Артем Олегович Четвериков
Миграционное право Европейского союза

© Четвериков А. О., 2018

© ООО «Проспект», 2018

Список сокращений

ВИС – Визовая информационная система

ВТО – Всемирная торговая организация

ГАТС – Генеральное соглашение по торговле услугами

ГАТТ – Генеральное соглашение по тарифам и торговле

ДЕС – Договор о Европейском Союзе

ДФЕС – Договор о функционировании Европейского Союза

ЕАСТ – Европейская ассоциация свободной торговли

ЕАЭС – Евразийский экономический союз

ЕИБ – Европейский инвестиционный банк

ЕОУС – Европейское объединение угля и стали

ЕРК – Европейская рамка квалификаций для образования и обучения на всем протяжении жизни

ЕС – Европейский Союз

ЕУИ – Европейский университетский институт

ЕЭП – Европейское экономическое пространство

ЕЭС – Европейское экономическое сообщество

НДС – налог на добавленную стоимость

ОВПБ – общая внешняя политика и политика безопасности

ООН – Организация Объединенных Наций

ПВД – правосудие и внутренние дела

ПСБП – пространство свободы, безопасности и правосудия

СИС – Шенгенская информационная система

Союз – Европейский Союз

СССР – Союз Советских Социалистических Республик

Фронтекс – Европейское агентство пограничной и береговой охраны

ЮНЕСКО – Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры

С – серия «Информация и сообщения» Официального журнала Европейского Союза

ECTS – Европейская система передачи кредитов

EES – Система въезд/выезд

EURES – Европейская сеть служб занятости

FADO – Европейская система архивирования снимков (фальшивые и подлинные документы)

JO – Официальный журнал Европейского Союза

L – серия «Законодательство» Официального журнала Европейского Союза

PRADO – Онлайновый публичный реестр подлинных документов на поездку и удостоверений личности

Введение: понятие миграционного права европейского союза

Возникновение и развитие Европейского Союза является результатом воплощения в жизнь идеи Объединенной Европы, которая под разными названиями и в разных вариантах (Христианская Республика Европы, Евромонархия, Соединенные Штаты Европы и др.) продвигалась европейскими политиками, учеными, общественными деятелями со времен Средневековья (И. Бентам, В. Гюго, И. Кант, И. Подебрад, А. Сен-Симон и др.)[1].

В практическую плоскость европейская интеграция перешла в середине XX в. В 1949 г. был образован Совет Европы, который к началу XXI в. превратился в подлинно континентальный альянс почти всех европейских стран, включая Россию (с 1996 г.). Политико-правовые механизмы Совета Европы, однако, оказались недостаточно эффективными для реализации крупномасштабных интеграционных проектов, за исключением разработки комплекса общеевропейских стандартов защиты прав человека и основных свобод, надгосударственный контроль за соблюдением которых осуществляет Европейский Суд по правам человека в г. Страсбурге[2].

Формирование Европейского Союза (ЕС, Союз) началось в 1950-е гг. Прообразом ЕС стали три Европейских сообщества, созданные для развития европейской экономической интеграции в форме общего рынка (ныне единый внутренний рынок ЕС) на основе делегирования государствами части своих суверенных прав европейским институтам – наднациональным органам власти этих организаций (ныне институты ЕС).

Сначала появилось Европейское объединение угля и стали – ЕОУС (учредительный договор подписан в 1951 г. Бельгией, Италией, Люксембургом, Нидерландами, Францией и ФРГ – государствами-основателями ЕС, вступил в силу 25 июля 1952 г.).

Затем возникли Европейское экономическое сообщество – ЕЭС, впоследствии переименованное в Европейское сообщество[3], и Европейское сообщество по атомной энергии – Евратом (учредительные договоры подписаны теми же государствами в 1957 г., вступили в силу 1 января 1958 г.).

Планировалось также создать Европейское оборонное сообщество, но учредительный договор последнего, подписанный в 1952 г., не вступил в силу ввиду отказа парламента Франции дать согласие на его ратификацию (остальные государства-основатели договор ратифицировали).

С 1970-х гг., продолжая развивать взаимную экономическую интеграцию, государства – члены Европейских сообществ сформировали дополнительные организационные структуры, координирующие их мероприятия в сфере внешней политики и борьбы с преступностью: Европейское политическое сотрудничество, функционирующее с 1970 г., и группа «ТРЕВИ» на уровне министров внутренних дел, созданная в 1975 г.[4]

Именно на основе Европейских сообществ и вышеупомянутых дополнительных структур в конце XX в. был учрежден Европейский Союз как организация, призванная развивать интеграционные процессы во всех сферах общественной жизни (организация общей компетенции). Учредительный договор ЕС был подписан в 1992 г. и вступил в силу 1 ноября 1993 г.

Современный вид ЕС приобрел спустя еще примерно полтора десятилетия: 1 декабря 2009 г., когда вступил в силу Лиссабонский договор 2007 г. (неофициальное название – Договор о реформе ЕС), который перенес в учредительные документы ЕС ключевые положения проекта Европейской конституции, подготовленного в начале XXI в.[5]

ЕС выступает наследником и полным правопреемником бывших Европейских сообществ, за исключением Европейского сообщества по атомной энергии (Евратома). Евратом функционирует сегодня как формально самостоятельная европейская интеграционная организация в сфере атомной энергетики, но фактически выступает составной частью ЕС: включает те же самые государства-члены и управляется институтами ЕС (собственных руководящих органов Евратом не имеет).

Главным результатом интеграционных мероприятий ЕС, проведенных с момента основания Европейских сообществ, является превращение совокупной территории входящих в него государств в «пространство без внутренних границ» (фр. espace sans frontieres interieures; англ. area without internal frontiers), т. е. территорию, где могут свободно передвигаться люди, а также создаваемые ими материальные и нематериальные блага.

Пространство без внутренних границ сначала было создано в экономической сфере – «общий рынок» Европейских сообществ, в настоящее время – «внутренний рынок» Европейского Союза, также называемый единым рынком ЕС или, неофициально, единым европейским рынком:

«Внутренний рынок охватывает пространство без внутренних границ, в котором согласно положениям Договоров [учредительных документов ЕС][6] обеспечивается свободное передвижение товаров, лиц, услуг и капиталов» (ст. 26 Договора о функционировании Европейского Союза 1957 г. – бывшего Договора об учреждении Европейского экономического сообщества).

На рубеже XX–XXI вв. пространство без внутренних границ наряду с экономическим приобрело гуманитарное и правоохранительное измерение под названием «пространство свободы, безопасности и правосудия»:

«Союз предоставляет своим гражданам пространство свободы, безопасности и правосудия без внутренних границ, в рамках которого обеспечивается свободное передвижение лиц во взаимосвязи с соответствующими мерами по вопросам контроля внешних границ, предоставления убежища, иммиграции, а также предотвращения преступности и борьбы с этим явлением» (ст. 2 Договора о Европейском Союзе 1992 г.).

В развитие учредительных документов ЕС европейские институты издают текущее законодательство, устанавливающее детальные правила регулирования миграционных процессов как внутри ЕС, так и в отношениях со странами, не входящими в его состав, к числу которых относится и Россия (третьи страны/третьи государства).

Вместе взятые, нормы учредительных документов, текущего законодательства и других правовых актов ЕС, которые регулируют внутреннюю и внешнюю миграцию, составляют миграционное право Европейского Союза.

На теоретическом уровне миграционное право может рассматриваться в качестве комплексной отрасли права ЕС.

Как отрасль миграционное право имеет собственный предмет правового регулирования – общественные отношения, связанные с въездом и выездом, пребыванием и проживанием граждан одного государства на территории другого. Субъектами подобных отношений выступают как граждане государств – членов ЕС, одновременно обладающие сегодня наднациональным гражданством Союза, так и граждане третьих стран, а также апатриды – лица без гражданства, которые обычно приравниваются ЕС в правах и обязанностях к гражданам третьих стран.

Будучи комплексной отраслью, миграционное право представляет собой синтез (сочетание) норм классических отраслей в части, относящейся к регулированию миграционных правоотношений – конституционного права, административного права, трудового права, права социального обеспечения, уголовного права и некоторых других.

Наконец, в качестве отрасли права ЕС его миграционное право подчиняется общим принципам, присущим этой правовой системе в целом. Важнейшие из них были установлены Судом Европейского Союза еще в 1960-е гг.:

• принцип примата (верховенства) права ЕС по отношению к национальному праву государств-членов;

• принцип прямого действия права ЕС в отношении физических и юридических лиц.

В современной судебной практике Суда Европейского Союза сущность права ЕС как интеграционной правовой системы определяется следующим образом:

«Учредительные Договоры Союза, в отличие от обычных международных договоров, создали новый правопорядок, обладающий собственными институтами, в пользу которого его государства-члены ограничили во все более широких сферах свои суверенные права и субъектами которого являются не только государства, но также их граждане ‹…›

Право Союза характеризуется тем, что оно проистекает из автономного источника, образуемого [учредительными] Договорами, своим приматом по отношению к правовым системам государств-членов, а также прямым действием всей совокупности положений, подлежащих применению к их гражданам и к ним самим ‹…›

Достижение целей Союза ‹…› опирается на комплекс основополагающих положений, таких как положения, предусматривающие свободу передвижения товаров, услуг, капиталов и лиц, гражданство Союза, пространство свободы, безопасности и правосудия, а также конкурентную политику. Эти положения, являющиеся составной частью системы, присущей Союзу, структурированы таким образом, чтобы вносить вклад – каждое в своей специфической сфере и со своими особыми чертами – в осуществление процесса интеграции, который для самого Союза является смыслом существования» (заключение Суда от 18 декабря 2014 г. по проекту соглашения об условиях присоединения ЕС к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод)[7].

Миграционно-правовые нормы содержатся во всех видах источников права ЕС.

Источники первичного права, играющие для ЕС роль конституции, закрепляют принципы и другие основополагающие правила, в том числе в плане наделения европейских институтов компетенцией осуществлять правовое регулирование внутренней и внешней миграции.

К этим источникам относятся, прежде всего, учредительные документы ЕС, вместе обозначаемые словом «Договоры» (с большой буквы): один краткий (55 статей) – Договор о Европейском Союзе (ДЕС) 1992 г., другой подробный (свыше 350 статей), детализирующий содержание первого – Договор о функционировании Европейского Союза (ДФЕС) 1957 г.

Оба Договора действуют сегодня в редакции Лиссабонского договора о реформе ЕС 2007 г. (последний, как отмечалось выше, представляет собой набор поправок, т. е. не предназначен для самостоятельного применения) и имеют одинаковую – высшую – юридическую силу в праве ЕС.

По своей юридической силе к Договорам приравнена Хартия Европейского Союза об основных правах 2000 г., которая также действует сегодня в редакции 2007 г., адаптированной к новациям Лиссабонского договора.

Источники вторичного права представляют собой акты, издаваемые европейскими институтами, а также вспомогательными органами и учреждениями ЕС в рамках компетенции, закрепленной в учредительных документах.

Наибольшее значение для развития миграционного права, как и других отраслей права ЕС, имеют законодательные акты, которые издают институты, осуществляющие на европейском уровне законодательную функцию (как правило, совместно – посредством так называемой «обычной законодательной процедуры»):

• Европейский парламент – институт, представляющий общие интересы граждан Союза и избираемый их всеобщими прямыми выборами сроком на 5 лет;

• Совет Европейского Союза (Совет) – институт, представляющий интересы государств-членов и включающий по одному представителю от их национальных правительств на министерском уровне.

Законодательные акты ЕС имеют обязательную силу для государств-членов и могут приниматься против воли отдельных из них, представители которых при голосовании в Совете остались в меньшинстве.

