Б.Т. Безлепкин

Краткое пособие для следователя и дознавателя

Издание второе,
переработанное и дополненное

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК [343.9+343.123.1](035)

ББК 67.73я2

Б39

Безлепкин Б. Т.

В настоящем издании предельно кратко изложены основы законодательства, теории и практики по вопросам предварительного расследования в российском уголовном судопроизводстве. При этом особое внимание уделяется тому, что в этой области ново, спорно или сложно, неудачно сформулировано в законе или неоднозначно воспринимается и поэтому лишено необходимого единообразия в практическом применении. В виде приложений к авторскому тексту в издание включены два нормативных акта, которые не пользуются широкой известностью, но наряду с Уголовно-процессуальным кодексом используются в досудебной деятельности по уголовным делам. Пособие подготовлено по состоянию законодательства на январь 2017 г.

Предназначено для следователей и дознавателей, в первую очередь для тех, кто еще не получил высшего юридического образования или хочет пополнить и освежить свои знания в области постоянно совершенствующегося российского уголовно-процессуального права. Будет интересно и более широкому кругу читателей.

УДК [343.9+343.123.1](035)

ББК 67.73я2

© Безлепкин Б. Т., 2011

© Безлепкин Б. Т., 2017, с изменениями

© ООО «Проспект», 2017

Список сокращений

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации

ГПК РФ — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации

КоАП РФ — Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях

СЗ РФ — Собрание законодательства Российской Федерации

РГ — Российская газета

УИК РФ — Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации

УК РФ — Уголовный кодекс Российской Федерации

УПК РФ — Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации

Предисловие

Предлагаемая читателю-юристу книжка, жанр, назначение и содержание которой выражены в ее названии и анотации, уже издавалась в 2011 году. С тех пор в наше уголовно-процессуальное законодатальство, регламентирующее предварительное расследование преступлений, внесены настолько многочисленные и существенные изменения и дополнения, что первое издание книжки пособием больше служить не может. Но поскольку читателями-профессионалами, на которых оно было рассчитано, целесообразность такого пособия, судя по спросу, не отвергнута, автором подготовлено второе издание книги, ознакомившись с которой, каждый может убедиться, что ее содержание переработано основательно и на суд читателя выносится существенно обновленным произведением.

Профессор Б. Безлепкин

Глава 1.
Органы предварительного расследования

1.1. Органы предварительного следствия

В зависимости от того, в какой форме производится предварительное расследование уголовных дел, т. е дел о преступлениях, оно производится или органом предварительного следствия, или органом дознания. В историческом процессе развития российской государственности сложилось так, что предварительное следствие в нашей стране в настоящее время производится следователями трех различных ведомств: Следственного комитета РФ, федеральных органов службы безопасности и органов внутрених дел. При этом круг уголовных дел, расследование которых относится к компетенции следователей каждого из перечисленных ведомств (иначе говоря, подследственность), различна и определяется ст. 151 УПК РФ. Процессуальное же положение, т. е. права и обязанности любого следователя в работе по конкретному уголовному делу, абсолютно одинаково и не зависит ни от того, к какому ведомству данный следователь относится, ни от должности в рамках родового понятия «следователь» (следователь, старший следователь, следователь по особо важным делам, старший следователь по особо важным делам), ни от характера расследуемого преступления, ни от сложности дела и объема следственной работы. Начальственными функциями (также как и судья) следователь не наделен и подчиненных не имеет.

При наличии законных поводов и оснований следователь вправе возбудить уголовное дело своей подследственности, принять его к своему производству и приступить к производству расследования, самостоятельно определяя его направления соответственно выдвигаемым следственным версиям. Следователь самостоятельно решает, какие следственные действия необходимо произвести в целях собирания доказательств и кого вызвать для участия в этих действиях, в частности в допросах и очных ставках, кому поручить экспертное исследование и какие меры уголовно-процессуального принуждения (задержание, заключение под стражу, иные меры пресечения, наложение ареста на имущество, временное отстранение от должности и др.) подлежат применению; он вправе и обязан применить их или же возбудить перед судом ходатайство о принятии соответствующего решения, либо обратиться к руководителю следственного органа, в котором состоит на службе, за согласием и лишь после этого выполнить соответствующее процессуальное действие (ст. 38 УПК РФ).

Процессуальная самостоятельность следователя, кроме судебной прерогативы на применение мер процессуального принуждения, связанных с причинением ущерба конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства (ст. 29, 125 и 165 УПК РФ), ограничена также указаниями начальника следственного органа о направлении расследования, производстве отдельных следственный действий, привлечении лица в качестве обвиняемого, об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения, о квалификации преступления и об объеме обвинения (п. 3 ч. 1 ст. 39 УПК РФ). Эти указания, данные в письменной форме, обязательны для исполнения следователем, но могут быть обжалованы руководителю вышестоящего следственного органа. Это значит, что обжалование по общему правилу не приостанавливает исполнения указаний. Исключением являются указания руководителя следственного органа: о передаче уголовного дела; привлечении лица в качестве обвиняемого; квалификации преступления; об объеме обвинения; избрании меры пресечения; о производстве следственных действий, которые допускаются только по судебному решению; направлении дела в суд или его прекращении. Не соглашаясь с такими указаниями, следователь вправе представить руководителю вышестоящего следственного органа материалы уголовного дела и письменные возражения на них. Обжалованию не подлежат также письменные указания руководителя следственного органа, которым этот руководитель предписывает исполнить поступившие в его адрес требования прокурора об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия (ч. 3 и 4 ст. 39 УПК РФ).

Указания прокурора не являются безусловно обязательными для следователя; все зависит от позиции руководителя следственного органа. Если следователь не согласен с требованиями прокурора об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия, и начальник следственного органа солидарен со своим подчиненным, он под свою ответственность информирует прокурора о письменных возражениях следователя, представленных руководителю следственного органа (ч. 3 ст. 38 УПК РФ), и только. А если следователь не согласен с решением прокурора об отмене его (следователя) постановления о возбуждении уголовного дела или же о возвращении прокурором поступившего к нему с обвинительным заключением уголовного дела для производства дополнительного расследования, изменении объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставлении обвинительного заключения и устранении выявленных недостатков и руководитель следственного органа солидарен с ним, следователь вправе обжаловать решение прокурора вышестоящему прокурору, а при несогласии с его решением — Генеральному прокурору РФ с согласия соответственно Председателя Следственного комитета РФ либо руководителя ведомственного (ФСБ, МВД) следственного аппарата. Вышестоящий прокурор в течение 72 часов с момента поступления соответствующих материалов обязан вынести одно из следующих постановлений:

1) об отказе в удовлетворении ходатайства следователя;

2) об отмене постановления нижестоящего прокурора (см. в совокупности п. 5 ч. 2 ст. 38 и ч. 4 ст. 221 УПК РФ).

Во втором случае вышестоящий прокурор утверждает обвинительное заключение и направляет уголовное дело в суд (п. 2 ч. 4 ст. 211 УПК РФ), а нижестоящий прокурор, потерпевший поражение в процессуальном споре с ведомственным следственным аппаратом и его руководством, принимает функцию уголовного преследования под свою единоличную власть и ответственность и должен быть готов к тому, чтобы государственное обвинение в суде поддерживать на основании следственных материалов, которые он считает не готовыми к судебному разбирательству.

По отношению к органу дознания следователь обладает определенной властью. По расследуемым им делам он вправе давать органам дознания обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, об исполнении постановлений о задержании, приводе, об аресте, о производстве иных процессуальных действий, а также требовать содействия при их производстве самим следователем (п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ). Не будь такого правила, следователь-одиночка в целом ряде случаев, прежде всего при расследовании крупных и сложных дел об организованных групповых преступлениях, оказался бы не в состоянии выполнить свои обязанности. Ему, кабинетному работнику-юристу, одному не по плечу производство трудоемких обысков, выемок, следственных экспериментов, проверок показаний с выездом на место и т. д. и конечно же задержаний подозреваемых, которые в наше время все чаще носят характер боевого столкновения. Нынешний следователь в своей работе повседневно нуждается в помощи сильного, хорошо оснащенного военизированного органа государства, располагающего и оперативно-розыскными, и «силовыми» полномочиями, средствами и возможностями, а также людьми, способными решать разнообразнейшие задачи, диктуемые современной криминальной обстановкой.

Постановления следователя, вынесенные в соответствии с законом по находящимся в его производстве уголовным делам, обязательны для исполнения всеми предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами.

Следователь не может участвовать в производстве по уголовному делу, если:

1) он является потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или свидетелем по данному уголовному делу;

2) он участвовал в качестве присяжного заседателя, эксперта, специалиста, переводчика, понятого, секретаря судебного заседания, защитника, законного представителя подозреваемого, обвиняемого, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика, а судья также — в качестве дознавателя, следователя, прокурора в производстве по данному уголовному делу;

3) он является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу;

4) имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что они лично, прямо или косвенно заинтересованы в исходе данного уголовного дела (ст. 61 УПК РФ).

При наличии указанных обстоятельств следователь обязан устраниться от участия в производстве по уголовному делу (ч. 1 ст. 62 УПК РФ), подав об этом рапорт руководителю следственного органа.

По указанным в законе основаниям отвод следователю может быть заявлен подозреваемым, обвиняемым, защитником, а также потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или их представителями. В этих случаях вопрос об отводе следователя разрешается руководителем следственного органа (ч. 1 ст. 67 УПК РФ). Участие следователя в предварительном следствии, которое производилось ранее по данному делу (например, до возвращения дела прокурором), основанием для отвода не является. Однако если следователь был допрошен в качестве свидетеля по данному уголовному делу в судебном заседании, к своему производству этот следователь данное уголовное дело после его возвращения принять не вправе. В противном случае все процессуальные действия, им совершенные вновь, признаются не имеющими юридического значения, а если судопроизводство по такому уголовному делу завершилось постановлением приговора, такой приговор подлежит отмене независимо от важности показаний, которые дал следователь на допросе в качестве свидетеля¹.

По уголовному делу, принятому им к своему производству, следователь на основе собранных доказательств во взаимодействии с органом дознания обязан достоверно установить все факты, образующие предмет доказывания (ст. 73 УПК РФ): событие преступления; виновность лица в его совершении; обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; характер и размер вреда, причиненного преступлением; обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности; обстоятельства, способствовавшие совершению преступления. Установив подозреваемого, следователь обязан объявить и разъяснить последнему сущность подозрения, а при наличии достаточных для этого данных — привлечь лицо в качестве обвиняемого, обеспечив ему реальную возможность защищаться от инкриминируемого всеми законными способами; применить меры процессуального принуждения, исключающие возможность (со стороны обвиняемого) скрыться, помешать производству по делу или продолжать преступную деятельность, и обеспечить исполнение приговора применением меры пресечения и мер обеспечения гражданского иска, заявленного по уголовному делу, а также возможной конфискации имущества как вида уголовного наказания. Если в ходе предварительного следствия появятся основания для изменения предъявленного обвинения, следователь вправе и обязан предъявить новое обвинение, если такие изменения ухудшают положение обвиняемого, или же прекратить уголовное преследование в той части, в которой ранее предъявленное обвинение не получило подтверждения и «отпало». Причем вся эта следственная деятельность осуществляется им не только по собственной инициативе, но и под воздействием позиции стороны защиты (подозреваемого, обвиняемого, их защитников и законных представителей) — ее замечаний, заявлений и ходатайств, каждое из которых следователь не только обязан рассмотреть в кратчайший срок (не позднее трех суток со дня обращения), но и удовлетворить ходатайство, если обстоятельства, об установлении которых путем производства следственных действий просит сторона защиты, а равно потерпевший или гражданский истец и их представители, имеют значение для данного дела (ст. 159 УПК РФ). Иными словами, следственная деятельность протекает в условиях состязательности сторон.

По окончании предварительного следствия следователь при наличии к тому законных оснований, предусмотренных ст. 24, 25, 27 и 28 УПК РФ, вправе, а в определенных случаях, когда такое основание представляет из себя обстоятельство, исключающее дальнейшее производство по уголовному делу, обязан прекратить уголовное преследование или же уголовное дело в целом, а уголовное преследование в отношении данного лица — в частности. Причем прекращение уголовного преследования за отсутствием события преступления, за отсутствием состава преступления, ввиду непричастности обвиняемого к совершению преступления во всех отношениях абсолютно равнозначно постановлению оправдательного приговора и означает разрешение уголовного дела по существу с реабилитацией обвиняемого, порождающей целый комплекс восстановительно-компенсационных правоотношений между государством и реабилитированным гражданином.

Признав, что все следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения, следователь, выполнив необходимые предшествующие процессуальные действия, составляет обвинительное заключение и направляет уголовное дело (материалы следственного производства) прокурору для последующего направления его в суд.

В конце 2008 г. в российском уголовном судопроизводстве наряду со следователем узаконен следователь-криминалист — должностное лицо, уполномоченное осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, а также участвовать по поручению руководителя следственного органа в производстве отдельных следственных и иных процессуальных действий или производить отдельные следственные и иные процессуальные действия без принятия уголовного дела к своему производству. В основе данного нововведения — многолетний опыт функционирования прокуроров-криминалистов в период, когда прокуратуре принадлежало право возбуждения и расследования уголовных дел.

Верховный суд РФ разъясняет, что возбуждение уголовного дела следователем-криминалистом не противоречит уголовно-процессуальному закону².

Главный смысл деятельности следователя-криминалиста заключается в том, что расследование уголовного дела в целом или же производство цикла или отдельных следственных действий оказывается в компетенции должностного лица, обладающего и необходимыми процессуальными полномочиями, и углубленными знаниями и (или) опытом применения криминалистической техники, криминалистической тактики производства отдельных следственных действий или криминалистической методики расследования данного вида преступлений. Участие следователя-криминалиста в расследовании данного уголовного дела без принятия его к своему производству означает, что расследование производится следственной группой, что предусмотрено ст. 163 УПК РФ. Этой же статьей определена и процедура создания группы, а также правоотношения, которые складываются при этом между всеми участниками предварительного следствия.

1.2. Органы дознания

Органами дознания являются «государственные органы и должностные лица, уполномоченные в соответствии с настоящим Кодексом осуществлять дознание и иные процессуальные полномочия» (п. 24 ст. 5 УПК РФ). Первыми в данном контексте в законе (п. 1 ч. 1 ст. 40 УПК РФ) названы органы внутренних дел Российской Федерации и входящие в их состав территориальные, в том числе линейные управления (отделы, отделения, пункты) полиции, а затем — ‟иные органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности”. Основной функцией органов дознания является расследование уголовных дел, по которым производство предварительного следствия не обязательно. Словом, дознание представляет собой несколько упрощенную и ускоренную форму расследования преступлений небольшой и средней тяжести, перечень которых содержится в ч. 3 ст. 150 УПК РФ. Причем формулировка, взятая нами в кавычки, таит в себе проблему. Во-первых, наличие в УПК РФ норм, которые отсылают к другим нормативным правовым актам (отсылочные нормы), нельзя признать положительным явлением. По смыслу ст. 1 УПК РФ этот Кодекс является единственным основанным на Конституции РФ источником уголовно-процессуального права, значит, в ней обязательны исчерпывающие ответы на все вопросы и о субъектах уголовно-процессуальных правоотношений, и об их содержании. Во-вторых, в числе органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, перечень которых установлен ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности»³, имеются и такие, которые к органам дознания отнести никак нельзя, потому что полномочиями возбудить уголовное дело и расследовать его они не наделены и собственной подследственности не имеют. Это оперативные подразделения федеральных органов исполнительной власти в области государственной охраны и Службы внешней разведки Российской Федерации (п. 4 и 7 ст. 13 названного Федерального закона).

