Правовое регулирование банкротства

Учебник

Ответственный редактор 
кандидат юридических наук, доцент 
Е. Е. Енькова

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 347.736

ББК 67.404.013

П68

Авторы:
Алимова Я. О., к. ю. н., доц. – гл. 32, § 2 гл. 33; Викторова Н. Н., к. ю. н., доц. – § 1 гл. 33; Галкин С. С., к. ю. н., ст. преп., адвокат – гл. 4, 5, 27, 28, 36; Енькова Е. Е., к. ю. н., доц. – § 3 гл. 1, гл. 7, 15, 16, 23; Ершов Д. В., к. ю. н., исполнительный директор Союза организаторов торгов – гл. 14; Ершова И. В., д. ю. н., проф. – гл. 22, гл. 26 (совм. с Р. Т. Мифтахутдиновым); Кобенья Р. Р., аспирант – гл. 34; Мифтахутдинов Р. Т., к. ю. н., доц. – гл. 26 (совм. с И. В. Ершовой); Присяжнюк Я. М., аспирант – гл. 25 (совм. с О. А. Тарасенко); Пузырева Е. Н., к. ю. н., доц. – § 3 гл. 33; Свит Ю. П., к. ю. н., доц. – гл. 17, 18, 20, § 1 гл. 21, гл. 24 (совм. с М. А. Щербаковой); Суворов Е. Д., к. ю. н., доц. – гл. 3, 13; Сушкова О. В., к. ю. н., доц. – гл. 6, 31; Тарасенко О. А., д. ю. н., проф. – гл. 25 (совм. с Я. М. Присяжнюком); Шишмарева Т. П., к. ю. н., доц. – § 1, 2 гл. 1, гл. 2, 12, 19, § 2 гл. 21, гл. 29, 30, 35; Шнигер Д. О., к. ю. н., доц. – гл. 8–11; Щербакова М. А., ст. преп. – § 1 гл. 21, гл. 24 (совм. с Ю. П. Свит).

Рецензенты:
Карелина С. А., доктор юридических наук, профессор кафедры предпринимательского права юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, руководитель магистерской программы «Правовое регулирование несостоятельности (банкротства)»;
Свириденко О. М., доктор юридических наук, заместитель Министра юстиции Российской Федерации, заместитель Председателя Верховного Суда РФ в отставке, заслуженный юрист РФ.

Предлагаемый учебник посвящен проблематике комплексного правового регулирования отношений несостоятельности. В работе исследован понятийный аппарат; освещен процессуальный механизм рассмотрения дел о банкротстве; изучено правовое положение основных субъектов несостоятельности; проанализированы процедуры банкротства; охарактеризованы правовые механизмы формирования и реализации имущества несостоятельного должника; раскрыты особенности банкротства отдельных категорий должников – организаций, а также индивидуального предпринимателя; представлена специфика несостоятельности в некоторых зарубежных странах; изложены сравнительно-правовой и международный аспекты банкротства.

Законодательство приведено по состоянию на январь 2020 г.

Учебник прежде всего предназначен для обучающихся в магистратуре. Он также может быть интересен аспирантам, преподавателям юридических вузов и факультетов, арбитражным управляющим, органам управления саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, практикующим юристам, субъектам предпринимательской деятельности.

УДК 347.736

ББК 67.404.013

© Коллектив авторов, 2020

© ООО «Проспект», 2020

ОБРАЩЕНИЕ К ЧИТАТЕЛЯМ

Настоящий учебник подготовлен преподавателями кафедр предпринимательского и корпоративного права, международного частного права и гражданского права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). В составе авторского коллектива — известные ученые, доктора и кандидаты юридических наук, признанные специалисты в своих областях, имеющие многочисленные публикации по представленной в учебнике тематике. Большинство авторов много лет успешно сочетают активную педагогическую и научно-исследовательскую работу с разноплановой практической деятельностью в сфере отношений несостоятельности, включая непосредственно защиту прав и законных интересов участников данных отношений в рамках судебных производств по делам о банкротстве, экспертное участие в законотворческом процессе, а также в деятельности специальных рабочих групп и научно-консультативных советов судов судебной системы Российской Федерации. Свою лепту в создание учебника внесли молодые ученые — аспиранты МГЮА.

В структурном аспекте учебник состоит из 36 глав, сгруппированных в 9 разделов. Структура обусловлена, прежде всего, необходимостью систематического изложения материала с учетом единства статики (в частности, понятие, признаки и критерии банкротства, правовой статус основных участников конкурсных отношений, оспаривание сделок должника и привлечение контролирующих должника лиц к ответственности как средства правовой защиты) и динамики (в том числе процессуальный механизм рассмотрения дел о банкротстве, правовое регулирование процедур банкротства) отношений несостоятельности. Структура учебника в полном объеме учитывает междисциплинарные связи, объективно существующие между предпринимательским, гражданским, налоговым, трудовым, земельным, арбитражным процессуальным правом и комплексным правовым институтом банкротства, представленными в качестве соответствующих учебных дисциплин.

При подготовке учебника авторы принимали во внимание актуальные процессы, происходящие в отечественной законотворческой и правоприменительной практике в сфере банкротства, сложившиеся доктринальные подходы, которые должны образовывать естественную нить преемства от дореволюционного российского конкурсного права, а также учитывать и помогать гармонично адаптировать в российском законодательстве о банкротстве положительный опыт наиболее развитых иностранных правопорядков (Германия, США, Франция) и межгосударственных объединений (ЕАЭС, БРИКС).

С учетом этих обстоятельств авторский коллектив исходил из того, что институт банкротства представляет собой комплексное правовое образование, главное регулятивное предназначение которого состоит в установлении справедливого баланса различных, подчас прямо исключающих друг друга интересов в ситуации финансового кризиса хозяйствующего субъекта. Комплексный характер данного института находит свое проявление в установлении определенного сочетания и соотношения материально-правовых и процессуально-правовых, частноправовых и публично-правовых элементов, составляющих единый механизм правового регулирования отношений несостоятельности.

Институт банкротства имеет достаточно выраженный охранительный потенциал, ибо инициирование производства по делу о банкротстве необходимо рассматривать как правовое средство защиты не только кредиторов неплатежеспособного должника, но и самого должника, имеющего право на восстановление платежеспособности, списание долгов и получение возможности «нового старта». С учетом отечественной правоприменительной практики подача заявления о признании должника банкротом постепенно становится ординарным средством защиты, что, безусловно, имеет как положительные, так и отрицательные стороны, которые нужно выявлять, изучать и впоследствии объяснять. Такая попытка была предпринята авторами в настоящем учебнике.

В отечественном правопорядке выявление большинства правовых проблем, связанных с регулированием отношений несостоятельности, осуществляется, как правило, судом как органом правоприменения. Научный анализ этих проблем зачастую производится уже после их формулирования и судебного разрешения. В связи с этим представляется невозможным изучение института банкротства вне контекста основных правовых позиций, выработанных судебной практикой прежде всего ВАС РФ и Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ. Данное обстоятельство было учтено авторами учебника, которые стремились не только дать ссылки на соответствующие позиции судов, но и сформулировать ключ к пониманию этих позиций, показать их генезис и возможное будущее развитие.

Учебник предназначен для углубленного изучения механизма правового регулирования банкротства хозяйствующих субъектов, в том числе в рамках программ магистратуры. Одновременно он ориентирован на специалистов, практикующих в сфере банкротства и стремящихся повысить свою квалификацию, а также опосредованно, через учебник, расширить круг своего профессионального общения. Или, напротив, решающих «в моменте» практическую задачу — выработать правовую позицию по конкретному спору в ходе производства по делу о банкротстве. Образовательные, научно-исследовательские и прикладные функции реализуются настоящим учебником с учетом их многообразия и одновременно в единстве, ибо в основе практически любой исследованной и описанной в учебнике правовой конструкции института банкротства лежит казус, который ранее был успешно разрешен на основе первично имеющегося знания.

В заключение авторы выражают надежду, что предлагаемый учебник будет востребован заинтересованной читательской аудиторией.

Авторский коллектив

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

1. Государственные органы

ВАС РФ — Высший Арбитражный Суд Российской Федерации

ВС РФ — Верховный Суд Российской Федерации

КС РФ — Конституционный Суд Российской Федерации

Минэкономразвития России — Министерство экономического развития Российской Федерации

Росимущество — Федеральное агентство по управлению государственным имуществом

Росреестр — Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и

ФНС России — Федеральная налоговая служба

ФССП России — Федеральная служба судебных приставов

Банк России — Центральный банк Российской Федерации (Банк России)

2. Законодательные акты

АПК РФ — Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации

БК РФ — Бюджетный кодекс Российской Федерации

ГК РФ — Гражданский кодекс Российской Федерации

ГПК РФ — Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации

ГрК РФ — Градостроительный кодекс Российской Федерации

ЖК РФ — Жилищный кодекс Российской Федерации

ЗК РФ — Земельный кодекс Российской Федерации

КоАП РФ — Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях

НК РФ — Налоговый кодекс Российской Федерации

СК РФ — Семейный кодекс Российской Федерации

ТК РФ — Трудовой кодекс Российской Федерации

УК РФ — Уголовный кодекс Российской Федерации

Закон об АО — Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»

Закон о анкротстве — Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»

Закон о банкротстве 1998 г. — Федеральный закон от 8 января 1998 г. № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (утратил силу)

Закон о банкротстве 1992 г. — Закон РФ от 19 ноября 1992 г. № 3929-1 «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» (утратил силу)

Закон о государственном контроле — Федеральный закон от 26 декабря 2008 г. № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля»

Закон об исполнительном производстве — Федеральный закон от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»

Закон о некоммерческих организациях — Федеральный закон от 12 января 1996 г. № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях»

Закон об ООО — Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»

Закон о СРО — Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях»

Раздел 1.
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ

Глава 1.
РАЗВИТИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА О БАНКРОТСТВЕ В РОССИИ: ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ И СОВРЕМЕННЫЙ ЭТАП

§ 1. Появление конкурсного права в римском праве

Конкурсное право как институт гражданского, торгового, процессуального права зародился еще в римском праве.

r_d В Древнем Риме существовало два вида конкурса – первоначально процедура emptio bonorum, а позднее процедура ликвидации с участием конкурсного попечителя¹ — distractio bonorum.

r_d Производство emptio — venditio bonorum осуществлялось по заявлению кредитора, в Риме оно не вводилось ex officio, совершалось под надзором претора или наместника провинции, которые давали приказ о вводе кредитора во владение всем имуществом должника (missio in possesionem), если должник не исполнял решения суда добровольно. По этому приказу кредиторы, по мнению М. И. Малышева, приобретали право держания имущества должника под своим надзором и наблюдением (custodio et observatio), которое он признает по источникам преторским залогом².

r_d Продажа имущества должника производилась оптом, с соблюдением ряда формальностей, на публичных торгах (bonorum venditio)³, а покупатель имущества совершал сделку купли-продажи с условием уплатить долги кредиторам в определенных процентах (pro portione), сделка утверждалась претором, который присуждал имущество покупателю (addictio)⁴.

r_d Постепенно в римском праве, в императорский период, появляется иная процедура – distractio bonorum, которая вводилась при участии curator bonorum (особого попечителя), которому поручалось временное управление имуществом должника. Curator bonorum как орган хозяйственного управления был известен преторской практике, для отношений с несостоятельным должником он использовался с целью предъявления претензий кредиторами при отсутствии должника, для продажи имущества должника в розницу, что было более выгодно, имущество должника оставалось у него на праве собственности, а сам должник не всегда объявлялся бесчестным. «Процесс исполнения согласно distraction bonorum исключал применение таких мер, как missio in bona и отметка о бесчестье (infamia).

Bonorum emptor и curator bonorum — прообразы конкурсного управляющего.

«В случае недостатка массы на полное удовлетворение кредиторов, они получали платежи по соразмерности. По римскому выражению, удовлетворение производилось в этом случае по конкурсу (concursu partes habemus). Слово concurrere употребляется римскими юристами в различных сочетаниях.

Производное от него слово concursus употребляется в буквальном смысле или же в смысле стечения нескольких лиц в каком-либо праве или притязании на имущество. О конкурсном процессе стали говорить только в средние века. Римской терминологии это выражение неизвестно»⁵.

§ 2. Российское конкурсное право

Некоторые материально-правовые и процессуальные положения конкурсного права можно обнаружить уже в Русской Правде.

r_d По мнению Г. Ф. Шершеневича, «…зачатки конкурсного процесса были не чужды древнейшему законодательству России»⁶. Следы конкурсного права встречаются в договорах смоленского князя Мстислава 1229 г. с Ригой, Готландом и с некоторыми немецкими городами, в последующем издаются в 1729 г. Вексельный устав, Устав о банкротах⁷.

r_d В 1832 г. принимается новый Устав о несостоятельности, который заменил собой первую часть Устава о банкротах 1800 года. По мнению Г. Ф. Шершеневича, авторы этого Устава уделили недостаточно внимания материально-правовым проблемам конкурсного права, содержание Устава о несостоятельности оценивается им как неудовлетворительное⁸.

Устав судопроизводства торгового (УСТ) 1832 г. регулирует торговую несостоятельность.

Наряду с торговой несостоятельностью в дореволюционном законодательстве регулировалась также неторговая несостоятельность. Субъектами неторговой несостоятельности выступали дворяне, признаки неторговой несостоятельности содержались в ст. 1400 Устава гражданского судопроизводства. Среди цивилистов были как сторонники, так и противники двойного конкурса⁹.

Управление делами несостоятельного должника осуществляет присяжный попечитель (присяжные попечители) согласно ст. 420 УСТ из числа указанных кредиторами «посторонних благонадежных лиц» или из числа присяжных и частных поверенных¹⁰.

