. А. Лебедева

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 342.7(075.8)

ББК 67.400.7я73

Л33

Авторы:
Лебедев В. А., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры конституционного и муниципального права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ, почетный работник высшего профессионального образования РФ;
Дудко И. Г., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры конституционного и муниципального права, заслуженный юрист РФ, руководитель НОЦ по правам человека Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА);
Кутейников Д. Л., кандидат юридических наук, доцент кафедры конституционного и муниципального права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА).

Рецензенты:
Авакьян С. А., доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой конституционного и муниципального права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, заслуженный деятель науки РФ, заслуженный юрист РФ;
Безруков А. В., доктор юридических наук, профессор, профессор кафедры государственноправовых дисциплин Сибирского юридического института МВД России, профессор кафедры конституционного, административного и муниципального права юридического института Сибирского федерального университета.

В учебном пособии рассматриваются права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации.

Анализируются права и свободы человека и гражданина как элемент отечественного конституционализма, становление и развитие концепции прав и свобод человека и гражданина, роль международного права в ее формировании, особенности конституционно-правового выражения прав и свобод человека и гражданина, конституционные основы их ограничения. Раскрываются полномочия Президента РФ, государственных органов РФ, Конституционного Суда РФ, Уполномоченного по правам человека в РФ в обеспечении и защите прав и свобод человека и гражданина в современной России.

Законодательство приведено по состоянию на 1 июля 2020 г.

Издание адресовано студентам бакалавриата и специалитета, изучающим дисциплину «Права и свободы человека и гражданина в Российской Федерации», а также широкому кругу читателей, интересующихся проблемами прав человека.

УДК 342.7(075.8)

ББК 67.400.7я73

© Лебедев В. А., Дудко И. Г., Кутейников Д. Л., 2020

© ООО «Проспект», 2020

ВВЕДЕНИЕ

Преподавание курса «Права человека и гражданина в Российской Федерации» предусмотрено для обучающихся по специальности «юриспруденция» уровень бакалавра и специалиста во всех подразделениях Московского государственного юридического университета имени О.Е. Кутафина(МГЮА). При написании учебного пособия авторы исходили и того, что курс «Права человека и гражданина в Российской Федерации» изучается после прохождения обучающимися курса «Конституционное право России», в котором излагаются общие теоретические вопросы конституционного права.Авторы, стараясь избежать повторения уже изученного студентами, усилили теоретическую составляющую курса анализом позиций не только ученых-конституционалистов, но и специалистов в области теории и истории государства и права. Изложение тем сопровождается анализом правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации.

При написании данного пособия авторы поставили перед собой цель – получение студентами большего объема теоретических и практических знаний о правах человека. Исходя из этого в пособии рассмотрен процесс становления и развития института прав человека; проанализированы международные и национальные нормативные правовые акты, регламентирующие и защищающие права человека. Рассмотрены различные точки зрения, представленные в научной литературе на классификацию прав человека. Авторы показали влияние технологического развития на права человека.

В ходе изучения курса студенты должны научиться анализировать, объяснять и оценивать проблему прав человека в связи с конкретной ситуацией. Иными словами, речь идет о том, чтобы научить их творческому осмыслению существующей действительности в области прав человека.

В учебном пособии содержатся перечень вопросов для самоконтроля, краткий список нормативных актов и научной литературы для более глубокого изучения обозначенных тем, примерные темы письменных работ (рефератов, эссе), вопросы для дискуссии, вопросы для обсуждения на круглом столе, вопросы для зачета.

Глава 1.
ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

1.1. Права человека и гражданина, их становление и развитие

Права человека представляют собой нормативную основу взаимодействия людей, координацию их поступков и деятельности, которая позволяет преодолевать конфликты интересов, противоречия, борьбу, обеспечивая людям свободный статус. Иначе говоря, права человека — одно из важнейших средств обеспечения индивидом автономного статуса в социальной жизни, превращение абсолютной свободы каждого индивида в отдельности в их свободное взаимодействие, в котором свобода приобретает черты познанной необходимости.

Понятия «права человека», «свобода» впервые стали использоваться в рабовладельческом обществе. Так, уже до н. э. понятие «свобода» было использовано царем Шумера, который установил «свободу» для своих подданных путем применения санкций к бессовестным сборщикам налогов, защиты вдов и сирот от несправедливых действий людей, обладавших властью, и пресечения практики закабаления храмовых слуг первосвященниками. Идеи об абстрактном равенстве людей как характеристике и свойстве справедливости встречается у пифогорийцев (VI–V вв. до н. э.).

Представления о равенстве в его связи со справедливостью и правом были углублены Сократом, Платоном и Аристотелем. Последний отмечал, что права, и естественные, то есть данные при рождении человека, и волеустановленные — то есть данные властью полиса (государства), возможны и имеют место только в государстве¹.

Соотношение прав гражданина и государства рассматривалось Сократом, который выступал с позиций примата принципа индивидуальной свободы и автономии личности. Эти идеи не были поддержаны его современниками, привели к осуждению и последующей казни философа.

Ряд софистов — Антифонт, Ликофронт, Алкидам — последовательно выступали с идеей естественного равенства всех людей, равенства по природе, по «естественному» праву, то есть праву, дарованному творцом мира при рождении человека. Неравенство людей, включая и деление на свободных и рабов, трактовалось ими как следствие искусственных человеческих установлений, полисных законов.

Идею равенства людей и их «личных прав», обусловленных природой и гарантируемых полисными законами, обосновал Ликофронт. Эта одна из первых концепций прав человека опиралась у него на представление о договорном происхождении полиса и его законов.

Усилиями греческих и римских стоиков — от Зенона до Сенеки — идея равенства людей как сограждан единого космополитического государства (в сочетании с критикой рабства) была выведена за узкополисные и этические рамки и распространена на всех представителей человеческого рода.

Идею всеобщего равенства и свободы проповедовали представители раннего христианства. Известны такие постулаты их учения, как: «какою мерою мерите, такою отмерено будет вам», «где нет закона — нет и преступления» и т.д.

В средневековье идея прав человека теряет естественно-историческое обоснование и сменяется божественным правом, которое утверждалось христианством. Это требует уважения каждого человека как творения, наделенного душой и созданного Богом по своему образу и подобию. Божественное происхождение обуславливает равенство и свободу всех людей.

В Средние века эта свобода была крайне ограничена в силу того, что феодальное общество было пронизано всеобщей зависимостью от монарха, а право рассматривалось как привилегии, дарованные им высшим сословием (дворянству и духовенству), наряду с бесправием большинства. Что же касается прав человека, то этот термин впервые появился в англосаксонской правовой системе. Начало процесса закрепления идеи прав и свобод можно проследить с Великой Хартии вольностей 1215 г.

Затем появляются такие сугубо юридические документы, как Петиция о праве (1628 г.), Habeas act (1679 г.), Билль о правах (1689 г.), Декларация независимости Соединенных Штатов Америки (1776 г.), Билль о правах (1789–1791 гг.), французская Декларация прав человека и гражданина (1789 г.).

В системе научных представлений о происхождении прав человека выделяют две теории: естественно-правовую и позитивистскую.

Сторонники теории естественного права утверждают, что права человека принадлежат каждому от рождения и потому все люди равны. Различие существует в природе происхождения прав человека: по мнению одних, это бог, по мнению других, природа. Известный дореволюционный российский правовед и философ П. И. Новгородцев естественное право трактовал как вечное, неотъемлемое право человеческой личности, имеющее нравственную природу и характер абсолютной ценности².

В юридической литературе существуют различные определения естественных прав. Так, одни авторы их характеризует как «коренные качества, которые имманентны человеку как жизнедеятельному существу и которые нельзя отделить от него без явной угрозы потерять в нем члена общественного союза»³. Другие считают, что естественное право — это «субъективное неотчуждаемое право, получаемое человеком от рождения, которое реализуется им непосредственно, объективно и удовлетворяет одну из высших социальных ценностей или потребностей, исходящих из природы человека, а также сформировавшихся в процессе общественного развития»⁴. Третьи полагают, что «естественное право человека — это безусловные притязания индивида на свободную самореализацию в обществе и государстве»⁵.

Большинство авторов в естественное право включают его природный источник. Здесь же можно добавить независимость существования и реализации этих прав от контроля государственных законодательных органов. Кроме того, следует отметить наличие естественно-биологических и естественно-социальных прав, а также то обстоятельство, что естественные права человек обретает с момента своего рождения. При этом нужно иметь в виду, что в данном случае естественное право рассматривается как социально-правовое явление в целом, а не как разновидность субъективного права⁶.

Нельзя сказать, что одни и те же естественные права вечны и неизменны. А их содержание менялось при переходе от одной эпохи к другой. В качестве примера можно привести право на жизнь, которое не могло быть социальной ценностью в условиях, когда применялась кровная месть. Ни о каком равенстве нельзя было вести речь в условиях рабовладельческого и феодального строя. Можно привести и другие примеры.

К естественному праву человека все авторы обычно относят право на жизнь, выделяя его в качестве основополагающего. В числе естественных прав ряд авторов относят также: право на свободу; право на равенство; право на достоинство личности; право на охрану здоровья; право на неприкосновенность частной жизни, право на благоприятную окружающую среду; право на собственность; право на безопасность; право на добровольное объединение в союзы.

Итак, естественные права с позиции практической юриспруденции имеют серьезные недостатки: они неопределенны в содержании, не ориентируют в границах возможных действий и притязаний, не располагают механизмами поддержки и защиты. Эти недостатки преодолеваются приданием им позитивной формы, т.е. их закреплением в праве.

Новая, так называемая рационалистическая теория естественного права, разрабатывалась в трудах Г. Гроция, Б. Спинозы, Д. Локка, Ш. Монтескье, Т. Джефферсона и других мыслителей. Их представления о неотчуждаемых естественных правах человека сыграло важную роль в формировании концепции конституционализма, что отчетливо проявилось во французской Декларации прав человека и гражданина от 26 августа 1789 г., в целом ряде других правовых актов

Основополагающими идеями французской Декларации прав человека и гражданина являются уважение закона, равноправие граждан, гарантии против произвола. В ее преамбуле подчеркивается, что «забвение прав человека или пренебрежение ими являются единственной причиной общественных бедствий и испорченности правительств», а в ст. 5 отмечается: «закон может воспрещать лишь деяния, вредные для общества. Все же, что не запрещено законом, то дозволено, никто не может быть принуждаем к действию, не предписываемому законом».