Проблемно и общее указание закона на то, что органами дознания являются органы внутренних дел. Эти органы представляют собой звенья единой огромной, подчиненной Министерству внутренних дел РФ системы органов исполнительной власти, осуществляющих свою юрисдикцию на определенной территории (территориальные органы внутренних дел) или же на определенном участке железнодорожного, водного, воздушного путей (органы внутренних дел на транспорте), а также на режимных объектах (три вертикали системы). Почти в каждое звено входят как полицейские, так и неполицейские службы. Оперативно-розыскную деятельность в органах внутренних дел осуществляют полицейские подразделения уголовного розыска, экономической безопасности и противодействия коррупции и др.⁴

Поэтому орган внутренних дел, как орган дознания, с полным основанием ассоциируется с полицией, в лице руководства этих структур, с ее подразделениями, осуществляющими юрисдикцию на определенной территории или на участке дороги (транспортной линии). Сказанное, однако, не отменяет очевидного: руководитель органа внутренних дел в целом ответствен и за организацию полицейского дознания в своем военизированном учреждении, и за оперативно-розыскную работу, которая в ст. 40 УПК связывается с понятием дознания и поэтому полновластен и здесь. Руководящее должностное лицо, в служебной деятельности которого непосредственно сосредоточена функция дознания по уголовным делам, в УПК именуется начальником органа дознания и в законе малоговорящим образом определяется как «должностное лицо, возглавляющее соответствующий орган дознания, а также его заместитель» (п. 17 ст. 5 УПК). Процессуальное положение начальника органа дознания (права и обязанности) детально прописаны в ст. 402 УПК

К органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность и в силу этого признака к органам дознания относятся также:

1. Органы федеральной службы безопасности, компетенция которых определяется Федеральным законом от 3 апреля 1995 г. «О федеральной службе безопасности»⁵. Статья 8 этого Закона выделяет следующие направления деятельности: а) контрразведывательная; б) борьба с терроризмом; в) борьба с преступностью; г) пограничная деятельность; д) обеспечение информационной безопасности. Исчерпывающим образом компетенция органов федеральной службы безопасности в уголовно-процессуальной сфере определена п. 2 ч. 2 ст. 157 и п. 2 ч. 2 ст. 151 УПК РФ. Прежде всего это дела о преступлениях против государственной безопасности, выявленных в ходе контрразведывательной и оперативно-розыскной деятельности данного органа. А дознаватели пограничных органов ФСБ производят дознание по делам о нарушении режима Государственной границы Российской Федерации, пограничного режима в пунктах пропуска а также о преступлениях, совершенных на континентальном шельфе, наиболее распространенным из которых является незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации (ст. 332 УК РФ).

2. Таможенные органы — федеральные органы исполнительной власти, уполномоченные в области таможенного дела, которое представляет собой совокупность методов и средств обеспечения соблюдения мер таможенно-тарифного регулирования, а также запретов и ограничений, установленных законодательством о внешнеторговой деятельности, связанных с перемещением товаров и транспортных средств через таможенную границу (ч. 2 ст. 1 и п. 11 ч. 1 ст. 11 Таможенного кодекса РФ 2003 г.). Эти органы управомочены производить дознание по уголовным делам об уклонении от уплаты таможенных платежей (ст. 194 УК РФ).

3. Согласно п. 8 ст. 13 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» право осуществления такой деятельности предоставлено оперативным подразделениям Федеральной службы исполнения наказаний. В силу этого обстоятельства по буквальному смыслу отсылочного пункта 1 ч. 1 ст. 40 УПК РФ эти подразделения относятся к органам дознания. В других нормах УПК РФ, имеющих характер «непосредственно работающих» (а не просто определяющих понятия), эта идея конкретизируется следующим образом: функцией дознания в системе Минюста России наделены начальники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, входящих в данную систему (п. 4 ч. 1 ст. 157 УПК РФ). Прежде всего здесь имеются в виду начальники исправительных учреждений: колоний-поселений, исправительных колоний общего, строгого и особого режима; воспитательных колоний, тюремных и лечебных исправительных учреждений (ст. 74 УИК РФ). Органом дознания является также начальник следственного изолятора, т. е. учреждения, предназначенного для содержания подозреваемых и обвиняемых (подсудимых и осужденных) по уголовному делу, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также для исполнения уголовного наказания в виде лишения свободы в отношении осужденных, оставленных для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию⁶ Компетенция органов дознания, о которых идет речь, ограничена делами о преступлениях против установленного порядка несения службы, совершенных сотрудниками исправительных учреждений или следственных изоляторов в связи с исполнением ими служебных обязанностей, а также о преступлениях, совершенных в расположении указанных учреждений иными лицами, в том числе и в первую очередь отбывающими наказание и лицами, в отношении которых заключение под стражу избрано в качестве меры пресечения.

4. Согласно ч. 3 ст. 40 УПК РФ возбуждение уголовного дела и выполнение неотложных следственных действий возлагаются также на:

— капитанов морских и речных судов, находящихся в дальнем плавании, — по уголовным делам о преступлениях, совершенных на данных судах;

— руководителей геологоразведочных партий и зимовок, удаленных от мест расположения органов дознания, указанных в ч. 1 настоящей статьи, — по уголовным делам о преступлениях, совершенных по месту нахождения данных партий и зимовок;

— глав дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации — по уголовным делам о преступлениях, совершенных в пределах территорий данных представительств и учреждений.

Причем органами дознания перечисленные участники уголовного процесса прямо не называются. Но их типичная уголовно-процессуальная функция органа дознания налицо; она обусловлена необходимостью производства неотложных следственных действий в обстановке полного временного отсутствия физической возможности у правоохранительных органов осуществлять свою юрисдикцию в данном месте и в данное время.

5. Согласно п. 2 ч. 1 ст. 40 УПК РФ к органам дознания относятся органы Федеральной службы судебных приставов, которые осуществляют свои обязанности на основании Федерального закона от 21 июля 1997 г. «О судебных приставах»⁷. В качестве органов дознания они вправе и обязаны возбуждать уголовные дела и производить дознание по делам об относительно немногочисленной группе преступлений против правосудия, исчерпывающий перечень которых приводится в п. 4 ч. 3 ст. 151 УПК РФ.

6. Согласно п. 3 ч. 1 ст. 40 УПК РФ органами дознания являются:

— начальники органов военной полици;

— командиры воинских частей, т. е. организационно самостоятельных боевых, административных или хозяйственных единиц (полк, отдельный батальон и т. д.);

— руководители военных учреждений (например, военного учебного заведения);

— начальники гарнизонов, т. е. воинских частей, военно-учебных заведений и учреждений, расположенных постоянно или временно в определенном населенном пункте или районе с установленными границами.

Вышеперечисленные военачальники как органы дознания вправе возбудить уголовное дело и произвести по нему неотложные следственные действия, если преступление совершено подчиненными им военнослужащими⁸, а также лицами гражданского персонала в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей или в расположении данной воинской части, соединении, военно-учебном заведении или гарнизоне (п. 3 ч. 2 ст. 157 УПК РФ). Предоставление права производства дознания военачальникам является частным проявлением общего обыкновения, согласно которому в Вооруженных Силах и других военных формированиях функционирует своя собственная система уголовной юстиции (военный орган дознания — военный следователь — военный прокурор — военный суд), что основывается на глубинных исторических российских традициях, согласно которым Вооруженные Силы всегда играли и играют особую роль, занимали и занимают особое положение в государстве, пользовались и пользуются особым вниманием с его стороны.

7. Согласно п. 4 ч. 1 ст. 40 УПК РФ к органам дознания относятся органы Государственной противопожарной службы Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России), которые вправе возбуждать уголовные дела о преступлениях, непосредственно связанных с их повседневной служебной деятельностью, подчиненной общей задаче защиты жизни и здоровья людей, имущества от пожаров, осуществления государственного пожарного надзора в Российской Федерации за соблюдением требований пожарной безопасности и пресечения их нарушений.

Из содержащегося в ст. 40 УПК РФ перечня органов дознания явствует, что функциями и правомочиями такого органа наделены, во-первых, руководящие должностные лица (начальники органов военной полици Вооруженных сил РФ, командиры воинских частей, соединений и военных учреждений, начальники пенитенциарных учреждений, капитаны морских судов и начальники зимовок), а во-вторых, государственные органы внутренних дел, федеральной службы безопасности, таможенные органы, которые с преступлениями определенной категории, как правило, соприкасаются раньше других по роду своей повседневной деятельности. В первом случае эти правомочия персонифицированы. Осуществлять их может только конкретный государственный служащий, который в настоящее время занимает соответствующую должность, проще говоря, тот, кто может предъявить служебное удостоверение личности, подтверждающее эту должность. В тех случаях, когда функциями дознания наделен орган, а не должностное лицо, такой персонификации нет. На практике, сложившейся еще при применении УПК РСФСР 1960 г., в обоих случаях занятые повседневными управленческими делами и заботами руководители (начальники), в лице которых были сосредоточены права органа дознания, обычно делегировали часть своих прав и обязанностей юридически подготовленным подчиненным, которые выполняли всю необходимую текущую работу по дознанию под контролем начальника или сотрудника специализированных подразделений по дознанию (таковые существуют, в частности, в органах внутренних дел). Они назывались лицами, производящими дознание, и выполняли всю основную работу по собиранию доказательств, производили допросы, очные ставки и другие следственные действия. Но все решения по уголовному делу, которые определяли направления его движения (о возбуждении дела, о предъявлении обвинения, об окончании предварительного расследования), а равно решения о производстве следственных действий, предполагающих применение уголовно-процессуального принуждения (о задержании подозреваемого, о применении меры пресечения, о производстве обыска, выемки, освидетельствовании и т. п.), принимались начальником органа или, по крайней мере, по согласованию с ним, с одобрения и согласия последнего.

УПК РФ ввел в оборот понятие дознавателя, определив его в п. 7 ст. 5 следующим образом: дознаватель — это должностное лицо органа дознания, правомочное либо уполномоченное начальником органа дознания осуществлять предварительное расследование в форме дознания, а также осуществлять иные полномочия, предусмотренные данным Кодексом, прежде всего производить неотложные следственные действия по делам, по которым обязательно производство предварительного следствия (ст. 157 УПК РФ). Правомочными (по должности) производить дознание являются руководители органов дознания (начальники и их заместители) и штатные дознаватели. Кроме того, начальник органа дознания может в разовом порядке, делегируя ему свои правомочия, поручить производство дознания своему подчиненному. В органах внутренних дел это наиболее подготовленные, юридически грамотные лица начальствующего состава (офицеры полиции) — сотрудники уголовного розыска, подразделений по борьбе с налоговыми и экономическими преступлениями, ГИБДД, участковые уполномоченные и другие, для которых такое поручение (по характеру преступления) непосредственно связано с их повседневными служебными обязанностями.

Согласно ст. 41 УПК РФ на дознавателя начальником органа дознания возлагаются полномочия органа дознания. При этом возложение полномочий по производству дознания на то лицо, которое проводило или проводит по данному уголовному делу оперативно-розыскные мероприятия, не допускается.

Дознаватель уполномочен:

— самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия и принимать процессуальные решения, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ на это требуются согласие начальника органа дознания, санкция прокурора и (или) судебное решение;

— осуществлять иные полномочия, предусмотренные УПК РФ.

При отсутствии в УПК РФ прямого указания, что дознаватель имеет такое-то право или несет такую-то обязанность, следует руководствоваться ч. 1 ст. 223 УПК РФ, согласно которой дознание производится по правилам предварительного следствия с изъятиями, установленными гл. 32 (ст. 223–226) УПК РФ. Если изъятие не предусмотрено, это означает, что по уголовному делу, законно принятому им к производству, процессуальное положение дознавателя в данном правоотношении аналогично процессуальному положению следователя.

Например: несмотря на то что в ст. 217 УПК РФ говорится только о следователе, а дознаватель не упомянут, весь комплекс процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных данной статьей, посвященной окончанию предварительного следствия, относится и к дознанию, и к дознавателю. В частности, по уголовному делу, подсудному областному и приравненному к нему суду (ч. 3 ст. 31 УПК), дознаватель, завершая расследование, обязан так же, как следователь, разъяснить обвиняемому его право на рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей, а материалы дознания направить в суд через областного и приравненного к нему прокурора⁹.

Указания прокурора и начальника органа дознания, данные в соответствии с УПК РФ, обязательны для дознавателя. При этом дознаватель вправе обжаловать указания начальника органа дознания прокурору, а указания прокурора — вышестоящему прокурору. Обжалование данных указаний не приостанавливает их исполнения (ч. 4 ст. 41 УПК РФ).

Правила, согласно которым полномочия органа дознания возлагаются на дознавателя и последний не имеет правомочий на проведение оперативно-розыскных мероприятий, а занимается чисто следственной («кабинетной») работой, конструируют существенно иной институт дознания, вкладывая в это понятие совсем другое содержание, нежели то, которое сформировалось исторически, существовало до принятия УПК РФ 2001 г. и признаками которого являются следующие положения:

1) дознание есть «малобумажное» полицейское расследование преступлений «по горячим следам», сильной стороной которого является сосредоточение на короткое время в одних руках оперативно-розыскных, административно-правовых и уголовно-процессуальных средств и возможностей;

2) субъектом правоотношений с гражданами и организациями в сфере дознания, ответственным за все просчеты, ошибки и злоупотребления в этой сфере и за причиненный вред является орган дознания как таковой (Н-ский отдел внутренних дел, Н-ская таможня и т. д.) в лице его руководителя (начальника), а конкретное должностное лицо, производящее дознание, — лишь исполнитель поручений последнего. Теперь же в силу законоположения ч. 1 ст. 41 УПК РФ, согласно которому полномочия органа дознания возлагаются на дознавателя, означает наличие органа дознания внутри органа дознания, причем с чисто следственным характером деятельности.

Из приведенной формулировки «… на дознавателя возлагаются полномочия органа дознания» (ст. 41 УПК РФ) следовало бы заключить, что дознаватель, подобно следователю, обладает процессуальной самостоятельностью. Однако в отличие от следователя он не вправе не выполнять указания начальника органа дознания и прокурора, каких бы вопросов эти указания ни касались. Получается, что дознаватель, будучи самостоятельным органом расследования, вместе с тем обязан против своей воли, подчиняясь указаниям, даже привлечь невиновного в качестве обвиняемого, квалифицировать его действия вопреки своему убеждению и направить дело для предания невиновного суду, и лишь затем обжаловать эти указания.

Руководитель органа дознания несет персональную ответственность за эффективность противодействия преступности в рамках юридикции данного органа. Он вправе в любой момент лично скорректировать направленность и содержание дознания, усилить его оперативно-розыскное обеспечение, изъять уголовное дело у дознавателя и принять его к своему производству или поручить другому дознавателю либо группе дознавателей, а также предписать производство любого дополнительного процессуального действия или принятие мер процессуального принуждения и т. д. Для дознавателя эти предписания обязательны. Ответственность за результативность дознания, а равно за ошибки, допущенные при этом, вплоть до трагических, тоже несет в первую очередь руководитель органа дознания и лишь во вторую, в порядке регресса, — дознаватель.

С этих же позиций следует рассматривать и фигуру начальника подразделения дознания, который фактически существовал и раньше в специализированных подразделениях дознания в органах внутренних дел и некоторых других органах, выполняя организационно-распорядительные функции, делегированные ему как подчиненному офицеру руководством военизированного государственного учреждения, а в действующем УПК закреплен ст. 401, введенной в действие Федеральным законом от 6 июня 2007 г. № 90-ФЗ. Наделение его процессуальными полномочиями в отношениях с дознавателем (по аналогии с руководителем следственного органа) ничего не меняет в главном: вся полнота процессуальных полномочий по-прежнему сосредоточена в руках руководства учреждения, которое назначает на должности как дознавателей, так и руководителей подразделений дознания, поручает этому подразделению работу по конкретным делам, контролирует ее и отвечает за ее результаты.

Формирование современного института дознания по образу и подобию предварительного следствия — явление новое. В нем организационно-управленческие внутриучрежденческие отношения в органах, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность (ОРД) и именно в этой связи управомоченных на производство дознания, превращены в юстиционные. В результате ОРД как главный признак полицейского дознания оказалась ни при чем, а дознание как предельно напряженная работа по горячим следам тяжких и особо тяжких преступлений с использованием всех средств, которыми располагает полиция, в том числе и процессуальных (первоначальный этап расследования), стало отмирать.

Частью 5 ст. 40 УПК установлено: дознаватель вправе давать руководству органа дознания обязательные для исполнения процессуальные поручения по уголовному делу, находящемуся в его производстве. В свою очередь, начальник органа дознания, по своей должности несущий полную ответственность за процессуальную и за оперативно-розыскную деятельность, тоже вправе не только взаимно адресоватьдознавателю любые обязательные поручения по конкретному уголовному делу, но и изъять уголовное дело у подчиненного офицера принять к своему производству или поручить расследование другому дознавателю, а этого уволить с должности.

