К. В. Агамиров, Е. М. Доровских, О. В. Орлова, Н. И. Соловяненко

«Зоны знаний» интеграционных объединений государств (ЕАЭС и ЕС):
сравнительно-правовое исследование

Ответственный редактор 
кандидат юридических наук  
Е. М. Доровских

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 341.1

ББК 67.412.1

З-84

Авторы:
Агамиров К. В., доктор юридических наук, доцент, старший научный сотрудник сектора философии права, истории и теории государства и права Института государства и права РАН – гл. V;
Доровских Е. М., кандидат юридических наук, ведущий специалист Института развития родных языков народов РФ – гл. ΙΙ;
Орлова О. В., кандидат юридических наук, доцент – гл. Ι;
Соловяненко Н. И., кандидат юридических наук, старший научный сотрудник сектора предпринимательского и корпоративного права Института государства и права РАН – гл. ΙΙΙ, ΙV.

Рецензенты:
Голоскоков Л. В., доктор юридических наук, доцент;
Сауляк О. П., доктор юридических наук, доцент.

Работа посвящена сравнительному исследованию правовых проблем развития общего социокультурного и экономического пространства и взаимодействия в рамках формирования «зон знаний» интеграционных объединений государств современности – ЕАЭС и ЕС. Предметом рассмотрения выступили правовые стратегии и модели регулирования международной экономической интеграции и научно-технического сотрудничества государств-членов ЕАЭС, направленные на формирование правовой основы интегрированного научно-исследовательского пространства и повышение эффективности правового регулирования интеграционных процессов. Настоящая работа носит междисциплинарный характер: анализ правовых аспектов «зон знаний» не может быть замкнут в узких рамках одной научной специальности, что обусловлено комплексностью проблематики и сравнительно-правовым характером исследования.

Законодательство приведено по состоянию на 1 октября 2020 г.

Книга рассчитана на научных работников и практиков – юристов, социологов и экономистов, студентов и аспирантов высших учебных заведений правового и экономического профилей, а также на тех, кто интересуется фундаментальными вопросами международной экономической интеграции и научно-технического сотрудничества.

Исследование выполнено при финансовой поддержке РФФИ в рамках научного проекта № 18-29-15014 «Эффективность правового регулирования процессов формирования “зоны знаний” интеграционных объединений государств (на примере сравнительно-правового исследования ЕС и ЕАЭС)»

УДК 341.1

ББК 67.412.1

© Коллектив авторов, 2021

© ООО «Проспект», 2021

ОТ АВТОРОВ

В монографии рассмотрены общие и частные вопросы правового регулирования формирования и функционирования в рамках интеграционных объединений государств (Евразийского экономического союза и Европейского Союза) «зон знаний» — интегрированных научно-исследовательских, образовательных и культурных пространств. Современные «зоны знаний» направлены на объединенное развитие экономической, политической, социокультурной, информационной, образовательной, инновационной и исследовательской сфер с опережающей цифровизацией социально-экономических процессов и созданием цифровых пространств. В работе сделан акцент на фундаментальных правовых условиях формирования и функционирования «зон знаний»: верховенстве права на национальном и международном уровнях; гарантиях основных прав и свобод; стабильной нормативно-правовой и договорной основе. Значительное внимание уделено правовым источникам, инструментам и конструкциям, при помощи которых формируется «зона знаний» Евразийского экономического союза для достижения инновационных, интеграционных и дезинтеграционных целей, отражающих стремление национальных экономик, политических, социокультурных и информационных структур и их звеньев как к конвергенции, так и дивергенции. Цель исследования — научный поиск и обоснование форм и методов повышения эффективности правового регулирования «зон знаний» с участием и в интересах Российской Федерации.

Для Российской Федерации, на современном этапе развития, формирование «зон знаний» в ходе международного сотрудничества и в рамках интеграционных процессов должно получить соответствующее место в ряду приоритетов в силу ряда объективных причин. Важнейшей из них является то, что, несмотря на в целом сохраняющийся высокий уровень научно-технического потенциала, традиции в сфере образования, богатство культуры, угроза изоляции, с которой сталкивается страна сегодня, может негативно отразиться на положении российского общества и граждан в ближайшей перспективе, лишить его возможности выстраивания взаимовыгодного межгосударственного сотрудничества прежде всего на постсоветском пространстве.

Настоящая монографическая работа носит междисциплинарный характер, что обусловлено комплексностью проблематики и срав-нительно-правовым характером исследования правовых аспектов «зон знаний», которое не может проводиться в узких рамках одной научной специальности и требует более широкого и многостороннего подхода. Задача авторского коллектива состояла в обосновании и выработке подходов к комплексному разрешению описанной фундаментальной научной задачи в целях повышения эффективности правового регулирования процессов формирования «зоны знаний» интеграционных объединений с участием Российской Федерации, в частности Евразийского экономического союза. Не менее важно было осуществить комплексное юридическое сравнительно-правовое исследование российской и иностранной правовой доктрины, законодательства и правоприменительной практики, содержащие выводы о направлениях правого регулирования создания исследовательских пространств в условиях развития цифровой экономики.

За последние годы в Российской Федерации был принят целый ряд концепций и специализированных программ, касающихся развития научно-технического и гуманитарного потенциала страны, которые являются основой для последовательного развития межгосударственного сотрудничества Российской Федерации в различных сферах и которые должны способствовать формированию и функционированию «зон знаний», формируемых с участием нашей страны.

В работе рассматриваются правовые проблемы развития общего социокультурного пространства, межкультурного диалога и взаимодействия в рамках формирования «зон знаний» интеграционных объединений государств современности; организационно-правовой потенциал единой «зоны знаний» интеграционного объединения государств как фактор повышения социально-правовой активности и самореализации личности и развития гражданского общества государств-членов ЕАЭС. Современное (гражданское) общество рассматривается в монографии как общество, где «знание» и «зоны знаний» способствуют реализации прав, свобод и обязанностей человека и обеспечивает их защиту.

Исследуется потенциал юридического прогнозирования в контексте развития единой «зоны знаний» интеграционного объединения государств, прогностические направления правовых рисков для национальной безопасности государств-членов ЕАЭС в условиях ограничений формирования и развития «зон знаний» и правовые способы преодоления названных рисков.

В русле приоритетов сегодняшнего дня предметом рассмотрения выступили правовые стратегии и модели регулирования применения цифровых технологий как фактора развития «зон знаний» в интеграционных объединениях государств (ЕС и ЕАЭС), правовые вопросы обеспечения доверия для цифрового взаимодействия в «зонах знаний» и выделены обязательные юридические условия развития «зон знаний» в цифровой среде — гарантии безопасности и правовой определенности цифрового взаимодействия.

Функционирование общих (интегрированных) научно-исследо-вательских пространств — «зон знаний», прежде всего в рамках Евразийского экономического союза, непосредственно связано с выбором Российской Федерацией стратегии культурного развития страны и его правовым оформлением, в том числе продвижением за рубежом русского языка, закрепление за ним положения «языка науки», «языка культуры», языка межнационального общения. Это чрезвычайно важно не только для сохранения собственно культуры, но и для самосохранения российского общества как такового, что является основой для достижения технологического прорыва, участия страны в глобальном научном процессе на принципах равного партнерства и справедливости.

Монография рассчитана на специалистов правового профиля — научных работников, юристов-практиков, а также на социологов, экономистов и всех, кто интересуется фундаментальными вопросами международной экономической интеграции и научно-технического сотрудничества.

Глава I.
«ЗОНА ЗНАНИЙ» В ИНТЕГРАЦИОННЫХ ОБЪЕДИНЕНИЯХ ГОСУДАРСТВ, ОБРАЗОВАНИЕ, ПРАВО И САМОРЕАЛИЗАЦИЯ ЛИЧНОСТИ В ГРАЖДАНСКОМ ОБЩЕСТВЕ

ХХI век — это век расширения и активного использования всевозможных знаний, век получения и распространения различной информации (правда, не всегда достоверной и объективной), являющейся мощным «оружием» развития экономики, культуры, образования, политики, а также становления гражданского общества. Более того, можно с уверенностью утверждать, что современное гражданское общество есть общество знаний, единое пространство знания, в котором личность приобретает, накапливает и использует весь арсенал разнообразных знаний, помогающей ей улучшить не только повседневные условия жизни, но и способствовать всестороннему взаимодействию общественных институтов и государственных структур на уровне интеграционных объединений государств и на мировой арене в целом. Это влечет за собой появление все новых и новых форм социальной (в том числе институциональной) активности личности.

Употребляя термин «зона знаний», мы имеем в виду конкретную область данных, информации, полученных в процессе познавательной человеческой деятельности. Эта область включает в себя знания научного, практического и обыденного порядка. Научные знания носят специализированный (профессиональный) характер Практические (эмпирические) знания самым тесным образом связаны с правилами и процедурами (техническими, политическими, правовыми и др.), действующими в обществе и государстве на уровне отдельных стран и интеграционных объединений государств. Обыденные — вытекают из условий жизнедеятельности человека, его уклада жизни, той социальной среды, которая его окружает и действующих в ней норм морали и обычаев. Но в любом случае знания неотделимы от личности и предполагают наличие умения и определенных навыков, которые приобретаются человеком в процессе познания, получения образования и проверены на практике. Таким образом, «зона знаний» современного общества включает в себя теоретические и эмпирические, общественные и личностные аспекты.

В современной действительности самореализация личности и становление устойчивого общества в рамках происходящих мировых интеграционных процессов неотделимы друг от друга. Это обусловлено тем, что общество знаний, это общество, в котором личность (индивид) находится в центре его внимания, с одной стороны, а с другой — само знание (естественные и гуманитарные науки, законодательство, образование и культура) — результат познания человека.

В докладе ЮНЕСКО «К обществам знания» специально подчеркивается: «Сегодня общепризнано, что знание превратилось в предмет колоссальных экономических, политических и культурных интересов настолько, что может служить для определения качественного состояния общества, контуры которого лишь начинают перед нами вырисовываться»¹. «Зона знаний» представляет собой определенный социальный идеал, направленный, на обеспечение конструирования, защиты и достоинства человека. Не случайно, в Преамбуле Договора о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г. говорится, что цель данного интеграционного объединения «укрепить солидарность и углубить сотрудничество между своими народами при уважении их истории, культуры и традиций»².

Стратегия развития информационного общества в РФ на период с 2017 по 2030 гг., (утв. Указом Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203)³, четко обозначила условия для формирования в Российской Федерации «общества знаний». Стратегия развития отрасли информационных технологий в Российской Федерации на 2014–2020 годы и на перспективу до 2025 года (утв. распоряжением Правительства РФ от 1 ноября 2013 г.)⁴. наметила направления, по которым должно идти развитие информационно-коммуникационных средств с целью создания единого пространства знаний и в конечном итоге обеспечения открытого доступа к политико-правовым знаниям в рамках интеграционных процессов со странами Европы и Азии, а также с другими государствами в мировом масштабе.

