Российское уголовное право

Особенная часть

Учебник

Под редакцией
доктора юридических наук,
профессора Г. А. Есакова

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 343.3/.7(470+571)(075.8)

ББК 67.408(2Рос)я73

Р76

Авторы:

Барышева К. А., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — главы 11, 14;

Грачева Ю. В., доктор юридических наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — главы 1, 3, 10;

Долотов Р. О., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — § 2 главы 8 (статьи 171, 171¹, 172, 172¹, 180 УК РФ); Дубовик О. Л., доктор юридических наук, профессор — глава 12;

Есаков Г. А., доктор юридических наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — главы 4, 7, § 1, 2 (кроме статей 171, 171¹, 172, 172¹, 180 УК РФ), § 4 главы 8, главы 9, 16, 20;

Ляскало А. Н., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — § 3 главы 8, глава 19;

Мамедова Ф. Ф., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — глава 6;

Маркунцов С. А., доктор юридических наук, профессор Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — главы 13, 15, 17;

Нагорная И. И., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — глава 2;

Энгельгардт А. А., кандидат юридических наук, доцент Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» — главы 5, 18.

Под редакцией доктора юридических наук, профессора, заведующего кафедрой уголовного права факультета права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» Г. А. Есакова.

Предлагаемый учебник подготовлен преподавателями кафедры уголовного права факультета права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики». Книга предназначена для изучения студентами высших учебных заведений дисциплины «Уголовное право. Особенная часть».

В издании представлен опирающийся на теоретические положения и судебную практику анализ основных вопросов соответствующего учебного курса.

Учебник отражает состояние уголовного законодательства и смежных отраслей права по состоянию на 1 декабря 2020 г.

Для студентов юридических вузов и факультетов.

УДК 343.3/.7(470+571)(075.8)

ББК 67.408(2Рос)я73

© Коллектив авторов, 2021

© ООО «Проспект», 2021

Используемые сокращения нормативных правовых актов

Конституция РФ — Конституция Российской Федерации.

УК РФ — Уголовный кодекс Российской Федерации.

АПК РФ — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации.

БюджК РФ — Бюджетный кодекс Российской Федерации.

ВоднК РФ — Водный кодекс Российской Федерации.

ВоздК РФ — Воздушный кодекс Российской Федерации.

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации (в четырех частях).

ГПК РФ — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации.

ГрК РФ — Градостроительный кодекс Российской Федерации.

ЖилК РФ — Жилищный кодекс Российской Федерации.

КАС РФ — Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации.

КоАП РФ — Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях.

КодВВТ РФ — Кодекс внутреннего водного транспорта Российской Федерации.

ЛеснК РФ — Лесной кодекс Российской Федерации.

НК РФ — Налоговый кодекс Российской Федерации (в двух частях).

СК РФ — Семейный кодекс Российской Федерации.

ТамК — Таможенный кодекс Евразийского экономического союза.

ТрК РФ — Трудовой кодекс Российской Федерации.

УИК РФ — Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации.

УПК РФ — Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации.

ЗРФоВВКЦ — Закон Российской Федерации от 15 апреля 1993 г. № 4804-1 «О вывозе и ввозе культурных ценностей».

ЗРФоГГ — Закон Российской Федерации от 1 апреля 1993 г. № 4730-1 «О Государственной границе Российской Федерации».

ЗРФоН — Закон Российской Федерации от 21 февраля 1992 г. № 2395-1 «О недрах».

ЗРФоСМИ — Закон Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 «О средствах массовой информации».

ЗРФоТОТЧ — Закон Российской Федерации от 22 декабря 1992 г. № 4180-I «О трансплантации органов и (или) тканей человека».

ЗРФоЧДОД — Закон Российской Федерации от 11 марта 1992 г. № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации».

КУ ВМФ — Корабельный Устав Военно-Морского Флота, утвержденный приказом Главнокомандующего Военно-Морским Флотом от 1 сентября 2001 г. № 350.

ОЗоН — Основы законодательства Российской Федерации о нотариате от 11 февраля 1993 г. № 4462-1.

УВП ВС РФ — Устав военной полиции Вооруженных Сил РФ, утвержденный указом Президента РФ от 25 марта 2015 г. № 161.

УВС ВС РФ — Устав внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденный указом Президента РФ от 10 ноября 2007 г. № 1495.

УГ и КС ВС РФ — Устав гарнизонной и караульной службы Вооруженных Сил РФ, утвержденный указом Президента РФ от 10 ноября 2007 г. № 1495.

ФЗоАД — Федеральный закон от 13 июля 2001 г. № 119-ФЗ «Об аудиторской деятельности».

ФЗоАИ — Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. № 244-ФЗ «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации».

ФЗоАН — Федеральный закон от 6 апреля 2011 г. № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы».

ФЗоАО — Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах».

ФЗоББД — Федеральный закон от 2 декабря 1990 г. № 395-1 «О банках и банковской деятельности».

ФЗоВОВС — Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе».

ФЗоВРВК — Федеральный закон от 10 декабря 2003 г. № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле».

ФЗоГЗС — Федеральный закон от 20 апреля 1995 г. № 45-ФЗ «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов».

ФЗоГРАлк — Федеральный закон от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции».

ФЗоГРН — Федеральный закон от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

ФЗоДМДК — Федеральный закон от 26 марта 1998 г. № 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях».

ФЗоЖМ — Федеральный закон от 24 апреля 1995 г. № 52-ФЗ «О животном мире».

ФЗоЗК — Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

ФЗоЗНТЧС — Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера».

ФЗоИИМР — Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 224-ФЗ «О противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

ФЗоИИТЗИ — Федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

ФЗоКБПП — Федеральный закон от 2 января 2000 г. № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов».

ФЗоКС — Федеральный закон от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

ФЗоКТ — Федеральный закон от 29 июля 2004 г. № 98-ФЗ «О коммерческой тайне».

ФЗоЛОВД — Федеральный закон от 4 мая 2011 г. № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности».

ФЗоЛС — Федеральный закон от 12 апреля 2010 г. № 61-ФЗ «Об обращении лекарственных средств».

ФЗоМУ — Федеральный закон от 18 июля 2006 г. № 109-ФЗ «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации».

ФЗоН(Б) — Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

ФЗоНПС — Федеральный закон от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе».

ФЗоНСПВ — Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах».

ФЗоОКН — Федеральный закон от 25 июня 2002 г. № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».

ФЗоООЗГ — Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

ФЗоООПТ — Федеральный закон от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях».

ФЗоООС — Федеральный закон от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды».

ФЗоОр — Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии».

ФЗоОСС — Федеральный закон от 24 июля 1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

ФЗоОх — Федеральный закон от 24 июля 2009 г. № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

ФЗоПВВ — Федеральный закон от 15 августа 1996 г. № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию».

ФЗоПТ — Федеральный закон от 6 марта 2006 г. № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

ФЗоПЭД — Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности».

ФЗоРЦБ — Федеральный закон от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг».

ФЗоССРО — Федеральный закон от 26 сентября 1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях».

ФЗоСЭБН — Федеральный закон от 30 марта 1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения».

ФЗоТР — Федеральный закон от 27 декабря 2002 г. № 184-ФЗ «О техническом регулировании».

ФЗоФКС — Федеральный закон от 4 декабря 2007 г. № 329-ФЗ «О физической культуре и спорте в Российской Федерации».

ФЗоЭК — Федеральный закон от 18 июля 1999 г. № 183-ФЗ «Об экспортном контроле».

Глава 1. ПОНЯТИЕ, СИСТЕМА И ЗНАЧЕНИЕ ОСОБЕННОЙ ЧАСТИ УГОЛОВНОГО ПРАВА

§ 1. Понятие и система Особенной части уголовного права

В нормах Особенной части УК РФ закреплен исчерпывающий перечень уголовно-правовых запретов, описаны их признаки, определены виды, сроки (размеры) наказаний за их нарушение, что соответствует принципу законности (ст. 3 УК РФ). Нормы-запреты, являясь доминирующими в рассматриваемой части уголовного права, не исчерпывают в целом ее содержание. Помимо перечисленных норм, в Особенной части содержатся нормы-определения и поощрительные или компромиссные нормы, нормы-иммунитеты.

В нормах-определениях раскрываются соответствующие понятия: хищения (п. 1 примечаний к ст. 158 УК РФ), должностного лица (п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ), жилища (примечание к ст. 139 УК РФ) и т.д.

Поощрительные, или компромиссные, нормы стимулируют положительное постпреступное поведение. Государство идет на компромисс, освобождая виновных от уголовной ответственности ради предотвращения бóльшего вреда, охраняемым уголовным законом общественным отношениям. К ним относятся, например, нормы, изложенные в примечаниях к ст. 126, 127¹, 204, 205¹, 206 УК РФ и др.

Нормы-иммунитеты исключают уголовную ответственность несмотря на то, что в действиях лица содержатся все признаки состава преступления. Согласно этим нормам, определенная категория граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства не подпадают под юрисдикцию уголовного закона России вообще или за совершение конкретного деяния. Юридическая природа иммунитетов разная. Например, конституционный иммунитет нашел закрепление в примечании к ст. 316 УК РФ, согласно которому лицо не подлежит уголовной ответственности за заранее не обещанное укрывательство преступления, совершенного его супругом или близким родственником.

За исключением норм-запретов, все иные нормы не отражают сущности Особенной части, обеспечивают не охранительную, а регулятивную функцию уголовного права, направлены на расширение нерепрессивных начал уголовного права.

Таким образом, Особенная часть уголовного права — это совокупность норм, расположенных в определенной последовательности, закрепляющих исчерпывающий круг преступлений и наказаний за их совершение, а также раскрывающих содержание отдельных понятий (уголовно-правовых предписаний), предусматривающих поощрительные (компромиссные) нормы и уголовно-правовые иммунитеты.

Система Особенной части уголовного права представляет собой систему Особенной части УК РФ, что следует из ст. 1 УК РФ, согласно которой новые законы, предусматривающие уголовную ответственность, подлежат включению в Уголовный кодекс РФ. Есть некоторое исключение из этого правила, изложенное в ч. 3 ст. 331 УК РФ, согласно которому уголовная ответственность за преступления против военной службы, совершенные в военное время либо в боевой обстановке, определяется законодательством Российской Федерации военного времени, действующего автономно, без включения его в УК РФ, но лишь в период указанного времени.

Уголовное право основывается на Конституции РФ, общепризнанных принципах и нормах международного права. Нормы уголовного права, содержащиеся в международных договорах, устанавливающие круг уголовно наказуемых деяний, не могут применяться непосредственно, они должны быть имплементированы в УК РФ.

Для правильного применения норм Особенной части УК РФ важны разъяснения по вопросам судебной практики, даваемые Пленумом Верховного Суда РФ. Постановления Пленума Верховного Суда РФ основываются на обобщении судебной практики, выявлении типичных судебных ошибок в квалификации преступлений и разъясняют положения закона, вызывающие на практике неоднозначное толкование.

Особенная часть УК РФ существенно отличается от предыдущих кодексов, изменены приоритеты уголовно-правовой охраны. На первое место поставлена защита личности, что соответствует ст. 2 Конституции РФ, затем общества, а потом уже государства. Кроме того, изменена классификация преступлений. В УК РФ они дифференцированы по родовому, видовому и непосредственным объектам. Однородные по своему характеру и сущности, социальной направленности преступления объединены в шесть разделов: преступления против личности, преступления в сфере экономики, преступления против общественной безопасности и общественного порядка, преступления против государственной власти, преступления против военной службы, преступления против мира и безопасности человечества.

В разделах Особенной части УК РФ на основе видового объекта выделены главы. Главы внутри раздела расположены по принципу «от более ценного — к менее ценному», т.е. на первое место ставятся главы, в которых собраны преступления, посягающие на самый ценный объект этого раздела. Так, раздел VII УК РФ «Преступления против личности» начинается с главы 16 УК РФ «Преступления против жизни и здоровья». Этот принцип «от более тяжкого — к менее тяжкому» использован и при расположении преступлений внутри главы. Каждая статья Особенной части УК РФ содержит описание одного или нескольких составов преступлений, а также предусматривает наказание за совершение преступления.

Несмотря на то что появление Особенной части уголовного права исторически предшествовало возникновению Общей части, их нормы взаимосвязаны и в целом образуют систему российского уголовного права. Эта взаимосвязь проявляется в том, что они призваны выполнять одни и те же задачи (ст. 2 УК РФ); нормы Общей части, содержащие общие понятия для всего уголовного права, являются основой для реализации норм Особенной части; при наличии обстоятельств, исключающих преступность деяния, формально подпадающего под признаки конкретного состава преступления, предусмотренного Особенной частью, приоритетными признаются положения Общей части.

Значение Особенной части уголовного права заключается в том, что ее нормы: обеспечивают охрану наиболее значимых общественных отношений; воплощают принцип законности за счет описания конкретных видов преступлений; обеспечивают реализацию уголовной политики государства; позволяют осуществить классификацию преступлений в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, что дает возможность дифференцировать ответственность виновного лица.

§ 2. Квалификация преступлений: понятие, принципы и правила

Квалификация (лат. qualis — качество, facere — делать) в русском языке означает характеристику предмета, явления, отнесение явления по его качественным признакам, свойствам к каким-либо группам, разрядам, классам. Квалифицировать преступление — значит дать ему юридическую оценку, определить статью уголовного закона, предусматривающую наказание за данное преступление.

Определение квалификации преступления как установления и юридического закрепления точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой, является общепризнанным в уголовном праве. Исходя из этого, квалификацию преступлений можно определить как логический процесс установления признаков состава преступления в общественно опасном поведении лица и результат этого процесса, т.е. закрепление в процессуальных документах ссылки на уголовный закон, подлежащий применению.

В зависимости от субъекта, производящего квалификацию, различают два вида квалификации преступлений: официальную (легальную) и неофициальную (доктринальную).

Официальная (легальная) квалификация — это уголовно-правовая квалификация преступления, осуществляемая по конкретному уголовному делу лицами, специально уполномоченными на это государством: дознавателями, следователями, прокурорами и судьями.

Неофициальная (доктринальная) квалификация — это соответствующее суждение о правовой оценке преступного деяния, даваемое учеными, студентами и т.д.

Только официальная квалификация имеет юридическую силу и влечет конкретные юридические последствия. Доктринальная квалификация лишь выражает мнение ученых и других лиц по вопросам квалификации преступлений, она не имеет процессуального оформления и не влечет юридических последствий.

В литературе выделяется также полуофициальная квалификация, которая дается Пленумом Верховного Суда РФ в постановлениях по практике применения уголовного законодательства по определенным категориям дел. Однако в разъяснениях, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, предусматриваются научно-практические рекомендации по применению закона ко всем случаям совершения преступлений подобного вида, но не о квалификации конкретного преступления.

Значение правильной квалификации преступлений исключительно велико. Она обеспечивает соблюдение принципов законности, вины, справедливости и гуманизма, гарантирует действительное достижение равенства перед законом.

Правильная квалификация преступлений является основанием для отрицательной оценки государством совершенного деяния как преступления с учетом его тяжести и степени общественной опасности и, таким образом, является важной предпосылкой назначения законного и справедливого наказания.

Правильная квалификация преступления предопределяет верное отнесение его к одной из четырех категорий, что важно для решения вопросов об освобождение от уголовной ответственности и наказания; о дифференциации условий отбывания лишения свободы; о сроках погашения судимости и др.

Правильная квалификация преступлений обусловливает процессуальный порядок расследования преступлений, предусмотренный законом, определяет подследственность, подсудность, процессуальные сроки, виды мер пресечения.

Квалификация преступления как процесс установления тождества представляет собой явление, протекающее во времени, подчиненное определенным закономерностям, в котором могут быть выделены различные этапы.

Под этапами квалификации преступлений следует понимать этапы выбора уголовно-правовой нормы, подлежащей применению.

Первый этап квалификации преступлений — это предположение о том, что совершено преступление, общая версия о событии преступления. Вторым этапом квалификации преступлений является выдвижение квалификационных версий (как частных гипотез), соответствующих фактическим обстоятельствам, т.е. выявление группы родственных составов преступлений. На третьем этапе квалификации по мере сбора данных о фактических обстоятельствах, их оценке и проверке каждой из выдвинутых версий производится разграничение смежных составов преступлений и выбор конкретной уголовно-правовой нормы, по которой квалифицируется деяние.

Принципы квалификации преступлений — это основополагающие идеи, которыми руководствуется правоприменитель при установлении и юридическом закреплении тождества между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.

Принципы могут быть как закреплены в самом уголовном законе, так и не сформулированы в нем, но могут вытекать из содержания норм Конституции РФ, уголовного и уголовно-процессуального права.

Одним из принципов квалификации преступлений является ее истинность. Для достижения истинности квалификации преступления, необходимо тщательное и всестороннее изучить все фактические обстоятельства совершенного преступления, а также в последующем выделить из всех выявленных фактических обстоятельств те, которые имеют юридическое значение для квалификации; правильно определить уголовно-правовую норму, устанавливающую ответственность за преступление, и уяснить ее смысл, используя все возможные приемы толкования; не допустить ошибок в самом процессе квалификации, т.е. при установлении тождества между фактическими обстоятельствами дела и юридическими признаками преступления определенного вида.

Принцип точности квалификации преступлений предполагает установление именно той уголовно-правовой нормы, в которой совершенное общественно опасное деяние описано с наибольшей полнотой. При квалификации преступлений необходима ссылка на статью Особенной части УК РФ, а если статья состоит из нескольких частей или пунктов, то и на соответствующий пункт или пункты и часть этой статьи.

Принцип полноты квалификации требует указания всех статей Особенной части УК РФ, в которых сформулированы составы преступлений, совершенных лицом. Это касается случаев как идеальной, так и реальной совокупности преступлений. Квалификация должна содержать ссылку на все нарушенные части каждой статьи УК РФ.

Наряду с принципами квалификации преступлений наука уголовного права выработала правила квалификации преступлений, которые должны указывать правоприменителю, каким образом ему следует поступать при том или ином наборе фактических данных, при тех или иных фактических обстоятельствах.

В литературе, посвященной теории квалификации преступлений, выделяются общие правила квалификации преступлений, т.е. правила, относящиеся к оценке отдельного оконченного преступления, совершенного одним лицом, и специальные правила квалификации неоконченных преступлений, преступлений, совершенных в соучастии, множественности преступлений, правил квалификации при конкуренции уголовно-правовых норм, правил, используемых при изменении квалификации преступлений.

Общие правила охватывают правила квалификации по объекту, объективной стороне, по субъективной стороне и по субъекту.

По объекту преступления определяется, на какие общественные отношения было направлено деяние, что позволяет установить раздел, главу Особенной части УК РФ, а затем и нарушенную уголовно-правовую норму. По объекту преступления разграничиваются сходные между собой деяния.

Другие правила квалификации по объекту сводятся к следующему: если при совершении преступления степень тяжести вреда, причиняемого дополнительному объекту, меньше или равна степени тяжести вреда, причиняемого основному объекту, квалификация производится только по статье, предусматривающей посягательство на основной объект, и квалификации по совокупности преступлений не требуется. И наоборот, деяние квалифицируется по совокупности преступлений, если вред, причиненный дополнительному объекту больше, чем вред, причиненный основному объекту.

В процессе квалификации существенную роль играют признаки объективной стороны. При этом учитываются не только постоянные признаки, но и переменные. Определенную сложность представляет квалификация преступлений, когда те или иные признаки состава преступления описаны с помощью оценочных понятий, содержание которых устанавливается правоприменителем в зависимости от тех или иных обстоятельств. Оценочные понятия часто используются для описания общественно опасных последствий (иные тяжкие последствия, значительный ущерб и т.д.), способа (иным общеопасным способом) и т.д.

Признаки субъективной стороны при квалификации используются в нескольких направлениях и непосредственно отражают принцип субъективного вменения. Юридическая оценка содеянного во многом обусловлена формой вины, поскольку в законодательстве ответственность дифференцируется в зависимости от умышленного или неосторожного характера деяния. Например, ст. 105 УК РФ предусматривает ответственность за умышленное лишение жизни человека, а ст. 109 УК РФ — за то же деяние, совершенное по неосторожности. В составах преступлений с так называемой альтернативной формой вины установление вины не влияет на квалификацию преступления.

Квалификация преступлений по мотиву и цели предполагает их учет: а) как необходимого условия наступления уголовной ответственности за деяния, совершение которого без указанного в УК РФ мотива или цели не является преступлением (например, подмена ребенка предполагает корыстные или иные низменные побуждения (ст. 153 УК РФ)); б) как признаков, по которым один состав отграничивается от другого (например, убийство судьи из мести за вынесенный законный приговор квалифицируется по ст. 295 УК РФ, однако если судья убит по мотиву ревности, квалификация по указанной статье исключается, а деяние содержит признаки преступления, изложенного в ч. 1 ст. 105 УК РФ); в) как квалифицирующих признаков, изменяющих основной состав преступления на его квалифицированный вид (например, хулиганские побуждения создают квалифицированный вид умышленного причинения средней тяжести вреда здоровью (п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ)).

Квалификация по субъекту преступления проводится с учетом возрастных критериев и наличия признаков, характеризующих специального субъекта преступления. Так, уголовная ответственность по общему правилу наступает с 16 лет, за указанные в ч. 2 ст. 20 УК РФ преступления — с 14 лет. За целый ряд преступлений ответственность может наступать с 18 лет (ст. 134, 135, 150, 151 УК РФ и др.). Исполнителем преступления со специальным субъектом может быть лицо, обладающее специальными, указанными в УК РФ или в ином законодательстве (если диспозиция бланкетная), признаками. Деяние лица, не обладающего признаками специального субъекта преступления, участвовавшего в совершении преступления наряду со специальным субъектом, может быть квалифицировано как действия организатора, подстрекателя или пособника (со ссылкой на ст. 33 УК РФ).

Специальные правила квалификации преступлений используются в том числе при конкуренции и коллизии норм. Конкуренция норм предполагает, что преступное деяние одновременно содержит в себе признаки, описанные в нескольких статьях Особенной части УК РФ, но применяться должна только одна. Выбор этой единственной нормы осуществляется по следующим правилам:

— при конкуренции общей и специальной нормы квалификация проводится по специальной норме;

— при конкуренции основного и квалифицированного состава преступления квалификация проводится по статье (части статьи) УК РФ, предусматривающей квалифицированный состав;

— при конкуренции основного и привилегированного составов преступлений квалификация производится по статье (части статьи) УК РФ, предусматривающей привилегированный состав;

— при конкуренции целого и части квалификация производится по целому, т.е. по статье (части статьи УК РФ), которая с наибольшей полнотой охватывает признаки содеянного.

Конкуренцию норм следует отличать от коллизии норм. Последняя может проявляться в виде пробелов правового регулирования, нарушения правил законодательной техники и т.д. Коллизии могут быть в самом УК РФ, и они должны устраняться законодателем. Коллизия может проявляться между нормами УК РФ и Конституции РФ, УК РФ и международным правом; в этих случаях приоритет составляют Конституция РФ и международное законодательство. В случае коллизии Уголовного кодекса РФ с другими кодексами приоритет имеют специальные нормы согласно предмету отраслевого регулирования.

Основная литература по теме

Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2001.

Иногамова-Хегай Л. В. Конкуренция уголовно-правовых норм при квалификации преступлений. М., 2002.

Корнеева А. В. Теория квалификации преступлений. М., 2014.

Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. М., 2005.

Кузнецова Н. Ф. Проблемы квалификации преступлений. М., 2007.

Глава 2. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЯ

§ 1. Общая характеристика преступлений против жизни и здоровья

В Уголовном уложении 1903 г. преступлениям против жизни была посвящена глава XXII «О лишении жизни». Статья 453 предусматривала ответственность за убийство. В ст. 454 был закреплен квалифицированный состав преступления — убийство матери или законного отца. Далее следовали иные квалифицирующие признаки, часть из которых характерна и для современного уголовного законодательства, в том числе способом, опасным для жизни многих лиц, с корыстной целью. Затем в главе перечислялись привилегированные составы, к которым относились убийства: задуманное и выполненное под влиянием сильного душевного волнения; при превышении пределов необходимой обороны; по настоянию убитого и из сострадания к нему; матерью новорожденного ребенка, прижитого вне брака (ст. 458–461). Была предусмотрена уголовная ответственность за доставление средств к самоубийству, подговор к самоубийству определенных уязвимых категорий лиц или содействие в таковом, если последовало самоубийство либо покушение на него (ст. 462–463). Неосторожное причинение смерти наказывалось согласно ст. 464; примечательно, что оно не называлось убийством. К преступлениям, составляющим лишение жизни, относилось умерщвление плода матерью или иными лицами, а также совершенное без согласия беременной женщины (ст. 465–466).

Глава XXIII предусматривала ответственность за телесное повреждение и насилие над личностью. При этом выделялось весьма тяжкое (ст. 467), тяжкое (ст. 468) и легкое (ст. 469) телесное повреждение. Ответственность наступала не только за умышленное, но и за неосторожное телесное повреждение любой тяжести. Согласно ст. 475 насилием над личностью являлись умышленный удар или иное насильственное действие, нарушившее телесную неприкосновенность.

Глава XXIV содержала уголовно-правовые запреты, связанные с участием в поединке.

Оставлению в опасности как уголовно наказуемому деянию была посвящена глава XXV. К данным преступлениям относилось в том числе неоказание помощи капитаном судна и другими уполномоченными лицами, а также управляющим поездом. В ст. 497 был закреплен состав неоказания помощи больному или лицу, находящемуся в бессознательном состоянии.

В УК РСФСР 1922 г. несколько групп преступлений были объединены в главе V Особенной части «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности». Раздел 1 «Убийство» предусматривал наказание за квалифицированное умышленное убийство (из низменных побуждений; способом опасным для жизни многих людей или особо мучительным способом и др.); умышленное убийство без квалифицирующих обстоятельств; привилегированные составы убийства. Среди последних по сравнению с Уголовным уложением 1903 г. отсутствовало убийство матерью новорожденного ребенка и убийство по настоянию убитого и из сострадания к нему. В этот же раздел была помещена ст. 146 — совершение с согласия матери изгнания плода или искусственного прерывания беременности лицами, не имеющими надлежащей медицинской подготовки, либо в ненадлежащих условиях. Статья 147 предусматривала ответственность за убийство по неосторожности, ст. 148 — за содействие или подговор к самоубийству несовершеннолетнего или лица, заведомо неспособного понимать свойства или значение им совершаемого или руководить своими поступками, если самоубийство или покушение на него последовали.

Раздел 2 «Телесные повреждения и насилия над личностью» разграничивал тяжкое, менее тяжкое и легкое телесное повреждение. Наказывалось как умышленное, так и неосторожное их совершение (ст. 149–154). К составам преступлений, представляющих насилие над личностью, относились, в частности, заражение лица венерической болезнью, умышленное нанесение удара, истязание, похищение, незаконное лишение свободы.

Раздел 3 был посвящен оставлению в опасности, а также неоказанию помощи больному (ст. 165).

УК РСФСР 1926 г. сохранил названия соответствующей главы VI Особенной части, которая не была поделена на разделы. Убийства по-прежнему были разделены на умышленное и неосторожное. Неосторожное убийство отныне предусматривалось в одной статье с убийством при превышении пределов необходимой обороны (ст. 139). Квалифицирующие и смягчающие признаки убийства формулировались сходным образом. Сохранилась ответственность за изгнание плода. С 1936 по 1954 гг. была установлена ответственность за производство аборта беременной женщиной. Статья 141 предусматривала не только ответственность за содействие или подговор к самоубийству аналогично кодексу 1922 г., но и дополнила уголовный закон новым составом преступления — доведением лица, находящегося в материальной или иной зависимости от другого лица, жестоким обращением или иным подобным путем до самоубийства или покушения на него.

Телесные повреждения отныне делились на два, а не на три вида: легкие и тяжкие. Первые разграничивались на повлекшие и не повлекшие расстройство здоровья. Ответственность за телесные повреждения наступала при наличии как умысла, так и неосторожности. По ст. 146 наказывалось умышленное нанесение удара, побоев и иные насильственные действия, сопряженные с причинением физической боли.

В главе находились составы заражения лица венерической болезнью, похищения и др. Статья 157 предусматривала формальный состав неоказания помощи больному.

УК РСФСР 1960 г. поместил рассматриваемые преступления в главу 3 Особенной части под прежним наименованием. Как и предыдущие кодексы, вначале она предусматривала ответственность за умышленное квалифицированное убийство, далее — за умышленное убийство без отягчающих обстоятельств. Квалифицирующие признаки были расширены, исключены низменные побуждения. Два привилегированных состава остались прежними: умышленное убийство при превышении пределов необходимой обороны и в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения. Статья 106 кодекса сохранила термин «неосторожное убийство»; при этом оно вновь разделено с убийством при превышении пределов необходимой обороны. Доведение до самоубийства по-прежнему ограничивало круг потерпевших лицами, находящимися в материальной или иной зависимости от виновного. Содействие и подговор к самоубийству несовершеннолетних и иных лиц более не предусматривались законом, однако признавались убийством согласно судебной практике ввиду особенности потерпевших.

Вернулась трехчленная классификация телесных повреждений на тяжкие, менее тяжкие и легкие. Последние рассматривались вместе с побоями. При неосторожности ответственность наступала только за причинение тяжких или менее тяжких телесных повреждений.

Помимо ответственности за заражение венерической болезнью и поставление в опасность такого заражения, в 1971 и 1987 гг. появляется уголовная ответственность за уклонение от лечения венерической болезни, а также за заражение или поставление в опасность заражения ВИЧ-инфекцией.

Незаконное производство аборта стало рассматриваться как преступление против здоровья, а не против жизни.

Статья 127 устанавливала ответственность за оставление в опасности, ст. 128 — за неоказание помощи больному.

Действующий УК РФ предусматривает ответственность за преступления против жизни и здоровья в главе 16 раздела VII «Преступления против личности». В главу вносились изменения, связанные с частичной декриминализацией побоев, расширением ответственности за преступления, связанные с доведением и склонением к самоубийству, направленные на защиту медицинских работников и пациентов от насилия со стороны третьих лиц, воспрепятствованием оказанию медицинской помощи.

По основному непосредственному объекту преступления предлагается следующая их классификация: а) преступления против жизни (ст. 105–110² УК РФ); б) преступления против здоровья (ст. 111–118, 121, 122 УК РФ); в) преступления, ставящие в опасность жизнь или здоровье (ст. 119, 120, 123–125 УК РФ).

В широком смысле к преступлениям против здоровья в литературе относят две последние группы. К третьей группе можно отнести заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией (ч. 1 ст. 122 УК РФ), а к первой и второй группе — ч. 3 ст. 123, 124, 124¹ УК РФ, которые предусматривают причинение вреда здоровью или смерти по неосторожности в качестве обязательных признаков составов преступлений. Также к последней группе преступлений можно отнести составы преступлений, предусмотренных ч. 1–3 ст. 110¹ УК РФ и ст. 110² УК РФ. Однако поскольку любая классификация является условной, в целях удобства изложения материала возьмем за основу первую из приведенных.

Объективная сторона преступлений, предусмотренных главой 16 УК РФ, выражается в форме действия или бездействия, большинство составов требуют также наступления последствий и наличие причинной связи. Некоторые составы содержат и другие обязательные признаки (например, обстановку совершения преступления).

Субъективная сторона представлена умыслом или неосторожностью, также предусмотрен ряд преступлений, совершаемых с двумя формами вины; из иных обязательных признаков особо выделяется состояние аффекта.

Субъект преступления — общий или специальный (например, мать новорожденного ребенка). Ответственность наступает в большинстве случаев с 16 лет, по ст. 105, 111 и 112 УК РФ — с 14 лет.

§ 2. Преступления против жизни

Таким образом, основным непосредственным объектом преступлений против жизни следует считать общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни, либо (если следовать альтернативной точке зрения на объект преступления) саму жизнь как благо, принадлежащее личности.

В уголовном праве жизнь понимается в качестве биологического состояния человека. В связи с этим преступным признается лишение жизни любого человека, независимо от его возраста, морального и физического состояния и иных качеств.

Ключевое значение приобретает вопрос о моменте начала и окончания жизни.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 ФЗоООЗГ моментом рождения ребенка является момент отделения плода от организма матери посредством родов. Поскольку в законе говорится именно о моменте рождения, а не начала жизни, в уголовно-правовой доктрине и правоприменительной практике выработано собственное решение.

Признается, что ответственность за посягательство на жизнь может иметь место с момента начала физиологических родов. Так, ст. 106 УК РФ устанавливает наказание за убийство матерью новорожденного ребенка во время родов. Следует также иметь в виду, что умерщвление живого ребенка, появившегося на свет в результате искусственного прерывания беременности, должно рассматриваться как посягательство на жизнь в уголовно-правовом смысле.

Часть 1 ст. 66 ФЗоООЗГ устанавливает момент смерти человека — это момент смерти его мозга или необратимой гибели человека (биологическая смерть). Часть 6 данной статьи регулирует порядок прекращения реанимационных мероприятий, а ч. 7 предусматривает случаи, когда они не проводятся.

Постановлением Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. № 950 утверждены Правила определения момента смерти человека, в том числе критерии и процедуры установления смерти человека, Правила прекращения реанимационных мероприятий и форма протокола установления смерти человека. (В связи с принятием указанных нормативных правовых актов фактически утратила силу Инструкция по определению критериев и порядка определения момента смерти человека, прекращения реанимационных мероприятий, утвержденная приказом Минздрава России от 4 марта 2003 г. № 73, хотя она и не была формально отменена.)

Согласно ч. 2–3 ст. 66 ФЗоООЗГ смерть мозга наступает при полном и необратимом прекращении всех его функций, регистрируемом при работающем сердце и искусственной вентиляции легких; данный диагноз устанавливается консилиумом врачей в медицинской организации, в которой находится пациент. Закон содержит требования к составу консилиума. Процедура и условия установления диагноза регулируются приказом Минздрава России от 25 декабря 2014 г. № 908н «О Порядке установления диагноза смерти мозга человека».

Биологическая смерть человека констатируется на основании наличия ранних и (или) поздних трупных изменений медицинским работником — врачом или фельдшером (ч. 4, 5 ст. 66 ФЗоООЗГ).

Существует также понятие клинической смерти, при которой прекращаются деятельность сердца и процесс дыхания, полностью исчезают все внешние признаки жизнедеятельности организма. Однако она является обратимой и, следовательно, смертью в юридическом смысле ее считать нельзя.

В России запрещены активная и пассивная эвтаназия. К первой относится ускорение по просьбе пациента его смерти какими-либо действиями или средствами, ко второй — прекращение искусственных мероприятий по поддержанию жизни. Запрет на проведение эвтаназии медицинскими работниками содержится в ст. 45 ФЗоООЗГ. Эвтаназией нельзя считать прекращение искусственных мероприятий по поддержанию жизни при установленном диагнозе смерти мозга.

Убийство (ст. 105 УК РФ). Часть 1 рассматриваемой статьи устанавливает уголовную ответственность за так называемое простое убийство — без квалифицирующих и смягчающих признаков, предусмотренных соответственно ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 106–108 УК РФ.

Законодатель описал убийство как умышленное причинение смерти другому человеку. Неосторожное причинение смерти убийством не признается, что имеет важное — прежде всего, символическое — значение. Ряд авторов полагает, что ч. 1 должна быть дополнена указанием на противоправность причинения смерти. Однако даже без такового в некоторых ситуациях (в частности, при необходимой обороне от нападения, опасного для жизни обороняющегося или иных лиц) лишение жизни другого человека убийством или иным преступлением против жизни не признается.

Потерпевшим от убийства может быть любой другой живой человек. Самоубийство, как и покушение на него, ненаказуемо.

С точки зрения объективной стороны большинство убийств совершается путем действия. Однако возможно и убийство путем бездействия при наличии правовой обязанности и реальной возможности сохранения жизни потерпевшего. Примеры убийства путем бездействия: мать не кормит новорожденного ребенка, врач умышленно отказывается дать пациенту жизненно необходимый препарат.

Состав преступления является материальным: оконченным убийство признается с момента наступления смерти потерпевшего. При этом должна быть установлена причинная связь между деянием субъекта и наступившим последствием.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел. Мотивами простого убийства могут выступать месть, зависть, неприязнь на почве личных отношений и т.п. Подобные мотивы подлежат обязательному установлению, но на квалификацию содеянного влияет скорее отсутствие других (квалифицирующих) мотивов.

Как простое убийство обычно квалифицируется эвтаназия. При этом возможен учет мотива сострадания в качестве смягчающего обстоятельства (п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ).

Покушение на убийство совершается только с прямым умыслом. При покушении преступные последствия не наступают по не зависящим от лица обстоятельствам (вмешательство иных лиц, оказание медицинской помощи и др.) (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.105 УК РФ)»). Судебной практике известен случай прекращения действий, направленных на лишение жизни, по причине того, что виновный устал наносить потерпевшему удары. Ряд ученых критикуют невозможность признания покушением деяния, совершенного с косвенным умыслом, ввиду большой общественной опасности некоторых из них (например, лицо, не оглядываясь, стреляет через плечо в сторону другого лица, но промахивается).

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 14 лет.