После превышения суммы заявленных кредиторами требований половины пассива должника присяжный попечитель обязывался созвать собрание кредиторов для избрания конкурсного управления (ст. 431 УСТ).

Конкурсное управление состояло из председателя и кураторов, избираемых большинством голосов из числа кредиторов или посторонних лиц, изъявивших свое согласие на избрание (ст. 432–434 УСТ). «С утверждением состава конкурсного управления деятельность присяжного попечителя прекращается и возникает конкурсное производство в тесном смысле слова»¹¹.

Основными задачами конкурсного управления становится формирование конкурсной массы, ее оценка и распределение между кредиторами. В этих целях конкурсное управление осуществляет розыск имущества несостоятельного должника, производит взыскания по обязательствам третьих лиц, вправе выкупать заложенное имущество для обращения в конкурсную массу (ст. 479), а также осуществляет оспаривание сделок должника, совершенных им в ущерб кредиторам.

После окончания удовлетворения требований конкурсное управление составляло заключение о причинах несостоятельности и устанавливало ее вид: несчастная, простое банкротство, злонамеренное банкротство.

Согласно ст. 530, 531 Устава при неосторожной несостоятельности и злостном банкротстве могло быть обращено взыскание и на имущество, полученное должником после окончания конкурсного производства, чего не было при несчастной несостоятельности, долги по которой погашались по окончании конкурса. При несчастной несостоятельности кредиторы могли предоставить должнику часть конкурсной массы. Злостный банкрот предавался уголовному суду по ст. 1163 Уложения о наказаниях, а при оправдании судом не отменялись гражданско-правовые последствия.

r_d Наряду с конкурсным управлением российскому законодательству была также известна так называемая администрация по делам торговым (ст. 400 Устава). По мнению Г. Ф. Шершеневича, частная администрация является ни чем иным как договорной мировой сделкой¹². Правительствующий Сенат признавал администрацию по делам торговым представителем должника, однако в доктрине существовала точка зрения, согласно которой администрация представляла интересы кредиторов¹³.

В дореволюционном российском законодательстве система мер предупреждения конкурса ограничивалась мировыми соглашениями и администрацией по СП делам торговым. Концептуальные положения законодательства о несостоятельности, позволяющие применять санационные меры вместо ликвидации несостоятельных должников, появились позднее.

В начале XX века в Российской империи был подготовлен проект Устава о несостоятельности.

После принятия ГК РСФСР 1922 г. несостоятельность как основная категория конкурсного права встречается в ГК РСФСР, однако в первых советских законах никакого упоминания о конкурсе не было. Чтобы восполнить этот пробел, была предпринята попытка разработать правила о конкурсе в проекте Торгового Свода 1923 г., но он не был принят.

r_cp Судебная практика вступила на путь рецепции дореволюционных законов о конкурсе, что было осуждено Верховным Судом РСФСР в 1924 г.¹⁴

r_d Выделив государственный сектор экономики как главенствующий, Раевич С., Бончковский Н., Розенберг А. предложили учитывать в первую очередь публичные интересы, предусмотрев для государства ряд привилегий при решении дел несостоятельного должника. Вместо ликвидации юридического лица предлагалось сохранение несостоятельных должников. Была высказана и такая крайняя точка зрения о конкурсе как о «бедствии и для кредиторов, и для должников, и для общества в целом»¹⁵. Тем не менее, для частных юридических лиц предлагалось сохранение конкурса.

r_d Практика признания судами частных юридических лиц несостоятельными была распространенной, случаи же признания несостоятельными государственных предприятий были крайне редки. К тому же при их ликвидации не обращалось взыскание на основные средства, что не влекло перехода основного имущества социалистических организаций к их кредиторам. В юридической литературе вследствие этого ликвидацию убыточных государственных организаций признавали лишь «особой формой реорганизации»¹⁶.

Постепенно в науке и на практике была признана недопустимость ликвидации несостоятельных государственных предприятий.

Возрождение института несостоятельности в российском праве произошло после принятия в 1992 году Закона РФ «О несостоятельности (банкротстве) предприятий». Следует отметить, что при подготовке закона был воспринят опыт законодательного регулирования отношений с неплатежеспособным или несостоятельным субъектом США.

В законе наряду с процедурой конкурсного производства были введены процедуры санационного типа – процедура санации (ст. 13) и процедура внешнего управления (ст. 12), которые были отнесены законодателем к реорганизационным процедурам по аналогии с американским законодательством.

Ликвидация несостоятельного должника могла производиться и во внесудебной процедуре – процедуре добровольной ликвидации предприятия ст. 49–51).

Как внесудебная процедура в законе регулировалось и соглашение должника с кредиторами об отсрочке и (или) рассрочке долгов или скидке с долгов для продолжения деятельности предприятия (ст. 49), которое законодатель в преамбуле законе определял в качестве мирового соглашения.

В 1998 году был принят второй Закон о банкротстве. Концепция закона существенно изменилась. Правовое регулирование процедур несостоятельности (банкротства) становится иным.

В законе появилась процедура наблюдения в целях выявления финансового состояния должника и сохранности его имущества (глава IV). В качестве санационной процедуры была сохранена процедура внешнего управления (глава V). Как ликвидационные процедуры по-прежнему регулировались судебная процедура конкурсного производства (глава VI) и внесудебная процедура (глава XI). Процедура мирового соглашения регулируется в законе как судебная процедура, в которой участвуют конкурсные кредиторы. Введены две упрощенные процедуры – банкротство ликвидируемого должника и банкротство отсутствующего должника.

В главе VIII законом предусмотрены особенности несостоятельности (банкротства) отдельных категорий должников — юридических лиц: градообразующих организаций, сельскохозяйственных организаций, кредитных организаций, страховщиков, профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В главе IX предусмотрена несостоятельность (банкротство) физических лиц, в том числе индивидуальных предпринимателей. Предусмотрено введение в действие правил о несостоятельности физических лиц, не обладающих статусом индивидуального предпринимателя, после внесения изменений в ГК РФ, в котором легитимированы несостоятельные субъекты (п. 2 ст. 185).

Следующим этапом реформирования законодательства о несостоятельности стал Закон о банкротстве 2002 года. За прошедшие годы Закон неоднократно изменялся, в него вносились как незначительные, так и концептуальные изменения.

§ 3. Система современного правового регулирования в сфере банкротства

Как известно, банкротство — комплексный правовой институт, объединяющий нормы частного и публичного, материального и процессуального права. Указанная особенность обусловила специфику нормативно-правовой базы в сфере банкротства.

r_d В научной литературе преобладает подход, базирующийся на широком понимании категории «законодательство в сфере несостоятельности (банкротства)»¹⁷.

Несмотря на отсутствие в Конституции РФ норм, посвященных непосредственно банкротству, видится оправданным указать отдельные положения Основного закона, слагающие фундамент правового регулирования отношений несостоятельности: признание и равная защита всех форм собственности (ч. 2 ст. 8), использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (ч. 1 ст. 34), право на судебную защиту своих прав и свобод (ст. 46), отнесение к исключительному ведению Российской Федерации установления правовых основ единого рынка (п. «ж» ст. 71) и др.

Комплексное правовое регулирование осуществляется Федеральным законом от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», который действует с многочисленными изменениями и дополнениями. Положения данного Закона и практика их применения будут подробно рассмотрены в последующих разделах и главах учебника. В настоящее время Закон о банкротстве 2002 г. является единственным специальным законом, регулирующим вопросы несостоятельности¹⁸.

ГК РФ в ст. 25 и 65 предусматривает возможность банкротства соответственно граждан и юридических лиц. В частности, в ст. 65 Кодекса указаны виды юридических лиц, которые не могут быть признаны банкротами. Глава 9.1 ГК РФ регламентирует вопросы оспаривания решений участников гражданско-правовых сообществ, в частности собраний кредиторов.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве основание для возникновения денежного обязательства предусмотрено ГК РФ (сделки, деликты, неосновательное обогащение), бюджетным законодательством (например, ст. 6, 93.2 БК РФ о бюджетном кредите).

По целому ряду аспектов Закон о банкротстве соприкасается с положениями НК РФ. Так, обязательные платежи, задолженность по которым при наличии установленных в Законе условий позволяет возбудить производство по делу о банкротстве, включают в том числе налоги, сборы и иные обязательные взносы в соответствующие бюджеты (ст. 2). Согласно п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве требования уполномоченных органов об уплате обязательных платежей принимаются во внимание для возбуждения производства по делу о банкротстве, если такие требования подтверждены, в частности, решениями налогового органа о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника.

Статьи 71.1, 85.1, 112.1, 129.1 Закона регулируют порядок погашения учредителями (участниками) должника, собственником имущества должника — унитарного предприятия и (или) третьим лицом задолженности по обязательным платежам в ходе соответственно наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства. Удовлетворение в полном объеме требований уполномоченного органа, в частности, позволяет конкурсным кредиторам при проведении собраний кредиторов более активно голосовать за заключение с должником мирового соглашения, предусматривая более длительные, по сравнению с установленными в ст. 64 НК РФ, сроки отсрочки (рассрочки) уплаты задолженности.

В связи с ратификацией Россией Конвенции МОТ от 23 июня 1992 г. № 173 «О защите требований трудящихся в случае неплатежеспособности предпринимателя» в Закон о банкротстве был внесен ряд норм, направленных на усиление защиты прав работников несостоятельного должника¹⁹. Поскольку в ситуации банкротства работники с требованиями по выплате заработной платы и выходных пособий могут быть как реестровыми кредиторами, так и кредиторами по текущим платежам, частью законодательства о несостоятельности, безусловно, является ТК РФ.

Возможность признания банкротами граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, предопределила включение в систему нормативных правовых актов, регулирующих отношения несостоятельности, ГПК РФ (например, ст. 446 об имуществе, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам), СК РФ (в частности, главы 7, 8, 9 соответственно про законный и договорный режимы имущества супругов, их ответственность по обязательствам) и ЖК РФ.

Дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ (в частности, глава 28), с особенностями, установленными Законом о банкротстве (ст. 32). В ходе процедур несостоятельности арбитражные суды также применяют положения главы 15 «Примирительные процедуры. Мировое соглашение», главы 21 «Определение арбитражного суда» АПК РФ.

Поскольку на практике нормы законодательства о банкротстве зачастую используются для достижения противоправных целей (например, передел собственности, устранение с рынка конкурента, избежание уплаты задолженности по обязательным платежа или возврата кредита), КоАП РФ (ст. 14.12 «Фиктивное или преднамеренное банкротство», ст. 14.13 «Неправомерные действия при банкротстве») и УК РФ (ст. 195, 196, 197 включают аналогичные составы) содержат составы соответственно административных правонарушений и преступлений в сфере банкротства.

В систему правового регулирования несостоятельности входят также федеральные законы, которые, на первый взгляд, не имеют непосредственного отношения к банкротной проблематике. В качестве примера можно назвать Федеральный закон от 1 декабря 2007 г. № 315-ФЗ «О саморегулируемых организациях», поскольку арбитражные управляющие в обязательном порядке должны быть членами саморегулируемых организаций арбитражных управляющих.

Особое внимание законодатель уделяет вопросам санации неплатежеспособных должников. В связи с этим был принят Федеральный закон от 9 июля 2002 г. № 83-ФЗ «О финансовом оздоровлении сельскохозяйственных производителей», которым регулируется процедура реструктуризации долгов сельскохозяйственных производителей, принципы реструктуризации, сроки процедуры.

На практике много трудностей вызывает применение в ходе рассмотрения дел о банкротстве Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (в частности, ст. 69.1, 96), поскольку введение конкретной судебной процедуры банкротства является основанием для приостановления либо прекращения исполнения исполнительных документов по имущественным взысканиям.

Для надлежащей реализации законоположений важное значение имеют подзаконные нормативные правовые акты. Так, заметную роль в регулировании отношений несостоятельности играют постановления Правительства РФ²⁰. Федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере банкротства, выступает Минэкономразвития России²¹, нормотворчество которого весьма обширно и разнопланово²². Приказами данного Министерства утверждены федеральные стандарты профессиональной деятельности арбитражных управляющих и деятельности саморегулируемых организаций арбитражных управляющих²³. Минэкономразвития России также устанавливает требования к торгам, проводимым в электронной форме в процедурах банкротства²⁴.

Иные федеральные органы исполнительной власти также полномочны регламентировать отдельные аспекты банкротства. Например, Минюстом России издан приказ от 14 августа 2003 г. № 195 «Об утверждении типовых форм отчетов (заключений) арбитражного управляющего», Минфин России принял приказ от 21 февраля 2011 г. № 22н «Об утверждении форм документов, применяемых в целях реализации прав третьих лиц на погашение требований к должнику в ходе процедур банкротства». В случае банкротства финансовых, кредитных организаций большое значение имеют нормативные акты Банка России²⁵.

Таким образом, законодательство о несостоятельности образуют нормативные правовые акты различной юридической силы.

Сложная экономико-финансовая сущность банкротства обусловливает наличие правовых коллизий и пробелов. Отдельные нормы законодательства о банкротстве порою становились предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ²⁶. Для решения возникающих у правоприменителей спорных вопросов весьма важны акты Высшего Арбитражного Суда РФ²⁷ и Верховного Суда РФ²⁸.