В отличие от национальных правовых систем, правовой системе ЕС, в том числе его миграционному праву, неизвестно понятие «закон». Когда законодательный акт ЕС предназначен для прямого (непосредственного) применения ко всем лицам, он получает название регламент – например, Регламент (ЕС) 2016/399 Европейского парламента и Совета от 9 марта 2016 г. о Кодексе Союза о режиме пересечения людьми границ (Шенгенском кодексе о границах).

Когда законодательный акт ЕС направлен на сближение (гармонизацию) национального права, он принимается под названием директива (в праве ЕС этот термин может рассматриваться как синоним основ законодательства) – например, Директива 2004/38/ЕС Европейского парламента и Совета от 29 апреля 2004 г. о праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов.

Издание директивы порождает обязанность для государств-членов привести в соответствие с ней и в установленный ею срок внутренние законы и подзаконные акты – трансформировать директиву в национальное законодательство. Если этого не будет сделано, то государства-нарушители могут быть подвергнуты штрафным санкциям Судом ЕС, а граждане, другие физические и юридические лица получают возможность непосредственно отстаивать свои права, вытекающие из директивы, в спорах с государственными органами и, при необходимости, получать от них возмещение вреда, причиненного неисполнением директивы.

В некоторых случаях, особенно по организационным, финансовым и внешнеполитическим вопросам, законодательные акты ЕС также могут приниматься в форме юридически обязательных решений – например, Решение № 1105/2011/ЕС Европейского парламента и Совета от 25 октября 2011 г. о перечне документов на поездку, которые дают право их обладателю пересекать внешние границы и в которые может проставляться виза, и об учреждении механизма составления данного перечня.

Европейский парламент и Совет издают законодательные акты, как правило, по предложению Европейской комиссии (Комиссии) – главного исполнительного института ЕС. Аналогично правительствам государств Комиссия также сама занимается нормотворчеством на основании полномочий, предоставленных ей законодательными актами ЕС: так называемые «делегированные» и «исполнительные» регламенты, директивы, решения Комиссии.

Например, согласно Визовому кодексу ЕС, утвержденному регламентом (законодательным актом) Европейского парламента и Совета в 2009 г., Комиссия уполномочена издавать оперативные инструкции о его практическом применении (ст. 51 «Инструкции о практическом применении Визового кодекса»). Важнейшей из таких инструкций является Руководство по рассмотрению ходатайств о предоставлении визы и об изменении выданных виз, утвержденное решением Комиссии от 19 марта 2010 г.[8]

Существенную роль в развитии и применении миграционного права ЕС играет судебная практика Суда Европейского Союза, которая не только устанавливает единообразное толкование источников первичного и вторичного права, но выводит из них новые принципы и юридические нормы, т. е. выступает в качестве прецедентного права ЕС.

Судебная практика Суда Европейского Союза формируется:

• с одной стороны, при рассмотрении дел искового производства, в которых Суд ЕС выносит окончательное решение по существу – например, исков о нарушении обязательств из права ЕС государствами-членами с возможным наложением на них штрафных санкций (подобные иски обычно подаются Европейской комиссией как исполнительным институтом, осуществляющим надзор за соблюдением права ЕС), или исков к институтам, органам, учреждениям ЕС (например, исков об аннулировании правовых актов ЕС, которые могут подавать и физические/юридические лица, в том числе из России и других государств, не входящих в ЕС);

• с другой стороны, при рассмотрении преюдициальных запросов органов правосудия государств-членов, которые разбирают гражданские, уголовные и иные дела на основании права ЕС и обращаются к Суду Европейского Союза за получением официального толкования применяемых ими источников права ЕС (для высших судебных инстанций государств-членов такое обращение является обязательным).

При толковании юридических норм ЕС, закрепляющих миграционные и иные права граждан, Суд Европейского Союза традиционно дает им широкую интерпретацию (расширительное толкование). Напротив, нормы, предусматривающие исключения из этих прав, интерпретируются Судом ЕС в узком смысле (строгое (ограничительное) толкование).

ЕС – интеграционная организация, которой ее государствами-членами делегирована компетенция по вопросам не только внутренней, но и внешней политики. Для осуществления внешнеполитических задач ЕС наделен международной правосубъектностью, в рамках которой он заключает международные соглашения с третьими странами и международными организациями – например, соглашения о реадмиссии нелегальных иммигрантов, о взаимном упрощении выдачи виз или о переходе к безвизовому режиму.

В силу общепризнанного принципа международного права, признаваемого Судом ЕС, – «pacta sunt servanda» (лат. «договоры должны соблюдаться»), международные соглашения ЕС имеют преимущественную силу перед регламентами, директивами, другими внутренними правовыми актами институтов, органов, учреждений ЕС. В то же время, они не должны противоречить учредительным документам ЕС и Хартии ЕС об основных правах, играющим для ЕС роль конституции, т. е. относятся к источникам вторичного, а не первичного права.

Переговоры о заключении международных соглашений от имени ЕС обычно проводит Европейская комиссия, решение о заключении соглашений принимает Совет Европейского Союза, одобрение (ратификацию) важнейших соглашений производит Европейский парламент. В некоторых случаях, когда предмет международного соглашения выходит за рамки компетенции ЕС, оно заключается Европейским Союзом совместно с государствами-членами и, соответственно, выносится на ратификацию в национальные парламенты (соглашение между ЕС и его государствами-членами, с одной стороны, и третьей страной/международной организацией, с другой стороны)[9].

С точки зрения действия во времени нормы миграционного права ЕС подлежат применению с даты вступления в силу закрепляющего их источника права ЕС. Так, в отношении законодательных актов ЕС установлено следующее общее правило:

«Законодательные акты публикуются в Официальном журнале Европейского Союза. Они вступают в силу в день, который ими установлен, либо – при отсутствии такового – на двадцатый день после их опубликования» (ст. 297 ДФЕС).

Для законодательных актов в форме директив также важен срок их трансформации в национальное законодательство, указываемый посредством календарной даты. Например, упомянутая выше Директива 2004/38/ЕС Европейского парламента и Совета от 29 апреля 2004 г. о праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов установила данный срок до 30 апреля 2006 г., т. е. продолжительностью в два года:

«Государства-члены вводят в действие необходимые законодательные, регламентарные и административные положения, чтобы привести себя в соответствие с настоящей Директивой не позднее 30 апреля 2006 г. Государства-члены незамедлительно информируют о них Комиссию» (ст. 40 Директивы 2004/38/ЕС «Трансформация»).

С точки зрения действия по кругу лиц нормы миграционного права ЕС первоначально регулировали вопросы исключительно внутренней миграции граждан государств-членов, которые сегодня являются также гражданами Союза в целом. Граждане третьих стран подпадали под действие этих норм лишь в том случае, если они выступали членами семьи граждан Союза, реализующих свое право на свободное передвижение (например, супруга гражданина Италии, живущего и работающего в Люксембурге).

В настоящее время в связи с созданием в ЕС пространства свободы, безопасности и правосудия все более важное место в миграционном праве ЕС занимает регулирование въезда и пребывания граждан третьих стран и приравниваемых к ним апатридов.

Соответственно, под действие норм миграционного права ЕС в той или иной степени сегодня подпадают все физические лица, в том числе граждане России, отравляющиеся, въезжающие, находящиеся или проживающие в ЕС. Наряду с физическими лицами под действие этих норм подпадают юридические лица и государства – члены ЕС в лице своих органов, учреждений, должностных лиц, с которыми мигрант вступает в правоотношения: работодатели, медицинские учреждения, учебные заведения, службы занятости, миграционные ведомства, полиция, органы пограничного контроля и т. д.

С точки зрения действия в пространстве источники и нормы миграционного права, как правило, издаются для всего ЕС, включающего сегодня 28 государств-членов: Австрия, Бельгия, Болгария, Великобритания[10], Венгрия, Германия, Греция, Дания, Ирландия, Испания, Италия, Кипр, Латвия, Литва, Люксембург, Мальта, Нидерланды, Польша, Португалия, Румыния, Словакия, Словения, Финляндия, Франция, Хорватия, Чехия, Швеция, Эстония.

Из правила об общеобязательности норм миграционного права ЕС имеются отдельные исключения, которые подробно будут рассмотрены в соответствующих разделах книги. Например, Визовый кодекс и другие законодательные акты ЕС по вопросам общей визовой политики имеют силу только в пределах Шенгенского пространства, за рамками которого остались Великобритания, Ирландия, а также некоторые восточноевропейские государства – члены ЕС. Законодательство ЕС по вопросам иммиграции и убежища граждан третьих стран не распространяет силы на Данию, а к Великобритании и Ирландии применяется только в случае их добровольного на то согласия.

Существуют также исключения противоположного характера. Так, западноевропейские государства, состоящие в Европейской ассоциации свободной торговли (Исландия, Лихтенштейн, Норвегия, Швейцария), заключили с ЕС специальные соглашения, на основе которых они сначала подчинили себя законодательству ЕС по вопросам экономической миграции граждан, затем стали ассоциированными участниками Шенгенского пространства с правом выдавать Шенгенскую визу.

Для понимания роли и значения миграционного права ЕС важно также учитывать его соотношение с национальным миграционным правом государств – членов ЕС.

С одной стороны, в соответствии с принципом верховенства, присущим праву ЕС в целом, европейские миграционно-правовые нормы и закрепляющие их источники имеют преимущественную силу перед нормами национального миграционного законодательства. В настоящее время национальное законодательство по вопросам миграции также в существенной мере является единообразным (гармонизированным) благодаря включению в его содержание норм, трансформированных из директив ЕС.

С другой стороны, в соответствии с учредительными документами ЕС сферы общественной жизни, входящие в предмет его миграционного права, относятся к категории совместной компетенции ЕС и государств-членов. Это означает, что по вопросам, пока не урегулированным европейским (наднациональным) законодательством, применяются внутригосударственные (национальные) законы или кодексы о миграции, которые имеют различное содержание в зависимости от государства – члена ЕС, их принявшего. В настоящей книге национальное миграционное законодательство рассматривается на примере законодательства Франции, Бельгии, Польши, а также Швейцарии – государства, не состоящего в ЕС, но являющегося ассоциированным участником Шенгенского пространства.

1. Миграционные права граждан европейского союза и членов их семей

1.1. Право на свободное передвижение и проживание как основное право граждан Европейского Союза

1.1.1. Понятие и юридическое значение гражданства Европейского Союза

Европейский Союз (ЕС) – уникальное по своей правовой природе интеграционное объединение, сочетающее черты международной организации и конфедерации суверенных государств, с одной стороны, с чертами федеративного государства, с другой стороны.

Одной из наиболее ярких федеративных черт ЕС является наличие у него собственного гражданства. Подобное гражданство официально называется гражданством Союза (фр. citoyennete de l’Union; англ. Union citizenship), неофициально – европейским, или наднациональным гражданством.

В соответствии с учредительными документами ЕС – Договором о Европейском Союзе (ст. 9 ДЕС) и Договором о функционировании Европейского Союза (ст. 20 ДФЕС):

• гражданами Союза автоматически признаются граждане всех государств-членов, причем государства-члены самостоятельно решают вопросы о приобретении или утрате своего национального гражданства (а вместе с ним и европейского);

• гражданство Союза дополняет собой национальное гражданство и не подменяет его.

Юридическое и практическое значение европейского гражданства выражается в дополнительных правах – правах гражданина Союза, которые связывают гражданина с ЕС и его государствами-членами, вместе взятыми.

Благодаря этим правам граждане Союза получают более широкие возможности для реализации своих потребностей и интересов сверх тех, которыми они располагают как любые человеческие существа (права человека) или как граждане своих государств (права национального гражданина).