На практике нередко возникает вопрос об отграничении убийства и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК РФ). В первом случае важно установить направленность умысла виновного именно на лишение жизни. О такой направленности должна свидетельствовать совокупность всех обстоятельств содеянного. Учитываются, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализация телесных повреждений, в особенности ранения жизненно важных органов. Имеет значение предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Пункты 18–19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 устанавливают правила квалификации содеянного по совокупности ст. 105 УК РФ и ряда иных статей (ст. 203, 286, 321 УК РФ).

Часть 2 ст. 105 УК РФ предусматривает ответственность за квалифицированные виды убийства. Квалифицирующие признаки можно условно разделить на несколько групп, которые связаны с особенностями: а) объекта преступления, потерпевшего (п. «а»–«г»); б) объективной стороны преступления (п. «д», «е», «ж»); в) субъективной стороны преступления (п. «е¹», п. «з»–«м»).

Представляется, что убийства, сопряженные с другими преступлениями, имеют существенную специфику и могут быть выделены в отдельную группу.

При наличии нескольких квалифицирующих признаков содеянное квалифицируется по всем соответствующим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ. При этом наказание назначается как за одно преступление, а данное обстоятельство учитывается при его назначении (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Убийство двух или более лиц (п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Рассматриваемый пункт имеет место, если ни за одно из этих убийств виновный ранее не был осужден. Требования об установлении судом единства умысла и одновременности совершения убийств были отменены постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 3 апреля 2008 г. № 4. Совокупность преступлений в данном случае отсутствует.

Убийство одного лица и покушение на убийство другого квалифицируются по совокупности преступлений — как оконченное убийство и покушение на убийство двух лиц (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Особенности квалификации раскрываются в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1. Виновный преследует цель воспрепятствования указанным действиям потерпевшего либо действует по мотиву мести за них.

Служебная деятельность — действия лица на основании трудового договора (контракта) с предприятиями и организациями независимо от формы собственности или предпринимателями. Выполнение общественного долга — осуществление специально возложенных обязанностей в интересах общества или отдельных лиц либо совершение других общественно полезных действий (в частности, пресечение правонарушений). Такие деятельность и действия должны быть правомерны. Так, при совершении потерпевшим должностного преступления и убийстве с целью ему воспрепятствовать, данный квалифицирующий признак отсутствует.

При установлении круга близких лиц следует руководствоваться п. 3, 4 ст. 5 УПК РФ. Это: а) близкие родственники (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки); б) другие родственники; в) лица, связанные с потерпевшим свойством (родственники супруга); г) лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.

Убийство малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека (п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Федеральным законом от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ из рассматриваемого пункта был исключен признак сопряженности с захватом заложника, что объясняется введением в ст. 206 УК РФ части 4, предусматривающей квалифицированный состав захвата заложника, повлекшего умышленное причинение смерти человеку.

Указание на малолетнее лицо, т.е. не достигшее возраста 14 лет (хотя прямо такой возраст уголовным законом не устанавливается, данный возраст содержится в гражданском законодательстве и считается общепризнанным), было добавлено Федеральным законом от 27 июля 2009 г. № 215-ФЗ. По буквальному тексту закона, нет необходимости доказывать, что такое лицо находится в беспомощном состоянии. Однако не все ученые согласны с указанной позицией.

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1, под беспомощным состоянием понимается неспособность защитить себя, оказать активное сопротивление в силу физического или психического состояния. К иным лицам, находящимся в беспомощном состоянии, постановление относит, в частности, тяжелобольных (в том числе психически), престарелых. Если виновный сам привел потерпевшего в беспомощное состояние или последний не может оказать противодействие посягательству в силу иных причин (внезапность нападения и т.п.), указанный квалифицирующий признак отсутствует.

Большинство авторов полагает, что беспомощность должна осознаваться лишь виновным, который причиняет смерть лицу, не способному защитить себя. Критика этой позиции состоит в том, что подобные ситуации ничем не отличаются от убийства лица, которое не может защитить в себя в силу иных причин. Поэтому другие исследователи считают, что наличие квалифицирующего признака обосновывается осознанием потерпевшим своего бессилия, что причиняет ему особые страдания. Существуют и промежуточные позиции. Суды не дают окончательного ответа на этот вопрос.

Опьянение и сон согласно судебной практике последних лет не рассматриваются как вызвавшие беспомощное состояние потерпевшего. Данные выводы относятся именно к убийству. При квалификации половых преступлений оценка судом глубокого сна и тяжелого опьянения противоположна.

Признак сопряженности с похищением или любыми иными преступлениями требует квалификации по ч. 2 ст. 105, а также по соответствующим статьям УК РФ. При этом в литературе высказывается обоснованное мнение о том, что совокупности в данном случае быть не должно либо же критикуется само понятие сопряженности. Ответственность за убийство, сопряженное с похищением, наступает при умышленном причинении смерти не только самому похищенному, но и другим лицам в связи с совершением похищения. Такое убийство может иметь место в момент совершения похищения либо после него. Если захват и перемещение человека представляют собой часть объективной стороны убийства (например, вывоз в лес с целью убийства), признак сопряженности с похищением отсутствует.

Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ) предполагает достоверное знание о беременности от самой потерпевшей или из других источников. Так, данный квалифицирующий признак отсутствует в случае, когда потерпевшая сообщает виновному о том, что предположительно беременна. Срок беременности правового значения не имеет.

При умышленном причинении смерти потерпевшей, которая не находилась в состоянии беременности, лицом, уверенным в обратном, суды квалифицируют содеянное по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В то же время в литературе этот вопрос вызывает споры, предлагаются другие варианты квалификации с учетом направленности умысла виновного (оконченное убийство беременной женщины; покушение на указанное преступление; совокупность простого убийства и покушения на умышленное причинение смерти беременной женщине).

Убийство, совершенное с особой жестокостью (п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ), может быть связано со способом убийства или с другими обстоятельствами, которые охватываются умыслом виновного. Это могут быть пытки, истязание, глумление над жертвой, применение мучительно действующего яда, сожжение заживо, длительное лишение пищи, воды и т.п. Таковым признается также убийство в присутствии близких потерпевшему лиц, если виновный сознавал, что причиняет им особые страдания.

Множественные телесные повреждения или присутствие близких не свидетельствуют об особой жестокости, если они обусловлены сильным волнением субъекта или убийство совершено при превышении необходимой обороны. Это же относится к признакам, предусмотренным п. «а», «г», «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Глумление над трупом, а равно его уничтожение или расчленение с целью сокрытия преступления не могут рассматриваться как проявление особой жестокости; возможна дополнительная квалификация по ст. 244 УК РФ (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Убийство, совершенное общеопасным способом (п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ), предполагает заведомое для виновного создание опасности для жизни хотя бы еще одного лица, кроме потерпевшего (совершение взрыва, поджога, выстрелов в местах скопления людей, отравление пищи и воды, которыми пользуются иные лица и т.п.).

В случае реализации такой опасности (причинения смерти или вреда здоровью) содеянное дополнительно квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ или статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за умышленное причинение вреда здоровью. Уничтожение или повреждение чужого имущества, лесного фонда или иных насаждений также требуют дополнительной квалификации (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Убийство по мотиву кровной мести (п. «е¹» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Указанный квалифицирующий признак был выделен в отдельный пункт Федеральным законом от 24 июля 2007 г. № 211-ФЗ, тогда как ранее он был упомянут в п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Кровная месть представляет собой обычай, сохранившийся у некоторых народов, предполагающий обязанность пострадавшего или его родственников отомстить за оскорбление, причинение вреда здоровью или смерти, лишив обидчика жизни. Повышенная общественная опасность обосновывается именно существованием такой обязанности, даже если виновный в принципе не намеревался совершать убийство. При этом преступление может быть совершено на любой территории, а не только в местах проживания соответствующих народов. Субъектом преступления может быть любое лицо, независимо от его национальности, если оно придерживается данного обычая и действует согласно ему. Потерпевшим также может являться любое лицо.

Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Групповой способ совершения преступления предполагает наличие двух или более лиц соисполнителей, т.е. лиц, которые непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие. Последнее не означает, что смертельные повреждения были причинены каждым лицом. Так, одно лицо может подавлять сопротивление потерпевшего (например, держать его за руки), а другое наносить такие повреждения. Группа лиц имеет место и при присоединении другого лица к действиям, направленным на причинение смерти (п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Если в убийстве участвует один исполнитель и иные соучастники, признак группы лиц отсутствует, однако может иметь место организованная группа, для наличия которой не требуется обязательное установление двух и более соисполнителей.

Убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1, корыстные побуждения связаны с целью получения материальной выгоды в денежной или другой форме для виновного или иных лиц либо избавления от материальных затрат (в частности, от уплаты долга, алиментов и т.п.). При этом фактического получения выгод не требуется. Корыстные побуждения должны возникнуть до совершения деяния, иначе возможна квалификация по совокупности преступлений (например, убийство и последующая кража имущества потерпевшего). Убийство при попытке возврата собственного имущества, данного в долг, или из мести за его повреждение либо отказ возвратить не может квалифицироваться по данному пункту. Также корыстные побуждения отсутствуют, если убийство связано с бытовой ссорой, в том числе из-за денег (например, по причине отказа предоставить их на спиртное).

Убийство по найму означает, что действия исполнителя обусловлены получением материального или иного вознаграждения. Заказчик убийства может руководствоваться любыми иными мотивами, вменение которых исполнителю зависит от их осознания последним. С точки зрения соучастия, заказчик может выполнять любую роль (организатора, пособника, подстрекателя, соисполнителя). Во всех случаях, кроме соисполнительства, заказчик несет ответственность со ссылкой на ст. 33 УК РФ. Соисполнительство требует дополнительной квалификации по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Сопряженность предполагает совершение убийства в процессе указанных в рассматриваемом пункте преступлений и квалифицируется по совокупности с иными статьями УК РФ.

Убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Особенности указанного преступления подробно раскрываются в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1. Такие побуждения предполагают явное неуважение к обществу и общепринятым нормам морали. Поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение. Подобные убийства совершаются без видимого повода или с использованием незначительного повода. Так, убийством из хулиганских побуждений, а не из мести, может быть признано причинение смерти по причине того, что потерпевший забрал чашку виновного, косо на него посмотрел и т.п. Часто потерпевший и виновный незнакомы или малознакомы друг с другом.

Отграничивая рассматриваемый пункт от убийства в ссоре либо драке, следует выяснить, кто являлся инициатором конфликта. Если последний был начат потерпевшим или спровоцирован его противоправным поведением, субъект не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений.

В практике встречаются случаи, когда мотив убийства установить не удается (в частности, виновный, находясь в состоянии тяжелого алкогольного опьянения, не помнил, почему так поступил). Квалификация их по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ невозможна.

В случае совершения убийства из хулиганских побуждений и иных действий, представляющих собой уголовно наказуемое хулиганство, содеянное квалифицируется по совокупности со ст. 213 УК РФ.

Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Поскольку законодатель называет конкретную цель преступления, данное деяние нельзя квалифицировать дополнительно по другим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающим иную цель или мотив убийства (в частности, из корыстных побуждений) (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1).

Другое преступление должно быть совершено до убийства и, по мнению виновного, о нем не должно быть известно правоохранительным органам. Облегчить совершение другого преступления возможно, убив потерпевшего одновременно с его совершением или до этого. Кем совершается иное преступление и его категория, значения не имеет. Указанный признак присутствует и в случае, если другое преступление мнимое, т.е. виновный ошибочно убежден, что содеянное ранее влечет уголовную ответственность.

Сопряженность в рассматриваемом пункте подразумевает совершение убийства в процессе названных преступлений или с целью их сокрытия либо по мотивам мести за оказанное сопротивление. Содеянное квалифицируется по совокупности со ст. 131 или 132 УК РФ.

Убийство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Ненависть или вражда распространяется в данном случае на потерпевшего как на представителя определенной группы людей по выделенным в законе признакам. Социальная группа понимается максимально широко, включая в себя представителей профессиональных и иных объединений, лиц, больных какими-либо заболеваниями, верующих, представителей власти и т.п.

Следует отграничивать рассматриваемый пункт от случаев убийства представителей иных национальностей и т.п. из личной неприязни, когда принадлежность потерпевшего к какому-либо сообществу не имеет определяющего значения.

Убийство в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК РФ). Оно может быть совершено с намерением использовать органы и ткани человека как для трансплантации, так и для другой цели, имеющей или не имеющей медицинского содержания, в том числе каннибализма, ритуальных действий. Сам факт последующего использования для квалификации деяния значения не имеет. Закон распространяется на любые органы и ткани человека.

Убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ). Данная статья объединяет в себе три состава преступления, общим для которых является наличие специального субъекта: матери, достигшей возраста 16 лет. Это убийство новорожденного ребенка: а) во время или сразу же после родов; б) в условиях психотравмирующей ситуации; в) в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Объективная сторона: действие или бездействие, последствие в виде смерти, причинная связь между ними. Составы преступления материальные. Необходимо отличать убийство путем бездействия и оставление в опасности новорожденного ребенка (ст. 125 УК РФ). Последнее имеет место, если умысел не был направлен на причинение смерти. Например, мать спрятала новорожденного в сарае, чтобы потом забрать его, однако наступила его смерть ввиду неприспособленности помещения для младенца. Или же мать обоснованно полагала, что оставляет ребенка в месте, где он будет обнаружен и спасен третьими лицами.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел. Если убийство было запланировано заранее и совершено обдуманно и хладнокровно, это не меняет квалификации деяния, что объясняется обычно тем, что мать в данный период времени не способна еще воспринимать ребенка в качестве самостоятельного человека, видит в нем источник своих страданий. В то же время некоторые ученые полагают, что при приготовлении к убийству новорожденного заранее ответственность должна наступать по ст. 105 УК РФ ввиду повышенной общественной опасности содеянного.

Наличие отягчающих обстоятельств по ч. 2 ст. 105 УК РФ не меняет правовой оценки деяния, которое квалифицируется только по ст. 106 УК РФ.

Убийство матерью новорожденного ребенка во время или сразу же после родов выделено в привилегированный состав в силу особого психофизического состояния женщины, связанного с родами. Обязательный признак объективной стороны — время совершения преступления. Для данного состава не требуется доказывать, что у матери возникли какие-либо психические отклонения. Период новорожденности и время «сразу же после родов» законодательно не установлены, однако в теории уголовного права в данном составе признаются равными одним суткам.

Причинение смерти ребенку до того момента, когда какая-либо часть его тела появилась из утробы матери, убийством не признается. При наличии определенных в уголовном законе обстоятельств может наступать ответственность за незаконное прерывание беременности или же за причинение тяжкого вреда здоровью матери ребенка. Беременная женщина в данном случае уголовной ответственности не подлежит.

Убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей ситуации. Обязательный признак объективной стороны — обстановка совершения преступления. Для этого и следующего состава периодом новорожденности согласно теории уголовного права следует считать один месяц (по другому мнению — четыре недели). Убийство за пределами этого срока квалифицируется на общих основаниях.

Психотравмирующая ситуация может возникнуть до, после или во время родов по таким причинам, как бытовая неустроенность, отказ отца ребенка или родственников признать и принять его, состояние здоровья новорожденного, беременность в результате изнасилования, развод с супругом и т.д. Субъективно ситуация должна восприниматься женщиной как эмоционально тяжелая.

Убийство матерью новорожденного ребенка в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости. Данное состояние относится к признакам субъекта преступления, оно должно оцениваться с учетом ст. 22 УК РФ. Указанное психическое расстройство — самостоятельный признак состава преступления, не тождественный психотравмирующей ситуации. Оно может иметь временный или хронический характер, развиться до или после родов.

При соучастии в преступлении иные лица, в частности, отец и другие родственники, привлекаются к ответственности по п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

При недостижении матерью возраста 16 лет уголовная ответственность не наступает ни по ст. 106, ни по ст. 105 УК РФ, поскольку иное решение приводит к абсурдной ситуации, в которой 14-летней матери грозит более строгое наказание, чем 16-летней.

Ряд проблем может возникнуть в связи с распространением суррогатного материнства. Одним из предлагаемых решений является изменение формулировки закона на «убийство женщиной рожденного ей ребенка».

Убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ). Объективная сторона: действие или бездействие, последствие в виде смерти, причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Наличие привилегированного состава объясняется особым состоянием субъекта преступления, а также причиной его возникновения — противоправным или аморальным поведением потерпевшего. Законодатель рассматривает понятия «аффект» и «сильное душевное волнение» как равнозначные.

Аффект — это особое кратковременное психическое состояние, бурно развивающееся, характеризующееся глубоким эмоциональным переживанием, резко выраженным вовне, при котором происходит сужение сознания и снижение самоконтроля (однако не полная их потеря). Данное состояние является физиологическим аффектом, который не относится к болезненным расстройствам психики. Его необходимо отличать от патологического аффекта — временного психического расстройства, при котором теряется возможность осознавать фактический характер и общественную опасность содеянного либо руководить своими действиями.

Различают три стадии физиологического аффекта: подготовительную, кульминацию (аффективный взрыв), заключительную. На первой возникает эмоциональная реакция на действия потерпевшего, дезорганизуется психическая деятельность субъекта. Такая реакция внезапна или же является результатом накопления негативных эмоций (кумулятивный аффект). На второй стадии имеет место сужение сознание, концентрация на травмирующих событиях. Субъект осознает только ближайшую цель своих действий, поступает спонтанно, импульсивно, неадекватно. Для заключительной стадии характерны истощение, вялость, раскаяние.

Ответственность по ст. 107 УК РФ может наступать, только если аффект вызван следующими деяниями потерпевшего: а) насилием — физическим (побои, причинение вреда здоровью, незаконное лишение свободы и т.д.) или психическим (угроза убийством, причинением вреда здоровью и т.п.); применяемое насилие должно быть противоправным; б) издевательством — насильственными или оскорбительными действиями, отличающимися особым цинизмом и продолжительностью; в) тяжким оскорблением — особым унижением чести и достоинства, оцениваемым судом с учетом объективных и субъективных факторов. Поскольку в УК РФ ранее предусматривалась уголовная ответственность за оскорбление — унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме (утратившая силу ст. 130 УК РФ, действующая ч. 1 ст. 5.61 КоАП содержит такую же формулировку), в литературе отмечается, что для признания оскорбления тяжким недостаточно наличия данных признаков, так как оно должно быть исключительным и циничным. В то же время тяжким оскорблением может быть признано деяние, не содержащее названых признаков (например, присутствие лица при преступлении в отношении виновного и невоспрепятствование его совершению); г) иными противоправными или аморальными действиями, нарушающими нормы различных отраслей права или общепринятые моральные нормы, в частности, уничтожение или повреждение чужого имущества, супружеская измена. Суд учитывает не только сам факт последней, но и ее восприятие субъектом, поскольку лицо может реагировать на измену как на оскорбление или же нейтрально, признавая возможность свободных отношений; д) длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим противоправным или аморальным поведением, в результате чего происходит накопление отрицательных эмоций, а затем — психоэмоциональный взрыв, который часто связывают с каким-либо эпизодом, имеющим характер «последней капли». Так, субъект может узнать о фактах, в том числе имевших место в прошлом (например, женщине, муж которой систематически пьянствовал, избивал и оскорблял детей, рассказали о том, что пять лет назад он изнасиловал младшую дочь).

Аффект, возникший в результате перечисленных деяний, иногда именуют «извинительным», в отличие от аффекта, который носит «неизвинительный» характер и вызван либо правомерными и не противоречащими морали действиями потерпевшего, либо иными обстоятельствами. В частности, ответственность по ст. 107 УК РФ не может наступать в случае, если деяние совершено вследствие желания потерпевшего развестись, разделить совместно нажитое имущество, заявить в полицию о неправомерных действиях субъекта.

Часть 2 ст. 107 УК РФ предусматривает ответственность за убийство двух или более лиц, совершенное в состоянии аффекта. Последний должен быть вызван противоправным или аморальным поведением всех потерпевших. В противном случае возможна квалификация по совокупности преступлений (ст. 107 и 105 УК РФ). В то же время могут возникнуть некоторые трудности в случае, когда имеет место супружеская измена, и лицо, с которым супруг ее совершает, не осведомлен о браке, следовательно, его поведение невозможно назвать аморальным. В то же время вряд ли субъект преступления, находясь в состоянии аффекта, способен оценить обстоятельства происходящего. Единого ответа на этот вопрос нет; представляется, что правильной является квалификация по ч. 2 ст. 107 УК РФ при наличии иных признаков состава преступления ввиду восприятия происходящего как единого целого и состояния аффекта.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел.

Субъект: общий, т.е. лицо, достигшее возраста 16 лет. Лица, достигшие 14 лет, но не достигшие 16 лет, не несут уголовной ответственности ни по ст. 107, ни по ст. 105 УК РФ.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108 УК РФ). Как очевидно из названия статьи, она содержит два самостоятельных состава преступления.

Объективная сторона по ч. 1 и 2: деяние, последствие в виде смерти, причинная связь между ними. Составы преступлений материальные.

Уголовно-правовая оценка содеянного требует изучения норм Общей части о необходимой обороне и задержании лица, совершившего преступление (ст. 37 и 38 УК РФ), а также постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление».

Убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108 УК РФ). Обязательный признак объективной стороны — обстановка превышения пределов необходимой обороны. Следует оценить, имела ли место необходимая оборона от посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия (абсолютная необходимая оборона) или же опасность для жизни отсутствовала (относительная необходимая оборона). В первом случае превышение пределов необходимой обороны невозможно. Во втором — превышением ее могут быть признаны умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства. Причинение смерти по неосторожности в состоянии необходимой обороны уголовной ответственности не влечет.

Согласно ч. 2¹ ст. 37 УК РФ, не являются превышением пределов необходимой обороны действия обороняющегося лица, если это лицо вследствие неожиданности посягательства не могло объективно оценить степень и характер опасности нападения.

Состояние необходимой обороны имеет место вплоть до окончания посягательства. В связи с этим следует разграничивать убийство в состоянии необходимой обороны и убийство из мести, расправу над нападавшим (ст. 105 УК РФ). Однако если защита последовала непосредственно за актом оконченного посягательства, но по объективным и субъективным причинам обороняющееся лицо полагало, что оно продолжается, возможна ответственность по ст. 108 УК РФ (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Особые правила применяются при мнимой обороне. Таковая имеет место, если обстановка давала основания полагать, что совершается реальное общественно опасное посягательство. Она делится на две возможные ситуации: а) лицо не осознавало и не могло осознавать отсутствие посягательства; б) лицо не осознавало, но по обстоятельствам дела должно было и могло осознавать его отсутствие. В первой действия субъекта квалифицируются по правилам о необходимой обороне. Во второй — по статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за неосторожные преступления, а ст. 108 УК РФ не применяется (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

От мнимой обороны следует отличать воображаемую оборону, когда посягательства не существовало и обстановка не давала лицу оснований полагать обратного. В подобной ситуации действия субъекта квалифицируются на общих основаниях. В частности, лицо может вообразить посягательство под влиянием наркотических средств или иных веществ.

Отграничивая убийство при превышении необходимой обороны и убийство в состоянии аффекта, необходимо понимать, что во втором случае субъект действует не с целью защиты. В то же время в состоянии необходимой обороны субъект может испытывать сильное душевное волнение. Если при этом он превысит пределы необходимой обороны и совершит убийство, содеянное подлежит квалификации по ч. 1 ст. 108 УК РФ (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Убийство, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ч. 2 ст. 108 УК РФ). Обязательный признак объективной стороны — обстановка задержания, при которой превышаются меры, необходимые для задержания. Такое убийство также необходимо отличать от убийства из мести или самочинной расправы над лицом.

Право на задержание лица, совершившего преступление, имеют не только уполномоченные на то представители власти, но и иные лица (в частности, пострадавшие от преступления, его очевидцы). Наличие вступившего в законную силу обвинительного приговора суда не является обязательным (п. 19–20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Часть 1 ст. 38 УК РФ предусматривает следующие цели задержания: доставление органам власти и пресечение возможности совершения новых преступлений. При этом закон требует, чтобы иными средствами, кроме как причинением вреда, задержать лицо не представлялось возможным.

Поскольку прямой умысел исключает достижение первой цели, в этом случае возможно лишь причинение смерти с косвенным умыслом. Применительно ко второй цели некоторые авторы допускают как прямой, так и косвенный умысел; иные исследователи полагают, что вторая цель не имеет самостоятельного значения, и потому рассматриваемое убийство всегда совершается только с косвенным умыслом.

Превышением мер, необходимых для задержания лица, признается их явное несоответствие, во-первых, характеру и степени общественной опасности совершенного задерживаемым лицом преступления; во-вторых, обстоятельствам задержания. При этом лицу умышленно без необходимости причиняется явно чрезмерный, не вызываемый обстановкой вред.

Если субъект, исходя из обстановки, добросовестно заблуждался относительно характера совершенного задержанным лицом противоправного деяния или того, кто именно совершил преступление, содеянное оценивается аналогично правилам о мнимой обороне. При отсутствии указанных обстоятельств причинение вреда при задержании подлежит квалификации на общих основаниях (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

При необходимой обороне или задержании лица, совершившего преступление, недопустимо причинение вреда третьим лицам (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 г. № 19).

Субъективная сторона: по ч. 1 — прямой или косвенный умысел, по ч. 2 — косвенный умысел, по иному мнению — прямой или косвенный умысел.

Субъект: общий, т.е. лицо, достигшее 16 лет. Лица моложе 16 лет уголовной ответственности не несут ни по данной статье, ни по ст. 105 УК РФ.

Причинение смерти по неосторожности (ст. 109 УК РФ). Объективная сторона: действие или бездействие, последствие в виде смерти, причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Субъективная сторона: неосторожность (легкомыслие или небрежность).

В судебной практике возникают вопросы о разграничении причинения смерти по легкомыслию и убийства с косвенным умыслом. Легкомыслие предполагает, что лицо предвидит возможность наступления общественно опасных последствий и у него имеется расчет — хотя и самонадеянный — на их предотвращение. При этом он рассчитывает на объективные обстоятельства, а не на случайность, в частности, на свой опыт, предпринятые меры безопасности и т.п. Его отношение к последствиям являлось не безразличным, а скорее негативным (отрицательным). Косвенный умысел также предполагает предвидение общественно опасных последствий, однако субъект относится к ним безразлично, возможно, рассчитывая, что они не наступят по счастливой случайности, надеется на авось.

Причинение смерти по неосторожности, и в особенности по небрежности, следует отличать и от невиновного причинения смерти.

Субъект: общий, т.е. лицо, достигшее возраста 16 лет.

Так как ст. 109 УК РФ предусматривает неосторожную форму вины, соучастие в данном преступлении невозможно.

В то же время в судебной практике признается возможность привлечения двух или более лиц к уголовной ответственности за неосторожное причинение смерти одному потерпевшему. Например, один дежурный врач поставил неверный диагноз пациенту, не назначая необходимых диагностических исследований, и провел неверное лечение, а затем второй дежурный врач поступил точно так же, в результате чего наступила смерть пациента. Каждый из них был осужден по ч. 2 ст. 109 УК РФ.

Ненадлежащее исполнение профессиональных обязанностей (ч. 2 статьи) — это нарушение требований, предъявляемых к профессиональной деятельности. Необходимо установить, какие именно требования и правила были нарушены, а также причинную связь между нарушением и наступившими последствиями. Этот состав преступления не применяется, в случае наличия специальной нормы, предусматривающей причинение смерти по неосторожности (например, ч. 2 ст. 215 УК РФ). Субъект в данном случае специальный, в частности, медицинские работники, инструкторы по охране труда.

Причинение по неосторожности смерти двум или более лицам (ч. 3 статьи) предполагает наличие нескольких потерпевших.

Доведение до самоубийства (ст. 110 УК РФ). Объективная сторона включает в себя деяние, последствия и причинную связь между ними. Состав преступления материальный.

Последствия предусмотрены альтернативно: самоубийство потерпевшего — сознательное (умышленное) лишение себя жизни — либо покушение на самоубийство. В отдельных случаях возможно самоубийство путем бездействия (отказ от пищи, воды). (В литературе указывается на недостаточную корректность термина «покушение» в отношении самоубийства, которое преступным деянием не является.)

При наступлении смерти потерпевшего в результате его неосторожных действий рассматриваемый состав преступления отсутствует. Например, надеясь избежать побоев, потерпевший выпрыгивает из окна второго этажа и неудачно падает.

Покушение на самоубийство должно быть реальным. Инсценировка исключает уголовную ответственность по ст. 110 УК РФ. Исключает ее и совершение лишь приготовительных к самоубийству действий. В таких случаях субъект может нести ответственность за фактически совершенные действия, такие как угроза жизни, истязание и т.п.

Обязательным признаком объективной стороны является способ совершения преступления. Перечень альтернативных способов законодатель сформулировал исчерпывающе.

Угрозы. Термин употреблен во множественном числе, что означает повторяемость действий. Угрозы могут быть письменными или устными, анонимными или исходить от конкретного лица. Содержание угроз также может различаться: убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением имущества, разглашением сведений, которые потерпевший стремится сохранить в тайне. Угрозы правомерными действиями, например, разводом, сообщением о совершенном потерпевшим преступлении, исключают уголовную ответственность.

Жестокое обращение также представляет собой повторяющиеся деяния, образующие или не образующие самостоятельный состав преступления. К ним относятся, в частности, истязание, причинение вреда здоровью, лишение пищи, жилья.

Систематическое унижение человеческого достоинства, т.е. повторяемые многократно (более двух раз) оскорбления, клевета, высмеивание, опорочивание.

По общему правилу, содеянное квалифицируется только по ст. 110 УК РФ, даже если указанные способы охватываются иными статьями. Однако совокупность преступлений налицо, если деяние является более общественно опасным, что может быть определено по санкциям соответствующих статей (например, причинение тяжкого вреда здоровью).

Если самоубийство явилось следствием изнасилования или насильственных действий сексуального характера, содеянное квалифицируется по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ или п. «б» ч. 3 ст. 132 УК РФ (как иное тяжкое последствие) (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности»).

Квалифицированный состав (ч. 2 статьи) предусматривает ответственность за совершение того же деяния: в отношении несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного (примечательно, что зависимые лица были единственной категорией потерпевших, за доведение до самоубийства которой наступала ответственность по УК РСФСР 1960 г.); в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности; в отношении двух или более лиц; группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть Интернет). Публичность предполагает доступность для неопределенного круга лиц.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел, о чем свидетельствует судебная практика. Ряд авторов, однако, обосновывает, что ответственность за данное преступление может наступать и при наличии неосторожности. Также существует мнение, что при прямом умысле субъект должен нести ответственность за убийство, что, однако, не учитывает факт причинения смерти потерпевшим себе самому. Убийством следует считать ситуации, когда субъект физически принуждает лицо совершить самоубийство, если потерпевший не может действовать по своей воле. При предоставлении же выбора, например, принять яд или умереть от долгого лишения пищи, если потерпевший лишит себя жизни с помощью первого, налицо ст. 110 УК РФ.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Склонение к совершению самоубийства или содействие совершению самоубийства (ст. 110¹ УК РФ). Составы преступлений предусматривают обязательный признак объективной стороны — способ их совершения.

Часть 1 предусматривает ответственность за склонение к совершению самоубийства путем уговоров, предложений, подкупа, обмана или иным способом при отсутствии признаков доведения до самоубийства. Перечень альтернативных способов является открытым, однако они не могут быть теми же, что перечислены в ст. 110 УК РФ.

Под склонением следует понимать возбуждение у лица желания совершить самоубийство, убеждение в необходимости такового. Склонение как деяние схоже с подстрекательством, однако не может считаться таковым, поскольку самоубийство преступлением не является.

Часть 2 содержит самостоятельный состав преступления — содействие совершению самоубийства советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения самоубийства либо устранением препятствий к его совершению или обещанием скрыть средства или орудия совершения самоубийства. То есть содействие может быть интеллектуальным или физическим. Способы перечислены исчерпывающе. Пособничеством оно признано быть не может по причине, указанной выше.

В ч. 3 содержатся квалифицирующие признаки деяний, предусмотренных ч. 1 и 2 данной статьи, идентичные ч. 2 ст. 110 УК РФ.

Составы преступлений по ч. 1–3 формальные.

Субъективная сторона по ч. 1–3 представлена виной в форме прямого умысла.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Часть 4 статьи предусматривает ответственность за те же деяния, повлекшие самоубийство или покушение на самоубийство.

По ч. 5 статьи наказываются лица в случае, если их преступные деяния повлекли самоубийство или покушение на самоубийство уязвимых лиц, перечисленных в ч. 3 той же статьи.

Часть 6 статьи применяется в случае, если имело место самоубийство двух или более лиц.

Составы преступлений по ч. 4–6 статьи материальные.

Субъективная сторона применительно к ч. 4–6 статьи не уточняется; вероятно, речь идет об умысле, учитывая судебную практику по ст. 110 УК РФ.

Если лицо склонило каким-либо способом к самоубийству малолетнего ребенка или потерпевшего с тяжелым психическим расстройством, ответственность может наступить по ст. 105 УК РФ по причине дефекта воли и сознания указанных лиц.

Организация деятельности, направленной на побуждение к совершению самоубийства (ст. 110² УК РФ). Объективная сторона преступления характеризуется действиями. Под деятельностью следует понимать активные целенаправленные действия, под побуждением к совершению самоубийства — возбуждение желания, решимости, убеждение лица, то есть, по сути, склонение к его совершению. Организация представляет собой процесс упорядочивания деятельности.

Обязательно установление способа организации такой деятельности. Они перечислены исчерпывающе и являются альтернативными: распространение информации о способах совершения самоубийства или призывы к совершению самоубийства. Распространение информации — действия, направленные на ее доведения до сведения других лиц, призывы — обращение к другим лицам, вызывающее желание, решимость совершить рассматриваемые деяния.

Состав преступления формальный.

Субъективная сторона: прямой умысел, так как присутствует специальная цель — побуждение к совершению самоубийства.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Часть 2 предусматривает квалифицирующий признак данного деяния: сопряженность с публичным выступлением, использованием публично демонстрирующегося произведения, средств массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет).

Примечание к статье предусматривает обязательное специальное основание освобождения от уголовной ответственности за деяния, предусмотренные данной статьей, а также ст. 110 и 110¹ УК РФ. Для этого требуется несколько условий в совокупности: а) добровольное прекращение преступной деятельности; б) активное способствовавшее раскрытию и (или) пресечению данных преступлений. Если в действиях лица содержится другой состав преступления, оно может быть привлечено к ответственности по иной статье УК РФ. Однако лицо все равно освобождается от ответственности по ст. 110, 110¹, 110² УК РФ.

§ 3. Преступления против здоровья

Основным непосредственным объектом данной группы преступлений являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность здоровья человека, либо (по другой концепции) здоровье как благо, принадлежащее личности. Уголовным правом охраняется как физическое, так и психическое здоровье человека. Этим объясняется отказ законодателя от термина «телесное повреждение» в пользу понятия «вред здоровью».

Согласно определению, данному в Преамбуле Устава Всемирной организации здравоохранения, здоровьем является состояние полного физического, душевного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов. Такая дефиниция является чрезвычайно широкой для целей главы 16 УК РФ.

Медицинское понятие здоровья включает в себя такие характеристики, как совершенная адаптация к воздействию на организм факторов естественной среды обитания, способность к деторождению с учетом возраста, адекватность психического развития, обеспечиваемые нормальным функционированием всех органов и физиологических систем организма при отсутствии прогрессирующих нарушений структуры органов и проявляющееся состоянием физического и духовного благополучия.

В российской уголовно-правовой доктрине используется понятие здоровья в узком смысле, т.е. как наличного состояния организма другого человека (физического и психического), которому может быть причинен вред. Нанесение вреда самому себе ненаказуемо по статьям главы 16 УК РФ. Лишь по ст. 339 УК РФ наступает ответственность за уклонение военнослужащего от исполнения обязанностей военной службы путем причинения себе какого-либо повреждения (членовредительство).

Качество здоровья и личность потерпевшего на квалификацию деяния не влияют. При этом необходимо установить, что фактическое состояние здоровья индивида ухудшилось и какова степень ухудшения.

В УК РФ закреплены понятия легкого, средней тяжести и тяжкого вреда здоровью, которые раскрываются в ст. 115, 112 и 111 УК РФ соответственно.

Вред здоровью — нарушения анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психических факторов внешней среды (п. 2 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных постановлением Правительства РФ от 17 августа 2007 г. № 522, далее — Правила определения тяжести вреда здоровью). Также необходимо наличие причинной связи между деянием и вредом.

Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК РФ). Объективная сторона: деяние совершается в основном путем действия, но возможно и бездействие специального (обязанного) субъекта (например, неосуществление ухода за младенцем, больным). Последствие — соответствующий вред здоровью. Обязательно наличие причинной связи между деянием и вредом. Состав преступления материальный.

Тяжкий вред здоровью характеризуется несколькими признаками. При этом необходимо руководствоваться как положениями уголовного закона, так и Правилами определения тяжести вреда здоровью и Медицинскими критериями определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденными приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н (далее — Медицинские критерии).

Тяжким признается вред:

1. Опасный для жизни человека. Он может быть двух видов: а) непосредственно создающий угрозу для жизни; б) вызывающий развитие угрожающего жизни состояния, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью. Соответствующие травмы и состояния конкретизируются в п. 6.1 и 6.2 Медицинских критериев. В первом случае речь идет, например, о проникающих в череп ранах головы, проникающих в брюшную полость ранах живота, во втором — в частности, об острой кровопотере, сепсисе, коме II–III степени. Своевременное оказание медицинской помощи, предотвратившее смерть, на оценку причиненного вреда как тяжкого не влияет.