Следует отметить, что названная Декларация, хотя и исходит из естественно-правовых идей, все же подчеркивает необходимость их обеспечения государством.

Сторонники позитивистской концепции происхождение прав человека связывают непосредственно с политической волей государства. Государство предоставляет права и свободы, а их объем зависит от того, являются ли они гражданами или не гражданами. Причем государство не просто возлагает на себя обязанность по установлению прав, но и по правовому регулированию, созданию условий их реализаций и механизма защиты и восстановления.

Разделения естественных (личных) и позитивных прав удачно подметил Н. И. Матузов. Она, по его мнению, состоит в том, чтобы не смешивать два разных феномена — законы государства и «прирожденные» права личности. Недопустимо и вредно как отождествление, так и противопоставление естественного и позитивного права⁷.

В нашей стране становление и развитие института прав и свобод человека проходило весьма сложно. Их становление, тем более их укоренение в массовом сознании, не завершено и сегодня. Поэтому важно проследить исторический путь становления прав и свобод, выявить в нем возможные закономерности, без понимания которых невозможно и дальнейшее упрочение политического статуса граждан, их объединений в России.

В дореволюционный период большая часть населения России была лишена основных прав.

Положением о выборах в Государственную Думу от 6 августа 1905 г. предусматривались избирательные цензы: возрастной (участие в выборах с 25 лет) и ценз оседлости. Землевладельческой и городской куриям устанавливался имущественный ценз, для крестьянской курии имущественных ограничений не было. По курии рабочих избирательные права осуществлялись в соответствии с численностью работающих на предприятии: при наличии от 50 до 1000 работающих избирался один уполномоченный, а свыше — по одному уполномоченному на каждую полную тысячу. Участвовать в выборах могли лишь те, кто отработал на предприятии не менее шести месяцев.

От участия в выборах отстранялись опороченные по суду лица, несостоятельные должники, осужденные за уклонение от воинской повинности. Женщины участия в выборах не принимали, но могли предоставить свой ценз по недвижимому имуществу мужьям и сыновьям.

Для всех курий выборы были многоступенными. Для первых двух курий (землевладельцев и горожан) — двухступенные: вначале избирались выборщики, а затем уже гласные Государственной Думы. Рабочие выбирали уполномоченных, которые избирали членов думы. Крестьянам устанавливались четырехступенные выборы — от села, волости и губернии, которая избирала выборщиков, а последние — членов Думы.

Государственный Совет (верхняя палата) имел иную, чем Государственная Дума, систему формирования. Половина его членов назначалась императором. Остальные избирались духовенством, дворянскими обществами, Академией наук и университетами, а также торгово-промышленной буржуазией сроком на 9 лет с обновлением на одну треть каждые три года. Членами Совета становились только лица старше 40 лет, имеющие российское подданство. На неравноправной, куриальной основе строились и земские выборы.

Государственную Думу и Государственный Совет можно оценить как своего рода первый двухпалатный парламент. Однако его возможности были ограничены. Верховная власть в стране принадлежала императору. Прямо указывалось на принадлежность ему и законодательной власти, которую он лишь осуществлял совместно с Государственным Советом и Государственной Думой. Только император утверждал законы. Не были разделены законодательные полномочия палат и нормотворческие полномочия императора. Ему принадлежала и Учредительная власть. Судебная власть осуществлялась от его имени установленными законом судами, а все судебные решения приводились в исполнение именем императорского величества.

В законодательстве дореволюционной России не говорилось о свободе шествий вообще, свобода же собраний добавлялась многочисленными ограничениями. Различное отношение к свободе шествий и свободе собраний не было случайным. Царское правительство не могло запрещать собрания хотя бы потому, что они были необходимы самим господствующим классам. Что же касается уличных шествий, то таким путем выражали свои требования трудящиеся массы, не имевшие в своем распоряжении помещений, какие были у дворянства и купечества. Царское правительство хорошо понимало, что от народной манифестации недалеко и до баррикад.

Таким образом, свобода собраний была весьма и весьма урезана. статья 78 Основных государственных законов устанавливала, что «российские подданные имеют право устраивать собрания в целях, не противоречащих законам». Следовательно, любое собрание против царских законов, с самого начала не могло быть легальным. Но упомянутая статья не ограничивалась только запретом. Она отсылала к специальному закону, которым определялись «условия, при которых могут происходить собрания», то есть заранее допускалась возможность закрытия собрания, не угодного властям. Характерно также упоминание в законе «ограничение мест для собраний». Поэтому под предлогом того, что оно проходит в «неподходящем месте», можно было разогнать любое собрание.

В Манифесте 17 октября 1905 г. в числе гражданских свобод называлась и свобода печати. Основные государственные законы 1906 г. также закрепляли свободу слова, в том числе и печати. Законом 24 ноября 1905 г. изменялось положение периодической печати. Для всех видов изданий отменялась цензура, исключалось применение административной ответственности, взысканий, предостережений и денежных залогов. Новые издания могли основываться явочным порядком, а отказ мог следовать только при отсутствии формальных сведений об ответственности редактора или типографии. Сужалась сфера цензуры. Однако этот довольно демократичный закон просуществовал недолго. 18 марта 1906 г., исходя из того, что введенные правила недостаточны для борьбы с нарушениями, были установлены меры прямого полицейского контроля в данной сфере. До Октябрьской революции так и не был разработан единый закон о печати. Однако Временное правительство вновь расширило возможности печати. Специальным постановлением «О печати» от 27 апреля 1917 г. цензура полностью упразднялась.

Подводя итог краткому анализу регулирования прав и свобод в дооктябрьский период российской истории, можно констатировать, что политические права и свободы получили определенное развитие, особенно в годы движения в сторону ограниченного монархического правления (начало ХХ в.). Однако народ так и не получил право на власть, народный суверенитет оставался идеей, чуждой государству. Избирательное право было неравным, гарантировало лишь частичное народное представительство. Правомочия же подданных по участию в управлении делами государства были ограничены. Порядок их осуществления не имел законодательного закрепления.

После Октябрьской революции 1917 г. неравное представительство рабочих и крестьян сохранилось, хотя В. И. Ленин неоднократно выступал за равное избирательное право при проведении выборов в Советы. Однако на практике это оказалось трудным делом. Проходившие выборы в Советы летом и осенью 1917 г. предусматривали неравные для рабочего класса и крестьянства нормы представительства. Так, делегаты на 1 Всероссийский съезд рабочих и солдатских депутатов, проводившийся в июне (июле) 1917 г., избирались из расчета один делегат от 25000 избирателей. На II Всероссийский съезд Советов, проводившийся во время Октябрьской революции, и на III Всероссийский съезд Советов (январь 1918 г.) выборы для рабочих проходили по той же норме представительства.

Другие нормы представительства сложились для крестьянства. Представители I, II, III съездов крестьянских депутатов избирались из расчета — один делегат от 125 тысяч населения.

При объединении в январе 1918 г. Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов с Всероссийским съездом Советов крестьянских депутатов были сохранены уже существовавшие различные нормы представительства от рабочего класса и от крестьянства для созыва последующих объединенных Всероссийских съездов Советов. Эти же нормы законодательно были закреплены в первой советской конституции — Конституции РСФСР 1918 г.

В Конституции были закреплены политические права и свободы трудящихся, осуществление которых с переходом политической власти в руки рабочего класса можно было гарантировать.

В первые годы советской власти законодатель наделял избирательными правами только трудящихся, независимо от вероисповедания, национальности, оседлости, пола и т.п. К ним относились все, добывавшие средства к жизни производительным и общественно-полезным трудом, а также лица, обеспечивающие для первых возможность производительного труда. При этом давался точный перечень граждан, которые обладают избирательными правами. Сюда относились рабочие и служащие всех видов и категорий, крестьяне и казаки-земледельцы, не пользующиеся наемным трудом с целью извлечения прибыли, военнослужащие (законодатель называл их солдатами Советской Армии и флота), трудящиеся, потерявшие работоспособность. К трудящимся относились также лица, которые занимались домашним хозяйством перечисленных категорий трудящихся.

В Конституции указывались категории граждан, лишенных избирательных прав. Сюда, прежде всего, относились нетрудовые элементы: лица, прибегающие к наемному труду с целью извлечения прибыли; лица, живущие на нетрудовой доход (проценты с капитала, доходы с предприятий, поступления с имущества и т.п.); частные торговцы, торговые и коммерческие посредники; монахи и духовные служители церквей и религиозных культов. Предусматривалось также лишение избирательных прав особых категорий граждан, известных своей контрреволюционной деятельностью в царской России (служащие и агенты бывшей полиции, особого корпуса жандармов и охранных отделений, а также члены царствовавшего в России дома).

В Конституции подробно регламентировался порядок выборов. Местные Советы устанавливали дни выборов, которые проводились в присутствии избирательной комиссии и представителя местного Совета. Ход и результаты выборов отражались в специальных протоколах.

Конституция закрепила мероприятия советской власти по отделению церкви от государства и школы от церкви, гарантируя всем гражданам свободу совести, а также свободу религиозной и антирелигиозной пропаганды. Признавая за гражданами свободу религиозной пропаганды, конституция учитывала, что в советской России среди трудящихся масс имелось много верующих. Вместе с тем, закрепление этого права не означало, что советская власть положительно относилась к религиозной пропаганде. На практике она допускалась лишь в тех случаях, когда не имела антисоветского характера.

Конституция не устанавливала и не гарантировала право на труд: разрушенное гражданской войной и иностранной интервенцией народное хозяйство страны, отсутствие необходимой для полной занятости работоспособного населения рабочих мест — причины этого. Ничего не говорилось в ней и о праве на отдых. Предоставление рабочим, беднейшим крестьянам полного, всестороннего и бесплатного образования в Конституции РСФСР 1918 г. ставилось лишь в качестве задачи (ст. 17).

Советская Россия представляла собой многонациональное государство. Учитывая это, в Конституции не просто провозглашались равные права граждан независимо от их расовой и национальной принадлежности, но и объявлялась противоречащим основным законам Республики установление или допущение каких-либо привилегий или преимуществ на этом основании, а равно какое бы то ни было угнетение национальных меньшинств или ограничение их равноправия (ст. 22). Рабочим и крестьянам каждой нации было предоставлено право на своем собственном полномочном советском съезде принимать самостоятельное решение: желают ли они и на каких основаниях участвовать в федеральном правительстве и в остальных федеральных советских учреждениях (ст. 8).

