Н. Ю. Рычкова, С. Я. Сорокина

Обязательственное право

Общие положения

Учебное пособие

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.4(075.8)

ББК 67.404.2я73

Р95

Авторы:

Рычкова Н. Ю., старший преподаватель кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета – гл. 1, 2.

Сорокина С. Я., кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права Юридического института Сибирского федерального университета – главы 3–5.

Рецензенты:

Мигаль С. М., начальник Экспертно-правового управления Законодательного Собрания Красноярского края.

Шошин П. В., председатель Третьего арбитражного апелляционного суда.

В пособии рассмотрены общие положения об обязательствах: понятие обязательства и его виды, перемена лиц в обязательстве, исполнение обязательства, обеспечение исполнения обязательств, общие положения о договорах.

Законодательство приводится по состоянию на июль 2018 г.

Книга адресована в первую очередь бакалаврам, но может быть полезна магистрантам, аспирантам, преподавателям вузов и всем, кому интересны вопросы обязательственного права.

УДК 347.4(075.8)

ББК 67.404.2я73

© Рычкова Н. Ю., Сорокина С. Я., 2019

© ООО «Проспект», 2019

Глава 1. ПОНЯТИЕ И СТОРОНЫ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

§ 1. Понятие обязательства. Элементы обязательства

Гражданское право регулирует имущественные и неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников. Одним из их видов являются обязательственные отношения или обязательства.

Легальное определение понятия обязательства дано в п. 1 ст. 307 ГК РФ. В нем говорится, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Анализ данного понятия позволяет ученым выделить ряд признаков. Обязательство определяется как отношение, в рамках которого происходит переход благ от одного лица к другому. Эта черта дает возможность отграничить обязательственное отношение от вещного, закрепляющего принадлежность благ конкретному субъекту.

Между тем, перемещение благ осуществляется не только в гражданских, но и в иных правоотношениях, например, в налоговых или в административных. Однако значение, придаваемое благу в этих отношениях, неодинаково. В гражданских отношениях благо, передаваемое от одного лица к другому, воспринимается как товар. Оно имеет определенную стоимость для лица, которое его получает. Как писал К. Маркс: «Для того, чтобы стать товаром, продукт должен быть передан в руки того, кому он служит в качестве потребительной стоимости, посредством обмена ˂…˃ вещь не может быть стоимостью, не будучи предметом потребления. Если она бесполезна, то и затраченный на нее труд бесполезен, не считается за труд и потому не образует никакой стоимости»¹. Следовательно, если благо не имеет товарной ценности или в силу своего существа неспособно быть товаром (жизнь, здоровье, достоинство личности и пр.), оно никогда не станет объектом товарного оборота. Совсем иначе рассматривается благо в иных, не гражданско-правовых отношениях. В них благо товаром не является. Именно поэтому обязательственное отношение обычно определяется как правоотношение, оформляющее акт товарообмена². Поскольку товарообмен всегда осуществляется в рамках гражданско-правовых отношений, обязательством могут признаваться только гражданско-правовые отношения и не существует налоговых, управленческих, хозяйственных и иных обязательств.

Оборот благ был бы невозможен, если бы не были определены конкретные субъекты, между которыми осуществляется товарообмен. Это значит, что обязательственное отношение всегда представляет собой относительное отношение.

Наконец, интерес управомоченного лица в обязательстве удовлетворяется посредством чужого поведения. Поэтому в содержание обязательства входит право лица требовать определенного поведения от обязанного лица. Ранее отмечалось, что основное различие между вещными и обязательственными правами состоит в том, что обязательственное право никогда не подчиняет непосредственно данную вещь власти данного лица, а всегда только устанавливает отношение между двумя лицами, подчиняет только волю должника воле кредитора³. Эта особенность взаимоотношений сторон обязательства выражается в том, что субъективное гражданское право называют правом требования, а субъективную гражданскую обязанность – долгом. Потому обязанное лицо именуется должником, а управомоченное – кредитором.

Перечисленные выше признаки свойственны всем имущественным обязательствам, как позитивным, так и негативным.

Большинство имущественных обязательств позитивные. В них интерес кредитора обеспечивается активным поведением должника. Однако интерес кредитора может состоять не только в том, чтобы должник совершил какое-либо действие в его пользу, но и в том, чтобы он воздержался от его совершения. Такие обязательства называются негативными.

Ранее в юридической науке не было единого мнения о признании за негативными обязательствами юридической силы. Н. Д. Егоров, к примеру, полагал, что содержание обязательства всегда состоит в активном поведении должника. Он указывал, что на должника может быть возложена обязанность воздержаться от совершения определенных действий, однако такая обязанность не образует самостоятельного содержания обязательства, она всего лишь сопутствует активной обязанности должника в обязательстве⁴. Е. А. Суханов, напротив, выделял такие негативные обязательства, как обязательство о неразглашении сведений, о недопустимости передачи произведения для использования иным издателем, по воздержанию от конкуренции, содержащее в себе запрет на совершение аналогичных сделок с иными контрагентами⁵. На сегодняшний день спор завершен. Сравнительно недавно в содержании ст. 393 ГК РФ появилось определение понятия негативного обязательства. Таким образом признается существование таких обязательств, в которых должник обязывается исключительно к пассивному поведению. Например, участник судебного спора может заключить с известной адвокатской фирмой соглашение, по которому фирма за определенное вознаграждение обязуется не защищать в суде другую сторону⁶. В этом негативном обязательстве также происходит переход блага – денежных средств – как стоимости от одной стороны обязательства к другой.

Вместе с тем, не все из перечисленных выше признаков свойственны неимущественным обязательствам. Проблема признания обязательств с неимущественным содержанием по-прежнему актуальна⁷.

Взгляды на обязательство как на имущественное отношение прочно утвердились еще в дореволюционной правовой науке. Как отмечал Д. Д. Гримм, обязательство определяют как юридическое отношение, которое дает кредитору право требовать от должника доставления какого-нибудь блага, имеющего имущественную ценность⁸. Такой позиции придерживался Г. Ф. Шершеневич⁹. Впоследствии ее поддержали М. М. Агарков¹⁰, О. С. Иоффе¹¹, Е. А. Суханов¹², Н. Д. Егоров¹³ и многие другие цивилисты. Тем не менее, некоторые ученые на протяжении ряда лет отстаивали противоположное мнение, допуская существование неимущественных обязательств. Среди них, в частности, были Р. фон Иеринг¹⁴, И. А. Покровский¹⁵, Д. Д. Гримм¹⁶, Е. В. Пассек¹⁷, И. Б. Новицкий¹⁸, сегодня – Ф. О. Богатырев¹⁹, А. А. Павлов²⁰.

Желание обеспечить осуществление и защиту собственного неимущественного интереса проявляется в воле сторон. Прав был И. А. Покровский, подчеркивая, что в основании любого обязательства (как имущественного, так и неимущественного) находится воля сторон, которая нуждается в правовой охране. «Первым условием для юридической силы всякого – даже имущественного – договора является наличность у договаривающихся воли придать своему соглашению юридический характер (animus obligandi); ˂…˃ Есть ли налицо такой animus obligandi или нет, это вопрос факта, разрешить который для судьи будет несколько труднее, чем целый ряд других фактических вопросов, с которыми ему приходится иметь дело ежедневно. Вопрос, таким образом, возбуждают только те случаи, где наличность animus obligandi установлена: стороны, заключая свой договор, имели определенное намерение придать ему юридическую силу; они сами стучатся в дверь гражданского правосудия, и на каком основании мы можем их оттолкнуть?»²¹

Таким образом, наличие правового обязательства зависит исключительно от намерения сторон придать своему отношению юридический характер. Этот же критерий используется и в зарубежной судебной практике англо-американской системы права²².

Сейчас спор о неимущественных обязательствах начинает обретать новые грани. Если раньше постановка проблемы касалась допустимости признания за данными обязательствами юридического значения, теперь на обсуждение начинает выноситься вопрос о сфере их применения²³. Справедливо отмечается, что гражданскому праву известны различные неимущественные обязательства, например: предварительный договор²⁴, соглашение о порядке ведения переговоров²⁵, договоры об использовании имени, изображения, информации о частной жизни, иных нематериальных благ²⁶. При этом норм о неимущественных договорах в законе становится все больше²⁷. Неимущественные интересы охраняются и в семейном праве. Так, родители вправе заключить соглашение о порядке осуществления родительских прав (ст. 66 Семейного кодекса РФ). Все эти обязательства по своему характеру являются позитивными.

Вместе с тем, в целях обеспечения неимущественного интереса может быть заключен любой другой договор, хотя и не предусмотренный нормами гражданского права, но не противоречащий ему (ст. 8 ГК РФ). Нельзя не согласиться с тем, что: «Достоин охраны всякий интерес, который не нарушит границ закона или индивидуальной свободы. Нет надобности в иных границах, кроме той, которая требует, чтобы обязательство не противоречило закону или добрым нравам»²⁸. Следовательно, в принципе можно признать возможность существования и негативных неимущественных обязательств.