Глава 2.
Возбуждение уголовного дела

Возбуждение уголовного дела в российском уголовном судопроизводстве — первая относительно обособленная его часть (стадия), в которой решается задача установления наличия или отсутствия законного повода и основания для начала производства по такому делу (делу о преступлении), и только.

2.1. Поводы к возбуждению уголовного дела

Повод к возбуждению уголовного дела — это предусмотренный законом (УПК РФ) источник информации, из которого органу дознания или следователю становится известно о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении. Их перечень приводится непосредственно в законе (ч. 1 ст. 140 УПК РФ). Здесь названы: во-первых, два определенных повода — заявление о преступлении и явка с повинной. А во-вторых, сформулировано обобщающее положение, охватывающее практически все возможные ситуации, когда правоохранительный орган получает относящуюся к его уголовно-процессуальной компетенции информацию — сообщение о совершенном или готовящемся преступлении. Завершает этот перечень постановление прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предварительного расследованиядля решения вопроса об уголовном преследовании ст. 4 ч. 1 ст. 140 УПК РФ.

Заявление о преступлении как повод к возбуждению уголовного дела представляет из себя устное или письменное обращение физического лица в правоохранительный орган с информацией о готовящемся или совершенном преступлении и сопровождается просьбой принять необходимые меры: виновного установить, разыскать, привлечь к уголовной ответственности и наказать, обеспечив возмещение причиненного ущерба. По делам частного и частнопубличного обвинения заявление обязательно должно содержать ясно выраженную просьбу о привлечении виновного к уголовной ответственности, без чего оно (заявление) не имеет юридического значения (повода) к возбуждению уголовного процесса. В числе таких дел — дела об изнасиловании, т. е. преступлении тяжком.

Статья 141 УПК РФ предусматривает несколько различных ситуаций, связанных с заявлением о преступлении. Когда такое заявление сделано в письменном виде, то независимо от способа доставки в правоохранительный орган оно должно быть принято, зарегистрировано, учтено, а затем рассмотрено и разрешено. В органах внутренних дел, которые со своими круглосуточно функционирующими дежурными частями несут на своих плечах основную тяжесть такой работы, она регламентируется. Инструкцией о порядке приема, регистрации и разрешения в территориальных органах внутренних дел Российской Федерации заявлений и сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях (утверждена приказом МВД РФ от 29 августа 2014 г. № 736)¹⁰. Аналогичные инструктивные акты действуют в системе органов других органов дознания, в частности органов федеральной службы безопасности и органов Государственной противопожарной службы, таможенных органов, также в специфических условиях мест лишения свободы.

Анонимные заявления поводом к возбуждению уголовного дела служить не могут. Однако сказанное не означает, что никем не подписанное сообщение о готовящемся, совершенном или совершаемом преступлении вообще должно быть оставлено безо всякого внимания со стороны правоохранительных органов. Отреагировать на подобную письменную информацию, равно как и на анонимный телефонный звонок, равно как на информацию, размещенную в Интернете, иначе говоря, не на заявление, а на сигнал о преступлении, обязан орган дознания, прежде всего — полиция. Анонимные заявления, поступившие в орган внутренних дел по почте, в которых содержатся признаки совершенного или готовящегося преступления, без регистрации передаются в соответствующие подразделения этого органа для возможного использования в оперативно-розыскной деятельности. Они подлежат проверке с использованием гласных и негласных внепроцессуальных методов и средств при строжайшем соблюдении правила — принципа оперативно-розыскной полицейской деятельности: пока не установлено оснований для возбуждения уголовного дела, никакого принуждения в отношении лица, указанного в анонимном заявлении, применено быть не может и никакого вреда ему причинено быть не должно. В случае подтверждения признаков преступления по результатам проверки должны быть приняты соответствующие меры, а именно: а) готовящееся преступление, например акт терроризма, предотвращено; б) начатое, но еще не оконченное преступление пресечено. А когда преступление уже совершено, орган дознания обязан закрепить его следы, иначе говоря, обеспечить охрану места происшествия, сохранность предметов и документов, имеющих значение для дела, а также установить очевидцев преступления и принять все возможные оперативно-розыскные меры к раскрытию преступления, установлению подозреваемого и его задержанию и лишь потом заняться оформительской работой по возбуждению уголовного дела, которая не является срочной по сравнению с вышеперечисленными мерами. Поводом же к возбуждению уголовного дела в подобных типичных ситуациях будет служить не заявление, автор которого, может быть, так и не установлен, а «сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников» (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ).

Поступившая (любым путем) в правоохранительный орган анонимная информация, прежде всего, конечно, письменное сообщение, подлежит передаче следователю лишь в тех случаях, когда она содержит сведения об обстоятельствах уже возбужденного и расследуемого уголовного дела. Тогда именно он, следователь, в производстве которого находится данное уголовное дело, должен определить возможность и способы проверки содержащихся в анонимном сообщении ориентирующих сведений. Такая проверка может осуществляться не только оперативно-розыскным, но и следственным путем, например путем осмотра определенного места. Доказательством же анонимное письмо не является и в подобных случаях, поэтому место ему — не в материалах уголовного дела, а среди документации, которая неизбежно скапливается «около» следственного производства и хранится отдельно.

Второй повод к возбуждению уголовного дела — явка с повинной. Заявление о явке с повинной определяется как добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении (ч. 1 ст. 142 УПК РФ). Оно может быть сделано как в письменном, так и в устном виде. Устное заявление заносится в протокол, который подписывается явившимся с повинной и дознавателем или следователем, составившим протокол. Явка с повинной служит особым обстоятельством, смягчающим наказание (п. «и» ст. 61 УК РФ). Ею можно считать лишь такое заявление гражданина, которое касается преступления, вообще неизвестного правоохранительным органам, иначе говоря, незарегистрированного, или же преступления известного, но не раскрытого, когда лицо, его совершившее, не установлено следственным путем (негласные оперативно-розыскные данные не в счет) и в деле нет ни подозреваемого, ни обвиняемого. Не может называться явкой с повинной заявление о совершенном преступлении, с которым обратился гражданин, пусть еще не привлеченный в качестве обвиняемого, но уже допрошенный или «опрошенный» в изобличающем стиле и сознавшийся под давлением улик, а тем более с применением насилия. Если заявление о явке с повинной само по себе содержит достаточные основания для возбуждения уголовного дела и не требует доследственной проверки, такое дело должно быть возбуждено безотлагательно, а явившийся с повинной, если он задержан или арестован, должен быть допрошен в качестве подозреваемого. Как первоисточник важнейших сведений о преступлении, сообщаемых лицом, данное преступление совершившим, собственноручно написанное или протокольно зафиксированное заявление о явке с повинной в судебном доказывании по уголовному делу признается самостоятельным документальным доказательством, предусмотренным п. 6 ч. 2 ст. 74 и ст. 84 УПК РФ¹¹.

Третий повод для возбуждения уголовного дела — сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ), — охватывает все остальные случаи, когда правоохранительному органу, управомоченному на возбуждение уголовного дела, — органу дознания, следователю — становится известно о деянии, предусмотренном Особенной частью УК РФ. Согласно ст. 143 УПК РФ такое сообщение принимается лицом, получившим данное сообщение, о чем составляется рапорт об обнаружении признаков преступления. По смыслу этих правил такой рапорт призван служить самым первым процессуальным документом, открывающим стадию возбуждения уголовного дела в тех случаях, когда извне не поступало никакого другого документального источника информации о преступлении, иначе говоря, когда орган дознания или следователь признаки такого преступления обнаружили сами, непосредственно в процессе осуществления своих повседневных правоохранительных функций. Здесь прежде всего имеется в виду полицейская деятельность, осуществляемая круглосуточно в самой гуще населения различными службами органов внутренних дел, наделенными административными и оперативно-розыскными полномочиями: дежурная часть, патрульно-постовая служба, государственная инспекция безопасности дорожного движения, участковые уполномоченные, уголовный розыск и другие службы, ежедневно и ежечасно первыми сталкивающиеся с уголовным миром. Сообщения, иначе говоря, информация, получаемая ими непосредственно, — один из основных поводов для возбуждения уголовного дела, который фиксируется рапортом сотрудника полиции.

Четвертый повод к возбуждению уголовного дела — постановление прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предворительного расследования для решения вопроса об уголовном преступлении (п. 4 ч. 1 ст. 140 УПК) проистекает из содержания п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК, предусматревающего права прокурора вносить такое постановление «по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства».

С 22 октября 2014 г. действует новый порядок возбуждения уголовных дел об уклонении от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица и с организации (ст. 198 и 199 УК) а также о неисполнении обязанностей налогового агента (ст. 199 УК). Он установлен правилами трех новых частей — седьмой, восьмой и девятой — ст. 144 УПК, главный смысл которых заключается в том, что отныне уголовные дела о выше перечисленных преступлениях могут быть возбуждены не только по инициативе налоговых органов, и не только по материалам налоговых проверок, как это имело раньше, но и по результатам оперативно-розыскной деятельности внутренних дел, в том числе и в случаях, когда к этим преступлениям причастны и сами налоговые органы. А о том, что такая прчастность получила широкое распространение свидетельствует тот факт, что количество выявленных налоговых преступлений за это время (2012–2014 гг.) подозрительно уменьшилось в несколько раз, а объем возмещаемого государству ущерба, причиненного налоговыми преступлениями, резко сократился, что затрагивает экономическую безопасность государства. Особого повода к возбуждению уголовных дел о налоговых преступлениях больше не существует. В случае обнаружения признаков налогового преступления оперативно-розыскными средствами органов внутренних дел (подразделениями экономической безопасности и противодействия коррупции) возбуждению уголовного дела предшествует уникальная проверочная деятельность с участием органа внутренних дел, двух инстанций и налоговых органов и следователя. Механизм такой проверки детально прописан в ч. 7, 8 и 9 ст. 144 УПК РФ.

2.2. Основания для возбуждения уголовного дела

Согласно ч. 2 ст. 140 УПК РФ основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Для возбуждения уголовного дела не обязательно наличие данных о том, кто совершил преступление; на данный момент они могут отсутствовать полностью; необходимы лишь такие данные, которые свидетельствуют о наличии самого события преступления; например, обнаруженные на трупе человека следы насильственной смерти свидетельствуют об убийстве, а следы взлома сейфа — о краже находившихся там денег или ценностей. С позиции уголовно-правового учения о составе преступления это означает, что основания к возбуждению уголовного дела образуют фактические данные, относящиеся к объекту и объективной стороне состава.

Закон говорит не о факте преступления, а о достаточных данных, указывающих на его признаки. Поэтому при обнаружении трупа со следами насильственной смерти уголовное дело подлежит возбуждению по факту обнаружения трупа, который (факт) содержит признаки убийства, но не по факту убийства. При обнаружении факта взлома сейфа, где хранились деньги, уголовное дело подлежит возбуждению по факту взлома, содержащего признаки кражи с незаконным проникновением в хранилище, но не по факту кражи, установить который предстоит следствию, а затем суду. Словом, для возбуждения уголовного дела требуется не факт преступления, а лишь обоснованное предположение о его существовании, которое базируется на фактах-признаках. Это положение также имеет важное значение для правильного понимания сущности досудебного производства по уголовным делам по российскому законодательству. Уголовное дело возбуждается не тогда, когда событие преступления установлено, а для того чтобы удостовериться, что оно имело место, но непременно при наличии определенных конкретных указаний не только на существование самого происшествия, но и на его преступный характер.

Причем составы некоторых преступлений сконструированы таким образом, что их фактические обстоятельства, относящиеся к объективной стороне, органически связаны с конкретным лицом, что обусловлено самим характером преступления. Нельзя, например (по общему правилу), располагать сведениями о взятке и не иметь сведений о том, кто является взяткодателем и взяткополучателем. Без таких сведений нельзя говорить и о самом событии преступления, т. е. о его объективных характеристиках. Если повод к возбуждению содержит определенные указания на виновное лицо, уголовное дело возбуждается в отношении данного лица (или против данного лица), которое с этого момента становится подозреваемым в уголовном судопроизводстве, наделены всеми правами стороны (ст. 46 УПК РФ). Таким образом, в подобных случаях момент возбуждения уголовного дела и начало уголовного преследования совпадают.

2.3. Проверка заявлений и сообщений о преступлениях

Согласно ст. 144 УПК дознаватель, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной УПК РФ, принять по нему решению в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения. При проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исслелования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном УПК РФ, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документльных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действий специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розызкных мероприятий. Лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные УПК РФ и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы, в том числе права не свидетельствовать против себя самого, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК РФ, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействия) и решения дознавателя, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа в порядке, установленном гл. 16 УПК РФ. Участники проверки сообщения о преступлении могут быть предупреждены о неразглашении данных досудебного производства в порядке, установленовленном ст. 161 УПК РФ. Безопасность участников досудебного производства обеспечивается в порядке, установленном частью девятой ст. 166 УПК РФ.

Полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений ст. 75 и 89 УПК РФ. Если после возбуждения уголовного дела стороной зашиты или потерпевшим будет заявлено ходатайство о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы, то такое ходатайство подлежит удовлетворению. По сообщению о преступлении, распространенному в средствах массовой информации, проверку проводит по поручению прокурора орган дознания, а также по поручению руководителя следственного органа следователь. Редакция, главный редактор соответствующего средства массовой информации обязаны передать по требованию прокурора, следователя или органа дознания имеющиеся в распоряжении соответствующего средства массовой информации документы и материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию, за исключением случаев, когда это лицо поставило условие о сохранении в тайне источника информации. Руководитель следственного органа, начальник органа дознания вправе по мотивированному ходатайству соответственно следователя, дознавателя продлить до 10 суток срок, установленный частью первой настоящей статьи. При необходимости производства документальных проверок, ревизий, судебных экспертиз, исследований документов, предметов, трупов, а также проведения оперативно-розыскных мероприятий руководитель следственного органа по ходатайству следователя, а прокурор по ходатайству дознавателя продлить до 30 суток.

В ходе доследственной проверки следователь, дознаватель, такую проверку осуществляющий, вправе получать объяснения. Практика получения письменных объяснений от граждан в стадии возбуждения уголовного дела, причем с вызовом, а то и с принудительным доставлением «объясняющегося», сложилась давно. Однако вязкие диалоги следователей, оперативных работников и граждан «под протокол объяснения» представляют собой эрзац допросов и образец громоздкого кабинетного бумаготворчества, заменяющего настоящее дело, искажающего и суть проверки поводов и оснований к возбуждению уголовного дела, и соотношение полицейской и процессуальной деятельности в этой стадии. Такая практика пагубно сказывается на уважении граждан к правоохранительным органам.

Одновременно в полицейской практике испокон веков внепроцессуальным способом быстрого получения информации о преступлении от большого числа лиц служит психологически грамотный, устный разведывательный (оперативно-розыскной) опрос, исключающий применение какого бы то ни было принуждения подобно тому, как такое принуждение исключено в деятельности, например, частного детектива. В тщательно просеянных через аналитическое сито результатах такого опроса должны быть максимально точно и подробно зафиксированы адреса, телефоны, суть полученных сведений, результаты их проверки, документальные данные, подтверждающие или опровергающие первичные сведения, указания на вещественные источники информации и т. д. Место такой информации — в сводном полицейском документе, составленном сотрудником, непосредственно производившим доследственную проверку¹². Именно по таким ориентирам, расставленным в сводном оперативно-розыскном документе, впоследствии должна пойти уголовная юстиция в собирании судебных доказательств, не утопая в длинных и бессмысленных объяснительных записках и других ничего существенного не содержащих бумагах.

Решающая роль в установлении оснований к возбуждению уголовного дела принадлежит негласным комбинационным оперативно-розыскным средствам и методам проверки заявлений и сообщений, которые являются более гибкими по сравнению с процессуальными проверочными действиями. В сложных, запутанных ситуациях, когда ответить на вопрос о событии преступления, не выходя из кабинета следователя, практически невозможно, только сведения, добытые оперативно-розыскным путем — гласным или негласным, — способны внести ясность в вопрос, было ли преступление и каков его характер. В подобных ситуациях хорошо организованное, отлаженное и грамотное взаимодействие следователя и органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, приобретает значение, определяющее подчас всю дальнейшую судьбу уголовного дела. Материалы, полученные в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий, представляются дознавателю и следователю оперативными подразделениями на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, в виде обобщенного официального сообщения и подлинников соответствующих оперативно-служебных документов в зависимости от того, содержат ли они сведения, составляющие государственную тайну¹³. Применение каких-либо мер принуждения при проверке заявлений и сообщений о преступлении не предусмотрено. Такое принуждение возможно только по уголовному делу.