В отличие от Конституции РСФСР 1918 г. в Конституции СССР 1924 г. не закрепились права, свободы и обязанности граждан и их гарантии. Они регулировались конституциями союзных республик. Однако в ст. 7 Конституции СССР для граждан союзных республик устанавливалось единое союзное гражданство. Это означало, что каждый гражданин союзной республики являлся гражданином СССР.

Конституция РСФСР была принята 11 мая 1925 г. ХII Всероссийским съездом Советов. В значительной мере ее текст идентичен тексту Конституции 1918 г. Однако существуют определенные новшества в структуре и содержании. Например, вместо прежнего раздела первого, которым была «Декларация прав трудящегося и эксплуатируемого народа» и раздела второго — «Общие положения Конституции РСФСР» — текст Конституции 1925 г. имеет один раздел 1 («Общие положения»), представленный главой первой. В нем объявлено, что эта Конституция исходит из названной декларации и из основных начал Конституции 1918 г. и имеет своей задачей гарантировать диктатуру пролетариата в целях подавления буржуазии, уничтожения эксплуатации человека человеком и осуществления коммунизма (ст. 1).

Конституция СССР 1936 г., принятая VIII Чрезвычайным съездом Советов Союза ССР, законодательно закрепила победу в СССР социалистических общественных отношений, создание в стране основ социализма. В ее текст были включены все права и свободы, закрепленные ранее действовавшими советскими конституциями. В то же время Конституция закрепила ряд новых прав и свобод, а также обязанностей, соответствующих природе социалистических отношений. Конституция закрепила право на труд, на отдых, право на образование, право на материальное обеспечение. Впервые были закреплены право на неприкосновенность личности, неприкосновенность жилища и тайну переписки. В ней нашли закрепление такие права, которых не было в буржуазных конституциях. Это была Конституция строительства развитого социалистического общества.

С построением основ социалистического общества, как его понимала правящая партийно-государственная элита, отпала необходимость в ограничении избирательного права по классовому признаку.

Конституция закрепила замену многостепенных выборов вышестоящих звеньев представительных органов власти прямыми и установила, что выборы во все Советы депутатов трудящихся: Верховный Совет СССР, Верховные Советы союзных республик, Верховные Советы автономных республик, краевые и областные Советы депутатов трудящихся, Советы депутатов трудящихся автономных областей, окружные, районные, городские и сельские (станицы, деревни, хутора, кишлака, аула) Советы депутатов трудящихся — производятся избирателями на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании (ст. 134). Депутаты Советов всех звеньев стали избираться непосредственно избирателями.

Конституция РСФСР 1937 г. подтвердила закрепленные Конституцией 1918 г. права и свободы граждан. В то же время в ней были закреплены новые права, такие, как: право на труд; право на отдых; право на материальное обеспечение в старости, а также в случае болезни и потери трудоспособности; право на образование; равноправие граждан независимо от пола, национальности и расы; свобода совести, свобода слова, печати, собраний и митингов, уличных шествий и демонстраций; неприкосновенность личности, жилища, тайна переписки; право граждан на объединение в общественные организации, профессиональные союзы, кооперативные объединения, организации молодежи, спортивные и оборонные организации, культурные, технические и научные общества.

Принятие Конституции совпало с пиком сталинских репрессий и фактическим государственным переворотом, окончательно устанавливающим режим личной власти. Именно в этой конституции наиболее ярко расходились гуманистические провозглашения и реальный политический режим.

Долгие годы ее действия были омрачены репрессиями, нарушением принципов демократии. Многие конституционные нормы, хотя не отменялись и их действие формально не приостанавливалось, фактически не действовали.

В 1937 г. И. В. Сталин выдвинул теоретически ошибочный тезис о том, что якобы по мере упрочения социализма и дальнейшего коммунистического строительства в стране будет все более обостряться классовая борьба. На практике эта формула послужила обоснованием грубейших нарушений социалистической законности и массовых репрессий.

Незаконным репрессиям фактически содействовали противники презумпции невиновности. «Признать… что в советском процессе всякое сомнение в пользу обвиняемого, независимо от того, кто этот обвиняемый и каковы конкретные особенности данного дела, значило бы выхолостить из нашего процесса его классовое содержание, формализовать наш процесс», — писал С. А. Голунский. Он предлагал «добиваться такого положения, чтобы достоверность выводов суда была достаточной», но «никогда не совпадала с абсолютной достоверностью»⁸. Однако последняя не может быть достаточной или недостаточной. Она или есть, или ее нет.

Грубейшим нарушением законности являлось то, что И. В. Сталин нередко подменял обычное отправление норм правосудия своими единоличными решениями, а контроль партии и правительства над органами государственной безопасности — своим личным контролем. Принижалась роль представительных органов, делалась ставки на штатный аппарат управления и усиление администрирования в ущерб организационно-массовой деятельности.

На ХХ съезде Коммунистической партией Советского Союза (1956 г.) был осужден культ личности. Были предприняты меры к ликвидации порожденных культом личности нарушений прав и свобод граждан. В частности, были пересмотрены многие уголовные дела и реабилитированы невинно осужденные лица; «укреплены» кадровым составом органы государственной безопасности, суда и прокуратуры.

Определенный вклад в развитие прав и свобод человека и гражданина внесли Конституция СССР 1977 г. и Конституция РСФСР 1978 г. Характеризуя отличительные особенности Конституции СССР 1977 г., следует указать, что она сохранила преемственность по отношению к ранее действовавшим советским Конституциям. При этом Конституция СССР 1977 г. существенно расширяла круг прав и свобод граждан.

Раздел «Государство и личность» был поставлен вторым в Конституции СССР 1977 г. (в Конституции 1936 г. глава о правах и обязанностях располагалась ближе к концу текста). Тем самым подчеркивалось, что статус личности обусловлен общественным строем, вытекает из политических и экономических систем. Будучи обусловленным функциями государства, его политикой в области социального развития и культуры, этот статус, в свою очередь, подлежит учету при решении вопросов национально-государственного строительства и в деятельности государственных органов.

Конституция закрепила широкий круг прав, свобод и обязанностей граждан СССР. Многие из них и ранее были в конституции, но теперь содержание этих прав и их гарантии настолько расширились, что можно говорить об определенном качественном изменении. В состав конституционных прав граждан были отнесены право на охрану здоровья, право на жилище, пользование достижениями культуры, свобода научного, технического и культурного творчества, право вносить в государственные органы и общественные организации предложения об улучшении их деятельности, критиковать недостатки в работе и т.д. Конституция усилила всю систему гарантий прав и свобод.

Появилась ст. 57, декларирующая, что «уважение личности, охрана прав и свобод граждан — обязанность всех государственных органов, общественных организаций и должностных лиц».

Конституция СССР 1977 г., Конституция РСФСР 1978 г. сыграли свою роль — в определенном смысле положительную и конструктивную — в социально-экономическом и политическом движении страны. Однако не следует предаваться иллюзиям: даже отражая благие намерения, эти конституции отнюдь не становились главным определяющим фактором развития общества и государства. К тому же объективные неувязки в создании концепций переплетались с субъективными моментами в методах руководства.

Приобрел остроту вопрос о развитии демократии, обеспечении политических прав граждан, в том числе в плане критических оценок существующей в стране системы. Попытки властей искоренять инакомыслие посредством высылки из страны диссидентов, их уголовного или административного наказания за так называемую антисоветскую деятельность, а то и помещение в психиатрические лечебницы, не нашли понимания у населения, а за рубежом вызвали резкое осуждение.

Существенные изменения в экономической и политической организации страны, происходившие с началом перестройки (после 1985), находили со временем отражение и в конституционных реформах, как, в СССР, так и в РСФСР. Первая союзная конституционная реформа приходится на 1 декабря 1988 г. Она выразилась в принятии Закона об изменениях и дополнениях Конституции СССР и Закона о выборах народных депутатов СССР.

Первая конституционная реформа РСФСР состоялась 27 октября 1989 г. Были приняты Законы об изменениях и дополнениях Конституции РСФСР, о выборах народных депутатов РСФСР. В значительной степени российские новшества стали отражением аналогичных союзных. Очередная российская конституционная реформа имела место 15 декабря 1990 г. Съезд народных депутатов принимает Закон «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) РСФСР»⁹. Реформа была весьма радикальной как по характеру решений, так и по их направленности. Российские законодатели сделали первые шаги по исключению из конституционной материи и лексикона понятийного аппарата социалистической идеологической ориентации.

Так, в ряде статей об основных правах и свободах граждан сняты так называемые идеологизмы, то есть указания на служение этих прав «интересам народа», целям «укрепления и развития социалистического строя», «коммунистического строительства» (ст. 37, 45, 48, 49). Статья 57 — об обязанности граждан соблюдать Конституцию и законы — скорректирована: на первое место поставлена Конституция РСФСР (ранее, конечно, СССР), добавлено указание на конституции и законы республик в составе РСФСР. Вместе с тем исключены из круга норм, которые гражданин обязан соблюдать, «правила социалистического общежития», а также положение о том, что человек должен «с достоинством нести высокое звание советского гражданина». Из конституции исключена обязанность граждан «беречь и укреплять социалистическую собственность» (ст. 59).

В 1991 г. начался новый период в правовой системе Российской Федерации, ознаменованный признанием гарантированных прав человека и гражданина. 22 ноября 1991 г. Верховным Советом РСФСР принята «Декларация прав и свобод человека и гражданина». Она отразила новое видение конституционного статуса личности, не совпадающее с официально продолжающими действовать нормами Конституции РСФСР. В апреле 1992 г. положения «Декларации» включаются в Основной Закон.

Подписав 10 июля 1992 г. в Хельсинки декларацию «Надежды и проблемы времени перемен», Российская Федерация подтвердила свои обязательства соблюдать заключительный акт ОБСЕ 1975 г. в области прав человека.

Страна подошла к периоду демонтажа советского партийно-государственного строя.