2. Повлекший последствия в виде:

а) Потери зрения (полная стойкая слепота на оба глаза или необратимое ухудшение зрения — при остроте 0,04 и ниже); речи (необратимая потеря способности выражать мысли членораздельными звуками, понятными для окружающих); слуха (полная стойкая глухота на оба уха или необратимое состояние, когда человек не слышит разговорную речь на расстоянии 3–5 см от ушной раковины). При этом потеря зрения на один глаз или слуха на одно ухо, посттравматическое удаление обладающего зрением глазного яблока оценивается по признаку стойкой утраты общей трудоспособности (п. 6.3–6.5 Медицинских критериев).

б) Потери какого-либо органа или утраты органом его функций. К таковым отнесены лишь отделение от туловища или стойкая утрата функций руки или ноги, кисти или стопы; потеря производительной способности (к совокуплению или оплодотворению — у мужчин; к совокуплению или зачатию, или вынашиванию, или деторождению — у женщин), а также потеря одного яичка (п. 6.6 Медицинских критериев).

в) Прерывания беременности, т.е. ее прекращения независимо от срока, а именно: выкидыша (иное название — самопроизвольный аборт, происходит на сроке беременности до 22 акушерских недель); внутриутробной гибели плода; преждевременных родов (на сроке от 22 до 37 акушерских недель) либо вреда, обусловившего необходимость медицинского вмешательства (выскабливание матки, кесарево сечение и пр.) (п. 6.7 Медицинских критериев). Прерывание беременности не должно быть следствием индивидуальных особенностей организма потерпевшей или плода, имевших место до причинения вреда здоровью.

г) Психического расстройства, степень которого в законодательстве не уточняется. Однако на практике к тяжкому вреду здоровью относят обычно травматические, интоксикационные и реактивные психозы и не относят непродолжительные реактивные расстройства, патологический аффект.

д) Заболевания наркоманией либо токсикоманией. Первая предполагает возникновение болезненного влечения к употреблению наркотических средств, которое может возникнуть, в частности, в результате их насильного или обманного введения в организм потерпевшего. Токсикомания возникает при злоупотреблении иными сильнодействующими веществами.

е) Неизгладимого обезображивания лица. Область лица имеет верхнюю границу — волосистый покров головы в норме, боковую — передний край основания ушной раковины, задний край ветви нижней челюсти, нижнюю — нижний угол и нижний край тела нижней челюсти. Судебно-медицинская экспертиза определяет лишь признак неизгладимости — это такие повреждения лица, которые с течением времени не исчезают самостоятельно (без хирургического устранения рубцов, деформаций, нарушений мимики и пр. либо под влиянием нехирургических методов) и для их устранения требуется оперативное вмешательство (п. 6.10 Медицинских критериев). Обезображивание — эстетический признак, подлежащий оценке судом, исходя из общепринятых представлений о красоте, привлекательности человеческого лица с учетом всех обстоятельств дела. Необходимо учитывать индивидуальные особенности потерпевшего и его мнение, хотя не все авторы с этим согласны.

3. Повлекший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Согласно п. 20 Медицинских критериев, стойкая утрата общей трудоспособности заключается в необратимой утрате функций в виде ограничения жизнедеятельности (потеря врожденных и приобретенных способностей человека к самообслуживанию) и трудоспособности человека независимо от его квалификации и профессии (специальности). Стойкость — качественный критерий — имеет место при неблагоприятном трудовом и клиническом прогнозах или определившемся исходе, либо при длительности расстройства здоровья свыше 120 дней. Длительность лечения может не совпадать с продолжительностью ограничения функций органов и (или) систем органов человека, так как оно не исключает посттравматического ограничения последних (п. 18, 19 Медицинских критериев). Количественный критерий — не менее чем на одну треть (свыше 30 процентов). К такой утрате независимо от исхода ведут, в частности, следующие травмы: перелом костей, составляющих локтевой сустав; открытый вывих стопы с разрывом связочного аппарата и капсулы сустава (п. 6.11 Медицинских критериев). Также правоприменителю следует руководствоваться Таблицей процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин, являющейся приложением к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н.

4. Повлекший заведомо для виновного полную утрату профессиональной трудоспособности, которая связана с возможностью выполнения определенного объема и качества работы по конкретной профессии (специальности), по которой осуществляется основная трудовая деятельность (п. 6.12 Медицинских критериев). В данном случае требуется обращение к постановлению Правительства РФ от 16 октября 2000 г. № 789 «Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Также необходимо установление признака заведомости. В качестве примеров деяний, повлекших полную утрату профессиональной трудоспособности, в литературе приводятся калечащее избиение футболистов по ногам, лишение пианиста пальца руки.

Квалифицирующие признаки умышленного причинения тяжкого вреда здоровью установлены ч. 2 и 3 ст. 111 УК РФ и во многом совпадают с предусмотренными ч. 2 ст. 105 УК РФ.

В п. «б» ч. 2 ст. 111 УК РФ говорится о признаках потерпевшего, а также об особой жестокости, издевательстве или мучениях для потерпевшего. Под издевательством и мучениями следует понимать причинение дополнительных страданий, боли (ожоги, щипки, лишение питья и т.п.). В компетенцию судебно-медицинских экспертов входит установление самого факта причинения таких страданий, однако вывод о наличии издевательства или мучений вправе сделать только суд.

Пункт «з» ч. 2 предусматривает применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Под последним понимают устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели. Включение в эту категорию сигнального оружия при квалификации преступлений вызывает споры. Другие предметы должны быть способны причинить вред живой цели.

Отдельное внимание следует уделить ч. 4 ст. 111 УК РФ, которая устанавливает ответственность за деяния, предусмотренные ч. 1–3 данной статьи, повлекшие по неосторожности смерть потерпевшего. В судебной практике возникает вопрос о разграничении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, и убийства. О направленности умысла уже говорилось применительно к убийству. О неосторожном отношении к смерти может свидетельствовать, в частности то, что субъект после причинения опасных повреждений принимает меры, хотя и недостаточные, для предотвращения смерти (оказывает сам определенную медицинскую помощь; бросает потерпевшего в людном месте, чтобы ему могли помочь; оставляет мобильный телефон для связи с экстренными службами и т.п.). При убийстве потерпевшего, напротив, могут оставить в безлюдном месте, на холоде, связанным и т.д. Также важно установить характер взаимоотношений потерпевшего и виновного. Следует принять во внимание, что при неопределенном умысле (когда субъект допускает причинение вреда, не конкретизируя степень его тяжести), включая умысел альтернативный (когда субъект допускает наступление различных определенных видов вреда), содеянное квалифицируется по фактически наступившим последствиям.

Что касается разграничения ч. 4 ст. 111 УК РФ и причинения смерти по неосторожности, то в данном случае важно выяснить тяжесть вреда, нанесенного непосредственно субъектом: он должен быть легким или средней тяжести.

Субъективная сторона: по ч. 1–3 — умысел (прямой или косвенный), по ч. 4 — умысел по отношению к тяжкому вреду здоровью, неосторожность по отношению к смерти, при этом суд обязан конкретизировать вид неосторожности (легкомыслие или небрежность).

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 14 лет.

Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ст. 112 УК РФ). Объективная сторона: деяние (действие или бездействие), последствие в виде указанного вреда, причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Статья 112 УК РФ называет две группы признаков вреда здоровью средней тяжести: а) негативные: он не должен быть опасен для жизни человека, а также влечь последствия, указанные в ст. 111 УК РФ; б) позитивные: вред вызывает длительное расстройство здоровья или влечет значительную стойкую утрату общей трудоспособности менее чем на одну треть. Длительное расстройство здоровья — временное нарушение функций органов и (или) систем продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня). Значительная стойкая утрата общей трудоспособности менее чем на одну треть — стойкая утрата общей трудоспособности от 10 до 30 процентов включительно (п. 7 Медицинских критериев).

Квалифицирующие признаки предусмотрены ч. 2 ст. 112 УК РФ и во многом совпадают с ч. 2 и 3 ст. 111 УК РФ.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 14 лет.

Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ). Объективная сторона совпадает со ст. 111 и 112 УК РФ. Состояние аффекта устанавливается так же, как и при убийстве в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ). Состав преступления материальный.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел, аффект.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Если в состоянии аффекта причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, содеянное квалифицируется только по ст. 113 УК РФ. Квалификация такого деяния как убийства в состоянии аффекта либо по ч. 4 ст. 111 УК РФ или по совокупности ст. 113 и 109 УК РФ является ошибочной.

Причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 114 УК РФ). Составы преступлений материальные. Большинство признаков совпадают со ст. 108 УК РФ.

Частью 1 предусмотрена ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, что возможно лишь при обороне от посягательства, не опасного для жизни. Причинение вреда здоровью по неосторожности при превышении пределов необходимой обороны ненаказуемо, равно как и умышленное причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью.

Часть 2 предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенное при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. Ответственность наступает не только за причинение тяжкого, но и средней тяжести вреда здоровью, т.е. она шире, чем по ч. 1 статьи. Умышленное причинение легкого вреда здоровью в подобной обстановке не влечет уголовной ответственности, как и причинение вреда здоровью по неосторожности.

В случае причинения смерти по неосторожности деяние квалифицируется только по ч. 1 или ч. 2 ст. 114 УК РФ, а не по ст. 108 или ч. 4 ст. 111; совокупность со ст. 109 УК РФ также невозможна.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ). Объективная сторона включает в себя деяние, последствие в виде указанного вреда и причинную связь между ними. Состав преступления материальный.

Легкий вред здоровью описывается по двум альтернативным признакам как вызвавший: а) кратковременное расстройство здоровья, т.е. временное нарушение функций органов и (или) систем (временная нетрудоспособность) продолжительностью до трех недель от момента причинения травмы (до 21 дня включительно); б) незначительную стойкую утрату общей трудоспособности (менее 10 процентов). Не считаются вредом здоровью поверхностные повреждения, в частности, ссадина, кровоподтек, ушиб мягких тканей, включающий кровоподтек и гематому, поверхностная рана (п. 8–9 Медицинских критериев).

В ч. 2 ст. 115 УК РФ перечислены четыре квалифицирующих признака деяния, которые частично совпадают с ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Побои (ст. 116 УК РФ). Данная статья была подвергнута многочисленным изменениям, связанным с процессом гуманизации уголовного закона, с учетом необходимости противодействия домашнему насилию. Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ побои были частично декриминализованы, за исключением деяния, совершенного в отношении близких лиц, либо из хулиганских побуждений или по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

В настоящее время уголовная ответственность по ст. 116 УК РФ наступает только при наличии последних мотивов (альтернативно). Таким образом, мотив выступает обязательным криминообразующим признаком. При отсутствии специального мотива указанные действия наказуемы по ст. 6.1¹ КоАП РФ.

Личность потерпевшего (близкое лицо или постороннее) по действующему закону значения не имеет.

Объективная сторона: деяние, негативным признаком которого является отсутствие последствий, указанных в ст. 115 УК РФ. Позитивные альтернативные признаки: а) побои, т.е. нанесение ударов или толчков. В уголовно-правовой доктрине господствует мнение, что их должно быть не менее двух или трех. В то же время в судебной практике встречаются обвинительные приговоры по факту одного удара. Некоторые исследователи указывают на то, что слово «побои» в русском языке в единственном числе не употребляется. Побои могут оставить ссадины, кровоподтеки и мелкие раны либо не оставить никаких повреждений. Последнее не является препятствием для наступления уголовной ответственности; б) иные насильственные действия, причинившие физическую боль. К иным насильственным действиям относятся сечение, щипание, вырывание волос, в том числе с помощью животных, используемых как орудие совершения преступления. Насильственные действия, не причинившие физической боли, например, остригание кос, не влекут уголовной ответственности.

Преступление может быть признано оконченным с момента совершения соответствующих действий (формальный состав). Однако ряд авторов предлагает рассматривать причинение физической боли в качестве последствия, причинно связанного с деянием субъекта; в таком случае состав преступления можно признать материальным. Последнее влечет вывод о возможности его совершения как с прямым, так и с косвенным умыслом. Если состав признать формальным, то исследователи указывают на наличие только прямого умысла. В любом случае следует отметить, что причинение боли тесно связано с деянием субъекта, поэтому разрешить данный спор довольно сложно. Эти же соображения относятся и к ст. 116¹ УК РФ.

Таким образом, субъективная сторона — это умысел (прямой либо, в зависимости от понимания материальности состава, прямой или косвенный) и обязательный мотив.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Нанесение побоев лицом, подвергнутым административному наказанию (ст. 116¹ УК РФ). Объективная сторона: в данном составе используется административная преюдиция. Лицо должно быть наказано по ст. 6.1¹ КоАП РФ за нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния, и в течение года совершить аналогичное деяние. Срок в один год вытекает из ст. 4.6 КоАП РФ, согласно которой лицо считается подвергнутым административному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении такого наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления.

Субъективная сторона: умысел (прямой либо, в зависимости от понимания материальности состава, прямой или косвенный). Мотивы и цели преступления значения не имеют, однако они не должны быть предусмотрены ст. 116 УК РФ.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Истязание (ст. 117 УК РФ). Объективная сторона: причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями. Негативным признаком является отсутствие последствий, указанных в ст. 111 и 112 УК РФ, т.е. тяжкого и средней тяжести вреда здоровью. Побои или иные насильственные действия рассматриваются в литературе как альтернативные деяния либо как альтернативные способы совершения преступления. Причиненные страдания некоторые ученые предлагают считать последствиями, находящимися в причинной связи с содеянным (материальный состав), другие полагают, что состав преступления формальный.

Систематичность побоев предполагает наличие совокупности взаимосвязанных действий субъекта, объединенных стремлением причинить потерпевшему постоянные страдания. Если имело место несколько эпизодов побоев, друг с другом не связанных, содеянное не может быть квалифицировано как истязание.

Из текста закона следует, что для наступления ответственности по данной статье не требуется систематичности совершения насильственных действий, однако они все же должны быть достаточно интенсивны и длительны для причинения потерпевшему физических или психических страданий (например, долгое таскание за волосы).

Психическое насилие (угрозы, оскорбления) не может выступать способом совершения данного преступления, хотя отдельные ученые склоняются к противоположной точке зрения.

Причинение легкого вреда здоровью не требует отдельной квалификации и полностью охватывается данной статьей.

Субъективная сторона: умысел (прямой либо прямой или косвенный, в зависимости от признания состава формальным или материальным, что подробно описано применительно к ст. 116 УК РФ).

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Квалифицирующие признаки перечислены в ч. 2 ст. 117 УК РФ; во многом они совпадают с таковыми по ст. 111 УК РФ. Обращают на себя внимание п. «г», в котором помимо уязвимых категорий потерпевших упоминается о лице, похищенном либо захваченном в качестве заложника, а также п. «д», предусматривающий применение пытки. Понятие пытки для целей ст. 117 и иных статей УК РФ раскрывается в примечании к рассматриваемой статье: это «причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний или иным действиям, противоречащим воле человека, а также в целях наказания либо в иных целях». Таким образом, пыткой признается причинение страданий в определенных целях. В то же время в литературе предлагается более содержательное понятие пытки, которое включает в себя изощренные способы причинения страданий (применение утюга, введение игл под ногти), причинение особенно сильной боли. При этом следует признать правильным ограничительное толкование данного примечания, а именно: причинение физических или нравственных страданий в целях понуждения к даче показаний следует квалифицировать по ст. 302 УК РФ.

Причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности (ст. 118 УК РФ). Данная статья отличается от ст. 111 УК РФ формой вины; ответственность здесь наступает при наличии неосторожности в виде легкомыслия или небрежности.

По ч. 2 ст. 118 УК РФ предусмотрена ответственность за то же деяние, совершенное вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. По ней квалифицируются деяния медицинских работников, инструкторов по охране труда и т.д., совершенные в процессе их профессиональной деятельности.

Субъект преступления: по ч. 1 — общий, т.е. лицо, достигшее 16 лет, по ч. 2 — специальный (лицо определенной профессии, достигшее 16 лет).

Заражение венерической болезнью (ст. 121 УК РФ). Объективная сторона: действие или бездействие, последствие в виде заражения, причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Поскольку термин «венерические заболевания» является устаревшим, в литературе возникают вопросы об их соотношении с заболеваниями, передающимися половым путем. Если полностью отождествлять указанные понятия, возникает ряд проблем, в том числе связанных с тем, что некоторые заболевания, передающиеся половым путем, неизлечимы, и фактически уголовный закон налагает пожизненный запрет на сексуальные контакты таких больных. Некоторые авторы полагают, что перечень венерических заболеваний по данной статье необходимо ограничить лишь четырьмя: гонореей, сифилисом, мягким шанкром, паховым лимфогранулематозом. Однако иные ученые относят к ним также хламидиоз, венерическую гранулему и другие.

Заражение, т.е. передача болезни, может иметь место при половом сношении, совершении иных действий сексуального характера, нарушении правил гигиены в быту и т.п. Некоторые авторы говорят о наказуемости передачи болезни матерью, знавшей о наличии у нее таковой и не прошедшей лечения, вынашиваемому ей плоду через плаценту. Вид венерической болезни, а также способ и продолжительность лечения не влияют на уголовно-правовую оценку содеянного.

Ответственность по данной статье исключается, если потерпевшая (потерпевший) от изнасилования или насильственных действий сексуального характера заражает виновного венерической болезнью, поскольку волевое действие со стороны первой (первого) отсутствует.

Уголовная ответственность наступает и за заражение лица, имеющего венерическое заболевание, иным венерическим заболеванием, а также за взаимное заражение друг друга разными венерическими заболеваниями. В последнем случае ответственность несут оба субъекта.

Законодатель не предусмотрел освобождения от уголовной ответственности при своевременном предупреждении потерпевшего о наличии у субъекта болезни и добровольном согласии совершить действия, создавшие опасность заражения, как это сделано в примечании к ст. 122 УК РФ. Отсутствие примечания к ст. 121 УК РФ критикуется многими авторами как абсурдное: за более тяжкие последствия субъект освобождается от ответственности, за менее тяжкие — нет.

Исключает ли использование презерватива ответственность по данной статье (как и по ст. 122 УК РФ) — вопрос дискуссионный. Ряд авторитетных авторов полагает, что это так; другие указывают на то, что механические средства предохранения полностью не гарантируют, что партнер не будет заражен, следовательно, ответственность должна наступать.

Заражение при изнасиловании или насильственных действиях сексуального характера (умышленное или неосторожное) охватывается п. «в» ч. 2 ст. 131 УК РФ или п. «в» ч. 2 ст. 132 УК РФ и не требует дополнительной квалификации по ст. 121 УК РФ (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Причинение легкого вреда здоровью в результате заражения полностью охватывается ст. 121 УК РФ, средней тяжести и тяжкого — требует квалификации по совокупности преступлений. Хотя в последних двух случаях некоторые исследователи настаивают на квалификации только по ст. 121 УК РФ либо только по соответствующем статьям о причинении вреда здоровью.

Субъективная сторона: прямой или косвенный умысел либо неосторожность в виде легкомыслия. Небрежность не может иметь места, поскольку субъект знает о наличии у него болезни.

Субъект преступления специальный: лицо, достигшее 16 лет, имеющее венерическую болезнь и знающее о ее наличии. Знание может быть установлено на основании факта сдачи анализа, прохождения лечения. Важно, что уголовная ответственность распространяется и на весь период контрольного медицинского наблюдения за больным. Если лицо добросовестно убеждено, что оно излечилось, то уголовная ответственность не наступает (например, врач уверил пациента в полном излечении от гонореи, однако последний все же заразил ей нескольких лиц).

По ч. 2 ст. 121 УК РФ ответственность наступает за заражение двух или более лиц или несовершеннолетнего.

Заражение ВИЧ-инфекцией (ст. 122 УК РФ). В России действует Федеральный закон от 30 марта 1995 г. № 38-ФЗ «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ-инфекции)». Данный вирус поражает иммунную систему человека. СПИД является конечной стадией инфекции. ВИЧ-инфекция передается половым путем (вирус содержится в таких биологических жидкостях, как сперма и предэякуляционные выделения, вагинальные выделения), через кровь и грудное молоко. ВИЧ-инфицированная женщина способна выносить и родить здорового ребенка.

Мнения о наказуемости деяния при использовании презерватива описаны применительно к ст. 121 УК РФ.

Рассматриваемая статья содержит несколько составов преступлений.

По ч. 1 наказывается заведомое поставление другого лица в опасность заражения ВИЧ-инфекцией. По объективной стороне преступление может быть совершено как путем действия, так и путем бездействия. Способ поставления в опасность не имеет значения (в частности, половое сношение, использование зараженного шприца). Рукопожатия, поцелуи и т.п. не являются способом передачи ВИЧ-инфекции, а потому данные деяния не могут признаваться преступными.

Указанный состав является составом реальной опасности, преступление считается оконченным в момент создания реальной угрозы заражения.

Субъективная сторона: прямой умысел, поскольку присутствует указание на заведомость.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет. Угрозу могут создать как зараженные, так и иные субъекты, например, медицинские работники, лица, потребляющие наркотические средства.

По ч. 2 данной статьи наказывается заражение другого лица ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни. Объективная сторона: деяние, последствие в виде заражения, причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Субъективная сторона: умысел прямой или косвенный либо неосторожность в виде легкомыслия.

Субъект: специальный, т.е. зараженное лицо, достигшее 16 лет и знавшее о наличии у него болезни.

Часть 3 предусматривает квалифицирующие признаки деяния соотносительно с ч. 1 или 2 статьи: совершение в отношении двух или более лиц либо в отношении несовершеннолетнего.

Часть 4 устанавливает ответственность за заражение другого лица ВИЧ-инфекцией вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Объективная сторона: деяние, выраженное в нарушении определенных правил, в частности, непроверка крови при переливании, использование нестерильных медицинских инструментов и т.п.; последствие в виде заражения; причинная связь между ними. Состав преступления материальный.

Субъективная сторона: неосторожность (легкомыслие или небрежность).

Субъект преступления специальный, т.е. лицо, достигшее 16 лет и работающее по определенной профессии, например, врач.

При умышленном или неосторожном заражении ВИЧ-инфекцией в результате изнасилования или насильственных действий сексуального характера ответственность наступает только по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ или п. «б» ч. 3 ст. 132 УК РФ (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). Если происходит заражение субъекта изнасилования или насильственных действий сексуального характера от потерпевшей (потерпевшего), состав преступления отсутствует (аналогично ст. 121 УК РФ).

Согласно примечанию к ст. 122 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности за деяния по ч. 1 или 2 при соблюдении двух условий в совокупности: а) другое лицо, поставленное в опасность заражения либо зараженное ВИЧ-инфекцией, было своевременно (т.е. до совершения действий, ставящих в опасность) предупреждено о наличии этой болезни; б) оно добровольно согласилось совершить действия, создавшие опасность заражения. Предоставить информацию о наличии болезни может не только сам зараженный, но и иные лица, например, родственники, медицинские работники.

§ 4. Преступления, ставящие в опасность жизнь или здоровье

Как уже говорилось, к этой группе деяний можно отнести ст. 119, 120, 123–125 УК РФ, хотя возможны и иные классификации.

Основным непосредственным объектом данных преступлений выступают общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни или здоровья, либо, согласно альтернативному подходу, жизнь или здоровье как определенные блага.

Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ). Объективная сторона состоит в выражении подобной угрозы, т.е. намерения совершить опасные для жизни или здоровья деяния, другому человеку. Такое выражение может быть словесным (в любой форме — устной, письменной) либо совершаться путем конклюдентных действий (например, жестами, демонстрацией оружия). Угроза может быть опубликована в средствах массовой информации, сети Интернет, передана в электронной форме, по телефону и т.п.

Ответственность по ст. 119 УК РФ наступает, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, т.е. таковая должна быть реальной. При этом следует учитывать как субъективный (восприятие потерпевшего), так и объективные факторы (обстановка, в которой угроза высказана, взаимоотношения субъекта с потерпевшим и т.п.). При этом не требуется, чтобы субъект обязательно имел действительное намерение совершить указанные действия, так как часто угроза имеет цель запугивания или иные цели; достаточно, чтобы потерпевший имел основания опасаться ее реализации.

Угроза является формой психического насилия. Уголовная ответственность наступает лишь за угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью. Угрозы причинения средней тяжести, легкого вреда здоровью, уничтожения чужого имущества сами по себе не влекут уголовной ответственности (за исключением специальных составов, например, ст. 296 УК РФ).

Состав преступления формальный, однако преступление признается оконченным с момента восприятия угрозы потерпевшим как непосредственно, так и при доведении ее до него третьими лицами. Если такого восприятия не произошло по обстоятельствам, не зависящим от воли субъекта, содеянное квалифицируется как покушение.

Угрозу как определенное действие следует отличать от обнаружения умысла (например, когда личные записи в дневнике о желании причинить кому-либо смерть случайно стали достоянием других лиц). Умысел не является уголовно наказуемым, так как не признается деянием. При угрозе происходит воздействие на психику потерпевшего, а при наличии лишь умысла таковое отсутствует.

Угроза может служить способом совершения иного преступления, например при изнасиловании, в этом случае дополнительной квалификации по ст. 119 УК РФ не требуется. Если же она выражается после совершения другого преступления, то налицо совокупность со ст. 119 УК РФ.

В случаях, когда причинение смерти или тяжкого вреда здоровью следует непосредственно после угрозы, содеянное квалифицируется только по ст. 105 или ст. 111 УК РФ. При высказывании угрозы и последующем приготовлении или покушении на совершение указанных деяний также отсутствует совокупность со ст. 119 УК РФ. Исключение могут составлять ситуации, когда имеется значительный временной разрыв между угрозой и иными действиями субъекта.

Субъективная сторона: прямой умысел.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Квалифицированный состав (ч. 2 статьи) предполагает ответственность за то же деяние, совершенное: а) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы; б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга.

Принуждение к изъятию органов или тканей человека для трансплантации (ст. 120 УК РФ). Вопросы трансплантации регулируются ФЗоООЗГ, ЗРФоТОТЧ и рядом других нормативных правовых актов. Под трансплантацией понимается замещение отсутствующих или необратимо поврежденных патологическим процессом тканей или органов собственными либо взятыми от другого организма. Согласно ч. 3 ст. 1 ЗРФоТОТЧ, таковая допускается исключительно с согласия живого донора и, как правило, с согласия реципиента.

Согласно ч. 1, 2 ст. 47 ФЗоООЗГ, трансплантация (пересадка) органов и тканей может быть применена только в случае, если другие методы лечения не могут обеспечить сохранение жизни пациента (реципиента) либо восстановление его здоровья. При этом изъятие органов и тканей допустимо, только если здоровью донора не будет причинен значительный вред, о чем оформляется протокол, содержащий заключение врачебной комиссии.

Часть 4 той же статьи закрепляет обязательное условие изъятия органов и тканей для трансплантации у живого донора — его информированное добровольное согласие. Часть 3 не допускает изъятия органов и тканей у живого лица, не достигшего возраста 18 лет (за исключением костного мозга) или признанного недееспособным.

Объективная сторона: деяние в виде принуждения потерпевшего к названным действиям. Состав преступления формальный.

Существует множество дефиниций принуждения. В данном случае его можно определить как воздействие, направленное на подавление воли потерпевшего с целью добиться от него определенного поведения. Фактического изъятия органов или тканей или выражения потерпевшим согласия (вынужденного) на таковое для признания преступления оконченным не требуется.

Обязательным признаком объективной стороны выступает способ совершения преступления. Законодатель предусмотрел два альтернативных способа: а) применение насилия, т.е. физического воздействия, а именно побоев, истязания, связывания, ограничения свободы, причинения вреда здоровью (легкий и средний тяжести вред здоровью квалификации по совокупности преступлений не подлежит, тяжкий квалифицируется дополнительно по ст. 111 УК РФ); б) угроза применения насилия (например, убийством, причинением вреда здоровью), т.е. психическое воздействие на предполагаемого донора или близких ему лиц. Угроза уничтожения имущества, разглашения позорящих сведений и т.п. не может быть способом совершения данного преступления.

Способы перечислены исчерпывающе. В частности, подкуп не влечет за собой уголовной ответственности по данной статье. Следует иметь в виду, что согласно ч. 4 ст. 1 ЗРФоТОТЧ органы и (или) ткани человека не могут быть предметом купли-продажи, однако отдельной статьи УК РФ на этот счет не существует; соответствующие деяния наказываются по иным статьям, прежде всего о причинении вреда здоровью или смерти. Также п. «ж» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ предусматривает ответственность за куплю-продажу, иные сделки в отношении человека в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей.

Изъятие органов и тканей может осуществляться не только для трансплантации (каннибализм и т.п.), однако принуждение к такому деянию не является преступлением; лицо может быть привлечено к уголовной ответственности только по составам о причинении вреда здоровью в случае фактического причинения вреда.

Субъективная сторона: прямой умысел, цель — добиться вынужденного согласия потерпевшего на изъятие органов или тканей.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Квалифицированный состав (ч. 2 статьи): то же деяние, совершенное в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного.

Незаконное проведение искусственного прерывания беременности (ст. 123 УК РФ). Наступление ответственности по данной статье возможно, только если имелось согласие беременной женщины на указанные действия. В противном случае умышленное прерывание беременности наказывается по ст. 111 УК РФ. Сама беременная женщина ответственности за данное деяние не подлежит, поскольку деяние направлено на ее собственный организм. Так, ст. 111 УК РФ приравнивает прерывание беременности к причинению тяжкого вреда здоровью женщины.

Важно отграничивать искусственное прерывание беременности от причинения смерти новорожденному ребенку. Законодатель и судебная практика исходят из того, что умерщвление плода (до восьмой недели беременности — эмбриона) в утробе является первым независимо от срока беременности и способности ребенка в случае рождения выжить вне материнского организма. Если в результате прерывания беременности появляется на свет живой ребенок (или хотя бы фрагмент его тела) и после этого происходит лишение его жизни, содеянное квалифицируется как причинение смерти (существуют вместе с тем некоторые нюансы и дискуссии, касательно критериев живорождения).

Согласно ч. 1 ст. 56 ФЗоООЗГ, каждая женщина самостоятельно решает вопрос о материнстве. Искусственное прерывание беременности проводится по желанию женщины при наличии информированного добровольного согласия. При сроке беременности до 12 недель достаточно лишь такого согласия (ч. 2 ст. 56 ФЗоООЗГ). Согласно ч. 4 ст. 56 ФЗоООЗГ, искусственное прерывание беременности по социальным показаниям проводится при сроке беременности до 22 недель, а при наличии медицинских показаний — независимо от срока беременности. Пунктом 1 постановления Правительства РФ от 6 февраля 2012 г. № 98 «О социальном показании для искусственного прерывания беременности» установлено на настоящий момент единственное такое показание — беременность, наступившая в результате изнасилования (ст. 131 УК РФ). Приказом Минздравсоцразвития РФ от 3 декабря 2007 г. № 736 утвержден Перечень медицинских показаний для искусственного прерывания беременности. В их число входят, в частности, лейкозы из группы высокого риска, сахарный диабет после трансплантации почки, туберкулез органов дыхания, врожденные синдромы и аномалии плода с неблагоприятным прогнозом для его жизни. Процедура прерывания беременности регламентирована рядом актов (например, Приказ Минздрава России от 1 ноября 2012 г. № 572н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю “акушерство и гинекология (за исключением использования вспомогательных репродуктивных технологий)”»). Большую роль играют клинические рекомендации (протоколы лечения).

Объективная сторона: действие по искусственному прерыванию беременности. Законодатель предусматривает лишь один критерий его незаконности — проведение лицом, не имеющим высшего медицинского образования соответствующего профиля, т.е. не являющимся врачом акушером-гинекологом. Нарушение иных правил, касающихся возможности прерывания беременности, а также актов, регламентирующих его процедуру, при квалификации деяния по данной статье не оценивается.

Состав преступления является формальным. Это означает, что оно окончено с момента изгнания, удаления плода из чрева матери или его гибели, независимо от последствий для здоровья матери, согласно иной точке зрения — с момента проведения самой процедуры искусственного прерывания беременности. Последняя позиция не представляется достаточно убедительной: если беременность не прервалась по независящим от субъекта обстоятельствам, содеянное может быть квалифицировано как покушение на прерывание беременности.

Субъективная сторона: прямой умысел.

Субъект преступления общий, т.е. лицо, достигшее 16 лет, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля. К субъектам относятся также лица, имеющие высшее медицинское образование иного профиля или медицинское образование соответствующего профиля, но не высшее.

Квалифицированный состав преступления (ч. 3 статьи) предполагает ответственность за то же деяние, если оно повлекло по неосторожности смерть потерпевшей либо причинение тяжкого вреда ее здоровью. Субъективная сторона в данном случае характеризуется двумя формами вины (ст. 27 УК РФ).

Субъект: тот же, что и по ч. 1 статьи. Однако поскольку в ч. 3 статьи говорится о том же деянии, а не субъекте, а также из-за значимости проблемы в литературе было предложено расширить круг субъектов по ч. 3, включив туда врачей акушеров-гинекологов, а незаконность устанавливать на основании изучения соответствующих норм и правил искусственного прерывания беременности. Однако судебная практика идет по первому пути.

В то же время было бы неверным полагать, что врачи акушеры-гинекологи не несут ответственности при нарушении правил и условий проведения искусственного прерывания беременности с согласия беременной женщины. Таковая наступает по иным статьям УК РФ, если потерпевшей был причинен вред здоровью или смерть по неосторожности (в основном это ст. 109 и 118 УК РФ). Также возможно применение ст. 235 УК РФ, если врач действовал без лицензии и имело место причинение вреда здоровью любой тяжести или смерти потерпевшей. Соответствующие лицензии выдаются только медицинским организациям и индивидуальным предпринимателям, а не самим врачам (п. 1 Положения о лицензировании медицинской деятельности (за исключением указанной деятельности, осуществляемой медицинскими организациями и другими организациями, входящими в частную систему здравоохранения, на территории инновационного центра «Сколково», утвержденного постановлением Правительства РФ от 16 апреля 2012 г. № 291)). Поэтому врач акушер-гинеколог — работник государственной или частной клиники — не вправе заниматься соответствующей деятельностью вне связи со своими трудовыми обязанностями.

Неоказание помощи больному (ст. 124 УК РФ). Объективная сторона: бездействие — неоказание помощи больному, последствие — вред здоровью средней тяжести по ч. 1 или тяжкий вред здоровью либо смерть потерпевшего по ч. 2, причинная связь между ними. Составы преступления материальные.

Обязательный признак объективной стороны — обстановка совершения преступления — отсутствие уважительных причин. Такие причины могут иметь как объективный (удаленная местность, где находится больной, при отсутствии транспорта; тяжелые погодные условия; отсутствие необходимых лекарств и оборудования и т.п.), так и субъективный (болезнь самого врача и т.д.) характер. Является ли причина уважительной, устанавливает суд в каждом конкретном случае.

Следует отметить, что в ряде ситуаций больному оказывается совершенно неадекватная помощь (использование зеленки при тяжелой черепно-мозговой травме, совет полоскать горло ромашкой при опасном послеоперационном осложнении и т.д.). Судебная практика и доктрина не выработали необходимых критериев для разграничения ст. 109, 118 и 124 УК РФ в указанных случаях, иногда деяния квалифицируются по первым двум статьям, иногда — по последней.

Если же помощь была оказана частично либо проведены не все диагностические процедуры, в результате чего имело место неверное лечение, речи о неоказании помощи больному идти не может.

Субъективная сторона характеризуется неосторожной формой вины (при этом само по себе неоказание помощи может быть как осознанным, так и нет, когда, например, врач «забыл» о больном).

Субъект преступления специальный, т.е. лицо, достигшее 16 лет, которое обязано оказывать помощь больному в соответствии с законом или со специальным правилом. Это не только медицинские работники, но и, например, сотрудники полиции, которые в случае необходимости обязаны оказывать первую медицинскую помощь, сиделки, руководители туристических групп и др.

Воспрепятствование оказанию медицинской помощи (ст. 124¹ УК РФ). Статья была введена Федеральным законом от 26 июля 2019 г. № 206-ФЗ в связи с дорожными и иными конфликтами, связанными с блокированием проезда скорой помощи к месту вызова, а также с нападениями на медицинских работников.

Объективная сторона: деяние в форме воспрепятствования в какой бы то ни было форме законной деятельности медицинского работника по оказанию медицинской помощи, последствие — причинение тяжкого вреда здоровью (ч. 1 статьи) или смерти (ч. 2 статьи) пациента, причинная связь между ними. Составы преступления материальные.

Возможны отказ пропустить машину скорой помощи, физический недопуск медицинских работников в квартиру для оказания помощи по разным причинам, например, отказ мужа разрешить принять роды у жены медицинским работником — мужчиной и т.п.

Субъективная сторона характеризуется неосторожной формой вины.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Оставление в опасности (ст. 125 УК РФ). В данном составе обязательно установление признаков потерпевшего. Это лицо, которое находится в опасном для жизни или здоровья состоянии, т.е. присутствует реальная угроза причинения средней тяжести или тяжкого вреда здоровью либо смерти, и лишено возможности принять меры к самосохранению по малолетству, старости, болезни или вследствие своей беспомощности. Последнее понятие является оценочным и устанавливается судом в каждом конкретном случае. В то же время старость и малолетство также не всегда означают, что лицо не может самостоятельно принять необходимые меры. Оба признака должны присутствовать в совокупности.