Нужно единственно заметить, что конструкция обязательственного отношения полезна лишь тогда, когда необходимо получить желаемое благо посредством чужого поведения и этот вариант поведения не обеспечивается законом, как, например, в случае принятия на себя обязательства о неоказании услуги. Если невмешательство другого лица гарантируется благодаря прямому действию запрета, нет нужды дополнять запрет обязательством. Так, согласно ст. 2 ГК РФ неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ. Сфера правовой охраны определена законом, поэтому заключения соглашения, устанавливающего ее пределы, не требуется, а функция обязательства в этом случае сводится к формированию у сторон единого ценностного отношения к охраняемому законом благу.

Итак, обязательства могут быть как имущественными, так и неимущественными. Сфера действия неимущественных обязательств определяется намерением сторон обеспечить собственный неимущественный интерес при помощи юридических средств в пределах, допускаемых законом.

Структуру обязательства образуют его элементы, число которых определяется по-разному. Обычно это – субъекты обязательства, объект обязательства и содержание обязательства. Иногда среди элементов упоминается санкция, т.е. та принудительная мера, которая охраняет обязательство на случай его нарушения²⁹. Сторонами обязательства являются кредитор – уполномоченное лицо и должник – обязанное лицо. Понятие объекта обязательства трактуется в юридической науке по-разному. Поскольку обязательство представляет собой гражданское правоотношение, постольку все существующие в юридической науке теории объекта гражданского правоотношения и объекта гражданского права (монистические и плюралистические теории объекта гражданского правоотношения) в равной мере применимы и к обязательственному отношению. Очевидно, что объектом обязательства следует признать поведение обязанного лица: действия должника по передаче вещи, выполнению работ, оказанию услуг и др. Вещь, результат работы, услуга или иное благо представляют собой предмет обязательства. Содержание обязательства составляют права и обязанности сторон, а именно – права требования и долги.

§ 2. Основания возникновения обязательств. Виды обязательств

В основании обязательства могут находиться различные юридические факты. Так, обязательства возникают из договоров и иных сделок, как предусмотренных, так и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; актов государственных органов и органов местного самоуправления, предусмотренных законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей. Примером такого акта является решение о предоставлении жилого помещения по договору социального найма. Юридическим фактом, лежащим в основании обязательства, может стать и судебное решение, устанавливающее гражданские права и обязанности, например, решение суда об обязании заключить предварительный договор. Зачастую обязательства становятся результатом совершения неправомерных действий, к их числу относятся обязательства вследствие причинения вреда другому лицу, неосновательного обогащения, иных действий граждан и юридических лиц. Так, возврат собственнику найденной вещи предоставляет право требовать возмещения расходов по обеспечению ее сохранности. Обязательства также возникают вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий. Например, наступление страхового случая является одним из условий для возмещения вреда страховой компанией. В основании обязательства могут находиться и иные юридические факты, предусмотренные ГК РФ.

Юридической науке известны различные классификации обязательств. Одни из них можно назвать сложными, так как они стремятся дать представление о системе обязательств в целом и потому основаны на нескольких критериях деления. Так, Н. Д. Егоров дифференцирует все обязательства по типам, группам, видам, подвидам и формам³⁰. Большинство классификаций являются простыми, в их основу положено какое-то одно основание деления.

Так, обязательства подразделяются на регулятивные, опосредующие нормальные отношения экономического оборота, и охранительные, направленные на охрану нарушенных отношений: обязательства из причинения вреда, обязательства из неосновательного обогащения.

Обязательства могут быть договорными, если они возникают из договора, и внедоговорными, если в их основании находятся иные юридические факты. К числу внедоговорных обычно относят обязательства, возникающие из односторонних сделок, охранительные обязательства.

Выделяются обязательства основные и дополнительные (акцессорные). Существование дополнительного обязательства тесно связано с основным. Дополнительные обязательства возникают и прекращаются в связи с основным обязательством. Дополнительное обязательство может быть принято до того, как возникло основное обязательство, но его действие непосредственно зависит от основного. Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором. При недействительности соглашения, из которого возникло основное обязательство, обеспеченными считаются связанные с последствиями такой недействительности обязанности по возврату имущества, полученного по основному обязательству (ст. 329 ГК РФ). В качестве примера акцессорного обязательства можно привести залог, поручительство и иные обязательства, обеспечивающие исполнение основного обязательства.

В зависимости от того, как соотносятся интересы участников в обязательстве, существуют обязательства со встречной направленностью интересов их участников (договор аренды) и обязательства общецелевой направленности (договор простого товарищества).

Субъектный состав обязательства также дает достаточную почву для классификации. Число лиц, выступающих на стороне обязательства, может быть разным, а потому выделяются обязательства со множественностью лиц и обязательства с участием одного лица на стороне обязательства. Если в обязательстве хотя бы на одной из его сторон участвует несколько лиц, оно является обязательством со множественностью лиц. Множественность называется активной при участии нескольких кредиторов в обязательстве, пассивной – при участии нескольких должников в обязательстве и смешанной, если в обязательстве участвует несколько кредиторов и несколько должников. Обязательства со множественностью лиц в зависимости от того, как организуются отношения между самими участниками в процессе существования и исполнения обязательства, подразделяются на долевые, солидарные и субсидиарные. Об этих видах обязательств подробно рассказывается в главе «Исполнение обязательств».

Возможное участие третьих лиц на стороне обязательства приводит к выделению обязательств с участием третьих лиц в самостоятельную разновидность. Обязательства с участием третьих лиц подразделяются на регрессные обязательства, обязательства в пользу третьего лица и обязательства, исполняемые за должников третьими лицами.

Регрессное обязательство определяется как обязательство, в силу которого должник обязан совершить для кредитора определенные действия в связи с тем, что кредитор совершил аналогичные действия в пользу иного лица вместо должника или по его вине³¹. Так, юридическое лицо обязано возместить вред, причиненный его работником (ст. 1068 ГК РФ). После исполнения обязательства оно приобретает право регресса к своему работнику (ст. 1081 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон, обязательство может создавать для третьих лиц права в отношении одной или обеих сторон обязательства, такие обязательства называются обязательствами в пользу третьих лиц. В соответствии со ст. 430 ГК РФ договором в пользу третьего лица признается договор, в котором стороны установили, что должник обязан произвести исполнение не кредитору, а указанному или не указанному в договоре третьему лицу, имеющему право требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу. Примером обязательства может быть договор банковского вклада, внесенного в пользу третьего лица (ст. 842 ГК РФ). Третье лицо в таких обязательствах вправе требовать исполнения в свою пользу, которое оно приобретает с того момента, когда оно выразило намерение воспользоваться своим правом. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, с момента выражения третьим лицом должнику намерения воспользоваться своим правом по договору стороны не могут расторгать или изменять заключенный ими договор без согласия третьего лица. Первоначальный кредитор из обязательства не выбывает и может воспользоваться правом требования при отказе третьего лица от права, предоставленного ему по договору.

Обязательства, исполняемые третьими лицами за должника, урегулированы в ст. 313 ГК РФ. Так, в соответствии со ст. 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо.

Обязательства, связанные с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, и обязательства с участием граждан-потребителей рассматриваются в качестве отдельных видов обязательств в силу специального правового регулирования отношений с участием данных групп лиц.

По субъекту исполнения выделяются обязательства личного характера, разновидностью которых являются обязательства лично-доверительного характера. Так, к примеру, согласно ст. 383 ГК РФ переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, не допускается. Такие обязательства можно назвать личными. Лично-доверительный характер отношения проявляется, например, в договоре поручения.

Особенности предмета исполнения являются основанием для подразделения обязательств на альтернативные и факультативные. Альтернативным признается обязательство, по которому должник обязан совершить одно из двух или нескольких действий (воздержаться от совершения действий) по своему выбору. Законом, иными правовыми актами или договором право выбора может быть предоставлено кредитору или третьему лицу (ст. 308¹ ГК РФ). Факультативным признается обязательство, в котором должник вправе в соответствии с условиями обязательства заменить основное исполнение другим (факультативным) исполнением.

Особенности предмета исполнения позволяют назвать в качестве самостоятельного вида обязательства денежные обязательства. Специфика их исполнения урегулирована в ст. 317 ГК РФ.

Спецификой исполнения отличаются и однородные обязательства (ст. 319¹ ГК РФ). Однородными обязательствами являются, в частности, обязательства, предусматривающие передачу вещей или прав, определенных родовыми признаками (денежные обязательства, обязательства по передаче бездокументарных ценных бумаг определенной категории (типа) (п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 2 ноября 2016 г. № 54)³².

По своему содержанию обязательства могут быть простыми и сложными. Если одному праву в обязательстве корреспондирует одна обязанность, такое обязательство считается простым. Модель простого обязательства отражена в ст. 307 ГК РФ. Сложное обязательство отличается б.льшим числом прав и обязанностей. В зависимости от того, как распределяются права и обязанности между сторонами обязательства, выделяются обязательства односторонние и взаимные. В односторонних обязательствах одной стороне принадлежат права, другая несет обязанности. Во взаимном обязательстве каждый из участников обязательства выступает и в роли кредитора, и в роли должника. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать.

Кроме того, обязательства могут быть имущественными или неимущественными, позитивными или негативными.