Единое пространство знаний в гражданском обществе предполагает понимание роли знаний и формирование потребности в них. Решение этой задачи способствует взаимодействию общественных и иных демократических институтов, успешному или не успешному, приносящему конкретные «дивиденды» или нет. Безусловно, здесь важное значение имеет эффективность и объем правового регулирования «зоны знаний».

Особенность современного гражданского общества состоит, прежде всего, в том, что оно все более и более приобретает черты «общества знаний». Речь идет, с одной стороны, о постоянно расширяющемся накоплении гуманитарных знаний, с другой — о необходимости более активного внедрения виртуального по форме и реального по содержанию знания.

Вышеназванная Стратегия развития информационного общества в РФ определяет общество знаний как общество, «в котором преобладающее значение для развития гражданина, экономики и государства имеют получение, сохранение, производство и распространение достоверной информации с учетом стратегических национальных приоритетов Российской Федерации» (п. 4 ст. 4), под которыми понимаются развитие человеческого потенциала; обеспечение безопасности граждан и государства; повышение роли России в мировом гуманитарном и культурном пространстве⁵ и т. д.

Ставя знак равенства между информационным обществом и обществом знаний, мы одновременно можем сделать то же самое применительно к гражданскому обществу, ибо самореализация личности и функционирование форм ее активности в гражданском обществе непосредственно связаны:

— с всеобщим доступом к информации;

— с системой образования;

— со свободой выражения мнения;

— с культурологическим и цивилизационным компонентом развития;

— формированием потребности и стремления развивать знания, заниматься инновационным творчеством, обмениваться достижениями науки, искусства и т. д.

Современный человек постоянно приобретает знания в различных областях, что способствует расширению личностных горизонтов, признанию нравственных ценностей, проведению четкого барьера между добром и злом. Это трудоемкий и длительный процесс, состоящий из систематического пополнения знаний самой личностью и постоянного совершенствования действующего законодательства отдельных государств и интеграционных объединений государств, поскольку именно в праве объективируется духовный постулат, содержащийся и в религии, и в морали — справедливости и необходимости воздаяния, признания человека — венцом природы и общества.

Гражданское общество, будучи одним из проявлений современной цивилизации, представляет собой признание личностью социокультурных ценностей (и формирование новых) и одновременно реализацию полученных знаний в повседневной жизни в соответствии с теми правилами, которые складывались веками и новыми характерными для нынешнего развития конкретных цивилизаций и мирового сообщества в целом. Более того, «зона знаний» на уровне отдельных стран, интеграционных государственных объединений или всего мирового сообщества приобретает реальную личную и общественную ценность, обеспечивает сочетание индивидуальных и общественных интересов.

Применительно к личности уместно употребить, несколько изменив, слова М. А. Горького о том, что человек подобен «улью», в который «заботливыми пчелами» приносятся разнообразные знания. Нередко эти знания приобретают негативный характер, отражающий реалии повседневной жизни и противоречащие природе человека как существа разумного.

Все возрастающая мировая глобализация оказывает серьезное влияние на самореализацию (в том числе политико-правовую) личности в российском (впрочем, в любом) обществе. Это вызвано развитием межличностных и информационных коммуникаций, расширением свободы передвижения и технического (технологического) прогресса. Одна из проблем современного правового развития связана с трудностями разграничения правовых систем государств, входящих в состав ЕС и ЕАЭС. Несмотря на многовековую историю становления и развития национальных правовых систем, налицо универсализация и унификация права в целом. На уровне интеграционных объединений государств, во главу угла поставлено европейское право по правам человека, которое юридически и фактически приобрело характер универсальности⁶.

Для динамично развивающегося гражданского общества характерно стремление личности и демократических объединений к определенному успеху, достичь которого без соответствующего знания невозможно (или, по крайней мере, затруднительно). Учитывая, что объем знаний не постоянно существующая величина, требуется все увеличивающееся наращивание и применение на практике самых различных знаний, в том числе правовых. В современном глобализирующемся мире наблюдается два взаимосвязанных процесса — одновременно происходит становление «зоны знаний» и усиление ее коммерциализации. Иными словами, достаточно ярко проявляется классический «закон спроса и предложения».

Для современного мира характерно, с одной стороны, постоянное расширение отдельного информационно-технологического рынка и, как следствие, мощной разветвленной широкодоступной сети связи в реальном времени (Интернет); многократного увеличения информационных ресурсов и услуг; единого мирового информационного пространства, с другой — требуется сохранение информационного пространства отдельных государств. Это дает основание еще раз поставить знак равенства между гражданским, информационным обществом и обществом знаний.

Гражданское общество в разных странах, в том числе входящих в ЕС и ЕАЭС, имеет свои отличия, но проявляются они по-разному в силу специфики и протяженности существования и отражают особенности исторического, национального, социально-экономического, нравственно-культурного и в не в последнюю очередь политико-правового развития той или иной страны.

Безусловно, нельзя отрицать, что современное общество, будучи информационным, не впитывает в себя элементы многих цивилизаций, однако такие черты как социокультурные особенности (менталитет, традиции, религиозность, духовность и т. п.), порождающие определенный уклад жизни и вытекающие из национального состава населения, накладывают свой отпечаток на формы проявления умственной и творческой самореализации личности, самоидентификации человека в обществе и государстве, реализации своих способностей. В конечном итоге все это направлено на гуманизацию общества и сохранение национальных и иных особенностей, и обеспечение свободы личности в рамках, действующих в обществе социальных норм (правовых, нравственных и т. д.)

В настоящее время на уровне интеграционных объединений государств (и в мировом пространстве в целом), при всей популярности и развитости современных информационно-технологических коммуникаций, на авансцене по-прежнему главенствуют знания, направленные на повышение уровня солидарности, развития личности, создания и функционирования институциональных форм социальной активности и самоорганизации людей.

Вместе с тем нельзя не отметить, что понятие и содержание «зоны знаний» в современной науке и законодательстве применительно к гражданскому обществу фактически не разработано и достаточно неопределенно. Речь идет не только о российском законодательстве. В правовом регулировании демократических форм гражданского общества во многих государствах (и интеграционных объединениях государств) присутствует нечеткость определений, пробельность, размытость разграничения национального и межнационального законодательства об институтах гражданского общества, также налицо разночтения в их определении.

Свидетельством интеграционных процессов является расширение диалога, взаимодействия между неправительственными объединениями (организациями) на основе национального и международного законодательства (договоров). Этому должна способствовать деятельность правозащитных и иных общественных объединений по обеспечению международных стандартов прав человека. Успешное сотрудничество в этом вопросе — показатель усиления доверия людей к самой идее интеграции государств.

Безусловно, законодательство по проблемам создания и функционирования институтов гражданского общества подвергается постоянному воздействию в связи с изменениями во внутреннем развитии конкретных государств. Несмотря на то, что в правовом регулировании институтов гражданского общества определяющее значение принадлежит национальному праву, нельзя сбрасывать со счетов опыт по принятию международных правовых актов интеграционных объе-динений государств. Все государства, входящие в интеграционные, в первую очередь ЕС, во все большей и большей степени испытывают на себе трансформацию правовых систем.

Мировое сообщество, в том числе Россия, ЕАЭС и ЕС (и каждое государство, входящее в них) заинтересовано в активности граждан по реализации прав и свобод, самореализации личности на том или ином поприще. Сегодня решение проблемы демократизации общества вряд ли возможно без знания законодательства и практики его применения в гражданском обществе. Причем речь идет о всех субъектах общественных отношений — личностях (гражданах) общественных и иных объединениях граждан, государственных органах. На это должна быть направлена правовая политика как интеграционных объединений, так и их членов, разумеется, и России.

Формирование общей «зоны знаний» в РФ, ЕАЭС и ЕС в ХХI веке идет убыстряющим темпом в геометрической прогрессии. В то же время правовое регулирование в этой сфере значительно отстает. Более того, ряд нормативных правовых актов, принятых как на уровне отдельных государств, так и на международном уровне не отвечают современным реалиям, в частности, соглашение о партнерстве и сотрудничестве между ЕС и РФ (1994 г.)⁷, а вопросы деятельности институционных форм гражданского общества в них либо слабо, либо совсем не отражены.

Эффективное функционирование гражданского общества невозможно без постоянно развивающихся информационных отношений. Сегодня, помимо традиционного общения людей между собой, их большинство постоянно находится в процессе поиска, передачи, получения, производства и распространения информации, используя различные информационные коммуникации (печать, телевидение, Интернет и т. д.).

Одно из предназначений «зоны знаний» в гражданском обществе состоит в элементарном просвещении и формировании правосознания и правовой культуры личности и общества в целом. Это является залогом развития и активизации демократических институтов, с одной стороны, с другой — способствует сотрудничеству и обмену знаниями между неправительственными организациями отдельных государств и интеграционных государственных объединений (ЕС и ЕАЗС).

Применительно к гражданскому обществу, можно сказать, что «зона знаний» здесь предполагает конструктивный диалог, обмен знаниями, информацией о практической деятельности НКО и других демократических институтов разных стран и государств-членов ЕС и ЕАЭС, что служит укреплению межгосударственных, межрегиональных и межличностных связей. Развитие международного туризма, проведение различных научных, культурных и иных международных мероприятий (форумов, конкурсов, конференций и т. д.) способствует расширению информационного обмена, т. е. «зоны знаний». Однако пассивное потребление информации может привести (и приводит) к тому, что у человека в силу потребления одинаковой информацию, вырабатывается стереотип мышления и поведения и он рано или поздно «становится частью массы, лишается индивидуальных качеств»⁸.

Важную роль на европейском уровне играют Комиссия Европы (ЕК) и Европейский экономическо-социальный комитет (ЕЭСК) осуществляющие консультативную деятельность, выработку определенных требований по взаимодействию и сотрудничеству между разными странами, обмену опытом функционирования гражданского общества в целях внедрения общих принципов в развитие демократии и повышения социально-экономической и политической активности граждан⁹. Формирование общей (единой) «зоны знаний» предполагает (требует) «взаимное обучение и обмен лучшими практиками».

Что касается ЕАЭС, то в его нормативных актах не нашла место гуманитарная сторона взаимодействия его членов. Вместе с тем, общечеловеческие ценности (мораль, взаимное уважение и доверие, взаимопомощь и др.), лежащие в основе решения многих социально-экономических проблем, не могут остаться без внимания ЕАЭС, ибо все вопросы жизнедеятельности как отдельных государств, так и интеграционных объединений не могут быть успешно решены без приобретения и использования знания (образования), в том числе через участие в деятельности государственных и коммерческих структур, общественных, религиозных и иных институтов гражданского общества, оказывающих к тому же воспитательное воздействие на молодежь.