Ныне действующая Конституция России была принята 12 декабря 1993 г. В ней отражены ценности мирового сообщества и эволюция подхода нашей страны к основам статуса личности, правам и свободам человека и гражданина. Российская Федерация восприняла основные принципы и стандарты мирового сообщества в области прав человека. Впервые в истории отечественного права в Конституции России закреплено, что эти права являются естественными, неотчуждаемыми и непосредственно действующими. Наряду с восприятием естественно-правовой доктрины прав человека, Конституция Российской Федерации содержит позитивное закрепление широкого круга прав и свобод граждан. Российская Федерация взяла на себя обязательства по признанию, соблюдению и защите прав и свобод человека. Последние определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 2, 17–18 Конституции РФ).

В Конституции Российской Федерации закрепляются основные (наиболее значимые) как для отдельного человека, так и для общества, и для государства права и свободы. Отличие конституционных прав от любых иных прав заключается в особой форме их закрепления — в Основном Законе страны и в особой правовой охране. Как известно, нормы, закрепленные в главе 2 Конституции, не могут быть изменены иначе как в случае принятия новой Конституции.

В настоящее время воззрения на личность, ее место в системе общественных отношений существенно изменились. На первом плане стоит человек, его достоинство, индивидуальная свобода, возможности распоряжаться своими силами и способностями. На втором месте — права и свободы, дающие личности возможность участия в делах государства и общества. Вместе с тем и здесь подходы изменяются: не исключая интерес личности к публичной сфере, нельзя все сводить к политическому началу. Наряду с отношениями государственно-политического властвования есть отнюдь не всегда политизированная, а нередко и далекая от политики общественная жизнь, удовлетворяющая потребности и интересы многих людей и основывающаяся, в принципе, на тех же правах и свободах¹⁰.

Итак, права являются неотъемлемым элементом каждого человека, отражают конкретный период развития народа и государства в целом. что имеют существенное значение для их понимания как сложного явления. Права необходимо рассматривать в диалектической взаимосвязи с правами отдельных социальных общностей, их нельзя как отождествлять, так и противопоставлять друг другу.

1.2. Концепция прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации

На разных этапах развития российского государства права человека получали различное толкование, поскольку их реальное содержание было тесно связано с формой правления, политическим режимом, господствующей в обществе идеологией и другими факторами. Представляется, что можно говорить о социалистической и ныне действующей концепции прав и свобод человека и гражданина. Конечно, следует иметь в виду, что ныне действующая концепция возникла не на ровном месте. Она вобрала в себя все лучшее, что было достигнуто в сложной истории развития российской государственности.

Рассмотрение становление советской концепции прав человека начнем с первой советской Конституции и попытаемся проследить, как она развивалась в конституционном законодательстве России.

В первую очередь следует отметить, что социалистическая концепция прав человека и гражданина была основана на классовом принципе, который лежал в ее основе, получивший наиболее яркое отражение в первой Конституции РСФСР, принятой в 1918 г., закрепившей все права и свободы только за трудящимися, т.е. за рабочими и крестьянами. В своих выступлениях и работах В. И. Ленин, постоянно подчеркивая классовый характер Конституции. Так, выступая с Заключительным словом на VII Всероссийском съезде Советов, он заявил: «Мы не обещаем, что Конституция обеспечивает свободу и равенство вообще. Свобода — но для какого класса и для какого употребления?»¹¹. Цитируя ст. 23 Конституции РСФСР, он говорил: «Мы открыто заявили, что в переходное время, время бешеной борьбы, мы не только не обещаем свобод направо и налево, а заранее говорим, что мы будем лишать прав тех граждан, которые мешают социалистической революции»¹². Отвечая на выступления меньшевиков, выступавших за чистую демократию, В. И. Ленин сформулировал классовое понимание демократии: «Конституцию вы не соблюдаете, а мы ее соблюдаем, когда признаем свободу и равенство только для тех, кто помогает пролетариату побеждать буржуазию»¹³. Именно интересами диктатуры пролетариата он оправдывал закрепление в конституции многостепенных, неравных и открытых выборов, служивших одной из форм подавления политических противников. А некоторые категории граждан, которые использовали наемный труд: частные торговцы, служащие и агенты бывшей полиции и др., перечень которых содержался в Конституции, вообще лишались избирательных прав.

В отношении лиц, причисляемых к эксплуататорским классам, Конституция предусматривала и другие ограничения прав. Так, Конституция предоставляла право органам Советской власти экспроприировать у буржуазии необходимых средств для удовлетворения местных и общегосударственных нужд республики, не останавливаясь перед вторжением в право частной собственности.

Во-вторых, советское законодательство исходило из того, что права гражданам предоставляются им социалистическим государством. Что касается теории о прирожденных правах человека, то она не признавалась.

Поэтому ни в одной советской Конституции, нет даже упоминания об естественных, неотчуждаемых правах человека, основанных на естественно-правовой теории права. Приоритет отдавался социально-экономическим, и культурным правам.

В-третьих. В советском законодательстве закреплялись не «права человека», а «права гражданина», что, как известно, не одно и то же. Разграничение между правами человека и гражданина признавалось уже давно, что получило свое отражение еще в названии французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г. Такие разграничения можно встретить в большинстве современных конституциях. В социалистической же доктрине понятие «человек» заменялось социально-классовыми понятиями «трудящийся», «эксплуататор», и лишь затем понятием «гражданин». Даже сама постановка вопроса о правах человека считалась искусственной. И только после принятия в 1991 г. Декларации прав и свобод человека и гражданина, которая в апреле 1992 г. была включена в Конституцию 1978 г., понятие «права человека» получило свое закрепление.

В-четвертых, в социалистической концепции центр тяжести переносился на коллективного субъекта. В этом усматривалось преимущество социалистического строя перед буржуазным. Главенствовал принцип приоритета общественных интересов над частными. Так, пункт 5 ст. 2 Конституции (Основного Закона) РСФСР 1918 г. гласит: «Руководствуясь интересами рабочего класса в целом, Российская Социалистическая Федеративная Советская Республика лишает отдельных лиц и отдельные группы прав, которые используются ими в ущерб интересам социалистической революции». Согласно п. «б» ст. 43 Конституции СССР 1924 г., «к компетенции Верховного Суда СССР относится рассмотрение постановлений, решений и приговоров верховных судов союзных республик, по соображениям противоречия таковых общесоюзному законодательству, или поскольку ими затрагиваются интересы других республик». В статье 68 Конституции 1936 г. закреплено полномочие Совета Министров СССР принимать меры по обеспечению общественного порядка, защите интересов государства и охране прав граждан. В тексте Конституции СССР 1977 г. широко употребляются словосочетания, «в интересах общества и государства», «в интересах народа», «в интересах нации» и т.п. Согласно ст. 65 Конституции СССР 1977 г. «гражданин СССР обязан уважать права и законные интересы других лиц, быть непримиримым к антиобщественным поступкам, всемерно содействовать охране общественного порядка». На рубеже 1980–1990-х гг. в общественном сознании россиян стало утверждать мнение о необходимости отказа от модели, при которой интересы отдельного человека вторичны в сравнении с интересами общества и государства, а сам человек фактически выступает в роли орудия в руках государства. Человек с его интересами имеет собственную ценность, которую государство призвано охранять. При этом признание ценности человека, его интересов сопровождалось восприятием укоренившихся в странах развитой демократии естественных, данных человеку от природы прав, а также принципов верховенства права и закона, разделения властей, на основе которых возможно достижение относительной свободы человека¹⁴.

В-пятых, в советском государстве сфера прав человека считалась сугубо внутригосударственным делом, и всякая критика со стороны международных организаций в этой области рассматривалась как вмешательство во внутренние дела государства. Не разрешались какие-либо действия с реализацией права обращения граждан в международные организации за защитой прав человека, запрещалось создание каких-либо общественных формирований, ставящих целью защиту этих прав.

В основу современной концепции прав и свобод человека и гражданина, положена ст. 2 Конституции Российской Федерации, которая закрепляет, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью; их признание, соблюдение и защита являются обязанностью государства.

Принцип высшей ценности прав и свобод человека означает, что права, свободы определяют весь строй государственно-общественных отношений. Признание Конституцией Российской Федерации этого принципа определяет и основную ценность самой Конституции.

Конституция РФ внедряет в общественное сознание не только общечеловеческие ценности, но и новые приоритеты общества и государства, которые должны способствовать установлению правопорядка в обществе и уравновешиванию социальных противоречий. Исходя из норм данного акта, к новым ценностям можно отнести ценность достойного существования человека и создание благоприятных условий для его развития, принцип политического и идеологического плюрализма, ценность федерализма, ценности парламентаризма и разделения властей. Ценностная значимость присуща не только Конституции в целом, но и ее конкретным нормам, «которые являются в этом случае отражением фактически сложившихся и юридически признанных представлений о социальных приоритетах и наиболее оптимальных моделях обустройства общественной и государственной жизни, о соотношении ценностей власти и свободы, равенства и справедливости, рыночной экономики и социальной государственности и т.д.»¹⁵.

Здесь конституционные ценности имеют прямое текстуальное конституционное оформление, и нормы Основного Закона выполняют аксиологическую функцию. Тем самым основная ценность Конституции состоит в том, чтобы объединить граждан общими мировоззренческими устоями, опирающимися на социальные ценности высшего порядка, направленными на процветание личности, общества, государства. Особую значимость при этом имеет преамбула. «Здесь утверждены ценности, без композиционно-целостного восприятия которых нельзя уяснить содержание и ценностное значение основ конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, иных жизненных благ и возможностей, упомянутых в Конституции»¹⁶.

В преамбуле содержатся нравственные ценности (стремление к счастью, вера в добро и справедливость; почитание памяти предков); ценности социального мира (утверждение гражданского мира и согласия; осознание себя частью мирового сообщества); ценности демократии и государственности (возрождение суверенной государственности России и утверждение незыблемости ее демократической основы; сохранение исторически сложившегося государственного единства); ценности патриотизма (ответственность за свою Родину перед нынешним и будущими поколениями; любовь к Отечеству); ценности благополучия (утверждая достойную жизнь). В целом преамбула позволяет связать воедино нравственные и юридические нормы Основного Закона¹⁷.

Представления о правах и свободах человека как высшей ценности охватывает весьма широкий спектр взглядов на взаимосвязь этой категории. О. Е. Кутафин считает, что в зафиксированных в Конституции правах и свободах не просто в той или иной степени отражено признание человека высшей ценностью, но они вместе с основами конституционного строя России служат защите этих прав и свобод. Принцип признания человека, его прав и свобод высшей ценностью, признания приоритета прав человека служит достаточно определенным ориентиром и для совершенствования всей системы основных прав и свобод человека и гражданина в условиях демократического развития общества, преодоления на этом пути всякого рода сложностей и эксцессов¹⁸.