Например, одним из основных прав человека и национального гражданина, закрепленных в конституционных и международно-правовых документах, является свобода передвижения и проживания в пределах государственной территории:

• «Все немцы пользуются свободой передвижения на всей федеральной территории» (ст. 11 Основного закона ФРГ 1949 г.);

• «Испанцы имеют право свободно избирать свое местожительство и передвигаться по национальной территории» (ст. 19 Конституции Испании 1978 г.);

• «Каждый, кто на законных основаниях находится на территории какого-либо государства, имеет в пределах этой территории право на свободу передвижения и свободу выбора местожительства» (ст. 2 Протокола № 4 1963 г. к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод) и т. д.

Гражданство Союза в полной мере сохраняет за немцами, испанцами, гражданами других государств-членов ЕС это право. Вместе с тем – в качестве уже европейских граждан – те же самые лица управомочены находиться и жить территории любого государства-члена ЕС, отличного от родного (государства национального гражданства): немцы в Испании, испанцы в Германии, греки во Франции или Швеции и т. д.

В настоящее время учредительные документы ЕС (часть вторая «Недискриминация и гражданство Союза» ДФЕС: ст. 20 – 22) и Хартия ЕС об основных правах (раздел II «Свободы» и раздел V «Гражданство»: ст. 15, 39 – 40, 45) закрепляют за гражданами Союза следующие основные правами и свободы в миграционных правоотношениях внутри ЕС:

• право свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов;

• право избирать и быть избранными на выборах в Европейский парламент, а также на муниципальных выборах в государстве-члене, где они проживают, на тех же условиях, что и граждане данного государства;

• свобода искать работу, трудиться, учреждать собственное дело и предоставлять услуги во всех государствах-членах.

При выезде за пределы ЕС гражданам Союза гарантируется право на получение консульской защиты в третьих странах со стороны дипломатических и консульских учреждений всех государств-членов ЕС.

Данное право также имеет дополнительный характер к правам национального гражданина, поскольку может быть реализовано только при отсутствии представительства родного государства:

«Каждый гражданин Союза на территории третьей страны, где не представлено государство-член, гражданином которого он является, пользуется защитой со стороны дипломатических и консульских учреждений любого государства-члена на тех же условиях, что и граждане данного государства» (ст. 23 ДФЕС; ст. 46 «Дипломатическая и консульская защита» Хартии ЕС об основных правах).

Порядок реализации права на консульскую защиту конкретизирует специальный законодательный акт ЕС – Директива (ЕС) 2015/637 Совета от 20 апреля 2015 г., устанавливающая меры координации и сотрудничества, необходимые с целью облегчить консульскую защиту граждан Союза, не представленных в третьих странах[11].

Согласно Директиве (ЕС) 2015/637 (ст. 7 «Доступ к консульской защите и другие механизмы») граждане Союза, родные государства которых не имеют представительства в третьей стране, по своему выбору вправе обращаться за консульской защитой в посольство или консульство любого представленного там государства-члена ЕС. В некоторых ситуациях консульская защита может предоставляться и при отсутствии обращения со стороны нуждающегося в ней гражданина Союза.

В рамках консульской защиты граждане Союза вправе рассчитывать на получение содействия, как минимум, в шести случаях (ст. 9 «Формы содействия» Директивы (ЕС) 2015/637):

• в случае задержания или заключения под стражу;

• в случае, если они стали жертвой преступления или иного правонарушения;

• при несчастном случае или серьезном заболевании;

• в случае смерти;

• когда они нуждаются в помощи или репатриации в экстренной ситуации;

• когда им нужно получить временный документ для совершения международных поездок (например, при утере паспорта).

Помимо указанных выше прав учредительные документы и Хартия ЕС об основных правах наделяют граждан Союза рядом других основных прав, реализация которых не увязываются с участием их в миграционных правоотношениях.

Таковы, например, право направлять петиции Европейскому парламенту, право подавать жалобы Европейскому омбудсману, право обращаться к институтам и консультативным органам ЕС на любом из официальных языков ЕС (ныне 24 языка)[12], гражданская инициатива – коллективное право не менее 1 млн граждан Союза инициировать принятие нового законодательства ЕС. Некоторыми из этих прав могут пользоваться и другие физические или юридические лица при условии, что они проживают или имеют свой юридический адрес в ЕС – например, право петиций или право направления жалоб Европейскому омбудсману.

Реализация гражданами Союза своих прав, установленных на европейском уровне, не зависит от условий приобретения гражданства государства-члена и, вместе с ним, европейского гражданства: по рождению, в порядке натурализации и др.

Как постановил Суд Европейского Союза еще в 1979 г. (в рамках бывших Европейских сообществ): «Никакое положение Договора [о ЕЭС, ныне Договор о функционировании ЕС] не позволяет в рамках его сферы применения по-разному относиться к гражданам государства-члена в зависимости от времени или способа приобретения ими гражданства этого государства, поскольку в момент, когда они ссылаются в свою пользу на положения права Сообщества [ныне права ЕС], они обладают гражданством государства-члена и выполняются другие условия применения нормы, на которую они ссылаются» (решение Суда от 7 февраля 1979 г. 136/78 по делу «Ауэр»)[13].

Европейские граждане в полной мере сохраняют свои права, вытекающие из права ЕС, и в ситуациях двойного гражданства ЕС и третьей страны. Например, Суд Европейского Союза признал Испанию нарушителем права ЕС по той причине, что она отказывала аргентинцу по рождению, который позднее также приобрел итальянское гражданство, в возможности заниматься самостоятельной экономической деятельностью на своей территории («свобода учреждения» по праву ЕС), так как согласно испанскому Гражданскому кодексу последний считается гражданином третьей страны (Аргентины), а не другого государства-члена ЕС (Италии).

Как отметил Суд Европейского Союза: «Положения права Сообщества [ныне права ЕС] в области свободы учреждения препятствуют тому, чтобы государство-член отказывало в пользовании данной свободой гражданину другого государства-члена, который одновременно обладает гражданством третьего государства, на том основании, что законодательство принимающего государства рассматривает его в качестве гражданина третьего государства» (решение Суда от 7 июля 1992 г. С-369/90 по делу «Мичелетти»)[14].

1.1.2. Принцип недискриминации граждан Европейского Союза

Основополагающим принципом правового положения граждан Союза, играющим ключевую роль в миграционных правоотношениях, является принцип недискриминации в зависимости от национального гражданства[15]. Данный принцип был введен еще до учреждения ЕС и его гражданства (в рамках бывшего Европейского экономического сообщества в 1957 г.).

В настоящее время принцип недискриминации закреплен в ст. 18 ДФЕС, которой открывается часть вторая ДФЕС «Недискриминация и гражданство Союза», и воспроизведен в разделе V «Равенство» Хартии ЕС об основных правах (параграф 2 ст. 21 «Недискриминация»)[16]:

«В сфере применения Договоров и без ущерба предусмотренным в них специальным положениям запрещается любая дискриминация по признаку национального гражданства».

Суд ЕС и большая часть европейской правовой доктрины рассматривают принцип недискриминации как эквивалент принципа равенства – как равенство, выраженное в негативной форме (запрет дискриминации). Суд ЕС, однако, не запрещает государствам-членам осуществлять обратную дискриминацию, т. е. применять к гражданам других государств-членов более благоприятные условия, чем к собственным гражданам. На практике случаи обратной дискриминации встречаются очень редко[17].

Суд ЕС также признает принцип недискриминации в качестве самостоятельного субъективного права, нарушения которого могут оспариваться пострадавшими лицами. Соответствующие дела, по общему правилу, рассматривают национальные суды государств-членов, которые при необходимости обращаются с преюдициальными запросами в Суд ЕС.

Ссылки на закрепляющую принцип недискриминации ст. 18 ДФЕС не допускаются в тех случаях, когда положения о запрете дискриминации включены в содержание других статей учредительных документов, которые имеют специальный характер. Так, применительно к гражданам Союза, занимающимся экономической деятельности в других государствах-членах, запрет дискриминации вытекает из положений ДФЕС, посвященных свободе передвижения работников, свободе учреждения и свободе предоставления услуг на едином внутреннем рынке ЕС (см. 1.2.1).

Европейскими институтами издано специальное законодательство, которое определяет порядок реализации отдельных аспектов принципа недискриминации.

Так, граждане Союза, а равно законно находящиеся в ЕС граждане России и других третьих стран, которые не располагают достаточными средствами для оплаты услуг адвоката при рассмотрении гражданских или торговых дел в государстве-члене, отличном от государства их проживания, получают там бесплатную юридическую помощь в порядке, предусмотренном Директивой 2003/8/ЕС Совета от 27 января 2003 г. об улучшении доступа к правосудию в трансграничных делах путем установления общих минимальных правил в отношении юридической помощи, предоставляемой в рамках подобных дел[18]. Положения Директивы 2003/8/ЕС распространяются на все государства-члены ЕС, за исключением Дании (государство-член, пользующееся изъятием из законодательства ЕС по большинству вопросов пространства свободы, безопасности и правосудия).

Если гражданин Союза стал жертвой преступления в государстве-члене, отличном от государства его обычного места жительства, то наравне с гражданами государства-члена, где было совершено преступление, он вправе получать там финансовую компенсацию за счет государственного бюджета в порядке, предусмотренном главой I «Доступ к возмещению вреда в трансграничных ситуациях» Директивы 2004/80/ЕС Совета от 29 апреля 2004 г. о возмещении вреда жертвам преступности[19]. Директива 2004/80/ЕС одновременно возлагает обязанность на все без исключения государства-члены иметь государственные фонды для выплаты компенсации «жертвам насильственной умышленной преступности на их соответствующих территориях, которые гарантируют справедливое и надлежащее возмещение вреда потерпевшим» (глава II «Национальные режимы возмещения вреда»).

Исходя из расширительного подхода к толкованию субъективных прав граждан Союза (см. введение), Суд ЕС, а вслед за ним и судебные органы государств-членов признают в качестве запрещенной не только прямую, но и косвенную дискриминацию.

Прямая дискриминация проводится непосредственно исходя из принадлежности физического лица к гражданству другого государства-члена ЕС и, поэтому, иначе называется явной, или открытой, дискриминацией (фр. discrimination ostensible).

Косвенная дискриминация выражается в мерах, которые внешне имеют нейтральный характер по отношению ко всем гражданам, но в реальности ставят граждан других государств-членов в менее благоприятные условия. Подобную дискриминацию выявить сложнее, поэтому ее также принято называть скрытой, или завуалированной (фр. discrimination dissimulee).

Примером косвенной дискриминации может служить попытка Бельгии установить количественные ограничения (квоты) для приема студентов на бюджетные места ее медицинских вузов, исходя из которых преимущественное право поступления предоставляется лицам, проживающим в этом государстве-члене.

Хотя подобные квоты де-юре не связаны с обладанием бельгийским гражданством, Суд ЕС в преюдициальном решении, вынесенном по запросу Конституционного суда Бельгии, постановил, что они де-факто ставят в более благоприятное положение бельгийцев, так как условие о месте жительства «легче выполнить национальным гражданам, которые чаще всего проживают в Бельгии, чем гражданам других государств-членов, место жительства которых, напротив, обычно находится в ином государстве-члене, чем Бельгия» (решение Суда от 13 апреля 2010 г. по делу С-73/80 «Брессоль»)[20].

В качестве субъектов, обязанных соблюдать принцип недискриминации, могут выступать не только государственные органы и учреждения, но и другие физические и юридические лица. Например, еще в одном деле, затрагивающем косвенную (завуалированную) дискриминацию, гражданин Австрии оспорил в судах Германии тарифную политику частного юридического лица, управляющего пляжем в одном из немецких муниципалитетов. Данная политика состояла во взимании более низкой платы за посещение пляжа с лиц, проживающих в соответствующем муниципалитете, и, соответственно, более высокой платы с остальных лиц.