Глава 2.
ПОНЯТИЕ, ПРИЗНАКИ, КРИТЕРИИ БАНКРОТСТВА

§ 1. Понятие и признаки несостоятельности (банкротства)

Должник в процедурах банкротства не способен удовлетворить требования кредиторов ввиду недостаточности имущества. Для обозначения его неблагополучного финансового состояния используются понятия «несостоятельность», «неплатежеспособность», «недостаточность имущества». Одновременно в Законе о банкротстве использовано понятие «банкротство» как тождественное понятию «несостоятельность» и даны его признаки для юридических лиц (ст. 3), для граждан (п. 3 ст. 213.6).

В легальном определении несостоятельности (банкротства) выделены следующие признаки: а) неспособность полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданско-правовым денежным обязательствам и (или) по обязательным платежам, а также требования работников и бывших работников о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда; б) удостоверение факта неспособности арбитражным судом.

r_d Е. А. Нефедьев выделяет фактическую и юридическую несостоятельность, обозначая последнюю как «...полное расстройство дел, которое признано судом»²⁹. Под фактической несостоятельностью следует понимать несостоятельность субъекта, не установленную в судебном порядке.

Понятия «несостоятельность (банкротство)» имеют определенные признаки. Российский законодатель обозначает как признаки несостоятельности неплатежеспособность и недостаточность имущества (абз. 36 и 37 ст. 2; абз. 6 п. 1 ст. 9; абз. 1 п. 2 ст. 61.2; абз. 1 п. 3 ст. 61.3; абз. 2 п. 2 ст. 213.6 Закона о банкротстве). В современной российской доктрине неплатежеспособность принято рассматривать как критерий несостоятельности³⁰, как признак несостоятельности (банкротства) и как основание для введения процедур несостоятельности³¹.

r_d А. А. Дубинчин использует понятия «критерий банкротства» и «признаки банкротства»³². При этом критериями (основаниями) банкротства выступают, во-первых, недостаточность имущества (неоплатность), а, во-вторых, платежная неспособность (неплатежеспособность), а в качестве признаков — «приемы выражения (воплощения) в тексте правового акта критерия несостоятельности, избранного законодателем в отношении той или иной категории потенциальных банкротов»³³.

r_d Для анализа понятия «несостоятельность (банкротство)» С. А. Карелина также использует понятия «критерий» и «признак», под критерием понимает «законодательно установленный подход для оценки финансовой состоятельности субъекта»³⁴, в качестве критериев обозначает неплатежеспособность или неоплатность, а в рамках каждого из указанных критериев выделяет систему признаков как систему юридических фактов, позволяющих ввести процедуры несостоятельности (банкротства)³⁵.

r_d В. Ф. Попондопуло выделяет наряду с критериями сущностные и внешние признаки банкротства, к первым он относит «...неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, по выплате выходных пособий, по оплате труда работников или исполнить обязанности по уплате обязательных платежей»³⁶, а ко вторым — «..приостановление должником платежей, наличие требований в размере, предусмотренном Законом о банкротстве»³⁷, обозначает различное правовое значение внешних и сущностных признаков³⁸. Авторы Комментария к ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», разъясняя ст. 3 Закона, указывают лишь на понятие «критерий», хотя в названии статьи выделен именно признак банкротства³⁹.

r_d Неплатежеспособность является признаком несостоятельности (банкротства) как для граждан, так и для юридических лиц по Закону о банкротстве. Однако существует и иной взгляд относительно признака несостоятельности (банкротства) граждан, когда особое определение неплатежеспособности граждан, отличное от общего определения и теоретической модели, рассматривается в качестве средства замаскировать фактическое применение критерия неоплатности⁴⁰.

В российском конкурсном праве до 1917 года и в Законе банкротстве 1992 г. был использован иной признак несостоятельности юридических лиц – недостаточность имущества (неоплатность).

r_d Г. Ф. Шершеневич оценивал неоплатность как нецелесообразный признак несостоятельности, поскольку для открытия конкурсного производства при таком признаке требовалось оценить пассивы и активы в имуществе должника, что не могло быть реализовано в короткие сроки, затруднения могли быть вызваны разбросанностью имущества, кредиторы при этом не могли оказывать какого-либо содействия, что, в конечном счете, вызывало значительные затруднения при введении конкурсного производства⁴¹. Аналогичную позицию относительно неоплатности как признака несостоятельности занимает и В. В. Витрянский⁴².

Однако в действующем российском законодательстве о несостоятельности признак неоплатности все-таки применяется для признания несостоятельными некоторых категорий должников – юридических лиц.

Неплатежеспособность является, с одной стороны, признаком несостоятельности, т. е. в вероятностной форме отражает неспособность должника выполнить все имеющиеся у него обязательства ввиду недостаточности денежных средств, а с другой стороны, основанием для введения процедур несостоятельности (банкротства).

Так, в абз. 2 п. 2 ст. 213.6 Закона о банкротстве указывается на необходимость доказывания факта неплатежеспособности гражданина для признания заявления о его несостоятельности (банкротстве) обоснованным и введения процедуры банкротства.

Несостоятельность (банкротство), признанная судом, означает неспособность должника в полной мере исполнить обязательства и публичные обязанности вследствие недостаточности имущества, что влечет введение конкурсного производства над имуществом должника и его ликвидацию, если должником выступает юридическое лицо, или процедуру реализации имущества гражданина.

Неплатежеспособность должника не влечет автоматически признание его несостоятельным, поскольку она может быть преодолена с помощью специальных санационных процедур.

Санационные процедуры могут быть досудебными (ст. 189.9 Закона о банкротстве) или судебными (ст. 76–123, ст. 213.1–213.23 Закона о банкротстве). Финансовое оздоровление, внешнее управление, реструктуризация долгов гражданина применяются с целью восстановления платежеспособности должника. Невозможность достижения указанной цели означает признание должника несостоятельным и применение к нему единственного правового последствия — открытие конкурсного производства для организаций или введение реализации имущества для граждан.

В отношении юридических лиц санация применяется в целях предупреждения их ликвидации по мотивам несостоятельности, что повлечет неблагоприятные социальные последствия. В качестве основной идеи российского законодательства о несостоятельности можно назвать санацию неплатежеспособных должников. Именно поэтому была проведена реформа законодательства, был избран иной признак несостоятельности, позволяющий обнаружить признаки финансового неблагополучия на более ранних стадиях, позволяющих применить оздоровительные процедуры.

Неплатежеспособность с внешней стороны характеризует неблагополучное финансовое положение должника, которое может быть преодолено различными способами, позволяющими избежать признания его несостоятельным.

Понятия «неплатежеспособность» и «несостоятельность» являются близкими по содержанию. Так, неплатежеспособная организация, не сумевшая преодолеть своих затруднений в ходе внешнего управления, может быть признана решением арбитражного суда несостоятельной.

Признание же должника несостоятельным (банкротом) во всех случаях влечет открытие судебной процедуры конкурсного производства над его имуществом: для должника – юридического лица признание факта несостоятельности означает его ликвидацию под контролем арбитражного суда, для индивидуального предпринимателя вводится процедура реализации имущества, что влечет прекращение его предпринимательской деятельности.

§ 2. Неплатежеспособность как основание введения процедуры банкротства

В Законе о банкротстве используется несколько легальных определений понятия неплатежеспособности. В ст. 3 Закона содержится определение неплатежеспособности юридического лица, в котором выделена его неспособность удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, об оплате по трудовым договорам и (или) по обязательным платежам, если они не исполнены в течение 3 месяцев после наступления срока их исполнения. В п. 1 ст. 6 Закона о банкротстве в качестве условия для возбуждения дела о банкротстве установлен и размер задолженности юридического лица, который должен быть не менее 300 тыс. рублей.

Легальное определение неплатежеспособности граждан дано в ст. 213.6 Закона о банкротстве, в котором указывается о неспособности гражданина удовлетворить в полном требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Согласно п. 2 ст. 213.3 Закона о банкротстве заявление о признании гражданина банкротом принимается, если указанные требования составляют не менее чем 500 тыс. руб. и не исполнены в течение трех месяцев после наступления срока их исполнения, если иное не предусмотрено в Законе о банкротстве.

Легальное определение неплатежеспособности дано также в абз. 36 ст. 2 Закона о банкротстве: в качестве признака неплатежеспособности здесь указывается прекращение платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

r_d Доктринальное определение неплатежеспособности было предложено в свое время Г. Ф. Шершеневичем. Под неплатежеспособностью он понимал «…такое положение должника, при котором он оказывается не в состоянии удовлетворить предъявленные к нему требования со стороны его кредиторов»⁴³.

Понятие неплатежеспособности в таком понимании характеризует имущественное состояние должника, отражает его неспособность исполнить долг ввиду недостатка или отсутствия имущества.

r_d Е. А. Васильев различает практическую и абсолютную неплатежеспособность: под первой понимаются обычные затруднения с платежами, а под абсолютной — превышение в имуществе должника пассивов над активами и невозможность погасить свои долги при обычном ведении дел⁴⁴.

В своем определении неплатежеспособности Е. А. Васильев выделяет, на наш взгляд, две формы затруднений с платежами должника. Первая форма означает просрочку должника. Состояние имущества должника может быть при этом вполне благополучным, усматривается недостаток или отсутствие денежных средств к моменту срока исполнения обязательства.

При таком понимании неплатежеспособности речь идет всего лишь о ненадлежащем исполнении гражданско-правового обязательства по сроку его исполнения или о неисполнении публичной обязанности. Имущественное положение должника, его способность исполнить обязательство в надлежащие сроки не подвергаются оценке, действует презумпция возможности исполнения гражданско-правового обязательства, т. е. в данном случае отсутствуют какие-либо признаки неблагополучного финансового состояния должника. В данном случае имеет место задержка, прекращение или приостановление платежей, которая может быть и неплатежеспособностью.

При наличии второй формы имущественное состояние должника таково, что он не в состоянии исполнить свои обязательства ввиду недостаточности имущества. Разницу между абсолютной неплатежеспособностью и несостоятельностью Е. А. Васильев совершенно оправданно видит в факте ее удостоверения судом.

Представляется, что абсолютная неплатежеспособность скорее обозначает недостаточность имущества, так как Е. А. Васильев констатирует именно превышение пассивов над активами, что является характерным для недостаточности имущества (неоплатности).

Понятие неплатежеспособности может быть раскрыто путем указания на невозможность в данный момент исполнить обязательства или обязанности по уплате обязательных платежей, срок исполнения которых уже наступил вследствие недостаточности денежных средств.

Имущественное состояние должника может быть при этом различным. Должник может быть способен исполнить обязательства за счет продажи своего имущества, не будучи в состоянии продолжить предпринимательскую деятельность после такой продажи, что отражает его неплатежеспособность, а, возможно, и несостоятельность.

Должник может испытывать затруднения с платежами, отражающими неблагополучное имущественное состояние, не влекущее признание должника несостоятельным или применение к нему процедур судебной санации, которое может быть преодолено вполне законными способами: получением кредита, взысканием дебиторской задолженности, продажей части имущества должника и т. п. Неисполнение обязательства может быть обусловлено уже наступившим финансовым кризисом должника.

Итак, понятие «неплатежеспособность» может быть охарактеризовано с помощью следующих признаков:

— прекращение платежей⁴⁵ (фиксируется банком, с которым должник находится в правоотношениях по банковскому счету: при недостаточности денежных средств на счете банк осуществляет расчеты в порядке очередности, установленной ст. 855 ГК РФ, или приостанавливает расчеты). Внешними проявлениями прекращения платежей являются неплатежи заработной платы, налогов, взносов в Пенсионный фонд РФ, Фонд обязательного социального страхования, неплатежи за переданные товары, произведенные работы, оказанные услуги, протесты большинства векселей и чеков, выданных должником, обращения взыскания на имущество должника, не исполнившего свои обязательства, заявления самого должника о неспособности исполнить обязательства, бегство должника от своих кредиторов и т. д. Только неисполнение наступивших по сроку платежей может создавать состояние неплатежеспособности⁴⁶.

Срок исполнения гражданско-правовых обязательств, если он не согласован сторонами, определяется по правилам ст. 314 ГК РФ, для исполнения публичных обязанностей срок платежей устанавливается НК РФ, ТК РФ и др.;

— длящийся характер прекращения платежей (законодатель устанавливает срок прекращения платежей, по истечении которого для должника наступают определенные правовые последствия, в действующем российском законе этот срок по общему правилу составляет 3 месяца). При этом необходимо разграничивать неплатежеспособность как основание введения процедуры несостоятельности и просрочку исполнения обязательства и обязанностей должником.

Для некоторых должников может быть установлен иной срок неплатежей, имеющий значение для возбуждения дела о банкротстве должника. Так, для кредитных организаций этот срок составляет 14 дней (ст. 189⁸), для стратегических организаций – 6 месяцев (п. 3 ст. 190 Закона о банкротстве).

Критерием разграничения указанных понятий выступает, прежде всего, срок, а также невозможность исполнения обязательства вследствие недостаточности денежных средств;

— недостаточность денежных средств для исполнения обязательств и (или) публичных обязанностей. Недостаточность денежных средств при прекращении платежей презюмируется, однако, как и любая презумпция, она может быть опровергнута.

Российский законодатель избирает условный размер неисполненного или исполненного ненадлежащим образом обязательства и (или) обязанности, свидетельствующий о неблагополучном имущественном состоянии должника (по общему правилу этот размер установлен Законом о банкротстве для юридических лиц — не менее 300 тыс. руб., а для должника-гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, — не менее 500 тыс. руб. (п. 2 ст. 6, п. 2 ст. 213.3 Закона о банкротстве).