Объективная сторона: бездействие, а именно оставление такого лица без помощи. Состав преступления формальный.

В случаях, когда субъект совершил в отношении потерпевшего умышленные преступные действия, например, причинение тяжкого вреда здоровью, последующее оставление в опасности (в частности, связанного, без помощи, без средств связи), не требует дополнительной квалификации по ст. 125 УК РФ. Напротив, если имело место неосторожное или невиновное причинение вреда, например, наезд на пешехода, последующее оставление его в опасности при наличии иных признаков преступления квалифицируется по ст. 125 УК РФ. Судебная практика, однако, указывает на то, что потерпевший должен остаться в живых, претерпев первоначальное воздействие (например, наезд), иначе оставление в опасности невозможно ввиду отсутствия объекта посягательства.

Субъективная сторона: прямой умысел, поскольку есть указание на заведомость.

Субъект преступления специальный, т.е. лицо, достигшее 16 лет, которое отвечает одновременно двум критериям: а) возможность оказать помощь лицу (основывается на объективных и субъективных признаках, таких как наличие транспорта, средств связи, состоянии здоровья самого субъекта и т.п.; при этом оказание помощи не должно влечь серьезной опасности для субъекта или иных лиц); б) обязанность иметь заботу о потерпевшем (отметим, что предшествующее поведение субъекта, создавшее опасность, по сути тоже создает для него юридическую обязанность оказать помощь). Обязанность может также вытекать из закона, договора (например, с сиделкой), семейных отношений, профессии и т.п.

Основная литература по теме

Борзенков Г. Н. Квалификация преступлений против жизни и здоровья. М., 2005.

Бородин С. В. Преступления против жизни. СПб., 2003.

Коробеев А. И. Преступные посягательства на жизнь и здоровье человека.
М., 2012.

Краев Д. Ю. Убийство при отягчающих обстоятельствах. М., 2012.

Крылова Н. Е. Уголовное право и биоэтика: проблемы, дискуссии, поиск решений. М., 2006.

Лопашенко Н. А. Убийства. М., 2013.

Попов А. Н. Преступления против личности при смягчающих обстоятельствах. СПб., 2001.

Попов А. Н. Убийство при отягчающих обстоятельствах. СПб., 2003.

Расторопов С. В. Уголовно-правовая охрана здоровья человека от преступных посягательств. СПб., 2006.

Глава 3. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СВОБОДЫ, ЧЕСТИ И ДОСТОИНСТВА ЛИЧНОСТИ

§ 1. Общая характеристика преступлений против свободы, чести и достоинства личности

В Уголовном уложении 1903 г. была специальная глава XXVI «О преступных деяниях против личной свободы». В ней предусматривалась ответственность за лишение личной свободы задержанием или заключением. В качестве квалифицирующих признаков выступали: обстоятельство места — в больнице умалишенных и в притонах разврата. Наказание усиливалось за лишение свободы свыше одной недели.

В УК РСФСР 1922 г. была закреплена ответственность за преступления против свободы личности, которые выражались в насильственном незаконном лишении свободы кого-либо, совершенном путем задержания или помещения его в какое-либо место; лишении свободы способом, опасным для жизни или здоровья или сопровождавшимся мучениями; помещении в больницу для душевнобольных заведомо здорового человека из корыстных или иных личных видов; похищении, сокрытии или подмене чужого ребенка с корыстной целью, из мести или иных личных видов.

В УК РСФСР 1926 г. сократилось количество составов, в которых закреплялась ответственность за совершение преступлений против личности за счет придания лишению свободы способом, опасным для жизни или здоровья, статуса квалифицирующего признака.

Ни УК РСФСР 1922 г., ни УК РСФСР 1926 г. не предусматривали в качестве самостоятельного состава преступления похищение взрослого человека.

УК РСФСР 1922 и 1926 гг. содержали по два состава о преступлениях против чести и достоинства личности: оскорбление и клевета. Понятие оскорбления не раскрывалось в рассматриваемых документах, а клевета определялась как распространение заведомо ложных, позорящих другое лицо измышлений.

УК РСФСР 1960 г. не внес принципиальных изменений в систему преступлений против чести и достоинства, осталось также два состава, но появилась дефиниция оскорбления. Под ним понималось умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме (ст. 131).

УК РСФСР 1960 г. содержал два состава о преступлениях против личной свободы: похищение или подмена ребенка (ст. 125). Интересна законодательная техника изложения этого состава. В ч. 1 ст. 125 криминообразующими признаками были корыстная цель или иные низменные побуждения, а в ч. 2 был изложен состав, субъективная сторона которого характеризовалась только прямым умыслом. Второй состав преступления — незаконное лишение свободы (ст. 126). Основной состав этого преступления претерпел изменения, уголовная ответственность была расширена за счет исключения из него насильственного способа лишения свободы.

В 1987 г. глава 3 УК РСФСР 1960 г. «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» была дополнена ст. 126¹, в которой описывался состав захвата заложников. Исследование признаков состава преступления вызывает недоумение по поводу решения законодателя о размещении состава захвата заложников в рассматриваемой главе.

В 1988 г. в УК РСФСР 1960 г. вернулся состав преступления, который был в предыдущих двух уголовных кодексах: незаконное помещение в психиатрическую больницу (ст. 126²). Отсутствие его на момент принятия УК РСФСР 1960 г., скорее всего, было обусловлено карательной психиатрией, применявшейся в отношении инакомыслящих.

В 1993 г. УК РСФСР 1960 г. был дополнен ст. 125¹ — похищение человека. Этим же законом была изменена ст. 125: из нее было исключено указание за похищение ребенка и оставлена ответственность за подмену ребенка.

В 1995 г. в УК РСФСР 1960 г. была закреплена ответственность за торговлю несовершеннолетними (ст. 125²).

Преступления против свободы личности содержались также в главе о преступлениях, составляющих пережитки родового быта (позже — местных обычаев), в которой содержался состав похищения женщины для вступления в брак (ст. 197 УК РСФСР 1926 г., ст. 233 УК РСФСР 1960 г.).

Таким образом, к моменту принятия УК РФ сложилась система преступлений против свободы, чести и достоинства личности. Во-первых, общая норма преступлений против свободы личности — незаконное лишение свободы и ее специальные виды: похищение человека и незаконное помещение в психиатрическую больницу. Во-вторых, преступления против чести и достоинства — клевета и оскорбление.

Важные изменения в гл. 17 УК РФ были внесены в 2003 г. Им была исключена ст. 152 «Торговля несовершеннолетними», но введена ответственность за торговлю людьми (ст. 127¹) и использование рабского труда (ст. 127²).

В 2011 г. клевета и оскорбление были декриминализированы, однако в 2012 г. клевета вновь стала преступлением.

Видовым объектом всех преступлений, входящих в главу 17 УК РФ, выступают общественные отношения, характеризующие свободу, честь и достоинство личности.

Все преступления, входящие в эту главу, сконструированы по типу преступлений с формальным составом, т.е. объективная сторона всех составов преступлений характеризуется общественно опасным деянием и оконченными они признаются с момента его совершения.

Субъективная сторона всех преступлений характеризуется прямым умыслом. Для некоторых форм деяния, изложенных в ст. 127¹ УК РФ, обязательным признаком субъективной стороны наряду с прямым умыслом выступает цель — эксплуатация человека.

Субъект рассматриваемых преступлений общий, за исключением ст. 128 УК РФ.

Исходя из непосредственного объекта, все преступления входящие в гл. 17 УК РФ, можно разделить на две группы: преступления против свободы личности (ст. 126–128 УК РФ) и преступление против чести личности и ее деловой репутации (ст. 128¹ УК РФ).

§ 2. Преступления против свободы личности

Свобода — это важная социальная ценность, принадлежащая человеку от рождения. Разные ее проявления гарантируются Конституцией РФ каждому человеку: свобода совести и вероисповедания; поиска, передачи и распространения информации; проведения митинга, собрания, демонстрации, шествия и пикетирования. Важной составляющей свободы выступает свобода передвижения. В ст. 13 Всеобщей декларации прав человека 1948 г. сказано, что каждый человек имеет право свободно передвигаться и выбирать себе место жительства в пределах каждого государства. Практически об этом говорится и в ст. 27 Конституции РФ: «Каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства».

Это право человека получило подтверждение и в других международных документах, например, ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. и др.

К преступлениям, посягающим именно на свободу передвижения человека, относятся: похищение человека (ст. 126 УК РФ), незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ) и незаконная госпитализация в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях (ст. 128 УК РФ).

Непосредственный объект преступлений, изложенных в ст. 127¹ и ст. 127² УК РФ, несколько другой. Это тоже общественные отношения, характеризующие свободу, но не свободу передвижения, а личную свободу и неприкосновенность, возможность распоряжаться собой, своим трудом, не быть «товаром». Преступления относятся к числу международных, например, в ст. 8 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. обращается внимание на недопустимость содержания лица в рабстве или подневольном состоянии.

Похищение человека (ст. 126 УК РФ). Дополнительным факультативным объектом этого преступления могут выступать собственность, здоровье и жизнь человека.

Объективная сторона описана только с помощью общественно опасного деяния — похищение человека. Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58 «О судебной практике по делам о похищении человека, незаконном лишении свободы и торговле людьми» под ним следует понимать незаконные захват, перемещение и последующее удержание потерпевшего в целях совершения другого преступления либо по иным мотивам, которые для квалификации содеянного значения не имеют.

В теории уголовного права некоторые ученые предлагают под похищением человека понимать незаконный захват и перемещение потерпевшего в пространстве против его воли. Следует отметить, что такое понимание похищения человека соответствует определению момента окончания этого преступления, предложенному Верховным Судом РФ — с момента захвата и начала перемещения потерпевшего (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

Захват — это установление незаконного контроля над потерпевшим помимо его воли. Перемещение выражается в противоправном изменении местонахождения человека. Как правило, оно осуществляется с использованием того или иного транспорта.

В случаях, когда перемещение было осуществлено самим потерпевшим вследствие его обмана или злоупотребления доверием, преступление признается оконченным с момента захвата данного лица и начала принудительного перемещения либо начала его удержания, если лицо более не перемещалось (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

Захват и перемещение человека могут быть совершены с применением угроз, насилия, с использованием беспомощного состояния потерпевшего. Похищение человека может быть совершено также путем обмана потерпевшего или злоупотребления доверием.

Насилие может быть обращено не только к потерпевшему, но и к лицам, препятствующим похищению человека. Основным составом (ч. 1 статьи) охватывается применение в процессе похищения человека насилия, неопасного для жизни или здоровья другого человека или угроза его применения. Оно может выражаться в побоях, связывании потерпевшего, введении в организм человека помимо его воли одурманивающих веществ или снотворного и т.п. Если в процессе похищения человека для подавления его воли или воли других лиц было применено насилие, опасное для жизни или здоровья или была угроза его применения, то содеянное квалифицируется по п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Названным квалифицированным составом преступления не охватывается умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в процессе похищения человека, и содеянное требует дополнительной квалификации по соответствующей части ст. 111 УК РФ.

Если человек захватил потерпевшего, но не успел его переместить по причинам от него независящим, то содеянное квалифицируется как покушение на похищение человека.

Удержание человека после его принудительного перемещения, независимо от продолжительности удержания, не требует дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Цель совершения преступления не названа, но она вытекает из самого деяния — завладение другим человеком. Она помогает правильно квалифицировать содеянное. Так, в случаях, когда захват и перемещение человека были направлены не на удержание потерпевшего в другом месте, а на его убийство, содеянное квалифицируется по соответствующей части ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 126 УК РФ не требует.

Если умысел на совершение убийства в отношении похищенного лица возникает у виновного в ходе перемещения или удержания потерпевшего, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 126 и 105 УК РФ (п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 14 лет.

Не образует состава преступления завладение ребенком близким родственником, если он полагает, что действует в интересах ребенка, но против воли других родственников.

Инсценирование похищения по согласованию с «потерпевшим» с целью получения выкупа не образует преступления, изложенного в ст. 126 УК РФ, но может влечь ответственность по ст. 163 УК РФ.

В ч. 2 и 3 ст. 126 УК РФ предусмотрены квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки.

В случаях, когда согласно предварительной договоренности между соучастниками о похищении человека виновный совершает отдельное действие, входящее в объективную сторону данного преступления, он несет уголовную ответственность как соисполнитель преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 2 ст. 126 УК РФ). При отсутствии предварительной договоренности действия лица, удерживающего похищенного, которого перед этим захватил и переместил другой виновный, следует квалифицировать по ст. 127 УК РФ.

В п. «г» ч. 2 ст. 126 УК РФ предусмотрена ответственность за похищение человека с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Применение оружия означает использование его по назначению либо его демонстрацию для облегчения захвата или удержания потерпевшего. Под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые предметы, с помощью которых можно причинить вред здоровью либо смерть. Они могут как иметь бытовое назначение (лопата, топор и т.д.), быть спортивным инвентарем (бейсбольная бита и т.д.), так и не иметь такового (камень, разбитая стеклянная бутылка («розочка»), палка и т.д.). Эти предметы, облегчающие процесс совершения преступления, могут быть как заранее приготовленными, так и найденными (поднятыми) на месте его совершения.

Похищение человека квалифицируется по п. «з» ч. 2 ст. 126 УК РФ (из корыстных побуждений), если оно совершено в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение и т.п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.), а равно по найму, обусловленному получением исполнителем преступления материального вознаграждения или освобождением от материальных затрат.

Если похищение человека сопряжено с одновременным требованием передачи чужого имущества или права на имущество либо совершения других действий имущественного характера, то действия виновного квалифицируются по совокупности преступлений, предусмотренных п. «з» ч. 2 ст. 126 и соответствующей частью ст. 163 УК РФ (п. 8, 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

Похищение человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия, характеризуется двумя формами вины (ст. 27 УК РФ). К иным тяжким последствиям можно отнести самоубийство потерпевшего, крупный материальный ущерб и т.д.

Специальный вид освобождения от уголовной ответственности предусмотрен в примечании к ст. 126 УК РФ. Исходя из него, добровольным следует признавать такое освобождение похищенного человека, при котором виновное лицо осознавало, что у него имелась реальная возможность удерживать потерпевшего, но оно освободило его, в том числе передало родственникам, представителям власти, указало им на место нахождения похищенного лица, откуда его можно освободить.

По смыслу уголовного закона добровольное освобождение похищенного человека не освобождает виновное лицо от уголовной ответственности за иные незаконные действия, в том числе за деяния, совершенные в ходе похищения человека, если они содержат состав самостоятельного преступления (например, умышленного причинения вреда здоровью, незаконного оборота оружия).

Незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ). Объективная сторона характеризуется общественно опасным деянием в виде незаконного лишения свободы, т.е. незаконном удержании вопреки воле потерпевшего в том месте, где последний находился на момент совершения преступления, что препятствует его свободе передвижения. Например, виновное лицо закрывает потерпевшего в доме, квартире или ином помещении, где он находится, связывает его или иным образом лишает возможности покинуть какое-либо место.

Преступление признается оконченным с начала удержания человека вопреки его воле в том месте, где он находился на момент совершения противоправных действий.

Способы незаконного лишения свободы не указаны, поэтому они не влияют на квалификацию, кроме одного, насилия, опасного для жизни или здоровья, которое выступает квалифицирующим признаком. При правовой оценке деяния судам необходимо исходить из того, что применение насилия, не опасного для жизни или здоровья человека, охватывается ч. 1 ст. 127 УК РФ.

Угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью при незаконном лишении свободы следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью ст. 127 УК РФ и ст. 119 УК РФ (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58). В тории уголовного права существует и прямо противоположная позиция.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Мотивы и цели могут быть различными.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет. Должностные лица, незаконно лишившие потерпевшего свободы, несут уголовную ответственность за злоупотребление должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ), заведомо незаконное задержание, незаконное заключение под стражу (ст. 301 УК РФ).

Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки незаконного лишения свободы в целом совпадают с признаками, предусмотренными для похищения человека. Одно отличие уже было отмечено: угроза применения насилия, опасного для жизни или здоровья человека, не предусмотрена в ст. 127 УК РФ. Другим выступает отсутствие в ст. 127 УК РФ указания на корыстный мотив. В этой связи удержание человека в неволе, сопряженное с незаконным требованием передачи чужого имущества, права на имущество, совершения действий имущественного характера, надлежит квалифицировать как вымогательство с применением насилия (п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ).

Ряд насильственных преступлений, таких как, например, истязание, изнасилование, насильственные действия сексуального характера, убийство и др., могут сопровождаться принудительным удержанием. Во всех этих и подобных случаях дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ не требуется.

Торговля людьми (ст. 127¹ УК РФ). Объективная сторона состава преступления характеризуется общественно опасным деянием, описанным с помощью альтернативных действий: купля-продажа человека, иные сделки, вербовка, перевозка, передача, укрывательство или получение.

Под куплей-продажей человека понимается совершение действий, состоящих в передаче человека одним лицом другому лицу (лицам) за денежное вознаграждение, а под иными сделками в отношении человека — другие противоправные действия, приводящие к передаче потерпевшего от одного лица другому лицу (например, безвозмездная передача, обмен на какие-либо материальные ценности). Уголовную ответственность за совершение сделки в отношении человека несут обе ее стороны, например, продавец и покупатель при осуществлении сделки купли-продажи.

Вербовкой является поиск, отбор и прием по найму лиц для выполнения в интересах нанимателя или иных лиц каких-либо работ, оказания услуг либо осуществления иной деятельности, в том числе на территории иностранного государства, совершенные в целях дальнейшей эксплуатации вербуемого человека. Для получения согласия потерпевшего могут быть использованы, например, обещание вознаграждения, шантаж, обман или злоупотребление доверием (в частности, под предлогом предоставления работы или возможности обучения по той или иной профессии).

Под перевозкой понимается перемещение человека любым видом транспорта из одного места в другое, в том числе в пределах одного населенного пункта, для дальнейшей эксплуатации потерпевшего.

Передача человека заключается в предоставлении потерпевшего другому лицу, в том числе для осуществления перевозки, укрывательства, эксплуатации потерпевшего, а получение — в принятии потерпевшего от лица, его передающего, в частности, для перевозки или укрывательства, а равно для его эксплуатации. Передача и получение человека являются взаимодополняющими действиями разных лиц, которые не осуществляли купли-продажи или иных сделок в отношении человека.

Укрывательство человека состоит в сокрытии потерпевшего при совершении действий, относящихся к торговле людьми, от органов власти, родственников, заинтересованных лиц, например, путем сообщения заведомо ложных сведений о личности или месте нахождения потерпевшего (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

Способы совершения перечисленных действий могут быть любые, но не насильственными, например, шантаж, подкуп, злоупотребление доверием, обман.

Преступление окончено с момента совершения общественно опасного деяния. Так, при осуществлении купли-продажи человека или иных сделок в отношении потерпевшего преступление квалифицируется как оконченное с момента фактической передачи и получения потерпевшего, при вербовке человека — с момента получения согласия потерпевшего на осуществление деятельности, для которой совершалась его вербовка.

При совершении иных действий, образующих торговлю людьми, содеянное квалифицируется как оконченное преступление при передаче или получении человека либо с момента начала его перевозки или укрывательства с целью эксплуатации (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 2019 г. № 58).

В случаях, когда купле-продаже человека либо совершению с ним иных действий, относящихся к торговле людьми, предшествовало похищение данного лица, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 126 и ст. 127¹ УК РФ. Незаконное лишение человека свободы в целях осуществления в отношении него действий, относящихся к торговле людьми, а равно незаконное ограничение свободы потерпевшего в процессе совершения указанных действий охватываются соответствующей частью ст. 127¹ УК РФ и не требуют дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. При совершении преступления в форме вербовки, перевозки, передачи, укрывательства и получения обязательным признаком субъективной стороны выступает цель — эксплуатация человека. Под эксплуатацией человека понимаются использование занятия проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние (п. 2 примечаний к ст. 127¹ УК РФ). Подневольное состояние раскрывается в Дополнительной конвенции об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством, 1956 г.

Реальное осуществление эксплуатации влечет ответственность по ст. 127² УК РФ.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки закреплены в ч. 2 и 3 ст. 127¹ УК РФ и частично совпадают с признаками, предусмотренными ст. 126 и 127 УК РФ.

Так, по п. «е» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ надлежит квалифицировать действия, относящиеся к торговле людьми, совершенные с применением насилия, как представляющего, так и не представляющего опасность для жизни или здоровья потерпевшего, а равно с угрозой применения такого насилия.

В п. «г» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ предусматривается усиление ответственности за перемещение потерпевшего через Государственную границу РФ или незаконное удержание его за границей. Перемещение через границу может быть как законным, так и незаконным. Если оно происходит вопреки воле потерпевшего, то содеянное требует дополнительной квалификации по ст. 322 УК РФ.

Способствует торговле людьми использование поддельных документов, а также изъятие, сокрытие, уничтожение документов, удостоверяющих личность потерпевшего (п. «д» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ). Использование поддельных документов охватывается п. «д» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ, а вот изготовление таких документов требует дополнительной квалификации по ст. 327 УК РФ.

В соответствии с п. 1 примечаний к ст. 127¹ УК РФ лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное ч. 1 или п. «а» ч. 2 ст. 127¹ УК РФ, освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольно освободило потерпевшего (потерпевших) и способствовало раскрытию преступления, совершенного с его участием, при условии, что в его действиях не содержится иного состава преступления. При этом добровольное освобождение потерпевшего (потерпевших) не освобождает виновное лицо от уголовной ответственности за иные незаконные действия, в том числе за деяния, совершенные в ходе торговли людьми, если они содержат состав самостоятельного преступления.

Использование рабского труда (ст. 127² УК РФ). Потерпевшим от данного преступления может быть любое лицо, в том числе жертва другого преступления (торговли людьми, похищения человека и др.), но в отношении которого осуществляются полномочия, присущие праву собственности, когда лицо по независящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ (услуг).

Объективная сторона характеризуется общественно опасным деянием — использованием рабского труда. Статья 1 Конвенции относительно рабства 1926 г. под рабством понимает положение или состояние лица, в отношении которого осуществляются некоторые или все полномочия, присущие праву собственности.

Преступление признается оконченным с момента начала использования рабского труда, независимо от продолжительности.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Незаконная госпитализация в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях (ст. 128 УК РФ). Психиатрическая помощь оказывается с информированного и добровольного согласия лица, страдающего психическим расстройством, либо с согласия его законных представителей. Недобровольный порядок оказания психиатрической помощи возможен в случаях, предусмотренных Законом РФ от 2 июля 1992 г. № 3185-I «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», когда лицо, страдающее психическим расстройством, представляет непосредственную опасность для себя или окружающих; беспомощно, т.е. неспособно самостоятельно удовлетворить основные жизненные потребности; либо если оставление такого лица без медицинской помощи повлечет за собой существенный вред его здоровью. В любом из перечисленных случаев лицо, страдающее психическим расстройством, может без его согласия или согласия его законных представителей быть помещенным в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь, до постановления судьи, если его обследование или лечение возможны только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым.

Кроме того, без согласия лица, страдающего психическим расстройством, или его законных представителей в отношении него могут применяться принудительные меры медицинского характера, предусмотренные УК РФ.

При недобровольной госпитализации лицо подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров медицинской организации в течение 48 часов, которая принимает решение об обоснованности госпитализации.

Потерпевшим от этого преступления может быть как психически здоровое лицо, так и лицо, страдающее психическим расстройством, но не нуждающееся в принудительной госпитализации.

Объективная сторона преступления характеризуется общественно опасным деянием в виде принудительного помещения потерпевшего без законных оснований в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь (обстоятельство места).

Преступление признается оконченным с момента оставления врачом-психиатром потерпевшего в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь помимо его воли.

Незаконное помещение и удержание человека помимо его воли в ином медицинском учреждение должно влечь ответственность за незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ) или похищение человека (ст. 126 УК РФ).

Если лицо, страдающее психическим расстройством, было законно помещено в медицинское учреждение, оказывающее психиатрическую помощь, а после излечения там незаконно удерживается, то при наличии других признаков состава преступления, виновный подлежит ответственности по ст. 127 УК РФ за незаконное лишение свободы.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления специальный — врач-психиатр, принимающий решение о помещении человека, не нуждающегося в принудительной медицинской госпитализации, в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь. Иные лица (родственники, опекуны и т.д.) могут быть соучастниками этого преступления. Если незаконное помещение в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь осуществляется по решению судьи, то он несет ответственность по ст. 305 УК РФ за вынесение заведомо неправосудного приговора, решения или иного судебного акта.

Уголовная ответственность усиливается, если деяние было совершено лицом с использованием своего служебного положения либо повлекло по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 128 УК РФ). Использование своего служебного положения предполагает, что виновный обладает организационно-распорядительными полномочиями в силу занимаемой должности, например, главного врача или заведующего отделением, и применяет их для незаконной госпитализации потерпевшего. Под иными тяжкими последствиями стоит понимать, например, самоубийство потерпевшего, причинение ему тяжкого вреда здоровью, т.е. последствия, сопоставимые по тяжести со смертью потерпевшего.

§ 3. Преступления против чести личности
и ее деловой репутации

Непосредственным объектом этой группы преступлений выступают общественные отношения, охраняющие честь личности и деловую репутацию человека. Честь — общественная оценка личности, которая дается путем сравнения ее поступков с принятыми в обществе эталонами позитивного поведения, которое заключается в соблюдении общепринятых норм. Достоинство — это самооценка личности. Репутация — оценка деловых качеств личности обществом.

Клевета (ст. 128¹ УК РФ). Преступление посягает на честь и деловую репутацию. Сложно представить себе ситуацию, когда виновный бы совершил клевету в отношении собственного достоинства. Потерпевшим может быть любое лицо, в том числе малолетний, психически больной или умерший человек. Предмет преступления — сведения, заведомо ложные, порочащие честь (и достоинство — согласно УК РФ) другого лица или подрывающие его репутацию. Сведения — это сообщения о фактах, имевших место в прошлом или происходящих в настоящем. Не считаются сведениями сообщения о будущем, например, предположение о том, какой поступок совершит человек. Не относятся к сведениям оценки о личности.

Сведения должны быть заведомо ложными и порочащими. Порочащими являются сведения, содержащие утверждение о нарушение гражданином действующего законодательства или моральных принципов, которые умаляют честь, достоинство или репутацию гражданина. Сведения должны быть заведомо ложными, не соответствующими действительности, выдуманными, о чем известно виновному.

Объективная сторона характеризуется распространением сведений. Под распространением таких сведений следует понимать их опубликование в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу.

Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц»).

Преступление признается оконченным с момента, когда эти сведения стали известны хотя бы одному лицу.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Уголовная ответственность за распространение ложных позорящих сведений предусмотрена в ряде других норм, расположенных в главе 31 УК РФ (ст. 298¹ УК РФ). Отличие производится по объекту и по потерпевшему. Кроме того, для применения ст. 298¹ УК РФ необходимо установить, что клевета осуществлена в связи с рассмотрением дел или материалов в суде или же в связи с производством предварительного расследования либо исполнением приговора, решения суда или иного судебного акта.

Клевета похожа на заведомо ложный донос (ст. 306 УК РФ). Отличия заключаются в специфике объектов; в содержании сведений — при заведомо ложном доносе это обязательно сведения о совершенном преступлении; в умысле и цели — при ложном доносе умысел виновного направлен на привлечение потерпевшего к уголовной ответственности; по адресату — при доносе сведения сообщаются, как правило, органам, правомочным возбудить уголовное преследование.

Ложные сведения могут сообщаться при даче заведомо ложных показаний (ст. 307 УК РФ). Отличие заключается в субъектах; в ст. 307 УК РФ ими выступают свидетели и потерпевшие, и ложные сведения сообщаются ими при проведении следственных действий либо в суде.

Некоторое сходство с клеветой имеет состав нарушения неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК РФ). Отличия главным образом сводятся к тому, что ст. 128¹ УК РФ имеет в виду сведения из любой сферы жизни, а ст. 137 УК РФ — только относящиеся к личной или семейной тайне; для применения ст. 128¹ УК РФ необходимо, чтобы сведения были заведомо ложными, а по ст. 137 УК РФ ответственность может наступать за распространение правдивых и непорочащих сведений. Если распространяют заведомо ложные сведения о личной или семейной тайне, то ответственность должна наступать по ст. 128¹ УК РФ.

Основная литература по теме

Гурбанова Г. А. Уголовная ответственность за незаконное лишение свободы: проблемы законодательной регламентации и правоприменения. М., 2018.

Чередниченко Е. Е. Клевета и оскорбление: уголовно-правовой анализ (проблемы теории и практики). М., 2010.

Глава 4. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ И ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЛИЧНОСТИ

§ 1. Общая характеристика преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности

В Уголовном уложении 1903 г. современным преступлениям против половой свободы и половой неприкосновенности личности была посвящена глава XXVII «О непотребстве», включавшая 17 статей. К числу уголовно наказуемых деяний относились то, что сейчас называется изнасилованием и насильственными действиями сексуального характера; наказуемыми также признавались мужеложство, кровосмешение. Сюда же включались некоторые прообразы современных преступлений против общественной нравственности, такие как «сводничество для непотребства», «потворство непотребству». По общему правилу, ответственность отягчалась в случае насильственного или обманного совершения соответствующих преступлений, совершения преступления в отношении несовершеннолетнего, малолетнего или беспомощного лица, лица, находящегося под властью или попечением виновного.

УК РСФСР 1922 г. в структуре главы V «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» выделил раздел 4 «Преступления в области половых отношений». Система преступлений была радикально упрощена и включала в себя половое сношение с лицами, не достигшими половой зрелости, развращение малолетних или несовершеннолетних, изнасилование, понуждение женщины ко вступлению в половую связь лицом, в отношении коего женщина является материально или по службе зависимой, принуждение из корыстных или иных личных видов к занятию проституцией, сводничество, содержание притонов разврата, а также вербовка женщин для проституции.

УК РСФСР 1926 г. в главе VI «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности» сохранил систему преступлений предыдущего уголовного кодекса; в 1934 г. было криминализировано ненасильственное мужеложство.

В УК РСФСР 1960 г. система половых преступлений была достаточно стабильной на протяжении всей истории действия кодекса и включала в себя (глава 3 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности») изнасилование, понуждение женщины к вступлению в половую связь, половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости, развратные действия, мужеложство. Содержание притонов разврата и сводничество с корыстной целью было отнесено уже к преступлениям против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения. Именно этот подход был сохранен в УК РФ 1996 г. За период же действия УК РСФСР 1960 г. наиболее значимые изменения в системе половых преступлений были связаны с ужесточением (вплоть до смертной казни) ответственности за квалифицированные составы изнасилования и декриминализацией в 1993 г. ненасильственного (консенсуального) мужеложства. Необходимо отметить, что аналоги современных насильственных действий сексуального характера квалифицировались по УК РСФСР 1960 г. как так называемое «изнасилование в извращенной форме», что по достаточно обоснованному мнению рассматривается как применение уголовного закона по аналогии в период действия УК РСФСР 1960 г.

За время действия УК РФ 1996 г. основными направлениями изменений главы 18 УК РФ являлось ужесточение уголовной наказуемости преступлений в отношении несовершеннолетних и малолетних, а также уточнение описания признаков отдельных составов преступлений.

Видовым объектом преступлений, предусмотренных главой 18 УК РФ, являются общественные отношения, охраняющие половую свободу и половую неприкосновенность личности как проявления общей свободы личности. Указанные общественные отношения образуют также непосредственный объект преступления. Дополнительным непосредственным объектом во всех составах преступлений этой главы выступает нормальное физическое и нравственное существование и развитие личности.

Половая свобода личности предполагает позитивно реализуемую свободу лица в выборе или негативно реализуемую свободу лица в невыборе полового партнера и в способе удовлетворения или неудовлетворения сексуальных желаний. Половая неприкосновенность как объект преступления предполагает, что хотя до достижения 16 лет лицо и обладает половой свободой, однако оно же по отношению ко внешнему миру обладает особой защитой, именуемой половой неприкосновенностью. Действия полового партнера такого лица объявляются преступными не потому что они нарушают половую свободу (постольку, поскольку действия отвечают подлинному волеизъявлению потерпевшего, они не посягают на его половую свободу), а потому что они нарушают адресованный ему запрет, т.е. посягают на половую неприкосновенность личности.

Исходя из основного непосредственного объекта преступлений, все составы, входящие в данную главу УК РФ, делятся на две группы: 1) преступления против половой свободы личности (ст. 131–133 УК РФ (кроме случаев, когда в указанных составах потерпевший не достиг 16 лет); 2) преступления против половой неприкосновенности личности (ст. 134–135 УК РФ, а также ст. 131–133 УК РФ в случаях, когда в указанных составах потерпевший не достиг 16 лет).

С учетом особой значимости квалифицирующего признака возраста потерпевшего лица, установление последнего для целей главы 18 УК РФ должно подчиняться общему правилу, связанному с определением возраста лица, совершающего преступление (т.е. лицо считается достигшим соответствующего возраста с ноля часов суток, следующих за днем его рождения), хотя встречается (впрочем, достаточно редко) позиция, согласно которой для потерпевшего достижение им соответствующего возраста должно происходить раньше (т.е. с ноля часов суток дня рождения, а при неизвестности точной даты — первый день месяца или года, установленного экспертными методами).

§ 2. Преступления против половой свободы личности

Изнасилование (ст. 131 УК РФ). Характеристика потерпевшего в составе изнасилования двойственная. Во-первых, непосредственной потерпевшей (т.е. жертвой самого по себе полового сношения) в изнасиловании может быть только женщина в силу прямого на то указания закона. Общепризнанно, что для признания женщины потерпевшей не имеет значения ее предшествующее виктимное поведение (аморальный образ жизни, занятие проституцией и т.п.) и ее отношения с виновным (брак, сожительство и т.п.). Однако характер отношений между обвиняемым лицом и жертвой может иметь доказательственное значение при установлении того, являлось ли половое сношение добровольным или нет. Возможным, во-вторых, косвенным потерпевшим (объектом применения насилия или угрозы его применения) может являться любое лицо как мужского, так и женского пола, при этом необязательно являющееся родственником или близким непосредственной потерпевшей.

Объективная сторона изнасилования имеет сложную природу и характеризуется, во-первых, деянием в форме действия и, во-вторых, альтернативно указанными способом совершения преступления или обстановкой его совершения.

Действие заключается в половом сношении между мужчиной и женщиной, т.е. совершении полового акта между мужчиной и женщиной в естественной форме (гетеросексуальное совокупление с возможностью зачатия).

Способ совершения преступления заключается в применении насилия либо угрозе его применения к непосредственной потерпевшей (в таком случае здесь прямо подавляется воля потерпевшей) или к косвенному потерпевшему лицу (в этом случае воля подавляется опосредованно: потерпевшая вступает в половое сношение, опасаясь за жизнь и здоровье других лиц).

Применение насилия (п. 2–3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 «О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности») предполагает реальное наличное физическое насилие (оно применяется для преодоления или предупреждения возможного сопротивления потерпевшей); угроза — реальную угрозу действительного и незамедлительного применения физического насилия. Угроза совершения иных действий (уничтожить имущество, разгласить позорящие сведения и т.п.) либо угроза применить физическое насилие в будущем, а равно простое понуждение (т.е. настойчивые уговоры без угрозы насилием) не являются основанием для квалификации действий по ст. 131 УК РФ и при наличии к тому оснований могут быть квалифицированы по ст. 133 УК РФ.

В случае, если при совершении изнасилования причинен легкий или средней тяжести вред здоровью, то содеянное полностью охватывается ст. 131 УК РФ. При этом легкий или средней тяжести вред здоровью должен причиняться перед началом полового сношения или в процессе его с целью преодоления сопротивления потерпевшей или его предупреждения, а также для подавления ее воли. В случае, если причинение такого вреда здоровью происходит после совершения изнасилования, например, по мотиву мести за оказанное при изнасиловании сопротивление или в целях сокрытия совершенного преступления, то имеет место реальная совокупность преступления, предусмотренного ст. 131 УК РФ, и соответствующего преступления против личности.

В любом случае умышленное причинение тяжкого вреда здоровью или убийство в процессе изнасилования квалифицируются по совокупности со ст. 111 и 105 УК РФ соответственно. Однако неосторожное причинение тяжкого вреда здоровью при совершении изнасилования полностью охватывается п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ.

Приведенные правила применимы только к ситуациям применения насилия или угрозы применения насилия к непосредственной потерпевшей. В силу п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 применение насилия или угроза применения насилия в отношении других лиц при совершении изнасилования независимо от характера такого насилия (угрозы) всегда квалифицируются по совокупности преступлений.

Альтернативно указанная обстановка совершения преступления заключается в использовании беспомощного состояния непосредственной потерпевшей (п. 5–6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). Беспомощное состояние потерпевшей может быть вызвано либо ее физической беспомощностью (престарелый или малолетний возраст, тяжелая болезнь, т.п.), либо неспособностью в силу психического расстройства понимать характер и значение совершаемых действий или оказать сопротивление виновному. Состояние сна, вызванного естественными причинами, в силу характера совершаемых действий крайне редко допускает возможность беспрепятственного совершения полового сношения с потерпевшей. Иную оценку получает состояние сна, вызванного алкогольным или иным опьянением; по общему правилу, как и в целом применительно к опьянению, такое состояние будет считаться беспомощным тогда, когда потерпевшая лишена возможности понимать характер и значение совершаемых с нею действий либо оказать сопротивление виновному лицу. То, кто привел жертву в состояние опьянения (сам ли виновный или она сама, или кто-то еще), не имеет значения.