Конституционный суд ФРГ, рассматривая дело в качестве высшей судебной инстанции своей страны, признал такую практику незаконной как противоречащую принципу недискриминации граждан Союза. Одновременно он дезавуировал позицию нижестоящих немецких судов, которые отказали в иске гражданину Австрии на том основании, что принцип недискриминации якобы имеет только вертикальное, но не горизонтальное прямое действие, т. е. может применяться лишь в правоотношениях с государственными институтами, но не с другими физическими или юридическими лицами (постановление Конституционного суда ФРГ № 470/08 от 19 июля 2016 г.)[21].

Принцип недискриминации граждан Союза в зависимости от национального гражданства допускает отдельные исключения. В отношении прямой дискриминации исключения возможны только в случаях, прямо предусмотренных учредительными документами ЕС или изданными на их основе правовыми актами европейских институтов ЕС, которые будут рассмотрены ниже.

Подобные исключения относятся, главным образом, к недопущению граждан других государств-членов как иностранцев к государственными должностям и другим видам деятельности, связанным с оправлением государственной власти: работа судьей, полицейским и т. п.

К гражданам Союза, желающим поселиться в другом государстве-члене, также разрешено применять другие ограничительные меры, невозможные в отношении национальных граждан: требование иметь достаточные финансовые ресурсы для проживания (когда гражданин другого государства-члена не работает); некоторые ограничения в области доступа к социальному обеспечению и социальной помощи; наконец, возможность отказа во въезде или депортации в особо серьезных случаях (см. 1.1.4, 1.2).

В отношении косвенной дискриминации круг допустимых исключений является более широким. Суд ЕС соглашается признать соответствующие меры оправданными также в случаях, когда они служат общественно полезным целям и не выходят за рамки того, что действительно необходимо для их достижения (в подобных случаях судебная практика оперирует выражениями «легитимные цели», «настоятельные соображения общего интереса» или «императивные потребности»).

Например, в упомянутом выше решении по делу «Брессоль», где оспаривались квоты (количественные ограничения) на доступ в бельгийские медицинские вузы для лиц, не имеющих места жительства в Бельгии, Суд ЕС допустил, что подобная мера может быть признана оправданной по соображениям необходимости обеспечить нормальное функционирование национальной системы здравоохранения, а именно, комплектование бельгийских медицинских учреждений достаточным числом квалифицированных врачей (лица, не проживающие в Бельгии, после получения там искомого диплома, скорее всего, уедут из страны).

Итоговый вывод Суда ЕС в ответ на запрос Конституционного суда Бельгии по делу «Брессоль», соответственно, выглядит следующим образом:

«Статьи 18 [принцип недискриминации в зависимости от национального гражданства] и 21 [свобода передвижения и проживания граждан Союза] ДФЕС препятствуют национальным правилам, таким как в рассматриваемом деле, которые ограничивают количество студентов, не считающихся проживающими в Бельгии, имеющих право впервые поступать в [бельгийские] высшие учебные заведения для обучения по медицинским и парамедицинским образовательным программам – если только направивший запрос судебный орган, оценив все относящиеся к делу элементы, представленные компетентными властями, не придет к выводу, что такие правила оправданы целью защиты общественного здоровья».

Напротив, в другом приведенном выше примере, связанном с оспариванием дискриминационной тарифной политики управляющего немецким пляжем, Конституционный суд ФРГ отклонил ссылки на ее якобы полезные цели (повышение благосостояния муниципалитета, стимулирование чувства общности среди местных жителей и др.), которые пытался привести в свое оправдание ответчик.

Наряду с принципом недискриминации граждан Союза в зависимости от национального гражданства право ЕС запрещает дискриминацию по другим основаниям, в частности, по признакам пола, расы, цвета кожи, этнического или социального происхождения, генетических черт, религии или убеждений, политических или любых иных взглядов, принадлежности к национальному меньшинству, имущественного происхождения, рождения, инвалидности, возраста или сексуальной ориентации (ст. 19 ДФЕС; параграф 1 ст. 21 «Недискриминация» Хартии ЕС об основных правах). Особое внимание уделяется обеспечению равенства женщин и мужчин, в том числе равенству полов в вопросах заработной платы (ст. 2 ДЕС, ст. 8, 157 ДФЕС, ст. 23 «Равенство женщин и мужчин» Хартии ЕС об основных правах).

Данные аспекты недискриминации не связаны с участием граждан Союза в миграционных правоотношениях. Например, закрепленный в ст. 157 ДФЕС принцип «равенства заработной платы между работниками мужского и женского пола за одинаковую работу или за работу одинаковой стоимости» применяется и в тех случаях, когда итальянская гражданка работает на территории Италии на предприятии, принадлежащем итальянскому гражданину или юридическому лицу.

Применение данных аспектов недискриминации также не увязывается с гражданской принадлежностью лица. Они распространяются на любого человека, в том числе гражданина России, который проживает или находится в государствах-членах ЕС, а равно на граждан России и других третьих стран, которые, находясь у себя на родине, желают посетить государства-члены ЕС и обращаются с этой целью в их консульства за визой.

В отношении обращения с подобными лицами Визовый кодекс ЕС закрепляет следующее положение:

«При осуществлении своих задач консульскому персоналу запрещается проявлять в отношении людей любую дискриминацию по признакам пола, расового или этнического происхождения, религии или убеждений, инвалидности, возраста или сексуальной ориентации» (параграф 3 ст. 39 «Поведение персонала» Визового кодекса).

Аналогичные требования предъявляются Кодексом Союза о режиме пересечения людьми границ (Шенгенским кодексом о границах) к должностным лицам государств-членов ЕС при осуществлении пограничных проверок:

«В ходе пограничных проверок пограничники не должны проявлять к людям никакой дискриминации по признакам пола, расы или этнического происхождения, религии или убеждений, инвалидности, возраста или сексуальной ориентации» (параграф 2 ст. 7 «Условия проведения пограничных проверок» Шенгенского кодекса о границах).

1.1.3. Содержание права граждан Европейского Союза на свободное передвижение и проживание

В системе основных прав гражданина Союза, т. е. дополнительных прав, которые граждане государств-членов ЕС приобретают благодаря наличию у них европейского (наднационального) гражданства, наиболее важным с точки зрения обычного человека является право свободно передвигаться и проживать на территории любого государства-члена ЕС, отличного от своего собственного.

По данным опросов общественного мнения, свыше половины (56 %) европейских граждан считают наделение их рассматриваемым правом наиболее позитивным достижением ЕС, а свыше двух третей (67 %) полагают, что свободное передвижение положительно сказывается на экономике их родных государств[22].

Право граждан Европейского Союза на свободное передвижение и проживание закреплено в учредительных документах ЕС (ст. 21 ДФЕС) и в Хартии ЕС об основных правах (ст. 45 «Свобода передвижения и проживания») следующим образом:

«Каждый гражданин Союза имеет право свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов при соблюдении ограничений и условий, предусмотренных Договорами и положениями, принятыми на основании последних».

Процитированное положение является нормой прямого действия, однако, как и другие положения об основных правах, в целях эффективного претворения в жизнь нуждается в конкретизации на уровне текущего законодательства. Законодательным актом ЕС, предназначенным для решения этой задачи, выступает Директива 2004/38/ЕС Европейского парламента и Совета от 29 апреля 2004 г. о праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов[23].

Директива 2004/38/ЕС регламентирует право граждан Союза на свободное передвижение и проживание как комплексное право, содержание которого складывается из комплекса отдельных, но тесно связанных друг с другом субъективных прав.

1. Право выезда (ст. 4 «Право выезда» Директивы 2004/38/ЕС).

Согласно ст. 4 Директивы 2004/38/ЕС право выезда означает право гражданина Союза «покидать территорию любого государства-члена с целью отправиться в другое государство-член». Государства-члены, в том числе государство, национальным гражданином которого является гражданин Союза (т. е. его родное государство), не могут препятствовать реализации этого права путем предъявления требования обладать выездной визой или аналогичных обязанностей по испрашиванию разрешения на выезд.

Право выезда также подразумевает обязанность родного государства гражданина Союза выдавать ему и, впоследствии, возобновлять (продлевать) удостоверение личности или паспорт для заграничных поездок. При выдаче и возобновлении паспорта срок действия последнего должен составлять не менее пяти лет.

Еще до создания ЕС и введения гражданства Союза государства-члены договорились указывать в паспортах наряду с национальным европейское происхождение своих граждан – с помощью формулировки «Европейское сообщество», сегодня «Европейский Союз», которая размещается перед названием выдающего паспорт государства на обложке и на первой странице. Соответствующие обязательства закрепила Резолюция представителей правительств государств-членов Европейских сообществ, заседавших в рамках Совета, от 23 июня 1981 г., которая учредила «единообразную модель» (фр. modele uniforme) паспортов европейских граждан как элемент «паспортного союза» (фр. union des passeports) государств-членов ЕС[24].

Законодательством ЕС, принятым в начале XXI в., также предусмотрено, что во избежание подделок и других обманных действий паспорта граждан Союза должны включать специальные элементы безопасности и биометрические элементы (отпечатки пальцев в электронной форме). Единые стандарты в отношении подобных элементов закрепил Регламент (ЕС) № 2252/2004 Совета от 13 декабря 2004 г. об установлении стандартов в отношении элементов безопасности и биометрических элементов, включаемых в паспорта и документы на поездку, выдаваемые государствами-членами[25].

В отношении удостоверений личности, отличных от паспортов, на основе которых граждане Союза также могут свободно передвигаться между государствами-членами, единые стандарты безопасности и защиты от подделок зафиксировала Резолюция государств-членов об удостоверениях личности, принятая их представителями (министрами) в рамках заседания Совета 4–5 декабря 2006 г.[26]

2. Право въезда (ст. 5 «Право въезда» Директивы 2004/38/ЕС).

В ст. 5 Директивы 2004/38/ЕС право гражданина Союза въезжать в другое (принимающее) государство-член закрепляется путем возложения обязанности на последнее впускать на свою территорию любого подобного гражданина, «снабженного действительным удостоверением личности или паспортом».

К въезжающему гражданину Союза не могут предъявляться требования доказывать (или даже просто указывать) цель своей поездки, условия пребывания, наличие у него денежных средств и выполнение других условий, которые обычно требуются от приезжающих в ЕС граждан третьих стран (см. 2.3.3.3). Независимо от того, входит государство-член в Шенгенское пространство или нет, гражданин Союза также «не может быть подчинен требованию обладать въездной визой или эквивалентным обязанностям»: для граждан Союза внутри всего ЕС визы полностью отменены.

Единственной обязанностью, которую государство-член согласно ст. 5 Директивы 2004/38/ЕС может возложить на въезжающего гражданина Союза, является «обязанность сообщать о своем присутствии на его территории в разумный и недискриминационный срок. Несоблюдение этой обязанности может сопровождаться недискриминационными и несоразмерными санкциями».

3. Право проживания до трех месяцев (ст. 6 «Право проживания до трех месяцев» Директивы 2004/38/ЕС).

В соответствии со ст. 6 Директивы 2004/38/ЕС: «Граждане Союза имеют право проживать на территории другого государства-члена в течение срока, не превышающего трех месяцев, без каких-либо иных условий или формальностей помимо требования обладать действительным удостоверением личности или паспортом».

Ввиду краткости срока Директива 2004/38/ЕС освобождает принимающее государство-член от обязанности «предоставлять право на получение социальной помощи в течение первых трех месяцев проживания». Если таковая все же предоставляется, то гражданин Союза может утратить право проживания, когда он «становится неразумным бременем для системы социальной помощи принимающего государства-члена» (параграф 1 ст. 14 «Сохранение права проживания» и параграф 2 ст. 24 «Равное обращение»).