Процесс создания общего гуманитарного пространства, весьма актуального сегодня в глобализирующемся мире, идет достаточно медленно. Несмотря на большие достижения в технологически-информационной сфере, не удается преодолеть имеющиеся разногласия между Россией, ЕС и ЕАЭС. В решении этой проблемы важная роль принадлежит общественным и иным институтам гражданского общества, их сотрудничеству по претворению в жизнь различных культурных и иных проектов гуманитарного характера. В частности, речь идет, о волонтерском движении, популярном во всем мире. Об этом свидетельствует объявление в России 2018 года «годом добровольца». В течение этого года были проведены многочисленные международные мероприятия, в которых приняло участие большое количество молодых (и не очень) людей. Так, в международном форуме добровольцев в Москве в начале декабря 2018 г., участвовали более 15 тысяч активистов из 120 стран мира.

Значение волонтерства — добровольчества, трудно переоценить — помощь волонтеров в оказании социальной и медицинской помощи нуждающимся, проведении спортивных (олимпиад, универсиад, чемпионатов) и культурных (фестивалей, др.). мероприятий показывает приобретение ими не только теоретических знаний на различных форумах в процессе обсуждения и обмена опытом, но и практического опыта претворения в жизнь различных проектов и приобретения соответствующих знаний, навыков и умений. Польза волонтерского движения состоит также во влиянии на воспитание подрастающего поколения и самореализацию личности.

Волонтерское движение все больше и больше поощряется во всем мире, а не только в России, в которой добровольчество (так оно называлось раньше) существовало задолго до ХХ века. Об отношении государства и общества к волонтерам свидетельствует и современное российское законодательство. Например, Федеральный закон от 5 февраля 2018 г. № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам добровольчества (волонтерства)»¹⁰ содержит ряд мер по оказанию материальной и организационной помощи волонтерам.

На уровне Европейского союза существует грантовая программа EVS — European Voluntary Service (Европейская Волонтерская Служба) в рамках Erasmus. Большое значение волонтерскому движению придает ООН, рассматривая его в качестве важнейшей формы интеграции в области устойчивого развития на период до 2030 г. В настоящее время действует Программа добровольцев ООН (ДООН), с которой в 2018 г. Россией подписано Соглашение о реализации совместного новаторского проекта в области добровольчества с целью осуществления партнерства в социальных и гуманитарных областях. Распоряжением Правительства РФ от 27 декабря 2018 г. № 2950-р была утверждена Концепция развития добровольчества (волонтерства) в РФ до 2025 г., предполагающее открытость к международному сотрудничеству в целях, в частности, консолидации усилий добровольцев различных стран при реализации совместных проектов, координации добровольческих проектов в деятельности интеграционных структур, обмен опытом в области разработки и реализации добровольческих проектов и поддержку деятельности организаций, осуществляющих деятельность в сфере добровольчества в разных странах¹¹. Ценность волонтерства подтвердил доклад ООН на международном форуме добровольцев в Москве (2018 г.), в котором особо было подчеркнуто, что 70% добровольческой деятельности в мире выполняется волонтерами без участия организаций и органов власти¹².

Другим примером сотрудничества могут служить проведение международных олимпиад по русскому языку для зарубежных школьников, ежегодных международных просветительских акций «Географический диктант», участниками которых могут стать жители России и зарубежных стран, владеющие русским языком, независимо от возраста, образования, социальной принадлежности, вероисповедания и гражданства. Получила популярность практика молодежных и студенческих обменов, лагерей и т. п. Их характерная черта, особенно учитывая современную международную обстановку, — отсутствие в процессе получения знания, межнационального и межличностного общения политической составляющей. Безусловно, это помогает сохранить культурную идентичность и в то же время ускорить интеграцию.

Личность в процессе самореализации постоянно испытывает потребность в новых знаниях. С прагматической точки зрения знание способствует реализации прав и свобод личности, обеспечивает осуществление ею обязанностей и защиту человека от произвола и беззакония, а также возможность социально-экономической, духовно-культурной и политико-правовой самореализации. С культурологической — накопление самых разных знаний естественного, технологического и гуманитарного, в том числе правового, характера, позволяет раскрытию вопросов — какова сущность человека, природы, что собой представляет цивилизационная составляющая, в чем состоит соотношение политики и права, какое место занимает личность в гражданском обществе. Открытое пространство знаний («зона знаний»), речь идет именно о нем, выявляет возможности сотрудничества России, других стран с интеграционными объединениями государств.

Современное гражданское общество, являясь открытым пространством знаний, предполагает постоянное расширение межкультурного общения, сотрудничества своих институциональных форм, отдельных личностей по формированию демократических навыков, религиозной и иной толерантности и т. д. В связи с этим представляет интерес деятельность ЕС по утверждению «европейской идентичности» и «гражданственности». Развитие гуманитарно-культурного сотрудничества вызвало к жизни много самых различных проектов, направленных на развитие гуманитарно-культурного сотрудничества. В качестве примера можно привести проект «Европейский город культуры». ЕАЭС также все чаще становится площадкой социально-культурного сотрудничества своих членов (и не только их).

Сегодня есть все условия (или почти все) для самореализации личности (в том числе политико-правовой) в гражданском обществе. Применительно формирования «зоны знаний», можно смело утверждать, что оно невозможно без участия в этом процессе всего спектра институтов гражданского общества. Ценность правового регулирования состоит в том, что государство, с одной стороны, регулирует порядок создания общественных институтов и обеспечивает экономическую и политическую базу для их эффективного функционирования, а с другой — постоянно наращивает сотрудничество с интеграционными объе-
динениями и их членами с целью стимулирования использования современных информационно-технологических и политико-правовых возможностей накопления, использования и обмена знаниями. Реализация этих возможностей способствует расширению личностного кругозора, удовлетворению индивидуальных и общественных интересов и в конечном итоге сплочению населения.

Однако успешное участие НКО и других общественных институтов в формировании общества знаний зависит от ряда факторов. Прежде всего, необходимо отойти от широко распространенной во всем мире практики создания «зоны знаний» как модели развлекательного или справочного типа передачи и использования информации. Безу-словно, всегда была и будет необходимость организации свободного времени, ибо «не «хлебом единым жив человек». Современное экономическое и политическое развитие отдельных государств и интеграционных государств все настоятельнее требует всестороннего обмена знаниями с целью интеллектуального и духовно-нравственного становления личности, плодотворного сотрудничества общественных институтов и публичной власти.

Одна из проблем современного этапа формирования «зоны знании» связана с необходимостью учета потребностей людей и общества в получении разнообразных качественных и достоверных сведений (экономических, политических, правовых и др.), что невозможно без совершенствования системы распространения знания. Здесь важная роль принадлежит правовому регулированию источников получения информации, в частности, средств массовой информации (особенно информационно-технологическим), социальных сетей, онлайн-образования, электронных библиотек. Однако, к примеру, на российском телевидении преобладают передачи весьма «сомнительного» с точки зрения пространства знаний развлекательного плана.

В современных условиях государственной интеграции на авансцену выступает задача привлечения демократических институтов гражданского общества к контролю за достоверностью и безопасностью информации в сети Интернет, а также их активного участия в организации и проведении мероприятий по гуманитарному воспитанию граждан, просветительской работе в разных областях знания и обмену ими в мировой масштабе. В этой связи целесообразно закрепить в нормативных актах общественных институтов, в том числе уставах общественных объединений, в качестве одного из их предназначений — формирование «зоны знаний» гражданского общества.

Широкое использование современных информационных технологий в гуманитарной и политической сферах жизнедеятельности любого государства и общества — это всего лишь внешняя форма решения насущных проблем. Главное здесь — превращение этих технологий в эффективный источник получения знаний, даже если они негативные, о сущности и предназначении гражданского общества, в том числе и на уровне интеграционных объединений государств. В этом случае «зона знаний» в гражданском обществе обладает всей совокупностью возможностей самореализации личности на любом поприще, способствует выработке желания и умения осуществлять свои права и обязанности, повышению активности в развитии гражданского общества отдельных стран, в том числе России, и государств-членов интеграционного объединения.

Образование — потенциал формирования «зоны знаний». Сфера образования в современных условиях, являясь основой формирования «зоны знаний», обладает стратегическим характером. Именно образование создает базу для социально-экономического и духовно-культурного прорыва в развитии всех без исключения государств и интеграционных объединений государств. Целью образования всегда было усвоение и использование уже накопленных человечеством знаний¹³ и возникновение на их основе новых. Во всем мире сфера образования систематически подвергается государственному реформированию. И это не случайно — знание еще с самых древних времен считалось «великой силой».

Что касается правового регулирования этой области жизнедеятельности общества и государства, то оно как в России, так и других странах отличается следующим: 1) правовое регулирование сочетается с саморегулированием; 2) сосуществуют и активно развиваются государственная и негосударственная система образования.

В современном мире в связи с переходом к цифровой экономике и бурным развитием информационных коммуникаций наметились две взаимосвязанных тенденции. Одна из них состоит в повсеместном внедрении (с той или иной степенью успешности) в образовательный процесс, начиная с дошкольного, информационно-технологических средств. Кроме того, большое внимание уделяется совершенствованию педагогических и просветительских технологий, смысл которых заключается не только в передаче всего спектра знаний, но и выработке желания и умения самореализоваться в условиях повседневности. Для этого необходимо постоянно насыщать рынок образовательных услуг обучающимися технологиями в соответствии с международными стандартами. Вторая тенденция — расширение интеграции образования в мировом образовательном пространстве, но только на равноправной и взаимовыгодной основе (п. 5 ст. 3 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. «Об образовании в Российской Федерации»¹⁴). Этому служит, в частности, и академическая, студенческая и школьная мобильность.

Однако есть опасность отчуждения личности от общества и государства, ибо жизнь нередко свидетельствует, что человек, причем это имеет место во всех странах, как бы замыкается в своем «мирке» наедине с компьютером («зависая» в Интернете) и его ничего больше не интересует.

В России правовое регулирование образовательных услуг¹⁵ закреплено, как правило, в подзаконных нормативных актах, например, в ежегодных Правилах приема в вузы, отражает необходимость государственных образовательных стандартов, предусматривает свободу выбора образования, его уровни и формы, в том числе возможность самообразования (ч. 5 ст. 43 Конституции РФ)¹⁶.