В силу закона (примечание к ст. 131 УК РФ) потерпевшее лицо, не достигшее возраста 12 лет, всегда считается находящимся в беспомощном состоянии независимо от наличия у нее реальной возможности понимать характер и значение совершаемых действий либо оказать сопротивление виновному (своего рода неопровержимая презумпция беспомощного состояния в силу возраста). С достижением возраста 12 лет презумпция становится опровержимой и ослабляется с возрастом: то есть чем лицо старше, тем меньше оснований даже предполагать, что оно неспособно понимать характер и значение совершаемых действий. С учетом наличия в уголовном законе ст. 134 УК РФ, устанавливающей как возраст половой свободы 16 лет, можно говорить о полном исчезновении презумпции беспомощного состояния к 16 годам (т.е. лицо старше 16 лет наоборот предполагается способным понимать характер и значение совершаемых действий, и если в исключительных случаях такая неспособность наличествует, то уже это подлежит отдельному доказыванию).

Указание в законе на способ совершения преступления или на обстановку его совершения предполагает, что половое сношение происходит вопреки воле женщины, в отсутствие ее согласия.

Соответственно, получение согласия женщины посредством обмана или злоупотребления доверием исключает уголовную ответственность за изнасилование. В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 приводится единственный пример такого обмана (злоупотребления доверием): заведомо ложное обещание вступить в будущем в брак. Возможны, вместе с тем, и иные ситуации обмана (злоупотребления доверием), например, обещание заплатить, иным образом вознаградить женщину. Неисполнение такого обещания не дает основание считать совершенные действия изнасилованием. Дискуссионной является квалификация как изнасилования полового сношения в ситуации обмана относительно личности мужчины (когда он представляется кем-то иным, и женщина под влиянием такого обмана вступает в половое сношение); исходя из действующей конструкции уголовного закона, строго очерчивающего способ или обстановку совершения преступления, такие действия вряд ли можно считать уголовного наказуемыми. Однако обман относительно характера и значения совершаемых действий (например, когда жертва хотя и не страдает слабоумием или иным психическим расстройством, достигла достаточно взрослого возраста, однако в силу особенностей воспитания не осведомлена о характере сексуальных отношений) следует квалифицировать как изнасилование.

Крайне редко, но все же встречается в судебной практике и исключает уголовную ответственность за изнасилование добросовестная ошибка виновного в согласии жертвы, основанная, например, на обстоятельствах места, времени и предшествующих отношениях виновного с жертвой (например, приводятся примеры незначительного насилия, направленного на преодоление стыдливости жертвы). Именно в этом случае и приобретает доказательственное значение характер предшествующих отношений обвиняемого лица и потерпевшей.

Изнасилование следует считать оконченным преступлением с момента начала полового акта (обычное уточнение в судебной практике и теории уголовного права: с начала введения полового органа мужчины в половые органы женщины) независимо от его завершения в физиологическом смысле и наступивших последствий (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Мотив совершения преступления не влияет на квалификацию (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Субъект преступления специальный: мужчина, достигший 14 лет.

В квалифицированном составе (ч. 2 статьи) содержится три квалифицирующих признака.

Правила квалификации изнасилования, совершенного группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «а» ч. 2 статьи), раскрываются в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16.

Наиболее типичным случаем такого изнасилования является групповое изнасилование несколькими лицами одной потерпевшей. Однако в такой ситуации следует установить, что при совершении последовательных насильственных половых актов виновные оказывали друг другу реальное содействие в совершении преступления; простое «поочередное» изнасилование не дает оснований квалифицировать содеянное по данному пункту (за исключением «поочередного» изнасилования в ситуации, когда до того соисполнители вместе привели потерпевшую в беспомощное состояние, так как в таком случае групповой признак наличествует).

Изнасилование признается совершенным группой лиц и тогда, когда виновные, действуя согласованно и применяя насилие или угрожая применением насилия в отношении нескольких лиц, затем совершают насильственное половое сношение либо насильственные действия сексуального характера с каждой потерпевшей или хотя бы с одной из них. При этом следует обратить внимание, что содеянное образует для каждого из виновных совокупность эпизодов (поскольку изнасилование разных потерпевших образует совокупность преступлений), в каждом из которых вменяется групповой признак, даже несмотря на то, что виновным может быть совершено одно половое сношение: например, при изнасиловании двух потерпевших каждый виновный отвечает по совокупности преступлений за один эпизод «полного» изнасилования и за второй эпизод соисполнительства в изнасиловании другой потерпевшей (изнасилованной соучастником) в форме применения насилия или угрозы его применения.

Групповым изнасилованием также признается ситуация, в которой лицо хотя лично не совершает насильственный половой акт, однако содействует другому лицу в этом путем применения физического или психического насилия к потерпевшему лицу. В этом случае соисполнителем изнасилования по признаку применения физического или психического насилия может выступать также лицо женского пола.

Не признается групповым изнасилованием простое присутствие третьего лица при совершении преступления, в том числе в случае, если оно не предотвращает преступления либо аморально высказывается о происходящем (при условии, что такие высказывания не становятся словесными подстрекательством или пособничеством совершению преступления). Такое так называемое «моральное соучастие» ненаказуемо по российскому праву (в некоторых случаях возможна квалификация по ст. 125 УК РФ).

В связи с изнасилованием достаточно часто возникает ситуация так называемого «группового исполнения преступления». В случаях совместного выполнения объективной стороны изнасилования несколькими лицами, из которых лишь одно («годный» субъект) способно нести уголовную ответственность, а остальные не подлежат ей в силу недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, невменяемости или каких-либо иных причин, действия «годного» субъекта квалифицируются по п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ несмотря на то что остальные участники группы к уголовной ответственности не привлекаются.

Ответственность за изнасилование, соединенное с угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, а также совершенное с особой жестокостью по отношению к потерпевшей или к другим лицам, установлена в п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Правила его квалификации изложены в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16. Для квалификации преступных действий по данному пункту не имеет значения, намеревался ли виновный реально применить соответствующее насилие; достаточно восприятия угрозы потерпевшей как реальной.

Ответственность за изнасилование, повлекшее заражение потерпевшей венерическим заболеванием (п. «в» ч. 2 статьи), наступает в случаях, когда лицо, заразившее потерпевшее лицо венерическим заболеванием, достоверно знало о наличии у него этого заболевания. При этом дополнительной квалификации по ст. 121 УК РФ не требуется (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). Субъективная сторона при квалификации изнасилования по данному признаку характеризуется, исходя из позиции Верховного Суда РФ, прямым или косвенным умыслом, а также легкомыслием. Более корректное прочтение уголовного закона предлагается в теории уголовного права: в данном пункте в силу ч. 2 ст. 24 УК РФ возможна также небрежность.

Два особо квалифицированных состава изнасилования (ч. 3 и 4 статьи) содержат схожие признаки.

Под изнасилованием несовершеннолетней (п. «а» ч. 3 статьи) следует понимать изнасилование потерпевшей, не достигшей на момент совершения преступления 18 лет; изнасилование потерпевшей, не достигшей 14 лет, квалифицируется по п. «б» ч. 4 ст. 131 УК РФ. Для квалификации по данным пунктам следует установить, что виновное лицо достоверно знало о возрасте потерпевшей или предполагало его (являлось родственником, знакомым, соседом; внешний облик потерпевшей явно свидетельствовал о ее возрасте) (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). Добросовестное заблуждение, возникшее на основании того, что возраст потерпевшей приближается к 18-летию или в силу акселерации она выглядит взрослее своего возраста, исключает вменение виновному данного квалифицирующего признака.

Ответственность за изнасилование, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей, заражение ее ВИЧ-инфекцией или иные тяжкие последствия (п. «б» ч. 3 статьи) или повлекшее по неосторожности смерть потерпевшей (п. «а» ч. 4 статьи) наступает только в случае неосторожного отношения к указанным квалифицирующим последствиям. Пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16, указывая на возможность вменения п. «б» ч. 3 статьи также при умышленном заражении потерпевшей ВИЧ-инфекцией, не совсем корректно интерпретирует уголовный закон, где содержится прямое указание на неосторожную форму вины применительно ко всем трем разновидностям тяжких последствий, перечисленным в данном пункте.

Соответственно, умышленное причинение указанных тяжких последствий квалифицируется по совокупности со ст. 105, 111 или 122 УК РФ без вменения п. «б» ч. 3 или п. «а» ч. 4 статьи (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). Самоубийство потерпевшей, последовавшее вследствие совершения над нею изнасилования, квалифицируется по п. «б» ч. 3 ст. 131 УК РФ как иное тяжкое последствие; однако смерть потерпевшей, наступившая в процессе изнасилования вследствие безрассудных действий потерпевшей, вынужденной спасаться от насилия, квалифицируется по п. «а» ч. 4 ст. 131 УК РФ.

Правила квалификации изнасилования по ч. 5 статьи изложены в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16.

При квалификации изнасилования следует учитывать, что совершение нескольких изнасилований одной потерпевшей образует совокупность соответствующих эпизодов, квалифицируемых раздельно по соответствующим частям ст. 131 УК РФ. Исключением являются случаи, когда несколько половых актов не прерывались либо прерывались на непродолжительное время и обстоятельства совершения изнасилования свидетельствуют о едином умысле виновного лица на совершение указанных тождественных действий; содеянное в таком случае следует рассматривать как единое продолжаемое преступление, подлежащее квалификации по соответствующей части ст. 131 УК РФ (п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Совокупность преступлений также наличествует при совершении нескольких изнасилований разных потерпевших даже если эти действия охватывались единым умыслом. Вместе с тем, судебная практика по этому вопросу не является однозначно определенной, и встречаются решения, рассматривающие все эти эпизоды как единое преступление.

Насильственные действия сексуального характера (ст. 132 УК РФ). Признаки основного и квалифицированных составов преступления в целом совпадают с соответствующими признаками изнасилования (ст. 131 УК РФ).

Основное отличие между двумя составами лежит в объективной стороне преступления: если при изнасиловании ответственность наступает за половое сношение между мужчиной и женщиной в естественной форме, где потерпевшей стороной является женщина, то ст. 132 УК РФ предполагает ответственность за все прочие насильственные действия сексуального характера.

В числе таких действий сексуального характера закон специально выделяет мужеложство, т.е. сексуальные контакты между мужчинами, в том числе анальный контакт (coitus per anum), оральный контакт (coitus per os) и междубедренный коитус между мужчинами. Однако иногда предлагается ограничивать уголовно-правовое понятие мужеложства только анальным контактом, относя все другие проявления гомосексуализма к иным действиям сексуального характера (такое ограничение будет также иметь значение для ст. 133–134 УК РФ). Также в законе специально указывается лесбиянство, т.е. совокупность возможных сексуальных действий, совершаемых женщинами в отношении друг друга, в том числе с использованием различных предметов. К иным действиям сексуального характера относятся сексуальные контакты между мужчиной и женщиной, где потерпевшей стороной является женщина, в том числе анальный контакт (coitus per anum), оральный контакт (coitus per os), имитация полового акта (например, нарвасадата, т.е. суррогатная форма полового сношения путем введения полового члена между молочными железами женщины; викхарита, т.е. такая же форма путем введения полового члена между сжатыми бедрами женщины). Сюда же следует отнести и половое сношение в естественной форме между мужчиной и женщиной, где потерпевшей стороной является мужчина, и иные, указанные только что выше сексуальные контакты между мужчиной и женщиной, в такой ситуации.

В сложных ситуациях (например, при отсутствии непосредственного физического контакта между жертвой и виновным лицом ввиду использования каких-то предметов при совершении насильственных действий, при сексуально «окрашенных» действиях, не связанных с половыми органами, а затрагивающих иные части тела, при принуждении к обнажению тела) для определения сексуального характера действий следует прибегать к помощи судебной экспертизы, хотя сам по себе вывод о сексуальном характере действий является исключительно правовым выводом, делаемым только судом на основе анализа всех доказательств по делу.

Действия сексуального характера с трупом человека квалифицируются по ст. 244 УК РФ; действия с животными могут при наличии иных признаков образовывать состав преступления, описанный в ст. 245 УК РФ.

Соответственно, следствием особенностей объективной стороны является то, что к непосредственному потерпевшему в данном составе может быть отнесен также мужчина, а к исполнителю основного состава — женщина.

С точки зрения субъективной стороны сложный для квалификации вопрос возникает применительно к мотивам виновного, например, в ситуации действий, связанных с введением в естественные полости тела потерпевшего предметов с целью, не связанной с удовлетворением половой потребности виновного (как-то с целью, унижения, утверждения собственного превосходства, причинения боли и т.п.). Судебная практика исходит из того, что определяющим является характер действий: «…мотив совершения указанных преступлений (удовлетворение половой потребности, месть, национальная или религиозная ненависть, желание унизить потерпевшее лицо и т.п.) для квалификации содеянного значения не имеет» (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Если умыслом виновного охватывается совершение (в любой последовательности) изнасилования и насильственных действий сексуального характера в отношении одной и той же потерпевшей, содеянное следует расценивать как совокупность преступлений, предусмотренных ст. 131 и 132 УК РФ. При этом для квалификации содеянного не имеет значения, был ли разрыв во времени в ходе совершения в отношении потерпевшей изнасилования и насильственных действий сексуального характера (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16).

Понуждение к действиям сексуального характера (ст. 133 УК РФ). Потерпевшим в данном составе преступления может выступать лицо любого пола. Закон специально не оговаривает минимальный возраст потерпевшего лица, за исключением квалифицированного состава в ч. 2. Понуждение лица, не достигшего 16 лет, к половому сношению, мужеложству, лесбиянству с последующим их совершением квалифицируется по совокупности со ст. 134 УК РФ; тогда как понуждение лица, не достигшего 16 лет, к совершению иных действий сексуального характера, с последующим их совершением квалифицируется по совокупности со ст. 135 УК РФ. Следует обратить внимание, что понуждение к действиям сексуального характера, совершенное в отношении лица, не достигшего 12 лет, в силу примечания к ст. 131 УК РФ квалифицируется по ст. 132 УК РФ, поскольку само по себе понуждение по сути своей уже образует развратные действия и в силу возраста потерпевшего лица охватывается ст. 132 УК РФ.

Объективная сторона заключается в деянии в виде понуждения лица (т.е. адресованных ему настойчивых предложений; хотя и однократное предложение, подкрепленное одним из способов, также следует расценивать как понуждение) к половому сношению, мужеложству, лесбиянству или совершению иных действий сексуального характера одним из указанных в законе способов. Половое сношение, мужеложство, лесбиянство и иные действия сексуального характера в данном составе преступления понимаются также, как и в ст. 131–132 УК РФ.

В законе указан исчерпывающий перечень способов совершения преступления. К ним относятся: шантаж; угроза уничтожением, повреждением или изъятием имущества; использование материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей).

Под шантажом понимается, например, угроза разгласить позорящие лицо сведения независимо от того, являются ли они вымышленными или нет, и независимо от того, ставят ли они под угрозы законные или незаконные интересы жертвы шантажа (так, угроза разгласить сведения о реально совершенном лицом преступлении также является шантажом), угроза предать огласке изображения, видео или переписку интимного или в целом порочащего характера. То, когда виновный обещает реализовать свои угрозы (немедленно или в будущем), не влияет на квалификацию содеянного. При этом угрозы могут быть высказаны как в отношении лица, которого понуждают к действиям сексуального характера, так и в отношении близких ему лиц. Реализация шантажирующей угрозы может дополнительно квалифицироваться при наличии к тому оснований по ст. 128¹ УК РФ.

Материальная зависимость потерпевшего лица предполагает отсутствие у него самостоятельных доходов и невозможность их получать; иная зависимость в законе не раскрывается и, как правило, сводится к трудовой (служебной) зависимости. При использовании материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей) самого по себе факта зависимости и предложения совершить указанные в диспозиции действия недостаточно; для образования состава преступления предложение должно быть связано с угрозой использовать зависимость во вред потерпевшему лицу в случае его отказа (например, уволить или снизить заработную плату, но не наоборот).

Наличие указанных в законе способов позволяет отграничить данный состав преступления от ст. 131 и 132 УК РФ, в которых особый способ совершения преступления (насилие или угроза его применения) подавляют волю потерпевшего (потерпевшей). В рассматриваемом составе преступления действия сексуального характера происходят по взаимному согласию, хотя согласие одной из сторон и является вынужденным. Наличие этих же способов позволяет отграничить данный состав преступления от ненаказуемых действий по понуждению, когда содержание способа воздействия на потерпевшего носит для него позитивный, положительный характер (например, предоставление в будущем благ и преимуществ; то, что в будущем такие блага и преимущества не предоставляются, не превращает содеянное, как уже говорилось ранее, в изнасилование или насильственные действия сексуального характера). Однако следует иметь в виду, что ст. 240¹ УК РФ криминализирует по сути успешное понуждение к действиям сексуального характера в ситуации, когда потерпевшее лицо находится в возрасте от 16 до 18 лет и способы воздействия на него носят позитивный, положительный характер (денежное или любое другое вознаграждение несовершеннолетнего или третьего лица либо обещание вознаграждения несовершеннолетнему или третьему лицу).

Преступление окончено с момента понуждения; факт совершения в будущем действий сексуального характера на квалификацию не влияет.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления является специальным при совершении деяния с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего (потерпевшей). Им является лицо, в зависимости от которого находится потерпевший (потерпевшая). В остальных случаях субъект преступления общий. Следует учитывать, что субъект понуждения и субъект полового сношения, мужеложства, лесбиянства или совершения иных действий сексуального характера необязательно должны совпадать; субъект понуждения может действовать в интересах третьего лица, которое либо не подлежит уголовной ответственности (в том числе если осведомлено о том, что потерпевшее лицо к действиям сексуального характера понуждено), либо при наличии к тому оснований может нести ответственность как подстрекатель к данному преступлению.

Квалифицированный состав (ч. 2 статьи) предполагает ответственность за совершение действий в отношении не достигшего 18 лет лица (как уже говорилось ранее, понуждение само по себе является развратным действием, а потому понуждение в отношении лица, не достигшего 12 лет, в силу примечания к ст. 131 УК РФ квалифицируется по ст. 132 УК РФ); при этом 16-летний общий возраст субъекта преступления в таком случае остается без изменений.

Данный состав преступления следует отграничивать от ст. 240 УК РФ, где лицо понуждается к действиям сексуального характера, образующим проституцию. Способы совершения преступления в ст. 133 и 240 УК РФ могут совпадать, и для квалификации по ст. 240 УК РФ следует установить, что лицо вовлекается именно в проституцию или понуждается к продолжению занятия ею.

§ 3. Преступления против половой неприкосновенности личности

Половое сношение и иные действия сексуального характера с лицом, не достигшим шестнадцатилетнего возраста (ст. 134 УК РФ). Потерпевшим в данном составе преступления выступает лицо мужского или женского пола, достигшее 12 лет, но не достигшее 16 лет.

Объективная сторона преступления заключается в происходящем по взаимному согласию сторон половом сношении, мужеложстве или лесбиянстве (с момента начала этих действий преступление считается оконченным). При этом название статьи шире, чем описание в диспозиции статьи признаков объективной стороны: рассматриваемым составом не охватываются действия сексуального характера, не подпадающие под половое сношение, мужеложство, лесбиянство. Такие действия следует квалифицировать по ст. 135 УК РФ.

Таким образом, в отличие от изнасилования и насильственных действий сексуального характера, в данном составе преступления потерпевшее лицо соглашается на половое сношение, мужеложство или лесбиянство, понимая при этом характер и значение совершаемых действий (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16). В отсутствие понимания характера и значения совершаемых действий или в случае применения насилия (угрозы его применения) содеянное образует изнасилование или насильственные действия сексуального характера. В силу примечания к ст. 131 УК РФ даже если лицо понимает характер и значение совершаемых действий, однако не достигло 12 лет, совершаемые с ним действия квалифицируются по ст. 131 или 132 УК РФ.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъектом преступления выступает лицо любого пола, достигшее 18 лет. В случае, если действия, описанные в статье, в силу примечания к ст. 131 УК РФ становятся квалифицируемыми по ст. 131 или 132 УК РФ, по этим составам преступления возможно привлечение к уголовной ответственности начиная с 14 лет.

Квалифицированный состав преступления в ч. 3 предполагает ответственность за те же действия, совершенные в отношении лица, достигшего 12, но не достигшего 14 лет.

Особо квалифицированный состав в ч. 4–6 предполагает ответственность за преступление в отношении двух и более лиц (соответственно, совершение преступления в отношении нескольких разных потерпевших при отсутствии единого умысла также квалифицируется только по ч. 4 статьи), совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой или (в связи с ч. 3 статьи) лицом, имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего. С учетом специфики объективной стороны данного состава преступления, не носящей (в отличие от ст. 131 и 132 УК РФ) сложносоставного характера, квалификация содеянного по групповому признаку будет возможна только в случае, если хотя бы два соисполнителя одновременно (если это возможно по объективным характеристикам деяния) или поочередно (что возможно всегда) совершили половое сношение, мужеложство или лесбиянство с одним и тем же потерпевшим лицом.

В случае, если изнасилование или насильственные действия сексуального характера сопровождались последующими действиями сексуального характера, совершаемыми уже с согласия потерпевшей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответственно ст. 131 или 132 и 134 УК РФ. Квалификация должна быть аналогичной и в противоположном случае.

Примечание к статье допускает возможность освобождения от наказания лица, совершившего преступление, подпадающее под признаки ч. 1 статьи (но не ч. 2–4), если будет установлено, что это лицо и совершенное им преступление перестали быть общественно опасными в связи со вступлением в брак с потерпевшим.

Следует учитывать, что в соответствии с п. 2 ст. 13 СК РФ при наличии уважительных причин органы местного самоуправления по месту жительства лиц, желающих вступить в брак, вправе по просьбе данных лиц разрешить вступить в брак лицам, достигшим возраста 16 лет; порядок и условия, при наличии которых вступление в брак в виде исключения с учетом особых обстоятельств может быть разрешено до достижения возраста 16 лет, могут быть установлены законами субъектов федерации. Соответствующие законы (снижающие минимальный брачный возраст до 14 лет) приняты сейчас не во всех субъектах федерации; как следствие, в тех субъектах, в которых закон не предусматривает порядок и условия вступления в брак до достижения 16 лет, примечание к ст. 134 УК РФ не может быть реализовано на практике.

Освобождение от наказания на основании примечания к ст. 134 УК РФ является окончательным; последующее расторжение брака не допускает повторного привлечения лица к уголовной ответственности.

Пункт 2 примечаний к ст. 134 УК РФ содержит специальное правило назначения наказания, и с учетом возрастных признаков потерпевшего и виновного лица может быть применен только к подсудимому в возрасте от 18 до 20 лет.

Развратные действия (ст. 135 УК РФ). Потерпевшим в данном составе преступления выступает лицо мужского или женского пола, достигшее 12 лет, но не достигшее 16 лет. В силу примечания к ст. 131 УК РФ развратные действия в отношении лица, не достигшего 12 лет, квалифицируются по ст. 132 УК РФ. Способность потерпевшего лица понимать характер и значение совершаемых действий (т.е., говоря иными словами, быть развращенным как следствие совершения преступления) не имеет юридического значения; в судебной практике по ст. 135 УК РФ квалифицируются также действия в отношении малолетних, спящих лиц.

Объективная сторона преступления заключается в совершении развратных действий без применения насилия. На протяжении долгого времени все развратные действия делились на физические (т.е. связанные с действиями сексуального характера как с потерпевшим лицом, так и нет, однако воспринимаемые им) и интеллектуальные (беседы, показ порнографической продукции т.п.). Однако в настоящее время такое деление в значительной мере утратило свою актуальность и все чаще замещается в литературе делением на «контактные» и «бесконтактные» действия, отчасти признанным в абзаце втором п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16.

К контактным развратным действиям относятся, например, непристойные прикосновения, обнажение половых органов потерпевшего лица, искусственное стимулирование эрогенных зон (мастурбация), не охватываемые ст. 134 УК РФ иные действия сексуального характера (определение которых можно взять из ст. 132 УК РФ), в том числе ненасильственные гетеросексуальные анальный контакт (coitus per anum) и оральный контакт (coitus per os). Все эти действия объединяет наличие, говоря в общем, прикосновений к телу потерпевшего лица.

К бесконтактным действиям относятся все те действия, которые ранее охватывались понятием интеллектуальных развратных действий, в частности, проведение бесед сексуально-циничного содержания, ознакомление с порнографической литературой, воспроизведение соответствующих аудио- или видеозаписей, демонстрация иной порнопродукции (открыток, фотографий, рисунков и т.д.), подстрекательство потерпевших лиц к сексуальным контактам между собой. В силу п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 развратными могут признаваться и такие действия, при которых непосредственный физический контакт с телом потерпевшего лица отсутствовал, включая действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей. Однако действия, совершенные с использованием сети Интернет, иных информационно-телекоммуникационных сетей, квалифицируются по ст. 135 УК РФ только при установлении индивидуально-определенного адресата таких действий (например, посылка фотографий, видео конкретному лицу). Размещение развратных материалов в сети Интернет для неопределенного круга лиц, без ограничения доступа к ним может квалифицироваться по ст. 242 УК РФ. К бесконтактным развратным действиям относятся также демонстрация собственных половых органов виновного (эксгибиционизм) либо сексуальные контакты (например, половое сношение, мужеложство, лесбиянство) в присутствии потерпевшего лица.

Применение к потерпевшему лицу насилия для совершения развратных действий или угроза применением насилия превращает содеянное в изнасилование или насильственные действия сексуального характера (ст. 131–132 УК РФ). Это правило применимо к контактным развратным действиям. Бесконтактные развратные действия, совершенные с применением насилия, квалифицируются по нормам главы 16 УК РФ. В отношении таких же действий, совершенных с угрозой применения насилия, существуют две точки зрения: или квалифицировать их по нормам главы 16 УК РФ, или также по ст. 135 УК РФ, поскольку в ней говорится об отсутствии насилия, но не угрозы применением насилия.

Если виновный при совершении развратных действий использует беспомощное состояние потерпевшего, который не понимает характера и значения совершаемых действий, содеянное должно было бы квалифицироваться по ст. 135 УК РФ только в случае, если развратные действия не сопряжены с нарушением телесной и, как следствие, половой неприкосновенности потерпевшего лица (т.е. бесконтактные развратные действия, в особенности совершаемые посредством сети Интернет); любое использование в такой ситуации тела потерпевшего (контактные развратные действия) превращает содеянное в изнасилование или насильственные действия сексуального характера (ст. 131–132 УК РФ). Однако судебная практика все разнообразные развратные действия в отношении лиц, не достигших 12 лет, квалифицирует по ст. 132 УК РФ, ссылаясь на примечание к ст. 131 УК РФ.

Преступление считается оконченным с момента начала совершения развратных действий. Возможные побочные последствия развратных действий (например, надрывы девственной плевы, царапины в области половых органов или на теле) на признание преступления оконченным не влияют. При перерастании развратных действий в изнасилование, насильственные действия сексуального характера или половое сношение с лицом, не достигшим 16-летнего возраста, содеянное полностью охватывается ст. 131, 132 или 134 УК РФ.

При этом если развратные действия сопровождались заражением венерической болезнью или ВИЧ-инфекцией, похищением человека, вовлечением в занятие проституцией, незаконным распространением порнографических материалов или предметов и т.д., содеянное подлежит квалификации по совокупности со ст. 121, 122, 126, 240, 242 или 242¹ УК РФ.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом и в силу п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16 предполагает специальную цель совершения преступления: удовлетворение сексуального влечения виновного, вызывание сексуального возбуждения у потерпевшего лица или пробуждение у него интереса к сексуальным отношениям.

Субъектом преступления выступает лицо любого пола, достигшее 18 лет.

Квалифицированный состав преступления в ч. 2 предполагает ответственность за те же действия, совершенные в отношении лиц, достигших 12 лет и не достигших 14 лет.

Особо квалифицированный состав в ч. 3–5 статьи предполагает ответственность за преступление в отношении двух и более лиц, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой или (в связи с ч. 2 статьи) лицом, имеющим судимость за ранее совершенное преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетнего. Содержание этих признаков аналогично соответствующим признакам в ст. 134 УК РФ.

Развратные действия могут квалифицироваться по совокупности со ст. 134 УК РФ только если они образуют самостоятельное преступное деяние, а не составную часть действий, предусмотренных диспозицией ст. 134 УК РФ.

Основная литература по теме

Авдеев В. А., Авдеева Е. В. Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности в России. М., 2018.

Бимбинов А. А. Ненасильственные половые преступления. М., 2017.

Готчина Л. В., Логинова Л. В. Уголовно-правовая и криминологическая характеристика преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы несовершеннолетних. М., 2015.

Жижиленко А. А., Оршанский Л. Г. Половые преступления. Л., 1927.

Игнатов А. Н. Квалификация половых преступлений. М., 1974.

Смирнов А. М. Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности. М., 2015.

Степанова О. Ю. Преступления против половой неприкосновенности и половой свободы несовершеннолетних: уголовно-правовой и криминологический анализ. М., 2019.

Глава 5. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ И СВОБОД ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА

§ 1. Общая характеристика преступлений против конституционных прав и свобод человека и гражданина

Существование главы 19 УК РФ предопределено необходимостью строгой реакции государства на самые опасные нарушения конституционных прав и свобод человека и гражданина. Уже в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. обнаруживается, в частности, ответственность того, кто «с намерением оскорбить или потревожить ворвется в чужое жилище»; или того, кто «осуществит похищение, утайку, утрату, задержку корреспонденции или вручение ее не по адресу, распечатывание хотя бы из одного только любопытства».

В последующем уголовное законодательство устанавливало все новые составы, соответствующие современным преступлениям против конституционных прав и свобод человека и гражданина. Так, в 1906 г. в Уложении 1845 г. появилась глава «О нарушении свободы и правильности выборов в Государственный Совет и Государственную Думу, а также беспрепятственной деятельности сих установлений».

Современное регулирование рассматриваемых преступлений во многом является продуктом советской эпохи развития уголовного права. В УК РСФСР 1960 г. деяния, именуемые как «преступления против прав и свобод человека и гражданина», оформились в самостоятельную группу, а предусматривающие их нормы составили единый уголовно-правовой институт, устанавливающий, по господствующему мнению, ответственность за несколько видов посягательств: а) нарушение политических прав и свобод (например, воспрепятствование реализации избирательного права); б) нарушение социально-экономических прав и свобод (например, нарушение правил охраны труда); в) нарушение личных прав и свобод человека и гражданина (нарушение тайны переписки и др.).

В действующем УК РФ подход, по сути, остался прежним, хотя значимых изменений случилось несколько: рассматриваемая глава помещена в раздел «Преступления против личности»; подчеркнуто, что нормы главы обеспечивают защиту именно конституционных прав и свобод; увеличился объем регулирования; сформулирована общая норма, имеющая целью защитить не отдельный вид прав, а исходный принцип пользования ими — равноправие.

Вопрос о видовом объекте преступлений, предусмотренных главой 19 УК РФ по господствующему мнению решается просто: это нарушаемые при их совершении права и свободы, провозглашенные в главе 2 Конституции РФ. Основным непосредственным объектом этих преступлений, в том числе для целей их классификации, соответственно выступает конкретное конституционное право человека и гражданина, на которое совершается посягательство. По необходимости этот подход носит точечный характер: охрана конституционных прав и свобод предусмотрена и нормами других глав УК РФ.

Необходимо отметить использование для описания объективной стороны преступлений, предусмотренных главой 19 УК РФ, преимущественно конструкции формального состава, что, вместе с тем, усложняет их отграничение от имеющихся в КоАП РФ смежных составов административных правонарушений, и применение в качестве криминообразующего признака специального субъекта. Например, наличие этого признака в составе дискриминации позволяет отграничить преступление от административного правонарушения, предусмотренного ст. 5.62 КоАП РФ.

Для преступлений этой группы характерна умышленная форма вины. Мотивы и цели как обязательные признаки их субъективной стороны встречаются редко, но характерны для ряда новых преступлений против конституционных прав человека и гражданина (ст. 144¹, 145¹ УК РФ).

Субъектом преступлений, как было отмечено, в ряде случаев может быть только специальный субъект: как правило, это лицо, совершающее деяние с использованием своего служебного положения.

§ 2. Нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина

Признание дискриминации (ст. 136 УК РФ) преступлением основано на нарушении фундаментального требования ст. 19 Конституции РФ не отступать от равенства при реализации конституционных прав и свобод в зависимости от пола, расы, национальности, языка и некоторых иных характеристик личности.

Объективная сторона преступления имеет сложную природу и характеризуется рядом позитивных и негативных признаков. Деяние при дискриминации охватывает факты различия, предпочтения, исключения, ограничения права на равенство в связи с реализацией какого-либо из предусмотренных Конституцией РФ прав, свобод и законных интересов человека и гражданина (далее — прав и свобод). Такое различие не может быть обосновано ссылкой на справедливость и свободу усмотрения правоприменителя на дифференцированное обращение с гражданами. Дискриминация может быть совершена в форме действия или бездействия, но обязательно с использованием виновным лицом своего служебного положения. Действия могут выразиться, например, в отказе в приеме на работу или незаконном увольнении граждан, в ущемлении жилищных и иных гражданских прав и свобод, бездействие — в непредоставлении законных льгот по признаку принадлежности к той или другой нации.

Требуется наличие обстоятельств-оснований дискриминации. Статья 19 Конституции РФ содержит их открытый перечень. В диспозиции ст. 136 УК РФ такой перечень является, на первый взгляд, закрытым. Некоторые факты дискриминации, например, в связи с состоянием здоровья потерпевшего, статусом военнослужащего, сексуальной ориентацией, тогда как бы остаются без оценки. Однако приведенный вывод колеблет тот факт, что среди прочих в число оснований входит указание на принадлежность лица, подвергающегося дискриминации, к общественным объединениям либо каким-либо социальным группам. Не является дискриминацией установление ограничений в интересах безопасности личности, общества и государства, когда такие ограничения не носят персонифицированной направленности.

Состав преступления сформулирован так, что само деяние в самых различных его проявлениях дает основание для уголовной ответственности. Вместе с тем, видимо потому, что дискриминация сводит на нет признание, пользование или осуществление правами и свободами, в литературе подчеркивается, что дискриминация всегда связана с результатами, с негативными последствиями, юридически значимыми для потерпевшего.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления специальный: лицо, использующее при совершении преступления свое служебное положение. Судебная практика указывает соответственно на должностных лиц, обладающих признаками, предусмотренными п. 1 примечаний к ст. 285 УК РФ; на лиц, выполняющих функции государственных или муниципальных служащих, не являющихся должностными лицами, а также лиц, отвечающих требованиям, предусмотренным п. 1 примечаний к ст. 201 УК РФ.

§ 3. Преступления, посягающие на личные права и свободы

В статье о нарушении неприкосновенности частной жизни (ст. 137 УК РФ) сформулирована норма, запрещающая под угрозой наказания собирание или распространение сведений, составляющих личную или семейную тайну любого физического лица.

Для квалификации деяния по данной статье необходимо установить специфический правовой смысл ряда специальных и общеупотребимых понятий. Толкование некоторых дано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против конституционных прав и свобод человека и гражданина (статьи 127, 138, 138¹, 139, 144¹, 145, 145¹ Уголовного кодекса Российской Федерации)».

Постановление не раскрывает понятия предмета преступления — сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайны. Детализируя, можно сказать, что сведения, составляющие личную тайну, касаются одного лица (хранятся им в тайне), а семейная тайну — лица (лиц), находящихся в семейных отношениях (хранятся в тайне указанным объединением лиц). Не составляют тайны: а) сведения, ранее ставшие общедоступными; б) преданные огласке самим гражданином или по его воле; в) собираемые или распространяемые в государственных, общественных или иных публичных интересах. На прикладном уровне здесь наиболее сложен, конечно же, вопрос о том, как устанавливать наличие соответствующих интересов. Например, достаточно ли простой ссылки на обстоятельства дела? Как быть, если впоследствии в процессе суд придет к выводу об отсутствии государственных, общественных или иных публичных интересов? Однозначных ответов на поставленные вопросы нет.

Объективная сторона преступления заключается в собирании или распространении сведений о частной жизни лица. В упомянутом постановлении указано, что собирание составляет получение сведений, которое может осуществляться любым способом, в том числе криминальным по характеру. При собирании, по позиции судебной практики, возможна идеальная совокупность преступлений, предусмотренных ст. 137 УК РФ и ст. 138, 138 либо 272 УК РФ. Распространение заключается в разглашении или размещении индивидуально конкретизированной информации. Выделено, но без оценки как более опасного деяния в санкции, распространение сведений о частной жизни лица в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, т.е. в обстановке, когда такие сведения становятся известными большому количеству людей.

Во всех случаях для применения ст. 137 УК РФ необходимо незаконное, несанкционированное вторжение в частную жизнь. Незаконность вторжения определяет (как правило, альтернативно, но достаточно и одного обстоятельства): а) отсутствие согласия со стороны потерпевшего, о чем прямо говорится в диспозиции статьи; б) использование порядка, средств и методов, запрещенных законом или при отсутствии установленных законом оснований.