4. Право проживания свыше трех месяцев (ст. 7 «Право проживания свыше трех месяцев» и ст. 8 «Административные формальности в отношении граждан Союза» Директивы 2004/38/ЕС).

В соответствии со ст. 7 и 8 Директивы 2004/38/ЕС реализация права проживания свыше трех месяцев предполагает выполнение гражданином Союза административных формальностей, которые может возлагать на него принимающее государство-член.

Эти формальности заключаются в регистрации гражданина Союза в компетентных органах принимающего государства-члена. Срок для регистрации, соответственно, должен составлять не менее трех месяцев с даты въезда. Справка о регистрации выдается немедленно с указанием имени и адреса зарегистрированного лица, а также даты регистрации.

Директива 2004/38/ЕС ставит приобретение права проживания свыше трех месяцев в зависимость от условий, характеризующих экономическое положение гражданина Союза, а именно:

• либо осуществление трудовой или самостоятельной экономической деятельности в качестве наемного или ненаемного работника в принимающем государстве-члене (при определенных обстоятельствах гражданин Союза сохраняет за собой право проживания и в случае прекращения работы, например, при утрате трудоспособности);

• либо наличие достаточных средств, чтобы не стать бременем для системы социальной помощи принимающего государства, и медицинской страховки (для учащихся также требуется доказательство зачисления в учебное заведение принимающего государства-члена).

Подробнее эти условия будут рассмотрены ниже при характеристике миграционных прав отдельных категорий граждан Союза (см. 1.2).

5. Право постоянного проживания (глава IV «Право постоянного проживания» Директивы 2004/38/ЕС).

Право постоянного предоставляется любому гражданину Союза, который законно и непрерывно прожил на территории принимающего государства-члена, в течение пяти лет. Для наемных и ненаемных работников этот срок может быть более кратким (см. 1.2.1).

На непрерывность проживания не влияют временные отсутствия гражданина Союза:

• не превышающие в общей сложности шести месяцев в год;

• более длительные отсутствия в целях исполнения воинских обязанностей;

• отсутствие в течение максимум двенадцати последовательных месяцев по важным причинам, таким как беременность или рождение ребенка, серьезное заболевание, учеба или профессиональное обучение, направление в командировку в другое государство-член или в третью страну.

Право постоянного проживания после его приобретения утрачивается только в случае отсутствия гражданина Союза в принимающем государстве-члене на протяжении двух лет подряд.

Административной формальностью, необходимой для удостоверения права постоянного проживания, является получение гражданином Союза особой разновидности вида на жительство, которая названа в Директиве 2004/38/ЕС «документ, удостоверяющий постоянное проживание» (конкретные наименования государства-члены определяют самостоятельно).

Документ, удостоверяющий постоянное проживание, выдается гражданину Союза компетентными органами принимающего государства-члена «после проверки длительности проживания» и «как можно в более короткий срок». При этом непрерывность проживания «может удостоверяться любыми доказательствами из числа тех, которые признаются допустимыми в принимающем государстве-члене».

Для приобретения права постоянного проживания единственным условием является длительность (срок) предшествующего проживания. Условия, относящиеся к экономическому положению гражданина Союза, в данном случае уже не применяются.

Применительно к административным формальностям, сопровождающим реализацию права проживания свыше трех месяцев и права постоянного проживания, Директива 2004/38/ЕС оговаривает, что справки о регистрации и документы, удостоверяющие постоянное проживание, выдаются гражданам Союза на бесплатной основе либо при оплате пошлины, «размер которой не превышает размера пошлин, взимаемых с национальных граждан за выдачу сходных документов». При этом получение искомого документа «ни в коем случае не может считаться предварительным условием для реализации права» проживания свыше трех месяцев или постоянного проживания, «а статус управомоченного лица может подтверждаться любыми иными доказательствами» (ст. 25 «Общие положения в отношении документов на проживание» Директивы 2004/38/ЕС).

Соответственно, невыполнение гражданином Союза административных формальностей в виде получения справки о регистрации или документа, удостоверяющего постоянное проживание, не может служить основанием для его выдворения с территории принимающего государства-члена. В то же время, в случае отсутствия у граждан Союза подобных документов принимающие государства-члены могут налагать на подобных граждан «санкции, аналогичные тем, какие они применяют к своим собственным гражданам в случае отсутствия у них при себе удостоверения личности» (ст. 26 «Проверки» Директивы 2004/38/ЕС).

В развитие принципа недискриминации граждан Союза в зависимости от национального гражданства (см. 1.1.2) Директива 2004/38/ЕС также предусматривает, что независимо от длительности проживания их права распространяются на всю территорию принимающего государства-члена. Принимающие государства-члены могут вводить территориальные ограничения права проживания и права постоянного проживания лишь в тех случаях, когда аналогичные ограничения «в равной мере предусмотрены для их собственных граждан» (ст. 22 «Территориальная сфера применения» Директивы 2004/38/ЕС).

Наконец, применительно ко всем аспектам права граждан Союза на свободное передвижение и проживание судебная практика Суда ЕС ставит под запрет иные меры государств-членов, которые способны удерживать граждан от желания путешествовать по ЕС (фр. dissuader – в дословном переводе «разубеждать», «отвращать», «устрашать»).

Подобный запрет адресуется, прежде всего, государствам-членам, к национальному гражданству которых принадлежат заинтересованные лица, т. е. их государствам происхождения (родным государствам). Последние не должны ставить своих национальных граждан, воспользовавшихся миграционными правами в качестве гражданин Союза, в менее благоприятное положение по сравнению с гражданами, не делавшими этого.

Примером мер, удерживающих от желания использовать миграционные права, может служить отказ Германии предоставлять льготы по уплате подоходного налога – налоговые вычеты в отношении расходов по оплате на обучение – немецким гражданам, которые отправили своих детей учиться в платные школы другого государства-члена ЕС (если бы дети был отправлены в немецкие школы, то вычет был бы предоставлен).

Рассматривая дело в преюдициальном порядке по запросу национального суда Германии, куда обратились с иском пострадавшие граждане, Суд ЕС постановил, что нормы учредительных документов ЕС, закрепляющие право граждан Союза на свободное передвижение и проживание, а равно свободу предоставления услуг на едином внутреннем рынке ЕС, препятствуют применению положений национального законодательства, которые «предусматривают для налогоплательщиков возможность указывать в качестве специальных расходов, дающих право на получение вычета из подоходного налога, оплату учебы в определенных школах, расположенных на национальной территории, но исключают по общему правилу такую возможность в отношении оплаты учебы в школе, расположенной в другом государстве-члене» (решение Суда от 11 сентября 2007 г. по делу С-76/05 «Шварц»)[27].

1.1.4. Допустимые ограничения права граждан Европейского Союза на свободное передвижение и проживание

В соответствии со ст. 21 ДФЕС, провозглашающей право граждан Союза на свободное передвижение и проживание, данное право реализуется ими при соблюдении не только условий, но и ограничений, «предусмотренных Договорами и положениями, принятыми на основании последних» (см. 1.1.3).

Ограничениями права на свободное передвижение и проживание, действующими в отношении всех граждан Союза, являются ограничения по соображениям общественного порядка, общественной безопасности и общественного здоровья.

Правовой основой для применения этих ограничений выступает глава VI «Ограничения права въезда и права проживания по соображениям общественного порядка, общественной безопасности или общественного здоровья» Директивы 2004/38/ЕС от 29 апреля 2004 г. о праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов.

Наиболее серьезным результатом применения ограничений выступает принятие компетентными органами принимающего государства-члена решения о запрете въезда на его территорию или о выдворении с его территории (при необходимости, решение о выдворении может сопровождаться решением о запрете въезда).

Вместе с тем, Директива 2004/38/ЕС ставит ограничения в жесткие правовые рамки, призванные, насколько возможно, сократить частоту их использования и избежать произвола и иных злоупотреблений со стороны национальных властей.

Применительно к ограничениям по соображениям общественного порядка и общественной безопасности Директива 2004/38/ЕС (ст. 27 «Общие принципы») предусматривает, что основанием для них может служить только личное поведение гражданина Союза, которое представляет «реальную, наличную и достаточно серьезную угрозу для одного из основополагающих интересов общества».

«Наличие вынесенных в прошлом обвинительных приговоров само по себе не может служить основанием для подобных мер». Ограничительные меры по соображениям общественного порядка, общественной безопасности, а равно общественного здоровья также не допускается вводить «в экономических целях».

В отношении граждан Союза, которые приобрели право постоянного проживания, т. е. непрерывно прожили в принимающем государстве-члене пять лет, последнее может принимать решение о выдворении по соображениям общественного порядка или общественной безопасности, только когда последние являются «особо серьезными». В отношении граждан Союза, проживших в принимающем государстве-члене десять лет, а также в отношении несовершеннолетних граждан Союза подобное решение может базироваться только на «крайне важных мотивах общественной безопасности» (ст. 28 «Защита от выдворения» Директивы 2004/38/ЕС).

Применительно к ограничениям по соображениям общественного здоровья Директива 2004/38/ЕС (ст. 29 «Общественное здоровье») предусматривает, что подобные меры могут применяться лишь в случае заразных заболеваний, таких как потенциально эпидемические заболевания, определенные в документах Всемирной организации здравоохранения, и иные заразные инфекционные или паразитические заболевания – при условии, что в принимающем государстве-члене данные заболевания служат предметом защитных мероприятий в отношении его собственных граждан.

С целью удостовериться в том, что въезжающие граждане Союза не страдают подобными заболеваниями, принимающее государство-член может подвергать их бесплатному медосмотру в течение первых трех месяцев с момента въезда. Медосмотры должны проводиться только при наличии «серьезных симптомов» и не должны иметь систематического характера в отношении всех въезжающих граждан Союза.

Если подобные заболевания возникают по истечении трех месяцев с момента въезда гражданина Союза в принимающее государство-член, то выдворение его по соображениям общественного здоровья не допускается.

Применительно к ограничениям по всем рассмотренным выше соображениям Директива 2004/38/ЕС устанавливает процессуальные требования и гарантии в пользу заинтересованных граждан Союза. Главными из них являются следующие:

• обязательное уведомление о решении с указанием лежащих в его основе «четких и полных» мотивов общественного порядка, общественной безопасности или общественного здоровья, «если только этому не препятствуют соображения государственной безопасности», способов и срока его обжалования, срока, в течение которого гражданин Союза обязан покинуть территорию принимающего государства-члена и который, «кроме экстренных случаев, надлежащих образом обоснованных», должен составлять не менее одного месяца со дня уведомления (ст. 30 «Уведомление о решениях» Директивы 2004/38/ЕС);

• право обжалования решения, в том числе в судебном порядке (в национальных судах принимающего государства-члена), что предполагает проверку не только формальной законности, но и фактической обоснованности решения, т. е. «фактов и обстоятельств, обосновывающих намеченную меру», а также ее пропорциональности (соразмерности) стоящим перед ней целям. При рассмотрении жалоб гражданин Союза вправе подать ходатайство о приостановлении исполнения решения. До вынесения определения по этому ходатайству, кроме особо исключительных случаев, выдворение производиться не может (ст. 31 «Процессуальные гарантии» Директивы 2004/38/ЕС);

• право ходатайствовать об отмене запрета въезда на территорию по истечении разумного срока с даты принятия соответствующего решения, который не может превышать трех лет. Ходатайство должно быть рассмотрено в течение шести месяцев с момента его подачи (ст. 32 «Действие во времени запрета въезда на территорию» Директивы 2004/38/ЕС).