Нельзя утверждать, что ценности, закрепленные в нормах Конституции РФ, являются таковыми для всех без исключения членов общества. Зачастую эти ценности имеют противоположный характер. Например, ценность социального государства и ценность экономической свободы противоречат друг другу. Экономическая свобода выражает интересы экономически активного населения, обладающего интеллектуальными способностями и имуществом для предпринимательской деятельности. В то же время конституционный принцип социального государства закреплен в интересах социально незащищенных слоев населения (инвалидов, пожилых граждан, сирот). Этот принцип ограничивает экономическую свободу, так как требует перераспределения национального продукта внутри общества¹⁹. Противоречивыми являются, например, ценности государственного единства (ч. 3 ст. 4, ч. 2 ст. 5 Конституции РФ) и права народов на самоопределение (ч. 2 ст. 5 Конституции РФ).

Буквальный терминологический анализ конституционного текста позволяет заключить, что права и свободы человека — единственная ценность в государстве, признаваемая высшей. Остальные общественные ценности такой конституционной оценки не получили и располагаются по отношению к ней на более низкой ступени и не могут ей противоречить. Как высшая ценность права граждан должны рассматриваться при осуществлении любой государственной деятельности.

Значимость идеи о высшей ценности прав и свобод человека и гражданина неоднократно подчеркивал в своих решениях Конституционный Суд РФ. Причем ценностный приоритет прав и свобод человека и гражданина в деятельности Конституционного Суда находит комплексное обоснование, охватывающее и наиболее значимые государственные аспекты. Так, российский орган конституционного правосудия отмечал, что согласно Конституции РФ в Российской Федерации как демократическом правовом государстве высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы (ст. 1, ч. 1; ст. 3, ч. 3); граждане Российской Федерации имеют право участвовать в управлении делами государства как непосредственно, так и через своих представителей, избирать и быть избранными в органы местной государственной власти и органы местного самоуправления, участвовать в референдуме (ст. 32, ч. 1 и 2).

Конституция РФ устанавливает также, что каждому гарантируется свобода мысли и слова, каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, гарантируется свобода средств массовой информации (ст. 29, ч. 1, 4 и 5), признание, соблюдение и защита которых в силу статьи 2 являются обязанностью государства. По мнению Суда, в целях гарантирования свободных выборов и референдумов федеральный законодатель — по смыслу ст. 3, 29, 32 во взаимосвязи со ст. 71 (п. «в»), 72 (п. «б» ч. 1) и 76 (ч. 1 и 2) Конституции РФ — вправе устанавливать порядок и условия их информационного обеспечения. Вместе с тем выборы могут считаться свободными, только когда реально гарантированы право на информацию и свобода выражения мнений. Поэтому законодатель обязан обеспечивать права граждан на получение и распространение информации о выборах и референдумах, соблюдая применительно к данному предмету регулирования баланс конституционно защищаемых ценностей — права на свободные выборы и свободы слова и информации и не допуская неравенства и несоразмерных ограничений (ст. 19 и 55 Конституции РФ; п. 2 ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод; п. 3 ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах)²⁰.

В другом своем постановлении Конституционный Суд отмечал, что в соответствии с Конституцией РФ в Российской Федерации, провозглашенной социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст. 7, ч. 1), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом; государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом (ст. 39, ч. 1 и 2); каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (ст. 57).

По смыслу приведенных положений Конституции РФ во взаимосвязи с положениями ее ст. 39 (ч. 3), согласно которой в Российской Федерации поощряется добровольное социальное страхование, конституционное право на социальное обеспечение гарантируется путем создания систем как обязательного, так и добровольного социального страхования. Обязательное социальное страхование основано на уплате таких не относящихся к налогам обязательных платежей, как страховые взносы на обязательное страхование в соответствующие фонды, целевым назначением которых является обеспечение права граждан на получение трудовых пенсий и пособий. Кроме того, по мнению Суда, к базовым ценностям общества и государства относится право каждого на объединение (ст. 30, ч. 1 Конституции РФ). Во взаимосвязи со ст. 40 Конституции РФ, гарантирующей каждому право на жилище и обязывающей органы государственной власти и органы местного самоуправления создавать условия для его осуществления, а также ст. 37 (ч. 5) и 41 (ч. 1 и 2), закрепляющими права на отдых и охрану здоровья, это означает, в частности, что граждане, реализуя названные конституционные права, могут создавать такие объединения, как товарищества собственников жилья, иные кооперативы, являющиеся разновидностью некоммерческий организаций.

Принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, включая право на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу ст. 1, 2, 6 (ч. 2), 15 (ч. 4), 17 (ч. 1), 18, 19 и 55 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, обусловливают, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 29 января 2004 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 30 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Тем самым предполагается взаимная согласованность законодательного регулирования собственно пенсионных отношений и иных сопряженных с ними отношений — налоговых, жилищных, трудовых и др.²¹

И еще один важный аспект, на который необходимо обратить внимание, рассматривая концепцию прав человека. Впервые на конституционном уровне юридически признана категория «права человека». Российским конституционным законодательством закреплено словосочетание «человек и гражданин» по отношению к личности. Глава 2 действующей Конституции РФ так и называется «Права и свободы человека и гражданина». Несмотря на то что в Конституции чаще всего эти две категории прав упоминаются вместе, между ними имеются существенные различия: обладателями (субъектами) конституционных прав и свобод чаще всего является каждый человек (т.е. гражданин России, иностранный гражданин или лицо без гражданства). Права человека — это мера равенства, свободы и справедливости, которые присущи человеку вне зависимости от расы, национальности, социального происхождения и положения, религиозной принадлежности, убеждений, места проживания, гражданства и т.д. Все люди свободны действовать в пределах своих прав и свобод, а государство не может их ограничить каким-нибудь способом.

Различие между человеком и гражданином как носителями прав и свобод выражено в тексте Конституции. Права и свободы человека принадлежат и гражданину Российской Федерации, и лицу, не являющемуся таковым. Конституция определяет круг носителей таких прав словами «все», «каждый», «лицо» («имеет право» и т.п.), или словом — «никто».

В тех же случаях, когда речь идет о правах и свободах, прежде всего политических, принадлежащих только гражданам Российской Федерации, статьи Конституции прямо указывают на это. Именно через эти права и свободы²² практически реализуется конституционное положение о том, что носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ. Конкретизируя эту норму основ конституционного строя, ст. 32 Конституции РФ закрепляет право граждан РФ участвовать в управлении делами как непосредственно, так и через своих представителей. Права гражданина предполагают наличие между человеком и государством устойчивой правовой связи. Этими правами и свободами обладают только граждане государства, ими не обладают лица, живущие в стране, но не имеющие ее гражданства. В отдельных случаях Конституция особо говорит о правах иностранных граждан и лиц без гражданства.

В Российской Федерации предоставление прав и свобод строится на основе конституционных принципов: неотчуждаемости прав и свобод; непосредственного действия конституционных прав и свобод; ограничения конституционных прав и свобод пределами свободы других лиц; гарантированности обеспечения прав и свобод со стороны государства; равенства; приоритета международных договоров Российской Федерации, закрепляющих права и свободы человека; сочетания прав и обязанностей.

Кратко рассмотрим каждый из перечисленных выше принципов. Важнейшим конституционным принципом, закрепленным в ч. 2 ст. 17 и получившим свое развитие в ч. 2 ст. 55 Конституции Российской Федерации, является принцип неотчуждаемости основных прав и свобод человека и гражданина и принадлежность их ему от рождения. Это один из фундаментальных принципов конституционного строя и конституционно-правового статуса человека в демократических государствах. Он означает, что права человека принадлежат ему от рождения, имеют естественный характер, государство может лишь регулировать их осуществление и устанавливать для них гарантии. Конституция закрепляет, что в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина (ч. 2 ст. 55).

С принципом неотчуждаемости тесно связан принцип непосредственности действия конституционных прав и свобод (ст. 18 Конституции), который предусматривает, что права и свободы человека и гражданина являются основой для принятия решений государственными органами любого уровня. Они определяют смысл, содержание и применение законов в Российской Федерации. Органы законодательной, исполнительной власти, местного самоуправления, принимая какие-либо решения, обязаны руководствоваться закрепленными в Конституции положениями, регламентирующими права и свободы. Суды могут использовать ссылки на нормы Конституции для обоснования вынесенных ими решений. Граждане, обращающиеся за защитой своих прав и законных интересов в судебные органы, также могут ссылаться непосредственно на нормы Конституции. При этом права и свободы признаются непосредственно действующими независимо от того, существуют или нет законодательные акты, закрепляющие или конкретизирующие положения, предусмотренные Конституцией. Более того, конституционно закрепленные права и свободы являются правовым основанием для отмены актов и пресечения действий, которые им противоречат.

Важное значение имеет принцип равенства, который включает в себя следующие аспекты: равенство всех перед законом и судом, равенство прав и свобод, независимо от национальной, социальной, политической, религиозной и другой принадлежности, равенство прав, свобод и возможностей мужчины и женщины. Эти принципы распространяются на граждан Российской Федерации, граждан других государств, лиц без гражданства.

Равенство всех перед законом и судом, предусмотренное ч. 1 ст. 19 Конституции, полностью соответствует положениям Всеобщей декларации прав человека, означает, что закон и его предписания в равной мере обязательны для всех его адресатов, что суд в равной мере доступен для всех и должен руководствоваться только законом, а не иными соображениями. Суд не должен принимать во внимание не предусмотренные законом обстоятельства.

Равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств означает, что права и свободы предоставляются каждому в равной степени. Недопустимы какие-либо ограничения прав по указанным основаниям.

Вместе с тем, равенство не может быть фактическим. Ведь каждый человек индивидуален, и каждый человек, в зависимости от имеющихся у него способностей, различных жизненных обстоятельств по-разному реализует предоставленные ему возможности. Конституция предоставляет лишь равенство возможностей и условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека.

Конституционный принцип равенства прав и свобод человека и гражданина не исключает возможности предоставления специальных прав, льгот и преимуществ для отдельных категорий лиц (неимущих, престарелых, инвалидов и т.д.). Предоставление таких специальных прав имеет своей целью выравнивание социального статуса людей, преодоление существующего фактического неравенства, обеспечение нормальных, достойных условий жизни групп граждан, имеющих возрастные, физиологические и другие особенности. Льготы и преимущества в какой-то мере уравнивают возможности людей, делают их более реальными, доступными.