Характеристики субъективной стороны (умышленная форма вины) и субъекта преступления (общий в ч. 1 статьи, специальный, т.е. лицо, действующее с использованием служебного положения, в ч. 2 статьи) специфичными не являются.

Часть 3 статьи устанавливает ответственность за самостоятельное преступление с особым предметом: информация, указывающая либо на личность несовершеннолетнего потерпевшего, не достигшего 16 лет, по уголовному делу, либо содержащая описание полученных им в связи с преступлением физических и нравственных страданий. Признак незаконности в данном случае связан с УПК РФ. Состав преступления сформулирован как материальный. Преступление окончено, если альтернативно несовершеннолетнему причинены или вред здоровью, или психическое расстройство, или наступили иные тяжкие последствия.

Нарушение тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений (ст. 138 УК РФ). При квалификации преступления, предусмотренного ст. 138 УК РФ, тайна сообщений признается нарушенной при определенных основаниях-обстоятельствах (по сути тех же, что установлены в ст. 137 УК РФ). Следовательно, деяние совершается, когда доступ к переписке, переговорам, иным сообщениям совершен без согласия участвующего в них лица и (или) при отсутствии установленных в нормах регуляторного права законных оснований для ограничения конституционного права граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Нарушениями тайны, образующими объективную сторону преступления, по позиции Верховного Суда РФ, например, являются ознакомление с материалами (содержанием) сообщений, доступ к информации о входящих и исходящих сигналах соединения между абонентами или абонентскими устройствами пользователей сетей и др. (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46).

Судебная практика последовательно применяет широкий подход к пониманию предмета сообщений. Ответственность наступает независимо от того, составляют ли сведения, передаваемые в сообщениях, тайну или нет. Способ пересылки, который был нарушен, все чаще связан с использованием новых технологий: сообщения граждан, передаваемые по сетям электрической связи, например СМС- и ММС-сообщения, факсимильные сообщения, передаваемые посредством сети Интернет мгновенные сообщения, электронные письма, видеозвонки, а также сообщения, пересылаемые иным способом (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46).

Незаконные действия, нарушающие тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений конкретных лиц или неопределенного круга лиц, подлежат квалификации по ст. 138 УК РФ, если они совершены с прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Квалифицированный состав преступления (ч. 2 статьи) выделен по признакам субъекта, и предполагает совершение деяния лицом с использованием служебного положения. В контексте этого состава преступления, вместе с тем, высказано мнение, что наряду с обычно выделяемыми категориями, специальными субъектами могут быть признаны, например, лица, выполнение трудовых функций которых связано с работой операторов связи.

Незаконный оборот специальных технических средств, предназначенных для негласного получения информации (ст. 138¹ УК РФ). Состав преступления, предусмотренный ст. 138¹ УК РФ, обладает значительными юридическими особенностями. Однако использование здесь своеобразной для уголовного закона терминологии — это оправданный подход, вызванный спецификой деяния и предмета преступления.

Незаконный оборот, прежде всего, связывается с производством соответствующих предметов. Для квалификации не имеет значения, кустарным или промышленным способом они были произведены. Под сбытом традиционно понимаются любые способы передачи другим лицам соответствующих предметов. Наконец, приобретением является получение таких предметов различными способами, в том числе, безвозмездно.

В исходной редакции уголовного закона законодатель пренебрег формализацией признаков предмета преступления, что вызывало и споры в теории уголовного права, и, главное, неопределенность на практике. Начиная с 2019 г., с неопределенностью в этой области в основном покончено. По смыслу закона, технические устройства могут быть признаны предметом преступления — специальными техническими средствами, предназначенными для негласного получения информации без ведома ее обладателя, если они: во-первых, специально разработаны, и произведены не для бытового назначения, а для отдельных лиц, органов и организаций, реализующих с их помощью цели своей деятельности. Производство, приобретение или сбыт таких средств в деятельности государственных органов и организаций является незаконным, когда указанные действия совершаются в нарушение требований закона (например, без лицензии); во-вторых, если смартфонам, диктофонам и др. устройствам бытового назначения преднамеренно путем технической доработки или программирования или иным способом были приданы новые качества и свойства, позволяющие негласно получать информацию. Доказывание наличия предмета в этих случаях, как правило, требует использования специальных знаний, и суд должен располагать соответствующими заключениями специалиста или эксперта.

К специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, не относятся находящиеся в свободном обороте приборы, системы, устройства, инструменты бытового назначения, обладающие функциями фиксации и (или) геолокации, с открыто расположенными на них органами управления таким функционалом или элементами индикации, отображающими режимы их использования, или наличием на них маркировочных обозначений, указывающих на их функциональное назначение, и программное обеспечение с элементами индикации, отображающими режимы его использования и указывающими на его функциональное назначение.

Установление факта незаконного оборота специальных технических средств само по себе не может свидетельствовать о совершении преступления, предусмотренного ст. 138¹ УК РФ. Если намерения не были направлены на приобретение и (или) сбыт именно таких средств (например, лицо посредством общедоступного сетевого ресурса приобрело специальное техническое средство, рекламируемое как устройство бытового назначения, добросовестно заблуждаясь поэтому относительно его фактического предназначения), состава анализируемого преступления нет.

Интересную позицию занял Верховный Суд РФ и в следующей ситуации. Согласно его рекомендации, не могут быть квалифицированы по ст. 138¹ УК РФ действия лица, которое хотя и приобрело предназначенное для негласного получения информации устройство, но с намерением использовать его, например, в целях обеспечения личной безопасности, безопасности членов семьи, в том числе детей, сохранности имущества или в целях слежения за животными и нет доказательств, что оно предполагало применять его в качестве средства посягательства на конституционные права граждан (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Нарушение неприкосновенности жилища (ст. 139 УК РФ). Ответственность за нарушение неприкосновенности жилища установлена в уголовном законе двояко. Кража, грабеж или разбой, совершенные с незаконным проникновением в жилище (п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 161, ч. 3 ст. 162 УК РФ) квалификации по совокупности со ст. 139 УК РФ не требуют. Однако в большинстве случаев нарушение неприкосновенности жилища оценивается как самостоятельное преступление против конституционных прав и свобод человека и гражданина. Упоминание о мошенничестве, повлекшем лишение права гражданина на жилое помещение (ч. 4 ст. 159 УК РФ), не может быть поставлено в один ряд с указанными деяниями. Оно служит скорее целям описания посягательства на экономические отношения.

Тот факт, что предусмотренные главой 19 УК РФ преступления тесно связаны с регуляторным законодательством, обычно влечет заимствование специальных правовых понятий из иных отраслей права. Однако понятие «жилище» прямо не связывается со ст. 3, 15, 16 ЖилК РФ, а раскрывается в примечании к анализируемой статье. Оно шире по своему содержательному наполнению, чем определения, даваемые в жилищном законодательстве, например, за счет введения такого признака как «помещения или строения, не входящие в жилищный фонд». В результате уголовно-правовыми средствами обеспечивается неприкосновенность более широкого по сравнению с жилищным правом круга объектов, могущих послужить местом проживания лица. Отдельные помещения, строения (в частности, структурно обособленные от индивидуального жилого дома сарай, баня, гараж и т.п.) рассматриваются как жилища, если были специально приспособлены, оборудованы для проживания.

С объективной стороны преступление состоит в проникновении в жилище. Проникновение охватывает широкий круг действий, отражающих, прежде всего, характер самого деяния. Это вторжение в пределы жилища, которое может быть личным либо с использованием технических средств, позволяющих получать информацию о происходящем в жилище. Способ проникновения образуют действия, совершаемые как с открытым игнорированием воли проживающего в нем лица, так и путем его обмана или злоупотребления доверием. Наряду с игнорированием воли проживающего, проникновение может быть связано с нарушением предусмотренных федеральными законами оснований для ограничения конституционного права на неприкосновенность жилища. Необходимо также сделать одну оговорку: действия лица, находящегося в жилище с согласия проживающих в нем, но отказавшегося выполнить требование покинуть его, не образуют состава анализируемого преступления.

С субъективной стороны данное преступление может быть совершено только с прямым умыслом. Из совокупности обстоятельств дела (в частности, наличия и характера взаимоотношений лиц) должны вытекать намерения лица нарушить права проживающих в жилище лиц на его неприкосновенность.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

В квалифицированном и особо квалифицированном составах содержатся два признака: проникновение в жилище с применением насилия или с угрозой его применения (ч. 2 статьи), совершение деяния лицом с использованием служебного положения (ч. 3 статьи). Правила квалификации незаконного проникновения в жилище с применением насилия или с угрозой его применения раскрываются в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46.

Отказ в предоставлении гражданину информации (ст. 140 УК РФ). Применение настоящей статьи в соответствии с ее социальными и правовыми основаниями непросто. Норма установлена впервые, судебная практика еще незначительна. Существенный характер носит и недостаточная определенность законодательного текста, в частности, о предмете преступления. Информация, непосредственно затрагивающая права и свободы гражданина, присутствует во всех сферах социальной жизни. Однако последовательным видится подход, ограничивающий такую информацию сведениями, находящимися в государственных органах и организациях или органах местного самоуправления. В диспозиции статьи есть несколько признаков, свидетельствующих об этом: а) указание на должностное лицо как специальный субъект преступления; б) указание, что предмет преступления составляет информация, собранная в установленном (законном) порядке; в) регулирование ограничений на предоставление информации, касающейся гражданина, федеральными законами. Из этого перечисления видно, что признаки состава преступления неразрывно связаны с деятельностью государственных органов и организаций или органов местного самоуправления.

Объективная сторона преступления характеризуется альтернативно тремя видами неправомерного деяния: а) бездействием в форме отказа в предоставлении гражданину названной информации. Считается, что способы отказа могут быть различными; б) действием — предоставлением ему в документах неполной информации; в) действием — предоставлением гражданину в документах заведомо ложной информации.

Состав преступления по конструкции материальный. Преступление признается оконченным с момента наступления последствий. Виды и размеры причинения вреда правам и законным интересам граждан не уточняются. Если отказ в получении информации лицо считает незаконным, оно может обжаловать его в суде. Поэтому применение ст. 140 УК РФ целесообразно в наиболее тяжких случаях причинения вреда правам и законным интересам граждан.

Субъективная сторона характеризуется прямым или косвенным умыслом.

Субъект преступления специальный: только должностное лицо.

Нарушение права на свободу совести и вероисповеданий (ст. 148 УК РФ). Статья содержит два состава преступления, посягающих на конституционное право каждого исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними (ст. 28 Конституции РФ) как основной непосредственный объект.

Объективная сторона первого основного состава преступления (ч. 1 статьи) заключается в публичных действиях, выражающих явное неуважение к обществу и совершенных в целях оскорбления религиозных чувств верующих. Если понятие действий, выражающих явное неуважение к обществу, хорошо известно уголовному праву (например, ст. 213 УК РФ), то указание на религиозные чувства верующих и специальную цель их оскорбить — спорные правовые конструкция. На практике возможны серьезные трудности при идентификации того, что такое религиозные чувства. Глубину их оскорбления невозможно оценить на основе экспертного заключения. Публичность действий в составе данного преступления предполагает, что они доступны для внимания других лиц. При этом число лиц, на виду у которых действия совершаются, не имеет решающего значения; вопрос о публичности должен решаться индивидуально, в связи с другими фактическими обстоятельствами дела.

Часть 2 содержит квалифицированный состав по признаку совершения анализируемого деяния в местах, специально предназначенных для проведения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний (ст. 16 ФЗоССРО).

Объективная сторона состава второго состава преступления (ч. 3 и 4 статьи) характеризуется альтернативно предусмотренными незаконными действиями, образующими: а) воспрепятствование — ограничение деятельности религиозных организаций (например, незаконный отказ в регистрации); б) воспрепятствование — незаконное лишение возможности проведения в разрешенных местах богослужений, других диктуемых верой религиозных обрядов и церемоний. Способы воспрепятствования не конкретизированы, это любые незаконные действия, совершением которым возможно добиться желаемого. Если они одновременно вызывают общественно опасные последствия, в частности, уничтожение имущества, может потребоваться квалификация по совокупности преступлений. Однако применение насилия либо угроза его применения квалифицируются только по п. «б» ч. 4 статьи, образуя совокупность преступлений лишь в случае причинения средней тяжести вреда здоровью или тяжкого вреда.

Не образует состава воспрепятствование деятельности официально не зарегистрированных религиозных организаций и сект.

С субъективной стороны преступление может быть совершено только с прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет. Если преступление совершается должностным лицом, то при наличии соответствующих признаков, по господствующему мнению, оно должно квалифицироваться по статьям о должностным преступлениях.

§ 4. Преступления, посягающие на социально-экономические права и свободы

Нарушение требований охраны труда (ст. 143 УК РФ). Данное преступление относится к числу двухобъектных. Кроме социально-экономического права на безопасные условия труда (основной непосредственный объект), его дополнительными непосредственными объектами являются жизнь и здоровье граждан.

При этом потерпевшими в связи с нарушением каждого из объектов являются только лица, участвующие в производственной деятельности работодателя. Проясняя данный признак, постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41 «О судебной практике по уголовным делам о нарушениях требований охраны труда, правил безопасности при ведении строительных или иных работ либо требований промышленной безопасности опасных производственных объектов» указывает, что потерпевшими могут быть работники, с которыми в установленном порядке заключены трудовые договоры, а также лица, с которыми такой договор не заключался либо не был оформлен надлежащим образом, но они приступили к работе с ведома или по поручению работодателя либо его уполномоченного представителя. К категории иных лиц, участвующих в производственной деятельности работодателя, относятся лица, указанные в ст. 227 ТК РФ, например, получающие образование в соответствии с ученическим договором. Причинение вреда здоровью в других ситуациях, например, в связи с нарушением требований охраны труда при выполнении работ по подрядному договору, должно квалифицироваться по ст. 109, 118 или 293 УК РФ.

Объективная сторона преступления описана конструкцией материального состава. Деяние (действие или бездействие) обладает регуляторной противоправностью. Исходя из примечания к статье, деянием нарушаются требования охраны труда, представляющие собой государственные требования охраны труда, содержащиеся в нормативных правовых актах Российской Федерации и субъектов федерации (например, в стандартах безопасности труда, правилах и типовых инструкциях по охране труда). Примечание не упоминает о требованиях охраны труда, установленных локальными нормативными актами, однако ТрК РФ относит их к числу источников требований охраны труда. Поэтому в судебном решении дополнительно может быть сделана ссылка и на положения таких актов, но в целях конкретизации нарушенных государственных нормативных требований охраны труда, если соответствующие локальные нормативные акты приняты в их развитие, не противоречат им и не изменяют их содержание.

Другой момент определения деяния обусловлен необходимостью в каждом случае установить, какие конкретно нормативные положения, устанавливающие правила, процедуры, критерии и нормативы, направленные на сохранение жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности были нарушены с обязательным указанием конкретного пункта этих правил, а также материальной характеристики нарушения.

Последствия преступления — тяжкий вред здоровью (ч. 1 статьи) или смерть одного либо нескольких лиц (ч. 2 и 3) — должны быть связаны с нарушением причинно-следственной связью. Обязательным и вполне естественным элементом проверки здесь является, в том числе, роль лица, пострадавшего в происшествии. Если будет установлено, что несчастный случай на производстве произошел только вследствие небрежного поведения самого пострадавшего, то может быть поставлен вопрос о вынесении оправдательного приговора. Однако в том случае, когда последствия наступили в результате как виновных действий (бездействия) подсудимого, так и небрежности, допущенной потерпевшим, поведение потерпевшего рекомендуется лишь учитывать при назначении наказания (п. 6 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2018 г. № 41).

Закон учитывает наступление последствий и в основном, и в квалифицированном составах рассматриваемого преступления только по неосторожности. Даже при возможно осознанном нарушении самих требований охраны труда это означает, что с субъективной стороны преступление является неосторожным.

Преступление совершается специальным субъектом — по формулировке диспозиции «лицом, на которое возложены обязанности по соблюдению требований охраны труда». Такими субъектами являются, прежде всего: а) работодатели — физические лица, руководители организации, их заместители, главные специалисты, руководители структурных подразделений организаций; б) специалисты службы охраны труда, иные работники, состоящие в трудовых отношениях с работодателем, с соответствующими обязанностями, которые были возложены в установленном порядке. На этих лицах в силу их служебного положения или по специальному распоряжению лежат (возложены) обязанности по созданию в установленных законом случаях службы охраны труда, назначению уполномоченного в этой области, разработке соответствующих актов, обеспечению непосредственного контроля за соблюдением правил и т.п. Ответственность по ст. 143 УК РФ также могут нести представители организации, оказывающей услуги в области охраны труда, или соответствующие специалисты, привлекаемые работодателем по гражданско-правовому договору в соответствии с ч. 3 ст. 217 ТрК РФ, если на указанных лиц непосредственно возложены обязанности обеспечивать соблюдение требований охраны труда лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя.

Требования охраны труда могут носить общий и специальный характер. Применительно к отдельным видам работ и производств, характеризующимся повышенной опасностью, существуют специальные требования охраны труда (ст. 215, 216 УК РФ и др.). Нарушение этих требований квалифицируется по перечисленным статьям УК РФ, но не по ст. 143 УК РФ.

Воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналистов (ст. 144 УК РФ). Потерпевшим, в отношении которого осуществляется воспрепятствование его законной профессиональной деятельности, ведущей к ограничению свободы печати, свободы слова и убеждений, выступает журналист (непосредственный потерпевший) или, при подавлении его воли опосредованно, близкие ему лица. Иное частное лицо, не имеющее статуса журналиста, не может быть потерпевшим в случаях, предусмотренных ст. 144 УК РФ.

Профессиональная деятельность журналистов представляет собой согласно ст. 2 ЗРФоСМИ редактирование, создание, сбор или подготовку сообщений и материалов для редакции зарегистрированного средства массовой информации. Объективная сторона преступления характеризуется в контексте указанных действий осуществлением воспрепятствования законной профессиональной деятельности журналистов одним из двух указанных в законе способов: а) путем принуждения к распространению (обнародованию) информации либо б) путем принуждения к отказу от распространения информации. Дача журналисту совета не публиковать ставшие ему известными сведения состава рассматриваемого преступления не образует.

Воспрепятствование может осуществляться путем реального применения насилия, уничтожения или повреждения имущества, а равно с угрозой применения такого насилия (ч. 3 статьи). Причинение журналисту при воспрепятствовании его законной деятельности тяжкого вреда здоровью должно влечь ответственность по совокупности со ст. 111 УК РФ.

Окончено преступление с момента принуждения независимо от того, добился ли субъект желаемого изменения профессиональной деятельности журналиста.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет. Совершение данного деяния с использованием своего служебного положения образует квалифицированный состав преступления, предусмотренный ч. 2 статьи.

Воспрепятствование профессиональной деятельности, соединенное с насилием над журналистом или его близкими, либо с повреждением или уничтожением их имущества, а равно с угрозой применения такого насилия, образует особо квалифицированный состав преступления (ч. 3 статьи).

Невыплата заработной платы, пенсий, пособий и иных выплат (ст. 145¹ УК РФ). Глава 19 УК РФ была дополнена статьей об ответственности за невыплаты заработной платы, пенсий, пособий и иных выплат в связи с тем, что периодически такого рода явления приобретают массовый характер, порождая серьезное недовольство в обществе.

Содержащаяся в статье норма направлена на охрану трудовых и социальных прав широкого круга лиц, имеющих право на суммы, выплата которых предусмотрена законодательно. Например, для целей ст. 145¹ УК РФ учитываются невыплаты сумм тем работникам, с которыми трудовой договор не заключался либо не был надлежащим образом оформлен, но они приступили к работе с ведома или по поручению работодателя (ст. 16 ТрК РФ).

Наибольшие юридико-технические трудности применения статьи связаны с установлением понятий частичной и полной невыплаты платежей. Их квалификация зависит не только от размера невыплаченных сумм. Под частичной невыплатой в ч. 1 понимаются ситуации, когда свыше трех месяцев подряд платежи осуществлялись в размере менее половины подлежащей выплате суммы. Невыплата полностью (ч. 2 статьи) определяется иначе: когда свыше двух месяцев подряд выплаты не осуществлялись или размер осуществленной выплаты был ниже установленного одновременно на всей территории России федеральным законом минимального размера оплаты труда. Невыплата одним и тем же работникам либо разным работникам частично свыше трех месяцев и полностью свыше двух месяцев, если содеянное охватывалось единым умыслом виновного, квалифицируется только по ч. 2 ст. 145¹ УК РФ. При отсутствии единого умысла такая невыплата образует совокупность преступлений, предусмотренных ч. 1 и 2 ст. 145¹ УК РФ.

Период формирования задолженности по выплатам работнику необходимо исчислять исходя из сроков выплаты заработной платы, установленных правилами внутреннего трудового распорядка организации, коллективным договором, трудовым договором, а также из времени, в течение которого заработная плата фактически не выплачивалась полностью или частично. При этом двухмесячный или трехмесячный срок задержки выплат, необходимый для признания преступления оконченным, исчисляется со дня, следующего за установленной датой выплаты. Периоды невыплат за отдельные месяцы года не могут суммироваться в срок свыше двух или трех месяцев, если они прерывались периодами, за которые выплаты осуществлялись (п. 17, 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46).

С субъективной стороны преступление может быть совершено только с прямым умыслом по мотивам корысти или иной личной заинтересованности. Специфика мотивов по сложившемуся представлению требует доказывания у специального субъекта (руководитель или иные указанные в диспозиции статьи лица) реальной финансовой возможности для выплаты заработной платы, иных выплат или отсутствия такой возможности вследствие его неправомерных действий.

Необходимым условием уголовной ответственности по части третьей является наступление тяжких последствий, являющихся оценочным понятием. Тяжкие последствия, видимо, могут выражаться не только в имущественных последствиях.

Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение лица, достигшего предпенсионного возраста (ст. 144¹ УК РФ). Необоснованный отказ в приеме на работу или необоснованное увольнение беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет (ст. 145 УК РФ). Опасность преступлений, предусмотренных ст. 144¹ и 145 УК РФ определяется тем, что они посягают на провозглашенное ст. 37 Конституции РФ право на труд. Статьи охватывают некоторые сложные жизненные ситуации реализации этого права.

Важнейшие криминообразующие признаки составов — признаки потерпевшего лица. В ст. 144¹ УК РФ они связаны с его возрастными характеристиками. Потерпевший — это лицо, чей возраст попадает в период продолжительностью до пяти лет, предшествующий возрасту назначения страховой пенсии по старости в соответствии с пенсионным законодательством. Пенсионный возраст в законодательстве дифференцирован, поэтому и понятие предпенсионного возраста гендерно различно. Еще существеннее гендерный подход проявляется в описании потерпевшего лица в ст. 145 УК РФ: это беременная женщина или женщина, имеющая детей в возрасте до трех лет. К числу потерпевших не отнесены даже мужчины в ситуации, когда отец — единственный живой родитель детей в возрасте до трех лет.

Объективная сторона анализируемых составов тождественна. Она характеризуется: а) необоснованным отказом в заключении или б) в необоснованном прекращении трудового договора. Квалификация отказа как необоснованного определяется тем, что принимая решение, работодатель руководствовался дискриминационным мотивом, названным так потому, что он связан соответственно с достижением лицом предпенсионного возраста, беременностью женщины или наличием у нее детей в возрасте до трех лет.

Трудовой договор может быть расторгнут якобы по инициативе работника. Если по делу имеются доказательства того, что работодатель вынудил работника подать заявление об увольнении по собственному желанию именно в связи с его предпенсионным возрастом, беременностью женщины или наличием у женщины детей в возрасте до трех лет, такие действия также образуют состав преступления, предусмотренного ст. 144¹ или 145 УК РФ. Возможно, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 г. № 46 следовало бы также упомянуть и о ситуациях увольнения якобы по соглашению сторон.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом и специальным мотивом.

Субъект преступления специальный: а) работодатель — физическое лицо; б) если трудовой договор заключается от имени организации, то таковым может быть признано лицо, наделенное от имени организации правом заключения и расторжения договора.

Нарушение авторских и смежных прав» (ст. 146 УК РФ). Нарушение изобретательских и патентных прав (ст. 147 УК РФ). Деяния, предусмотренные ст. 146 и 147 УК РФ, образуют особую группу преступлений, посягающих на социально-экономические права и свободы. Для установления большинства признаков и проблемных ситуаций применения данных составов преступлений необходимо обратиться к постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 26 апреля 2007 г. № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака».

Основные дискуссии ведутся по поводу ст. 146 УК РФ. Она сформулирована сложно: содержит два основных состава преступления и группу квалифицирующих второй основной состав признаков.

В первом основном составе (ч. 1 статьи) установлена норма, которая защищает авторство (право признаваться автором произведения) от присвоения (плагиата). Под плагиатом на основании положений ст. 1265 ГК РФ обычно понимается использование чужого произведения как собственного без соответствующих ссылок на автора или соавторов. Оценка частичного заимствования как плагиата зависит от объема воспроизведения чужого объекта под своим именем. Этому фактору пытались дать определение многие исследователи, ограничивая объем воспроизведения, например, 150 словами из популярного литературного произведения, двумя строками из песенных текстов и т.п. Но четко определенного числа слов, строк и предложений, которые можно без опасения использовать без разрешения автора, не существует.

Состав первого преступления материальный. Указанный в диспозиции признак крупный ущерб оценочный. Закон не раскрывает его содержания, позволяя принимать во внимание разные факторы, в частности: а) объем и важность использования объекта авторских прав; б) влияние такого использования на его потенциальный рынок сбыта и ценность.

Во втором составе преступления (ч. 2 статьи) в объективной стороне предусмотрена ответственность за иные виды действий: незаконное использование объектов авторского права (ст. 1259 ГК РФ) или смежных прав (ст. 1304 ГК РФ) либо приобретение, хранение, перевозку контрафактных экземпляров произведений или фонограмм, совершенные в крупном размере. В последнем случае предмет преступления включает контрафактные экземпляры произведений или фонограмм. Термин «контрафакция» происходит от латинского слова contrafactio — подделка. Наряду с этим термином широко применяется термин «пиратский» от английского piracy — нарушение прав интеллектуальной собственности. Незаконное использование требует буквального толкования; под ним понимается использование объектов, осуществляемое в нарушение положений гражданского законодательства об интеллектуальных правах.

Согласно примечанию к статье, деяния в ч. 2 образуют преступление, если совершены в крупном размере. Стоимость экземпляров произведений или фонограмм либо стоимость прав на использование объектов авторского права и смежных прав должна превысить 100 тыс. рублей. В судебной практике эта сумма устанавливается преимущественно исходя из стоимости оригинальных экземпляров (лицензионных прав) на момент совершения преступления. Квалифицированными составами незаконного использования объектов авторского права или смежных прав либо приобретения, хранения, перевозки контрафактных экземпляров произведений или фонограмм является совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. «б» ч. 3 статьи); в особо крупном размере, т.е. свыше 1 млн рублей (п. «в» ч. 3 статьи); лицом с использованием своего служебного положения (п. «г» ч. 3 статьи).

Что касается нарушения изобретательских и патентных прав (ст. 147 УК РФ), то главное отличие состоит в предмете: в число перечисленных в статье охраняемых объектов входят права авторов или заявителей сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца. Другое отличие заключается в объективной стороне. Преступление может быть альтернативно совершено следующими действиями: а) присвоением авторства или принуждением к соавторству; б) незаконным использованием объектов (ст. 1358 ГК РФ); в) разглашением без согласия автора или заявителя сущности изобретения, полезной модели или промышленного образца до официальной публикации сведений о них.

Состав преступления материальный. Обязательным признаком нарушения изобретательских и патентных прав является причинение в результате крупного ущерба. Характер и размер крупного ущерба предлагается устанавливать аналогично крупному размеру нарушения авторских и смежных прав.

Субъективная сторона, цели и мотивы обоих анализируемых преступлений в законе не указаны. Однако их природа такова, что они могут совершаться только умышленно.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

§ 5. Преступления, посягающие на политические права и свободы

К преступлениям, посягающим на политические права и свободы, относятся умышленные преступления с формальным составом, предусмотренные ст. 141, 141¹, 142, 142¹, 142², 149 УК РФ. В основном они посягают на отношения по обеспечению нормального функционирования избирательной системы и охране прав избирателей. Предметом или средством преступлений в отдельных случаях могут быть избирательные документы, фальшивые бюллетени, списки избирателей и др.

Воспрепятствование осуществлению избирательных прав или работе избирательных комиссий (ст. 141 УК РФ). Статья состоит из трех частей, в первой и третьей сформулированы самостоятельные основные составы.

Объективная сторона (ч. 1 статьи) характеризуется альтернативно предусмотренными действиями: а) воспрепятствование свободному осуществлению гражданином своих активного или пассивного избирательного права (например, отказ кандидату в выступлении в дебатах в средствах массовой информации, отмена регистрации кандидата, невыдача открепительного удостоверения, создание иных трудностей в голосовании и т.п.); б) воспрепятствование гражданину в реализации права на участие в референдуме, общероссийском голосовании (например, отказ включить гражданина в списки референдума, общероссийского голосования); в) нарушение тайны голосования (заключается, в частности, в отсутствии на избирательном участке кабинок для голосования, создании других ситуаций, дающих возможность проконтролировать или повлиять на волеизъявление голосующего); г) воспрепятствование работе избирательных комиссий, комиссий референдума либо деятельности члена избирательной комиссии, комиссии референдума, связанной с исполнением ими своих обязанностей (препятствия могут, например, состоять в недоставлении на избирательный участок необходимого оборудования, совершении правонарушений, препятствующих работе члена комиссии и др.).

В качестве квалифицирующих признаков в ч. 2 статьи называются различные способы совершения преступления: а) подкуп, обман, принуждение, применение насилия либо угроза его применения; б) совершение деяния лицом с использованием своего служебного положения; в) совершение деяния группой лиц по предварительному сговору или организованной группой.

В ч. 3 статьи предусмотрена ответственность за вмешательство с использованием должностного или служебного положения в осуществление избирательной комиссией, комиссией референдума своих полномочий с целью повлиять на ее решения. Исчерпывающий перечень действий, признаваемых вмешательством, например, указание должностного лица по вопросам подсчета голосов избирателей, участников референдума, участников общероссийского голосования, а равно неправомерное вмешательство в работу Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы», указан в статье.

С субъективной стороны данные преступления могут быть совершены только с прямым умыслом общим (ч. 1, п. «а», «в» ч. 2 статьи) либо специальным (п. «б» ч. 2, ч. 3 статьи) субъектом. Вмешательство в осуществление полномочий комиссиями (ч. 3 статьи) связано со специальной целью повлиять вопреки законодательству на их решение.

Нарушение порядка финансирования избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, деятельности инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума (ст. 141¹ УК РФ). Даже с учетом бланкетного способа изложения диспозиция статья не отличается лаконичностью. Ее развернутые положения необходимы, чтобы гарантировать равные условия проведения выборов, референдума. Законодательное определение признаков деяния, предусмотренного ст. 141¹ УК РФ, — это задача, усложненная многообразным характером возможных финансовых нарушений условий проведения избирательной кампании либо референдума.

Объективная сторона в ч. 1 статьи характеризуется альтернативно совершаемыми действиями: а) оказанием кандидату, его избирательной кампании, избирательному объединению финансовой (материальной) поддержки в крупном размере в нарушение запрета, установленного законодательством о выборах; б) совершением аналогичных действий в поддержку инициативной или иной группы по проведению референдума в нарушение запрета законодательства о референдумах. Оказание финансовой поддержки может осуществляться как прямо, так и в завуалированном виде. Исчерпывающий перечень способов совершения указанных действий, придающих оказываемой поддержке уголовно наказуемый характер, указан в статье; в) внесением пожертвований в крупных размерах в избирательный фонд, фонд референдума через подставных лиц.

Как видно, обязательным признаком объективной стороны является крупный размер деяния. В соответствии с примечанием к статье таковым признается размер суммы денег, стоимость имущества или выгод имущественного характера, которые превышают одну десятую предельной суммы всех расходов средств избирательного фонда соответственно кандидата, избирательного объединения, фонда референдума, установленной законодательством о выборах и референдумах на момент совершения деяния, но при этом составляет не менее 1 млн рублей. Отсутствие крупного размера влечет административную ответственность (ст. 5.2 КоАП РФ).

Часть 2 статьи предусматривает ответственность за другие действия, осуществляемые в крупных размерах: а) использование финансовой (материальной) поддержки в нарушение установленного законодательством о выборах и референдумах порядка помимо средств соответствующего избирательного фонда или б) расходование в том же размере пожертвований, запрещенных законодательством о выборах и референдумах и перечисленных на специальный избирательный счет, специальный счет референдума.

Преступление сконструировано по типу формальных составов и будет признаваться оконченным с момента совершения соответствующих действий.

С субъективной стороны данные преступления могут быть совершены только с прямым умыслом. Цели и мотивы действий лица в диспозиции не указаны. Достижение (например, избрание «своего» депутата) или недостижение цели на квалификацию не влияют.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Фальсификация избирательных документов, документов референдума, документов общероссийского голосования (ст. 142 УК РФ). Конкретные проявления этого преступления связаны со специальными предметами: избирательными документами, документами референдума или документами общероссийского голосования. Будучи официальными документами, они влекут возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей в ходе избирательного процесса либо устанавливают итоги голосования на выборах, референдуме или общероссийском голосовании.

Признаки фальсификации избирательных документов, документов референдума или документов общероссийского голосования в каждом из трех основных составов ст. 142 УК РФ индивидуальны.

Объективная сторона в ч. 1 статьи характеризуется действием в виде подделки, подлога или искажения указанных документов такими лицами, как член избирательной комиссии, комиссии референдума, уполномоченный представитель избирательного объединения, группы избирателей, инициативной группы по проведению референдума, иной группы участников референдума, а также кандидат или уполномоченный им представитель.

В ч. 2 статьи предусмотрена ответственность за действия с подписями избирателей, участников референдума: а) их подделку; б) заверение заведомо подделанных подписей (подписных листов). Уголовно наказуемый характер этим действиям альтернативно придает либо особенный субъектный состав (группа лиц по предварительному сговору или организованная группа), либо способ совершения преступления (подкуп, принуждение, применение насилия или угроза его применения, уничтожение имущества или угроза его уничтожения), либо наступление общественно опасных последствий в виде существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Как видно, рассматриваемое преступление сконструировано в основном по типу формального состава, однако в соответствующей части использована конструкция материального состава. При этом, как уже отмечалось применительно к другим преступлениям главы, категорию причинения существенного вреда следует рассматривать как оценочную.

Наконец, в ч. 3 статьи объективная сторона характеризуется: а) незаконным изготовлением избирательных бюллетеней, бюллетеней для голосования на референдуме, бюллетеней для общероссийского голосования, открепительных удостоверений; б) хранением либо перевозкой незаконно изготовленных избирательных бюллетеней, бюллетеней для голосования на референдуме, бюллетеней для общероссийского голосования, открепительных удостоверений.

С субъективной стороны деяния, предусмотренные в рассматриваемой статье, могут быть совершены только с прямым умыслом. В ч. 1 статьи субъект специальный; в остальных случаях субъект преступления общий, ответственность наступает с 16 лет.

Фальсификация итогов голосования (ст. 142¹ УК РФ). Исчерпывающий перечень действий (более десяти), признаваемых фальсификацией итогов голосования, и образующих объективную сторону преступления, указан в статье. Они хорошо известны по социальной практике голосования, основательно раскрываются в специальном законодательстве. Это, например, действия в отношении избирательных документов (порча бюллетеней), заведомо неправильный подсчет голосов участников голосования и др.

Однако толкование данной нормы представляет определенные трудности. Поскольку по конструкции состав формальный, и преступление считается оконченным после выполнения уже любого из перечисленных действий, возникает проблема возможности (необходимости) учета их количественного выражения. Обязан ли суд, например, обращать внимание на количество уничтоженных бюллетеней, на то, насколько неправильным был подсчет голосов избирателей. Такая материализация оценки имеет под собой вполне понятное основание: тем самым создается грань, отделяющая УК РФ от КоАП РФ. Назвать точное количество в таких случаях невозможно. Остается предположить со ссылкой на реалии практики, что видимо, оно должно быть таким, чтобы это могло повлиять на итоги голосования, хотя из положений уголовного закона этот вывод прямо не вытекает.

С субъективной стороны деяния, предусмотренные в рассматриваемой статье, могут быть совершены только с прямым умыслом.

Совершение преступления предполагает деяния специального субъекта: лиц, имеющих непосредственное отношение к организации и проведению выборов и иных голосований, а потому наделенных специальным статусом члена избирательной комиссии, комиссии референдума, а при представлении неверных сведений об избирателях, участниках референдума либо заведомо неправильном составлении списков избирателей, участников референдума — служащего органов государственной власти, органов местного самоуправления и Вооруженных Сил РФ, определенных законодательством о выборах и референдуме.