Ограничения права граждан Союза на свободное передвижение и проживание могут касаться и такого элемента его содержания, как право выезда, т. е. выражаться в запрете выезда с территории государства-члена. Подобные ограничения, например, предусмотрены во французском Кодексе внутренней безопасности (ст. L. 224-1) в отношении граждан, которых подозревают в намерении отправиться за рубеж в целях занятия террористической деятельностью (субъектов «террористического туризма»)[28]. Согласно антитеррористическому законодательству ЕС террористический туризм образует самостоятельный состав преступления, за которые виновные лица повсеместно в ЕС должны привлекаться к уголовной ответственности (см. 5.5).

Попытки расширить применение запрета выезда, однако, были отвергнуты судебной практикой Суда ЕС. Так, Суд ЕС признал неправомерными (недопустимыми) положения болгарского законодательства, которые предусматривали запрет выезда из Болгарии и отказ в выдаче необходимых удостоверений личности или паспортов гражданам, имеющим неоплаченную задолженность сверх определенного размера.

Рассматривая жалобу заинтересованного болгарского гражданина по запросу болгарского суда, Суд ЕС указал, что Директива 2004/38/ЕС запрещает ограничивать свободу передвижения и проживания в целях, имеющих экономический характер, каковыми являются обеспечение интересов кредиторов. Кроме того, как отметил Суд ЕС, в праве ЕС существуют специальное законодательство, регулирующее трансграничное взыскание долгов, которое, при необходимости, позволяет взыскивать их на территории других государств-членов (решение Суда от 4 октября 2012 г. по делу С-249/11 «Бьянков»)[29].

С другой стороны, когда Болгария ввела запрет выезда в отношении другого своего гражданина, ранее осужденного за пределами ЕС за незаконную торговлю наркотиками, Суд ЕС признал подобную меру правомерной, хотя и при соблюдении определенных условий. Согласно резолютивной части его решения, действующего в качестве прецедента для всех государств-членов ЕС, учредительные документы ЕС и Директива 2004/38/ЕС «не препятствуют национальным правилам, позволяющим ограничивать право гражданина государства-члена отправляться на территорию другого государства-члена, в частности, на том основании, что он был осужден в другом государстве за торговлю наркотиками, при условии, во-первых, что личное поведение этого гражданина выступает реальной, наличной и достаточно серьезной угрозой, затрагивающий один из основополагающих интересов общества, во-вторых, что намеченная ограничительная мера способна гарантировать достижение преследуемой ею цели и не выходит за рамки необходимого, в-третьих, что такая мера может подвергаться эффективному судебному контролю, позволяющему проверить ее фактическую и юридическую правомерность с точки зрения требований права Союза» (решение Суда от 17 ноября 2011 г. по делу С-430/10 «Гайдаров»)[30].

1.2. Миграционные права отдельных категорий граждан Европейского Союза

1.2.1. Миграционные права на едином внутреннем рынке Европейского Союза

1.2.1.1. Свобода передвижения работников

Наряду с рассмотренными выше общими принципами и правилами в отношении всех граждан Союза в правовой системе ЕС имеется большое количество норм специального характера, которые регламентируют миграционные права отдельных категорий европейских граждан.

Подобные нормы и вытекающие из них права сначала появились в экономической сфере: в контексте формирования общего рынка Европейских сообществ, ныне единого внутреннего рынка ЕС.

Как уже отмечалось (см. введение), единый внутренний рынок определяется в его учредительных документах ЕС как «пространство без внутренних границ», на котором существует «свободное передвижение товаров, лиц, услуг и капиталов» – так называемые четыре свободы внутреннего рынка, квалифицируемые Судом ЕС в качестве его «основных свобод» (фр. libertes fondamentales).

Свободное передвижение лиц на едином внутреннем рынке ЕС обеспечило взаимное открытие границ его государств-членов для европейских граждан, а также юридических лиц, занимающихся экономической деятельностью. Прежде всего, это было сделано для рабочей силы, т. е. граждан, которые желают заниматься другом государстве-члене ЕС трудовой деятельностью в качестве наемного работника по трудовому или аналогичному договору. При этом – согласно судебной практике Суда ЕС – важен факт осуществления наемного труда в пользу некоторого работодателя, под руководством и за вознаграждение со стороны последнего; соответственно, гражданин может быть признан находящимся в трудовых отношениях даже при отсутствии трудового или иного письменного договора с работодателем (решение Суда от 3 июля 1986 г. по делу С-66/85 «Лори-Блюм»)[31].

Свободное передвижение граждан Союза, занимающихся трудовой деятельностью получило название в его правовой системе «свободное передвижение работников» или, что то же самое, «свобода передвижения работников»[32]. Свобода передвижения работников обеспечивает функционирование в ЕС единого рынка рабочей силы, а ее правовую основу образует глава 1 «Работники» раздела IV «Свободное передвижение лиц, услуг и капиталов» части третьей «Внутренняя политика и деятельность» ДФЕС.

В соответствии с первой статьей главы «Работники»: «Внутри Союза обеспечивается свободное передвижение работников» (ст. 45 ДФЕС). В соответствии с той же статьей свобода передвижения работников включает в себя:

• с одной стороны, недискриминацию граждан других государств-членов в трудовых и связанных с ними отношениях, а именно, «отмену любой дискриминации по признаку национального гражданства между работниками государств-членов в вопросах трудовой деятельности, заработной платы и других условий труда»;

• с другой стороны, наделение граждан других государств-членов специальными правами в качестве работников-мигрантов.

Правами работников-мигрантов, предусмотренными в ст. 45 ДФЕС, являются:

• право принимать реально предлагаемую работу;

• право свободно перемещаться с этой целью по территории государств-членов;

• право проживать на территории любого из государств-членов для осуществления там трудовой деятельности в соответствии с законодательными, регламентарными и административными положениями, регулирующими трудовую деятельность национальных работников, т. е. работников, являющихся гражданами государства трудоустройства;

• право оставаться на территории государства-члена после осуществления там трудовой деятельности.

Законодательным актом, конкретизирующим содержание свободы передвижения работников, является Регламент (ЕС) № 492/2011 Европейского парламента и Совета от 5 апреля 2011 г. о свободном передвижении работников внутри Союза, который заменил собой аналогичный регламент 1968 г.[33]

Регламент (ЕС) № 492/2011 основное внимание уделяет характеристике различных видов дискриминационной практики, которые традиционно применяются государствами к иностранной рабочей силе, но которые внутри ЕС запрещено применять к гражданам других государств-членов.

В отношении трудоустройства ст. 1 Регламента (ЕС) № 492/2011 предусматривает, что гражданин одного государства-члена пользуется «на территории другого государства-члена таким же приоритетом, как и граждане этого государства, в доступе к вакантным рабочим местам».

Согласно ст. 2 Регламента (ЕС) № 492/2011 гражданин любого государства-члена ЕС и работодатель, действующий на территории любого государства-члена ЕС, могут свободно, без какой-либо дискриминации, обмениваться своими просьбами и предложениями трудоустройства, заключать и исполнять трудовые договоры.

Статья 3 Регламента (ЕС) № 492/2011 запрещает государству-члену применять к гражданам других государств-членов свои законодательные, регламентарные или административные положения, а равно административную практику, которые:

• ограничивают или подчиняют условиям, не предусмотренных для национальных работников, спрос и предложение рабочей силы, доступ к трудовой деятельности и ее осуществление иностранцами;

• иным образом ограничивают доступ граждан других государств-членов к имеющимся рабочим местам, например, путем введения для них специальных процедур трудоустройства, возложения обязанности предварительно зарегистрироваться в компетентных органах и любыми иными способами.

Под действие запретов Регламента (ЕС) № 492/2011, однако, не подпадают условия относительно языковых познаний работника, т. е. владения им языком государства трудоустройства, которые последнее предъявляет ко всем лицам, в том числе к своим собственным гражданам.

Согласно ст. 4 Регламента (ЕС) № 492/2011 государства-члены не могут ограничивать занятость граждан других государств-членов только отдельными отраслями своей экономики или отдельными частями своей территории. Если государство-член предоставляет предприятиям льготы любого характера (например, налоговые льготы) при условии трудоустройства ими минимальной процентной доли национальных работников, то при ее исчислении национальными работниками считаются все граждане Союза.

Статья 5 Регламента (ЕС) № 492/2011 гарантирует гражданину государства-члена, который ищет работу на территории другого государства-члена, право пользоваться помощью со стороны его служб занятости на таких же условиях, на каких данная помощь оказывается национальным гражданам.

Наконец, согласно ст. 6 Регламента (ЕС) № 492/2011 при трудоустройстве гражданина другого государства-члена к нему запрещается применять медицинские, профессиональные и иные критерии, которые имеют дискриминационный характер. Этот запрет, однако, не запрещает потенциальному работодателю проверять профессиональную пригодность гражданина другого государства-члена, поскольку аналогичным проверкам могут подвергаться и национальные граждане государства трудоустройства.

В отношении недискриминации в сфере трудовой деятельности ст. 7 Регламента (ЕС) № 492/2011 повторяет и уточняет общий запрет дискриминации, содержащийся в учредительных документах ЕС. Согласно ей работник, являющийся гражданином другого государства-члена, не может подвергаться обращению, отличному от национальных работников, в отношении любых условий занятости и труда, в том числе в вопросах заработной платы и увольнения, а также профессиональной реинтеграции или повторного трудоустройства, если он становится безработным.

Согласно той же статье Регламента (ЕС) № 492/2011 любое положение индивидуального трудового договора, коллективного договора или соглашения, касающееся трудоустройства, заработной платы и других условий труда является «автоматически ничтожным в той мере, в какой оно предусматривает или санкционирует дискриминационные условия по отношению к работникам – гражданам других государств-членов».

Наконец, Регламент (ЕС) № 492/2011 (ст. 7–9) предусматривает гарантии полного равенства (недискриминации) работников-мигрантов в иных экономических, социальных и культурных правах:

• социальные и налоговые льготы, идентичные тем, которыми пользуются национальные работники;

• право поступать в учреждения профессионального образования (в том числе в вузы) и центры профессиональной переподготовки наравне с национальными работниками;

• право вступать в профессиональные союзы, осуществлять профсоюзные права, избирать и быть избранным в руководящие органы профсоюзов, а также в органы представительства интересов работников на предприятии;

• права и преимущества, аналогичные тем, какие предоставлены национальным работникам, в обеспечении жильем, в том числе в вопросах приобретения права собственности на жилое помещение или постановки в очередь нуждающихся в предоставлении жилья.

В подавляющем большинстве случаев при реализации свободы передвижения работников граждане не только трудятся, но и проживают в другом государстве-члене (реже встречаются так называемые трансграничные работники – например, гражданин Италии, живущий поблизости от границы с Францией, работает в соседнем французском городе).

Условия и порядок реализации права проживания работников-мигрантов, как и других категорий европейских граждан, регулирует Директива 2004/38/ЕС Европейского парламента и Совета от 29 апреля 2004 г. о праве граждан Союза и членов их семей свободно передвигаться и проживать на территории государств-членов (см. 1.1.3).

Согласно Директиве 2004/38/ЕС право проживания до трех месяцев включительно для всех граждан Союза, в том числе работников-мигрантов, осуществляется без каких-либо формальностей.

В отношении права проживания свыше трех месяцев и права постоянного проживания Директива 2004/38/ЕС и судебная практика Суда ЕС устанавливают для работников-мигрантов более благоприятные положения, чем для граждан Союза, не занимающихся экономической деятельностью.

Право проживания свыше трех месяцев предоставляется работнику-мигранту в силу одного лишь того факта, что он является наемным работником в принимающем государстве-члене (ст. 7 «Право проживания свыше трех месяцев» Директивы 2004/38/ЕС). В отличие от граждан, не занимающихся экономической деятельностью, работнику мигранту не требуется доказывать наличие у него достаточных средств к существованию и медицинской страховки.