Нельзя не отметить, что в России (впрочем, и в ряде других государств), всегда существовала забюрократизированность и заорганизованность всей образовательной системы, что, безусловно, не стимулирует человека к приобретению и накоплению знаний. Так, например, введение Единого государственного экзамена фактически превратилось в «натаскивание» выпускников школ — лишь бы сдать экзамен и поступить в вуз. Такая практика не оправдала надежд сформировать всесторонне развитых и знающих людей. В современном гражданском обществе как обществе знаний недостаточно быть просто просвещенным и поверхностно информированным. Вместе с тем, российские школьники неоднократно одерживали победу на международных соревнованиях по роботомоделированию и др. Участники телевизионных передач, например, «Умники и умницы», демонстрируют, что не иссякла тяга молодых людей из всех «уголков» России к приобретению знаний.

В России, как и во всех странах, действуют государственные требования к образовательной деятельности, но необходимо в разумной мере сократить их объем. Это позволит, во-первых, освободить учителей и вузовских преподавателей от трудоемкой «бумажной» работы, а теперь еще и ее электронной разновидности, во-вторых, будет стимулировать заинтересованность педагогических работников всех уровней проявлять творческий подход в обучении, не ограничиваясь исключительно дачей знаний, а стремиться привить обучающимся привычку и желание учиться всю жизнь. Лозунг «Учиться, учиться, учиться» отнюдь не забыт. Потребность в приобретении знаний и навыков с каждым днем будет становиться все более и более актуальной во всем мире. Более того, процесс получения знаний представляет собой сочетание обучения и всестороннего воспитания, что способствует использованию имеющихся знаний в интересах общества и государства, а также для формирования «зоны знаний» в каждой отдельной стране и мировом масштабе.

Сегодня формирование «зоны знаний» невозможно без научного, культурного, технологического сотрудничества с разными государствами, без учета интеграционных процессов, происходящих в мире, без использования. положительного опыта ведения деятельности в сфере образования (включая подготовку высокопрофессиональных кадров) в разных странах и на уровне государственных интеграционных объединений. Россия присоединилась к Болонскому процессу¹⁷ с целью сохранения и повышения исторического положения России на международной арене как державы с высоким уровнем образования, науки и культуры. Так было задумано, но далеко не все сбывается в действительности.

Говоря о сотрудничестве с зарубежными странами и интеграционными объединениями государств, следует иметь в виду, что все государства различаются по экономическим, национально-культурным, религиозным, политическим показателям, что отрицает унификацию сферы образования. Например, политика ЕС в этой сфере вырабатывает только одинаковые критерии уровня профессиональной квалификации; четко проводя в жизнь принцип свободы выбора образования, т. е. выбора получения школьного, университетского или иного образования в любом государстве-члене ЕС.

Что касается ЕАЭС, то сотрудничество в сфере образования можно сказать, только начинается. В Договоре об ЕАЭС от 29 мая 2014 г.¹⁸ эти вопросы не отражены, хотя еще в 2009 г. было заключено специальное соглашение, направленное на сотрудничество в сфере образования и науки. В настоящее время в рамках ЕАЭС имеет место взаимное официальное признание документов об образовании без нострификации, кроме, например, дипломов юридического профиля.

Совсем иная картина в ЕС — на уровне этого интеграционного объединения государств с целью достижения единой европейской идентичности был принят целый ряд правовых актов по вопросам организации образования. Это позволило достаточно успешно внедрить в образовательный процесс «европейское измерение в образовании», суть которого состоит в следующем:

— стандартизации общего образования;

— учете потребностей общества и государства в знаниях и кадрах;

— прогнозировании результатов обучения;

— расширении свободы выбора изучаемых учебных курсов студентами высших учебных заведений;

— внедрении узких специализаций, способствующих повышению знания и компетенции в той или иной области профессиональной деятельности;

— повышении квалификации педагогических кадров;

— расширении дистанционного обучения.

В связи с этим, как подчеркивается § 2 ст. 166 разд. XΙΙ ДФЕС «Образование, профессиональное обучение, молодежь и спорт»¹⁹, внедрение европейского измерения в образовании в практику предполагает, во-первых, содействие сотрудничеству между образовательными учреждениями государств-членов ЕС, во-вторых, создание благоприятных условий для сотрудничества в образовательной сфере и с не входящими в ЕС странами, и соответствующими международными организациями (§ 3 ст. 165 разд. XΙΙ выше названого ДФЕС). Правда, всегда надо помнить, что интересы ЕС (и его стран-членов) превыше всего — являются определяющимися в этом сотрудничестве.

Сфера образования как первичный источник формирования «зоны знаний» — это совместная компетенция любого интеграционного объединения государств и его членов, а также государств, чья форма государственного устройства — федерация, в частности, в Российской Федерации правовое регулирование общественных отношений в сфере образования относится к совместному ведению Российской Федерации и каждого из ее субъектов. (п. е. ч. 1 ст. 72 Конституции РФ). Это позволяет учитывать специфику того или иного региона. Применительно к ЕС деятельность Союза является координирующей и дополняющей. Главное — эта деятельность не должна затрагивать ответственность государств-членов за организацию и содержание образовательного процесса. Культурное и языковое разнообразие государств-членов КС не просто помогает избежать абсолютную унификацию правового регулирования сферы образования в этих странах, но и несет в себе сдерживающее начало в удовлетворении «аппетита» (интересов) ЕС по отношению как своих членов, так и третьих стран.

Формирование «зоны знаний» в Европейском Союзе предполагает активную деятельность по нескольким направлениям. Первое направление связано с обменом информацией и опытом по вопросам, являющимися общими для сферы образования государств-членов. Второе — создание благоприятных условий для межуниверситетских обменов молодыми людьми и организаторами, стимулирования участия молодежи в демократической жизни Европы. С этой целью всячески поощряется обучение языкам государств-членов и распространения их знания за пределами ЕС. Научно-технический и информационный прогресс все активнее и активнее прокладывает путь для дистанционного обучения.

Можно привести ряд примеров, свидетельствующих об успешном вкладе ЕС в формирование собственной «зоны знаний» и «зоны знаний» в мировом масштабе. В частности, речь идет о так называемом европейском пространстве высшего образования, которое акцентировано на всестороннее развитие научно-инновационного и культурно-творческого (интеллектуального в целом) потенциала европейского континента. Иллюстрация к этому Транс-Европейская программа передвижений для университетских занятий ТЕМПУС (TEMPUS)²⁰ (действует уже более 30 лет). Сегодня эта программа. получила распространение на страны Восточной Европы, имеющие ассоциацию с ЕС, а также на Россию, государства СНГ и Монголию. Ценность этой программы — одновременно в модернизации высшего образования и содействии добровольному сближению систем высшего образования в странах-участниках программы. Для достижения такого положения необходимо взаимовыгодное сотрудничество между образовательными учреждениями, развитие академических связей и поддержка университетских (вузовских) ассоциаций.

В настоящее время наблюдается возврат к проверенной временем советской практике функционирования особых школ (раньше они называлось школами с тем или иным уклоном, например, физико-математическим, химическим, биологическим и т. д.). Преимущество таких школ (лицеев, гимназий) состоит в том, что учеба в них сочетает в себе теоретическое и практическое обучение. В наше время имеются все технологические и информационно-коммуникационные возможности для таких учебных заведений.

Ценность такого рода учебных заведений для формирования «зоны знаний» трудно переоценить. Во-первых, такая практика позволяет выявить на ранних стадиях молодых людей, обладающих конкретными способностями и развить их. Во-вторых, выработать и реализовать стремление идти в науку, т. е. помочь юным талантам выявить стремление проявить себя в науке, осуществить самореализацию в той или иной области научного знания, Иными словами, найти свою нишу в применении полученных знаний и тем самым внести свою лепту в процесс формирования общества знаний («зоны знаний»). Это ни в коей мере не умаляет достоинство других детей, не склонных к научным изысканиям. У каждого человека есть свое место приложения профессиональных знаний и умений в своей профессии и способных тем самым приносить реальную (практическую) пользу своему государству и гражданскому обществу.

Особенность формирования «зоны знаний» состоит в том, что основной субъект этого процесса — человек — не ограничивается приобретением только тех знаний, которые могут быть даны ему в ходе обучения в школе, университете и т. п., а стремится всю жизнь получить все новые и новые знания путем постоянного самообразования, ибо здесь нет временных рамок²¹.

Так, получают все большее развитие и популярность ежегодные международные, всероссийские и региональные конкурсы профессионального мастерства, которые выступают как эффективный источник пополнения профессиональных знаний. Проведение таких конкурсов предусмотрено Постановлением Правительства Российской Федерации от 07 декабря 2011 г. № 1011 «О Всероссийском конкурсе профессионального мастерства «Лучший по профессии»²² с целью повышения престижа рабочих профессий и уровня профессиональных знаний. В основе проведения таких конкурсов лежит методика международного конкурса «WorldSkills», которая направлена на выявление и оценку умения участников конкурса работать на современном технологическом оборудовании.

Эффективность (полезность) такого рода конкурсов состоит, безу-словно, не в победе на нем (хотя это тоже очень важно — представители России не раз становились их победителями), а в том, что они вносят существенный вклад в формирование «зоны знаний» внутри отдельных стран и в мировом пространстве и популяризируют рабочие профессии, что весьма актуально в «обществе знаний». Кроме того, эти конкурсы акцентируют внимание на необходимость подготовки все более образованных и квалифицированных кадров на рынке труда в связи с все увеличивающемся технологическим оснащением экономического пространства. И, как следствие, — повышение квалификации или переподготовка профессиональных кадров — дополнительный вид образования по российскому законодательству.

В современном мире имеет место проблема отчуждения личности, что вызвано в известной мере чувством неудовлетворенности государственно-правовой политикой, и не в последнюю очередь в сфере образования, о чем говорят периодические протестные выступления студентов.

Факторами, способствующими отчуждению индивида от образования, особенно в России, являются: 1) Интернет и компьютерная виртуальная реальность; 2) дистанционное обучение в текущей его форме, хотя следует отметить некоторое улучшение в нем; 3) отсутствие популяризации науки — Россия перестала быть самой читающей страной в мире, фактически исчез институт подписки, в том числе на научно-популярные журналы, например, «Наука и жизнь», «Знание — сила» («дефицитные» в советское время), значительно сократился их тираж; 4) невостребованность науки бизнесом; 5) потеря доверия значительной части населения к знаниям и науке, как в связи с незаинтересованностью государства в научных знаниях, так и с тем, что во главу углу ставятся совсем иные «ценности». Правда сейчас есть небольшие сдвиги в нужном направлении, чему способствует переход на цифровую экономику.