В случае возбуждения производства по делу о банкротстве гражданина установлены некоторые особенности установления факта его неплатежеспособности. В п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве перечислены презумпции неплатежеспособности гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, а именно: 1) прекращение расчетов с кредиторами по денежным обязательствам и (или) обязательным платежам, по которым наступил срок исполнения; 2) установление превышения пассивов над активами в имуществе должника; 3) вынесение судебным приставом-исполнителем постановления об окончании исполнительного производства в связи с отсутствием имущества, на которое может быть обращено взыскание. Перечисленные обстоятельства явно свидетельствуют о неплатежеспособности должника, однако эти презумпции могут быть должником опровергнуты.

При реализации должником права на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом на основании п. 2 ст. 213.4 Закона о банкротстве учитывается наличие: а) обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что должник не в состоянии исполнить денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок; б) признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества у должника согласно п. 3 ст. 213.6 Закона о банкротстве. Размер неисполненных обязательств в этом случае значения не имеет (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан»).

Фиксированная сумма задолженности, установленная для всех должников, независимо от имущественного состояния, не позволяет с достаточной определенностью установить, в состоянии ли должник исполнить обязательства и публичные обязанности, срок исполнения которых наступил. Просрочка исполнения обязательств и публичных обязанностей также возможна в пределах установленной суммы долга. Для введения процедур несостоятельности (банкротства) важно установить, каково же имущественное состояние должника и его способность к исполнению обязательств и обязанностей. Если должник имеет задолженность, составляющую существенную часть его имущества, то вряд ли оправданно рассчитывать на возможность такого исполнения. В состоянии неплатежеспособности должник не осуществляет платежи в связи с отсутствием денежных средств.

Таким образом, под неплатежеспособностью следует понимать неспособность должника исполнить денежные обязательства и обязанности, по которым наступил срок исполнения, вследствие недостаточности денежных средств.

Арбитражный суд должен установить состояние неплатежеспособности должника в судебном заседании, назначенном после подачи заявления в суд о признании должника несостоятельным. Конкурсный кредитор, работник (бывший работник) или уполномоченный орган, подавшие заявление о признании должника несостоятельным, лишь предполагают такое состояние должника, не исполняющего свои денежные обязательства. Факт неплатежеспособности может быть достоверно установлен в суде на основе признаков, закрепленных в законе.

Глава 3.
ОТКРЫТИЕ ПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛУ О БАНКРОТСТВЕ

§ 1. Понятие

Под открытием производства по делу о банкротстве следует понимать возбуждение дела о банкротстве соответствующего должника (ст. 42 Закона о банкротстве). Открытие производства следует отличать от введения в отношении должника процедур банкротства (ст. 48, 75 Закона о банкротстве), так как между возбуждением дела о банкротстве и введением первой процедуры проходит определенное время, кроме того, для данных юридических фактов имеются различные основания.

По сути, открытие производства это и есть акт передачи под контроль суда вопросов разрешения несостоятельности.

Необходимо отметить, что само по себе открытие производства по делу о банкротстве еще не влечет каких бы то ни было правовых последствий, если не были одновременно применены обеспечительные меры по общим правилам арбитражного процесса (ст. 90, 91 АПК РФ, ст. 42 Закона о банкротстве).

Открытие производства по делу о банкротстве в Российской Федерации возможно по заявлению следующих категорий лиц: конкурсный кредитор, уполномоченный орган, работник, должник (п. 1 ст. 7 Закона о банкротстве). Ранее уже говорилось о неплатежеспособности должника и недостаточности его имущества, здесь мы по существу будем использовать их или их признаки для описания оснований для возбуждения дела о банкротстве по инициативе каждого из возможных заявителей.

Следует иметь в виду, что законом устанавливаются особенности открытия производства для отдельных категорий должников: речь идет о стратегических предприятиях, финансовых организациях, застройщиках, субъектах естественных монополий, градообразующих организациях. В целом такие особенности направлены на затруднение открытия соответствующих производств по инициативе частных кредиторов; в ряде случаев право на инициирование дела о банкротстве предоставляется публичным органам и их суррогатам, не имеющим материальных притязаний к должнику. В общем виде такое затруднение и правонаделение имеет своей целью защиту общественных (публичных) интересов от неконтролируемого и непрогнозируемого процесса ликвидации (в большинстве случаев) значимых организаций. В западной практике соответствующая проблематика породила категорию too big to fail. Более подробно названные особенности рассматриваются в главах, посвященных специфике банкротства отдельных субъектов.

§ 2. Уведомление о намерении

В соответствии с п. 2.1 ст. 7 Закона о банкротстве право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, должника, работника, бывшего работника должника в порядке, установленном п. 2 данной статьи, при условии предварительного, не менее чем за 15 календарных дней до обращения в арбитражный суд, опубликования уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом путем включения его в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц.

Смысл данного правила — сделать публичной подготовку к подаче заявления о банкротстве с тем, чтобы заинтересованные лица (должник и иные кредиторы) могли принять меры, направленные на защиту своих интересов. В частности, должник мог бы расплатиться с кредитором-заявителем, если неуплата по долгу не была связана с неплатежеспособностью должника, иные кредиторы могли бы подготовиться к будущему делу, в том числе принять меры против контролируемых банкротств со стороны должника или его аффилированных кредиторов. Следует напомнить, что исторически такое правило действовало только в отношении кредиторов-заявителей, подающих заявление без предварительного подтверждения долга в судебном (исковом) порядке. Здесь соответствующее уведомление имело смысл как элемент информирования должника и его иных кредиторов, имея в виду, что первый мог иметь мнение об отсутствии долга, а последние — даже при желании не могли проанализировать финансовый статус своего контрагента, принимая во внимание, что открытых данных о наличии и результатах искового процесса против должника не было. Впоследствии соответствующее правило было уточнено, что свидетельствует об изменении его смысла.

При неприложении к заявлению о банкротстве доказательств осуществления публикации о намерении обратиться с заявлением о банкротстве суд сначала оставляет заявление без движения, затем — возвращает, если доказательства публикации так и не будут представлены.

r_cp Между тем на практике встречаются ситуации, когда первый заявитель не просто не прикладывает по ошибке доказательства публикации, а не делал публикацию на момент подачи заявления. В таком случае первый заявитель может сделать публикацию позднее, однако, это, как следует из позиции ВС РФ по конкретному делу⁴⁷, может нарушить права последующих заявителей. По существу все они конкурируют за представление кандидатуры арбитражного (временного или конкурсного при ликвидируемом должнике) управляющего. Такая конкуренция нередко приводит к тому, что отдельные заявители «выигрывают» время и подают заявление до публикации (не дожидаясь истечения 15-дневного срока), чем ставят себя в неравное положение по отношению к иным заявителям.

§ 3. Заявление кредитора

Банкротство, производство по которому открыто на основании заявления кредитора, называют принудительным в противовес добровольному банкротству, открываемому по заявлению должника. И хотя заявление должника в большинстве случаев подается в силу обязанности (ст. 9 Закона о банкротстве), а заявление кредитора может быть заявлением лица, аффилированного с должником, названные обстоятельства не препятствуют наименованию соответствующих производств, так как при заявлении кредитора должник не выражает своего согласия, а при заявлении должника он (должник) сам проявляет свою волю.

Прежде чем переходить к обсуждению заявления кредитора как основания для открытия производства, необходимо отметить, что правовое положение различных кредиторов в указанной части (как заявитель по делу о банкротстве) не является тождественным. В этой связи правильно провести классификацию соответствующих кредиторов (или их требований).

Так, применительно к возбуждению дела о банкротстве конкурсные кредиторы должны быть подразделены на: залоговых кредиторов, кредиторов из банковских операций, аффилированных с должником кредиторов и всех остальных (кредитор по общему правилу).

Основанием для открытия производства по заявлению всех кредиторов является просроченный на срок более 3 месяцев перед ним денежный долг в сумме более 300 тыс. руб. (в отношении граждан — 500 тыс. руб.), в состав которого не входят имущественные и финансовые санкции. Не дают права на инициирование дела о банкротстве также обязательства перед гражданами из причинения вреда жизни и здоровью, обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, обязательства по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, обязательства перед учредителями (участниками) должника, вытекающие из такого участия (п. 2 ст. 4 Закона о банкротстве).

r_cp Разница между названными группами кредиторов состоит в том, что кредиторы из банковских операций не нуждаются в подтверждении своего требования вступившим в законную силу судебным актом (п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве), а залоговые кредиторы, не имеющие основного долга по отношению к должнику (только залоговое обеспечение за третье лицо), не могут инициировать дело о банкротстве (п. 20 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя»). В свою очередь, аффилированные с должником кредиторы не могут претендовать на утверждение в качестве временного управляющего предложенной ими кандидатуры (п. 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20 декабря 2016 г.).

Стандарты открытия производства (раньше и проще или позднее и сложнее) составляют предмет политико-правовых решений в большинстве государств (п. 23 раздела I части второй Руководства ЮНСИТРАЛ для законодательных органов по вопросам несостоятельности). С одной стороны, более простой вход в банкротство позволяет уберечь оставшиеся активы должника, с другой — возбуждение дела о банкротстве является первым шагом к последующим серьезным ограничениям в деятельности должника, несет в себе определенные репутационные последствия, в ряде случаев может служить основанием для срабатывания так называемых дефолтных правил (досрочное истребование по долгу при возбуждении дела о банкротстве).

В Российской Федерации по общему правилу основанием к открытию принудительного банкротства являются признаки неплатежеспособности, а не сама по себе неплатежеспособность. Следует обратить внимание на то, что такие признаки (300 тыс. руб. непогашенного долга на срок более трех месяцев) вводят неопровержимую презумпцию неплатежеспособности. Это означает, что не имеет юридического значения возражение должника о том, что такой долг не заплачен по иным причинам, нежели отсутствие достаточных денежных средств. Например, и дело о банкротстве будет возбуждено, и процедура наблюдения будет введена при наличии указанного признака (непогашенного долга) в том случае, когда должник просто не желает платить данному кредитору, располагая денежными средствами (нежелание платить в противовес неспособности платить). Все эти последствия наступят и в случае, если платеж был невозможен по причине ареста счетов.

Подобное решение (опора на признаки) оправданно, так как речь идет о внешних по отношению к должнику инициаторах (кредиторах), которые не располагают реальными сведениями о финансовом состоянии должника. Раз им дозволяется инициировать дело о банкротстве (иное привело бы к отсутствию действенных механизмов по исполнению обязательства при нежелании должника), им необходимо предоставить такие критерии, которые будут доступны для восприятия кредитора и доказывания перед судом. Таким критерием становится именно неуплата по долгу.

Ранее мы уже говорили о том, что для возбуждения дела о банкротстве по инициативе кредитора значение имеет неуплата по денежному обязательству, за исключением определенных его разновидностей. Закон именует кредиторов, обладающих соответствующими требованиями, конкурсными кредиторами, которые составляют всего лишь определенную часть от общей группы кредиторов (куда входят лица со всеми иными обязательственными требованиями).

r_cp Выделение конкурсных кредиторов из всей массы кредиторов имеет значение до введения конкурсного производства, где в реестр требований кредиторов могут быть включены и требования с неденежным предметом исполнения (п. 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»). Отметим, однако, что и в последнем случае речь идет о требованиях из обязательств, а не о всех субъективных гражданских правах. В частности, в деле о банкротстве не будут конкурировать за распределение конкурсной массы лица, имеющие вещные притязания на имущество, попавшее в предполагаемую конкурсную массу. И, напротив, будут вынуждены конкурировать на условиях равенства те лица, которые имеют обязательственное притязание о передаче индивидуально-определенной вещи (ст. 398, 551 ГК РФ). Отделение одного от другого (вещного притязания от обязательственного) составляет предмет науки гражданского права.

Следует также отметить, что корпоративные требования, даже если они и облекаются в обязательственную форму, не являются требованиями кредиторов в строгом смысле слова, а представляют собой скорее продолжение абсолютного корпоративного права (в экономическом смысле корпоративной собственности), в связи с чем не могут конкурировать с внешними автономными от должника кредиторами как на стадии управления и распределения конкурсной массы (через включение требования в реестр требований кредиторов), так и на стадии возбуждения дела о банкротстве. В этой связи право на открытие производства в отношении должника отсутствует у лиц, претендующих на удовлетворение того или иного корпоративного требования (о выплате дивидендов, действительной стоимости доли и т. п.). Далее статус связанных с должником лиц, включая его участников, в деле о банкротстве будет раскрыт более подробно.

Содержание заявления кредитора определено ст. 39 Закона о банкротстве, прилагаемые к нему документы — ст. 40 того же закона. Несмотря на подтверждение соответствующего долга, в большинстве случаев Закон о банкротстве требует, чтобы в заявлении указывались как обязательство, из которого возникло требование, так и доказательства оснований возникновения задолженности. Это обусловлено, в частности, тем, что суд по делу о банкротстве будет вынужден провести квалификацию требования на предмет его конкурсоспособности (не является ли оно требованием из санкций, не имеет ли корпоративной природы), поэтому судебного акта о взыскании долга недостаточно.

r_d Под конкурсоспособностью требования предлагается понимать такое качество соответствующего притязания, которое позволяет реализовать права кредитора в деле о банкротстве должника: инициировать открытие производства, включить требование в реестр требований кредиторов, голосовать на собраниях кредиторов, участвовать в расчетах с кредиторами.

О конкурсоспособности требования уже шла речь в литературе⁴⁸.

Следует учитывать, что конкурсоспособность может иметь разные степени (абсолютная, относительная в разных объемах). Абсолютная конкурсоспособность предоставляет право обладателю соответствующего требования реализовывать все указанные ранее полномочия. В свою очередь, относительная конкурсоспособность может предполагать изъятие того или иного полномочия: на открытие производства (залоговые кредиторы по залогу за третье лицо, кредиторы с неденежным предметом исполнения, кредиторы по дополнительным санкциям), на включение требования в реестр в отдельных процедурах (неденежные требования в процедурах, кроме конкурсного производства), на голосование (кредиторы по санкциям).