Для получения справки о регистрации работник-мигрант предъявляет компетентным органам принимающего государства документ, удостоверяющий личность, обязательство по приему на работу со стороны местного работодателя или справку с места работы, если он уже трудоустроен (ст. 8 «Административные формальности в отношении граждан Союза» Директива 2004/38/ЕС).

Гражданин Союза сохраняет статус наемного работника и, соответственно, право проживания в следующих случаях (параграф 3 ст. 7 «Право проживания свыше трех месяцев» Директивы 2004/38/ЕС):

• если он временно утратил трудоспособность по причине заболевания или несчастного случая;

• если он оказался вынужденно безработным и встал на учет в службе занятости принимающего государства-члена в качестве лица, ищущего работу. При этом если к моменту утраты работы гражданин Союза проработал в принимающем государстве-члене менее одного года, то он сохраняет статус работника на протяжении, как минимум, шести месяцев. Если он проработал свыше одного года, то данный срок не ограничивается;

• если он приступает к профессиональному образованию (в том числе в средних и высших учебных заведениях) по направлению подготовки, связанному с его предшествующей профессиональной деятельностью. Однако если гражданин Союза приступает к профессиональному образованию, оказавшись вынужденно безработным, данная связь не является необходимой.

Право постоянного проживания предоставляется работникам-мигрантам, как и другим гражданам Союза, без каких-либо условий, за исключением условия о предшествующем непрерывном проживании в принимающем государстве на протяжении пяти лет (ст. 16 «Общее правило для граждан Союза и членов их семей» ст. 16 Директивы 2004/38/ЕС).

Вместе с тем для работников-мигрантов в некоторых случаях право постоянного проживания может предоставляться и до истечения указанного срока (ст. 17 «Исключения в пользу работников, прекративших свою деятельность в принимающем государстве-члене, и в пользу членов их семьи» Директивы 2004/38/ЕС). В ст. 45 ДФЕС, закрепляющей свободу передвижения работников данные исключения (льготы) в пользу работников-мигрантов имеются правом оставаться на территории государства-члена после осуществления там трудовой деятельности. Право работника-мигранта оставаться на постоянной основе в принимающем государстве-члене возникает в следующих случаях:

• если работник достиг пенсионного возраста по законодательству принимающего государства-члена – по истечении трех лет непрерывного проживания и при условии, что он проработал в этом государстве не менее одного года перед выходом на пенсию;

• если работник перестает работать вследствие полной утраты трудоспособности – по истечении двух лет проживания в принимающем государстве-члене или независимо от срока проживания, когда нетрудоспособность наступает в результате несчастного случая на рабочем месте или профессионального заболевания;

• если работник после трех лет непрерывной деятельности и непрерывного проживания в принимающем государстве-члене поступает на работу в другом государстве-члене, сохраняя при этом свое место жительства на территории принимающего государства-члена.

Особо регламентируется случай, когда граждане приезжают в другое государство-член и проживают на его территории в целях поиска работы. Согласно судебной практике Суда ЕС подобные граждане вправе искать работу в другом государстве-члене, по меньшей мере, шесть месяцев (решение Суда от 26 февраля 1991 г. по делу С-292/89 «Антониссен»)[34]. По истечении шестимесячного срока подобные граждане также не подлежат выдворению, если способны «представить доказательства того, что они продолжают искать работу и имеют реальные шансы быть нанятыми» (параграф 4 ст. 14 «Сохранение права проживания» Директивы 2004/38/ЕС).

Свобода передвижения работников допускает ограничения двух видов. Первый вид допустимых ограничений – «ограничения, являющиеся оправданными по соображениям общественного порядка, общественной безопасности и общественного здоровья» (параграф 3 ст. 45 ДФЕС).

Ограничения данного вида непосредственно не связаны с трудовой деятельностью. Они реализуются на таких же условиях и в таком же порядке, как и для всех категорий граждан Союза, т. е. в соответствии с рассмотренными выше правилами главы VI «Ограничения права въезда и права проживания по соображениям общественного порядка, общественной безопасности или общественного здоровья» Директивы 2004/38/ЕС (см. 1.1.4).

Второй вид допустимых ограничений касается именно трудовой деятельности работников-мигрантов. В соответствии с последним параграфом статьи учредительных документов ЕС, закрепляющей свободу передвижения работников (параграф 4 ст. 45 ДФЕС), ее положения «не подлежат применению к работе в публичной администрации», т. е. не препятствуют государству трудоустройства закрывать гражданам других государств-членов доступ на свою военную службу, на службу в полицию, в органы прокуратуры, к должностям судей, министров и т. п.

Как и другие исключения из прав и свобод европейских граждан, рассматриваемое ограничение подвергается строгому (узкому) толкованию со стороны Суда ЕС. Согласно судебной практике Суда ЕС оно применяется не ко всем должностям в публичной администрации государства трудоустройства, а только к тем, которые подразумевают участие «в осуществлении публичной власти и в функциях, которые направлены на охрану общих интересов государства или других публично-правовых образований и, таким образом, предполагают со стороны лиц, занимающих соответствующие должности, существование особых отношений солидарности по отношению к государству, а также такой взаимности прав и обязанностей, какая лежит в основе связи национального гражданства».

В частности, несмотря на то, что в некоторых государствах-членах ЕС профессора университетов и преподаватели других государственных учебных заведений состоят на государственной службе, рассматриваемое ограничение свободы передвижения работников к ним не применяется, поскольку должность преподавателя не подразумевает «никакого участия в осуществлении задач, относящихся к публичной администрации в собственном смысле слова» (решение Суда от 10 марта 2005 г. по делу С-178/04 «Мархольд»)[35].

Следует также напомнить, что граждане Союза имеют право избирать и быть избранным в любом государстве-члене, где они проживают, на выборах в Европейский парламент и муниципальные органы (см. 1.1.1).

В отношении выборов в Европейский парламент как наднациональный представительный институт ЕС данное право не подвергается ограничениям. В отношении участия в муниципальных выборах законодательство ЕС разрешает государствам-членам резервировать для национальных граждан должности членов руководящих органов соответствующего муниципалитета – например, гражданин Чехии, живущий во Франции, может быть избран депутатом муниципального (коммунального) совета французского городского или сельского поселения, но не вправе становиться его мэром, а равно иным должностным лицом коммунальной администрации (ст. 5 Директивы 94/80/ЕС Совета от 19 декабря 1994 г. об установлении порядка осуществления права голоса и права баллотироваться кандидатом на муниципальных выборах для граждан Союза, проживающих в государстве-члене, национальными гражданами которого они не являются)[36].

1.2.1.2. Свобода учреждения и свобода предоставления услуг

Свобода учреждения – вторая разновидность свободного передвижения лиц на едином внутреннем рынке ЕС. Она позволяет гражданину одного государства-члена открывать (учреждать) собственное дело в любом другом государстве-члене, т. е. заниматься там самостоятельной экономической, в том числе предпринимательской деятельностью, с созданием юридического лица или в индивидуальном качестве[37].

В отличие от рассмотренной выше свободы передвижения работников, субъектами которой являются европейские граждане, занимающиеся наемным трудом, свобода учреждения дает возможность тем же гражданам трудиться и извлекать доходы повсеместно в ЕС в качестве автономного хозяйствующего субъекта. В источниках права ЕС граждан, выступающих субъектами свободы учреждения, соответственно, обозначают терминами независимые работники, ненаемные работники или самозанятые граждане.

В своем регулировании и практическом применении свобода учреждения тесно связана с еще одной свободой передвижения на едином внутреннем рынке ЕС – свободой передвижения (предоставления) услуг[38]. Вместе взятые, свобода учреждения и свобода предоставления услуг обеспечивают существование в масштабах ЕС единого рынка услуг.

В обоих случаях гражданин – в качестве «поставщика» (фр. prestataire; англ. provider) – занимается оказанием (поставкой) услуг в других государствах-членах, т. е. «любой не являющейся наемным трудом экономической деятельностью, обычно осуществляемой за вознаграждение». Различие состоит в постоянном или временном (эпизодическом) характере экономической деятельности поставщика. В случае учреждения поставщик оказывает услуги «в течение неопределенного срока и посредством стабильной инфраструктуры» – например, открытие строительной фирмы в другом государстве-члене. В случае реализации свободы предоставления услуг срок является ограниченным, а стабильная инфраструктура не создается – например, выполнение строительных работ в другом государстве-члене по договору подряда (ст. 4 «Определения» Директивы 2006/123/ЕС Европейского парламента и Совета от 12 декабря 2006 г. об услугах на внутреннем рынке)[39].

Единство экономического содержания свободы учреждения и свободы предоставления услуг обусловливает сходство их регулирования в праве ЕС. На уровне первичного права (учредительных документов) правовую основу рассматриваемых свобод, т. е. единого рынка услуг ЕС, образуют глава 2 «Право учреждения» и глава 3 «Услуги» раздела IV «Свободное передвижение лиц, услуг и капиталов» части третьей «Внутренняя политика и деятельность» ДФЕС. При этом в силу ст. 62 ДФЕС (последней статьи главы «Услуги») к свободе предоставления услуг подлежат применению основные правила, установленные для свободы учреждения (т. е. содержащиеся в главе «Право учреждения»).

На уровне вторичного права (текущего законодательства) общие правила в отношении функционирования единого рынка услуг закрепляет вышеупомянутая Директива 2006/123/ЕС Европейского парламента и Совета от 12 декабря 2006 г. об услугах на внутреннем рынке. Европейскими институтами также принято большое число актов, посвященных регулированию свободы учреждения и свободы предоставления услуг в конкретных секторах экономической деятельности (банковские, страховые, почтовые, транспортные, туристические услуги, услуги электронной коммуникации, юридические услуги и др.) – например, Регламент (ЕС) № 550/2004 Европейского парламента и Совета от 10 марта 2004 г. о поставке услуг воздушной навигации на едином европейском небе[40], Директива (ЕС) 2015/2366 Европейского парламента и Совета от 25 ноября 2015 г. о платежных услугах на внутреннем рынке[41] или Директива 77/249/ЕЭС Совета от 22 марта 1977 г. о содействии эффективному осуществлению свободного предоставления услуг адвокатами (см. 4.5.1.2).

По своему юридическому содержанию свобода учреждения и свобода предоставления услуг закрепляются в праве ЕС в негативной формулировке – как запрет ограничений на осуществление в других государствах-членах самостоятельной экономической деятельности:

«В рамках нижеследующих положений запрещаются ограничения свободы учреждения граждан одного государства-члена на территории другого. Данный запрет также распространяется на ограничения в отношении создания представительств, филиалов или дочерних предприятий гражданами одного из государств-членов, учредившими собственное дело на территории любого из них.

Свобода учреждения включает в себя доступ к деятельности, не являющейся наемным трудом, и осуществление этой деятельности, а также создание предприятий… и управление ими на условиях, определенных законодательством страны учреждения для своих собственных граждан» (ст. 49 ДФЕС – первая статья главы «Право учреждения»):

«В рамках нижеследующих положений запрещаются ограничения свободного предоставления услуг внутри Союза гражданами государств-членов, учредившими собственное дело в ином государстве-члене чем то, где находится получатель услуги» (ст. 56 ДФЕС – первая статья главы «Услуги»).