В качестве особого вида можно назвать натуральные обязательства. Натуральным, к примеру, является обязательство о возврате долга после истечения срока исковой давности.

Исполнение натуральных обязательств не обеспечено принудительной силой государства. Тем не менее свойства обязательств признавались за такими отношениями еще в дореволюционной правовой науке. «˂…˃ в тех случаях, где признается существование натурального обязательства, добровольное исполнение обязательства со стороны должника рассматривается не как дарение, а как solutio debiti naturalis, а посему он ни в каком случае не может требовать возврата уплаченного под тем предлогом, что кредитор не имел права иска. Далее, в известных случаях допускается предъявление натурального обязательства к зачету. Затем, натуральное обязательство при известных условиях может послужить основанием для новации (т. е. для замены его другим обязательством) и для конститута (т. е. признания со стороны должника), благодаря чему кредитор приобретает право иска по новому обязательству, заменившему старое или ставшему наряду с ним. Наконец, исполнение натурального обязательства может быть обеспечено представлением поручителей или залогом»³³.

В проекте ГК РФ давалось определение этому понятию – натуральным называлось обязательство, по которому требование кредитора не подлежит судебной защите. Должник, исполнивший натуральное обязательство, не вправе был бы требовать возврата исполненного (ст. 308³ проекта ГК РФ)³⁴. В этой же статье проекта вводилось положение о преимущественной, в том числе судебной, защите кредитора, если исполнение натурального обязательства было связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности. Эти положения проекта в полном объеме в действующий ГК РФ не вошли, и понятия натурального обязательства ГК РФ не содержит. Вместе с тем, содержание отдельных положений закона говорит в пользу признания натуральных обязательств³⁵. Так, лицо, исполнившее обязанность по истечении срока исковой давности, не вправе требовать исполненное обратно, хотя бы в момент исполнения оно не знало об истечении давности (ст. 206 ГК РФ).

§ 3. Субъекты обязательства. Перемена лиц в обязательстве

Сторонами обязательства являются кредитор – уполномоченное лицо и должник – обязанное лицо. Если каждая из сторон по договору несет обязанность в пользу другой стороны, она считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (п. 2 ст. 308 ГК РФ).

В обязательстве в качестве каждой из его сторон может участвовать одно или одновременно несколько лиц.

Субъектами обязательства могут быть любые лица: граждане (физические лица), юридические лица, публично-правовые образования. Участие в обязательстве требует, как правило, наличия полной дееспособности (или она может быть восполнена) или соответствующей компетенции.

Замена любого субъекта обязательства (как на стороне кредитора, так и на стороне должника) называется переменой лиц в обязательстве.

Прежде всего рассмотрим случаи замены кредитора. Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (ст. 382 ГК РФ).

Уступка требования (цессия) представляет собой переход права от одного кредитора к другому. Ее правовая природа определяется по-разному: раньше ее нередко считали обязательственным договором³⁶, сегодня рассматривают как технико-юридическое действие³⁷ или как распорядительную сделку³⁸.

Цессия возможна, если между первоначальным кредитором, именуемом цедентом,и новым кредитором, иначе называемом цессионарием, достигнуто соглашение об уступке. Таким образом, в основании цессии, т.е. собственно перехода права, всегда находится обязательственная сделка – тот договор, на основании которого и производится уступка.

По своей правовой природе этот договор может быть как договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами (например, договором дарения, договором продажи имущественного права), так и смешанным или непоименованным договором. На это обращается внимание в постановлении Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54³⁹. Нужно заметить, что определение соглашения об уступке как обязательственной сделки не ново для судебной практики. Примером тому может служить спор об обратной уступке требования⁴⁰. Из обстоятельств дела следует, что в основании уступки находился договор купли-продажи. Поскольку положения о купле-продаже товаров, как правило, применимы к продаже имущественных прав (ст. 454 ГК РФ), а в соответствии со ст. 475 ГК РФ передача некачественного товара – это основание для его возврата, обратная уступка права представляла собой возврат некачественного товара в соответствии с положениями ГК РФ о договоре купли-продажи.

Договор, на основании которого производится уступка, в силу ст. 423 ГК РФ предполагается возмездным. При отсутствии в нем цены договор автоматически договором дарения не признается, так как цена может быть определена по правилам п. 3 ст. 424 ГК РФ. Он может рассматриваться как договор дарения только в случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Итак, соглашение об уступке является основанием перехода права первоначального кредитора к новому кредитору.

Предмет соглашения об уступке – право, возникающее из обязательственного правоотношения. Так, например, возможна уступка требования по договорным обязательствам, обязательствам из причинения вреда, неосновательного обогащения, уступка регрессных требований. Право, не являющееся обязательственным, по общему правилу, уступить нельзя. Вместе с тем, в силу ст. 307¹ ГК РФ допускается уступка требований, возникающих из корпоративных отношений, требований, связанных с применением последствий недействительности сделки, постольку, поскольку иное не установлено законом или не вытекает из существа соответствующих отношений. В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ полагает возможной уступку требования о возврате полученного по недействительной сделке (п. 13 постановления от 21 декабря 2017 г. № 54).

Является безусловным запретом переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности, требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью (ст. 383 ГК РФ). При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве (п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54). Нарушение запрета ведет к ничтожности сделки.

Передать можно только существующее право. Право, которого еще нет, уступить невозможно. Данное правило вытекает прежде всего из содержания ст. 382 ГК РФ: «Право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке…» и подтверждается иными нормами ГК РФ (п. 2 ст. 388¹ ГК РФ). Обязательственный договор (или иными словами соглашение об уступке), находящийся в основании цессии, может совершаться в любое время. Так, допускается продажа будущей вещи, в том числе имущественного права. Сама же цессия, собственно переход права, возможна при условии, что это право существует.

Однако определить в соглашении об уступке право, подлежащее передаче, можно задолго до того, как оно возникнет. Поэтому будущее требование способно стать предметом соглашения об уступке (ст. 388¹ ГК РФ). Под будущим понимается именно несуществующее, не возникшее к моменту заключения договора требование. Не является будущим требование «несозревшее» – то, по которому к моменту заключения договора срок исполнения еще не наступил (п. 6 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54). Будущее требование переходит к цессионарию, как правило, после возникновения требования, хотя соглашением сторон может быть предусмотрено, что оно перейдет позже. Таким образом, на момент перехода это уже не будущее, но вполне «настоящее» требование.

Согласно ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Цедент не может уступить цессионарию больше прав, чем имеет сам. Вместе с тем, на основании закона новый кредитор в силу его особого правового положения может обладать дополнительными правами, отсутствовавшими у первоначального кредитора, например, правами, предусмотренными Законом РФ от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» (п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Уступить можно как все права, вытекающие из обязательства, так и некоторые из них. Более того, уступить можно даже часть права. Допустимость частичной уступки определяется объектом передаваемого права. Право требования по денежному обязательству делимо, а потому всегда способно перейти к другому лицу в части, если только закон не содержит на это запрета. Частичная уступка иного, «неденежного» права разрешается, если соответствующее обязательство делимо и это не сделает исполнение обязательства для должника значительно более обременительным (ст. 384 ГК РФ).

Тот факт, что в результате уступки исполнение обязательства цессионарию окажется для должника гораздо более обременительным, нежели чем исполнение цеденту, на действительность соглашения об уступке не влияет. Пленум Верховного Суда РФ по этому поводу разъясняет: «В случае, когда осуществленная без согласия должника уступка требования неденежного исполнения, в том числе частичная в делимом обязательстве, делает для должника исполнение его обязательства значительно более обременительным, должник вправе исполнить обязательство цеденту ˂…˃ Если переход названного требования не может быть признан значительно более обременительным для должника, однако требует от должника дополнительных усилий или затрат, цедент и цессионарий обязаны возместить должнику соответствующие расходы» (п. 15 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

При уступке цедент должен соблюсти ряд предусмотренных законом требований, относящихся, в частности, к существованию права и его принадлежности кредитору в момент уступки. При нарушении условий, предъявляемых к совершению уступки в законе или договоре, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (п. 2, 3 ст. 390 ГК РФ).

Предмет соглашения об уступке должен быть определен, иначе договор может быть признан незаключенным. Для этого следует описать передаваемое требование. Ранее часто рекомендовалось указать содержание, объем, основание возникновения права, стороны обязательства, из которого оно возникло. Сегодня допускается «облегченная» характеристика предмета договора. Так, договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка. Отсутствие в договоре указания на точный размер уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (п. 69 Постановления Пленума ВС № 58)⁴¹. Более того, ранее подчеркивалось, что даже отсутствие в соглашении указания на обязательство, в состав которого входило уступаемое право (требование), не ведет к незаключенности договора, если это обязательство однозначно определяется иным образом⁴². Таким образом, соглашение об уступке считается заключенным, если определен его предмет – право, подлежащее передаче. Будущее требование определяется в соглашении об уступке способом, позволяющим идентифицировать его на момент возникновения или перехода к цессионарию (ст. 388¹ ГК РФ).