В ч. 3 ст. 19 Конституции Российской Федерации закрепляется принцип равенства прав и свобод мужчин и женщин и равные условия для их реализации. Действующее отраслевое законодательство конкретизирует данную норму и закрепляет нормы об ответственности за нарушение равноправия мужчины и женщины. Так, ст. 136 Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает уголовную ответственность за нарушение равноправия граждан, в частности, в зависимости от пола. Однако следует признать, что данное положение не должно пониматься буквально, поскольку общепризнанное социальное значение материнства и роль женщины в продолжении рода приводит к выводу, что женщина нуждается в дополнительных гарантиях равенства в этой сфере.

Права и свободы ограничены пределами свободы других лиц (ч. 3 ст. 17), иначе это может повлечь за собой правовое неравенство людей, ничем не ограниченный произвол при их осуществлении или злоупотребление ими. Поэтому Конституция Российской Федерации запрещает нарушение прав и свобод других лиц при осуществлении лицом своих прав. Субъективное право гражданина четко определено. Это сделано для того, чтобы гражданин знал рамки дозволенного поведения и не вторгался в пределы законных интересов других лиц, государства, общества. Только при этом условии каждый сможет беспрепятственно осуществлять свои права и свободы.

Как мы уже отмечали, классово-идеологический подход к правам человека означал навязывание ему только социалистических ценностей, не признавая за ним права на свободу мысли. В Конституции РФ 1993 г. одной из основ конституционного строя признано идеологическое и политическое многообразие. Нетрудно заметить, что идеологическое и политическое многообразие тесно связаны между собой и взаимообусловлены. Однако, признавая существование тесных связей между ними, в равной степени следует признать и наличие тех особенностей, которые позволяют выделять как собственно идеологические, так и политические аспекты. По этой причине необходимым представляется анализ каждой из указанных взаимодействующих категорий.

Идеологическое многообразие означает возможность нормального сосуществования в обществе различных (в том числе прямо противоположных) философских, политических, правовых, экономических, религиозных взглядов, идей, теорий. Каждый вправе (самостоятельно или совместно с другими лицами) свободно создавать, распространять, защищать свои взгляды и идеи. Принцип идеологического многообразия является развитием неотъемлемых прав человека на свободу мысли, слова, информации, совести, вероисповедания. В условиях идеологического многообразия, отрицание государственной идеологии, возведенное в ранг правового нормативного правила, может привести на практике к серьезным деформациям российской государственности, «освобожденной» от интегрирующего общего интереса и цели.

Нельзя не признать, что установление в Конституции принципа идеологического многообразия является одним из наиболее значимых демократических достижений России. Еще недавно советские конституции, законы и тем более партийно-государственная практика никакого многообразия в области идеологии и политики не допускали. Конституция СССР 1977 г. прямо закрепляла господство одной идеологии, которая официально называлась марксистско-ленинской. Преамбула Конституции 1977 г. излагала многие положения этой идеологии, прославляла руководящую роль Коммунистической партии Советского Союза, утверждала, что высшей целью Советского государства является построение «бесклассового коммунистического общества» и что народ, якобы, принял эту Конституцию, «руководствуясь идеями научного коммунизма». В свою очередь, ст. 6 данной Конституции констатировала, что руководящей и направляющей силой советского общества, ядром его политической системы, государственных и общественных организаций является «вооруженная марксистско-ленинским учением» КПСС, определяющая генеральную перспективу развития общества, линию внутренней и внешней политики СССР и т.д. Содержание других положений рассматриваемой Конституции также отличалось ярким идеологическим содержанием. Так, в ряде статей, например, провозглашалось, что существующая в СССР единая система народного образования служит «коммунистическому воспитанию молодежи» (ст. 25), что СССР проводит «ленинскую» политику мира (ст. 28), что гражданам гарантируются различные права и свободы только «в соответствии с целями коммунистического строительства» и т.п. Естественно, что аналогичные положения содержались и в Конституции РСФСР 1978 г.

Социально значимый переход от государственного идеологического монизма к многообразию идеологий являлся весьма важным этапом конституционного развития российского общества и государства. Причем фактическое изменение идеологической среды было бы неосуществимым без наличия конституционных положений, гарантирующих идеологическое многообразие. Прежде всего необходимой гарантией принципа идеологического многообразия выступает невозможность установления никакой идеологии в качестве государственной или обязательной. Государство не должно вмешиваться в сферу идеологии путем подчинения какому-либо идеологическому направлению, в том числе политическому, и, во-вторых, государство не вправе устанавливать какую-либо идеологию в качестве общеобязательной, то есть ограничивать права человека на свободу совести, мысли и слова²³. Действующая Конституция закрепляет открытый перечень институциональных форм реализации права на идеологическое многообразие.

Весьма специфические аспекты охватываются принципом политического многообразия. Принцип политического многообразия, или многопартийность, — это свобода образования и деятельности политических партий. Политические партии являются важнейшими субъектами политических отношений, а также правовых отношений по формированию органов государственной власти²⁴. Основное назначение партий — выражение воли населения или отдельных его групп (слоев). В политически развитом обществе партии занимают промежуточное положение между индивидом и государством, выступая в качестве соединительного звена между ними. Принцип многопартийности означает, что не допускаются ограничения на создание партий по признаку выражаемых ими идей. Не допускается существование одной партии и запрещение других. Нельзя также наделять одну партии преимуществом по отношению к другим, и назвать ее «руководящей». У нас уже был такой опыт и всем известно, к чему это привело. Последовательная реализация принципа многопартийности предполагает равенство правовых возможностей, существующих в сфере формирования и деятельности политических партий.

Одной из главных задач движения России по пути к созданию жизнеспособного демократического правового государства, живущего в гармонии с обществом и уважаемого им, является утверждение высоких стандартов нравственности и морали, формирование таких конституционных идей, ядром которых будет являться соблюдение прав и уважение интересов каждой личности.

И еще один важный аспект, на который необходимо обратить внимание, Говоря о современной концепции прав и свобод человека, следует иметь в виду, что Россия — федеративное государство. Принципиальным показателем федеративного устройства является разграничение на уровне федеральной конституции предметов ведения между федерацией и ее субъектами²⁵. Конституция Российской Федерации устанавливает, что регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина относится к исключительному ведению Российской Федерации (п. «в» ст. 71). К совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации относится «защита прав и свобод человека и гражданина» (п. «б» ч. 1 ст. 72). Так, в постановлении Конституционного Суда РФ от 18 июля 2012 г. № 19-П²⁶ указывается, что дополнительные правовые предписания, устанавливаемые субъектами РФ, имеющие целью защиту того или иного права, не являются регулированием прав и свобод человека и гражданина в смысле ст. 71 Конституции РФ, поскольку носят вторичный характер и производны от базовых. Субъект РФ вправе наряду с основными гарантиями прав граждан, закрепленными федеральным законом, установить в своем законе дополнительные гарантии этих прав, направленные на их конкретизацию, создание дополнительных механизмов их реализации, с учетом региональных особенностей (условий) и с соблюдением конституционных требований. В другом своем решении Конституционный Суд сформулировал правовую позицию, согласно которой субъекты РФ при осуществлении правового регулирования при установлении государственных дополнительных гарантий обязаны исходить из конституционных принципов равенства и справедливости, необходимости поддержания баланса частных и публичных интересов, руководствоваться положениями бюджетного законодательства РФ, не допуская нерационального расходования бюджетных средств, принимая во внимание социально-экономическое положение субъекта РФ и возможности его бюджета²⁷. Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении Конституционного Суда РФ от 18 июля 2012 г. № 19-П²⁸, дополнительные гарантии, устанавливаемые субъектами РФ, должны соответствовать конституционным требованиям о непротиворечии законов субъектов РФ федеральным законам и о недопустимости ограничения прав и свобод человека и гражданина в форме иной, нежели федеральный закон. Во всяком случае, осуществляя такое регулирование, законодатель субъекта РФ не должен вводить процедуры и условия, которые искажают само существо тех или иных конституционных прав, и снижать уровень их федеральных гарантий, закрепленных на основе Конституции РФ федеральными законами, а также вводить какие-либо ограничения конституционных прав и свобод, поскольку таковые — в определенных Конституцией РФ целях и пределах — может устанавливать только федеральный законодатель.

Итак, прерогативой Российской Федерации является регулирование прав и свобод человека и гражданина, а к общему ведению Федерации и ее субъектов — лишь защита прав и свобод человека и гражданина. Таким образом, Российская Федерация взяла на себя ответственность за единую регламентацию прав и свобод на всей территории страны, субъекты РФ тем самым, по общему правилу, должны считаться с запретом регулирования отношений с участием граждан на своем уровне.

В настоящее время Российская Федерация в Конституции закрепляет перечень прав и свобод человека и гражданина, отражающих положения международных актов по правам человека. По советской концепции все, что касалось прав и свобод человека считалось сугубо внутригосударственным делом. Поэтому не допускалось никакого вмешательства международных организаций в рассмотрении положения дел в Советском Союзе. Советские граждане не могли обратиться в международные организации в тех случаях, когда их права были нарушены. О создании каких-либо общественных организаций, ставящих целью защиту прав, не могло быть и речи. Действующая Конституция в ч. 3 ст. 46 закрепляет, что каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

1.3. Роль международного права в развитии отечественной концепции прав человека

В современном мире права человека не могут относиться к исключительной компетенции какого-то отдельного государства, они стали сферой интересов международного сообщества. Международное право, благодаря своему современному содержанию создает предпосылки для обеспечения прав человека, совершенствования законодательства. Его нормы требуют должного поведения государства, взявшего на себя определенные обязательства, в частности имплементации международных стандартов в национальное право.

Международные стандарты являются тем нормативным минимумом, который определяет уровень государственной регламентации прав человека. В допустимых пределах государство вправе отклониться от установленных правил с целью их конкретизации или превышения. По общему правилу, международные стандарты не затрагивают какой-либо закон, судебное решение, обычай или соглашение, которые обеспечивают более благоприятные условия, чем те, которые предусматриваются международным договором. Признавая международные нормы и стандарты в области прав человека, государство возлагает на себя определенные обязательства перед своими гражданами и всеми, кто находится на его территории и под его юрисдикцией.