В отношении свободы предоставления услуг также предусмотрено, что «поставщик услуги в целях ее предоставления может временно осуществлять свою деятельность в государстве-члене, где предоставляется услуга, на тех же условиях, какие данное государство предъявляет к своим собственным гражданам» (ст. 57 ДФЕС).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Подробнее об исторических предпосылках, этапах формирования, современном правовом статусе и проблемах функционирования ЕС и его правовой системы см.: Право Европейского Союза. Т. 1. Общая часть. Европейский Союз: устройство и правопорядок: учебник / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юрайт, 2016. Об отраслевом законодательстве ЕС и содержании правового регулирования европейской интеграции в разных сферах жизни см.: Право Европейского Союза. Т. 2. Особенная часть. Основные отрасли и сферы регулирования права Европейского Союза. Правовые аспекты участия России в европейских интеграционных процессах: учебник / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Юрайт, 2016.

Вернуться

2

В юрисдикцию Европейского Суда по правам человека входят только права и свободы, закрепленные в Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и ее дополнительных протоколах. Нарушения государствами других правозащитных конвенций Совета Европы (Европейской социальной хартии, Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств, Конвенции об осуществлении прав детей и т. д.) Страсбургскому суду не подсудны.

Вернуться

3

Европейское сообщество, как и Европейский Союз, в России обозначалось аббревиатурой ЕС. В настоящее время, после ликвидации Европейского сообщества и признания Европейского Союза его полным правопреемником, все ссылки на данное Сообщество должны пониматься как ссылки на Европейский Союз.

Вернуться

4

ТРЕВИ (фр.) – Terrorisme, Radicalisme, Extremisme, Violence Internationale (терроризм, радикализм, экстремизм, международное насилие).

Вернуться

5

Проект Европейской конституции (официальное название: Договор, устанавливающий Конституцию для Европы), был разработан в 2002–2003 гг. Европейским конвентом – учредительным собранием во главе с бывшим президентом Франции В. Жискар д’Эстеном. Договор, устанавливающий Конституцию для Европы, был подписан всеми государствами – членами ЕС в 2004 г., затем ратифицирован двумя третями из них, но не ратифицирован Нидерландами и Францией ввиду отрицательного голосования их граждан на соответствующих референдумах. Чтобы не проводить в этих государствах-членах повторных референдумов, было решено преобразовать проект Европейской конституции в набор поправок, подлежащих включению в ранее подписанные учредительные документы (договоры) ЕС, что и было сделано Лиссабонским договором 2007 г.

Вернуться

6

Здесь и далее в квадратных скобках примечания автора.

Вернуться

7

См.: Avis 2/13 de la Cour du 18 decembre 2014. Affaire «Adhesion de l’Union europeenne a la convention europeenne de sauvegarde des droits de l’homme et des libertes fondamentales».

Вернуться

8

Помимо юридически обязательных регламентов, директив, решений европейские институты в редких случаях издают акты рекомендательной силы – главным образом, в форме рекомендаций. В прошлом они также издавали акты в других специфических формах, таких как рамочные решения (юридически обязательные основы законодательства по вопросам уголовного и уголовно-процессуального права, которые сегодня принимаются в форме директив), общие позиции и общие акции (акты, которыми оформлялись практические меры в области внешней политики и борьбы с преступностью; сегодня в аналогичных целях принимаются решения). Некоторые акты институтов ЕС в упомянутых формах сохраняют действие по сей день и упоминаются в настоящей книге.

Вернуться

9

Соглашения, которые ЕС заключает совместно со своими государствами-членами, в европейской правовой доктрине называют смешанными соглашениями (фр. accords mixtes; англ. mixed agreements). В качестве смешанных заключены крупномасштабные соглашения ЕС, имеющие максимально широкий предмет правового регулирования – например, Соглашение о партнерстве и сотрудничестве с Россией 1994 г., соглашения о партнерстве или ассоциации ЕС с другими странами.

Вернуться

10

На референдуме 23 июня 2016 г. граждане Великобритании проголосовали за выход своей страны из состава ЕС – право, которое каждое государство-член имеет в соответствии со Договором о Европейском Союзе (ст. 50). Будущие отношения Великобритании с ЕС должно определить соглашение о выходе, которое может оставить ее под действием части норм права ЕС, в том числе относящихся к регулированию миграции. До момента выхода Великобритания остается полноправным государством – членом ЕС с учетом ряда изъятий, которые она ранее получила в соответствии с действующими учредительными документами (невхождение в Шенгенское пространство, неучастие в зоне евро и др.).

Вернуться

11

См.: Directive (UE) 2015/637 du Conseil etablissant les mesures de coordination et de cooperation necessaires pour faciliter la protection consulaire des citoyens de l’Union non representes dans des pays tiers et abrogeant la decision 95/553/CE // JO L 106 du 24.4.2015. P. 1.

Вернуться

12

Статус официальных языков ЕС имеют официальные языки всех государств-членов, за исключением люксембургского. Количество официальных языков меньше количества государств – членов ЕС, так как некоторые из них имеют общие языки (например, Австрия и Германия – немецкий).

Вернуться

13

См.: Arret de la Cour du 7 fevrier 1979. Affaire 136/78 «Auer».

Вернуться

14

См.: Arret de la Cour du 7 juillet 1992. Affaire C-369/90 «Micheletti».

Вернуться

15

По аналогии с гражданами принцип недискримиации также применяется к юридическим лицам, имеющим «национальность» государств – членов ЕС: недискриминация властями Германии французских юридических лиц по сравнению с немецкими и т. д.

Вернуться

16

Структурные элементы статей источников права ЕС принято называть параграфами, когда они обозначены числами (параграф 1 и т. п.), пунктами, когда они обозначены буквами (пункт «а» и т. п.) и абзацами, когда они не имеют численного или буквенного обозначения (абзац первый и т. п.).

Вернуться

17

См.: De Rome a Lisbonne. Commentaire article par article des traites UE et CE. Sous la direction de I. Pingel. Bale, Paris, Bruxelles: Helbing Lichtenhahn, Dalloz, Bruylant, 2010. P. 304, 309.

Вернуться

18

См.: Directive 2003/8/CE du Conseil du 27 janvier 2003 visant a ameliorer l’acces a la justice dans les affaires transfronalieres par l’etablissement de regles minimales communes relatives a l’aide judiciaire accordee dans le cadre de telles affaires // JO L 26 du 31.1.2003. P. 41.

Вернуться

19

См.: Directive 2004/80/CE du Conseil 29 avril 2004 relative a l’indemnisation des victimes de la criminalite // JO L 261 du 6.8.2004. P. 15.

Вернуться

20

См.: Arret de la Cour du 13 avril 2010. Affaire C-73/80 «Bressol».

Вернуться

21

См.: Reflets. Developpements juridiques presentant un interet pour l’Union europeenne. 2016. № 2. P. 11–12.

Вернуться

22

См.: Communication de la Commission au Parlement europeen, au Conseil, au Comite economique et social europeen et au Comite des regions «Libre circulation des citoyens de l’Union et des membres de leurs famille: cinq actions pour faire la difference» // COM (2013) 837 final. Bruxelles, le 25.11.2013. P. 3.

Вернуться

23

См.: Directive 2004/38/CE du Parlement europeen et du Conseil du 29 avril 2004 relative au droit des citoyens de l’Union et des membres de leurs familles de circuler et de sejourner sur le territoire des Etats membres, modifiant le reglement (CEE) № 1612/68 et abrogeant les directives 64/221/CEE, 68/360/CEE, 72/194/CEE, 73/148/CEE, 75/34/CEE, 75/35/CEE, 90/364/CEE, 90/365/CEE et 93/96/CEE // JO L 158 du 30.4.2002. P. 77.

Вернуться

24

См.: Resolution des representants des gouvernements des Etats membres des Communautes europeennes, reunis au sein du Conseil du 23 juin 1981 // JO C 241 du 19.9.1981. P. 1.

Вернуться

25

См.: Reglement (CE) № 2252/2004 du Conseil du 13 decembre 2004 etablissant des normes pour les elements de securite et les elements biometriques integres dans les passeports et les documents de voyage delivres par les Etats membres // JO L 385 du 29.12.2004. P. 1.

Вернуться

26

См.: Cartes d’identite – Resolution des Etats membres // Communique de presse. 2768e session du Conseil. Justice et affaires interieures. Bruxelles, les 4–5 decembre 2006. Doc. C/06/341. P. 39–43.

Вернуться

27

См.: Arret de la Cour du 11 septembre 2007. Affaire C-76/05 «Schwarz».

Вернуться

28

См.: Code de la securite interieure. URL: www.legifrance.gouv.fr

Вернуться

29

См.: Arret de la Cour du 4 octobre 2012. Affaire C-249/11 «Byankov».

Вернуться

30

См.: Arret de la Cour du 17 novembre 2011. Affaire C-430/10 «Gaydarov».

Вернуться

31

См.: Arret de la Cour du 3 juillet 1986. Affaire C-66/85 «Lawrie-Blum».

Вернуться

32

Наравне с термином «работник» (фр. travailleur; англ. worker) в русском языке в качестве синонима используется слово «трудящийся». Слово «трудящийся», в частности, применяется в целях регулирования аналогичной свободы передвижения на едином рынке рабочей силы Евразийского экономического союза (раздел XXVI «Трудовая миграция» Договора о ЕАЭС 2014 г.).

Вернуться

33

См.: Reglement (UE) № 492/2011 du Parlement europeen et du Conseil du 5 avril 2011 relatif a la libre circulation des travailleurs a l’interieur de l’Union // JO L 141 du 27.5.2011. P. 1.

Вернуться

34

См.: Arret de la Cour du 26 fevrier 1991. Affaire C-292/89 «Antonissen».

Вернуться

35

См.: Arret de la Cour du 10 mars 2005. Affaire C-178/04 «Marhold».

Вернуться

36

См.: Directive 94/80/CE du Conseil fixant les modalites de l’exercise du droit de vote et d’eligibilite aux elections municipales pour les citoyens de l’Union residant dans un Etat membre dont ils n’ont pas la nationalite // JO L 368 du 31.12.1994. P. 1.

Вернуться

37

Категории «учреждение» и «свобода учреждения» в указанном значении сегодня включены в правовые системы и других интеграционных организаций, в том числе Евразийского экономического союза. Согласно разделу XV «Торговля услугами, учреждение, деятельность и осуществление инвестиций» Договора о ЕАЭС (ст. 65) одной его из целей служит обеспечение свободы учреждения в рамках ЕАЭС в соответствии с условиями данного раздела и специального протокола, приложенного к Договору о ЕАЭС (Протокол о торговле услугами, учреждении, деятельности и осуществлении инвестиций – приложение № 16 к Договору о ЕАЭС). Названный Протокол в разделе II «Определения и понятия» определяет понятие «учреждение» как создание и (или) приобретение юридического лица, приобретение контроля над юридическим лицом, открытие филиала, открытие представительства, регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя на территории любого государства-члена ЕАЭС.

Вернуться

38

Аналогично категории «учреждение», термины «передвижение» и «предоставление» услуг используются и в праве Евразийского экономического союза. В данном случае, однако, Договор о ЕАЭС чаще применяет категорию «торговля услугами», заимствованную из права Всемирной торговой организации. Подробнее см.: Право Евразийского экономического союза: учебник / под ред. С. Ю. Кашкина. М.: Проспект, 2015. С. 77–85.

Вернуться

39

См.: Directive 2006/123/CE du Parlement europeen et du Conseil du 12 decembre 2006 relative aux services dans le marche interieur // JO L 376 du 27.12.2006. P. 36.

Вернуться

40

См.: Reglement (CE) № 550/2004 du Parlement europeen et du Conseil du 10 mars 2004 relatif a la fourniture de services de navigation aerienne dans le ciel unique europeen // JO L 96 du 31.3.2004. P. 10.

Вернуться

41

См.: Directive (UE) 2015/2366 du Parlement europeen et du Conseil du 25 novembre 2015 relative aux services du paiement dans le marche interieur // JO L 377 du 23.12.2015. P. 35.

Вернуться