Форма соглашения об уступке соответствует форме основной сделки. Так, уступка требования, основанного на сделке, совершенной в простой письменной или нотариальной форме, совершается в этой же форме. Соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, по общему правилу, также требует регистрации в порядке, установленном для регистрации основной сделки. Такой договор, по общему правилу, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации. Например, договор, на основании которого производится уступка требования об уплате арендных платежей по зарегистрированному договору аренды, подлежит государственной регистрации. В отсутствие регистрации указанный договор не влечет юридических последствий для третьих лиц, которые не знали и не должны были знать о его заключении, например, для приобретателя арендуемого имущества (п. 2 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Требование переходит к цессионарию в момент заключения соглашения об уступке, если законом или договором не предусмотрено иное. В соглашении можно установить более поздний момент перехода права к новому кредитору (п. 2 ст. 389¹ ГК РФ). Этот момент может быть связан с истечением определенного срока, наступлением отлагательного условия, подписанием отдельного двустороннего документа о переходе требования.

Соглашение об уступке является не только основанием для перехода прав кредитора к другому лицу. В нем также могут быть урегулированы взаимные права цедента и цессионария, пределы ответственности цедента перед цессионарием (ст. 389¹, 390 ГК РФ).

Цедент обязан передать цессионарию документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для его осуществления. Вопросы, касающиеся уведомления должника о факте уступки права (требования), регулируются договором между цедентом и цессионарием.

Уведомить должника может как первоначальный, так и новый кредитор. Любое уведомление для должника обязательно. Однако уведомление, исходящее от цедента, подтверждения не требует. Напротив, при уведомлении цессионарием должник вправе потребовать от последнего предоставления доказательств перехода права – соглашения об уступке и акта о переходе требования (в случае его заключения).

Уведомление должнику должно быть направлено в письменной форме, в противном случае риск неисполнения обязательства, равно как и иные связанные с этим негативные риски, несет цессионарий. Исполнение, произведенное в соответствии с уведомлением о переходе права, считается надлежащим.

Уведомление о переходе права должно содержать сведения, позволяющие с достоверностью идентифицировать нового кредитора, определить объем перешедших к нему прав. Если указанных в уведомлении сведений недостаточно для совершения должником исполнения новому кредитору, должник, по общему правилу, вправе исполнить обязательство первоначальному кредитору или приостановить исполнение и потребовать представления соответствующих сведений от первоначального кредитора (п. 21 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Цедент не несет перед цессионарием ответственности за исполнение требования должником, исключая случаи, когда цедент за него поручился. Однако цедент обычно отвечает перед цессионарием за действительность требования. Начиная с 1 июня 2018 г., в отдельных предусмотренных договором случаях, цедент может снять с себя ответственность даже за недействительность уступаемого требования (п. 1 ст. 390 ГК РФ).

Согласие должника для перехода к другому лицу прав кредитора, по общему правилу, не требуется. Закон или договор могут предусматривать получение согласия на уступку от должника (п. 2 ст. 382 ГК РФ, п. 1 ст. 388 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 388 ГК РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника. Значение личности кредитора для должника должно явно следовать из существа возникшего между ними обязательства. Одного лишь указания на это обстоятельство в заключенном кредитором и должником договоре мало. Если это условие не соответствует характеру отношений между кредитором и должником, оно должно квалифицироваться как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (п. 10 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Договор между кредитором и должником может включать в себя условие о запрете уступки или ее ограничении (п. 3, 4 ст. 388 ГК РФ), но совершению соглашения об уступке это не препятствует и силы его, как правило, не лишает. Заключенное до 1 июня 2018 г. соглашение признается недействительным, если новый кредитор знал или должен был знать о запрете. С 1 июня 2018 г. это правило для должника стало строже. Соглашение об уступке денежного требования, совершенное вопреки запрету должника, действительно всегда, хотя бы цессионарию и было известно о существовании запрета. Исключение составляют случаи злоупотребления правом (п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54). Соглашение об уступке неденежного требования может быть признано недействительным только при недобросовестности цессионария, знавшего или обязанного знать о запрете уступки должником.

Таким образом, должник обязан исполнить обязательство новому кредитору, несмотря на свое несогласие с цессией. Исключением является случай, когда уступка требования неденежного исполнения делает для него исполнение значительно более обременительным – тогда должник вправе исполнить обязанность цеденту (ст. 384 ГК РФ, п. 15 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

В остальных случаях должнику предоставлено право на возмещение вызванных переходом права необходимых расходов. Эти расходы подлежат взысканию с обоих кредиторов солидарно. Необходимые расходы могут быть предъявлены должником к зачету, кроме того должник вправе приостановить свое исполнение до возмещения указанных расходов (п. 18 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54). Возмещение необходимых расходов не препятствует взысканию с цедента иных убытков, вызванных нарушением условия договора о запрете уступки (ст. 388 ГК РФ).

Нежелание учитывать мнение должника в приведенном выше примере свидетельствует об усилении позиции кредитора. Преимущественная защита интересов кредитора проявляется и в другом.

В ходе исполнения обязательства должник вправе выдвигать против требования цессионария любые возражения, основания для которых возникли еще до момента получения уведомления об уступке. Начиная с 1 июня 2018 г., должнику, получившему уведомление о переходе права, вменяется в обязанность раскрыть содержание всех своих возражений и, более того, дать цессионарию возможность ознакомиться с их основаниями. В противном случае впоследствии должник не вправе на них ссылаться (ст. 386 ГК РФ).

Права кредитора по обязательству могут переходить к другому лицу и на основании закона (ст. 387 ГК РФ). Например, в результате универсального правопреемства в правах кредитора (наследование), по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, когда возможность такого перевода предусмотрена законом. Права переходят на основании закона и вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству. Суброгация страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая, представляет собой еще один случай перемены лиц в обязательстве на основании закона. Закон может устанавливать другие случаи перехода прав от одного лица к другому.

К отношениям, связанным с переходом прав на основании закона, применяются правила ГК РФ об уступке требования, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений.

Перемена лиц в обязательстве происходит не только при переходе прав, но и при переходе обязанностей.

Обязанность, как и право, может перейти от первоначального должника к новому должнику на основании договора. ГК РФ называет это переводом долга.

Соглашение о переводе долга может заключаться между первоначальным и новым должниками при условии получения согласия кредитора. Перевод долга без согласия кредитора ведет к ничтожности сделки.

Если обязательство связано с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, соглашение о переводе долга может заключаться кредитором и новым должником. Согласие первоначального должника на перевод долга не требуется.

Если при переводе долга первоначальный должник выбывает из обязательства и долг возлагается на нового должника полностью, такой перевод долга называется привативным. Если же первоначальный должник из обязательства не выбывает, а продолжает отвечать перед кредитором вместе с новым должником на солидарных началах, такой перевод долга является кумулятивным. Соглашением сторон вместо солидарной может быть предусмотрена субсидиарная ответственность.

Перевод презюмируется привативным, если из соглашения о переводе долга по обязательству, связанного с осуществлением предпринимательской деятельности, ясно не следует, о каком – привативном или кумулятивном – переводе идет речь.

Кумулятивный перевод долга по достигаемому для кредитора правовому эффекту сходен с договором поручительства, в связи с чем Пленум Верховного Суда РФ подчеркивает – соглашение, содержание которого не позволяет точно определить его природу именно как соглашения о переводе долга, следует считать договором поручительства (п. 27 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Форма соглашения о переводе долга соответствует форме основной сделки. Если основная сделка, из которой возник переводимый долг, была зарегистрирована, соглашение о переводе долга подлежит регистрации, если иное не установлено законом.

Кредитор может осуществлять в отношении нового должника все права по обязательству, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства. При кумулятивном переводе долга первоначальный и новый должники, по общему правилу, отвечают перед кредитором солидарно. Вместе с тем, соглашением о переводе долга может быть предусмотрена субсидиарная ответственность первоначального должника или он может быть освобожден от исполнения обязательства.

Новый должник вправе выдвигать против требования кредитора возражения, основанные на отношениях между кредитором и первоначальным должником, за исключением принадлежащего первоначальному должнику права на зачет встречного требования.

К новому должнику, исполнившему обязательство, связанное с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, переходят права кредитора по этому обязательству, если иное не предусмотрено соглашением между первоначальным должником и новым должником или не вытекает из существа их отношений.

Переход обязанности от должника к иному лицу на основании закона называется переходом долга. Так, наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (ст. 1175 ГК РФ). Примером перехода долга может быть реорганизация юридического лица. Случаи перехода долга разбираются в судебной практике: так, переход права собственности на недвижимое имущество в ходе исполнительного производства, возбужденного в отношении предыдущего собственника, на которого вступившим в законную силу решением суда возложена обязанность о приведении этого имущества в прежнее состояние, влечет переход данной обязанности на нового собственника⁴³.

Переход долга в силу закона согласия кредитора не требует, хотя иное может быть установлено законом или вытекать из существа обязательства.

Одновременная передача стороной всех прав и обязанностей по договору другому лицу называется передачей договора(ст. 392³ ГК РФ).

К соглашению по передаче договора соответственно применяются правила об уступке требования и о переводе долга. Если с согласия арендодателя арендатор и третье лицо заключили договор перенайма, третье лицо полностью заменяет первоначального должника в отношениях с кредитором, если же такой перенаем правомерно произошел без согласия арендодателя, первоначальный и новый арендаторы, по общему правилу, несут солидарную ответственность перед арендодателем за встречное исполнение по обязательству.