Незаконная выдача и получение избирательного бюллетеня, бюллетеня для голосования на референдуме, бюллетеня для общероссийского голосования (ст. 142² УК РФ). Рассматриваемая статья с объективной стороны устанавливает уголовную ответственность за два взаимосвязанных вида противоправных действий с избирательными бюллетенями, бюллетенями для голосования на референдуме, бюллетенями для общероссийского голосования (средства совершения преступления): в ч. 1 за нарушения, допущенные членом избирательной комиссии, комиссии референдума при выдаче бюллетеней, а в ч. 2 за сопутствующие такому нарушению встречные незаконные действия со стороны гражданина. Сопутствование при этом неполное: ч. 2 не устанавливает ответственности за получение гражданами заполненных избирательных бюллетеней, бюллетеней для голосования на референдуме, на общероссийском голосовании.

Преступление признается оконченным с момента совершения указанных в диспозиции действий независимо от того, повлияли ли допущенные нарушения на итоги голосования. Это господствующая в литературе линия рассуждений.

Выдача нескольких бюллетеней (ч. 1 статьи) не образуют совокупности преступлений, если эти действия охватывались единым умыслом виновного. Аналогично должен решаться вопрос и применительно к ч. 2 статьи.

Форма вины, с которой совершаются деяния, не указывается. Убедительные доводы в пользу неосторожности вместе с тем практически не встречаются, так что деяние характеризуется только прямым умыслом.

Характер деяний требует выявления специального субъекта для каждого вида противоправных действий.

Квалифицированный состав (ч. 3 статьи) предполагает совершение деяний группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Состав групп, таким образом, должен формироваться соответственно или из тех лиц, кто совершил деяние по ч. 1, или из тех, кто выполнил состав ч. 2. Возможно, законодатель не стремился к такому результату, но получилось так, что указанные группы не могут быть установлены на основе объединения выдающих и получающих бюллетени лиц.

Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участия в них (ст. 149 УК РФ). Название статьи уже, чем описание деяния в диспозиции: рассматриваемым составом охватывается не только воспрепятствование проведению определенных публичных мероприятий или участию в них, но и принуждение к участию в них. Виды законно проводимых коллективных или индивидуальных мероприятий (собрание, митинг, демонстрация, шествие, пикетирование) и признаки их законного характера раскрываются в ст. 2 Федерального закона от 19 июня 2004 г. № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях». Потерпевшими от действий в отношении законно проводимых мероприятий могут быть их организаторы и участники, а также близкие им лица.

С объективной стороны преступление может быть совершено различными действиями (бездействием), обобщенно определенными в диспозиции статьи как: а) незаконное воспрепятствование проведению мероприятия (например, выдвижение формально правомерных, однако содержательно неправомерных требований к организаторам); б) незаконное воспрепятствование в любой форме участию в них (например, выставление заслонов демонстрации из работников полиции); в) незаконное принуждение к участию в указанных мероприятиях путем физического или психического воздействия на лиц с целью заставить их принять участие в собрании, митинге и других мероприятиях.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Мотивы таких действий могут быть самыми различными — политическими, националистическими, хулиганскими.

Воспрепятствование организации или проведению перечисленных публичных мероприятий либо участию в них, а равно принуждение к участию, предусмотрены и ст. 5.38 КоАП РФ. Уголовно наказуемый характер этим действиям придает их совершение специальным субъектом (должностным лицом с использованием своего служебного положения) или использование особого способа (насилия или угрозы его применения). Последний признак не охватывает причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, когда требуется дополнительная квалификация по ст. 111 и 112 УК РФ.

Основная литература по теме

Долотов Р. О. Преступные посягательства на объекты интеллектуальной собственности: механизм уголовно-правового регулирования. М., 2010.

Климанов А. М., Пешков Д. В., Розовская Т. И. Преступления против конституционных прав и свобод человека и гражданина. М., 2015.

Нуркаева Т. Н. Личные (гражданские) права и свободы человека и их охрана уголовно-правовыми средствами: вопросы теории и практики. СПб., 2003.

Шульга А. В. Уголовно-правовая охрана интеллектуальной собственности. М., 2009.

Глава 6. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СЕМЬИ И НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНИХ

§ 1. Общая характеристика преступлений против семьи и несовершеннолетних

В Уголовном уложении 1903 г. современные преступления против семьи и несовершеннолетних были сосредоточены в главе XIX «О преступных деяниях против прав семейственных». В главе устанавливалась ответственность за принудительное, обманное или иное по сути незаконное вступление в брак (ст. 408–410, 412, 414–416), кровосмесительный брак (ст. 411), соучастие духовного лица христианского вероисповедания и ряда иных субъектов в таком незаконном браке (ст. 413), похищение невесты с ее согласия (ст. 417), прелюбодеяние в браке (ст. 418), нарушение алиментных обязательств (ст. 419), нарушение обязанностей по отношению к несовершеннолетним (ст. 420–422), неосуществление надзора, следствием которого стало совершение несовершеннолетним преступления (ст. 423), нарушения законодательства о метрических книгах (ст. 424–426).

Советское уголовное законодательство резко упростило систему преступлений против семьи и несовершеннолетних за счет прежде всего исключения религиозных в своей основе составов преступлений. В УК РСФСР 1922 г. была установлена ответственность за сокрытие обстоятельств, препятствующих вступлению в брак, дача ложных сведений органам, ведущим регистрацию актов гражданского состояния (ст. 96), похищение, сокрытие или подмен чужого ребенка с корыстной целью, из мести или из иных личных видов (ст. 162).

Чуть бóльшее число преступлений содержалось уже в УК РСФСР 1926 г. В частности, там появилась (хотя и ограниченная пространственными пределами действия) глава X «Преступления, составляющие пережитки родового быта», в которой была установлена ответственность за принуждение женщины к вступлению в брак или к продолжению брачного сожительства, а равно похищение ее для вступления в брак (ст. 197), вступление в брак с лицом, не достигшим брачного возраста (ст. 198) и двоеженство или многоженство (ст. 199). Наряду с двумя составами, оставшимися от предшествующего уголовного кодекса, также устанавливается ответственность за злостный неплатеж средств на содержание детей, а равно оставление родителями детей до их совершеннолетия без всякой поддержки (ст. 158). В 1935 г. устанавливается ответственность за использование опеки в корыстных целях (занятие жилой площади, использование имущества, оставшегося после смерти родителей, и т.п.) и оставление опекаемых детей без надзора и необходимой материальной помощи (ст. 158¹) и за подстрекательство несовершеннолетних или привлечение их к участию в различных преступлениях, а также понуждение несовершеннолетних к занятию спекуляцией, проституцией, нищенством и т.п. (ст. 73²).

Эти же преступления сохранились и в УК РСФСР 1960 г., будучи представлены в главах 3 «Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности», 10 «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения» и 11 «Преступления, составляющие пережитки местных обычаев». В 1970 г. была установлена уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления (ст. 124¹); в 1972 г. — за доведение несовершеннолетнего до состояния опьянения (ст. 210¹); в 1987 г. — за вовлечение несовершеннолетних в немедицинское потребление лекарственных и других средств, влекущих одурманивание (ст. 210²); в 1995 г. — за торговлю несовершеннолетними (ст. 125²).

В действующем законодательстве впервые уже в современной истории составы преступлений против семьи и несовершеннолетних объединены в отдельную главу. По своему видовому объекту преступления против семьи и несовершеннолетних посягают на общественные отношения, охраняющие интересы семьи, а также нормальное физическое, нравственное, умственное, духовное и социальное развитие несовершеннолетнего. В соответствии с Конституцией РФ семья, материнство, детство находятся под охраной государства. Помимо СК РФ, Федерального закона от 24 июля 1998 г. № 124-ФЗ «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» и иных нормативных правовых актов существует ряд международных договоров, содержащих положения о защите детей от всех форм физического и психического насилия, например, Конвенция о правах ребенка 1989 г., Декларация прав ребенка 1959 г.

Глава 20 УК РФ содержит две группы преступлений, отличающихся своим объектом. К первой группе относятся составы, объектом которых выступают общественные отношения, регулирующие нормальное физическое и нравственное развитие несовершеннолетних (ст. 150, 151, 151¹, 151², 156 УК РФ), ко второй — преступления против семьи (ст. 153–155, 157 УК РФ).

Объективная сторона составов преступлений главы 20 УК РФ чаще всего характеризуется действием (ст. 150, 151, 153 УК РФ и иные), бездействие является уголовно наказуемым применительно к ст. 156, 157 УК РФ. В главе присутствуют как формальные, так и материальные составы.

§ 2. Преступления против несовершеннолетних

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст. 150 УК РФ). Преступление, предусмотренное ст. 150 УК РФ, схоже по своей сути с подстрекательством, однако в силу особого объекта, важности охраняемых законом отношений выделено в отдельный состав.

Объективная сторона преступления характеризуется действиями по вовлечению несовершеннолетнего в совершение преступления. Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1 «О судебной практике применения законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних» под вовлечением следует понимать действия взрослого лица (достигшего возраста 18 лет), направленные на возбуждение желания совершить преступление. Действия могут выражаться как в форме обещаний, обмана и угроз, так и в форме предложения совершить преступление. При этом не имеет значения, в качестве кого несовершеннолетний вовлекается в преступление, т.е. для наступления ответственности не важно, будет ли вовлекаемый исполнителем, пособником или подстрекателем.

Преступление считается оконченным с момента совершения несовершеннолетним преступления, приготовления к преступлению, покушения на преступление (п. 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1).

В случае совершения преступления несовершеннолетним, не подлежащим уголовной ответственности, лицо, вовлекшее его в совершение преступления, несет уголовную ответственность за содеянное как исполнитель путем посредственного причинения (ч. 2 ст. 33 УК РФ).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

По ч. 1 ст. 150 УК РФ субъектом преступления может быть только совершеннолетнее лицо.

В ч. 2 ст. 150 УК РФ предусмотрена ответственность за действия по вовлечению несовершеннолетнего в преступление, совершенные специальным субъектом: родителем, педагогическим работником либо иным лицом, на которое законом возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего. К родителям можно отнести не только биологических родителей несовершеннолетнего, но и усыновителей, а также лиц, лишенных в отношении несовершеннолетнего родительских прав. Под иными лицами следует понимать опекунов, попечителей, медицинских, социальных работников, психологов и других специалистов, которые в соответствии с законодательством несут ответственность за работу по воспитанию, образованию, охране здоровья, социальной защите и социальному обслуживанию ребенка.

Насилие как способ совершения преступления, указанный в ч. 3 ст. 150 УК РФ, включает неопасное для жизни и здоровья насилие, а также причинение легкого, средней тяжести вреда здоровью, побои и истязание без квалифицирующих признаков. Дополнительной квалификации подлежат действия по причинению тяжкого вреда здоровью и истязания при отягчающих обстоятельствах. Угроза применения насилия подразумевает психическое воздействие на несовершеннолетнего.

Особо квалифицированный состав, предусмотренный ч. 4 ст. 150 УК РФ, устанавливает ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в преступления, совершаемые группой, тяжкие и особо тяжкие преступления, а также преступления по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий (ст. 151 УК РФ). Объективная сторона преступления характеризуется действиями по вовлечению несовершеннолетнего в систематическое употребление (распитие) алкогольной и спиртосодержащей продукции, одурманивающих веществ, в занятие бродяжничеством или попрошайничеством. Понятие вовлечения раскрывается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 1 февраля 2011 г. № 1.

Вовлечение в распитие алкогольной и спиртосодержащей продукции означает склонение несовершеннолетнего к потреблению указанной продукции три и более раза в непродолжительный период времени, что позволяет в том числе установить желание субъекта именно вовлечь несовершеннолетнего в подобные антиобщественные действия.

К одурманивающим веществам не относятся наркотические средства, психотропные вещества и их аналоги (в последнем случае применимой является ст. 230 УК РФ). Одурманивающими могут быть средства бытовой химии, лекарственные препараты, растения, не содержащие наркотических средств и психотропных веществ, и иные вещества, оказывающие действие на психику (вызывающие заторможенность, возбуждение, расслабление и пр.), физическое состояние (потерю сознания), вызывающие галлюцинации.

Бродяжничество как форма антиобщественного действия представляет собой систематическое перемещение несовершеннолетнего из одной местности в другую, скитание, проживание без постоянного места жительства, без постоянного заработка, за счет подаяний и т.д. В соответствии с примечанием действие статьи не распространяется на случаи вовлечения несовершеннолетнего в занятие бродяжничеством, если это деяние совершено родителем вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, вызванных утратой источника средств существования или отсутствием места жительства.

Занятия попрошайничеством — это выпрашивание у посторонних лиц денежных средств, одежды, иных предметов, из которых можно извлечь денежную выгоду.

Для всех форм вовлечения, перечисленных в ст. 151 УК РФ, характерен признак систематичности — совершение указанных действий три и более раза.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

По ч. 1 ст. 151 УК РФ субъектом преступления может быть только совершеннолетнее лицо.

Признаки квалифицированного и особо квалифицированного составов совпадают с описанными применительно к ст. 150 УК РФ.

Розничная продажа несовершеннолетним алкогольной продукции (ст. 151¹ УК РФ). Запрет на продажу алкогольной продукции несовершеннолетним установлен ФЗоГРАлк. Предметом преступления является алкогольная продукция.

Объективную сторону составляет розничная продажа алкогольной продукции, подробнее о которой указано в ст. 16 ФЗоГРАлк. Норма связана с административной преюдицией: под неоднократностью понимается продажа несовершеннолетнему алкогольной продукции лицом, подвергнутым административному наказанию за аналогичное деяние, в период, когда лицо считается подвергнутым административному наказанию, т.е. в течение года после вынесения постановления. Состав преступления формальный.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в форме прямого умысла.

Субъект преступления специальный — лицо, осуществляющее розничную продажу указанной продукции и ранее подвергнутое административному наказанию.

Вовлечение несовершеннолетнего в совершение действий, представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего (ст. 151² УК РФ). Объективную сторону преступления составляют действия по склонению либо вовлечению несовершеннолетнего в совершение противоправных действий, заведомо для виновного представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего. К таким действиям можно отнести, например, проезд на крыше поезда, езду между вагонами («трейнсерфинг»), другие виды смертельно опасного «зацепинга», «руфинг» — незаконное проникновение на крыши высотных зданий, а также иные виды противоправных действий, заведомо для виновного представляющих опасность для жизни несовершеннолетнего.

Склонение заключается в возбуждении у подстрекаемого желания совершить противоправное действие, заведомо представляющее опасность для его жизни. Склонение может быть выражено в любых умышленных действиях, в том числе однократного характера, может осуществляться путем обмана, психического или физического насилия, ограничения свободы и другими действиями. О вовлечении сказано применительно к ст. 150 УК РФ.

Склонение считается оконченным с момента совершения действий по возбуждению у подростка желания совершить противоправные действия, представляющие опасность для его жизни, а вовлечение — с момента непосредственного совершения несовершеннолетним указанных действий.

Если в действиях виновного присутствуют признаки склонения к совершению самоубийства, вовлечения несовершеннолетнего в совершение преступления или в совершение антиобщественных действий, то такие действия подлежат квалификации по иным составам УК РФ (ст. 110, 150, 151 УК РФ).

Квалифицированный состав включает склонение или вовлечение, совершенное в отношении двух или более несовершеннолетних, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой информации или информационно-телекоммуникационных сетях (включая сеть Интернет).

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления общий, ответственность наступает с 18 лет.

Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего (ст. 156 УК РФ). СК РФ устанавливает обязанность родителей заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей, нести ответственность за их воспитание и развитие. Также ответственность за работу по воспитанию, образованию, охране здоровья, социальной защите и социальному обслуживанию ребенка лежит и на иных лицах в силу закона, осуществления ими служебной или иной деятельности. Дополнительным непосредственным объектом преступления является здоровье несовершеннолетнего.

Объективная сторона преступления состоит в бездействии, т.е. в неисполнении либо в ненадлежащем исполнении указанными в диспозиции статьи лицами возложенной на них обязанности. Однако уклонение либо ненадлежащие выполнение обязанности по воспитанию является уголовно наказуемым только при наличии признака жестокого обращения с ребенком, которое может быть выражено в избиении, издевательстве, унижении чести и достоинства, отказе в пище, воде, ограничении в свободе передвижения и т.д. Жестокое обращение с детьми может проявляться не только в осуществлении родителями физического или психического насилия над ними либо в покушении на их половую неприкосновенность, но и в применении недопустимых способов воспитания (в грубом, пренебрежительном, унижающем человеческое достоинство обращении с детьми, оскорблении или эксплуатации детей).

Состав преступления формальный. Жестокое обращение по смыслу ст. 156 УК РФ не включает действия по причинению любой степени вреда здоровью, побоев, истязаний, половому насилию, а поэтому такие действия надлежит квалифицировать по совокупности преступлений.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом.

Субъект преступления специальный — родители, иные лица, на которых возложены обязанности по воспитанию несовершеннолетнего, а также педагогические работники, работники образовательной, медицинской организации, организации, оказывающей социальные услуги, либо иной организации, обязанные осуществлять надзор за несовершеннолетним.

§ 3. Преступления против семьи

Подмена ребенка (ст. 153 УК РФ). Объективная сторона преступления состоит в активных действиях виновного по замене одного ребенка другим. Логично предположить, что подобные действия могут осуществляться только в отношении новорожденных детей, которых родители либо еще не видели (в роддоме, сразу после родов), либо в отношении грудных детей, не обладающих пока индивидуально определенными признаками, на основании которых возможно отличать одного ребенка от другого. В том случае, когда родители могут идентифицировать своего ребенка (наличие патологии, родимых пятен и пр.) или преступление совершается в отношение ребенка более старшего возраста, действия лиц, совершающих подмену, надлежит квалифицировать по ст. 126 УК РФ. Замена мертвого ребенка живым образует похищение человека в связи с живым ребенком (ст. 126 УК РФ).

Не образуют состава преступления действия по подмене, если они осуществляются с согласия всех заинтересованных сторон, т.е. родители детей договорились между собой о совершении подмены.

Преступление считается оконченным в том случае, если подмена состоялась, и факт замены одного ребенка другим не обнаружен родителями. В том случае, если родители или иные заинтересованные лица заметили подмену, действия виновного подлежат квалификации как покушение на подмену ребенка.

Субъективная сторона характеризуется умышленной формой вины, умысел прямой. Обязательным признаком также является мотив: корысть или иные низменные побуждения. Корыстными считаются побуждения, направленные на получение материальной выгоды или избавление от материальных затрат (вознаграждение за содеянное, прощение долга, предоставление возможности совместно распорядиться ребенком или его органами и тканями и пр.). Под иными низменными побуждениями следует считать месть, зависть, ревность, а также иные мотивы, которые расходятся с нормами общественной морали.

Субъектом преступления может быть любое лицо, достигшее возраста 16 лет, в том числе родители ребенка, сотрудники родильного дома, иные заинтересованные лица.

Незаконное усыновление (удочерение) (ст. 154 УК РФ). Объективную сторону преступления составляют действия по незаконному усыновлению детей, передаче их под опеку, на воспитание в приемные семьи, совершенные неоднократно либо из корыстных побуждений. Законный порядок перечисленных действий регламентирован СК РФ, Федеральным законом от 15 ноября 1997 г. № 143-ФЗ «Об актах гражданского состояния», Федеральным законом от 24 апреля 2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве», постановлением Правительства РФ от 29 марта 2000 г. № 275 «Об утверждении правил передачи детей на усыновление (удочерение) и осуществления контроля за условиями их жизни и воспитания в семьях усыновителей на территории Российской Федерации и правил постановки на учет консульскими учреждениями Российской Федерации детей, являющихся гражданами Российской Федерации и усыновленных иностранными гражданами или лицами без гражданства» и иными нормативными правовыми актами. Действия лиц по усыновлению, передаче под опеку или в приемные семьи детей вопреки установленному порядку подлежат квалификации по ст. 154 УК РФ. Преступление может быть совершено как активными действиями, так и путем бездействия (например, передача детей в приемную иностранную семью без обязательной проверки возможности усыновления ребенка его родственниками или семьями граждан России).

Одним из обязательных признаков является неоднократность совершения указанных в диспозиции действий, т.е. совершение указанных действий вопреки установленному законом порядку более двух раз. Второй альтернативно предусмотренный обязательный признак — совершение предусмотренных ст. 154 УК РФ действий из корыстных побуждений (за вознаграждение в любой форме или иное получение выгоды от содеянного).

Состав преступления формальный, для привлечения к ответственности достаточно совершить действия, указанные в диспозиции статьи неоднократно либо из корысти.

Субъективная сторона преступления характеризуется виной в форме прямого умысла, а также наличием корыстного мотива, если отсутствует признак неоднократности.

Субъект преступления — лицо, достигшее возраста 18 лет, незаконно усыновившее ребенка, взявшее его под опеку или в приемную семью, а также лица, на которых возложены обязанности по оформлению официальных документов на усыновление, установление опеки, попечительства, передачи несовершеннолетнего в приемную семью (работники детских домов, интернатов, медицинских учреждений, органов образования, опеки и попечительства и пр.).

Разглашение тайны усыновления (удочерения) (ст. 155 УК РФ). В соответствии со ст. 139 СК РФ тайна усыновления охраняется законом. Тайна усыновления — охраняемые законом сведения о том, что ребенок усыновлен лицами, не являющимися его биологическими родителями. Установлен запрет на разглашение подобных сведений как для лиц, которым факт усыновления стал известен в связи с осуществлением своих профессиональных обязанностей, так и для иных лиц, узнавших эти сведения по любым другим обстоятельствам. Сведения об усыновлении, в первую очередь, скрываются от самого усыновленного ребенка, а также составляют личную и семейную тайну его усыновителей. Рассматриваемая статья является специальной по отношению к ст. 137 УК РФ.

Объективная сторона преступления состоит в сообщении любым способом сведений о факте усыновления ребенка любому лицу против воли усыновителей (устно, письменно, по телефону, с помощью информационно-телекоммуникационных сетей и пр.). Не освобождает от уголовной ответственности разглашение тайны усыновления, совершенное с согласия одного из усыновителей. Уголовной ответственности также подлежит и супруг, разгласивший против воли второго супруга тайну усыновления ребенку или третьим лицам. Преступление можно совершить только активными действиями, состав считается оконченным с момента выполнения запрещенного деяния, т.е. разглашения тайны усыновления, вне зависимости от наступления неблагоприятных последствий. Если угроза разглашения тайны усыновления сопряжена с вымогательством, т.е. с требованием передачи чужого имущества или права на имущество, то эти действия охватываются диспозицией ст. 163 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 154 УК РФ не требуют.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла. Обязательным признаком субъективной стороны преступления в том случае, когда оно совершается лицом, не обязанным хранить тайну усыновления в силу своей профессиональной обязанности, является наличие корыстного или иного низменного мотива.

Субъект преступления как общий, так и специальный: судьи, вынесшие решение об усыновлении ребенка, или должностные лица, осуществившие государственную регистрацию усыновления, а также лица, иным образом осведомленные об усыновлении, обязанные сохранять тайну усыновления ребенка.

Неуплата средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей (ст. 157 УК РФ). В ст. 80 СК РФ закреплена обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей; в соответствии со ст. 85 родители обязаны содержать нетрудоспособных совершеннолетних детей, нуждающихся в помощи. СК РФ также устанавливает размер и порядок отчисления алиментов. В качестве дополнительного объекта преступления можно выделить отношения по исполнению судебного акта или нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов.

Ребенком в соответствии с законом является лицо, не достигшее возраста 18 лет, а к нетрудоспособным совершеннолетним детям относятся лица, которые в силу физического или психического недуга не могут трудиться и обеспечивать свое существование. Нетрудоспособность должна подтверждаться соответствующими медицинскими документами.

Объективная сторона преступления состоит в неуплате родителем без уважительной причины в нарушение решения суда или нотариально удостоверенного соглашения средств на содержание несовершеннолетних детей, а также нетрудоспособных детей, достигших восемнадцатилетнего возраста, совершенной неоднократно. Норма связана с административной преюдицией: неоднократность совершенного деяния состоит в неуплате алиментов лицом, подвергнутым административной ответственности, т.е. имеет место повторная неуплата в течение года после вынесения постановления о привлечении к административной ответственности. Признаком объективной стороны преступления также является наличие вступившего в законную силу решения суда или нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов, в нарушение которых действует виновный.

Неуплата может выражаться как в действии, так и в бездействии. Неуплата может быть выражена в уклонении от уплаты, прямом отказе от уплаты средств на содержание, сокрытии лицом своего действительного заработка, смене работы или места жительства с целью избежать удержаний по исполнительному листу, уклонении с той же целью от трудовой деятельности и иных действиях, свидетельствующих о нежелании субъекта платить.

В ч. 2 ст. 157 УК РФ предусмотрена ответственность за те же деяния, совершенные в отношении нетрудоспособных родителей совершеннолетними трудоспособными детьми. Нетрудоспособными родителями (усыновителями) в соответствии со ст. 2 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» признаются женщины по достижении 60 лет, мужчины старше 65 лет (граждане из числа малочисленных народов Севера, достигшие возраста 50 и 55 лет соответственно), а также лица, признанные независимо от достижения указанного возраста в установленном порядке инвалидами.

К уголовной ответственности не привлекается лицо, которое не выплачивает алименты по уважительным причинам, например, в случае болезни, по вине других лиц, в частности, из-за несвоевременной выплаты заработной платы работодателем, задержки или неправильного перечисления банком алиментных сумм и др.

Субъективная сторона характеризуется виной в форме прямого умысла.

Субъект преступления специальный: в ч. 1 ст. 157 УК РФ ответственность установлена для лиц, являющихся родителями несовершеннолетнего ребенка, о чем свидетельствует запись в книге актов гражданского состояния; лица, отцовство которых установлено в соответствии с требованиями ст. 49 СК РФ; лица, лишенные родительских прав. По ч. 2 ст. 157 УК РФ ответственности подлежат трудоспособные совершеннолетние дети.

Основная литература по теме

Ильяшенко А. Н. Противодействие насильственной преступности в семье: уголовно-правовые и криминологические аспекты. М., 2003.

Павлов Д. В. Противодействие вовлечению несовершеннолетних в совершение преступлений и иных антиобщественных действий. М., 2013.

Пудовочкин Ю. Е. Ответственность за преступления против несовершеннолетних по российскому уголовному праву. СПб., 2002.

Глава 7. ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ СОБСТВЕННОСТИ

§ 1. Общая характеристика преступлений против собственности

Преступления против собственности (или посягательства на имущество) наряду с преступлениями против жизни и здоровья являются исторически первыми блоками преступлений в Особенной части уголовного права, соотносительно с которыми развивались многие институты и его Общей части. Поэтому по вполне понятным причинам технико-юридическая разработка соответствующих составов преступлений была на сравнительно высоком уровне в сравнении со всеми прочими составами преступлений на протяжении всей истории уголовного законодательства.

В Уголовном уложении 1903 г. преступления против имущества в основном объединялись в главах XXXI «О необъявлении о находке, присвоении чужого имущества и злоупотреблении доверием», XXXII «О воровстве, разбое и вымогательстве» и XXXIII «О мошенничестве». Несмотря на достаточно сложную систему квалифицированных и привилегированных составов преступлений, в Уложении (на основе ранее действовавшего законодательства) фиксируется конструкция похищения, различающегося по своим способам, и основные способы такого похищения, а именно воровство, разбой, мошенничество. В судебной практике того времени много внимания уделялось формулированию предмета похищения, способов похищения, в особенности обманного способа при мошенничестве, определению момента окончания преступления, пределов соучастия, т.е. по сути всем тем вопросам, которые и сегодня составляют сердцевину споров в текущей судебной практике.

В УК РСФСР 1922 г. (глава VI «Имущественные преступления») при сохранении основных разновидностей похищения происходит разделение воровства на кражу и грабеж, а также закладывается та характерная черта, которая будет сопровождать всю историю советского уголовного законодательства: дифференциация ответственности по предмету похищения, т.е. принадлежности имущества государственной (общественной) или личной (частной) собственности. Положения этого кодекса получили дальнейшее развитие в кодексе 1926 г.

В 1947 г. были приняты два указа Президиума Верховного Совета СССР, «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества» и «Об усилении охраны личной собственности граждан» (оба — от 4 июня 1947 г.). И если второй указ сохранил, в частности, термин «похищение», объединял в понятии кражи как тайное, так и открытое похищение чужого имущества, то первый указ ввел понятие «хищение», которое до сегодняшнего дня остается центральным в понимании преступлений против собственности. Этим же указом система квалифицированных составов была упрощена, а санкции за хищение серьезно повышены.

В УК РСФСР 1960 г. в двух главах Особенной части, 2 «Преступления против социалистической собственности» и 5 «Преступления против личной собственности граждан», закладывается прообраз современной системы преступлений против собственности. Федеральным законом от 1 июля 1994 г. № 10-ФЗ устраняется дифференциация уголовной ответственности в зависимости от формы собственности на похищаемое имущество, а в примечании к ст. 144 раскрывается понятие хищения, которое потом дословно воспроизводится в п. 1 примечаний к ст. 158 УК РФ.

За период действия УК РФ основные изменения, вносившиеся в главу 21, были связаны с дифференциацией ответственности за мошенничество, а также уточнением отдельных квалифицирующих признаков в составах хищений. В последние годы отчетливо просматривается стремление законодателя оптимизировать уголовно-правовую охрану нематериальных (бестелесных) имущественных ценностей.

Видовой и непосредственный объекты в рассматриваемой группе преступлений совпадают: ими являются отношения собственности или, как вариант, собственность как таковая. То, чья эта собственность или какова форма собственности, для целей уголовного права не имеет значения. Единственным изъятием из этого является установление в ряде составов квалифицирующего признака «причинения значительного ущерба гражданину», который связан исключительно с частной формой собственности.

Систему преступлений в главе 21 УК РФ образуют, во-первых, корыстные преступления против собственности и, во-вторых, некорыстные преступления.

К числу корыстных преступлений относятся хищение и его формы (ст. 158–162, 164 УК РФ), а также так называемые иные корыстные преступления (ст. 163, 165 и 166 УК РФ). К числу некорыстных преступлений против собственности относятся составы, ответственность за которые предусмотрена в ст. 167–168 УК РФ. В том, что касается неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст. 166 УК РФ), существует позиция, согласно которой данный состав относится к числу некорыстных посягательств на собственность ввиду отсутствия здесь цели хищения; вместе с тем, виновный здесь извлекает выгоду из пользования чужим имуществом, а потому деяние продолжает оставаться корыстным в своей основе.

§ 2. Понятие хищения

В п. 1 примечаний к ст. 158 УК РФ хищение определяется как «совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества». В законе указывается, что понятие хищения, данное в этом примечании, распространяется на все статьи уголовного закона. Вместе с тем, в ст. 221, 226 и 229 УК РФ применительно к хищению указанных в этих статьях предметов приведенное понятие неприменимо постольку, поскольку, как минимум, для целей указанных статей уголовного закона хищение необязательно должно совершаться с корыстной целью, да и исчисление размера причиненного ущерба проблематично.

Хищение, определенное в п. 1 примечаний к ст. 158 УК РФ, следует рассматривать как один общий состав преступления, в связи с которым существуют шесть специальных норм (ч. 3 ст. 17 УК РФ), связанных с ответственностью за отдельные формы хищения. В этом смысле хищение можно рассматривать как уникальный состав преступления, поскольку закон, определяя признаки этого состава, наказывает его частные проявления, не устанавливая наказуемости применительно к общей норме.

Основным непосредственным объектом преступления выступают отношения собственности.

Предметом хищения по прямому указанию закона может быть чужое имущество, однако не любое имущество, перечисленное в ст. 128 ГК РФ, может являться предметом хищения, а лишь обладающее тремя дополнительными признаками.

Вещный признак имущества как предмета хищения предполагает, что имущество как предмет хищения должно иметь определенную физическую форму, т.е. его материальную субстанцию можно воспринять органами чувств в объективном мире. Этот признак имущества как предмета хищения в настоящее время, в условиях бурного развития мира нематериальных ценностей в определенном смысле «размывается»: все бóльшее количество нематериальных имущественных ценностей рассматриваются в судебной практике как имущество для целей ответственности за хищение. В судебной практике на настоящий момент можно выделить четыре возможные комбинации: 1) вещные предметы, могущие быть предметом хищения; 2) невещные предметы, могущие быть предметом хищения; 3) вещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество; 4) невещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество.

1) Вещные предметы, могущие быть предметом хищения. Это самоочевидное, традиционное понимание предмета преступления в хищении, которое на сегодня ограничивается за счет перевода некоторых вещных предметов в категорию права на имущество (как то, например, недвижимое имущество, посягательство на которое рассматривается в силу п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» как мошенничество в форме приобретения права на чужое имущество).

Относится к предмету хищения движимое имущество; наличные денежные средства (в любой валюте, при этом являющиеся подлинными и действительным или же подлежащим обмену средством платежа); документарные ценные бумаги на предъявителя; именные и ордерные документарные ценные бумаги (хотя в отношении них возможно по сути только мошенничество, так что завладение ими следует квалифицировать как приготовление к мошенничеству при тайности похищения либо же по совокупности с насильственными преступлениями из главы 16 УК РФ); недвижимое имущество, которое может быть превращено в движимое без особых потерь потребительской стоимости и целевого назначения (например, деревья и кустарники, ограждения).

Предметом хищения также могут выступать «денежные суррогаты» — частные средства платежа, номинированные в рублях или иных единицах (могущих быть переведенными в рубли) и имеющие ограниченное хождение в сфере реализации товаров, выполнения работ, оказания услуг (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 декабря 1980 г. № 6 «О практике применения судами Российской Федерации законодательства при рассмотрении дел о хищениях на транспорте»; п. 8¹ постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества»).

Сложности возникают в связи с квалификацией похищения вещных (или похожих на вещные) предметов, таких как газ, нефть, электроэнергия, вода, услуги связи и сети Интернет и т.п. По общему правилу, в соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 самовольное подключение без последующей оплаты к сетям, поставляющим газ, электроэнергию и т.п. квалифицируется по ст. 165 УК РФ. Тем не менее, похищение указанных предметов можно квалифицировать как хищение в уголовно-правовом смысле при условии, что соответствующий предмет можно заключить в ограниченный объем, т.е. превратить его в вещь (например, закачать газ в баллон).

2) Невещные предметы, могущие быть предметом хищения. К ним прежде всего относятся безналичные денежные средства (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48). Начиная с 2018 г., редакция п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, где в качестве квалифицирующего признака указывается на совершение кражи с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств, позволяет также относить безналичные денежные средства, не обладающие вещным признаком, тем не менее к имуществу и предмету хищения. Сюда же относится и криптовалюта.

3) Вещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество (т.е. завладение которыми квалифицируется как мошенничество в форме приобретения права на чужое имущество по ст. 159 УК РФ). Попытка определить такие вещные предметы дана в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48. К этим вещным предметам относятся все, правовой титул в отношении которых требует государственной регистрации (ст. 131 ГК РФ) либо принятия правоустанавливающего решения, а также векселя. Предметом хищения также не могут выступать так называемые «легитимационные знаки» — номерные жетоны гардеробов и камер хранения, иные знаки, удостоверяющие прием вещей на хранение, карточки банковского клиента и т.п., а также документы, предоставляющие право на получение чужого имущества, но при этом не являющиеся ценными бумагами (например, документы на доступ к банковскому сейфу, ломбардные квитанции). Завладение ими следует квалифицировать как приготовление к мошенничеству при тайности похищения либо же по совокупности с насильственными преступлениями из главы 16 УК РФ.

4) Невещные предметы, рассматриваемые как право на чужое имущество. Эта разновидность предмета преступления охватывает бездокументарные ценные бумаги и имущественные права и крайне плохо разработана в судебной практике в обобщенном виде. Тесно примыкают к этим предметам также те объекты гражданских прав, которые не охватываются никоим образом составами главы 21 УК РФ, как то, например, информация, интеллектуальная собственность и вытекающие из нее права (в случае, если последняя овеществлена, то предметом посягательства может служить вещь, в которой воплощена такая собственность, при условии, что преступление совершается либо ради этой вещи per se, например, ради материала в виде куска мрамора, представляющего собой скульптуру, либо ради той стоимости, которую представляет, например, произведение искусства, в котором воплощается интеллектуальная собственность). Посягательства на интеллектуальную собственность образуют самостоятельные составы преступлений (например, ст. 146–147, 180 УК РФ); посягательства на информацию могут быть в ряде случаев квалифицированы по ст. 272, 275, 276 УК РФ и т.д.

Экономический признак имущества как предмета хищения предполагает, что им может быть лишь то, что обладает объективной экономической стоимостью и к чему приложен труд человека. На основании этого признака невозможно хищение предметов, не имеющих никакой стоимости (и хотя предметы с нулевой остаточной стоимостью затруднительно представить, тем не менее, чем малоценнее предмет, тем больше оснований говорить об отсутствии преступления на основании ч. 2 ст. 14 УК РФ). Этот же признак диктует исключение из числа предметов хищения объектов, принадлежащих природному миру, до той поры, пока они не будут извлечены из дикой среды обитания (полезные ископаемые, дикие животные и т.п.), поскольку с приложением к их извлечению труда человека их экономическая стоимость объективируется. В принципе, на основании этого же признака из числа предметов хищения исключаются объекты, указанные в ст. 221, 226 и 229 УК РФ, поскольку их стоимость экономически проблематично определить, хотя такой подход небесспорен.