Неконкурсоспособным (в абсолютном виде) будет притязание, которое не дает полномочий вообще (притязания из корпоративных оснований, которые участвуют в распределении ликвидационной квоты, что уже нельзя назвать расчетом с кредиторами, поскольку они распределяют квоту скорее как собственники (опосредованные), нежели внешние притязатели на действие должника).

Как уже указывалось, не любое требование к должнику может быть положено в основу заявления кредитора. Речь идет о денежном (а не просто имущественном) требовании, которое при этом не относится к имущественным санкциям (неустойки, штрафы и т. п.).

Если попытаться выявить критерий, по которому требование оказывается конкурсоспособным и наоборот, то можно прийти к следующему выводу: право на возбуждение дела о банкротстве имеет тот кредитор по денежному требованию, который имеет убыток в имуществе от действий (бездействия) должника. Следовательно, неконкурсоспособными будут требования о выплате неустоек, взыскании упущенной выгоды. В свою очередь, договорные требования из взаимных договоров с предшествующим исполнением со стороны кредитора, требования о возмещении вреда имуществу, о взыскании неосновательного обогащения будут конкурсоспособными.

Таким образом, право на открытие производства имеют те кредиторы, имущественная масса которых пострадала от отношений с должником: исполнившие встречное обязательство (притязание на исполнение обязательства должника), утратившие имущество, перешедшее к должнику (притязание на возврат неосновательного обогащения), понесшие ущерб в своем имуществе по вине должника (притязание о возмещении вреда).

Кредиторы по требованиям, не связанным с компенсацией имущественной потери (неустойки без привязки к уменьшению массы кредитора, упущенная выгода), не вправе претендовать на инициирование принудительного банкротства. Такое решение связано с серьезностью последствий от открытия производства, что предполагает ранжирование кредиторов по степени защиты их интереса. Следовательно, требования из названных санкций имеют относительную конкурсоспособность: они не дают права на инициирование открытия производства, права голоса, но разрешают участвовать в расчетах с кредиторами (после удовлетворения основных требований третьей очереди) (п. 3 ст. 137 Закона о банкротстве).

Здесь также важно учитывать, что денежное обязательство имеет своим предметом уплату денег в качестве исполнения. В этой связи не будет денежным, например, обязательство должника-подрядчика перед кредитором-заказчиком о выполнении работы. В свою очередь, возникновение денежного обязательства подрядчика перед заказчиком будет возможно после расторжения договора (отказа в одностороннем порядке), до этого момента (трансформации) денежного обязательства не будет. Неденежные требования также имеют относительную конкурсоспособность: они не дают право на инициирование открытия производства, а также на включение требования в реестр во всех процедурах, кроме конкурсного производства, но будучи включенными дают право на расчет с кредиторами наряду с иными кредиторами третьей очереди с правом голоса (п. 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35).

Относительная конкурсоспособность обнаруживается и у требований о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью: такие требования имеют привилегию в удовлетворении, но за эту привилегию лишены права голоса и инициирования производства по делу.

То же мы обнаружим у требований о выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности, относительная конкурсоспособность которых не дает право на инициирование дела о банкротстве, права голоса на собрании кредиторов, но включает в себя право на удовлетворение из конкурсной массы во вторую очередь (п. 3 ст. 134 Закона о банкротстве). Усеченная конкурсоспособность является продолжением соответствующей привилегии. Интерес вызывает то обстоятельство, что ранее такой же режим предоставлялся «соседям» по очереди, а именно требованиям работников о выплате заработной платы и выходных пособий, которые в силу привилегии не давали права на инициирование банкротства. После введения в действие поправок, внесенных Федеральным законом от 29 июня 2015 г. № 186-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», предоставивших право на инициирование банкротства работодателю его работникам, их судьбы разошлись: обе группы требований находятся во второй очереди, но конкурсоспособность требований работников расширилась (также не став абсолютной), теперь работники имеют возможность инициировать дело о банкротства, не участвуя, однако, в принятии решений на собраниях кредиторов.

Как уже упоминалось, не является обязательственным притязание из корпоративного основания, в связи с чем соответствующее «требование» также неконкурсоспособно (абсолютная неконкурсоспособность).

Закон о банкротстве оперирует понятием «размер и состав требования» для целей возбуждения дела о банкротстве (ст. 4 Закона о банкротстве). По существу, нормы о составе и размере требования ни что иное, как выражение идеи о недопустимости учета для целей возбуждения дела о банкротстве дополнительных санкций, требований кредиторов первой очереди, требований из корпоративных оснований, т. е. легальное закрепление идеи о разделении всех требований по степени их конкурсоспособности. В то же время указанные в ст. 4 Закона требования имеют разные степени конкурсоспособности: если требования из корпоративных оснований имеют абсолютную неконкурсоспособность, то требования из санкций участвуют в расчетах, как и требования первой очереди. При этом если первые понижаются в очередности удовлетворения, то вторые, напротив, повышаются.

Требование заявителя-кредитора, по общему правилу, должно быть подтверждено вступившим в законную силу судебным актом (п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве).

Смысл данного положения состоит в том, что дело о банкротстве является делом особого производства, где на первый план выносится не спор о долге (исковое производство и состязательность), а подтверждение факта неплатежеспособности (через признаки в случае с заявлением кредитора) и организация судебного (государственного) контроля за разрешением несостоятельности конкретного должника.

В этой связи суд по делу о банкротстве не должен заниматься выяснением того, действительно ли у кредитора имеется притязание по отношению к должнику: спор может касаться только обстоятельств исполнения соответствующего требования или отмены состоявшегося судебного акта (ст. 48 Закона о банкротстве). Такое решение предопределено и серьезными репутационными и иными последствиями возбуждения дела о банкротстве.

Следует обратить внимание и на то, что у банкротства более общих черт с исполнительным, а не с исковым производством, так как оно представляет собой специфический но все же режим исполнения обязательств (не более того). Следовательно, оно предназначено не для разрешения спора, а для исполнения результатов такого спора (при его наличии) или для удовлетворения бесспорных требований.

Требования, подтвержденные решениями третейских судов, в целом также уже являлись предметом рассмотрения спора о праве. Однако, будучи договорной формой разрешения спора, сами по себе решения третейских судов не могут быть исполнены принудительно, кроме того, решения третейских судов не обладают свойством обязательности для суда по делу о банкротстве. Все это означает, что потенциально возможен спор о том, существует ли требование, оценку которому придется давать суду по делу о банкротстве. Во избежание таких споров на уровне открытия производства необходимо, чтобы соответствующее решение приобрело статус акта, подлежащего принудительному исполнению. Такой статус приобретается путем выдачи исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда (§ 2 главы 30 АПК РФ, глава 47 ГПК РФ). Здесь также находит подтверждение идея о том, что банкротство имеет больше общего с исполнительным, нежели с исковым производством: то, что не снабжено исполнительной силой, не может такое производство инициировать.

В настоящее время право на инициирование дела о банкротстве без судебного акта применительно ко всем должникам в части корпоративного банкротства имеют кредиторы по требованиям из банковских операций (п. 2 ст. 7 Закона о банкротстве), уполномоченные органы. В свою очередь, список требований, предоставляющих такое право для потребительского банкротства, шире и определен в п. 2 ст. 213.5 Закона о банкротстве.

Ранее уже было упомянуто, что банкротство может рассматриваться в качестве разновидности исполнительного производства. Названная разновидность должна быть отделена от ординарного исполнительного производства, т. е. не должна пересекаться с ним. В этой связи в первой редакции Закона о банкротстве (п. 2 ст. 7) предусматривалось, что право на обращение в арбитражный суд возникает у конкурсного кредитора, уполномоченного органа по денежным обязательствам по истечении 30 дней с даты направления (предъявления к исполнению) исполнительного документа в службу судебных приставов и его копии должнику.

Подобное регулирование препятствовало, во-первых, передаче на разрешение суда по делу о банкротстве спора о праве заявителя на удовлетворение требования, во-вторых, использованию банкротных процедур в качестве ординарных способов получения исполнения судебного акта.

В целом изложенная позиция законодателя была ответом на Закон о банкротстве 1998 года (ст. 11), в соответствии с которым правом на подачу заявления кредитора о признании должника банкротом обладали лица, признаваемые конкурсными кредиторами вне зависимости от того, подтверждены ли их требования судебным актом или нет. В названном законе открытие производства и введение процедуры наблюдения совпадали (ст. 56), что способствовало введению отдельных ограничений должника (ст. 57) уже с даты принятия к производству непроверенного требования кредитора и в ряде случаев затрудняло воспрепятствование замыслу потенциального «кредитора-заявителя» на захват соответствующих активов. Такая легкость инициирования дел о банкротстве в совокупности с серьезными последствиями открытия производства нередко рассматривалась в качестве одного из инструментов рейдерских захватов компаний, что и послужило основанием для усложнения процесса открытия производства по заявлению кредитора. У арбитражного суда теперь не должно быть сомнений в том, что заявителем является реальный кредитор.

Кроме того, как видно по первой редакции Закона о банкротстве 2002 года, законодатель включил инструмент для недопущения смешения обычного исполнительного производства и дела о банкротстве: как минимум, месяц исполнительный лист должен был находиться в службе судебных приставов. При этом во избежание введения последствий от открытого производства на первичной стадии, т. е. без анализа мнения должника, законодатель разделил открытие производства и введение первой процедуры банкротства, содержащей правовые последствия (наблюдение, конкурсное производство в ряде случаев).

Сейчас мы наблюдаем постепенное возвращение к прежнему регулированию, которое ранее способствовало использованию банкротных инструментов для захвата активов. Такое возвращение обосновывается необходимостью скорейшего введения ограничений для должников с целью обеспечения сохранности их имущества.

§ 4. Заявление уполномоченного органа. Заявление работника

Уполномоченные органы (абз. 9 ст. 2 Закона о банкротстве) представляют в деле о банкротстве два вида требований: по уплате обязательных платежей и гражданско-правовые требования Российской Федерации. Следовательно, основанием для открытия производства по заявлению уполномоченного органа может быть неисполнение одного из двух названных видов требований.

Порядок открытия производства по мотиву неисполнения требований об уплате обязательных платежей не совпадает с порядком открытия по мотиву неисполнения гражданско-правовых обязательств, который в основной части идентичен порядку открытия производства по заявлению кредитора. Основное отличие заключается в необходимости подтверждения требования вступившим в законную силу судебным актом, которая применима к гражданско-правовым требованиям, но не к требованиям об уплате обязательных платежей. Последние должны быть подтверждены решениями налогового органа, таможенного органа о взыскании задолженности за счет денежных средств или иного имущества должника либо вступившим в законную силу решением суда или арбитражного суда (п. 3 ст. 6 Закона о банкротстве).

r_cp Отдельные особенности касаются вопросов необходимости обоснования уполномоченным органом эффекта от введения банкротных процедур с учетом бюджетных затрат заявителя на дело о банкротстве. В общем виде уполномоченный орган должен обосновать, что производство по делу о банкротстве, как минимум, позволит найти имущество, покрывающее расходы по такому делу. Подробнее соответствующие условия будут раскрыты далее, здесь же отметим, что указанные правила вытекают из п. 13 постановления Пленума ВАС РФ от 17 декабря 2009 г. № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве», некоторые вопросы были разъяснены в Отдельных вопросах, связанных с применением Закона о банкротстве, утвержденных Президиумом ВС РФ 6 марта 2019 года.

Работник является одним из возможных заявителей (п. 1 ст. 7 Закона о банкротстве). Основанием для открытия производства по заявлению работника является неисполненное требование о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда. Право инициирования у работника, как и у конкурсного кредитора, возникает с момента вступления в законную силу судебного акта, подтвердившего требование работника.

§ 5. Заявление должника

Заявление должника о собственном банкротстве может быть основано на обстоятельствах, вызывающих обязанность должника подать соответствующее заявление (так называемая информационная обязанность руководителя должника (далее — членов органов управления) перед кредиторами), а может быть подано в преддверии таких обстоятельств. Первая категория случаев называется заявление должника в силу обязанности, вторая — в силу права.

В ст. 9 Закона о банкротстве приведены случаи, когда руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Выявление признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника в ходе ликвидации также влечет обязанность ликвидационной комиссии должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника в течение 10 дней с момента выявления каких-либо из указанных признаков (п. 3 ст. 9 Закона о банкротстве).

Одновременно с введением в Закон о банкротстве новой главы III.2 (субсидиарная ответственность) были внесены поправки в ст. 9 Закона (п. 3.1), согласно которым список лиц, ответственных за нарушение информационной обязанности, расширен за счет включения в него собственника имущества должника, а также лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих лиц.