Лицо, полностью заменившее в обязательстве своего предшественника, как правило, отвечает за исполнение последним этого обязательства. Так, новый арендатор должен внести арендную плату за все периоды пользования имуществом, в том числе и до его вступления в договор, если только в соглашении о передаче договора не предусмотрено иное (п. 29 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

По общему правилу, недействительность условия соглашения о передаче договора в части одного из прав (требований) или перевода одной из обязанностей, возникших из договора, в который вступает третье лицо, влечет недействительность всего соглашения о передаче договора, исключая случаи, когда можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной части (ст. 180 ГК РФ; п. 30 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54).

Глава 2. ИСПОЛНЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВА

§ 1. Понятие исполнения обязательства

Цель любого обязательства состоит в удовлетворении интересов участвующих в нем субъектов. Лица всегда вступают в обязательство затем, чтобы получить необходимое им благо: вещь, деньги, результат работы или полезный эффект некоторой услуги. Между тем в обязательственном отношении предоставление такого блага полностью зависит от поведения обязанной стороны. Поэтому в ст. 307 ГК РФ говорится о том, что в силу обязательства должник обязан совершить в пользу кредитора определенное действие: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги, совершить любое другое действие или воздержаться от определенного действия. Благодаря действиям или бездействию должника кредитор получает желаемое, а значит, поведение должника, направленное на достижение правового результата, запланированного сторонами обязательства, составляет сущность исполнения обязательства.

Исполнить можно только свою собственную обязанность, исполнить чужую обязанность, не вступив при этом в правоотношение, в рамках которого эта обязанность возложена, нельзя. Разумеется, должник может привлечь третье лицо к исполнению собственного обязательства, однако он при этом из обязательства не выбывает и целиком несет ответственность за предоставляемое кредитору исполнение (п. п. 1, 3 ст. 313, ст. 403 ГК РФ). Иными словами, с точки зрения права, действия третьего лица приравниваются к действиям самого должника. Третье лицо, помогая должнику выполнить лежащую на нем обязанность, как правило, тем самым одновременно выполняет и свою. Поэтому следует согласиться с теми учеными, которые подразумевают под исполнением обязательства (обязанности) исполнение, производимое самим должником⁴⁴. Однако этот подход, отвечающий теоретическим воззрениям на понятие правоотношения, не воспринят в законодательстве и разделяется не всеми исследователями. Так, если обратиться к ГК РФ, то, можно увидеть, что, хотя в ст. 307 ГК РФ говорится об исполнении обязательства должником, в других нормах Гражданского кодекса содержатся положения об исполнении обязательства за счет должника (ст. 397 ГК РФ), исполнении обязательства третьим лицом по его собственной инициативе в случаях, предусмотренных законом (п. 2 ст. 313 ГК РФ). Понятием обеспечения исполнения обязательства охватываются такие способы, как например, поручительство и независимая гарантия, где интерес кредитора может удовлетворяться посредством исполнения, данного за должника другим лицом: поручителем или гарантом (ст. 363, 365, 368, 376 ГК РФ). В юридической науке субъектом, исполняющим обязательство, считается третье лицо, действующее при отсутствии поручения со стороны должника⁴⁵. Несомненно, кредитор заинтересован именно в получении нужного ему блага, желательно от должника, а если это по каким-либо причинам неосуществимо – от иного лица. Исходя из этого, формальное, юридическое понимание сущности исполнения заменяется в законодательстве иным – экономическим.

В правовой литературе встречаются определения, включающие в содержание понятия исполнения обязательства также включаются действия кредитора⁴⁶. Данная позиция подвергается критике, поскольку кредитор, будучи управомоченной стороной обязательства, вправе осуществить, но не обязан исполнить свои права⁴⁷. В связи с этим необходимо заметить, что юридической науке известно понятие кредиторской обязанности. Возникает вопрос, следует ли исполнение кредиторских обязанностей рассматривать как один из элементов, составляющих содержание исполнения обязательства. Понятие кредиторской обязанности определяется учеными по-разному. Например, О.А. Красавчиков называл кредиторской обязанностью «совершение действий, необходимых для своевременного принятия предложенного должником исполнения»⁴⁸. О.С. Иоффе характеризовал кредиторские обязанности, с одной стороны, как предпосылку, необходимую для надлежащего исполнения соответствующих обязанностей должником, с другой, как предпосылку последующего осуществления прав кредитором⁴⁹. Несмотря на некоторое различие позиций, основной чертой кредиторской обязанности считается ее функциональная направленность: обеспечить исполнение обязанности должника. Например, осуществить безналичный платеж возможно, лишь зная счет кредитора. Поэтому обязанность сообщить должнику реквизиты банковского счета можно рассматривать как кредиторскую. Однако сообщая реквизиты своего счета, лицо тем самым выполняет обязанность принять исполнение, предложенное другой стороной, а не осуществляет право. Иными словами, при этом оно действует как обязанная сторона, т.е. должник, от которого другая сторона вправе потребовать принять предложенное надлежащее исполнение. Кредиторская обязанность по своему существу есть обязанность, особое наименование которой отражает ее особое значение, подчеркивает ее обусловленность и зависимость от исполнения другой, основной, обязанности. Исполнение кредиторской обязанности есть исполнение обязанности, а значит и обязательства.

Содержание исполнения составляет поведение должника. В соответствии со ст. 307 ГК РФ в силу обязательства должник обязан совершить в пользу кредитора определенное действие или воздержаться от него. Принято считать, что активная обязанность должника является основной обязанностью в обязательстве, а обязанность воздержаться от какого-либо действия только дополняет обязанность по передаче вещи, выполнению работ, оказанию услуг⁵⁰. Поэтому исполнить обязательство, не совершив при этом никакого действия, невозможно. Очевидно, что ученые, придерживающиеся данного мнения, не признают существование негативных обязательств. Высказано и противоположное мнение⁵¹. Так, С.В. Сарбаш полагает: «Главным основанием для устанавливаемых объективным правом юридических последствий служит волеизъявление человека, или его действие. Сюда относится, несмотря на кажущееся противоречие, и так называемое бездействие, или воздержание от действия, которое также называют отрицательным действием, насколько оно оказывается выражением воли, направленной на известный юридический эффект»⁵². Таким образом, исполнение негативного обязательства состоит в воздержании от совершения действий, принятых на себя должником.

Неоднозначное решение правовой наукой вопроса о содержании исполнения приводит к тому, что традиционно исследуется правовая природа действий по исполнению обязательства⁵³. К настоящему времени сложилось несколько направлений в понимании правовой природы таких действий. В соответствии с первым – действия во исполнение обязательства являются по своему характеру фактическими, т.е. не имеют юридического значения⁵⁴. Согласно второму – в зависимости от ситуации они могут быть как фактическими, так и юридическими, допускается также их сочетание в рамках одного обязательства⁵⁵. В обоих случаях авторы согласны друг с другом в том, что фактические действия способны составлять содержание обязательства. Данный вывод скорее основан на исследовании характера действий вне их связи с правоотношением, в то время как при исследовании правовой природы исполнения важно дать оценку действий с точки зрения их влияния на развитие правоотношения. Совершение действий во исполнение обязательства приводит к тому, что последнее изменяется или прекращается. О.А. Красавчиков писал: «Любое действие, поскольку оно только фактическое, т.е. не имеет юридической значимости, никогда не вызывает юридических последствий»⁵⁶. Поэтому нельзя не согласиться с представителями третьего направления, придающими юридическое значение всем действиям, совершаемым во исполнение обязательства.

В то же время и между ними нет консенсуса относительно природы таких действий. По мнению О.А. Красавчикова, исполнение обязательства является юридическим поступком, поскольку приводит к прекращению обязательства независимо от воли сторон⁵⁷. Исполнение обязательства предлагается рассматривать как особый юридический факт⁵⁸, как технико-юридическое действие⁵⁹. Сохраняет поддержку в научном мире теория, характеризующая действия по исполнению обязательства как сделку. Согласно ст. 153 ГК РФ под сделкой понимаются действия граждан или юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Поскольку обязанная сторона, исполняя договор, в конечном итоге стремится к прекращению обязательства, ее действия трудно не признать сделкой. Сделкой, по-видимому, следует признавать и несовершение определенного договором действия, так как оно также влияет на динамику обязательства. Вместе с тем и здесь разброс мнений по-прежнему широк, поскольку одни говорят об исполнении как о договоре⁶⁰, другие как об односторонней сделке⁶¹, и третьи как об особой двусторонней сделке, не являющейся договором⁶².

§ 2. Принцип надлежащего исполнения

Исполнение обязательства подчиняется определенным правилам. К их числу традиционно относят принцип надлежащего исполнения обязательства. В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Исполнение обязательства надлежащим образом означает, что оно исполняется надлежащими субъектами, в отношении надлежащего предмета, в надлежащий срок, в надлежащем месте и надлежащим способом. Рассмотрим каждое из этих требований.