Согласно ст. 144 УПК лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении разъясняется право пользоваться услугами адвоката. Это право связывается с нормой ст. 49 УПК, которая озаглавлена «Защитник» и в п. 6 ч. 3 гласит: «Защитник участвует в уголовном деле с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы лица, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 настоящего Кодекса». А Пленум Верховного Суда РФ разъясняет, что при нарушении данного права объяснения лица, о котором идет речь, должны рассматриваться как доказательства, полученные с нарушением закона. Такие же последствия наступают в случае, если лицу не разъяснено его конституциональное право не свидетельствовать (т. е. не давать объяснения против себя, своего супруга и близких родственноков¹⁴.

Следователю и дознавателю нужно, в этой связи, иметь ввиду, что:

— часть 3 ст. 49 УПК РФ, посвященной защитнику начинается со слов «Защитник участвует в уголовном деле...» Значит по первоначальному замылу законодателя доследственная проверка здесь ни при чем;

— процессуальных действий, «затрагивающих права и свободы», при проверке заявлений о преступлении быть не должно, потому что еще нет главного — уголовного дела;

— адвокат, оказывающий помощь до возбуждения уголовного дела, как участник уголовного судопроизводства УПК не известен и процессуального статуса не имеет; отождествлять его с защитником подозреваемого, обвиняемого, а равно с представителем потерпевшего оснований не имеется, потому что сторон на этой стадии еще нет, а без уголовного дела официального уведомления лица о подозрении в совершении преступления не предусмотрено;

— законных признаков, по которым можно определить, что проверка заявления о преступлении осуществляется в отношении именно данного лица, не существует.

Вывод: идея процессуальной защиты в стадии возбуждения уголовного дела, когда еще нет ни самого такого дела, ни сторон в ней, противоречит основам теории уголовно-процессуальных функций и наводит на мысль об уголовном преследовании без уголовного дела и о защите без законного «нападения», т. е. о юридической несуразности. На практике от нее следует ожидать эффективного противодействия «защищающейся стороны». Поскольку применение процессуального принуждения здесь все-таки не допускается, значит функция «обвинения без обвинения» зиждется главным образом на испуге ошеломленного «фигуранта», которого, на самом деле, нельзя даже вызвать повесткой (такой повестки не существует), подвергнуть неявившегося приводу, применить меру пресечения, хотя бы — подписку о невыезде с места жительства и т. д.

Вдумчивый, грамотный следователь, дознаватель поймет, что спонтанное разбухание доследственной проверки заявлений и сообщений о преступлениях превращение такой проверки в состязательное прдварительное расследование перед состязательным предварительным расследованием заслуживает критического к себе отношения. Он постарается законным образом избежать двухярусного досудебного производства и решить его задачи в рамках уголовного дела, когда каждый шаг регламентирован, когда применение процессуального принуждения законно и, применяя его, не нужно импровизировать, вступая в правоотношения с лицами, чье процессуальное положение не определено.

2.4. Порядок возбуждения уголовного дела

В соответствии со ст. 145 УПК РФ по результатам рассмотрения сообщения о преступлении УПК РФ принимается одно из следующих решений:

— о возбуждении уголовного дела;

— об отказе в возбуждении уголовного дела;

— о передаче сообщения по подследственности или подсудности.

Правом возбуждения уголовного дела публичного и частно-публичного обвинения наделены только правоохранительные органы государства, осуществляющие процессуальную функцию уголовного преследования (органы уголовного преследования), орган дознания, дознаватель, руководитель следственного органа и следователь (ч. 1 ст. 146 УПК РФ), причем каждый — в пределах своей подследственности. Возбуждение уголовного дела лицом, в чью законную компетенцию не входит принятие данного важнейшего процессуального решения (ненадлежащий субъект правоотношения), является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим признание юридически ничтожным как самого факта возбуждения уголовного дела, так и всех собранных по нему материалов, даже если расследование производилось надлежащим образом. Более того, Верховный Суд РФ считает, что аналогичные последствия должны наступать и в случае, когда уголовное дело возбуждено лицом, которое по своей должности имело право принять такое решение, однако приняло его при наличии бесспорных оснований для отвода от участия в производстве по данному делу¹⁵.

Уголовное дело возбуждается постановлением, в котором указываются:

— дата, время и место его вынесения;

— кем вынесено постановление;

— повод и основание для возбуждения уголовного дела;

— пункт, часть, статья УК РФ, на основании которых возбуждается дело.

Согласно ч. 4 ст. 146 УПК РФ копия постановления о возбуждении уголовного дела незамедлительно направляется прокурору.

В случае если прокурор признает постановление о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, он вправе в срок не позднее 24 часов с момента получения материалов отменить постановление о возбуждении уголовного дела, о чем выносит мотивированное постановление, копию которого незамедлительно направляет должностному лицу, возбудившему уголовное дело. О принятом решении руководитель следственного органа, следователь и дознаватель незамедлительно уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

Дальнейшее движение уголовного дела после его возбуждения зависит от того, кем оно возбуждено. Согласно п. 2 ст. 149 УПК РФ следователь, возбудивший уголовное дело своей законной подследственности, приступает к производству предварительного следствия. Однако и здесь нужно иметь в виду, что руководитель следственного органа, исходя из соображений равномерного распределения следственной работы, опыта и специализации подчиненных следователей и других обстоятельств, вправе поручить предварительное следствие по уголовному делу, возбужденному одним следователем, другому следователю, а также принять данное уголовное дело к своему производству. Уголовное дело, возбужденное органом дознания, по поручению начальника органа принимает к своему производству дознаватель и в зависимости от того, обязательно ли по данному делу производство предварительного следствия, производит или неотложные следственные действия, или же расследование в форме дознания в полном объеме. После выполнения неотложных следственных действий, не позднее 10 суток со дня возбуждения уголовного дела, по которому обязательно производство предварительного следствия, орган дознания направляет его начальнику следственного органа (ч. 3 ст. 149, ч. 3 ст. 157 УПК РФ) в соответствии с правилами о подследственности, установленными ст. 151 УПК РФ.

По УПК РСФСР 1960 г. в особом порядке возбуждались уголовные дела о заведомо ложных показаниях свидетеля и потерпевшего, а также о заведомо ложном заключении эксперта (ст. 307 УК РФ). Согласно ч. 3 ст. 256 названного Кодекса дела данной категории могли быть возбуждены, во-первых, только судом (судьей), рассматривавшим по первой инстанции уголовное дело, по которому свидетель или потерпевший дали заведомо ложные показания или эксперт дал заведомо ложное заключение, а во-вторых, только одновременно с постановлением приговора. Эти особенности обусловлены тем, что окончательная оценка доказательств производится лишь судом и юридически значимый вывод о том, чьи показания достоверны, а чьи ложны, а также вывод о достоверности или недостоверности экспертного заключения могут содержаться только в судебном приговоре. В действующем УПК РФ об этих особенностях не упоминается. То, что никакое уголовное дело теперь не может быть возбуждено судом, — общее, не знающее исключений правило; значит, уголовное дело по признакам ст. 307 УК РФ может возбудить только орган уголовного преследования. Зато вторая особенность сохраняется и сейчас. Орган расследования, усмотрев, что по уголовному делу, находящемуся в его производстве, свидетель или потерпевший дали заведомо ложные показания или эксперт дал заведомо ложное заключение, не вправе ни возбудить по данному поводу новое уголовное дело, ни предъявить по ст. 307 УК РФ обвинение лицам, выступавшим свидетелем, потерпевшим, экспертом, но вправе оценить их в обвинительном заключении. Не будь таких правил, в процессе могло бы сложиться ненормальное положение, когда, например, лицо, привлекаемое к уголовной ответственности за лжесвидетельство, окажется в двойном процессуальном положении — обвиняемого и свидетеля по одному и тому же делу. Верховный Суд РФ расценивает подобную ситуацию как результат существенного нарушения уголовно-процессуального закона органом расследования¹⁶. Значит, возбуждение органом уголовного преследования уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ст. 307 УК РФ, в отношении свидетеля, потерпевшего, эксперта возможно только по вступлении в законную силу приговора суда по уголовному делу, по которому вышеперечисленные участники уголовного судопроизводства давали свои показания или заключение.

2.5. Отказ в возбуждении уголовного дела

Согласно ч. 1 ст. 148 УПК РФ при отсутствии оснований для возбуждения уголовного дела следователь или дознаватель своим постановлением отказывает в этом. По буквальному смыслу данного правила основанием для отказа в возбуждении уголовного дела может служить только отсутствие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Однако из сопоставления комментируемой статьи с нормами гл. 4 «Основания для отказа в возбуждении уголовного дела, прекращения уголовного дела и уголовного преследования» (ст. 24 и 27 УПК РФ) явствует, что в возбуждении уголовного дела должно быть отказано не только при отсутствии оснований для такого возбуждения, но и при наличии оснований и одновременном наличии обстоятельств, исключающих движение уголовного дела, таких как истечение сроков давности, смерть подозреваемого, отсутствие заявления потерпевшего, когда такое заявление необходимо по закону, наличие акта амнистии и др.

Если при отказе в возбуждении уголовного дела выяснится, что сообщение о готовящемся или совершенном преступлении носило характер заведомо ложного доноса (ст. 306 УК РФ) либо другого уголовно наказуемого деяния, следователь, орган дознания обязаны рассмотреть ситуацию, дать ей юридическую оценку и решить вопрос о возбуждении дела публичного обвинения в отношении лжедоносчика на общих основаниях и в обычном порядке.

Если решение об отказе в возбуждении уголовного дела принято по результатам сообщения о преступлении, опубликованного в средствах массовой информации, то информация о таком отказе также подлежит опубликованию, с тем чтобы ложное сообщение о преступлении было дезавуировано и общество знало бы о действительном положении дел. Данное законоположение (ч. 3 ст. 148 УПК РФ) является одним из проявлений гласности в деятельности органов уголовного преследования и призвано служить укреплению их авторитета и воспитанию гражданского правосознания.

Копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в течение 24 часов направляется заявителю и прокурору. При этом заявителю разъясняется его право обжаловать данное постановление и порядок обжалования (ч. 4 ст. 148 УПК РФ). Отказ в возбуждении уголовного дела может быть обжалован прокурору, руководителю следственного органа или в суд (ч. 5 ст. 148 УПК РФ).

Прокурор, признав постановление органа дознания, дознавателя об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, отменяет его и направляет соответствующему начальнику органа дознания со своими указаниями, устанавливая срок их исполнения (см. самую первую норму, закрепленную в ч. 6 ст. 148 УПК РФ). Судя по общему тону ст. 37 УПК РФ, определяющей полномочия прокурора в сфере производства дознания, указания, о которых идет речь, обязательны, т. е. могут означать прокурорское предписание не только о дополнительной доследственной проверке, но и (при наличии соответствующих оснований) о возбуждении уголовного дела по уже имеющимся материалам. Однако начальник органа дознания вправе, не приостанавливая их исполнение, обжаловать такие указания вышестоящему прокурору (данное право имеет и дознаватель) (см. ч. 4 ст. 41 УПК РФ).

Прокурор, признав отказ руководителя следственного органа, следователя о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, в срок не позднее 5 суток с момента получения материалов доследственной проверки отменяет такое постановление с изложением конкретных обстоятельств, подлежащих дополнительной проверке, которое вместе с указанными материалами незамедлительно направляет руководителю следственного органа (см. вторую норму, закрепленную в упомянутой ч. 6 ст. 148 УПК РФ). О прокурорском предписании возбудить уголовное дело по уже имеющимся материалам в данном контексте ничего не говорится, и из общего смысла нынешних отношений прокурорской и следственной властей право на такое предписание (указание) не вытекает. Значит, прокурорское указание, о котором идет речь в данном конкретном случае, нельзя рассматривать как обязательное, беспрекословное; оно находится в общем ряду прокурорских требований об устранении нарушений федерального законодательства (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). В случае несогласия с ним следователь обязан представить свои письменные возражения начальнику следственного органа, который информирует об этом прокурора (ч. 3 ст. 38 УПК РФ) в порядке, установленном ч. 4 ст. 39 УПК РФ, а этот порядок прямо допускает несогласие с прокурором.

Вышестоящий руководитель следственного органа вправе не только отменить незаконное или необоснованное постановление нижестоящего руководителя следственного органа, но и лично возбудить уголовное дело по спорному материалу доследственной проверки. Таким же правом обладает руководитель следственного органа по отношению к следователю, находящемуся в его непосредственном подчинении. Данные утверждения вытекают из содержания третьей нормы, закрепленной в ч. 6 ст. 148 УПК РФ в редакции упомянутого в авторском предисловии к настоящему изданию Федерального закона от 28 декабря 2010 г. № 404-ФЗ, которая в совокупности с другими правилами, закрепленными в этой объемной статье, а также в упомянутых ст. 37, 38 и 39 УПК РФ, отражает результат длительного поиска вычурного компромисса между компетенцией прокуратуры и органов предварительного следствия в условиях предпринятой реформы.

Незаконный и необоснованный отказ в возбуждении уголовного дела — явление распространенное, для потерпевшего — болезненное, а с точки зрения назначения уголовного судопроизводства (п. 1 ч. 1 ст. 6 УПК РФ) — нетерпимое; такой отказ искусственно, противозаконно препятствует доступу потерпевшего к правосудию. Поэтому решение об отказе в возбуждении уголовного дела может быть обжаловано не только руководителю следственного органа и прокурору, но и в суд (ст. 125 УПК РФ). В судебном порядке на основании этой же статьи могут быть обжалованы и решения названных должностных лиц, принятые по жалобе потерпевшего на отказ в возбуждении уголовного дела.

Если решение компетентного правоохранительного органа об отказе в возбуждении уголовного дела заинтересованному лицу сообщено официальным письмом, но постановление о таком отказе не выносилось, данное лицо, считающее себя потерпевшим от преступления и требующее доступа к правосудию, может обжаловать в судебном порядке как само решение по существу (об отказе), так и невыполнение правоохранительным органом своей обязанности отреагировать на заявление о преступлении способом, прямо указанным в уголовно-процессуальном законе¹⁷.

2.6. Направление сообщения о преступлении по подследственности или подсудности

Если сообщение о преступлении поступило в правоохранительный орган, который в силу закона о подследственности (ст. 151 УПК РФ) не вправе возбудить по нему уголовное дело и расследовать сам, то этот орган обязан направить данное сообщение вместе с приобщенными к нему материалами по подследственности в тот орган, к компетенции которого относится принятие решения по нему. Например, полиция обязана зарегистрировать заявление потерпевшего от преступления, совершенного военнослужащим, и принять меры к закреплению следов, а затем незамедлительно в соответствии с ч. 3 ст. 145 УПК РФ направить его военному следователю или командиру воинской части, к компетенции которых относится расследование уголовных дел по обвинению военнослужащих. Такой порядок имеет важное практическое значение. Он обязывает органы дознания и предварительного следствия принять заявление и сообщение о любом преступлении и дать ему законный ход, а потерпевшего освобождает от необходимости обивать пороги казенных учреждений в поисках компетентного правоохранительного органа.

Если же в орган дознания или к следователю поступило заявление потерпевшего от преступления, дело о котором возбуждается, рассматривается, разрешается в порядке частного обвинения без производства дознания и предварительного следствия (см. ч. 2 ст. 20 УПК РФ), такое заявление подлежит направлению по подсудности мировому судье (та же ч. 3 ст. 145 УПК РФ). Заявитель информируется о передаче его сообщения по подследственности или в суд в течение суток с момента принятия решения.