Следует обратить внимание на довольно формальный подход законодателя к моменту, когда у руководителя должника возникает обязанность подать заявление о банкротстве. Особенно это касается случаев подачи заявления по мотиву выявления недостаточности имущества должника. Так, есть предпосылки утверждать, что соответствующие признаки могут возникнуть у каждого второго должника. Напомним, что в силу абз. 35 ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника. Заметим, что речь идет о сравнении всех обязательств (в том числе и несозревших долгосрочных кредитов со сроком платежа через несколько лет), а также всех активов по их рыночной цене (которая, как правило, не совпадает с балансовой стоимостью).

r_cp Верховный Суд РФ, по существу, ограничил возникновение соответствующей обязанности, указав, что подача заявления (раскрытие сведений о финансовых проблемах) должна осуществляться при обнаружении признаков объективного банкротства, которые, как правило, не совпадают с формальными признаками недостаточности имущества. Напомним, что в силу п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» объективным банкротством именуется момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

r_cp Вторым ограничением, введенным Верховным Судом РФ, в части обязанности подачи заявления о собственном банкротстве является устранение такой обязанности на весь период выполнения руководителем экономического плана выхода из кризиса. Так, согласно абз. 2 п. 9 постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 53, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абз. 5, 7 п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Неисполнение информационной обязанности путем подачи заявления должника о собственном банкротстве влечет субсидиарную ответственность по обязательствам перед кредиторами, которые возникли после истечения срока подачи заявления о банкротстве (ст. 61.12 Закона о банкротстве). В главе учебника, посвященной субсидиарной ответственности, соответствующая проблематика будет раскрыта более подробно. Здесь же отметим, что единственной формой исполнения информационной обязанности является подача заявления о банкротстве, тем не менее, руководитель должника освобождается от субсидиарной ответственности перед информированными кредиторами, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (п. 3 ст. 61.12 Закона о банкротстве). Это означает, что в определенном смысле способом снижения риска и объема ответственности является информирование соответствующих кредиторов любыми способами, а не только путем подачи заявления о банкротстве.

В силу ст. 8 Закона о банкротстве должник вправе подать в арбитражный суд заявление должника в случае предвидения банкротства при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что он не в состоянии будет исполнить денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок. В целом отличие от обстоятельств, вызывающих обязанность по подаче заявления, состоит в отсутствии таких обстоятельств в конкретный момент времени, при этом очевидность их появления заставляет должника раскрывать соответствующую информацию.

Содержание заявления должника определено в п. 2 ст. 37 Закона о банкротстве. Приведенная в названном пункте информация в целом направлена на раскрытие текущего финансового состояния должника. Речь идет о раздельном описании требований кредиторов с разным статусом, общие требования, требования по обязательным платежам, требования первой и второй очереди удовлетворения.

Заметим, что раскрытие помимо пассивов еще и активов направлено не столько на обоснование поводов для подачи заявления о банкротстве, если речь не идет о недостаточности имущества, сколько на первоначальный сбор информации для последующего проведения анализа финансового состояния. Сокрытие сведений об активах надлежит трактовать как недобросовестное поведение с соответствующими последствиями: это может быть положено в основу заявлений об оспаривании сделок, о привлечении к субсидиарной ответственности, о преднамеренном или фиктивном банкротстве и т. п.

§ 6. Временный управляющий

Как следует из п. 2, 5 ст. 37 Закона о банкротстве, должник не вправе выбирать кандидатуру ни временного управляющего, ни даже саморегулируемой организации арбитражных управляющих. Такое решение появилось в результате поправок, внесенных Федеральным законом от 29 декабря 2014 г. № 482-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон “О несостоятельности (банкротстве)” и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», и было направлено на пресечение сговоров должников с временными управляющими, которые в нарушение обязанности действовать независимо в интересах всех кредиторов, должника и общества проявляли излишнюю лояльность к интересам должника.

Отметим, что в настоящее время не определен порядок случайного выбора саморегулируемой организации арбитражных управляющих, описанный в п. 5 ст. 37 Закона о банкротстве, выбор осуществляется судом (п. 6 ст. 5 Федерального закона от 29 декабря 2014 г. № 482-ФЗ).

§ 7. Заявление ликвидируемого должника

Первой особенностью подачи заявления ликвидируемым должником является то, что заявление подается ликвидационной комиссией (ликвидатором). Это, однако, возможно после того, как такая комиссия (ликвидатор) созданы (п. 4 ст. 62 ГК РФ), до этого момента от имени должника действует, по общему правилу, его руководитель (п. 1 ст. 53 ГК РФ), что предполагает подачу заявления через руководителя. Здесь имеется исключение. Если заявление подается по мотиву обнаружения недостаточности стоимости имущества должника для удовлетворения требований кредиторов, то до образования комиссии (ликвидатора) заявление может быть подано также собственником имущества должника – унитарного предприятия, учредителем (участником) должника (п. 3 ст. 224 Закона о банкротстве).

Вторая особенность заключается в том, что ликвидационная комиссия подает заявление о банкротстве по специфическому основанию: недостаточность стоимости имущества должника для удовлетворения требований кредиторов (п. 1 ст. 224 Закона о банкротстве). Действительно, такое основание сходно с недостаточностью имущества должника, но не тождественно ему в полном объеме. Дело в том, что ликвидационная комиссия сравнивает имеющееся имущество не со всеми требованиями кредиторов, а только с предъявленными и подтвержденными судебными актами независимо от предъявления (п. 2 ст. 63 Закона о банкротстве). Кроме того, такое сопоставление производится после истечения срока на предъявление требований ликвидационной комиссии, что не совпадает с объективностью признака недостаточности имущества. Следует также отметить, что ликвидационную комиссию никто не освобождал от обязанности подачи заявления о банкротстве в случае выявления признаков неплатежеспособности и (или) признаков недостаточности имущества должника (п. 3 ст. 9 Закона о банкротстве). Это означает, что ликвидационная комиссия не вправе задерживать подачу заявления при выявлении указанных признаков со ссылкой на несоставление промежуточного ликвидационного баланса.

Третья основная особенность – процедура банкротства ликвидируемого должника является упрощенной и регулируется § 1 главы XI Закона о банкротстве. Такая процедура, помимо прочего, не предполагает применение к должнику процедур наблюдения, финансового оздоровления и внешнего управления (п. 1 ст. 225 Закона о банкротстве).

§ 8. Несколько заявителей

В силу п. 8 ст. 42 Закона о банкротстве в случае, если до назначенного судом заседания на рассмотрение арбитражного суда поступают заявления о признании должника банкротом от других лиц, все поступившие заявления рассматриваются арбитражным судом в качестве заявлений о вступлении в дело о банкротстве. Данные заявления должны быть рассмотрены в течение 15 дней с даты судебного заседания по проверке обоснованности требований первого заявителя, обратившегося в арбитражный суд. Лица, рассмотрение заявлений которых отложено, обладают правом ходатайствовать о принятии мер по обеспечению заявления.

Тематика нескольких заявителей по делу о банкротстве не может быть полностью раскрыта, если не выяснить причину соревнования заявителей. На самом деле, такая причина лежит за пределами механизма банкротства и сводится к обеспечению утверждения в качестве временного управляющего нужной для заявителя фигуры. Ранее уже указывалось на существенный набор функций временного управляющего, именно он создает конфликт между заявителями. В ряде случаев речь идет о недобросовестном мотиве, когда заявителю важна лояльность управляющего именно к нему, что составляет нарушение обязанности управляющего в соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве. Напротив, в иных случаях конфликт заявителей вызван попыткой последующих предотвратить реализацию недобросовестных намерений предыдущих.

§ 9. Принятие заявления. Отказ в принятии.
Оставление без движения и возвращение заявления

Порядок и действия суда при принятии заявления определены ст. 42 Закона о банкротстве. Так, в силу п. 1–5 названной статьи судья арбитражного суда принимает заявление о признании должника банкротом, поданное с соблюдением требований, предусмотренных АПК РФ и Законом о банкротстве.

О принятии заявления о признании должника банкротом судья арбитражного суда выносит определение не позднее чем через пять дней с даты поступления указанного заявления в арбитражный суд. В определении о принятии заявления о признании должника банкротом, помимо прочего, указываются кандидатура арбитражного управляющего и (или) саморегулируемая организация, из числа членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, дата рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом.

В соответствии со ст. 43 Закона о банкротстве есть два основания для отказа в принятии заявления о признании должника банкротом:

1) требование кредитора составляет менее 300 тыс. руб. (по общему правилу) либо просрочка по требованию менее трех месяцев (п. 2 ст. 33 Закона о банкротстве);

2) подача заявления о банкротстве должника, в отношении которого уже введена процедура банкротства. Если такая процедура не введена, но дело о банкротстве возбуждено, то с процессуальной точки зрения в принятии заявления суд не отказывает, а рассматривает такое заявление как заявление о вступлении в дело о банкротстве (п. 8 ст. 42 Закона о банкротстве).

В силу п. 1 ст. 44 Закона о банкротстве основаниями для оставления без движения заявления о банкротстве должника является нарушение требований как к содержанию заявления, так и к прилагаемым к нему документам, которые определены ст. 37–41 Закона о банкротстве. Обратим внимание на п. 3 ст. 44 Закона о банкротстве: при устранении обстоятельств, послуживших основанием для оставления заявления без движения, датой возбуждения дела о банкротстве считается дата первоначальной подачи заявления (это важно для квалификации требований и определения периода подозрительности).

При неустранении обстоятельств, послуживших основанием для оставления без движения, заявление подлежит возвращению заявителю.

Отметим особенность, согласно которой заявления должников о собственном банкротстве, мотивированные обязанностью его подачи, без движения не оставляются. Так, согласно п. 1 ст. 42 Закона о банкротстве в случае, если обращение в арбитражный суд с заявлением должника является обязательным, но к указанному заявлению приложены не все документы, предусмотренные ст. 38 Закона о банкротстве, указанное заявление принимается арбитражным судом к производству и недостающие документы истребуются при подготовке дела о банкротстве к судебному разбирательству. Такое поведение суда обусловлено все той же идеей скорейшего открытия производства по заявлениям о банкротстве. Различие между заявлениями кредиторов и должников состоит в том, что подача заявлений первыми затрагивает интересы должников, которые должны учитываться хотя бы на стадии возбуждения дела о банкротстве. Между тем, когда с заявлением обращается сам должник, нет необходимости в защите его интересов от необоснованного возбуждения дела о банкротстве.

§ 10. Последствия открытия производства

Необходимо указать, что само по себе открытие производства еще не содержит каких бы то ни было ограничений для деятельности должника, равно как и для его кредиторов в попытках получить удовлетворение по долгу. Такие последствия могут происходить только в случае удовлетворения ходатайства о принятии обеспечительных мер (п. 7 ст. 42 Закона о банкротстве). Названное ходатайство, однако, необязательно будет удовлетворено и будет рассматриваться по правилам главы 8 АПК РФ, а также постановления Пленума ВАС РФ от 12 июня 2006 г. № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер».

Тем не менее, открытие производства может послужить основанием для срабатывания так называемых дефолтных правил, когда кредитор получает право на досрочное истребование долга, что, очевидно, может привести к трансформации неспособности расплатиться по обязательствам из предполагаемой в реальную. Отметим, что такие условия могут содержаться в договоре, закон, как правило, их не имеет⁴⁹.

Открытие производства может иметь определенное влияние на обеспеченные должником обязательства, к примеру, свидетельствовать об ухудшении обеспечения и влечь акселерацию обеспеченного долга. Несмотря на то, что данное последствие было бы дискуссионным, мы должны иметь в виду неопределенность в части понятия «ухудшение обеспечения» (см., напр., ст. 813 ГК РФ).

r_cp Конечно, буквально п. 46 постановления Пленума ВАС РФ от 12 июля 2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» называет ухудшением введение процедуры наблюдения в отношении поручителя, а не само по себе открытие производства. Между тем названное постановление Пленума не исключает, что возбуждение дела о банкротстве также может рассматриваться в качестве названного ухудшения.

Раздел 2.
СУБЪЕКТЫ БАНКРОТСТВА

Глава 4.
ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ДОЛЖНИКА

§ 1. Понятие и составные элементы правового положения должника

Должник считается одним из основных участников дела о банкротстве⁵⁰. В наиболее общем плане позиция должника по отношению к другим субъектам конкурсных отношений и составляет его правовое положение⁵¹.

Правовое положение должника является обобщающей, собирательной категорией, которая отражает все закрепленные в законодательстве о банкротстве элементы состояния юридического или физического лица в качестве должника — субъекта конкурсных отношений. С точки зрения видовой принадлежности правовое положение должника является комплексным в силу комплексного характера самих конкурсных отношений, сочетающих в себе частноправовые и публично-правовые элементы. Оно может быть также специальным (в контексте особенностей статуса должников отдельных категорий) и всегда является индивидуальным, поскольку должником может быть признан только конкретный субъект, в любом случае имеющий какие-то свои, присущие только ему характерные черты.

r_d В правовой доктрине можно увидеть различные мнения по вопросу о том, какие элементы входят в понятие правового положения субъекта. В большинстве случаев позиции по этому вопросу отличаются друг от друга различной комбинацией одних и тех же элементов⁵².

Для целей дальнейшего изложения в качестве элементов правового положения должника как субъекта конкурсных отношений будут пониматься:

1) легально установленные условия для признания лица в качестве должника — субъекта конкурсных отношений;

2) конкурсоспособность должника;

3) субъективные права, юридические обязанности и законные интересы должника;

4) юридическая ответственность должника в качестве участника конкурсных отношений;

5) правовая основа участия должника в конкурсных отношениях. Под правовой основой участия должника в конкурсных отношениях следует понимать совокупность правовых норм, которые устанавливают базовые правила взаимодействия должника с иными субъектами конкурсных отношений, а также закрепляют специальный режим осуществления и управления деятельностью и имуществом неплатежеспособного или несостоятельного должника. В содержательном аспекте правовая основа находит свое отражение в принципах участия должника в конкурсных отношениях.

§ 2. Понятие, признаки и сущность должника как субъекта конкурсных отношений

В абз. 3 ст. 2 Закона о банкротстве дается легальное определение должника как гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, или юридического лица, которые оказались неспособными удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение срока, установленного данным законом.