Юридический признак имущества как предмета хищения предполагает, что оно является для виновного в правовом смысле чужим, т.е. находится на момент хищения в фактическом обладании другого лица и не принадлежит похитителю на праве собственности. Фактическое обладание другого лица не требует обязательного правового титула на это имущество: поэтому можно похитить уже украденную или иным образом незаконно полученную вещь. Таким образом, виновный при хищении не имеет действительного или предполагаемого права на похищаемое имущество. Добросовестное заблуждение в наличии такого права исключает ответственность за хищение и может при наличии спора о праве квалифицироваться по ст. 330 УК РФ.

Объективная сторона хищения заключается в противоправном безвозмездном изъятии и (или) обращении чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившем ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Изъятие следует понимать как извлечение (исключение, удаление, выведение) имущества из владения собственника или иного владельца, а обращение — как перевод (попадание, переход) имущества в незаконное фактическое обладание другого лица. Изъятие и обращение могут как совпадать по сути во времени (например, при краже), так и быть отделены значительным временным промежутком (например, при хищении безналичных денежных средств, которые могут поступить на счет потерпевшего, миновав ряд промежуточных счетов). Использование в законе сочетания соединительного и разделительного союзов между двумя словами, описывающими действие при хищении, связано с тем, что при двух формах хищения, присвоении и растрате (ст. 160 УК РФ), изъятие имущества по господствующему мнению не имеет места, а наличествует только обращение имущества.

Противоправность изъятия и обращения предполагает, что хищением нарушаются нормы гражданского законодательства, регулирующие приобретение, сохранение и прекращение права собственности и иных вещных прав в отношении имущества.

Безвозмездность следует понимать как отсутствие полной компенсации за похищенное имущество. Частичная компенсация за похищенное (так называемое хищение путем замены более ценного имущества менее ценным) не исключает уголовной ответственности (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4) и рассматривается как хищение в размере всей стоимости похищенного имущества (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Хищение также должно происходить в пользу виновного или других лиц. Отсутствие такой пользы, т.е. приращения имущественной массы виновного или других лиц, исключает хищение: похищение имущества единственно с целью его уничтожения (повреждения) не может рассматриваться как хищение, поскольку не приносит никакой прямой пользы виновному или другим лицам. Косвенная польза (хотя бы и сопряженная с корыстным мотивом) (например, убить после хищения скаковую лошадь конкурента) не может свидетельствовать о хищении.

Хищение как материальный состав предполагает причинение ущерба собственнику или иному владельцу имущества. При этом в судебной практике широко используется понятие так называемого «фактического владельца» имущества, которому хищением причиняется материальный ущерб. Этот владелец представляет собой лицо, которое в действительности в конечном итоге извлекает имущественную выгоду от владения, пользования и распоряжения имуществом, хотя его юридическая связь с имуществом не является очевидной.

Причинение ущерба собственнику или иному владельцу есть неотъемлемое следствие противоправного безвозмездного изъятия и (или) обращения чужого имущества в пользу виновного или других лиц. С точки зрения гражданского права наиболее близко описывает понятие ущерба при хищении понятие реального ущерба (п. 2 ст. 15 ГК РФ); упущенная выгода в состав ущерба при уголовно наказуемом хищении не включается. В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»: «Определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов».

При этом в отличие от общих правил признания преступления с материальным составом оконченным с момента причинения ущерба (ч. 1 ст. 29 УК РФ) в хищении в зависимости от его формы момент окончания преступления наступает либо ранее, либо позже этого момента.

Субъективная сторона хищения характеризуется прямым умыслом и корыстным мотивом (в законе не вполне корректно говорится о корыстной цели), предполагающим желание виновного обогатиться самому или обогатить других лиц, в обогащении которых он, как правило, заинтересован (родные, близкие, кредиторы виновного, его соучастники по совершению преступления и т.п.). Вместе с тем, в настоящее время корыстный мотив рассматривается как наличествующий и в тех исключительных случаях, когда виновный похищает имущество с целью обогатить лиц, в обогащении которых он совершенно не заинтересован (случаи хищения для благотворительности, или криспинады) (п. 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Отсутствуют признаки хищения в случаях так называемого «временного позаимствования», когда имущество изымается на время с последующим возвратом (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Субъект хищения общий; при краже (ст. 158 УК РФ), грабеже (ст. 161 УК РФ) и разбое (ст. 162 УК РФ) ответственность наступает с 14 лет, а в остальных случаях с 16 лет.

В действующем уголовном законе хищение в зависимости от способа хищения делится на шесть форм (ст. 158–162 УК РФ) и несколько видов в зависимости от размера похищенного имущества.

§ 3. Формы хищения

Выделение форм хищения как частных составов хищения происходит на основании способа хищения чужого имущества. Логика выстраивания форм хищения немного отличается от последовательности составов в уголовном законе, и потому рассмотрение форм хищения лучше производить не в этой последовательности.

Кража (ст. 158 УК РФ) как форма хищения предполагает тайный способ изъятия чужого имущества. Тайный способ хищения может быть таковым либо фактически, либо юридически.

Фактическая тайность означает, что при хищении не присутствует ни один другой человек, кроме, очевидно, виновного.

Юридическая тайность хищения означает, что при хищении присутствует кто-либо (т.е. нет фактической тайности), однако судебная практика приравнивает совершаемые действия по каким-либо причинам к тайному хищению (к краже). Как тайное хищение, в частности, квалифицируются следующие ситуации.

Хищение происходит в присутствии собственника, иного владельца имущества либо посторонних лиц, однако хищение происходит незаметно от них (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29). Незаметность хищения оценивается по субъективному критерию: незаметным будет считаться такое хищение, которое по мнению виновного является незаметным.

Хищение происходит в присутствии собственника, иного владельца имущества либо посторонних лиц, однако они не обнаруживают своего присутствия (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Хищение происходит в присутствии собственника, иного владельца имущества либо посторонних лиц, однако они не могут воспринимать происходящее в силу нахождения в состоянии сна, алкогольного опьянения, психического расстройства, малолетства и т.п.

Хищение происходит в присутствии собственника, иного владельца имущества либо посторонних лиц, однако они не осознают преступного характера действий лица (например, полагают, что он вправе забрать имущество, поскольку оно ему принадлежит и т.п.) (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Хищение происходит в присутствии посторонних лиц, однако виновный в силу каких-то причин (они являются его родственниками, соучастниками, близкими лицами) рассчитывает, что он не встретит противодействия в краже со стороны этих лиц (п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29). Однако если эти лица принимают меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требуют прекратить противоправные действия), то ответственность наступает уже по ст. 161 УК РФ.

Обнаружение виновного или его преступных действий собственником, иным владельцем имущества либо посторонними лицами позволяет квалифицировать хищение в зависимости от обстоятельств дела не как кражу, а как грабеж или разбой (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Грабеж (ст. 161 УК РФ) как форма хищения характеризуется отрытым изъятием чужого имущества.

Открытым в соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 признается такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению таких действий или нет. Открытость хищения оценивается по субъективному критерию: открытым будет считаться такое хищение, которое по мнению виновного является очевидно противоправным в глазах окружающих лиц.

Более тяжкой разновидностью грабежа, непосредственно примыкающей к разбою, признается преступление, совершенное с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья (п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ). Под таким насилием следует понимать побои или иные насильственные действия, связанные с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.) (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29). Угроза применения такого насилия охватывает реальную и наличную угрозу побоев или иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы.

При этом объектом применения насилия (угрозы) могут выступать собственник, иной владелец имущества, их близкие (воздействуя на которых, виновный пытается воздействовать на собственника или владельца), а также лица, которые препятствуют либо, по мнению виновного, могут воспрепятствовать хищению. Соответственно, насилие, примененное «к имуществу» (например, срывание шапки, вырывание сумки), не позволяет квалифицировать грабеж как насильственный.

Кроме того, применяемое насилие (угроза) должно быть средством завладения или удержания чужого имущества сразу же после завладения им; если после тайного хищения виновный применяет насилие (угрозу) с целью избежать задержания, то содеянное квалифицируется как кража (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности»).

Разбой (ст. 162 УК РФ) как форма хищения образуется нападением в целях хищения чужого имущества, совершенным с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия. В отличие от всех иных форм хищения, разбой описывается в законе как нападение в целях хищения чужого имущества. В этом смысле разбой — не совсем типичная форма хищения; скорее, он представляет собой усеченный состав хищения, признающийся оконченным преступлением в более ранний момент времени по сравнению со всеми иными формами хищения.

Соответственно, дополнительным непосредственным объектом разбоя выступают общественные отношения, охраняющие здоровье человека.

Нападение представляет собой открытые либо скрытые (например, удар в спину, из засады) активные действия, направленные на достижение преступного результата путем применения насилия к потерпевшему (собственнику, иному владельцу имущества, третьему лицу, которое может воспрепятствовать хищению (например, сторож)) либо создания реальной угрозы его немедленного применения.

Вариантом нападения применительно к разбою является использование опасных для жизни или здоровья сильнодействующих, ядовитых или одурманивающих веществ с целью приведения потерпевшего в беспомощное состояние, а также использование собак и других животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Под насилием, опасным для жизни или здоровья, следует понимать такое насилие, которое повлекло причинение тяжкого и средней тяжести вреда здоровью потерпевшего, а также причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности (п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Объектом применения насилия (угрозы его применения) при разбое могут быть собственник, иной владелец имущества, а также лица, которые препятствуют либо, по мнению виновного, могут воспрепятствовать хищению; объектом применения насилия (угрозы его применения) также могут быть родственники или близкие собственника, владельца имущества, если через воздействие на них виновный пытается оказать воздействие на это лицо.

Кроме того, применяемое насилие должно быть средством завладения или удержания чужого имущества; если после тайного или открытого ненасильственного хищения виновный применяет насилие с целью избежать задержания, то содеянное не образует разбоя, а квалифицируется как кража или грабеж по совокупности при необходимости с преступлениями против личности из главы 16 УК РФ (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г. № 11).

Кража, грабеж и разбой представляют собой первую триаду форм хищения, логически вырастающих друг из друга по мере возрастания степени общественной опасности использованного при хищении способа изъятия чужого имущества.

Соответственно, в этих трех формах хищения возможна как прямая, так и обратная динамика преступных действий. Это означает, что при видоизменении формы хищения в сторону отягчения способа завладения чужим имуществом содеянное квалифицируется по самой тяжкой из форм. В соответствии с п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия — как разбой». При видоизменении формы хищения в сторону смягчения способа завладения чужим имуществом содеянное также квалифицируется по самой тяжкой из форм. То есть в ситуации, например, когда вследствие насилия, примененного при разбойном нападении, потерпевший лишается сознания, после чего его имущество по сути тайно похищается, содеянное продолжает оставаться разбойным нападением.

При этом при совершении преступления в составе группы лиц по предварительному сговору динамика преступных действий в сторону отягчения формы хищения вменяется только одному соучастнику по общим правилам об эксцессе исполнителя (ст. 36 УК РФ). Однако если другие соучастники продолжили при таких обстоятельствах свое участие в совершении преступления, им также вменяются грабеж или разбой с соответствующими квалифицирующими признаками (п. 14¹ постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29).

Мошенничество (ст. 159 УК РФ) по действующему уголовному закону охватывает два самостоятельных состава преступления, хищение и не-хищение, которые объединены способом совершения преступления: обманом или злоупотреблением доверием.

Включение в одну статью уголовного закона мошенничества как хищения чужого имущества и мошенничества в виде приобретения права на чужое имущество представляет собой специфический прием законодательной техники, обусловленный необходимостью охватить уголовно-правовой охраной отношения собственности в отношении невещного имущества. Иными словами, преступное завладение вещными (и в ряде случаев невещными) предметами, которые в уголовно-правовом понимании могут быть отнесены, как показывалось выше, к предмету хищения, рассматривается как мошенничество-хищение. Напротив и наоборот, невещные (и в ряде случаев вещные) имущественные ценности, которые в уголовно-правовом понимании не относятся к предметам хищения, а являются так называемым «правом на имущество», рассматриваются как предмет мошенничества-нехищения.

Объединяет обе разновидности мошенничества способ совершения преступления, в качестве которого выступают обман или злоупотребление доверием.

Обман в мошенничестве в настоящее время имеет три разновидности, активный, пассивный обман и обман действиями (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48): «Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество может состоять в сознательном сообщении (представлении) заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение».

Таким образом, активный обман заключается в преднамеренном введении в заблуждение собственника или иного владельца имущества посредством сообщения ложных сведений, представления подложных документов, искажения электронной информации об имуществе и правах на чужое имущество и т.п. Пассивный обман представляет собой преднамеренное умолчание о юридически значимых обстоятельствах, сообщить которые виновный был обязан. Обман действиями (который также может быть по сути своей либо активным, либо пассивным) направлен на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение относительно выгодности предлагаемой ему сделки, ее необходимости для него.

Второй альтернативно указанный способ совершения мошенничества именуется злоупотребление доверием. В соответствии с п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48: «Злоупотребление доверием при мошенничестве заключается в использовании с корыстной целью доверительных отношений с владельцем имущества или иным лицом, уполномоченным принимать решения о передаче этого имущества третьим лицам. Доверие может быть обусловлено различными обстоятельствами, например служебным положением лица либо его личными отношениями с потерпевшим. Злоупотребление доверием также имеет место в случаях принятия на себя лицом обязательств при заведомом отсутствии у него намерения их выполнить с целью безвозмездного обращения в свою пользу или в пользу третьих лиц чужого имущества или приобретения права на него (например, получение физическим лицом кредита, аванса за выполнение работ, услуг, предоплаты за поставку товара, если оно заведомо не намеревалось возвращать долг или иным образом исполнять свои обязательства)».

Выделение злоупотребления доверием как самостоятельного способа мошенничества является традиционным для российского права, хотя в последнее время высказываются сомнения в целесообразности разграничения обмана и злоупотребления доверием ввиду по сути достаточности первого способа и субсидиарности второго.

Обман и злоупотребление доверием при мошенничестве позволяют корректно раскрыть суть этого преступления. При мошенничестве у собственника или иного владельца имущества создается иллюзия законности перехода имущества. Иными словами, обман и злоупотребление доверием касаются правового статуса имущества как должного перейти к мошеннику, и следствием обмана является то, что потерпевший сам передает имущество виновному. Соответственно, обман, облегчающий доступ к имуществу, не образует мошенничества, а квалифицируется как кража, грабеж или разбой в зависимости от обстоятельств дела (например, проникновение под обманом в квартиру, хищение вещей, взятых для примерки).

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «сообщаемые при мошенничестве ложные сведения (либо сведения, о которых умалчивается) могут относиться к любым обстоятельствам, в частности к юридическим фактам и событиям, качеству, стоимости имущества, личности виновного, его полномочиям, намерениям». На основе этого разъяснения выделяются наиболее типичные разновидности обмана, такие как обман в качестве вещи, обман в личности, обман в событиях. В судебной практике также выделяется так называемый обман в цене, при котором потерпевший якобы обманывается относительно действительной рыночной стоимости имущества (т.е. ему предлагается по завышенной цене приобрести что-либо или по заниженной цене продать что-либо), однако к этой разновидности обмана следует относиться с осторожностью, поскольку ее допущение в известной степени подрывает принципы свободы договора, в том числе свободы цены договора.

Злоупотребление доверием при мошенничестве следует также отличать от злоупотребления доверчивостью, которое имеет место в случаях неоправданной беспечности потерпевших, которая облегчает виновному доступ к имуществу (например, просьба присмотреть за имуществом в общественном транспорте, вверение ключей от жилища малознакомым людям для присмотра за имуществом во время отсутствия хозяев и т.п.). Во всех этих случаях потерпевший всего лишь облегчает доступ к своему имуществу, и его хищение квалифицируется как кража, совершаемая тайно, в отсутствие собственника имущества.

И обман, и злоупотребление доверием по природе своей предполагают физическое лицо как объект такого обмана (злоупотребления доверием). Поэтому если преступление совершается в отношении имущества организации, мошенничество может быть установлено только в случае обмана, например, руководителя организации или иного лица, уполномоченного на распоряжение имуществом. В редких случаях обман (злоупотребление доверием) в корпоративных отношениях можно установить тогда, когда их объектами становятся участники корпоративного образования, уполномоченные на принятие решения об одобрении экстраординарных сделок, хотя по общему правилу такие участники не полномочны распоряжаться имуществом. Соответственно, невозможно в уголовно-правовом смысле обмануть организацию, бюджет, государство и т.п.; обман (злоупотребление доверием) требуют как свой объект физическое лицо, представляющее указанные образования.

Наряду с общим составом мошенничества, уголовный закон выделяет несколько специальных разновидностей мошенничества (ч. 5–7 ст. 159, ст. 159¹–159⁶ УК РФ). Эти нормы выступают специальными по отношению к ст. 159 УК РФ, и отсутствие признаков специального состава исключает возможность квалификации по общей норме ст. 159 УК РФ.

Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности (ч. 5–7 ст. 159 УК РФ). Эта норма представляет собой по существу слегка видоизмененную реконструкцию ст. 159⁴ УК РФ, которая была признана неконституционной постановлением Конституционного Суда РФ от 11 декабря 2014 г. № 32-П по делу о проверке конституционности положений статьи 159⁴ Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Салехардского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа.

Формальным условием привлечения к уголовной ответственности за такое мошенничество выступает причинение значительного ущерба. В соответствии с п. 1 примечаний к ст. 159 УК РФ таковым признается ущерб в сумме, составляющей не менее 10 тыс. рублей. В случае, если при совершении мошенничества в сфере предпринимательской деятельности причинен ущерб на сумму менее указанной, содеянное ни в каком случае не может образовать состав преступления, предусмотренный ч. 5 статьи, и не может быть также квалифицировано по ч. 1 статьи.

Состав преступления характеризуется особой обстановкой совершения преступления — неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности; способами совершения преступления при этом остаются обман или злоупотребление доверием (например, виновный может получить аванс за выполнение работ, услуг, предоплату за поставку товара, не намереваясь при этом исполнять свои обязательства).

Пункт 4 примечаний к ст. 159 УК РФ раскрывает сферу предпринимательской деятельности через указание на необходимость, во-первых, наличия договорных отношений между виновным лицом и потерпевшим и, во-вторых, наличия у обеих сторон договора (на что указывает множественное число в примечании) статуса индивидуального предпринимателя или коммерческой организации. Мошенничество хотя бы и в сфере предпринимательской деятельности, но в ситуации, когда потерпевшее лицо является физическим лицом — потребителем, следует квалифицировать по ч. 1–4 ст. 159 УК РФ. В отсутствие статуса индивидуального предпринимателя или коммерческой организации у одной из сторон договора содеянное также не может быть квалифицировано по ч. 5–7 статьи. Соответственно, не подпадают под мошенничество в сфере предпринимательской деятельности случаи мошенничества, когда сторонами договора являются некоммерческие организации или лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя (п. 4 ст. 23 ГК РФ).

С учетом сложившейся судебной практики нельзя квалифицировать по ч. 5–7 ст. 159 УК РФ (и вменению подлежат ч. 1–4 статьи) случаи: а) мошенничества в процессе деятельности фиктивно образованного юридического лица или фиктивно зарегистрированного индивидуального предпринимателя (т.е. не намеревающихся в реальности осуществлять предпринимательскую деятельность) (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48); б) предпринимательской мошеннической деятельности в отношении предметов и веществ, ограниченных или запрещенных к обороту (например, оружия, наркотических средств или психотропных веществ); в) мошенничества в отсутствие формальных и юридически действительных (т.е. не поддельных) договорных отношений между субъектами.

В отличие от гражданско-правового деликта мошенничество в сфере предпринимательской деятельности предполагает преднамеренность, т.е. возникновение умысла на неисполнение договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности до момента заключения договора и (или) возникновения обязательства (если эти моменты различаются) (п. 4, 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Конкуренция ч. 5–7 ст. 159 УК РФ и ст. 159¹ УК РФ разрешается в пользу первой нормы.

Мошенничество в сфере кредитования (ст. 159¹ УК РФ). Состав преступления характеризуется особым способом совершения преступления — обманом путем представления банку или иному кредитору заведомо ложных и (или) недостоверных сведений. В отличие от состава преступления, предусмотренного ст. 176 УК РФ, умысел на хищение денежных средств возникает в данном случае до момента получения кредита (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

В соответствии с п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 обман в данном составе заключается в представлении кредитору заведомо ложных или недостоверных сведений об обстоятельствах, наличие которых предусмотрено кредитором в качестве условия для предоставления кредита (например, сведения о месте работы, доходах, финансовом состоянии индивидуального предпринимателя или организации, наличии непогашенной кредиторской задолженности, об имуществе, являющемся предметом залога).

В случае, если посягательство осуществлялось на средства разных собственников (например, нескольких банков), то при условии, что содеянное охватывалось единым умыслом, тот факт, что ущерб причинен нескольким разным собственникам не влияет на оценку деяния как единого продолжаемого преступления.

Если в роли заемщика при заключении кредитного договора, маскирующего мошенничество, выступает не виновное физическое лицо, а юридическое лицо, которое либо возглавляется указанным физическим лицом либо это лицо уполномочено представлять данную организацию в отношениях с контрагентами, то содеянное также можно квалифицировать по ст. 159¹ УК РФ. При этом если выступающее в роли заемщика юридическое лицо, возглавляемое виновным, либо создано исключительно для осуществления преступной деятельности, в том числе подобных хищений, либо на момент совершения мошенничества никакой законной деятельностью не занималось, а было использовано только как средство совершения преступления, содеянное следует квалифицировать по общей норме ст. 159 УК РФ. Также необходимо квалифицировать случаи мошенничества, если юридическое лицо отсутствовало (не зарегистрировано либо ликвидировано), а виновный лишь использовал при представлении кредитору заведомо поддельные документы, содержащие реквизиты несуществующей организации (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Сфера совершения данного преступления ограничена деятельностью банков или иных кредитных организаций (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Мошенничество при получении выплат (ст. 159² УК РФ). Состав преступления характеризуется особым способом совершения преступления — обманом путем представления заведомо ложных и (или) недостоверных сведений, следствием чего становится назначение лицу пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами (актами Российской Федерации, ее субъектов или муниципальных образований) или путем умолчания о фактах, влекущих прекращение указанных выплат.

В отличие от состава преступления, предусмотренного ст. 165 УК РФ, мошенничество в данной своей разновидности, во-первых, не требует крупного размера при хищении и, во-вторых, предполагает получение лицом из соответствующего бюджета пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат, а не противоправное удержание причитающихся к уплате платежей.

Пособия, компенсации, субсидии и иные социальные выплаты должны быть установлены законами и иными нормативными правовыми актами, т.е. нормативными правовыми актами, принятыми на уровне федерации, ее субъектов и органов местного самоуправления. Соответственно, мошенничество при получении выплат, установленных локальными нормативными актами (в том числе принятых государственными, муниципальными учреждениями, хотя бы и осуществляющихся за счет средств государственных или местных бюджетов), а также решениями отдельных физических лиц, предприятий, учреждений и организаций (например, именные стипендии), следует квалифицировать по ст. 159 УК РФ.

Иными социальными выплатами являются все выплаты: а) осуществляемые на безвозвратной основе за счет средств федерального бюджета, бюджетов субъектов федерации, местных бюджетов, бюджетов внебюджетных фондов (в том числе в случае, если средства указанных бюджетов предоставляются для осуществления выплаты непосредственно выплачивающей организации либо компенсируются ей из бюджета); б) не обусловленные предоставлением получающим выплату какого-либо имущества, выполнением им работ (оказанием услуг) (безвозмездные выплаты). Указанные выплаты могут носить как компенсационный характер (быть направлены на предупреждение или смягчение негативных последствий для лица и членов его семьи при наступлении определенных социально значимых обстоятельств, а также на сохранение приемлемого уровня их материального и социального благополучия), так и поощрительный характер (например, средства материнского капитала). К числу иных социальных выплат относятся, например, трудовая пенсия в ее страховой части, социальная пенсия, средства материнского капитала (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

К предмету преступления относится также имущество, предоставляемое бесплатно или по сниженной цене (например, лекарственные средства, транспортные средства, технические средства реабилитации, путевки), при условии, что оно отвечает критериям безвозвратности, бюджетности и необусловленности. В таких случаях предмет преступления должен получить денежную оценку в приговоре суда.

Не относятся к социальным выплатам налоговые возмещения, производимые в рамках налогового законодательства (например, имущественные и социальные налоговые вычеты). Содеянное при наличии к тому оснований должно квалифицироваться по ст. 159 УК РФ (если происходит возврат ранее уплаченного налога в виде вычета) или по ст. 198 УК РФ (если вычет получается в виде снижения подлежащего уплате налога).

Обман здесь выражается в представлении в органы исполнительной власти, учреждения или организации, уполномоченные принимать решения о получении выплат, заведомо ложных и (или) недостоверных сведений о наличии обстоятельств, наступление которых согласно закону или иному нормативному правовому акту является условием для получения соответствующих выплат в виде денежных средств или иного имущества (в частности, о личности получателя, об инвалидности, о наличии детей, наличии иждивенцев, об участии в боевых действиях, отсутствии возможности трудоустройства) (п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Умолчание о фактах, влекущих прекращение выплат, предполагает, что если условием получения пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат является сохранение какого-либо статуса лица (например, низкого дохода, плохого состояния здоровья, проживания в определенной местности, вредных условий труда), то с изменением такого статуса и появлением у лица нормативно закрепленной обязанности оповестить соответствующий орган государственной власти, орган местного самоуправления, иное учреждение, ответственное за назначение и перечисление социальных выплат, лицо, не исполнившее такую обязанность в установленный нормативными правовыми актами срок, тем самым умалчивает о фактах, влекущих прекращение выплат. В случае, если срок для уведомления нормативно не закреплен, лицо предполагается обязанным уведомить до ближайшей выплаты.

При этом лицо должно быть заведомо осведомлено о наступлении фактов, с которыми в законе или ином нормативном правовом акте связывается прекращение социальных выплат, и о наличии у него обязанности сообщить о наступлении фактов, с которыми в законе или ином нормативном правовом акте связывается прекращение выплат.

В случае, если выплаты лицу назначены и произведены незаконно (хотя и без обращения его за их назначением), о чем ему заведомо известно, содеянное в случае умолчания лица о незаконности выплаты и принятия ее подлежит квалификации по ст. 159 УК РФ, поскольку ст. 159² УК РФ устанавливает ответственность за умолчание о фактах, влекущих прекращение выплат, оставляя таким образом умолчание о незаконности выплаты в целом в рамках общей нормы.

Субъект преступления общий, т.е. любое лицо, которое путем представления заведомо ложных и (или) недостоверных сведений добилось получения денежных средств или иного имущества в виде пособий, компенсаций, субсидий и иных социальных выплат, установленных законами и иными нормативными правовыми актами, а не только то лицо, которое наделено правом на получение соответствующих выплат при наличии установленных законом условий (п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48). В случае, когда законно (или даже незаконно) назначенную социальную выплату путем обмана (например, выдавая себя за другое лицо) получает постороннее лицо, действия последнего следует квалифицировать по ст. 159 УК РФ.

Мошенничество с использованием электронных средств платежа (ст. 159³ УК РФ). Под электронными средствами платежа понимаются средство и (или) способ, позволяющие клиенту оператора по переводу денежных средств составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронных носителей информации, в том числе платежных карт, а также иных технических устройств (п. 19 ст. 3 ФЗоНПС). Характеристика данного состава преступления будет дана далее, при анализе п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Мошенничество в сфере страхования (ст. 159⁵ УК РФ). Состав преступления характеризуется особой обстановкой совершения преступления — обманом в сфере страхования и особым способом совершения преступления — обманом относительно наступления страхового случая (например, представление заведомо ложных сведений о наличии обстоятельств, подтверждающих наступление страхового случая, инсценировка дорожно-транспортного происшествия, несчастного случая, хищения застрахованного имущества) или обманом относительно размера страхового возмещения, подлежащего выплате в соответствии с законом либо договором страхователю или иному лицу (представление ложных сведений с завышенным расчетом размера ущерба по имевшему место в действительности страховому случаю) (п. 19 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48). При этом обман относительно размера страхового возмещения, совершенный работником страховщика в отношении страхователя, квалифицируется по ст. 165 УК РФ.

В случае, если имело место мошенническое завладение лицом имуществом одной и той же страховой компании в несколько приемов, когда по каждому эпизоду преступной деятельности обман состоял в создании видимости наступления различных страховых случаев (например, в одном случае — относительно якобы имевшего место дорожно-транспортного происшествия, а в другом — хищения транспортного средства, которое в действительности не совершалось, а было виновным инсценировано), содеянное может быть квалифицировано как единое продолжаемое преступление при условии, что будет доказан единый умысел в отношении всех эпизодов преступной деятельности.

При этом само по себе заведомо ложное заявление в правоохранительные органы о совершении преступления, например, о хищении застрахованной автомашины (что является страховым случаем) образует покушение на мошенничество, предусмотренное ст. 159⁵ УК РФ, и дополнительной квалификации таких действий по ст. 306 УК РФ не требует.

Мошенничество в сфере компьютерной информации (ст. 159⁶ УК РФ). Состав преступления характеризуется особым способом совершения преступления — обманом путем ввода, удаления, блокирования, модификации компьютерной информации либо иного вмешательства в функционирование средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации или информационно-телекоммуникационных сетей. Такое определение обмана в рассматриваемом составе преступления ставит ст. 159⁶ УК РФ в исключительное положение в сравнении со всеми иными разновидностями мошенничества, поскольку не требует обмана физического лица. Условно говоря, здесь презюмируется в конечном итоге обман физического лица через злоупотребления с компьютерной информацией.

Под вводом компьютерной информации следует понимать введение (установку) в электронную память компьютера, иных устройств, способных выполнять функции приема, переработки, хранения и выдачи информации в электронном виде, в том числе мобильных телефонов, смартфонов, бортовых компьютеров транспортных средств, контрольно-кассовых машин, банкоматов и т.п., данных, необходимых для выполнения компьютерной программы, или программ самих по себе.

Под удалением (уничтожением) информации следует понимать приведение информации или ее части в непригодное для использования состояние, при котором исключается ее получение с соответствующего раздела памяти компьютера, иного устройства, съемного носителя или Интернет-сайта, независимо от возможности восстановления данной информации. Не является уничтожением информации переименование файла, где она содержится, а также автоматическая замена обновленного файла.

Блокирование информации есть временное или постоянное ограничение либо фактическое закрытие доступа к ней, характеризующееся невозможностью использования информации по прямому назначению полностью или в требуемом режиме, однако не соединенное с ее удалением (уничтожением).

При модификации происходит изменение содержания информации, затрудняющее восприятие ее в первоначальном виде. Не образует модификации изменение информации, которое не приводит к искажению ее смыслового содержания, например, изменение шрифта, начертания, размера текста.

В случае, если мошенничество, предусмотренное ст. 159¹–159⁵ УК РФ, совершалось указанным в ст. 159⁶ УК РФ способом, квалификация осуществляется по ст. 159¹–159⁵ УК РФ. Если мошенничество в сфере компьютерной информации было сопряжено с совершением деяний, ответственность за которые установлена ст. 272 и 273 УК РФ, то содеянное квалифицируется по совокупности преступлений.

Присвоение или растрата (ст. 160 УК РФ). В ст. 160 УК РФ объединены две формы хищения, которые определяются как хищение чужого имущества, вверенного виновному. Способом совершения преступления здесь по сути выступает злоупотребление доверием, когда виновный «во зло» использует оказанное ему собственником или иным владельцем имущества доверие.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника», тогда «как растрата должны квалифицироваться противоправные действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему имущество против воли собственника путем потребления этого имущества, его расходования или передачи другим лицам». Присвоение, таким образом, означает сохранение имущества с его переводом в имущественную массу виновного, тогда как растрата означает либо физическое уничтожение имущества (путем потребления), либо его передачу другим лицам.

По господствующей точке зрения, присвоение и растрата не сопряжены с изъятием чужого имущества, и им присуще только его обращение в пользу виновного или других лиц. Обусловлено это указанием закона на вверенность имущества виновному, которая означает нахождение имущества у лица на некоем законном основании. В соответствии с п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 при присвоении (растрате) похищенное имущество должно находиться в правомерном владении либо ведении виновного лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляет полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. В судебной практике такими лицами признаются кладовщики, экспедиторы и т.п. субъекты; в последнее время как вверенное руководителю организации также рассматривается имущество последней.

Момент окончания хищения. Хищение как материальный состав преступления предполагает последствие в виде причинения ущерба собственнику или иному владельцу имущества. Соответственно, исходя из ч. 1 ст. 29 УК РФ, все формы хищения должны были бы считаться оконченными в момент изъятия имущества виновным, поскольку именно в этот момент времени имущественная масса собственника или иного владельца имущества уменьшается, что причиняет ему материальный ущерб.

На протяжении долгого времени господствовало именно такое понимание момента окончания хищения. Однако во второй половине XX в. в связи с хищениями с предприятий и организаций стала возникать ощутимая квалификационная сложность, выразившаяся в том, что при таком подходе действия охраны таких предприятий и организаций, которая, не состоя в сговоре с виновными, обнаруживала на месте хищение и соглашалась покрывать преступление за долю похищенного, не могли быть квалифицированы как соучастие в хищении ввиду оконченности к моменту сокрытия хищения самого по себе. Как следствие постепенного движения судебной практики, в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» было сформулировано общее правило: «Хищение следует считать оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им распоряжаться по своему усмотрению или пользоваться им. Работник охраны, умышленно содействовавший лицу, совершающему хищение, в выносе имущества, похищаемого с охраняемой территории, или иным способом устранявший препятствия для хищения, несет ответственность за соучастие в хищении государственного или общественного имущества».

Тем самым в практику была введена конструкция реальной возможности распоряжаться похищенным имуществом по усмотрению виновного (ее не следует смешивать с фактом реального распоряжения — достаточно возможности такового). Считается, что такая возможность наступает позднее в сравнении с изъятием чужого имущества, однако насколько «позднее», в судебной практике нет однозначного решения. В качестве критериев можно использовать вынос имущества за пределы помещения, где оно находится или достижение виновным с имуществом безопасного места сокрытия похищенного; очевидно также, что реальное распоряжение похищенным явно свидетельствует об оконченности хищения.

При этом в отдельных формах хищения наблюдаются исключения из общего правила, так что конкретные правила квалификации форм хищения по моменту окончания преступления можно сформулировать следующим образом.

В соответствии с п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «кража и грабеж считаются оконченными, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом). Разбой считается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия». Таким образом, момент окончания разбойного нападения вынесен за пределы хищения (почему разбой и относят иногда к усеченным составам хищения), и реального завладения имуществом при разбойном нападении не требуется для признания преступления оконченным. (Вопрос о том, возможно ли в принципе с учетом такой конструкции окончания преступления покушение на разбой, является дискуссионным, хотя в судебной практике такие случаи встречаются.)

В судебной практике также имеется позиция, согласно которой хищение в форме кражи продуктов и напитков, которые можно употребить на месте преступления, должно считаться оконченным преступлением в момент изъятия имущества, поскольку воспользоваться и распорядиться таким имуществом можно на месте.

Мошенничество как преступление имеет разные моменты окончания в зависимости от того, рассматривается ли мошенничество как хищение или как приобретение права на чужое имущество; некоторые разновидности мошенничества как формы хищения также имеют специфические моменты окончания.

По общему правилу, «мошенничество, то есть хищение чужого имущества, совершенное путем обмана или злоупотребления доверием, признается оконченным с момента, когда указанное имущество поступило в незаконное владение виновного или других лиц и они получили реальную возможность (в зависимости от потребительских свойств этого имущества) пользоваться или распорядиться им по своему усмотрению» (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Однако «если мошенничество совершено в форме приобретения права на чужое имущество, преступление считается оконченным с момента возникновения у виновного юридически закрепленной возможности вступить во владение или распорядиться чужим имуществом как своим собственным (в частности, с момента регистрации права собственности на недвижимость или иных прав на имущество, подлежащих такой регистрации в соответствии с законом; со времени заключения договора; с момента совершения передаточной надписи (индоссамента) на векселе; со дня вступления в силу принятого уполномоченным органом или лицом, введенными в заблуждение относительно наличия у виновного или иных лиц законных оснований для владения, пользования или распоряжения имуществом, правоустанавливающего решения)» (п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48).

Исключения из этих общих правил следующие. Если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные денежные средства, то такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого владельцу этих денежных средств причинен ущерб (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48). Это правило означает фактически возврат к старой, господствовавшей до 1972 г., позиции о моменте окончания хищения.

Мошенничество при получении выплат, совершенное путем умолчания о фактах, влекущих прекращение социальных выплат, окончено с момента первого получения денежных средств или иного имущества в качестве социальной выплаты после наступления фактов, с которыми в законе или ином нормативном правовом акте связывается прекращение указанных выплат. Само по себе нарушение срока для уведомления не может рассматриваться как уголовно наказуемое, в том числе в виде приготовления к рассматриваемому преступлению или покушению на его совершение, поскольку уведомление может быть произведено в любой момент времени до производства незаконной выплаты.

В соответствии с п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «присвоение считается оконченным преступлением с того момента, когда законное владение вверенным лицу имуществом стало противоправным и это лицо начало совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу (например, с момента, когда лицо путем подлога скрывает наличие у него вверенного имущества, или с момента неисполнения обязанности лица поместить на банковский счет собственника вверенные этому лицу денежные средства)»; «растрату следует считать оконченным преступлением с момента начала противоправного издержания вверенного имущества (его потребления, израсходования или отчуждения)».