Глава 3.
Предварительное расследование: формы и общие условия производства

3.1. Формы предварительного расследования

Предварительное расследование — это следующая за возбуждением уголовного дела стадия российского уголовного судопроизводства, уголовно-процессуальная деятельность в которой подчинена решению задач: путем производства следственных действий по собиранию доказательств раскрыть преступление, т. е. установить фактические обстоятельства дела и лицо, совершившее преступление, сформулировать и обосновать обвинение, обеспечив законные условия защиты от него и для реализации прав всеми участниками процесса, создать предпосылки для привлечения виновного к уголовной ответственности по суду, обеспечить возмещение причиненного преступлением ущерба, а также выяснить обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, приняв меры по их устранению; подготовить материалы уголовного дела к судебному разбирательству. При наличии предусмотренных законом оснований эта деятельность может закончиться и прекращением уголовного дела по нереабилитирующим основаниям или же с реабилитацией невиновного обвиняемого (подозреваемого). Предварительным такое расследование называется потому, что оно ведется до суда и для суда.

Основной из двух форм предварительного расследования является предварительное следствие, главным признаком которого является то обстоятельство, что оно производится процессуально самостоятельным должностным лицом — следователем, государственным служащим «от юстиции». Производство предварительного следствия обязательно по всем уголовным делам, за исключением уголовных дел о преступлениях, исчерпывающий перечень которых приводится в п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК РФ. Прокурору предоставлено право ограничиться дознанием и по другим делам о преступлениях небольшой и средней тяжести, не передавая дело следователю. Такое решение прокурора должно носить письменный характер. Оно представляет собой препроводительное письмо соответствующему органу дознания, которому направляется уголовное дело. Указание прокурора о производстве дознания (вместо предварительного следствия) обязательно для органа дознания (в подавляющем большинстве случаев это органы внутренних дел). И наоборот, по письменному указанию прокурора уголовные дела, которые относятся к подследственности органов дознания, могут быть переданы для производства предварительного следствия (ч. 4 ст. 150 УПК РФ). При принятии решения по указанным вопросам прокурор исходит из объема и сложности предстоящей работы по уголовному делу и времени, необходимого для ее выполнения, а также из презумпции, что следователь является более квалифицированным работником, нежели дознаватель.

Предварительное расследование (в форме дознания) производится также по делам о нераскрытых преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 115 (причинение легкого вреда здоровью при отсутствии квалифицирующих обстоятельств), ч. 1 ст. 116 УК РФ (нанесение побоев при отсутствии квалифицирующих обстоятельств) и ст. 1281 (клевета при отсутствии квалифицирующих обстоятельств), которые согласно ч. 2 ст. 20 и ч. 1 ст. 318 УПК РФ считаются делами частного обвинения; при обычных обстоятельствах они возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, поданному непосредственно мировому судье. Но руководитель следственного органа, следователь и дознаватель с согласия прокурора вправе возбудить уголовное дело об этих преступлениях и произвести расследование при отсутствии заявления потерпевшего, если только данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами. К иным причинам относятся случаи совершения преступления лицом, данные о котором неизвестны (ч. 4 ст. 20 УПК РФ). Это значит, что потерпевшие от нераскрытых преступлений, о которых идет речь, вправе обратиться с заявлением о возбуждении уголовного дела, его расследовании, об установлении лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, о его розыске и задержании не к мировому судье, а к органам уголовного преследования, что практически означает — или в дежурную часть местного органа внутренних дел, или к районному прокурору, осуществляющему надзор за процессуальной деятельностью органов дознания.

В основе такого решения лежит высокая и безупречная в своей формально-юридической правоте идея, согласно которой раз обращение потерпевшего от преступления непосредственно к судебной власти не обеспечивает его прав, законных интересов и реального доступа к правосудию, то он должен иметь право обратиться к правоохранительным органам, способным устранить препятствие, возникшее на пути к правосудию, установить, разыскать обидчика и представить его суду¹⁸. Но для реализации избран необычайно сложный путь. Сначала потерпевшему предстоит добиться, чтобы его заявление, например об избиении неизвестным лицом, в условиях наката тяжкой и особо тяжкой преступности приняла и зарегистрировала полиция, а затем передала в подразделение дознания, и дознаватель возбудил уголовное дело. Затем предстоит добиться от полиции, чтобы она оперативно-розыскным путем установила и задержала лицо, подлежащее привлечению к уголовной ответственности. Причем заключить под стражу данное лицо не представляется возможным, потому что максимальная мера наказания за преступления, о которых идет речь, не превышает двух лет лишения свободы. Между тем согласно непререкаемой сущности судебной власти мировой судья мог бы сам, «не гоняя» уголовного дела, потребовать от полиции и розыска неизвестного лица, в отношении которого по заявлению потерпевшего возбуждено данное дело, и его задержания и доставления в суд с представлением сведений, что это — именно то лицо, которое подлежит привлечению к уголовной ответственности. Из исследования подобных полицейских материалов непосредственно «перед лицом суда» и рождаются, как это принято в развитых цивилизованных странах, судебные доказательства, что позволяет вершить суд не только правый, но и скорый.

Дознание по уголовным делам производится в общем порядке, установленном УПК РФ для предварительного следствия со следующими особенностями.

1. Оно производится дознавателями, т. е. должностными лицами — государственными служащими органа исполнительной власти, наделенными функцией дознания и подчиненными руководителю данного органа во всех служебных отношениях. Дознаватель обладает меньшей процессуальной самостоятельностью, нежели следователь; все указания прокурора и начальника органа дознания и начальника подразделения дознания для него обязательны (ч. 4 ст. 41, ч. 4 ст. 401 УПК РФ). Из этого правила имеется единственное исключение. Согласно п. 7 ч. 3 ст. 151 УПК РФ дознание по делам о преступлениях, расследование по которым производится в данной форме (ч. 3 ст. 150 УПК РФ), совершенных военнослужащими, приравненными к ним категориями государственных служащих — сотрудниками правоохранительных органов, а также лицами отдельных категорий, в отношении которых установлен особый порядок уголовного судопроизводства (см. подп. «б» п. 1 ч. 2 ст. 151 и ст. 447 УПК РФ), производится следователями Следственного комитета РФ. Производящий дознание следователь — явление, с научно-теоретических позиций необъяснимое.

2. Дознание производится лишь по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести (их перечень содержится в ч. 3 ст. 150 УПК РФ).

3. Его срок короче, а процедура продления срока проще (сроки предварительного следствия и дознания рассматриваются позднее, но в рамках этой же темы).

4. По результатам дознания составляется не обвинительное заключение, а обвинительный акт (ст. 225 УПК РФ), который имеет значение итогового процессуального документа по уголовным делам, направленным через прокурора в суд.

5. Привлечение лица в качестве обвиняемого и допрос обвиняемого (ст. 171–174 УПК РФ) в ходе дознания не предусмотрены. Обвиняемый здесь появляется с вынесением обвинительного акта (п. 2 ч. 1 ст. 47 УПК РФ), т. е. по окончании расследования и перед направлением уголовного дела прокурору. Начало уголовного преследования в ходе дознания связано по общему правилу только с подозрением в совершении преступления, с подозреваемым, а не с обвиняемым. Причем подозреваемый здесь, кроме общих случаев, предусмотренных ст. 46 УПК ПРФ, появляется еще и в результате специфического, присущего только дознанию процессуального действия — уведомления о подозрении в совершении преступления (ст. 2231 УПК РФ), которому в данной книге посвящен отдельный параграф 7.4. Однако если в отношении подозреваемого была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а обвинительный акт составить в рамках десятисуточного срока не представилось возможным, потому что расследование еще не закончено, то подозреваемому должно быть предъявлено обвинение в общем порядке, и процесс уголовного преследования, включая изменения и дополнения обвинения, а также частичное прекращение уголовного преследования выравнивается с аналогичным процессом на предварительном следствии.

3.2. Общие условия предварительного расследования

Производство предварительного расследования как в форме следствия, так и в форме дознания подчиняется совокупности общих «сквозных» правил-требований, закрепленных в УПК РФ, которые призваны обеспечить единообразие досудебной уголовно-процессуальной процедуры и достижение задач, стоящих перед стадией предварительного расследования. Их принято называть общими условиями предварительного расследования. В УПК РФ одни из таких правил (о подследственности, месте и начале производства предварительного расследования, соединении и выделении уголовных дел и выделении материалов в отдельное производство, производстве неотложных следственных действий, об окончании расследования и др. — ст. 151–161 УПК РФ) помещены в гл. 21, которая так и называется: «Общие условия предварительного расследования». Другим, как, например, сроки предварительного следствия, производство предварительного следствия следственной группой, посвящены отдельные статьи в следующей — 22-й главе УПК РФ. Дальнейшее изложение посвящено характеристике каждого из этих условий.

3.2.1. Подследственность

Под подследственностью понимается совокупность признаков уголовного дела, в зависимости от которых расследование данного преступления относится к компетенции того или иного органа предварительного следствия либо дознания. Действующий уголовно-процессуальный закон (ст. 151 УПК РФ) дает основания для выделения следующих признаков подследственности: предметный (родовой); альтернативный (смешанный); персональный и территориальный.

Предметный признак выражается в том, что подследственность уголовного дела определяется в зависимости от состава расследуемого преступления, иначе говоря, от его квалификации по соответствующей статье Особенной части УК РФ. По этому признаку следователям Следственного комитета РФ подследственны дела о преступлениях, перечень которых содержится в подпункте «а» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК РФ.

Другой признак, по которому определяется подследственность следователей прокуратуры, называется персональным. Он выражается в том, что в ряде случаев в законе закреплена специфика субъекта преступления. По этому признаку следователям Следственного комитета РФ подследственны:

— уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, в отношении которых в соответствии со ст. 447 УПК РФ применяется особый порядок производства по уголовным делам, — членами Совета Федерации, депутатами Государственной Думы Федерального Собрания РФ, депутатами законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Федерации, депутатами, членами выборного органа местного самоуправления, судьями, прокурорами, адвокатами и некоторыми другими персонами, а также о преступлениях совершенных в связи с их профессиональной деятельностью (подпункт «б» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК РФ);

— уголовные дела о преступлениях, совершенных должностными лицами Следственного комитета РФ, органов Федеральной службы безопасности, Службы внешней разведки РФ, Федеральной службы охраны РФ, органов внутренних дел РФ, учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, таможенных органов, военнослужащими, гражданами, проходящими военные сборы, лицами гражданского персонала Вооруженных Сил РФ, других войск, воинских формирований и органов в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей или совершенных в расположении части, соединения, учреждения, гарнизона, а также о преступлениях, совершенных в отношении указанных лиц в связи с их профессиональной деятельностью (подпункт «в» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК;

— уголовные дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, совершенных несовершеннолетними и в отношении несовершеннолетних (подпункт «г» п. 1 ч. 2 ст. 151 УПК РФ).

Предметным признаком всецело определяется подследственность следователей органов федеральной службы безопасности (ч. 2 ст. 151 УПК РФ). Они расследуют уголовные дела о некоторых преступлениях в сфере экономики, о некоторых преступлениях против общественной безопасности и терроризме, о большинстве преступлений против основ конституционного строя и безопасности государства, среди которых — государственная измена, шпионаж и др., о некоторых преступлениях против порядка управления, связанных с нарушением режима Государственной границы РФ а также против мира и безопасности человечества (п. 2 ч. 2 ст. 151 УК РФ).

Согласно ч. 3 ст. 151 УПК РФ многочисленный ряд уголовных дел о преступлениях, подобранных также по предметному признаку, т. е. по составу преступления, относятся к подследственности следователей следственного аппарата — органов внутренних дел, возглавляемого Следственным департаментом МВД РФ. Это прежде всего наиболее распространенные преступления против здоровья, против собственности, преступления, совершенные в сфере экономики, преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях, ряд преступлений против общественной безопасности, общественного порядка и порядка управления.

Частью 3 ст. 151 УПК РФ определена подследственность органов дознания. Из ее содержания явствует, что основной объем работы по дознанию приходится на дознавателей органов внутренних дел. Совокупность правил, посвященных подследственности органов дознания, построена по принципу, согласно которому по общему правилу дознание по уголовным делам производится дознавателями органов внутренних дел, а затем в виде исключения из данной общей нормы устанавливается, что:

— по уголовным делам о нарушении законодательства о континентальном шельфе и об исключительной экономической зоне (ст. 253 УК РФ), о незаконной добыче водных животных и растений (ст. 256 УК РФ), о противозаконном пересечении Государственной границы РФ (ст. 322 УК РФ), о противозаконном изменении Государственной границы РФ (ст. 232 УК РФ) и о контрабанде (ч. 1 ст. 188 УК РФ) дознание производится дознавателями пограничных органов ФСБ России;

— по уголовным делам о некоторых преступлениях против правосудия дознание производится дознавателями органов федеральной службы судебных приставов;

— по уголовным делам об уклонении от уплаты таможенных платежей (ст. 194 УК РФ) дознание производится дознавателями таможенных органов;

— по уголовным делам о неосторожном уничтожении или повреждении имущества путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности либо повлекших тяжкие последствия (ч. 2 ст. 168 УПК РФ), нарушении правил пожарной безопасности (ч. 1 ст. 219 УПК РФ) и об уничтожении или о повреждении лесов в результате неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности (ч. 1 ст. 261 УК РФ) дознание производится дознавателями Государственной противопожарной службы (п. 6 ч. 3 ст. 151 УПК РФ).

О подследственности уголовных дел, расследуемых в форме дознания начальниками органов военной полиции нам уже приходилось говорить в см. раздел 1.2. пособия). Она определяется главным образом по персональному признаку.

В нормах, закрепленных в ч. 5 и 6 ст. 151 УПК РФ, использован альтернативный признак подследственности, суть которого заключается в установлениях закона, в силу которых предварительное расследование по одной и той же категории уголовных дел в зависимости от определенных обстоятельств производится органами расследования, принадлежащими к различным ведомствам. Так, согласно ч. 5 данной статьи по уголовным делам о мошенничестве, о присвоении чужого имущества и еще о целом ряде преступлений предварительное следствие может производиться следователями любого органа, выявившего это преступление. А согласно ч. 6 ст. 151 УПК РФ по уголовным делам о вовлечении несовершеннолетних в совершение преступления (ст. 150 УК РФ), о злоупотреблении должностными полномочиями и еще о некоторых, причем самых различных, преступлениях предварительное следствие производится следователями того органа, к чьей подследственности относится «основное» преступление, с которым связано расследуемое деяние. Несоблюдение закона о подследственности относится к числу существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями: возможное признание собранных доказательств недопустимыми, возвращение прокурором уголовного дела для производства дополнительного расследования; возвращение уголовного дела судом прокурору.

3.2.2. Место производства предварительного расследования

Общее правило по данному вопросу (ч. 1 ст. 152 УПК РФ) заключается в том, что досудебное производство по уголовному делу осуществляется по месту совершения преступления. Данное правило в равной мере касается как предварительного следствия, так и дознания. Если же данное преступление, которое представляет собой длящееся или продолжаемое деяние, было начато на одной территории, а закончено на другой и в силу данного обстоятельства относится к юрисдикции сразу нескольких органов расследования, оно должно расследоваться по месту окончания преступления (ч. 2 ст. 152 УПК РФ), что, конечно, не исключает права руководителей вышестоящих звеньев соответствующей следственной системы истребовать данное уголовное дело и поручить его расследование непосредственно подчиненному следователю. В случае когда преступная деятельность образуется из нескольких самостоятельных преступлений, совершенных в различных регионах страны, уголовное дело по решению соответствующего прокурора подлежит расследованию по месту, где совершено большинство преступлений или же наиболее тяжкое из них (ч. 3 ст. 152 УПК РФ).