Приведенное определение должника не в полной мере раскрывает его понятие. Это обусловлено спецификой юридической техники, которая используется при формулировании определений в нормативных актах. Кроме того, понятие и сущность должника находят свое закрепление не в одной норме Закона о банкротстве, а в определенной их совокупности.

Понятие должника по нормам Закона о банкротстве является единым. Оно одинаково охватывает как физических, так и юридических лиц, которые являются носителями имущественных обязанностей любой правовой природы (частноправовой или публично-правовой) и характера (потребительского или предпринимательского).

Вместе с тем такое единство не исключает различий между потребительским банкротством (банкротством гражданина) и банкротством юридического лица прежде всего по преследуемым целям. Так, правила о банкротстве должников — юридических лиц необходимы для удаления из экономики неэффективных производств, в то время как потребительское банкротство направлено на предоставление возможности добросовестному должнику — физическому лицу полностью избавиться от долгов и сохранить при этом имущество, необходимое для обеспечения его жизнедеятельности, а также лиц, находящихся с ним в семейных отношениях или на иждивении.

r_d В науке конкурсного права обоснованно отмечается, что понятие должника в смысле Закона о банкротстве отличается от гражданско-правового понятия должника⁵³. Понятие должника в смысле Закона о банкротстве, с одной стороны, сужено по сравнению с гражданско-правовым понятием должника, охватывающим также должников по неденежным обязательствам (ст. 307 ГК РФ), а с другой — расширено за счет включения в его содержание субъектов публичного права, обязанных к уплате обязательных платежей (абз. 2–4 и 17 п. 2 ст. 11 НК РФ). Также отмечается, что статус должника по Закону о банкротстве обусловлен наличием просрочки в исполнении обязательства, в то время как в гражданских правоотношениях лицо становится должником уже с момента принятия на себя соответствующей обязанности, которая подлежит исполнению в дальнейшем.

Применительно к приведенному сравнению понятий должника по нормам гражданского законодательства и законодательства о банкротстве необходимо сделать еще два дополнительных пояснения.

Действительно, на момент определения лица в качестве должника по нормам Закона о банкротстве во внимание принимаются именно денежные требования, что прямо следует из легально установленных признаков банкротства (ст. 3 Закона о банкротстве) и критериев банкротства (абз. 32, 33 ст. 2 Закона о банкротстве). Это, однако, не означает, что в последующем лицо, приобретшее статус должника по Закону о банкротстве, перестает быть обязанным исполнить неденежные требования, которые подлежат защите в общем процессуальном порядке.

Признаки банкротства являются необходимым элементом юридического состава возбуждения производства по делу о банкротстве и, соответственно, наделения с момента возбуждения этого производства лица статусом должника по Закону о банкротстве⁵⁴. Из смысла п. 3 ст. 3 в совокупности со ст. 8, абз. 2 и 4 п. 1 ст. 9 (применительно к должникам — юридическим лицам) и п. 2 ст. 213.4 (применительно к должникам — физическим лицам) Закона о банкротстве следует, что признаки банкротства могут исключать в принципе обязательное наличие просрочки в исполнении обязательств на момент подачи заявления о банкротстве должника⁵⁵.

Кроме того, в соответствии с правовыми позициями, изложенными в определениях ВС РФ от 20 июля 2017 г. № 309-ЭС17-1801 и от 5 апреля 2018 г. № 307-ЭС17-20207, при рассмотрении заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом) для определения признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества правовое значение имеет совокупный объем возникших долговых обязательств, а не их структура. При анализе финансового состояния должника из общего числа его обязательств не исключаются те обязательства, которые не позволяют кредитору инициировать процедуру банкротства. Должник вправе обратиться с заявлением о собственном банкротстве независимо от размера имеющихся у него обязательств, периода неисполнения данных обязательств, наличия вступившего в законную силу судебного акта о взыскании долга, а также правовой природы требования (основной долг или финансовые санкции), положенного в основание заявления.

Таким образом, признаки банкротства должника являются неоднородными. Это вызвано необходимостью обеспечения известной гибкости в правовом установлении внешних форм выражения неспособности должника удовлетворить требования.

Помимо формального наличия всего юридического состава, необходимого для возбуждения производства по делу о банкротстве, для определения в качестве должника хозяйствующий субъект должен обладать конкурсоспособностью.

Конкурсоспособность состоит в возможности физического или юридического лица, являющегося носителем долга, быть субъектом конкурсных отношений (конкурсных процедур как материально-правовых процедур и конкурсного процесса, понимаемого здесь в качестве судебного порядка рассмотрения дела о банкротстве). Поскольку конкурсные отношения являются комплексными, а предпосылками конкурсоспособности выступают наличие у юридического лица материальной и процессуальной правоспособности, следует сделать вывод, что конкурсоспособность носит комплексный (материально-процессуальный, частно-публичный) характер. Комплексный характер конкурсоспособности выступает своеобразной гарантией полноценного включения юридических и физических лиц в качестве должников в сферу регулирования отечественного законодательства о банкротстве при наличии определенного юридического состава.

Помимо этого, при введении той или иной конкурсной процедуры значительно смещаются акценты общей правоспособности и дееспособности должника. Это вызвано тем, что в связи с введением конкурсной процедуры применяются определенные ограничения для должника, содержание, характер и пределы которых определяются целями правового регулирования конкурсных отношений, участия должника в этих отношениях. В основном ограничения касаются сферы имущественной самостоятельности должника, в том числе по распоряжению принадлежащими ему активами, а также организационно-правовой сферы его волеобразования и волеизъявления. С учетом этого конкурсоспособность можно определить как возможность иметь права, претерпевать ограничения, нести обязанности, которые соответствуют целям правового регулирования конкурсных отношений и участия должника в этих отношениях. В этом смысле конкурсоспособность является разновидностью специальной правоспособности субъекта⁵⁶, которая приобретает решающее значение при его вхождении в состояние неплатежеспособности либо неоплатности и появления у него признаков несостоятельности⁵⁷.

Проблема определения перечня субъектов, которые могут быть признаны должниками в деле о банкротстве, имеет серьезный практический аспект, так как требует разрешения следующих вопросов — могут ли быть признаны должниками и, соответственно, в дальнейшем обанкрочены:

— только юридические лица либо еще и физические лица, предпринимательские объединения, публично-правовые образования;

— только субъекты, осуществляющие предпринимательскую деятельность или еще и субъекты — потребители, некоммерческие организации.

В п. 2 ст. 1 Закона о банкротстве и п. 1 ст. 65 ГК РФ установлено, что по решению суда может быть признано несостоятельным (банкротом) любое юридическое лицо, за исключением казенного предприятия, учреждения, политической партии, религиозной организации и публично-правовой компании.

Применительно к государственной корпорации или государственной компании возможность признания их банкротом установлена указанными законоположениями в зависимости от наличия соответствующей прямой нормы в федеральном законе, предусматривающим создание такой корпорации или компании. В настоящее время не имеется ни одного федерального закона, позволяющего признать банкротом какую-либо государственную корпорацию или компанию.

В норме п. 1 ст. 65 ГК РФ также установлено, что фонд не может быть признан несостоятельным лишь в случае, если это установлено законом, предусматривающим создание и деятельность такого фонда. Действующее законодательство, регулирующее деятельность таких фондов как Российский научный фонд, Фонд перспективных исследований, Центр исторического наследия Президента РФ, прекратившего исполнение своих полномочий, устанавливает, что указанные фонды не могут быть признаны банкротами⁵⁸.

Исключение из перечня юридических лиц, которые могут быть признаны банкротами, казенных предприятий выглядит в целом обоснованно, так как субсидиарную ответственность по долгам данных лиц несет государство, которое в состоянии при любых обстоятельствах удовлетворить требования кредиторов. Исключение казенных и частных учреждений из перечня конкурсоспособных лиц также является полностью обоснованным по причине несения собственником их имущества субсидиарной ответственности по их долгам. Что касается бюджетных и автономных учреждений, то признание их неконкурсоспособными было бы более последовательным при установлении субсидиарной ответственности собственника имущества таких учреждений по модели ответственности собственника казенных учреждений (в настоящее время пункты 5 и 6 ст. 123.22 ГК РФ закрепляют возможность наложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного и автономного учреждения, но ограничивают ее наступление случаями недостаточности имущества у данных учреждений, на которое может быть обращено взыскание, для исполнения обязательств этих учреждений, связанных лишь с причинением вреда гражданам).

Изъятие из перечня политических партий и религиозных организаций выглядит необоснованным, особенно с учетом того, что указанные организации могут заниматься приносящими доход видами деятельности⁵⁹. Кроме того, действующим законодательством не установлена субсидиарная или солидарная ответственность каких-либо лиц по долгам указанных организаций. Представляется также, что свобода вероисповедания, политические права и свободы граждан, вряд ли могут быть нарушены вследствие неисполнения политической партией и религиозной организацией своих хозяйственных обязательств и последующего использования конкурсного механизма для защиты кредиторов таких должников.

Обращает на себя внимание, что в действующем российском законодательстве не допускается банкротства публично-правовых образований как субъектов права. Введение временной финансовой администрации в отношении субъектов РФ или муниципальных образований для принятия мер по восстановлению их платежеспособности в силу ст. 168.1, 162.2 БК РФ не выступает конкурсной процедурой, но содержит в себе отдельные черты внешнего управления.

Следует отметить, что одной из формируемых в настоящее время в развитых иностранных правопорядках тенденций правового регулирования конкурсных отношений является установление возможности признания несостоятельными предпринимательских объединений (предпринимательских групп) как объединений, не имеющих статус юридического лица, но выступающих в обороте как организационно и имуществено единый хозяйствующий субъект⁶⁰. Допустимость банкротства предпринимательских объединений порождает необходимость разрешения проблемы множественности лиц на стороне должника в рамках одного банкротного производства или согласования различных производств разных должников между собой.

Формально не признавая возможность банкротства образований без статуса юридического лица, отечественный Закон о банкротстве допускает такую возможность применительно к банкротству крестьянского (фермерского) хозяйства, которое в данном случае можно определить в качестве разновидности предпринимательского объединения на основе договора простого товарищества без статуса юридического лица (ст. 217–223 Закона о банкротстве). Это исключение обусловлено необходимостью учета для целей правового регулирования конкурсных отношений характера осуществления таким крестьянским хозяйством деятельности и операций с имуществом, связей между его участниками. В основе конкурсоспособности крестьянского (фермерского) хозяйства без статуса юридического лица лежит правовая идея необходимости обеспечения дополнительной защиты оборота в целом и кредиторов такого образования в частности, которые на протяжении осуществления деятельности имели фактические отношения с предпринимательским объединением, а не с его отдельными частями (лицами). Здесь также учитывается необходимость дополнительной защиты участников такого объединения, ибо их имущество состоит из общего имущества членов хозяйства, которое участвует в конкурсе, а также из их личного имущества, на которое режим конкурса не распространяется.

В российском правопорядке множественность лиц на стороне должника в рамках производства по одному делу о банкротстве допустима и в потребительских банкротствах. Согласно п. 10 постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» арбитражные суды имеют право объединять дела о несостоятельности супругов. Финансовым управляющим суд в таком случае назначит управляющего по делу, которое возбуждено первым. В объединенном деле управляющий ведет три реестра: реестр требований по общим обязательствам и реестры по личным обязательствам каждого из супругов. Выручку от реализации личного имущества одного из супругов нельзя направлять на погашение личных обязательств другого.

В качестве должников — физических лиц могут быть признаны как лица, имеющие статус индивидуального предпринимателя, так и граждане, этот статус не имеющие (потребители товаров, работ, услуг).

То обстоятельство, что должник — физическое лицо может являться недееспособным либо ограниченным в дееспособности субъектом, не оказывает влияния на возможность признания его несостоятельным, так как в данном случае это не исключает взыскание по исполнительному производству, а также возможность выражения воли таких лиц их законными представителями⁶¹.

Необходимо также учесть, что согласно нормам ст. 223.1 Закона о банкротстве дело о банкротстве гражданина может быть возбуждено и после его смерти или объявления его умершим.

Таким образом, должником — субъектом конкурсных отношений является обладающее конкурсоспособностью физическое или юридическое лицо, в отношении которого судом возбуждено производство по делу о банкротстве и которое находится в состоянии предвидения (угрожающей) неплатежеспособности либо неплатежеспособности либо неоплатности, что как юридический факт проявляется в наличии у данного лица признаков банкротства⁶².

Сущность должника как субъекта конкурсных отношений заключается в следующем.

Должник в контексте своего правового положения выступает правовым средством достижения целей регулирования отношений несостоятельности за счет:

— включения конкурсоспособных субъектов, находящихся в состоянии предвидения (угрожающей) неплатежеспособности либо неплатежеспособности либо неоплатности, в сферу регулирования законодательства о банкротстве и обеспечения таким образом правового равенства между ними в системе конкурсных отношений (установление формально равного объема прав, обязанностей, ограничений, оснований и характера ответственности и т. д. для фактически отличающихся должников);

— закрепления и обеспечения реализации специальных режимов осуществления и управления деятельностью и имуществом неплатежеспособных субъектов в рамках дела о банкротстве.

§ 3. Классификация должников

Должники могут быть классифицированы по различным основаниям. Так, в зависимости от характера и правовых последствий просрочки исполнения денежного обязательства должников можно классифицировать на:

— неисправных. Неисправным должником в таком случае будет являться лицо, не способное оплатить долг в размере или сроки, недостаточные для возбуждения производства по делу о банкротстве и последующего введения конкурсной процедуры;

— неплатежеспособных. Неплатежеспособным должником будет являться лицо, которое не осуществляет оплату долга в определенной сумме в течение определенного периода времени или обладает иными признаками банкротства, что дает основания предположить недостаточность имущества у этого лица для расчета с кредиторами и возбудить производство по делу о банкротстве с последующим введением соответствующей конкурсной процедуры, за исключением конкурсного производства;

— несостоятельных. Несостоятельным должником будет являться такое лицо, которое признано судом неспособным восстановить свою платежеспособность и погасить долг, что выступает основанием для введения в отношении такого должника ликвидационной процедуры конкурсного производства.