Преодолению такого положения способствует, в частности, ежегодный всероссийский открытый конкурс «Лидеры России», направленный на выявление грамотных, всесторонне образованных молодых управленцев²³, которые обладают знаниями современных информационно-коммуникационных и управленческих технологий, знанием практики управления в зарубежных странах и в интеграционных объединениях государств. Участие в этом конкурсе (не говоря уже о победе) — яркий показатель самореализации личности, ее желания реализовать свои знания и умения на практике. Тем самым участники конкурса вносят свой вклад в фундамент формирования гражданского общества как «общества знаний», основанного на призыве «научиться учиться». Иными словами, такие конкурсы — один из стимулов расширения «зоны знаний» каждого его участника и общества в целом и источник (резерв) управленцев для государственных, общественных и коммерческих структур. Положение о Всероссийском конкурсе управленцев «Лидеры России»²⁴ предусматривает конкретные поощрения для тех, кто победил в этом конкурсе, а именно:

— денежные гранты для продолжения обучения;

— повышение квалификации на лучших программах управления;

— получение в наставники известных бизнесменов и руководителей²⁵.

В настоящее время большое значение придается национальной программе по образованию как одному из приоритетных направлений деятельности Правительства Российской Федерации до 2024 г. От того как эта программа будет реализована на практике во многом зависит — будет ли сформирована современная «зона знаний» в России. Безусловно, для достижения основной, можно сказать, глобальной цели, четко обозначенной в вышеназванной программе — вхождение России в число 10 ведущих стран мира по качеству общего образования и расширение присутствия российских университетов в топ-500 глобальных рейтингов университетов — Academic Ranking of World Universities (ARWU), Times Higher Education (THE), QS World University Rankings (QS)²⁶ — необходимо решить много самых разных задач не только в образования и воспитания, но и в сфере экономики, социального развития, культуры и т. д. Эти сферы тесно связаны между собой и находятся в органической зависимости друг от друга.

Данная национальная программа предусматривает также увеличение вдвое количества иностранных граждан, обучающихся в российских вузах, и трудоустройство лучших из них в России с учетом потребностей экономики и иных сфер общественного развития. Вне сомнения, это будет показателем престижа российской системы высшего образования, но может породить проблемы с трудоустройством российских выпускников вузов. К сожалению, сегодня далеко не все бакалавры, специалисты и магистры, специалисты среднего звена и даже кадры высшей квалификации (кандидаты наук) работают по специальности и не вносят свой вклад в формирование общества знаний ни в России, ни в других государствах.

Для того, чтобы превратить образование в абсолютно эффективный источник формирования современного общества знаний, необходимо решить ряд проблем. Одни из них связаны с оснащением образовательного процесса безопасной цифровой технологией (средой), что требует обновления программ школьного образования с целью выработать ключевые цифровые навыки. Другие — с подготовкой учителей, преподавателей средних профессиональных заведений, воспитателей (например, в детских садах) и т. д., которые способны и дать хорошие знания, и воспитать социально ответственную личность на основе духовно-нравственных ценностей, исторических и национально-культурных традиций²⁷. Не менее важно постоянно совершенствовать способы и методы выявления, поддержки и развития способностей у подрастающего поколения, придерживаясь принципов справедливости и всеобщности. Необходимо проанализировать все успехи и недочеты в деятельности образовательного фонда «Талант и успех», направленной на самоопределение, профориентацию и стремление к самореализации в жизни общества и государства. Кроме того, большую роль, как показывает практика, играют различные профессиональные конкурсы, предоставляющие молодым людям возможность для профессионального и карьерного роста, в частности, международные всероссийские и региональные олимпиады школьников, сеть детских технопарков «Кванториум», проект ранней профессиональной ориентации «Билет в будущее» для учеников 6–11 классов и т. п.

Что касается модернизации профессионального (среднего и высшего) образования, то сегодня невозможно обойтись без внедрения адаптивных и практико-ориентированных образовательных программ. Для этого, сегодня предполагается, например, создать более 100 центров опережающей профессиональной подготовки и 5 тыс. мастерских, оснащенных современным оборудованием по стандартам Ворлдскиллс Россия.

В Европейском союзе достаточно успешно и давно действуют «Программы ЕС в сфере образования и профессиональной подготовки как способ реализации европейской образовательной политики». Начало образовательной деятельности в ЕС было положено принятием Резолюции 1976 г., но ее осуществление было затруднено, так как не было разработано ее правовое обеспечение. Можно утверждать, что именно в 1986 г. началось внедрение в образовательную практику первых европейских программ, которая знаменует собой постепенный переход от формирования программ, реализуемых исключительно внутри сообщества к программам, направленных на сотрудничество за пределами ЕС, в том числе с третьими странами.

ЕС прошел достаточно долгий и сложный путь по реализации своей образовательной политики. Особенность этих программ состояла в том, что каждая из них была направлена на конкретный аспект образовательной политики, например, укрепление связей между профессиональным образованием и деловым сектором (Евротекнет), развитие коммуникаций и информации (сеть Юридайс) и др.²⁸

Говоря о профессиональном обучении в ЕС, следует отметить, что предназначение ЕС в этой области — обеспечить приобретение знаний и навыков, способствующих, облегчению адаптации к индустриальным изменениям, в том числе с помощью профессионального обучения и переподготовки добиться, профессиональной интеграции и реинтеграции на рынке труда. Конкретные меры для достижения этих целей отражены в совместных актах Парламента и Совета Европейского Союза, которые предусматривают достаточно конкретные меры для достижения вышеназванных целей. При этом сохраняется, как уже говорилось, правовое регулирование образовательной сферы в государствах в составе ЕС. Практика же свидетельствует, несмотря на достаточно успешное решение этих целей, что имеется много общих проблем в странах-членах сообщества, и, чтобы совместно их решить, необходимо постоянно совершенствовать правовое регулирование сферы образования во многих европейских государствах, создавать административную и финансовую базу на национальном, интеграционном и международном уровнях.

Важнейшей проблемой, стоящей сегодня перед человечеством в свете формирования общества знаний, является необходимость поднятия престижа образования и науки. Как это сделать? Один из путей — поощрение молодых людей через внедрение технологий «социальных лифтов». Необходимо также, поддерживать общественные инициативы, молодежное самоуправление, что будет способствовать выработке желания и умения самореализоваться на любом поприще.

Самореализация личности, вне всякого сомнения, зависит от уровня образования, которое формирует интеллектуальный потенциал и личности, и общества в целом, способствующий инновационному развитию общественных отношений. Личность одновременно есть отражение социально-экономической реальности и обладатель той или иной меры самостоятельности и самоопределения, полученной в результате образования и самообразования. Можно смело утверждать, что «зона знаний» личности — это воплощение в жизни возможностей развития «Я». Более того, образованность порождает гармонию личности с самой собой и окружающими. Роль права здесь заключается в очерчивании границ самореализации с целью как сохранения социума, так и удовлетворения потребностей и интересов индивида, в том числе через регулирование образовательной системы и образовательного процесса.

Современное гражданское общество, будучи информационным и обществом знаний, особенно в условиях цифровой реальности, невозможно без: 1) усвоения имеющегося знания, правовых и иных норм поведения, общечеловеческих ценностей и национальных традиций; 2) наращивания и углубления научных, технологических и гуманитарных знаний; 3) развития личностных способностей и желания для реального воплощения на практике полученных человеком знаний; 4) умения адаптироваться к постоянно меняющимся реалиям, учитывая, что современные знания и технологии периодически утрачивают свою новизну и актуальность.

Самореализация как свобода выбора, т. е. самотворчества жизненного пути предполагает умение учиться, умение общаться и умение выбирать²⁹. Это говорит о том, что процесс приобретения знаний не имеет конца и постоянно требует от личности умения систематизировать полученную информацию, отделять реальное от виртуального и — главное — не замыкаться в «плену» исключительно эгоистических интересов. Что для этого необходимо? Прежде всего, речь идет о развитии системы гражданского образования, цель которого состоит в формировании знаний и навыков, необходимых для активного участия в функционировании демократического гражданского общества³⁰. В «обществе знаний» (гражданском) нельзя ограничиваться только дачей знания, необходима ориентация человека на всестороннее (культурное и интеллектуальное) его развитие, выработка внутренней мотивации стремления личности к самореализации. Только в этом случае — возможно привить умения и навыки человеку, и обеспечить реализацию в жизни полученных знаний, включая права и обязанности.

Иными словами, самореализация личности в обществе знаний (гражданском, информационном), с одной стороны, требует усилий самой личности, с другой — должного, технологически оснащенного, педагогически квалифицированного образовательного пространства, без которого невозможно развитие науки, культуры, экономики и других сфер развития общественных отношений. В этом должны быть заинтересованы все субъекты общества — государство, общественные и коммерческие структуры. Таким образом достигается саморегуляция процесса приобретения знаний и самоактуализация интеллектуального, коммуникативного, творческого потенциала личности. Сегодня именно информация и знание обеспечивают социально-экономическое и духовно-культурное развитие государства и общества, определяют суверенитет и национальную безопасность России. Эта мысль четко прослеживается в Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы³¹.

Новелла в системе приобретения знания — создание Технологической долины МГУ (Научно-технологической долины МГУ «Воробьевы горы»). Его двойное предназначение (ценность) состоит в расширении объема знания обучающихся всех уровней и в возможности внедрения новых идей на практике, проверяя опытным путем их целесообразность и необходимость с точки зрения развития экономики, социально-культурной сферы жизнедеятельности государства и общества. Воплощение в жизнь данного проекта направлено на повышение престижа науки и ее вклада в развитие бизнеса и гуманитарной сферы в России. Кроме того, есть надежда вернуть российских ученых из-за рубежа и привлечь иностранных студентов и молодых ученых.

Формирование «зоны правовых знаний» и самореализация личности. В настоящее время правовая активность (самореализация) — критерий не только национальной безопасности, но и показатель качества и эффективности интеграционных процессов в мире. Это объясняется тем, что самореализация всегда выступает как самоопределение, самопознание, самовыражение, предполагающее желание и умение пользоваться всеми доступными правовыми и др. возможностями. Формирование правовой установки (жизненной потребности) на сознательную реализацию правовых предписаний (прав и обязанностей) есть результат правового воспитания. Недостаточно получить знания о праве и законах, необходимо выработать осознание и должную требовательность к себе и окружающим и тем самым достигается психологическая удовлетворенность от результатов самореализации, формируется активная жизненная позиция. Иными словами, происходит самоидентификация и саморегуляция личности (проявление свободы ее воли) в гражданском обществе в «зоне правовых знаний».

Правовое воспитание — трудоемкий и сложный процесс, состоящий их двух взаимосвязанных компонентов, — информационного и ценностно-мировоззренческого. Этот процесс отражает результат правовой социализации — знание правовых ценностей, прав, обязанностей и запретов, формирование установки на правомерное поведение, в значительной мере под влиянием повседневности, целенаправленной деятельности государства (образовательных, правоохранительных и других государственных органов) и общества (общественных, религиозных объединений и т. д.), а также юридической практики. Кроме того, надо заметить, что все население земного шара в течение всей жизни подвергается правовоспитательному воздействию.