Следующее исключение из общего правила выражается в том, что предварительное расследование по уголовному делу в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков производится не по месту совершения преступления, а по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей (ч. 4 ст. 152 УПК РФ). Решение по этому поводу принимается также прокурором. Установив, что уголовное дело ему не подследственно, следователь или дознаватель, в чьем производстве оно находится, обязан произвести все неотложные следственные действия в целях дальнейшего расследования, и лишь после этого следователь передает уголовное дело руководителю следственного органа, а дознаватель — прокурору для направления его по подследственности (ч. 5 ст. 152 УПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 152 УПК РФ в случае необходимости в производстве следственных или розыскных действий в другом месте следователь вправе произвести их лично либо поручить производство этих действий соответственно следователю или органу дознания, который обязан выполнить поручение в срок не позднее 10 суток. Другим местом может быть любой район любой области, края или республики в составе Российской Федерации. Словом, на территории России любой следователь и дознаватель вправе беспрепятственно лично выполнить любое следственное действие по уголовному делу, находящемуся в его производстве, или поручить его производство соответствующему следственному подразделению того ведомства, в котором он служит, а также производство розыскных действий тому органу дознания, в компетенцию которого эти действия входят. Сказанное относится и к следственным действиям, сопряженным с применением уголовно-процессуального принуждения, затрагивающего права и законные интересы граждан, в том числе конституционные права, в частности к обыску, выемке, а также к задержанию подозреваемого и аресту обвиняемого. В подобных случаях следователь, дознаватель, прибывший в командировку для производства следственных действий, имея на руках всю необходимую документацию, отражающую согласие руководителя следственного органа или прокурора, осуществляющих надзор за расследованием данного дела и судебные решения, уведомляет в общих чертах местного руководителя следственного органа или прокурора о цели своего прибытия и о характере предстоящей следственной деятельности. Это правило, не предусмотренное непосредственно в УПК РФ, оправдано во всех отношениях, в том числе и нравственном. Местный руководитель следственного органа или прокурор должен быть в курсе подобных событий в регионе, на который распространяется его юрисдикция, на случай жалоб со стороны граждан.

Ситуация, когда преступление многоэпизодно, совершено многочисленной группой соучастников (организованной группой) и его география охватывает несколько регионов Российской Федерации, причем находящихся на значительном расстоянии друг от друга, подчиняется действию общего правила, согласно которому расследование должно производиться там, где обнаружено преступление, в нашем случае — там, где обнаружен один из этих эпизодов. Таковы дела о крупных экономических преступлениях, когда преступная группа орудует с использованием экономических связей, сложившихся между хозяйствующими субъектами, находящимися в самых различных регионах Российской Федерации, дела о преступлениях, совершенных «гастролером», непрерывно перемещавшимся по стране, и т. п. Такое дело от районного следователя может быть передано в производство более опытному следователю (старшему следователю, следователю по особо важным делам) областного, краевого, республиканского звена следственного аппарата соответствующего ведомства или даже центрального следственного аппарата (например, Следственного департамента МВД России). Подобные вопросы решаются мотивированным постановлением руководителя вышестоящего следственного органа с письменным уведомлением прокурора о принятом решении (ч. 6 ст. 152 УПК РФ).

3.2.3. Соединение и разделение уголовных дел

Соединение уголовных дел

Согласно ч. 1 ст. 153 УПК РФ в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении:

— нескольких лиц, совершивших одно или несколько преступлений в соучастии;

— одного лица, совершившего несколько преступлений;

— лица, обвиняемого в заранее не обещанном укрывательстве преступлений, расследуемых по этим уголовным делам.

Соединение уголовных дел допускается также в случаях, когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, но имеются достаточные основания полагать, что несколько преступлений совершены одним лицом или группой лиц (ч. 2 ст. 153 УПК РФ). В последнем случае соединяются уголовные дела о нераскрытых преступлениях, производство расследования по которым может быть приостановлено или даже уже приостановлено. Такое соединение позволяет сосредоточить в одних руках всю работу по раскрытию преступлений, которые, судя по «почерку», совершены одним неустановленным лицом.

Соединение уголовных дел при наличии указанных законных оснований, перечень которых является исчерпывающим, не является обязательным для всех без исключения случаев. В стадии предварительного расследования вопрос о соединении уголовных дел решается исходя из конкретных обстоятельств, определяющих целесообразность соединенного производства с точки зрения полноты, всесторонности и объективности исследования. Об этом свидетельствуют формулировки, которыми пользуется законодатель: «могут быть» (соединены), «допускается» (соединение). При отсутствии такой целесообразности уголовные дела могут расследоваться и рассматриваться в суде обособленно.

Соединение уголовных дел, находящихся в производстве следователя, производится на основании постановления руководителя следственного органа. Соединение уголовных дел, находящихся в производстве дознавателя, осуществляется на основании постановления прокурора. Решение о соединении уголовных дел о преступлениях, подследственных разным органам предварительного расследования, принимает руководитель следственного органа на основании решения прокурора об определении подследственности. В случае если предварительное расследование осуществляется в форме дознания, указанное решение принимает прокурор (ч. 4 ст. 153 УПК РФ).

При соединении уголовных дел срок производства по ним определяется по уголовному делу, имеющему наиболее длительный срок предварительного расследования. При этом срок производства по остальным уголовным делам поглощается наиболее длительным сроком и дополнительно не учитывается (ч. 4 ст. 153 УПК РФ).

Разделение уголовных дел

Согласно ст. 154 УПК РФ дознаватель, следователь вправе выделить из уголовного дела в отдельное производство другое уголовное дело в отношении:

— отдельных подозреваемых или обвиняемых по уголовным делам о преступлениях, совершенных в соучастии, в случаях когда лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, не установлено, когда обвиняемый скрылся или по другим причинам место его нахождения не установлено, когда место нахождения обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в деле отсутствует, а также когда подозреваемый, обвиняемый тяжело заболел, иначе говоря, когда в отношении отдельного обвиняемого или обвиняемых существуют основания для приостановления следственного производства (пп. 1–4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ), тогда как в отношении других расследование близится к завершению с перспективой направления уголовного дела в суд;

— несовершеннолетнего обвиняемого, привлеченного к уголовной ответственности вместе с совершеннолетними обвиняемыми;

— иных лиц, обвиняемых в совершении преступления, не связанного с деяниями, вменяемыми в вину по расследуемому уголовному делу, когда об этом становится известно в ходе предварительного расследования;

— подозреваемого или обвиняемого, с которым заключено досудебное соглашение о сотрудничестве.

— отдельных подозреваемых, в отношении которых предварительное расследование производится в форме сокращенного дознания, т. е. по правилам главы 323 УПК РФ.

Кроме того, выделение уголовного дела в отдельное производство допускается для завершения предварительного расследования (ч. 2 ст. 154 УПК РФ). Речь идет о таких случаях, когда следственное производство характеризуется большим объемом, а само преступление — множественностью эпизодов, когда материалы дела разбухают до десятков и сотен томов, что крайне затрудняет работу на завершающем этапе расследования, в частности ознакомление с его материалами сторонами. Такое выделение, как подчеркнуто в указанной статье, допускается лишь при условии, что это не отразится на всесторонности и объективного расследования и судебного разрешения уголовного дела.

В уголовном деле, выделенном в отдельное производство, должны содержаться подлинники или заверенные следователем или дознавателем копии процессуальных документов, имеющих значение для данного уголовного дела. Материалы уголовного дела, выделенного в отдельное производство, допускаются в качестве доказательств по данному уголовному делу.

В той же ч. 3 данной статьи закреплено правило, согласно которому в постановлении должно содержаться решение о возбуждении уголовного дела, если оно выделено в отдельное производство для предварительного расследования нового преступления или в отношении нового лица. Между тем выделение уголовного дела по самому смыслу данного действия означает разделение одного уголовного дела на два, и решение о возбуждении второго дела явно излишне, тем более что случаи, когда из уголовного дела выделяется не новое дело, а материал, предусмотрены особо следующей ст. 155 УПК РФ.

Если на стадии предварительного расследования в отношении одного обвиняемого (или нескольких обвиняемых) в преступлении, совершенном по предварительному сговору группой лиц, дело было выделено в отдельное производство в связи с его (их) розыском, а к моменту рассмотрения судом дела в отношении другого соучастника (или других соучастников) скрывающийся (или скрывающиеся) был задержан (были задержаны) и раздельное рассмотрение этих дел могло отразиться на всесторонности, оно подлежит возвращению прокурору для соединения обоих уголовных дел (п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ) и производства всех процессуальных действий, необходимость в которых вытекает из такого соединения вплоть до оставления нового обвинительного заключения.

По уголовному делу по обвинению нескольких лиц, если такое дело подсудно суду субъекта Российской Федерации, в котором функционирует суд присяжных, и один или несколько обвиняемых отказываются от суда с участием этих представителей общества, а другие, наоборот, ходатайствуют об этом, следователь обязан решить вопрос о разделении уголовных дел, с тем чтобы каждое из них было рассмотрено составом суда, соответствующим волеизъявлению каждого из обвиняемых, и оформить свое решение специальным постановлением. Такое решение может быть как положительным (о разделении уголовных дел или о выделении уголовного дела в отдельное производство, что одно и то же), так и отрицательным (о невозможности такого разделения, выделения). Оно принимается после окончания ознакомления всеми обвиняемыми с материалами завершенного следственного производства (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2005 г. № 23 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих судопроизводство с участием присяжных заседателей»¹⁹).

Выделение из уголовного дела следственных материалов

Согласно ст. 155 УПК РФ в случае если в ходе предварительного расследования становится известно о совершении иными лицами преступления, не связанного с расследуемым, дознаватель, следователь выносит постановление о выделении материалов, содержащих сведения о новом преступлении, из уголовного дела и направлении их прокурору для принятия решения о возбуждении уголовного дела, об отказе в возбуждении уголовного дела или же о передаче по подследственности или подсудности: следователь — руководителю следственного органа, а дознаватель — прокурору. Такое выделение — верный признак, что уголовное дело начало «куститься», т. е. обрастать неожиданными «ветвями», которые представляют собой новые версии о новых эпизодах преступной деятельности и новых соучастниках, но ни для возбуждения нового уголовного дела, ни тем более для предъявления обвинения новым лицам оснований пока не имеется, а в уголовном деле, которое уже успешно расследуется, эти материалы — «чужие».

3.2.4. Начало и сроки предварительного расследования

Предварительное расследование начинается с момента возбуждения уголовного дела, о чем следователь, дознаватель выносит соответствующее постановление. В постановлении следователь, дознаватель также указывает о принятии им уголовного дела к своему производству. Если следователю или дознавателю поручается производство по уже возбужденному уголовному делу, он выносит постановление о принятии его к своему производству, копия которого в течение 24 ч с момента его вынесения направляется прокурору (ст. 156 УПК РФ).

Предварительное следствие по уголовному делу должно быть закончено в срок, не превышающий двух месяцев, который исчисляется со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением или постановлением о передаче уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера либо до дня вынесения постановления о прекращении производства по уголовному делу. В него не включается время, в течение которого предварительное следствие было приостановлено (ч. 1–3 ст. 162 УПК РФ).

Двухмесячный срок предварительного следствия может быть продлен до трех месяцев руководителем следственного органа по району, городу или приравненным к нему руководителем специализированного следственного органа, в том числе военного. По уголовному делу, расследование которого представляет особую сложность, срок предварительного следствия может быть продлен руководителем следственного органа по субъекту Федерации и приравненным к нему руководителем иного специализированного следственного органа, в том числе военного, а также их заместителями до 12 месяцев. Дальнейшее продление срока предварительного следствия может быть произведено только в исключительных случаях председателем Следственного комитета при прокуратуре РФ, руководителем следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и их заместителями (ч. 4, 5 ст. 162 УПК РФ). Предельного срока предварительного следствия закон не устанавливает.

При возобновлении производства по приостановленному или прекращенному уголовному делу, а также при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия руководитель следственного органа, в производстве которого находится уголовное дело, вправе устанавливать срок предварительного следствия в пределах одного месяца со дня поступления уголовного дела кследователю вне зависимости от того, сколько раз оно до этого возобновлялось, прекращалось либо возвращалось для производства дополнительного следствия и вне зависимости от общей продолжительности срока предварительного следствия.

В случае возвращения прокурором уголовного дела следователю в связи с выявлением обстоятельств, указанных в ч. 1 и 11 ст. 237 УПК РФ (см. буквальный текст этих объемных частей) срок производства следственных ииных процессуальных действий не может превышать одного месяца со дня поступления уголовного дела к следователю. Дальнейшее продление срока предварительного следствия производится на общих основаниях (ч. 6 ст. 162 УПК РФ) с учетом всего «возраста» следственного производства.

В случае необходимости продления срока предварительного следствия следователь, в производстве которого находится данное уголовное дело, выносит постановление о возбуждении ходатайства по данному вопросу и не позднее пяти суток до истечения срока следствия представляет его соответствующему должностному лицу, заручившись, как того требуют субординация и правила, сложившиеся на практике, согласием и поддержкой руководителя следственного органа, осуществляющего надзор за расследованием данного уголовного дела. О продлении срока следствия письменно уведомляются стороны: обвиняемый и его защитник, а также потерпевший и его представитель (ч. 8 ст. 162 УПК РФ). Такое решение может быть обжаловано вышестоящему прокурору или же в суд в порядке ст. 125 УПК РФ.

Теперь о сроках дознания. Согласно ч. 3 ст. 223 УПК РФ дознание производится в течение 30 суток со дня возбуждения уголовного дела. При необходимости этот срок может быть продлен прокурором до 30 суток. В необходимых случаях, в том числе связанных с производством судебной экспертизы, этот срок дознания может быть продлен прокурорами района, города, приравненным к ним военным прокурором и их заместителем до шести месяцев. В исключительных случаях, связанных с исполнением запроса о правовой помощи, направленного компетентным органом или должностными лицами иностранного государства на основании норм УПК РФ о международном сотрудничестве в сфере уголовного судопроизводства (ст. 453 УПК РФ и др.), срок дознания может быть продлен прокурором субъекта Федерации и приравненным к нему военным прокурором до 12 месяцев.

При соединении уголовных дел срок производства по ним определяется по уголовному делу, имеющему наиболее длительный срок предварительного расследования. При этом срок производства по остальным делам поглощается наиболее длительным сроком и дополнительно не учитывается (ч. 4 ст. 153 УПК РФ).

Срок предварительного следствия по уголовному делу, выделенному в отдельное производство, исчисляется со дня вынесения соответствующего постановления, когда выделяется уголовное дело по новому преступлению или в отношении нового лица. В остальных случаях (например, при разделении уголовных дел ввиду особо большого объема производства, затрудняющего его завершение) срок исчисляется с момента возбуждения того уголовного дела, из которого оно выделено в отдельное производство (ч. 6 ст. 54 УПК РФ).

3.2.5. Производство неотложных следственных действий

Согласно ч. 1 ст. 157 УПК РФ при наличии признаков преступления, по которому производство предварительного следствия обязательно, орган дознания, действуя по общим правилам, установленным для уголовных дел публичного обвинения, возбуждает уголовное дело и производит неотложные следственные действия, точный перечень которых в законе не приводится, а в практике, сложившейся на основании применения УПК РСФСР 1960 г., выглядит следующим образом: осмотр, обыск, выемка, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей²⁰.

Компетенция различных органов дознания в данной сфере определяется следующим образом:

— органы федеральной службы безопасности в лице своих оперативных подразделений, выполняющих функцию дознания, возбуждают уголовные дела и производят неотложные следственные действия при обнаружении признаков тех преступлений, предварительное следствие о которых будет производиться следователями того же самого ведомства государственной безопасности, компетенция (подследственность) которых определяется п. 2 ч. 2 ст. 151 УПК РФ;

— начальники органов военной полици, командиры воинских частей и соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов возбуждают уголовные дела и в качестве органов дознания производят неотложные действия по делам о преступлениях, совершенных военнослужащими, гражданами, проходящими военные сборы, а также лицами гражданского персонала Вооруженных Сил РФ других воинских формирований и органов в связи с исполнением ими своих служебных обязанностей или в расположении части, соединения, учреждения, гарнизона, словом, по делам о преступлениях, подследственных военным следователям СК РФ, которым такие дела направляются после производства по ним дознания военачальниками и военной полицией;

— начальники учреждений и органов уголовно-исполнительной системы Минюста России, в том числе исправительных колоний и следственных изоляторов, имеют право возбуждать уголовные дела и производить неотложные следственные действия по поводу преступлений против установленного порядка несения службы, совершенных сотрудниками данных учреждений, а равно преступлений, совершенных в расположении указанных учреждений;

— капитаны морских речных судов, находящиеся в дальнем плавании, руководители геолого-разведывательных партий и зимовок, а также дипломатических представительств и консульских учреждений Российской Федерации возбуждают уголовные дела о преступлениях, непосредственно связанных с деятельностью подчиненных, и в связи с удаленностью от традиционных органов расследования производят следственные действия по ним.