Прежде всего, обязательства должны исполняться надлежащими субъектами. Должник обязан произвести исполнение кредитору или указанному им лицу. Исполнение обязательства третьему лицу по указанию кредитора называется переадресованием исполнения. Необходимо подчеркнуть, что третье лицо не является субъектом обязательства между кредитором и должником, а значит, оно вправе только принять исполнение, но не может его потребовать. В этом заключается основное различие между исполнением третьему лицу и исполнением по договору, заключенному в пользу третьего лица. В последнем случае третье лицо имеет возможность требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу (ст. 430 ГК РФ). Должник вправе настаивать на предоставлении доказательств принятия исполнения управомоченным на то лицом. Так, если представитель кредитора действует на основании полномочий, содержащихся в документе, который совершен в простой письменной форме, должник вправе не исполнять обязательство данному представителю до получения подтверждения его полномочий от представляемого, в частности до предъявления представителем доверенности, удостоверенной нотариально, за исключением случаев, указанных в законе, либо случаев, когда письменное уполномочие было представлено кредитором непосредственно должнику или когда полномочия представителя кредитора содержатся в договоре между кредитором и должником. Должник несет риск последствий непредъявления такого требования, если иное не предусмотрено соглашением сторон, не вытекает из обычаев или существа обязательства (ст. 312 ГК РФ). Это означает, что должнику придется или снова исполнить свою обязанность на этот раз настоящему кредитору, и (или) понести ответственность за неисполнение обязательства (ст. 396 ГК РФ). В свою очередь, он, опираясь на положения ст. 1102 ГК РФ, вправе предъявить требование о возврате неосновательного обогащения и вернуть все, исполненное по ошибке.

Обычно исполнение обязательства производится самим должником, однако должник может возложить обязанность по исполнению обязательства на третье лицо. Возложение на третье лицо обязанности по исполнению обязательства называется перепоручением исполнения. Кредитор обязан принять исполнение, предложенное третьим лицом за должника, при условии, что такое исполнение является надлежащим и из закона, иных правовых актов, условий или существа обязательства не вытекает обязанность должника выполнить свою обязанность лично (п. п. 1,3 ст. 313 ГК РФ). Однако кредитор не вправе требовать исполнения от третьего лица, поскольку третье лицо не становится участником обязательственного отношения. Обязанность исполнить обязательство по-прежнему несет должник, он отвечает перед кредитором и за действия третьего лица на основании ст. 403 ГК РФ.

От перепоручения исполнения следует отличать исполнение обязательства третьим лицом по своей собственной инициативе. Данное право предоставлено третьему лицу в двух случаях.

Во-первых, согласно п. 2. ст. 313 ГК РФ третье лицо, подвергающееся опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения кредитором взыскания на это имущество, может за свой счет удовлетворить требование кредитора без согласия должника. Однако и здесь кредитор обязан принять исполнение лишь при условии, что не было обязанности должника осуществить исполнение лично.

Во-вторых, начиная с 1 июня 2015 г. третье лицо получило право исполнить просроченное должником денежное обязательство. Ни согласия должника, ни согласия кредитора на это не требуется. Денежное исполнение кредитор принять обязан. Просроченное денежное обязательство может быть исполнено третьим лицом и в том случае, когда его возникновение связано с личностью должника, например, третье лицо вправе погасить чужую алиментную задолженность (п. 20 Постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54). Однако исполнение третьим лицом просроченного денежного обязательства не должно противоречить интересам кредитора, иначе оно может быть квалифицировано судом как злоупотребление правом⁶³. К третьему лицу, исполнившему обязательство за должника по собственной инициативе, переходят права кредитора по обязательству (п. 5 ст. 313 ГК РФ).

В этой связи нельзя не упомянуть об известных зарубежной науке концепциях возможного участия третьего лица в исполнении обязательства: «прокредиторской», «продолжниковской» и «сбалансированной». Прокредиторская концепция совершенно игнорирует волю должника, несогласие которого с производимым за него третьим лицом исполнением может быть учтено лишь кредитором; продолжниковская стоит на защите интересов должника, требуя его непременного согласия или одобрения исполнения обязательства третьим лицом; наконец, сбалансированная концепция стремится к равновесию интересов всех лиц и в самом общем приближении заключается в том, что кредитор обязуется принять надлежащее исполнение от третьего лица, если последнее имеет законный интерес в производстве такого исполнения⁶⁴.

Обязательство должно быть исполнено надлежащим предметом. Понятие предмета обязательства по-разному определяется в юридической науке. Многие ученые склоняются к тому, что предметом исполнения обязательства следует считать собственно материальное или нематериальное благо, обладание которым непосредственно интересует кредитора. Поэтому обычно предметом называют вещь, которую надлежит передать, работу которую нужно выполнить, услугу, которую следует оказать⁶⁵, информацию или иной объект гражданских правоотношений⁶⁶. Предметом обязательства также полагают действия по исполнению обязательства⁶⁷, причем понятием нередко охватываются как сами действия, которые должны быть совершены участником обязательства, так и имущество, которое подлежит передаче посредством таких действий⁶⁸.

Между тем действия должника нужны кредитору лишь постольку, поскольку он в результате таких действий получает требуемое благо: например, результат работы или полезный эффект оказанной услуги. Действия сами по себе никакого интереса для кредитора не представляют. Поэтому благо, являющееся предметом непосредственной заинтересованности кредитора, побудившей его вступить в обязательственное правоотношение, и следует считать предметом исполнения в обязательстве.

Должник обязан передать другой стороне предусмотренный обязательством предмет. Требования к предмету определяются в соответствии с условиями договора, закона, а при их отсутствии – с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Применительно к некоторым видам обязательств существуют специальные правила, относящиеся к предмету исполнения. Так, денежные обязательства могут выражаться не только в рублях, но и в иностранной валюте или в условных денежных единицах, однако исполнять их следует в рублях. Использование иностранной валюты, а также платежных документов в иностранной валюте при осуществлении расчетов по обязательствам на территории Российской Федерации допускается в случаях, в порядке и на условиях, определенных законом или в установленном им порядке (ст. 317 ГК РФ).

Специальные правила исполнения касаются факультативных и альтернативных обязательств. Выделение таких обязательств обусловлено наличием нескольких предметов исполнения. Так, не признается альтернативным обязательство, содержание которого составляет несколько альтернативных прав или обязанностей, но предмет исполнения заранее определен (пп. 42–45 Постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54). Право выбора исполнения может принадлежать должнику, кредитору или третьему лицу.

Если должник по альтернативному обязательству не сделал выбор в пределах установленного для этого срока, в том числе путем исполнения обязательства, кредитор по своему выбору вправе потребовать от должника совершения соответствующего действия. Если такое право принадлежало кредитору или третьему лицу и они не сделали выбор в пределах установленного для этого срока, должник исполняет обязательство по своему выбору. Если должник по факультативному обязательству к установленному сроку не приступил к основному исполнению, кредитор вправе потребовать основного исполнения обязательства.

Требования к сроку исполнения обязательства предусмотрены ст. 314, 315 ГК РФ. Если срок определен указанием на конкретный день либо на период времени, то обязательство подлежит исполнению в этот день либо в течение этого периода. Если срок исполнения обязательства не определен и в обязательстве нет условий, позволяющих определить этот срок, или срок определен моментом востребования, в таком случае обязательство должно быть, по общему правилу, исполнено в семидневный срок со дня предъявления требования о его исполнении. При непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства должник вправе потребовать от кредитора принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

Возможность досрочного исполнения обязательства зависит от его характера. Обязательства, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности всеми его сторонами, могут исполняться до срока. Напротив, в отношении обязательств, связанных с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, досрочное исполнение не допускается. Оба положения представляют собой общее правило, исключения из которого возможны на основании ст. 315 ГК РФ.

Место исполнения обязательства определяется в соответствии со ст. 316 ГК РФ. Если место исполнения не обозначено в законе, иных правовых актах или договоре, не вытекает из обычаев или существа обязательства, то исполнение, как правило, должно быть произведено в месте жительства должника, а если должником является юридическое лицо – в месте его нахождения. Вместе с тем, для отдельных видов обязательств место исполнения устанавливается особо. Так, например, обязательство передать земельный участок, здание, сооружение или другое недвижимое имущество подлежит исполнению в месте нахождения имущества, а обязательство передать товар или иное имущество, предусматривающее его перевозку, должно быть исполнено в месте сдачи имущества первому перевозчику для доставки его кредитору.

Наконец, обязательство должно быть исполнено надлежащим способом. Способом исполнения обязательства часто называется определенный законом, иными правовыми актами, договором, обычаем или иными обычно предъявляемыми требованиями порядок совершения действий по исполнению обязательства. Однако перечень способов настолько многообразен, что многие из них, на первый взгляд, не вполне вписываются в содержание данного понятия. Так, к способу исполнения обязательства относят исполнение обязательства по частям⁶⁹, исполнение в обязательствах со множественностью лиц⁷⁰, внесение долга в депозит⁷¹, встречное исполнение⁷², порядок погашения долга в денежном обязательстве⁷³, способ доставки, тару и упаковку⁷⁴. Это заставляет задуматься о пределах данного понятия.

Если предыдущие элементы исполнения позволяют разобраться в том, кому, чем, где и когда производить исполнение, то способ исполнения отвечает на вопрос, как должно исполняться обязательство.