Международные стандарты, механизмы и процедуры в области прав человека закреплены в таких важнейших международных документах, как Устав ООН 1945 г., Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 г., Конвенция о статусе беженцев 1951 г., Конвенция о политических правах женщин 1952 г. Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г. (с двумя факультативными протоколами к нему), Конвенция против пыток и других, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 г., Конвенция о правах ребенка 1989 г., Международная Конвенция о защите прав трудящихся — мигрантов и членов их семей 1990 г. и ряд других соглашений универсального характера.

Стандарты прав человека разработаны и в договорной практике участников Содружества Независимых Государств (СНГ). Назовем некоторые из них: Конвенция о правах и основных свободах человека 1995 г., Соглашение о помощи беженцам и вынужденным переселенцам, Конвенция об обеспечении прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам и др.

Закрепление в международных документах стандартов прав человека имело важное значение, что позволило создать представление о том, какие именно субъективные права следует относить к категории прав человека.

В 1949 г. был основан Совет Европы как европейская организация межправительственного и парламентского сотрудничества. Деятельность этой организации охватывает широкий круг вопросов, в том числе права человека, борьбу с преступностью, модернизацию и гармонизацию национальных законодательств с учетом международных норм и стандартов. В результате функционирования основных контрольных механизмов Совета Европы: Европейской комиссии по правам человека и Европейского суда по правам, а также деятельности Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, других европейских организаций по защите прав человека можно говорить о возникновении понятий «европейские стандарты по защите прав человека» и «европейская система защиты прав человека».

Под «европейскими стандартами по защите прав человека» понимаются признанные европейским сообществом и закрепленные в его документах юридические нормы, включающие все жизненно необходимые права человека, а также механизмы их гарантии, защиты и обеспечения их на практике.

«Европейскую систему защиты прав человека» составляют, прежде всего, действие и гарантии европейских конвенций по правам человека, которые стали нормами национальных законодательств европейских стран, а также непосредственная деятельность Совета Европы, его контрольных органов, особенно Европейского суда по правам человека по обеспечению выполнения европейских конвенционных норм по защите прав человека.

Что касается самого термина «европейские стандарты по защите прав человека», то он представляет собой более широкое понятие и включает как составную часть понятие «стандарты Совета Европы по правам человека», которое содержит правовые нормы принятых этой европейской организацией документов: Конвенции о защите прав человека и основных свобод, Европейской социальной хартии, Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания, Европейской хартии местного самоуправления. Более 160 европейских конвенций в настоящее время образуют для государств — членов Совета Европы круг регулируемых в них вопросов.

Россия вступила в Совет Европы с тем, чтобы интегрироваться в единое гуманитарное, социальное, культурное, правовое пространство Европы. В 1996 г. во Дворце Европы (г. Страсбург, Франция) Россия подписала протокол о присоединении России к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Это событие произошло одновременно со вступлением нашей страны в полноправные члены Совета Европы. В соответствии с подписанным протоколом Россия взяла на себя обязательства по обеспечению пользования основными гражданскими и политическими правами, закрепленными в Европейской Конвенции, российскими гражданами.

Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и протоколы к ней были ратифицированы Россией 30 марта 1998 г. (на данный момент Россия не ратифицировала 6-й, 12-й, 13-й протокол).

Анализируя Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и учрежденные ею контрольные механизмы, многие ученые и государственные деятели приходят к выводу о том, что она стала самым совершенным и эффективным договором в области прав человека в мире.

Особое значение придают Конвенции следующие основные черты: права и свободы каждого человека гарантированы участвующими государствами; впервые в рамках международного договора о защите прав человека был создан конкретный механизм их защиты; парламенты и судебные органы получили прочную основу в области прав человека для принятия и толкования законов.

С момента принятия Конвенция была дополнена 16 протоколами, которые расширили гарантируемые ею права человека и совершенствовали процедуры их защиты. Важнейшие стандарты по правам человека установлены также и в других европейских документах. При всех бесспорных достоинствах Конвенция о защите прав человека и основных свобод не дает юридического ответа на решение ряда вопросов, в том числе защиты экономических и социальных прав человека. На это обращена Европейская социальная хартия, которая разработана по инициативе государств — членов Совета Европы, и была подписана в Турине 18 октября 1961 г., а вступила в силу в 1965 г. Она включает общие принципы, которыми должны руководствоваться государства — члены Совета Европы в своей социальной политике, и предоставляет правовые гарантии экономических и социальных прав для лиц, находящихся под их юрисдикцией. Хартия первоначально содержала 19 основополагающих прав. Вступивший в силу в мае 1988 г. Дополнительный протокол к Европейской социальной хартии устранил некоторые пробелы в ней и увеличил перечень основных экономических и социальных прав до 23.

Новая редакция Европейской социальной хартии включает гарантии Хартии 1961 г. и Дополнительного протокола к ней 1988 г., вводит новых восемь прав, содержит процедуру контроля, применяющуюся в рамках Хартии 1961 г. В 1996 г. была принята, а в 1999 г. вступила в силу Европейская социальная хартия (пересмотренная) — договор, сосуществующий с Европейской социальной хартией (некоторые страны ратифицировали только первый документ, а некоторые — только новый). Она состоит из пяти частей. В 1-й части определяются цели, к достижению которых стремятся стороны соглашения, а 2-я часть содержит 31 статью, в которых установлены экономические и социальные права. В статьях также обозначены критерии защиты прав граждан в сфере социального обеспечения (пенсии, пособия по безработице и инвалидности, медицинское обслуживание и др.). В 3-й части представлен порядок принятия обязательств по новой редакции Хартии и определена взаимосвязь ее с Хартией в прежней редакции. Механизм контроля за осуществлением обязательств, установленных в Хартии, и порядок подачи коллективных жалоб рассматривается в 4-й части. В 5-й части изложены вопросы запрета дискриминации, освобождения обязательств во время войны или иных чрезвычайных обстоятельств, ограничения прав, отношений между Хартией и национальными законами или международными соглашениями и внесения поправок к частям Хартии. Порядок подписания, ратификации, вступления в силу, территориального применения, денонсации и нотификации Хартии дается в 6-й, последней части. Россия ратифицировала Пересмотренную Хартию в октябре 2009 г., признав обязательными для себя из положений ч. II Хартии ст. 1, 3, 5–11, 14, 16, 17, 20–22, 24, 27–29 полностью, 2, 4, 12, 15, 18, 19 частично (всего 68 пунктов).

Большое значение для формирования системы европейской защиты прав человека имело принятие государствами — членами Совета Европы 26 ноября 1987 г. в Страсбурге Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания.

К наиболее известным соглашениям, разработанным по инициативе Парламентской Ассамблеи Совета Европы, относится Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств, которая была подписана рядом европейских государств 1 февраля 1995 г. Рамочная конвенция развивает положения ст. 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, запрещающей дискриминацию национальных меньшинств.

Наряду с Советом Европы, значительное место вопросы прав человека занимают в деятельности Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ). Это Совещание, которое объединяет все государства Западной и Восточной Европы, а также США и Канаду, является наиболее представительной европейской региональной организацией, которая начала работу в Хельсинки 3 июля 1973 г. В конце 1994 г. Совещание было преобразовано в Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ). Первый этап этой работы завершился 1 августа 1975 г. подписанием Хельсинского Заключительного акта. Один из четырех основных разделов Заключительного акта, в котором были ратифицированы совместные договоренности стран-участниц на основании консенсуса, относится к гуманитарному сотрудничеству европейских государств и правам человека. В этом Акте государства-участники Совещания специально отметили «всеобщее значение прав человека и основных свобод, справедливости и благополучия, необходимых для обеспечения развития дружественных отношений и сотрудничества между ними, как и между всеми государствами». Они взяли на себя обязательства уважать основные права и свободы человека без различия расы, пола, языка и религии и развивать эффективное осуществление гражданских, политических, экономических, социальных, культурных прав (пр. 7). Хельсинский Заключительный акт определил направления и конкретные формы сотрудничества государств в различных областях, относящихся к правам человека, включая образование, культуру, информацию, контакты между людьми. Он явился той основой, на которой вот уже много лет развивается сотрудничество государств Европы, США и Канады в области прав человека.

На региональном уровне обязательства государств по признанию и осуществлению основных прав человека зафиксированы в таких актах, как Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г., Европейская социальная хартия 1961 г., Хартия основных прав Европейского Союза 2000 г. Общепризнанные права человека стали лейтмотивом в современном мире. Эти права закреплены в конституциях и законодательстве ряда государств.

Идеи, закрепленные в этих документах, были положены в основу главы второй Конституции РФ 1993 г. Часть 1 ст. 17 устанавливает: «В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией». Конституция также закрепляет, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы» (ч. 4 ст. 15). Включение этой нормы в Конституцию является отражением объективной закономерности углубления взаимодействия международного и внутригосударственного права, национального общества с мировым сообществом; с другой — означает, что в основе правовой государственности в Российской Федерации лежат не только принципы, закрепленные отечественным законодательством, но и общепризнанные стандарты, принятые в международном сообществе²⁹.

Конституция Российской Федерации не уточняет, что следует понимать под общепризнанными принципами и нормами международного права, не называет характеризующих их признаков. В то же время, правила, закрепленные в п. 4 ст. 15 Конституции РФ, означающие, что не только международные договоры, но и общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью правовой системы России и подлежат применению, вызывали в судебной практике вопрос — какие именно принципы и нормы международного права относятся к общепризнанным, в каких международно-правовых актах они содержатся. М. В. Баглай, полагает, что включенная в Конституцию формулировка «общепризнанные принципы и нормы международного права» таит в себе «много неясностей, поскольку в мире не существует общепринятого определения этих принципов и норм»³⁰. По мнению О. Е. Кутафина, общепризнанными принципами и нормами международного права считаются такие общеобязательные нормы международного права, которые пользуются всеобщим признанием, выраженным тем или иным способом, хотя зачастую не закреплены в каких-либо конвенциях. Они получили название норм «общего» международного права, или «общих», «универсальных» норм³¹. Б. С. Эбзеев считает, что поскольку в Конституции РФ не содержится определения общепризнанных принципов и норм международного права, эти принципы и нормы должны быть признаны таковыми Российской Федерацией. Без подобного признания они не могут считаться частью ее правовой системы, порождающей для государства в целом, его органов и должностных лиц юридические обязательства³².