По делам о всех других преступлениях, требующих производства предварительного следствия, уголовное дело вправе и обязаны возбудить дознаватели органов внутренних дел (п. 1 ч. 3 ст. 151 УПК РФ). Данное обстоятельство еще раз свидетельствует о том, что органы внутренних дел несут на своих плечах основную тяжесть не только следственной работы, но и работы по дознанию, причем как по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, так и по делам, по которым производство предварительного следствия не обязательно, о чем уже шла речь выше.

После производства неотложных следственных действий, но не позднее десяти суток со дня возбуждения уголовного дела орган дознания обязан предоставить уголовное дело по подследственности руководителю соответствующего следственного органа (ч. 3 ст. 157 УПК РФ), который должен решить вопрос о его дальнейшем движении, т. е. поручить производство предварительного следствия следователю, принять к своему производству или прекратить уголовное дело. Однако возвращение его органу дознания для производства дополнительных следственных действий за рамки десятидневного срока законом не предусмотрено.

Основной смысл дознания как первоначального этапа расследования по уголовным делам, по которым обязательно производство предварительного следствия, заключается в том, что уголовное дело на относительно короткий срок (не свыше упомянутых десяти суток) оказывается в руках органа, располагающего не только уголовно-процессуальными, но и оперативно-розыскными, а также (применительно, например, к органам федеральной службы безопасности и полиции) мощными административно-правовыми возможностями, техникой, вооруженными и специально обученными людьми, способными выполнять сложнейшие задачи по розыску и задержанию подозреваемых. Если в результате дознания лицо, совершившее преступление, установлено и задержано, орган дознания взаимодействует со следователем, которому поручено дальнейшее производство по делу, только по его поручению выполняются конкретные следственные оперативно-розыскные мероприятия. Если же лицо, совершившее преступление, осталось неизвестным, иначе говоря, преступление раскрыть не удалось, орган дознания вправе самостоятельно применять для решения этой задачи весь арсенал находящихся в его распоряжении законных и оперативно-розыскных мер, периодически уведомляя следователя о результатах.

3.2.6. Восстановление уголовных дел

Эта проблема решается на основании ст. 1581 УПК РФ, которая дополнительно включена в названный Кодекс в 2003 г. Согласно ч. 1 этой статьи восстановление утраченного уголовного дела либо его материалов (при частичной утрате процессуальной документации) производится по постановлению руководителя следственного органа, начальника органа дознания, а в случае утраты уголовного дела или материалов в ходе судебного производства — по решению суда, направляемому для исполнения начальнику следственного органа или начальнику органа дознания.

Восстановление уголовного дела производится по сохранившимся копиям материалов уголовного дела, которые могут быть признаны доказательствами в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, и путем производства процессуальных действий (ч. 2 ст. 1581 УПК РФ). Специалист, первым исследовавший данную проблему на диссертационном уровне, выдвинул тезис о том, что восстановление уголовных дел представляет собой не просто техническую деятельность, а особую форму предварительного расследования, состоящую в повторном собирании доказательств об обстоятельствах, подлежащих установлению по делу, путем производства следственных действий, истребования и приобщения представленных материалов (включая и подлинные материалы первоначального расследования), оценки их в совокупности и принятия новых решений либо подтверждения решений, принятых ранее²¹.

Этот тезис представляется правильным и ведущим к другому важному заключению: если в результате восстановления следственного производства будут получены доказательства, дающие основания для иного решения основных вопросов по уголовному делу — о виновности обвиняемого и об объеме обвинения, о наличии оснований для применения соответствующей меры пресечения, квалификации преступления и т. д., — они должны быть решены по-новому; предыдущие выводы и процессуальные решения, принятые при первоначальном расследовании, преюдициального значения иметь не могут, и истина в жертву им принесена быть не должна.

Вместе с тем восстановление утраченного следственного производства не образует основания для исчисления новых процессуальных сроков; эта утрата не прерывает их течения, хотя, конечно же, может служить основанием для продления сроков как расследования, так и содержания под стражей. Если же по утраченному уголовному делу предельный срок содержания обвиняемого под стражей истек, обвиняемый подлежит немедленному освобождению (ч. 3 ст. 1581 УПК РФ).

3.2.7. Недопустимость разглашения данных предварительного следствия

Предварительное расследование уголовных дел и тем более судебное рассмотрение не является секретной деятельностью, если, конечно, само содержание уголовного дела не связано со сведениями, составляющими государственную тайну. Тем не менее расследование уголовного дела производится в закрытом режиме; разглашение данных, сосредоточенных в уголовном деле, по общему правилу недопустимо, потому что их распространение способно причинить непоправимый ущерб делу, создать условия для воспрепятствования установлению истины, фальсификации доказательств, угроз свидетелям обвинения, сокрытия имущества и документов и, наконец, для уклонения виновных от следствия и суда.

В целях охраны «следственной тайны» в стадии предварительного расследования действует ограничительное правило, согласно которому данные предварительного расследования не подлежат разглашению. Следователь предупреждает участников уголовного судопроизводства о недопустимости разглашения без соответствующего разрешения ставших им известными данных предварительного расследования, о чем у них берется подписка с предупреждением об ответственности в соответствии со ст. 310 УК РФ. Данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения прокурора, следователя, дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. Разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их согласия не допускается (ст. 161 УПК РФ). Все эти правила действуют и при производстве дознания.

3.2.8. Производство предварительного следствия следственной группой

По общему правилу предварительное следствие по уголовному делу производится следователем единолично. Однако в случае его сложности или большого объема следственной работы производство предварительного следствия может быть поручено следственной группе, которую иногда именуют следственной бригадой. Решение о производстве предварительного следствия следственной группой, об изменении ее состава принимает руководитель следственного органа. В постановлении о создании следственной группы должны быть перечислены все следователи, которым поручено производство предварительного следствия, в том числе указывается, какой следователь назначается руководителем следственной группы. Состав следственной группы объявляется подозреваемому, обвиняемому (ч. 1 и 2 ст. 163 УПК РФ).

Руководитель следственной группы принимает уголовное дело к своему производству, организует работу, руководит действиями других следователей, составляет итоговый процессуальный документ — обвинительное заключение — либо выносит постановление о направлении уголовного дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера к лицу, совершившему преступление, и направляет уголовное дело прокурору. Он принимает также «судьбоносные» процессуальные решения:

— о выделении уголовных дел в отдельное производство;

— о прекращении уголовного дела полностью или частично;

— о приостановлении или возобновлении производства по уголовному делу;

— о привлечении лица в качестве обвиняемого и об объеме предъявляемого ему обвинения;

— о направлении обвиняемого в медицинский или психиатрический стационар для производства судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы;

— о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения, а также о производстве следственных и иных процессуальных действий, для производства которых требуется предварительное судебное решение.

Руководитель и члены следственной группы вправе участвовать в следственных действиях, производимых другими следователями, лично производить следственные действия и принимать решения по уголовному делу в общем порядке, установленном УПК РФ. Изменить состав следственной группы, т. е. исключить из ее числа одного или сразу нескольких следователей, приумножить состав группы либо заменить одного или нескольких следователей другим или другими, а равно назначить другого руководителя следственной группы вправе только то должностное лицо, чьим решением данная группа создана. Любое произвольное, т. е. произведенное с нарушением вышеизложенных правил, изменение состава следственной группы влечет признание недопустимыми доказательств, полученных в результате следственных действий, произведенных следователем, включившимся в работу следственной группы без законных оснований. Такие же последствия влечет и присвоение без законных оснований кем-либо из следователей полномочий руководителя следственной группы²².

Согласно ч. 2 ст. 163 УПК РФ к работе следственной группы могут быть привлечены должностные лица органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Группы в таком составе принято называть следственно-оперативными. Их деятельность основывается на богатом опыте прошлого. Основная задача оперативных работников, входящих в такие группы, — добывание оперативно-розыскной разведывательной информации, поддающейся проверке следственным путем. Такая форма взаимодействия следователя с оперативными работниками проста, удобна и в условиях, когда предварительное следствие вмонтировано в структуру органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, кажется естественной. И все же необходимо знать, что с теоретической точки зрения такая форма взаимодействия небезупречна. В ст. 37 УПК РФ, определяющей процессуальное положение следователя, непосредственных правоотношений между ним и оперативными работниками не предусмотрено. Согласно этой статье давать письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий следователь вправе не оперативному работнику, а органу дознания и адресуется начальнику органа дознания, который обязан организовать и проконтролировать его исполнение и сообщить следователю о результатах. Назначенные руководителем органа дознания конкретные исполнители следственного поручения исполняют распоряжение, по сути дела, не его, а своего непосредственного начальника, которому они подчинены по службе. О результатах и происшествиях они обязаны доложить своему начальнику, а не следователю. Согласно этой схеме каждый делает свое дело строго в пределах своих функций и своей компетенции, и соответственно каждый отвечает за то, за что ему положено отвечать по службе. Поэтому в сложной, экстремальной следственной ситуации, разрешение которой требует усилий различных служб правоохранительного органа, а развитие событий не вполне предсказуемо и сопряжено с угрозой личной безопасности людей или наступлением иных тяжких последствий, единственно правильным планом действий следователя является тот, что основан на законе. При всей полноте процессуальных полномочий управленческими, командирскими функциями он не наделен и, если увлекается этим, явно превышает свои должностные полномочия.

До последнего времени в законе не содержалось упоминания о групповом методе производства дознания. Однако такая возможность существовала всегда. Она основывается на принципиальной схеме правоотношений между начальником органа дознания и дознавателями, которая уже описывалась при характеристике процессуального положения органа дознания. Начальник этого органа полновластен в организации дознания, а дознаватели — это офицеры, подчиненные ему, порученцы для деятельности в определенной сфере государственного военизированного учреждения. Это значит, что своим постановлением начальник органа дознания может поручить производство дознания нескольким дознавателям, возложив руководство группой на одного из них, приняв все зависящие от него меры организационного и оперативно-розыскного обеспечения уголовно-процессуальной деятельности. Законодатель закрепил данную схему правоотношений, дополнив УПК ст. 2232 «Производство дознания группой дознавателей», содержание которой во многом перекликается с уже упоминавшейся ст. 163 УПК. В этой связи ст. 401 УПК, посвященная начальнику подразделения дознания, дополнена специальным указанием, согласно которому в случаях, если для расследования уголовного дела была создана группа дознавателей, начальник, о котором идет речь, наделяется полномочиями руководителя этой группы. О таком приспособлении традиционных уголовно-процессуальных отношений к сугубо полицейской деятельности можно сказать, что оно безвредно, но и только.

Глава 4.
Доказывание в стадии предварительного расследования

Доказыванием в досудебном производстве по уголовному делу называется регламентированная законом деятельность органов дознания и предварительного следствия при участии других участников уголовного судопроизводства по собиранию, проверке и оценке сведений (фактических данных) об обстоятельствах, установление которых необходимо для правильного разрешения дела. Оно существенно отличается от доказывания в общеупотребительном значении этого слова (логическое доказывание), где доказать — значит, по правилам логики, подтвердить выдвинутое положение фактами или доводами, вывести это положение на основании системы умозаключений. Уголовно-процессуальное доказывание не сводится к чисто мыслительной деятельности, к логическим операциям с «готовыми» знаниями, понятиями, фактами; в основной своей части оно состоит из практических действий по установлению этих фактов. Лишь на заключительном этапе, когда все необходимые факты установлены, процесс уголовно-процессуального доказывания переходит в фазу чисто мыслительной деятельности, подчиненной задаче логического обоснования итогового решения по уголовному делу.

4.1. Предмет и пределы уголовно-процессуального доказывания

Предметом доказывания в уголовном судопроизводстве называется совокупность обстоятельств, подлежащих установлению по каждому уголовному делу для правильного его разрешения. Он определен законом (ст. 73 УПК РФ) и включает в себя следующие элементы:

— событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);

— виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;

— обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

— характер и размер вреда, причиненного преступлением;

— обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния;

— обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;

— обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания;

— обстоятельства, подтверждающие, что имущество, подлежащее конфискации в соответствии со ст. 1041 УК РФ, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества, либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации).

Подлежат выявлению также обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.

Доказывание события преступления предполагает всестороннее выяснение всех объективных обстоятельств дела, необходимых для справедливого разрешения уголовного дела (объект и объективная сторона состава преступления). Место и время как элементы события преступления подлежат установлению по каждому уголовному делу независимо от того, имеют ли они значение для квалификации деяния. Судебный приговор в принципе не может содержать формулировок типа «неизвестно где и когда». Но необходимая степень точности места и времени преступления зависит от характера дела; в уголовно-процессуальном законе по этому поводу универсальных предписаний не содержится.

Под другими обстоятельствами, составляющими понятие события преступления, имеются в виду: последствия преступления, которые не охватываются понятием ущерба (доказывание ущерба предусмотрено особо), данные о потерпевшем от преступления, а иногда и характере его действий, предпринятые обвиняемыми меры сокрытия преступления и тому подобные обстоятельства, необходимость установления которых проистекает не только из конструкции объективной стороны состава данного преступления, но и из необходимости всестороннего исследования всех фактических обстоятельств дела, обеспечив назначение справедливого наказания судом.

Доказать виновность обвиняемого — значит установить, что, во-первых, данное преступление совершено данным лицом, привлекаемым к уголовной ответственности, и во-вторых, что обвиняемый действовал виновно, т. е. при наличии умысла или неосторожности (субъект и субъективная сторона состава преступления). По некоторым уголовным делам необходимо доказать, что данное лицо обладает признаками так называемого специального субъекта преступления (должностное лицо, материально ответственное лицо, военнослужащий и т. д.), что оно действовало в специфических условиях, например превышения пределов необходимой обороны, сильного душевного волнения и т. п. Для правильного разрешения дела необходимо установить также цель и мотив преступления независимо от того, имеют ли эти субъективные факторы уголовно-правовое значение квалифицирующих обстоятельств.

Доказывание обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, предполагает выяснение его анкетных (установочных) данных, а также таких фактов биографии, его склонностей, привычек и поведенческих признаков, которые прямо или косвенно свидетельствуют о степени общественной опасности данного лица в контексте им содеянного, отчего опять-таки зависит достижение главной цели — назначение справедливого наказания.

К подлежащим доказыванию обстоятельствам, влияющим на степень и характер ответственности обвиняемого, относятся перечисленные в ст. 61 и 63 УК РФ обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого. Они играют важную роль при разрешении судом вопросов: подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное преступление; какое именно наказание должно быть назначено подсудимому и подлежит ли оно отбыванию; может ли быть применена санкция ниже низшего предела, условное осуждение или замена уголовного наказания соответствующими законными мерами.

Доказывание характера и размера ущерба, причиненного преступлением, обусловлено, во-первых, тем, что от этого в ряде случаев зависит решение уголовно-правовых вопросов (о квалификации преступления, о мере наказания), а во-вторых, существованием институтов потерпевшего и гражданского иска в уголовном процессе, на основании которых реализуются восстановительные и компенсационные правоотношения, возникающие из факта совершения преступления. Доказыванию подлежит факт причинения преступления трех видов ущерба: морального (бесчестье, душевные переживания), физического (повреждение здоровья) и имущественного (убытки). Точная сумма причиненных преступлением убытков является наиболее важным элементом обвинения по делам об имущественных преступлениях, когда от такого размера в прямой зависимости находится квалификация инкриминируемого.

Обстоятельства, подтверждающие, что определенное имущество обладает признаками, указанными в ст. 1041 УК РФ, либо другими признаками криминального свойства, перечисленными в п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, подлежат установлению в целях обеспечения конфискации имущества, применяемой в виде дополнительного уголовного наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления, исчерпывающий перечень которых приводится в ч. 1 упомянутой ст. 1041 УК РФ: убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105), умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 111), похищение человека, совершенное при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 126), и ряд других. Это имущество или преступного происхождения, или же используемое в преступных целях, а именно:

а) добытое непосредственно в результате совершения преступления (индивидуально определенные деньги, которыми обвиняемый завладел в результате бандитского нападения на инкассаторов или на хранилище валюты, а также в результате кражи, грабежа, разбоя или мошенничества либо получил в виде взятки; угнанная и присвоенная автомашина и т. д.);

б) имущество, состоящее с фактом преступления в опосредованной причинно-следственной связи, т. е. приобретенное на средства, добытые в результате совершения преступления (дом, дача, катер, яхта, автомашина, купленные на деньги, полученные в результате незаконного предпринимательства, наркобизнеса, взяточничества, вымогательства и т. п.); его сущность производна — это легализованная преступная нажива, «отмытое» преступное обогащение;

в) деньги, ценности и иное имущество, используемое или предназначенное для финансирования терроризма, организованной преступной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества, иначе говоря, имеющее специальное целевое назначение.