Правовые знания (правовая информированность) представляют собой неотъемлемую часть «зоны знаний» современного государства, тем более, если правовые знания способствуют готовности реализовать полученные знания на практике.

Современная действительность такова, что глобализация и интеграция усиливают роль правовой культуры в становлении общества знаний. Вместе с тем, надо всегда помнить, что правовая культура разных стран возникла и развивалась не одно столетие и имеет свою специфику. Отсюда постоянно возникают трудности при разграничении правовых систем, особенно государств, входящих в состав ЕС и ЕАЭС. Для интеграционных объединений характерно, что их правовая культура включает в себя ряд правовых новелл, например, европейское право по правам человека.

Правовая культура многих европейских государств во все большей и большей степени впитывает в себя «наднациональные» правовые положения. Достаточно просто назвать их: права человека унифицированы в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод³², Всеобщей декларации прав человека (1948 г.) и других международных пактах и договорах, коммерческое (договорное), международное частное право. Так как правовая культура общества есть не что иное как совокупность общечеловеческих ценностей, закрепленных в праве и обеспеченных соответствующей деятельностью государства и общества, можно смело утверждать, что правовая культура общества — важнейший элемент «зоны знаний» и предполагает наличие качественного законодательства и должной правоприменительной практики, и, как следствие, порождает определенный уровень правосознания.

Методы правового воспитания многообразны и адресованы практически всем и каждому, но одним из важнейших является юридическое образование — непосредственно полученное образование, смысл которого передача теоретических и практических знаний личности (будущим юристам). Правовое воспитание — это не просто информирование о роли права в жизни каждого человека и общества, о принятых законах и иных нормативных правовых актах, но и огромный пласт правовых знаний, составляющий важнейшую часть «зоны знаний» современного государства и общества, что способствует созданию общества знаний и становлению правового государства и гражданского общества в целом.

Учитывая, что российское право в значительной мере отличается от права европейских и тем более азиатских стран, накапливание практических знаний помогает решению многих насущных проблем в глобализирующемся мире, использованию правовой информации для сотрудничества России с интеграционными объединениями государств в целом и каждым из их стран-членов в решении экономических, культурных, экологических и других проблем современности.

Правовое воспитание включает в себя, с одной стороны. формирование мировоззрения, с другой — ознакомление с правовыми актами России и зарубежных стран, знание возможностей правовой защиты личности и государства. Кроме того, будучи сложным психологическим и многоаспектным явлением, правовое воспитание носит систематический характер, а не временной, оказывающийся под влиянием каких-либо обстоятельств (в первую очередь, негативных).

Трудно переоценить уже ставшие классическими такие формы приобретения правовых знаний как правовая пропаганда, осуществляемая через информационно-коммуникационные средства массовой информации, включая Интернет, выпуск популярных брошюр и т. п. Сейчас повсеместно в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами школьного, среднего профессионального и высшего образования осуществляется такая форма как правовое обучение через преподавание учебного курса «Правоведение». Однако как показывает практика наибольшую пользу в становлении «зоны правовых знаний» приносит самовоспитание и непосредственное участие граждан в общественном и государственном управлении, например, через портал «Активный гражданин», электронное правительство и др.

Не все так «безоблачно» в сфере формирования правовых знаний. Отсутствие и недостаток правовых знаний влечет за собой тяжкие последствия. Во-первых, сфера экономики нередко несет значительные убытки (или имеет место неполучение прибыли) от незнания законодательства в сфере предпринимательства — особенно это актуально в условиях глобализации и интеграции. Во-вторых, граждане, в том числе предприниматели, не могут себя защитить от произвола и беззакония из-за низкого уровня знания своих прав, обязанностей и ответственности. В-третьих — это порождает криминализацию общества.

Правовому воспитанию всегда уделялось большое внимание (хотя сам термин появился только в ХХ веке). Достаточно вспомнить древнегреческих философов — Аристотеля, Платона, Сократа, римского юриста Цицерона, которые определяли законопослушность как неотъемлемую черту гражданской добродетели. В основе гражданской добродетели лежит воспитание гражданственности, долженствование, исполнение гражданского долга. Не случайно в современной Европе правовое воспитание — синоним гражданского воспитания, т. е. воспитания человека гражданского общества (к сожалению, нередко это воспитание сводится к пропаганде однополых семей, к свободе определения своего пола и т. п.). Что касается России, то уже в XVIII в. в учебных заведениях было введено изучение законоведения, как одного из направлений нравственного воспитания.

Вместе с тем, несмотря на резкое подчас различие в подходах к правовому воспитанию, в основе его в мировом масштабе лежат:

— религия, политика и мораль;

— историческая преемственность права от прошлого к будущему;

— утверждение, что активной личностью (гражданином) человек становится;

— не пассивное потребление правовой информации, в том числе о правах и обязанностях, а накопление, и даже больше, создание правовых знаний.

Сегодня в российском государстве и обществе возрастает актуальность осуществления правового воспитания. Постепенно в прошлое уходит подход к правовому воспитанию как воспитанию исключительно правопослушных граждан. Перед гражданским обществом как обществом знаний стоит задача воспитания социально активной личности, желающей и умеющей со знанием дела осуществлять преобразования в самых различных областях человеческой деятельности. Речь идет о создании эффективного механизма в виде сочетания информирования, убеждения, социализации, направленного на восприятие в индивидуальном и общественном сознании ценности и полезности права, на реализацию прав и свобод личности.

В целях пополнения знаний о праве надо иметь в виду, что правовая информация (т. е. знание своих прав, свобод и обязанностей) исходит от государства и постоянно корректирует поведение населения и каждой отдельно взятой личности. Правовое воспитание в известной мере помогает связать личность с правовой системой общества, признать необходимость действовать в строгом соответствии с правовыми предписаниями, с одной стороны, а с другой — изменение этой системы или в сторону контролируемой государством правовой информации, или отстранения государства от какого-либо контроля. И то и другое не приносит ощутимой пользы формированию общества знаний. Найти «золотую середину» в этом вопросе — одна из актуальнейших проблем современности.

От объективной правовой информации зависит: 1) координация деятельности органов власти; 2) сотрудничество между государством и институтами гражданского общества; 3) доверие граждан к публичной власти; 4) социально-экономическая и политико-правовая самореализация личности в обществе и государстве.

Правовое воспитание как институт пополнения «зоны знаний» в современном обществе несет в себе прежде всего познавательную нагрузку, ибо ведет к знанию прав, обязанностей, действия законов в государстве и обществе. Но знание ради знания бессмысленно, если не сопровождается их реализацией в повседневной жизни, стремлением к прогрессу в сфере экономики, культуры, политики и т. д. Кроме того, и это не менее важно, правовые знания ведут к формированию ценностных правовых установок к самореализации, к привычке осуществлять свои права в соответствии с правовыми предписаниями. Все это нацелено одновременно на формирование «зоны знаний» и обеспечения правопорядка и стабильности жизнедеятельности любого государства и интеграционных объединений государств. Необходимо отметить, что правовые знания неотделимы от знания норм нравственности, религии, обычаев, традиций, а также политических норм и процедур.

Говоря о роли правового воспитания в формировании «зоны знаний» современного правового государства и гражданского общества, можно утверждать, что в мире (и Россия не исключение) намечалась общая тенденция на осознание личностью права как должного порядка государственной, общественной и повседневной жизни, личную и общественную необходимость и потребность. Для российского общества характерно, к тому же, постепенное преодоление мыслить и действовать в рамках только дозволенного.

Таким образом, правовое воспитание преследует взаимосвязанные цели — внести свой вклад в формирование «зоны знаний» («зоны правовых знаний») отдельных государств и интеграционных объединений государств и сформировать социально активную личность, способную не просто уважать нормы и ценности права, а руководствоваться верховенством права при решении проблем развития цифровой экономики, достижении политических компромиссов. Более того, социальная активность, основанная на правовых знаниях, — критерий не только национальной безопасности, но и показатель качества и эффективности интеграционных процессов в мире.

Глава II.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ В ОБЛАСТИ КУЛЬТУРЫ И ЯЗЫКА КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЙ ЭЛЕМЕНТ «ЗОН ЗНАНИЙ»

Процесс глобализации, получивший интенсивное развитие в середине прошлого столетия, сохраняет тенденцию к все более широкому распространению межгосударственного сотрудничества в сфере науки, образования и культуры, которое выступает объективной потребностью любого государства и в существенной мере определяет место и роль последнего в глобализирующемся мире. Вместе с тем принципиальным вопросом для многих стран становится минимизация негативных последствий глобализации, заключающаяся в поиске компромисса, когда участие в мирохозяйственных связях не исключает сохранения своего суверенитета при условии выработки и проведении собственной стратегии развития к пользе конкретного государства и общества.

Для Российской Федерации, на современном этапе развития, участие в упомянутом процессе связано прежде всего с построением общества знаний и формированием «зон знаний» в ходе международного сотрудничества и в рамках интеграционных процессов. Это направление должно стать приоритетным в силу ряда объективных причин. Важнейшей из них является то, что, несмотря на в целом сохраняющийся высокий уровень научно-технического потенциала, традиции в сфере образования, богатство культуры, угроза изоляции, с которой сталкивается страна сегодня, может негативно отразиться на положении российского общества и граждан в ближайшей перспективе, лишить его возможности выстраивания взаимовыгодного межгосударственного сотрудничества прежде всего на постсоветском пространстве.

На фоне отсутствия единого правового мирового пространства и очевидной стагнации в развитии международного права глобальные процессы неизбежно ведут к деформации мирохозяйственных связей, все большую актуальность получают общие и частные вопросы правового регулирования формирования и функционирования в рамках интеграционных объединений государств (Европейского Союза и Евразийского экономического союза) «зон знаний» — интегрированных научно-исследовательских, образовательных и культурных пространств.

В последние годы в целях укрепления собственного научно-технического и гуманитарного потенциала Россия предпринимает шаги, которые в известной степени создают основу для последующего развития межгосударственного сотрудничества Российской Федерации в научно-технической и гуманитарной сферах, а также обеспечивают условия для функционирования «зон знаний», формируемых с участием нашей страны в рамках интеграционных объединений государств.

За последние годы в России принят целый ряд правовых актов по вопросам научно-технического и гуманитарного развития страны. Направленные на развитие информационного общества, формирование национальной цифровой экономики, обеспечение национальных интересов и реализацию стратегических национальных приоритетов в них, в частности, учитывается необходимость расширения межгосударственного сотрудничества и мирохозяйственных связей.