В постановлении Пленума ВС РФ от 10 декабря 2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации»³³ впервые в отечественной юридической практике дано легальное определение понятия общепризнанных принципов международного права как основополагающих норм международного права, принимаемых и признаваемых мировым сообществом государств в целом, отклонение от которых недопустимо. Тем самым Верховный Суд РФ указал на главные конституционные признаки общепризнанных принципов международного права, в числе которых, — основополагающий характер, императивность содержащихся в них велений и всеобщность признания в качестве таковых. Несмотря на традиционное употребление формулировки «общепризнанные принципы и нормы международного права», зачастую между этими правовыми явлениями — «принципы» и «нормы» делаются различия. И. И. Лукашук обращает внимание, что термин «принцип» в резолюциях ООН используется в различных значениях, и употребляется как: правовой или неправовой принцип; норма более высокого или высшего порядка; норма, порождающая более конкретные правила; норма, важная для целей резолюции; цель, которую необходимо достичь; требование к юридической или иной политике; руководящее начало толкования³⁴.

В науке международного права обычно выделяют следующие общепризнанные принципы международного права: суверенное равенство государств; невмешательство во внутренние дела; равноправие и самоопределение народов; неприменение силы или угрозы силой; мирное регулирование споров; нерушимость границ; территориальная целостность государств; уважение прав человека и основных свобод; сотрудничество государств; добросовестное выполнение международных обязательств.

В отличие от общепризнанных принципов, под общепризнанными нормами международного права Верховным Судом РФ понимаются правила поведения, принимаемые и признаваемые международным сообществом государств в целом в качестве юридически обязательных. Как справедливо отмечает Б. С. Эбзеев: общепризнанные принципы международного права суть его нормы: в свою очередь, указанные нормы — договорные или обычные — закрепляют соответствующие принципы, признаваемые государством обязательными для него. Иными словами, общепризнанный принцип — всегда норма, но далеко не всякая норма есть принцип³⁵.

Общепризнанные принципы и нормы международного права, наряду с другими источниками и международно-правовыми документами, формируют международные стандарты в области прав человека и гражданина, к которым стремиться любое цивилизованное государство как член мирового сообщества. Система международных соглашений России в области прав человека, в которых сформулированы общепризнанные принципы и нормы международного права, включает, в частности, Всеобщую декларацию прав человека, принятую Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г., Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах от 16 декабря 1966 г., Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. (в ред. Протокола № 2 от 6 мая 1963 г., Протокола № 3 от 6 мая 1963 г., Протокола № 5 от 20 января 1966 г., Протокола № 8 от 19 марта 1985 г. и Протокола № 11 от 11 мая 1994 г.), Конвенцию Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека от 26 мая 1995 г., резолюции и документы международных совещаний (документы ОБСЕ, например, Хельсинкский Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе 1975 г., Мадридский, Венский и Хельсинкский итоговые документы, документы Копенгагенского и Московского совещаний по человеческому измерению СБСЕ, документы Краковского симпозиума по культурному наследию, а также Парижской хартии для новой Европы).

По мнению О. Е. Кутафина, полагающего, что всеобщее признание предполагает наличие согласия с соответствующими нормами со стороны всех основных групп государств современного международного сообщества. Практика международного права свидетельствует о том, что резолюции, принятые незначительным большинством того или иного международного форума, не могут иметь сколько-нибудь серьезных шансов стать «общепризнанными» юридически обязательными нормами. Резолюции могут использоваться лишь при толковании норм международного права. Кроме того, негативное отношение государства к той или иной резолюции делает невозможным ее применение к отношениям с его участием. Без явно выраженного или молчаливого согласия России ей не могут быть навязаны никакие международные обязательства³⁶.

Таким образом, следует иметь в виду, что закрепленный в Конституции РФ приоритет международных принципов и норм международного права не является абсолютным, неограниченным. Согласно ч. 6 ст. 125 Конституции РФ международные договоры Российской Федерации, не соответствующие Конституции РФ, «не подлежат введению в действие и применению». Итак, Конституция не устанавливает общий примат принципов и норм международного права над внутригосударственным правопорядком, закрепляет приоритет международного договора Российской Федерации в применении, если и поскольку между ним и нормой национального закона возникла коллизия. Это означает, что нормы закона, предусматривающие иные правила, чем установленные договором, сохраняют свою юридическую силу, но не применяются при разрешении дел, касающихся государства, также участвующего в соответствующем договоре³⁷.

Данные положения подтверждаются сложившейся конституционно-правовой практикой. Так коллизия толкований Европейской конвенции по правам человека, данных Европейским Судом по правам человека, с положениями Конституции Российской Федерации по делам «Константина Маркина против Российской Федерации» и «Анчугова и Гладкова против Российской Федерации» привели к возникновению у Конституционного суда РФ полномочия по признанию неисполненными решений межгосударственных органов по защите прав человека. Таким образом, в ФКЗ «О Конституционном Суде РФ» были внесены изменения в целый ряд статей, а также появилась новая Глава XIII.1. Данными изменениями была создана новая процедура рассмотрения дел о возможности исполнения решений межгосударственного органа по защите прав человека, а также даны полномочия Президенту РФ и Правительству РФ обратиться с советующим запросом о толковании положений Конституции РФ.

На сегодняшний день постановления о неисполнимости были вынесены по отношению к двум решениям ЕСПЧ по делам «Анчугова и Гладкова против Российской Федерации» и «ОАО «Нефтяная компания ЮКОС» против Российской Федерации».

Свое развитие данная конституционно-правовая практика нашла в ФЗ о поправках к Конституции РФ. Наряду с закреплением в Конституции РФ уже рассмотренных полномочий Конституционного Суда РФ также в его компетенции стало принятие решения о возможности исполнения решения иностранного или международного (межгосударственного) суда, иностранного или международного третейского суда (арбитража), налагающего обязанности на Российскую Федерацию, в случае если это решение противоречит основам публичного правопорядка Российской Федерации;

В Конституцию РФ также была внесена и более общая поправка о соотношении национального и международного права. Статья 79 Конституции Российской Федерации содержит положение о том, что Российская Федерация может участвовать в межгосударственных объединениях и передавать им часть своих полномочий в соответствии с международными договорами Российской Федерации, если это не влечет за собой ограничения прав и свобод человека и гражданина и не противоречит основам конституционного строя Российской Федерации.

Вместе с тем перечисление в Конституции основных прав и свобод не должно толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод человека и гражданина» (ч. 1 ст. 55). Это значит, что общепризнанные нормы международного права о правах человека подлежат непосредственному применению даже в том случае, если вытекающие из них права не перечислены в Конституции. Статус, приданный общепризнанным нормам о правах человека Конституцией России, соответствует ее международным обязательствам. В частности, Парижская хартия для новой Европы 1990 г., участницей которой является и Россия, закрепила, что уважение прав человека — существенная гарантия против обладающего чрезмерной властью государства. Их соблюдение и полное осуществление — основа свободы, справедливости и мира.

Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств, принятая Советом Европы в 1995 г. и ратифицированная Российской Федерацией, содержит ряд требований, которые должны обеспечить защиту законных интересов меньшинств как неотъемлемой части международной защиты прав человека: отказ от политики дискриминации по национальному (ст. 4) и религиозному (ст. 8) признакам, отказ от ассимиляции (ст. 5)³⁸. Данный акт является первым шагом на пути создания международно-правовых гарантий меньшинств. Однако отсутствие регулирования права на самоопределение в современных условиях со стороны ООН дает почву для спекуляции этим принципом, а также принципом территориальной целостности той или иной стороне конфликта.

Тем не менее, анализ природы двух общепризнанных международно-правовых принципов позволяет сделать вывод об отсутствии коллизии между ними. Принцип территориальной целостности является гарантом государственного суверенитета, призванным защитить это самое государство от агрессии извне³⁹. Принцип самоопределения, напротив, реализуется как во внешней, так и во внутренней государственной жизни; первое было закреплено актами о деколонизации, второе пока находится в процессе становления. Такое понимание природы самоопределения просматривается и в Декларации о принципах международного права: «Ничто в приведенных выше пунктах не должно истолковываться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению и к частичному или к полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, соблюдающих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов, как этот принцип изложен выше, и, вследствие этого, имеющих правительства, представляющие без различия расы, вероисповедания или цвета кожи весь народ, проживающий на данной территории».

Международные договоры дают возможность установить определенную иерархию среди основных прав и свобод. Устав ООН провозгласил принцип равноправия и самоопределения народов (п. 2 ст. 1) и принцип уважения прав человека основных свобод без различия расы, пола, языка и религии (п. 3 ст. 1). Эти принципы, развитые затем в Пактах о правах человека и других договорах, являются обязательными и всеобщими. Согласно Уставу ООН в случае, когда обязательства по нему вступают в противоречие с обязательствами государств по какому-либо международному договору, преимущественную силу имеют обязательства по Уставу ООН (ст. 1030). При этом даже государства, которые не являются членами ООН, обязаны действовать в соответствии с принципами, закрепленными в Уставе ООН (п. 6 ст. 2). На сегодняшний день самоопределение наций является общепризнанным принципом международного права. Устав ООН закрепляет самоопределение и равноправие народов в качестве важнейшего регулятора международных отношений. Принцип получил развитие в процессе деколонизации, провозглашенной Декларацией ООН о предоставлении независимости колониальным странам и народам: «Все народы имеют право на самоопределение; в силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и осуществляют свое экономическое, социальное и культурное развитие», а так же в Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах и Международном пакте о гражданских и политических правах. В дальнейшем понимание самоопределения было конкретизировано в Декларации о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом Организации Объединенных наций 1970 г.: «В силу принципа равноправия и самоопределения народов, закрепленного в Уставе Организации Объединенных Наций, все народы имеют право свободно определять без вмешательства извне свой политический статус и осуществлять свое экономическое, социальное и культурное развитие, и каждое государство обязано уважать это право в соответствии с положениями Устава».

Следует отметить, что основополагающие механизмы защиты прав человека в международном праве вырабатывались постепенно. Так, на Венском Конгрессе в 1815 г. была принята международная Декларация, решительно осудившая торговлю людьми. Запрет работорговли получил свое нормативное закрепление в Брюссельских актах 1890 г. и в действующем до сих пор Женевском Соглашении 1926 г., предметом регулирования которого