Согласно требованию ст. 73 УПК РФ такое происхождение и (или) такое целевое назначение необходимо установить, т. е. доказать уголовно-процессуальными средствами.

Предмет доказывания един на всех стадиях уголовного процесса. Это значит, в частности, что в ходе доказывания на стадии предварительного расследования ни одно из указанных в ст. 73 УПК РФ обстоятельств не может быть отложено до судебного разбирательства. Совокупность обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, едина для всех уголовных дел и не зависит от квалификации преступления. Некоторой спецификой в этом отношении обладают лишь уголовные дела о преступлениях несовершеннолетних и об общественно опасных деяниях, совершенных невменяемыми. С учетом особенностей названных субъектов предмет доказывания по этой категории дел несколько варьируется по сравнению со ст. 73 УПК РФ и определен специальными ст. 421 и 434 УПК РФ, включенными в разделы об особых производствах.

Если предмет доказывания — совокупность устанавливаемых фактов, то под пределами доказывания понимается необходимая и достаточная совокупность доказательств, позволяющая считать установленными как отдельные обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ, так и установленный этой статьей предмет доказывания в целом. Так, если преступление, например хулиганство, массовый захват заложников или террористический акт, совершено на глазах десятков, а то и сотен очевидцев, то при расследовании и судебном разбирательстве уголовного дела возникает вопрос, какое число свидетелей необходимо допросить, какие доказательства и из каких источников нужно добыть, кроме показаний, чтобы полученные сведения (фактические данные) считать достаточными для справедливого разрешения уголовного дела. Это вопрос о пределах доказывания.

4.2. Доказательства по уголовному делу: общая характеристика

Уголовно-процессуальное доказывание представляет собой познание события прошлого. Это познание осуществляется не непосредственно, потому что познаваемая реальность (событие преступления) к данному моменту уже не существует, а опосредованно, т. е. по отображениям, которое оно оставило на материальных объектах, в явлениях, процессах и в сознании людей. Такие отображения составляют суть доказательств в уголовном процессе. Философской основой их происхождения является материалистическая теория отражения.

Согласно ст. 74 УПК РФ доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

В качестве доказательств допускаются:

— показания подозреваемого, обвиняемого;

— показания потерпевшего, свидетеля;

— заключение и показания эксперта;

— заключение и показания специалиста;

— вещественные доказательства;

— протоколы следственных и судебных действий;

— иные документы.

В теории доказательств принято выделять следующие признаки анализируемого понятия:

— сведения (фактические данные);

— полученные из законного источника;

— полученные в законном порядке;

— имеющие значение для уголовного дела.

Под сведениями (первый признак понятия) в данном случае понимается конкретная информация о конкретных обстоятельствах, иначе говоря, фактические данные. Не являются сведениями в нашем смысле и поэтому не могут выступать в качестве доказательств по уголовному делу мнения, догадки, предположения, умозрения, озарения, «вычисления», словом, «соображения ума». Они не сбрасываются со счетов, однако служат всего лишь «информацией к размышлению» о том, где искать и как получить судебные доказательства.

Сведения о фактах порождают доказательственный факт, который тоже является доказательством по уголовному делу. Словом, доказательственный факт — это уже проверенные сведения, достоверность которых сомнения не вызывает, и поэтому его можно использовать как готовый элемент в логических конструкциях для получения итоговых знаний об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания.

Сведения являются доказательствами по уголовному делу, если они получены из источников, перечисленных в ч. 2 ст. 74 УПК РФ: показания подозреваемого, показания обвиняемого, показания потерпевшего, показания свидетеля, заключения и показания эксперта и специалиста, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы (второй признак понятия). Если сведения получены из других, не предусмотренных законом источников, они не могут применяться в обоснование выводов и решений по уголовному делу. Этого признака лишены и поэтому доказательствами по уголовному делу не могут быть признаны сведения, содержащиеся в газетных и книжных публикациях, теле- и радиопередачах, а также информация, полученная в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий негласного характера, без проверки их следственным путем.

Третий признак понятия доказательства означает, что фактические данные по уголовному делу должны добываться в определенном законом порядке, т. е. путем производства предусмотренных УПК РФ процессуальных действий, процедура которых также детально регламентирована уголовно-процессуальными нормами. Эта регламентация призвана обеспечить достоверность фактических данных, на основании которых разрешается уголовное дело. Если фактические данные добываются хотя и из законного источника, но с отступлением от установленной законом процедуры, достоверность доказательственного материала оказывается под сомнением. В силу этих соображений доказательства, полученные с нарушением требований УПК РФ, являются недопустимыми²³; они не имеют юридического значения и не могут быть положены в основу обвинения, а также использованы для доказывания любого из обстоятельств дела (ч. 1 ст. 75 УПК РФ). Данная норма опирается на содержание ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, согласно которой «при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона».

Согласно прямому указанию закона (ч. 2 ст. 75 УПК РФ) к недопустимым доказательствам относятся:

— показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде;

— показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

В практике недопустимыми признаются и в качестве доказательств по уголовному делу не допускаются сведения, полученные в следующих ситуациях:

— когда следственное действие по собиранию доказательств произведено лицом, не управомоченным на это. Так, если сотрудник полиции допросил свидетеля, не имея на то поручения следователя, в производстве которого находится уголовное дело, полученные показания не могут быть признаны доказательствами;

— когда следственное действие, в производстве которого согласно закону обязательно участие понятых, например обыск, произведено без их участия;

— когда показания получены с применением обмана, угроз и иных незаконных мер;

— когда предмет или документ имеет неизвестное происхождение и данное обстоятельство порождает неразрешимые сомнения при оценке его достоверности;

— когда доказательство получено в результате следственного действия, участникам которого не были разъяснены их права, обязанность и ответственность;

— когда нарушена процедура следственного действия и это нарушение ставит под сомнение достоверность полученных результатов (например, лицо предъявлено для опознания в группе внешне резко отличающихся лиц).

Согласно ч. 1 ст. 1 УПК «порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации». В этой формулировке заложен глубочайшей политико-юридический смысл: на любой стадии производства по поводу преступления официально можно и должно совершать только такие действия и принимать только такие решения, и только в таких процедурах, которые прямо предусмотренны единственным кодифицированным федеральным законом — УПК, «разбавлять» который другими нормативными актами — недопустимо. Ведомственные нормативные акты, которыми под видом регламентации гласной оперативно-розыскной деятельности допускается проведение мероприятий, подменяющих следственные действия, да еще связанные с применением принуждения (и изъятием предметов, вещей, документов и электронных носителей информации) без уголовного дела, по одному лищь сыскному усмотрению, юридически ничтожны, потому что они противоречат федеральному закону.

Суть четвертого признака доказательства в уголовном процессе заключается в требовании, чтобы между содержанием фактических данных и обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, существовала определенная связь. Иначе говоря, эти фактические данные должны относиться к предмету доказывания. Поэтому этот признак получил наименование относимости доказательства. Относимость доказательства также имеет важное практическое значение. Если следователь, дознаватель или суд ошиблись, признав фактические данные неотносимыми, и поэтому не приобщили доказательства к уголовному делу, не исследовали и не проверили, это отрицательно повлияет на всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств дела. Если же, наоборот, в деле фигурируют фактические данные, не имеющие отношения к предмету доказывания, значит, усилия и время на это затрачены напрасно, а уголовное дело оказывается перегруженным посторонними материалами, затрудняющими его изучение и принятие решений («информационный шум»).

Уголовно-процессуальные доказательства поддаются классификации, в основе которой лежат их объективные различия: происхождение, структура и функции полученных сведений о фактах (фактических данных). Классификация имеет важное теоретическое и практическое значение: она помогает глубже понять сущность классифицируемых явлений (в данном случае — соответствующих доказательств), систематизировать их и тем самым более грамотно оперировать ими в процессе доказывания по уголовному делу. Сказанное в первую очередь относится к прямым и косвенным доказательствам.

На прямые и косвенные доказательства делятся в зависимости от того, устанавливает доказательство одно из обстоятельств, входящих в предмет доказывания непосредственно или через промежуточный факт. Прямым доказательством, в частности, является показание свидетеля-очевидца, подозреваемого, обвиняемого, сообщающее фактические данные об обстоятельствах события преступления. По уголовному делу о должностном подлоге прямым доказательством будет заключение эксперта о поддельности подписи на исследуемом документе. Прямым доказательством виновности по делу о дорожно-транспортном происшествии будет экспертное заключение о том, что обвиняемый в уголовно наказуемом нарушении правил безопасности дорожного движения в момент наезда находился в нетрезвом состоянии. Прямым доказательством наличия обстоятельств, способствовавших хищению, является вывод бухгалтерской ревизии о запущенности учета и отчетности в данной организации и о причинной связи этой запущенности с фактами причинения материального ущерба.

В отличие от прямого косвенное доказательство не указывает прямо на существование обстоятельств, входящих в предмет доказывания, а устанавливает другой факт, который, в свою очередь, служит доказательством обстоятельств, перечисленных в ст. 73 УПК РФ. Например, по делу об убийстве косвенными доказательствами будут установленные расследованием сведения о факте или факт угрозы убийством со стороны обвиняемого по адресу потерпевшего; по делу о хищении чужого имущества — сведения о факте или факт недостачи товарно-материальных ценностей и факт жизни обвиняемого не по средствам; по делу о краже — сведения о факте или факт нахождения обвиняемого на месте преступления в тот момент, когда оно было совершено, а также сведения о том, что обвиняемый интересовался расположением помещений, где была совершена кража.

Прямое доказательство непосредственно связывает обвиняемого с событием преступления. Косвенное же связывает обвиняемого не с самим фактом преступления, а с другим фактом, из которого можно сделать вывод о совершении данного преступления обвиняемым. В силу этого различия прямые доказательства иначе называют одноступенчатыми, а косвенные — многоступенчатыми. Однако это отнюдь не означает, что прямые доказательства лучше, надежнее косвенных. Деление доказательств на лучшие и худшие вообще неприемлемо. Достоверность, надежность доказательства зависит не от того, одноступенчатое оно или многоступенчатое, а от того, насколько тщательно соблюдены законные условия его получения, закрепления, исследования и проверки. Методы пользования прямыми и косвенными доказательствами различны. При использовании прямых доказательств основная проблема заключается в оценке достоверности их источников и сведений, содержащихся в этих источниках. Если прямое доказательство само по себе оценено правильно, то правильно, достоверно и устанавливаемое им обстоятельство. При использовании косвенного доказательства одной лишь оценки его достоверности еще недостаточно; не менее важно установить, имеет ли оно связь с доказываемым обстоятельством, т. е. обладает ли признаком относимости. Так, мало убедиться в том, что сами по себе сведения о крупной недостаче достоверны и что обвиняемый в хищении государственного имущества или во взяточничестве живет не по средствам, необходимо установить причинно-следственную связь этого факта с уголовно наказуемым деянием. Словом, оценка косвенных доказательств осуществляется в два этапа, и поэтому логические операции с ними отличаются повышенной сложностью.

4.3. Показания обвиняемого и показания подозреваемого в стадии предварительного расследования

Показания обвиняемого в стадии предварительного расследования — это устное сообщение лица, которому предъявлено обвинение в совершении преступления об обстоятельствах, относящихся к делу, а также по поводу имеющихся в деле доказательств, сделанное дознавателю, следователю в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, т. е. на допросе. Показания обвиняемого — не только источник доказательств, но и один из способов осуществления его права на защиту от предъявленного обвинения. Их значение в уголовном деле трудно переоценить. Если обвиняемый виновен в совершении преступления и признает свою виновность, то никто не сможет показать об обстоятельствах дела, порой крайне запутанных, точнее и подробнее, чем он сам. Если обвиняемый невиновен, то прежде всего именно он может указать на те обстоятельства, которые его оправдывают, и те пути, которыми могут быть проверены доводы, приведенные им в свою защиту. Существенное значение имеет проверка доводов, которые выдвигает в свою защиту обвиняемый, совершивший преступление, но отрицающий свою виновность. В ходе проверки эти доводы должны быть опровергнуты. Вместе с тем должны быть добыты дополнительные изобличающие доказательства, устраняющие сомнения в виновности и цементирующие здание обвинения.

Показания обвиняемого имеют своим предметом: а) предъявленное ему обвинение; б) иные известные ему обстоятельства по делу; в) имеющиеся в деле доказательства. Центральное место здесь занимает, конечно же, предъявленное обвинение. С ним и только с ним связано все, по поводу чего обвиняемый может и должен быть допрошен. Если же показания данного участника процесса вообще никоим образом не связаны с предъявленным обвинением, значит, они не обладают необходимым признаком доказательства — относимостью. Поэтому «разведывательные» допросы обвиняемого по поводу тех или иных эпизодов преступной деятельности, которые ему в вину еще не вменяются, а лишь «примеряются» следственным и оперативно-розыскным путем, — занятие незаконное и в профессиональном отношении неграмотное. Опытный защитник постарается допросов такого рода не допустить. Закон не обязывает следователя незамедлительно предъявлять добытые доказательства обвиняемому и его защитнику, потому что это способно разоружить следствие. Если же какое-то доказательство решено предъявить, значит, оно в каком-то отношении сомнительно и нуждается в объяснениях, в том числе со стороны обвиняемого. Подобная необходимость возникает, в частности, в отношении финансовых и бухгалтерских документов, с помощью которых совершены изощренные экономические махинации, ибо уяснение их (документов) подлинного смысла порой не под силу даже эксперту, и тот сам ходатайствует о допросе обвиняемого по определенным вопросам. Настоятельная необходимость возникает и в предъявлении некоторых вещественных доказательств, например обнаруженных при обыске орудий преступления или обнаруженных при осмотре следов преступной деятельности. Не выяснить немедленно отношение обвиняемого к доказательствам, оставить это «на потом», т. е. вплоть до окончания расследования, когда закон обязывает все материалы дела представить обвиняемому и его защитнику, значит неоправданно рискнуть результатами всего следствия — собранные доказательства окажутся опороченными непосредственно перед судом, а то и в суде со всеми вытекающими отсюда сокрушительными для дела последствиями.

С показаниями обвиняемого по своей доказательственной сущности близки показания подозреваемого — устное сообщение лица, в отношении которого возбуждено уголовное дело, задержанного, а также лица, в отно-шении которого применена мера пресечения до предъявления обвинения, по поводу официально объявленного ему подозрения в совершении преступления («Вы подозреваетесь…») и обстоятельств, послуживших основанием для применения вышеперечисленных мер процессуального принуждения, сделанное на допросе дознавателю или следователю.

Все сказанное выше по поводу показаний обвиняемого относится и к показаниям подозреваемого, которые по закону (ст. 76 УПК РФ) являются самостоятельным доказательством, с той лишь разницей, что эти показания даются участником процесса, в отношении которого уголовное преследование уже начато, но развернутой формулировки инкриминируемого он еще не знает. Подозреваемый вправе дать показания по поводу обстоятельств, послуживших основанием для возбуждения против него уголовного дела, задержания, заключения под стражу либо избрания любой другой меры пресечения до предъявления обвинения, а также по поводу формулировки официально объявленного ему подозрения в совершении преступления, а равно доказательств, предъявленных ему на допросе (если таковое имело место), и других обстоятельств, имеющих отношение к делу, по поводу которых он и его защитник считают целесообразным высказаться.

Из содержания п. 3 ч. 4 ст. 46, п. 3 ч. 4 ст. 47 и ч. 2 ст. 75 УПК РФ вытекает, что показания подозреваемого и показания обвиняемого при всех прочих условиях и обстоятельствах могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, если они получены:

— при согласии указанных участников уголовного судопроизводства дать показания;

— после предупреждения о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе при его последующем отказе от этих показаний;

— в присутствии защитника на допросе в стадии предварительного расследования. Это условие имеет силу даже в тех случаях, когда подозреваемый или обвиняемый добровольно отказался от защитника, но свои прежние показания у следователя не подтвердил в суде.

Смысл и назначение