На современной этапе развития российского общества в качестве одной из важнейших целей развития законодательно определено создание условий для формирования «общества знаний». Для достижения названной цели была принята Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы³³. В ней определены меры по реализации государственной политики в сфере применения информационных и коммуникационных технологий, направленные, в том числе, и на формирование национальной цифровой экономики.

Необходимость законодательного регулирования вопросов цифровой экономики обусловлена прежде всего необходимостью создания условий роста экономического потенциала и в целом развития страны при использовании преимуществ, которые дает IT-индустрия.

Государство посредством создания законодательной базы должно стимулировать это развитие. С другой стороны, нельзя не учитывать и то, что помимо новых возможностей, способствующих ускоренному развитию экономики, цифровая экономика ставит и новые вызовы. Так, остро встают вопросы о поиске решений для обеспечения безопасности и предпринимателей, и бизнеса, о равенстве стартовых возможностей, о социально-культурном развитии общества, что безусловно потребует дополнительного правового регулирования в этих сферах.

Вместе с тем установление определенного правового режима не может носить избыточного характера, поскольку попытка урегулировать все и вся способно привести не к созданию стимулов развития различных экономических и гуманитарных отраслей, а появлению ощутимых препятствий на его пути. Главной же целью при разработке и принятии нормативных правовых актов должно оставаться создание оптимальных условий для развития цифровой экономики.

Переход в новую эпоху — эпоху больших данных (big data) — должен быть сопряжен с гибким правовым регулированием, которое позволит находить новые решения при работе в новых условиях огромных объемов и многообразия структурированных и неструктурированных данных и появлением технологических возможностей их анализировать. Важно, чтобы введение национальных стандартов, регламентирующих обработку и использование соответствующих массивов информации, не сдерживало развитие страны.

Принятие и реализация национальной программы «Цифровая экономика Российской Федерации» направлена на укрепление в целом экономических позиций России и ее суверенитета в информационной сфере, в частности. Мощный импульс экономическому развитию страны и достижению ей конкурентоспособности может дать широкомасштабное внедрение цифровых технологий — и только при внедрении их производство. В противном случае процесс цифровизации не решит проблему неэффективности многих существующих экономических и финансовых институтов и негативно скажется на социально-культурном развитии.

Целью Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 гг. (далее — Стратегия), как уже отмечалось, является создание условий для формирования в Российской Федерации общества знаний, которое определяется как общество, в котором преобладающее значение для развития гражданина, экономики и государства имеют получение, сохранение, производство и распространение достоверной информации с учетом стратегических национальных приоритетов Российской Федерации. В Стратегии не только вводится понятие информационного общества, но и представлена подробная система его элементов, из которых центральным является цифровая экономика.

Следует отметить, что предшественником названной Стратегии была Стратегия развития информационного общества в Российской Федерации от 7 февраля 2008 г. № Пр-212³⁴. Базовым предназначением Стратегии-2008 было обеспечение РФ «достойного места среди лидеров глобального информационного общества», а в качестве цели построения информационного общества в РФ заявлялось: «повышение качества жизни граждан, обеспечение конкурентоспособности России, развитие экономической, социально-политической, культурной и духовной сфер жизни общества, совершенствование системы государственного управления» на основе использования информационно-коммуникационных технологий (ст. 3). Следует отметить, что менее чем за 10 лет произошли значительные технологические изменения, которые потребовали изменить подход в планировании развития экономики страны перейти к глобальному использованию органами государственной власти Российской Федерации, бизнесом и гражданами информационных и коммуникационных технологий. Эти процессы нашли отражение в разработке нового стратегического документа.

Предусмотренные вновь принятой Стратегией цели по обеспечению стратегического управления в сфере развития информационного общества осуществляются прежде всего на основе документов стратегического планирования. Правовую основу для последующей законодательной деятельности в рассматриваемой области составляют Федеральный закон от 28 июня 2014 г. № 172-ФЗ «О стратегическом планировании в Российской Федерации», другие федеральные законы, Стратегия национальной безопасности Российской Федерации, Доктрина информационной безопасности Российской Федерации, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, в которых определяются направления применения информационных и коммуникационных технологий в Российской Федерации.

В целях реализации намеченных стратегических приоритетов и обеспечения национальных интересов Правительству РФ было поручено утвердить перечень показателей реализации Стратегии развития информационного общества в Российской Федерации на 2017–2030 годы и план ее реализации. Так, перечень показателей реализации Стратегии и их значений включает оценку развития информационных и коммуникационных технологий, перехода к использованию организациями наукоемких технологий, развития информационного общества в Российской Федерации в целом. Помимо этого, Правительство осуществляет координацию деятельности и взаимодействия государственных органов, органов местного самоуправления и организаций при реализации настоящей Стратегии.

Прогнозируемая четвертая промышленная революция при широком внедрении появляющихся современных технологий безусловно способствует развитию экономики любой из стран. Поэтому при выходе отечественных компаний на глобальный рынок разработка и внедрение новых производственных технологий должны быть связаны прежде всего с разработкой высокотехнологичной продукции, с высоким уровнем наукоемкости и ускорением темпов сроков ее вывода на рынок.

Принятая Национальная программа направлена на реализацию положений Указа Президента Российской Федерации от 7 мая 2018 г. № 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года»³⁵, прежде всего на решение задачи по обеспечению ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и социальной сфере и достижению поставленных стратегических целей развития страны. В соответствии с положениями данного Указа (в редакции Указа Президента РФ от 19 июля 2018 г. № 444) Правительству РФ при реализации совместно с органами государственной власти субъектов Российской Федерации указанной Национальной программы надлежит обеспечить решение таких задач как создание системы правового регулирования цифровой экономики, основанной на гибком подходе и учитывающей специфику и потребности каждой экономической и социально-культурной сферы, подготовка высококвалифицированных кадров, обеспечение информационной безопасности с использованием отечественных разработок при передаче, обработке и хранении данных, гарантирующей защиту интересов личности, бизнеса и государства; разработка и внедрение национального механизма осуществления согласованной политики государств-членов Евразийского экономического союза в области развития цифровой экономики.

Как уже отмечалось выше, целью принятой Стратегией развития информационного общества в Российской Федерации на период с 2017 по 2030 гг., утвержденной Указом Президента РФ от 9 мая 2017 г. № 203³⁶, стало создание условий для формирования в Российской Федерации общества знаний. Его построение должно способствовать обеспечению таких национальных интересов, какими являются развитие человеческого потенциала, обеспечение безопасности граждан и государства; повышение роли России в мировом гуманитарном и культурном пространстве. Федеральный проект «Кадры для цифровой экономики»³⁷ преследует несколько целей. Это прежде всего создание комплексной системы для мотивации людей по приобретению новых знаний, расширяющих их участие в цифровой экономике; трансформация и модернизация самой системы образования для подготовки компетентных кадров, способных эффективно работать в условиях цифровой экономики, как одно из ключевых условий подготовки таких кадров; содействие со стороны работодателей развитию персонала для их соответствия требованиям цифровой экономики.

Поскольку понятие «знание» является здесь определяющим и непосредственно связано с творческой самореализацией человека, устойчивое развитие российского общества возможно, только если в полной мере будет задействован культурно-интеллектуальный потенциал страны.

До сих пор культура и язык выступают прежде всего как объекты правовой защиты со стороны государства и не рассматриваются как определяющее средство обеспечения его безопасности и суверенитета. Между тем, социокультурная безопасность предполагает создание условий, обеспечивающих сохранение и воспроизводство культурной идентичности российского общества, как одного из главных средств политической стабильности и устойчивого экономического развития³⁸.

Показательно, что за последние два десятилетия основополагающие правовые акты о национальной безопасности как факторе самосохранении российского общества и государства принимались трижды. В мае 2009 г. Указом Президента РФ была утверждена Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года³⁹. В отличие от ранее действовавшей Концепции национальной безопасности⁴⁰ новый правовой акт содержал отдельный раздел, посвященный вопросам культуры. В нем в качестве целей обеспечения национальной безопасности были названы расширение доступа граждан к достояниям отечественной и зарубежной культуры через создание современных территориально распределенных информационных фондов; создание условий для творческой самореализации личности путем совершенствования системы культурно-просветительской работы, организации досуга и массового внешкольного художественного образования; содействие развитию культурного потенциала регионов Российской Федерации и поддержка региональных инициатив в сфере культуры (п. 79). Кроме того, в Стратегии национальной безопасности признавалась первостепенная роль культуры для возрождения и сохранения культурно-нравственных ценностей, укрепления духовного единства многонационального народа России (п. 84).

Действующий Указ Президента РФ от 31 декабря 2015 г. № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации»⁴¹ сохранил эту направленность — в нем также содержится отдельный раздел «Культура», в котором в качестве стратегических целей обеспечения национальной безопасности в области культуры называются сохранение традиционных российских духовно-нравственных ценностей, сохранение и развитие общероссийской идентичности народов России, единого культурного пространства страны, повышение роли России в мировом гуманитарном и культурном пространстве (п. 76). В качестве угроз национальной безопасности в области культуры в Стратегии названы размывание традиционных российских духовно-нравственных ценностей, ослабление единства многонационального народа Российской Федерации путем внешней культурной и информационной экспансии, а также снижение роли русского языка в мире, качества его преподавания в России и за рубежом (п. 79). Впервые особое внимание уделено роли русского языка как основы развития интеграционных процессов на постсоветском пространстве и необходимости реализации программ поддержки изучения русского языка и культуры в государствах — участниках Содружества Независимых Государств для ускорения процессов евразийской интеграции (п. 81).

Вопросы культуры с той или иной степенью полноты нашли свое отражение во многих разделах упомянутого документа, но в силу традиционно сложившегося подхода к понятию национальной безо-пасности как средства достижения определенных стратегических целей, как определенного вида деятельности культура рассматривается в Стратегии не столько как определяющее средство обеспечения безопасности и суверенитета государства, а, прежде, всего в качестве объекта защиты, отсутствует признание первостепенной роли культуры в целом для национальной безопасности страны. Между тем, представляется, что сама национальная безопасность наряду с ее традиционными составляющими (военной, политической, экономической) должна включать и социокультурную безопасность, т. е. создание условий, обеспечивающих сохранение и воспроизводство культурной идентичности российского общества, используя культуру (в ее широком понимании) как одно из главных средств достижения поставленных стратегических целей по развитию общества и государства.

Свойства культуры как всеобъемлющего явления предопределяют специфику подхода к выработке его научного понятия — оно плохо поддается определению. В научных исследованиях оперируют понятием «культура» как в самом широком, расширительном смысле, так и в «узком» его понимании применительно к отдельным областям человеческой деятельности. При этом каждая из отраслей знания оперирует при определении культуры своими собственными понятийным аппаратом, предметом, содержанием, структурой и целями исследования.