Прежде всего имеет значение, как исполняется каждая из обязанностей, возложенных на должника. В этом случае традиционно характеризуется обязанность предоставить предмет обязательства. Особенности исполнения, безусловно, зависят от свойств предмета обязательства. Так, если нужно передать вещь, то обязанность может быть исполнена посредством ее вручения. Если предмет обязательства делим, становятся актуальными положения закона о предоставлении исполнения по частям.

Обязательство (по общему правилу) должно быть исполнено полностью, исполнение по частям (в соответствии со ст. 311 ГК РФ) не допускается, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев или существа обязательства. По мнению Верховного Суда РФ, из существа денежного обязательства по общему правилу вытекает возможность его исполнения по частям, в силу чего кредитор не вправе отказаться от принятия исполнения такого обязательства в части (п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54). В юридической науке предложенное толкование вызвало нарекания: принуждение кредитора принять частичное исполнение создает для последнего либо угрозу несения дополнительных издержек, либо иным образом значительно ухудшает его правовое положение, например позволяет осуществить «перехват» требований в преддверии возбуждения дела о банкротстве⁷⁵.

Исполнение иных обязанностей должника определяется пределами интереса его кредитора⁷⁶.

Исполнение обязанности одной стороной обязательства нередко обусловлено предварительным исполнением обязанности другой стороной. В связи с этим в ГК РФ говорится о встречном исполнении обязательства.

Встречное исполнение – это исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств (ст. 328 ГК РФ). А. Г. Карапетов подчеркивает, что взаимная обусловленность будет иметь место всегда, если речь идет об основных обязательствах двух сторон по осуществлению встречных предоставлений в рамках синаллагматических договоров, опосредующих взаимный обмен экономическими благами⁷⁷.

Для встречного исполнения важна последовательность исполнения конкретного обязательства. По общему правилу в случае непредоставления обязанной стороной обусловленного договором исполнения либо наличия обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет дано в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства либо отказаться от его исполнения и потребовать возмещения убытков. Если исполнение обязательства произведено не в полном объеме, то сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения в части, соответствующей непредоставленному исполнению, при условии, что положения закона или договора не говорят об ином. Важным в правовом регулировании данных отношений является правило: ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.

Встречное исполнение обязательства не равнозначно обусловленному исполнению. В юридической науке эти понятия соотносятся следующим образом. Если встречная обязанность в рамках синаллагматического договора – это всегда отражение сути отношений сторон, то условие (при обусловленном исполнении) есть внешнее по отношению к сделке обстоятельство, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет, и которое включается в договор по воле сторон⁷⁸. В соответствии со ст. 327¹ ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон. Очевидно, речь идет о самых разных фактах, запускающих или тормозящих процесс исполнения (например, о действиях третьих лиц).

Обязательство может быть как простым, так и сложным. В последнем случае законом или договором может устанавливаться последовательность исполнения обязанностей для определенной стороны. Уместным примером такой последовательности служит порядок исполнения обязанностей в денежном обязательстве. Порядок погашения денежного обязательства определяется в ст. 319 ГК РФ, в соответствии с которой сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем – проценты за пользование деньгами, а в оставшейся части – основную сумму долга. Под процентами, погашаемыми ранее основной суммы долга, понимаются проценты за пользование денежными средствами, подлежащие уплате по денежному обязательству, в частности проценты за пользование суммой займа, кредита, аванса, предоплаты и т.д. Обязанность по погашению процентов за пользование чужими денежными средствами исполняется в последнюю очередь после уплаты основной суммы долга⁷⁹.

В ГК РФ урегулирована последовательность исполнения однородных обязательств (ст. 319¹ ГК РФ).

Множественность лиц в обязательстве также влияет на особенности его исполнения. Так, в пассивных долевых обязательствах каждый должник обязан исполнить обязанность в определенной доле, и исполнение его обязанности не связано с исполнением обязанности другим должником, в активном обязательстве каждый кредитор вправе требовать исполнения только в размере причитающейся ему доли (ст. 321 ГК РФ). Обязательство прекращается лишь тогда, когда каждый из должников исполнит свою обязанность или каждый кредитор получит надлежащее исполнение. В данном примере важно, в каком объеме должны быть исполнены обязанности, что определяет особенности исполнения обязательства в целом.

В солидарных пассивных обязательствах кредитор вправе потребовать исполнения обязательства как от любого из должников, полностью или в части, так и от всех должников вместе. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не будет исполнено полностью (ст. 323 ГК РФ). В солидарных активных обязательствах должник вправе предоставить любому кредитору исполнение в полном объеме до предъявления к нему требования, а любой кредитор вправе потребовать исполнения обязательства в свою пользу в полном объеме. Исполнение, предложенное одному из солидарных кредиторов в полном объеме, прекращает обязательство между должником и кредиторами (ст. 326 ГК РФ). Надлежащее исполнение любого вида солидарного обязательства ведет к его прекращению. Однако, если исполнение было дано или получено за другое лицо, возникает новое регрессное обязательство, являющееся, как правило, долевым (ст. ст. 325, 326 ГК РФ).

Наконец, в субсидиарных обязательствах требование об исполнении обязательства первоначально предъявляется к основному должнику, а затем, в случае отказа от исполнения или при неполучении от него ответа в разумный срок, к субсидиарному должнику (ст. 399 ГК РФ). Кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование может быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника. В примерах, касающихся исполнения солидарных и субсидиарных обязательств, отчетливо видна особая последовательность исполнения обязательства разными лицами.

Трудно в полной мере согласиться с тем, что внесение долга в депозит – один из способов исполнения обязательства. Согласно ст. 327 ГК РФ в предусмотренных законом случаях должник вправе внести причитающиеся с него деньги или ценные бумаги в депозит нотариуса или суда.

Так, исполнение осуществляется нотариусу, если кредитор или уполномоченное на принятие исполнения лицо отсутствуют в месте, где обязательство должно быть исполнено, если кредитор недееспособен, а его представитель отсутствует, если кредитор уклоняется от принятия исполнения или имеет место иная просрочка с его стороны, наконец, если неясно, кто является кредитором по обязательству. Нотариус или суд, в депозит которого внесены деньги или ценные бумаги, извещают об этом кредитора.

Внесение денежной суммы, ценных бумаг в депозит нотариуса или суда предлагается рассматривать как исполнение обязательства, но только для должника. Само по себе внесение денег в депозит, подчеркивает Л.Ю. Михеева, процесса исполнения не завершает. Внесенные в депозит денежные средства продолжают принадлежать тому, кто их внес, хотя фактическое распоряжение ими временно невозможно⁸⁰. Более того, считать исполнением эти действия можно только до той поры, пока должник не потребовал возврата денег, ценных бумаг, а также дохода по ним, из депозита нотариуса либо суда. Это право может быть им реализовано вплоть до поступления в адрес нотариуса заявления кредитора об их получении. При возврате должнику ранее внесенных денег и ценных бумаг исполнение считается несостоявшимся.

Невостребованные кредитором или должником денежные средства по истечении десяти лет с момента их внесения на публичный депозитный счет нотариуса передаются в казну РФ⁸¹. Очевидно, здесь следует говорить не столько о способе исполнения обязательства, сколько о фикции исполнения обязательства надлежащему, т.е. заинтересованному лицу, введенной в законодательство для защиты интересов добросовестного должника.

Напротив, в ряде случаев внесение долга в депозит нотариуса вполне обоснованно считать особым способом исполнения. Кредитор и должник вправе обратиться к нотариусу с совместным заявлением о принятии от должника на депонирование некоторого имущества для его последующей передачи кредитору в порядке, в сроки и на условиях, указанных в заявлении. Основанием депонирования также может стать заявление одного должника (при условии, что условие о депонировании включено в содержание нотариально удостоверенного соглашения сторон). Нотариус, депонируя движимые вещи (включая наличные деньги, документарные ценные бумаги, документы), безналичные денежные средства и бездокументарные ценные бумаги, выполняет функции эскроу-агента (п. 4 ст. 327 ГК РФ). Он гарантирует исполнение обязательства депонента (должника) и проведение расчетов между сторонами соглашения, не будучи при этом стороной сделки⁸². При наступлении определенных в заявлении условий кредитор вправе потребовать от нотариуса передать имущество, депонированное должником, и нотариус, предварительно удостоверившись в обоснованности обращения, обязан его выполнить.

Итак, способ исполнения позволяет охарактеризовать не только последовательность и обусловленность действий по исполнению обязательства, но и соответствие поведения должника содержанию правоотношения.

§ 3. Принцип реального исполнения

Реальное исполнение обязательства в самом общем виде рассматривается как действительное совершение действий сторонами обязательства или воздержание от их совершения, исключая предоставление взамен денежного эквивалента.

Согласно 308³ ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами, договором либо не вытекает из существа обязательства.