Взаимосвязи культуры как явления, которому свойственно многообразие, и правовой системы государства, прежде всего его Основного закона как системообразующего правового документа, представляют собой то сочетание, когда наука права не претендует на отдельное, самостоятельное определение культуры, вводя производное от него понятие «правовая культура», и признает культуру как некое целостное явление в качестве объекта правового регулирования. Указанные взаимосвязи могут рассматриваться в нескольких аспектах. Первое — культура (в широком понимании) как общественное явление включает в себя правовую систему; второе — конституция является ядром правовой системы и, соответственно, и фундаментом, и порождением правовой культуры; третье — культура является объектом правового регулирования. Безусловно, что от того, к какому — расширительному или «узкому» — понятию культуры обращается законодатель непосредственно зависят пределы и объем правового регулирования в данной сфере.

Впервые появившееся в трактате Марка Порция Катона Старшего «De agri cultura»⁴² слово «культура» (cultura от лат. colere — населять, культивировать, возделывать, ухаживать, почитать, покровительствовать) означало не просто обработку земли, но особое душевное отношение к ее возделыванию. Позже в «Тускуланских беседах» (Tusculanae disputationes) Марк Туллий Цицерон⁴³ уже употребляет словосочетание «cultura animae» — «культура души», говоря о человеке, занимающимся философией и обладающим культурой духа и ума. Дальнейшая историческая трансформация понятия приводит в западноевропейской философии к пониманию культуры как искусственной среды жизнедеятельности человека, которая в русской научно-философской традиции понимается, прежде всего, как некое целостное ценностное явление, объединяющее собой все основные сферы духовной жизни человека.

Культура является той сферой социальной деятельности человека, которая непосредственно связана с творческой самореализацией человека и в силу этого мало восприимчива к детальному правовому регулированию. Это, однако, не исключает возможности эффективного опосредованного воздействия последнего на культуру через влияние на условия ее развитие. Построение современной социально-экономической системы и ее конституционное оформление не только не отрицает, но предполагает наличие такого ресурса развития общества как индивидуальный творческий потенциал каждого участника. В таком случае способность к самоорганизации предполагает и самодеятельный, и самобытный способ ее реализации.

Потребности развития российского общества на современном этапе поставили во главу угла экономические преобразования, что представляется совершенно оправданным. Однако их фундаментом безусловно является культурно-интеллектуальный потенциал страны. Определяя в качестве стратегической цели инновационное развитие страны, построение информационного общества, «общества знаний» важно тщательно разработать систему мер, направленных на правовую охрану пространства духовной жизни ее граждан как субъектов и главной движущей силы преобразований.

Рассматривая пространство духовной жизни человека как важнейший аспект модели мира, следует отметить, что это понятие включает две составляющих: внутренний духовный мир человека, его творческую жизнь, восприятие им культурной жизни, религиозную практику и т. д., и внешнюю составляющую — пространство культуры как условие формирования и существования первой. Объем и пределы правового воздействия на обе обозначенные сферы не равнозначны.

События последних десятилетий свидетельствуют о крупномасштабных социальных изменениях, в том числе и об изменениях, произошедших в национальном сознании, духовной жизни человека, что не замедлило сказаться и на состоянии национальной культуры как способе самовыражения и средстве консолидации нации. Фундаментом развития современной России выступает общество, с одной стороны, имеющее опыт построения коммунистического модернизационного проекта, с другой — еще не полностью утратившее черты общества традиционного, поэтому при проведении преобразований необходимость создания правовых условий для гармоничного развития духовного мира человека, формирования «общества знаний» и всестороннего использования в этих целях институтов культуры, безусловно, возрастает, но объем и пределы конкретного, детального правового регулирования изначально объективно ограничены. Возможности правового воздействия в рассматриваемой области ограничены и его собственной спецификой, и свойствами того социального явления, на которое оно направлено. Эти возможности, прежде всего, очерчены пределами действия права как такового и в решающей степени зависят от предмета правового регулирования, который определяет не только содержание, но и пределы возможного и допустимого воздействия⁴⁴.

Поскольку посредством прежде всего конституционных правовых норм формируются условия существования и развития духовной жизни человека, в широком понимании она является объектом правового воздействия, в котором можно выделить несколько уровней управляемости: 1) неуправляемый — психофизический, 2) непосредственно не регулируемый, но косвенно управляемый (социокультурный), 3) непосредственно управляемый — регулируемый (использование институтов культуры, правовое положение ее субъектов). Последний уровень является той группой проблем, на которую наиболее эффективно способно воздействовать право. Однако нельзя отрицать, что правовые нормы опосредованно влияют и на вторую группу и, косвенно, даже на первую, способствуя формированию носителя определенной культуры.

Общая направленность развития законодательства, прежде всего конституционного законодательства, в сфере культуры во многом определяется состоянием экономики страны и уровнем политической стабильности в обществе. Инновационное развитие страны, построение информационного общества предполагающие полноправное участие в глобальной экономике, не исключает вполне оправданного стремления к сохранению в условиях все более взаимозависимого мира своего суверенитета и собственной культуры.

В то же время свое влияние, далеко не всегда позитивное, оказывают процессы глобализации экономики, политики, культуры, происходящие в современном мире. Порой они становятся реальной угрозой самобытности и многообразию национальных культур, на которые интенсивно воздействуют также такие факторы, как урбанизация, усложнение социальных структур, рост влияния средств массовой информации на культуру, коммерциализация культуры, расширение досуговой сферы в ущерб иным сферам культурной деятельности, а также нарастающий приоритет «цивилизации досуга» над «цивилизацией труда». Правильный выбор стратегии культурного развития страны становится жизненно важным не только для сохранения собственно культуры, но и для самосохранения российского общества как такового.

В советский период утвердилось представление о культуре как о явлении, обладающем неким само восполняющимся качеством и потому не требующим специального правового воздействия. Государственная поддержка и контроль были обращены на те ее сферы, которые наиболее соответствовали утилитарно-пропагандистскому восприятию культуры и служили реализации коммунистической идеологической доктрины. Концептуальные подходы содержались в партийных документах, обеспечивая необходимую идеологическую направленность развития культурных процессов, а правовое регулирование осуществлялось преимущественно посредством принятия подзаконных нормативно-правовых актов — постановлений Правительства СССР, ЦК КПСС, либо их совместных постановлений, постановлений Правительства РСФСР.

Конституция СССР 1936 г., а вместе с ней и конституции союзных и автономных республик, в том числе Конституция РСФСР 1938 г., не выделяли культуру в качестве самостоятельного специального объекта регулирования. Более того, в отношении правового положения граждан она понималась лишь в бытовом аспекте, так, например, закреплялось, что право на отдых обеспечивается сетью санаториев, а также клубов (ст. 119 Конституции СССР, ст. 123 Конституции РСФСР), которые, по сути, относятся к досуговой сфере культуры. Далее — право на образование, свобода слова, свобода печати (ст. 121, 125 Конституции СССР, ст. 125, 129 Конституции РСФСР), свобода совести никаким образом не связывалась с правами граждан в области культуры. Что касается их политических и экономических прав, то они рассматривались как действующие в контексте некой «культурной жизни»: равные права женщин (ст. 122 Конституции СССР, ст. 126 Конституции РСФСР) и равноправие граждан (ст. 123 Конституции СССР, ст. 127 Конституции РСФСР) предусматривалось «во всех областях хозяйственной, государственной и культурной жизни». Кроме того, за гражданами закреплялась обязанность «беречь социалистическую собственность как источник зажиточной и культурной жизни» (ст. 131 Конституции СССР, ст. 135 Конституции РСФСР).

Однако, если в качестве объекта конституционного-правового регулирования культура и не выступала, то в центре политико-идеологических интересов она оставалась всегда, и на протяжении всей советской истории использовалась в качестве инструмента идеологического воздействия на общество. Выполнение культурой строго обозначенных идеологических функций не предполагало на том этапе развития правового регулирования (хотя бы и формального) конституционных культурных прав граждан.

Эта направленность в использовании культуры как идеологической составляющей сохранялась и на следующем этапе развитии законодательства. В принятых в 1977–1978 гг. Конституции СССР, Конституции РСФСР и конституциях других союзных и автономных республик в целях нравственного и эстетического воспитания советских людей, повышения их культурного уровня за государством закреплялась функция «заботиться об охране, преумножении и широком использовании духовных ценностей (ст. 27 Конституции СССР 1977 г., ст. 27 Конституции РСФСР 1978 г.). Этого положения не меняет и то обстоятельство, что впервые в Основном законе появляется специальная глава — «Социальное развитие и культура». По-прежнему культура рассматривается как часть социальной сферы наряду со здравоохранением, образованием, социальным обеспечением, бытовым обслуживанием, т. п.

В конституционных нормах присутствуют сохраняющиеся идеологические постулаты: целью развития общества остается усиление социальной однородности, стирание существенных различий между городом и деревней, умственным и физическим трудом, развитие и сближение наций и народностей страны (ст. 19 Конституции СССР, ст. 19 Конституции РСФСР). Для ее достижения в сельской местности предусматривается увеличение в сельской местности количества учреждений народного образования, культуры, здравоохранения (ст. 22 Конституции СССР, ст. 22 Конституции РСФСР). Отношение к культуре, хотя и несколько скорректированное, но остается прежним — она является частью социально-культурной сферы, предназначенной обеспечивать определенный уровень качества жизни.

Безусловным шагом вперед стала норма о расширении «возможностей для применения гражданами своих творческих сил, способностей и дарований, для всестороннего развития личности» (ст. 20 Конституции СССР, ст. 20 Конституции РСФСР) как одной из целей, поставленных государством. Впервые в законодательстве акцентируется внимание на существовании субъекта культурных прав, носителя творческого потенциала — со стороны государства поощряется развитие профессионального искусства и народного художественного творчества (ст. 27 конституции СССР, ст. 27 Конституции РСФСР).

Хотя понятие культуры практически не претерпело изменений и не получило должной конкретизации в законодательстве, нельзя отрицать очевидного развития конституционного законодательства в этой сфере: в главе 7 «Основные права, свободы и обязанности граждан СССР» Конституции СССР, в главе 6 Конституции РСФСР (с тем же названием) прямо закреплялось, что гражданам гарантируется свобода научного, технического и художественного творчества, а государство создает необходимые для этого материальные условия, оказывает поддержку добровольным обществам и творческим союзам (ст. 47 Конституции СССР, ст. 45 Конституции РСФСР). Кроме того, конституционно закреплялось право граждан на пользование достижениями культуры, причем эти гарантии трактовались с достаточной широтой: это право обеспечивалось общедоступностью ценностей отечественной и мировой культуры, находящихся в государственных и общественных фондах; развитием и равномерным