Так, в соответствии со ст. 396 ГК РФ исполнение в натуре обязательно для должника, если он приступил к исполнению обязательства; возмещение убытков или уплата неустойки при ненадлежащем исполнении обязательства не в состоянии освободить его от исполнения своих обязанностей в натуре. Напротив, если исполнение по обязательству не начиналось, то возмещение убытков или уплата неустойки полностью освобождают должника от исполнения обязанности в натуре. Объясняется это тем, что при ненадлежащем исполнении обязательства неустойка и убытки определяются, исходя из неисполненной части обязательства, и поэтому они лишь частично компенсируют потери кредитора от нарушения обязательств. Если же обязательство должником вообще не исполнено, то неустойка и убытки исчисляются, исходя из полного объема обязательств. В этом случае уплата неустойки и возмещение убытков полностью компенсируют кредитору его потери, а значит, интересы кредитора удовлетворяются и без исполнения обязательства в натуре⁸³.

Положения ст. 396 ГК РФ диспозитивны, следовательно, действие принципа реального исполнения обязательства может быть расширено, сужено либо совершенно отменено законом или договором. Так, в соответствии со ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей»⁸⁴ уплата неустойки и возмещение убытков не освобождают изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченную организацию или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) от исполнения возложенных на него обязательств в натуре перед потребителем.

Вместе с тем, сложно утверждать, что диспозитивный характер норм ст. 396 ГК РФ способен существенно расширить сферу действия указанного принципа. Напротив, существует ряд ограничений в применении принципа реального исполнения, закрепленных в ст. 397, 398 ГК РФ.

В обязательствах по выполнению работ, оказанию услуг сложно понудить должника к исполнению вопреки его воле. Поэтому в ст. 397 ГК РФ предусматривается, что в случае неисполнения должником обязательства изготовить и передать вещь в собственность, в хозяйственное ведение или в оперативное управление, либо передать вещь в пользование кредитору, либо выполнить для него определенную работу, или оказать ему услугу, кредитор вправе в разумный срок поручить выполнение обязательства третьим лицам за разумную цену либо выполнить его своими силами⁸⁵, если иное не вытекает из закона, иных правовых актов, договора или существа обязательства. Впрочем, это не исключает для кредитора возможности настаивать на исполнении обязательства в натуре, особенно в тех случаях, когда только должник способен обеспечить нужное ему исполнение. Кредитор вправе требовать вместо исполнения возмещения должником убытков.

Согласно ст. 398 ГК РФ в случае неисполнения обязательства передать индивидуально-определенную вещь в собственность, в хозяйственное ведение, или оперативное управление, или в возмездное пользование кредитору, кредитор вправе требовать отобрания этой вещи у должника и передаче кредитору на предусмотренных обязательством условиях. Очевидно, что право отобрания вещи должно принадлежать и кредитору, которому имущество подлежит передаче на ином праве, например, для безвозмездного пользования. Перечисленные в ст. 398 ГК РФ обязательства имеют единую черту – все это обязательства по передаче вещи. Именно обязанность должника передать вещь кредитору дает последнему право требовать отобрания вещи. Как передается вещь (возмездно или безвозмездно), и на каком праве кредитор будет ею владеть после предоставления ему этой вещи, в сущности, не должно иметь значения для применения положений данной статьи. Представляется, что кредитор вправе требовать передачи ему индивидуально-определенной вещи, если была нарушена обязанность передать вещь во всех без исключения случаях. В противном случае был бы нарушен один из принципов гражданского права – принцип равенства.

Если по поводу одной и той же вещи возникло несколько обязательств, право отобрания вещи сохраняется только при условии, что вещь еще не передана другому лицу в собственность, хозяйственное ведение или оперативное управление (при условии, что переход права на нее не подлежит государственной регистрации). Напротив, передача индивидуально-определенной вещи на ином праве (в частности, в аренду, в безвозмездное пользование, на хранение) не препятствует удовлетворению требования кредитора об исполнении обязательства в натуре (п. 26 постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7).

Следуя ст. 398 ГК РФ и ее толкованию, данному Пленумом ВС РФ, право отобрания не прекращается, если вещь была передана другому лицу в возмездное пользование. Это справедливо, если сталкиваются интересы кредиторов в разных обязательствах, например, интересы одного, вытекающие из договора купли-продажи вещи, и интересы другого, вытекающие из договора аренды. Как известно, смена собственника не ведет к прекращению обязательства, основанного на договоре аренды. В таком случае интересы обоих кредиторов не нарушаются.

Если же конкурируют интересы двух арендаторов, одному из которых вещь уже передана в пользование, то налицо пробел закона. Очевидно, что в такой ситуации интересы кредитора, добросовестно пользующегося вещью, нуждаются в защите. Между тем, ст. 398 ГК РФ отдает преимущество арендатору, в пользу которого обязательство возникло раньше, а если это невозможно установить – тому, кто раньше предъявил иск. Факт передачи вещи другому лицу на условиях ее возмездного пользования сам по себе во внимание не принимается.

В этой связи следует учитывать разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17 ноября 2011 г. № 73: «Если объектом нескольких договоров аренды, заключенных с несколькими лицами, является одно и то же имущество в целом, то к отношениям арендаторов и арендодателя подлежат применению положения статьи 398 ГК РФ. Арендатор, которому не было передано имущество, являющееся объектом договора аренды, вправе требовать от арендодателя, не исполнившего договор аренды, возмещения причиненных убытков и уплаты установленной договором неустойки»⁸⁶.

В соответствии со ст. 398 ГК РФ вместо того, чтобы потребовать передачи предмета обязательства, кредитор вправе настаивать на возмещении ему убытков.

В ряде случаев реальное исполнение обязательства невозможно. Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 24 марта 2016 г. № 7 поясняет: по смыслу ст. 308³ ГК РФ кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно (в частности, в случае гибели индивидуально-определенной вещи) или если принудительное исполнение будет нарушать принцип уважения чести и достоинства гражданина. Тогда должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением обязательства, при условии, что обязательство не прекратилось.

Принцип реального исполнения не действует, если кредитор отказался от принятия исполнения ввиду утраты к нему интереса, а также если стороны заключили соглашение об отступном (ст. 396 ГК РФ).

После открытия в отношении продавца конкурсного производства покупатель не вправе требовать от него исполнения в натуре обязанности по передаче права собственности на вещь (п. 16 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 за 2017 г.).

Итак, требование реального исполнения может быть осуществлено не всегда. До введения института астрента многочисленные исключения из действия принципа реального исполнения обязательства позволяли отдельным ученым даже отрицать его существование⁸⁷.

В связи с этим нельзя не обратить внимания на иной аспект проблемы. Существуют некоторые расхождения во взглядах относительно сущности реального исполнения. Одни ученые видят суть реального исполнения в предоставлении кредитору требуемого блага⁸⁸, другие называют исполнение реальным, поскольку должник совершает действия или воздерживается от них в максимальном соответствии с содержанием обязательства⁸⁹. Представляется, что данные различия не столь значительны. Если в первом примере реальное исполнение сводится к удовлетворению основного интереса кредитора, то во втором под ним понимается удовлетворение всех интересов, вытекающих из содержания обязательства. Число интересов различно, однако в любом случае поведение должника оценивается через призму его соответствия интересам кредитора. В действительности это ведет к тому, что реальное исполнение становится элементом надлежащего исполнения или совпадает с ним. В самом деле, для кредитора важно не то, совершил ли должник действие, а то, как он его совершил. Если кредитору передана вещь, не соответствующая его требованиям, то, с точки зрения кредитора, исполнения как такового не было. Если был нарушен срок исполнения обязательства, то данный интерес кредитора также остался неудовлетворенным.

Возникает вопрос, зачем тогда следует говорить о реальном исполнении? Отвечают на него по-разному. В науке высказано предложение: основное значение принципа реального исполнения заключается в том, что он определяет юридическую судьбу обязательства в случае его нарушения, решает вопрос о сохранении за таким обязательством юридической силы⁹⁰. Получается, что требование реального исполнения актуально именно для охранительной, а не регулятивной стадии развития обязательства, но можно ли тогда говорить о значении общей закономерности для всех без исключения случаев?

Иного, основанного на положениях советского законодательства, мнения придерживался О.С. Иоффе. Он полагал, что принцип реального исполнения является всеобщим, так как реальное исполнение всегда предполагает надлежащее исполнение, на нормальной стадии правоотношения реальному исполнению соответствует надлежащее исполнение, если обязательство нарушается, то требование реального исполнения выражается в исполнении, наиболее полно отвечающем всем интересам кредитора в обязательстве⁹¹.

Другое решение проблемы соотношения реального и надлежащего исполнения обосновано М.И. Брагинским, который рассматривал реальное исполнение и надлежащее исполнение не как соподчиненные явления, а как явления, располагающиеся в разных плоскостях. Если для реального исполнения важно, чтобы действие было совершено, то для надлежащего исполнения имеет значение, как это действие совершается⁹². В этом случае функция принципа реального исполнения сводится, в первую очередь, к фактической оценке поведения должника на разных стадиях развития обязательства, а вопрос об удовлетворении интересов кредитора решается с точки зрения возможного обеспечения реального исполнения.

§ 4. Иные принципы исполнения обязательства

Наряду с принципами надлежащего и реального исполнения обязательства в цивилистической науке назывались и называются иные принципы, среди которых – принцип недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства⁹³, разумности и д⁹⁴, взаимного с