Соотношение последних двух видов должников при такой классификации определяется следующим образом. Несостоятельный должник всегда является неплатежеспособным, в то время как неплатежеспособный должник будет являться несостоятельным в ситуации признания его таковым судом и при отсутствии возможности восстановления платежеспособности⁶³.

В зависимости от того, имеет ли конкурсноправовое значение характер деятельности должников — юридических лиц, последние могут быть разделены на:

— обычных должников, характер деятельности которых не имеет конкурсноправового значения;

— должников отдельных категорий, в отношении которых законодательством установлены особенности производства по делу о банкротстве на основании того, что характер их деятельности имеет указанное правовое значение (например, градообразующие, сельскохозяйственные, страховые и иные организации, указанные в главе IX Закона о банкротстве)⁶⁴.

В зависимости от возможности применения в отношении должника конкурсных процедур должники могут быть классифицированы на:

— должников, в отношении которых могут быть при наличии соответствующих оснований и с учетом определенного порядка применены все предусмотренные Законом о банкротстве конкурсные процедуры;

— должников, которые банкротятся в порядке упрощенных процедур, применяемых в деле о банкротстве (ликвидируемый должник, отсутствующий должник, должник, имеющий статус специализированного общества или ипотечного агента).

§ 4. Общая характеристика прав, обязанностей и законных интересов должника.
Система правовых средств защиты должника

В п. 1 ст. 34 Закона о банкротстве должник определяется как лицо, участвующее в деле о банкротстве. Из п. 2 указанной статьи также следует, что должник является носителем комплекса материальных и процессуальных прав и обязанностей без их конкретизации в этой норме.

Для целей характеристики прав и обязанностей должника следует отметить, что на протяжении производства по делу о банкротстве должник продолжает оставаться субъектом права (собственником имущества, лицом, несущим юридическую ответственность и несущим обязанности и т. д.). На особенности закрепления прав и обязанностей должника основное влияние оказывают специфика конкурсных отношений как комплексных отношений, возникающих в связи с неплатежеспособностью (несостоятельностью) хозяйствующего субъекта, а также цель правового регулирования отношений несостоятельности, которая в наиболее обобщенном виде состоит в обеспечении баланса интересов всех субъектов этих отношений.

Наиболее ярко это проявляется в установленной Законом о банкротстве системе ограничений право- и дееспособности должника⁶⁵, а также в закреплении за должником — физическим лицом и органами управления должника — юридического лица дополнительных обязанностей.

r_d В науке конкурсного права применительно к банкротству юридических лиц обоснованно отмечается, что ограничение правооспособности должника (в виде запретов совершения определенных действий и необходимости согласования сделок с арбитражным управляющим и собранием (комитетом) кредиторов) используется при проведении наблюдения и финансового оздоровления, а ограничение дееспособности (в виде передачи полномочий по управлению юридическим лицом — арбитражному управляющему) — при проведении внешнего управления и конкурсного производства⁶⁶.

Применительно к банкротству физических лиц ограничение правоспособности осуществляется в рамках процедуры реструктуризации долгов (п. 2, 5 ст. 213.11. Закона о банкротстве), ограничение дееспособности — в процедуре реализации имущества (п. 1, 5, 6 ст. 213.25 Закона о банкротстве)⁶⁷.

С учетом того, что конкурсные отношения имеют существенную процессуальную составляющую, должник как их участник обладает также таким объемом процессуальных прав и обязанностей, перечисленных в ст. 41 АПК РФ, каким обладает ответчик в исковом производстве, в том числе правом знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии; заявлять отводы; представлять доказательства и знакомиться с доказательствами, представленными другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного разбирательства; участвовать в исследовании доказательств, давать объяснения, приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам и т. д.

Дополнительным обязанностям должника — физического лица и органов управления должника — юридического лица посвящены, в частности, нормы ст. 9 (обязанность по обращению в суд с заявлением должника), п. 3.2 ст. 64 (обязанность по предоставлению органами управления должника — юридического лица временному управляющему информации об имуществе должника и ходе экономической деятельности), абз. 4 п. 1 ст. 94 (обязанность по передаче органами управления должника — юридического лица внешнему управляющему документации должника, имущества должника, печатей и штампов), п. 9 ст. 213.25 Закона о банкротстве (обязанность должника — физического лица с момента признания его банкротом по передаче финансовому управляющему всех имеющихся у должника банковских карт для целей блокирования операций по перечислению с них денежных средств).

Таким образом, должник как субъект конкурсных отношений имеет те права и несет те обязанности, которые изначально составляют содержание его правосубъектности с учетом ограничений и дополнений, установленных специальными нормами Закона о банкротстве.

Определение законного интереса должника имеет не только теоретическую (познавательную), но практическую необходимость. Практическая необходимость обусловлена тем, что такой интерес в силу п. 1 ст. 4 АПК РФ выступает самостоятельным объектом правовой охраны и судебной защиты.

В качестве основного законного интереса должника как субъекта конкурсных отношений⁶⁸ можно выделить стремление (потребность) должника восстановить свою платежеспособность и рассчитаться по кредиторским требованиям, тем самым прекратив конкурсную процедуру и порождаемые ею ограничения. Либо, при невозможности восстановления платежеспособности, — освободиться от долгов путем расчета с кредиторами и участниками (акционерами) должника — юридического лица исходя из сформированной конкурсной массы и правомерно прекратить убыточную деятельность (для должника — компании — существование как субъекта права).

Остальные законные интересы должника подлежат определению в каждой конкретной правовой ситуации с учетом основного законного интереса должника, а также ситуативных общих потребностей его участников (акционеров) — в ситуации, когда должником выступает юридическое лицо.

В конкурсных отношениях права и законные интересы должника подлежат защите с помощью системы специальных правовых средств⁶⁹. Специальный характер данных средств обусловлен главным образом тем, что конечной целью дела о банкротстве является не решение спора, не установление факта, имеющего юридическое значение, а сбалансированное и справедливое урегулирование конфликта (столкновения) интересов, возникшего из-за неспособности участника оборота расплатиться по своим долгам⁷⁰.

Первичным средством защиты должника выступает заявление должника о признании несостоятельным (банкротом) (ст. 8, 9, 213.4 Закона о банкротстве). Использование этого средства защиты должником направлено на возбуждение производства по делу о банкротстве, последующее введение конкурсной процедуры и предоставление должнику конкурсного иммунитета (невозможность кредиторов реализовать требования к должнику в ином, неконкурсном, порядке), а также возникновению у него иных благоприятных правовых последствий (к примеру, прекращение начисления неустоек и иных финансовых санкций, процентов за исключением мораторных процентов в размере ставки рефинансирования).

Дальнейшие средства защиты дифференцируются в зависимости от характера нарушения прав и законных интересов должника.

В случае если права и законные интересы должника нарушаются движением дела о банкротстве и порождаемыми ограничениями его право- и дееспособности, в качестве средств защиты будут выступать:

— обжалование определения о принятии заявления кредитора о признании должника банкротом (п. 35.2 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»);

— возражения (отзыв) на заявление кредитора о признании должника банкротом при принятии судом данного заявления к производству (ст. 47 Закона о банкротстве);

— обжалование судебных актов о введении конкурсных процедур (п. 4 ст. 49, п. 2 ст. 93, п. 3 ст. 124 Закона о банкротстве); ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве (ст. 57 Закона о банкротстве, п. 11 постановления Пленума ВАС РФ № 35)⁷¹.

В случае если права и законные интересы должника нарушаются заявленными к нему кредиторскими требованиями, правовым средством защиты будут являться возражения на требования кредиторов, в том числе по мотиву истечения срока исковой давности (п. 2 ст. 71, п. 3 ст. 100 Закона о банкротстве). Это средство защиты может дополняться оспариванием правовых оснований этих требований (при оспоримости сделки) в общем процессуальном порядке.

Если права и законные интересы должника нарушаются арбитражным управляющим, в таком случае средством защиты выступает:

— жалоба на действия (бездействие) арбитражного управляющего (ст. 60 Закона о банкротстве);

— ходатайство об отстранении арбитражного управляющего и взыскании с него убытков (ст. 20.4 Закона о банкротстве, Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22 мая 2012 г. № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»);

— ходатайство об отказе в утверждении арбитражного управляющего (п. 56 постановления Пленума ВАС РФ № 35).

Следует иметь в виду, что в силу правовой позиции, изложенной в п. 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ № 150, арбитражный суд может совместно рассмотреть жалобу лица, участвующего в деле о банкротстве, на действия конкурсного управляющего и ходатайство этого лица об его отстранении. Иными словами, для заявления ходатайства об отстранении арбитражного управляющего в деле о банкротстве нет необходимости отдельного представления ранее вступивших в законную силу судебных актов об удовлетворении жалоб на его действия (бездействие) в рамках этого же дела о банкротстве.

При нарушении прав и законных интересов должника решениями кредиторов надлежащим средством защиты будет являться жалоба на решения собрания (комитета) кредиторов (глава 9.1 ГК РФ, ст. 15, 17 Закона о банкротстве). Помимо этого, в случаях, предусмотренных законом, самостоятельным предметом оспаривания могут быть и иные юридически значимые документы и действия, которые явились следствием принятых на собрании кредиторов решений, к примеру, план внешнего управления (п. 6 ст. 107 Закона о банкротстве), торги по продаже имущества должника (ст. 110, 139 Закона о банкротстве, ст. 449 ГК РФ) и т. д.

Применительно к вопросу о реализации правовых средств защиты должника возникает следующий вопрос — каким образом должно осуществляться использование средств защиты при прекращении полномочий органов управления должника — юридического лица в связи с введением процедур внешнего управления или конкурсного производства?

Представляется, что данный вопрос должен решаться следующим образом.

В силу п. 23 постановления Пленума ВАС РФ от 15 декабря 2004 г. № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что право бывшего руководителя должника на совершение процессуальных действий от имени должника строго ограничено обжалованием судебных актов о введении внешнего управления или конкурсного производства⁷². По этой причине по общему правилу использовать средства защиты прав и законных интересов должника должен в таком случае арбитражный управляющий как законный представитель должника⁷³.

Эти же средства защиты, в том числе против незаконных действий самого арбитражного управляющего, может использовать также представитель учредителей должника (собственника имущества), который согласно п. 3 ст. 126 Закона о банкротстве и п. 14 и 41 постановления Пленума ВАС РФ № 35 с момента введения внешнего управления или конкурсного производства приобретает права лица, участвующего в деле о банкротстве. Используя в таком случае средства защиты, представитель учредителей должника (собственника имущества) будет выступать также и в защиту самого должника в силу изначального тождества их основного законного интереса, обозначенного ранее.

§ 5. Виды юридической ответственности должника

В сфере конкурсного права как комплексного правового образования к должнику по общему правилу могут применяться как основные отраслевые виды юридической ответственности (гражданско-правовая, административная, уголовная), так и специальные виды ответственности, предусмотренные отдельными положениями Закона о банкротстве или обусловленные спецификой конкурсных отношений. Причем применение одного вида ответственности к должнику не исключает применение другого.

r_d Перед характеристикой отдельных видов специальной юридической ответственности должника отметим, что в теории конкурсного права сама несостоятельность (банкротство) должника обоснованно рассматривается как форма его личной ответственности перед кредиторами, в рамках которой должник отвечает самим своим существованием в качестве субъекта права⁷⁴.

Виды юридической ответственности должника — юридического лица и должника — физического лица, в том числе индивидуального предпринимателя, различаются.

В первую очередь это отличие обусловлено тем, что уголовную и административную ответственность за преднамеренное или фиктивное банкротство (ст. 196, 197 УК РФ, 14.12 КоАП РФ), неправомерные действия при банкротстве (ст. 195 УК РФ, 14.13 КоАП РФ) в отличие от должника — физического лица несет не сама компания — должник, а ее должностные лица либо иные физические лица, совершавшие соответствующие противоправные деяния.

Кроме того, должники — физические лица в силу п. 1 ст. 61.13 Закона о банкротстве за любое нарушение положений Закона о банкротстве несут самостоятельную имущественную ответственность в форме возмещения убытков. Должники — юридические лица несут ответственность в форме возмещения убытков в случае, если заявление должника подано в суд при наличии у него возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме или должник не принял меры по оспариванию необоснованных требований заявителя или кредиторов, которые предъявлены до или после возбуждения дела о банкротстве, в рамках производства по делу о банкротстве или вне указанного производства (п. 2 и 3 ст. 61.13 Закона о банкротстве)⁷⁵.

В остальных случаях наложение ответственности в форме возмещения убытков на должника — юридическое лицо не имеет смысла, так как по причине его изначальной неплатежеспособности компенсаторная функция ответственности в таком случае не может быть реализована. Сказанное, однако, не исключает возможность наложения этой ответственности на его контролирующих лиц применительно к общему правилу ст. 61.13 Закона о банкротстве.

Другие виды специальной имущественной и личной ответственности должника — физического лица находят свое закрепление, в частности, в нормах п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве, регулирующих неосвобождение должника от долгов при его недобросовестном поведении в ходе производства по делу о банкротстве⁷⁶, в нормах п. 3 ст. 213.30, п. 2 ст. 216 Закона о банкротстве, устанавливающих невозможность заниматься предпринимательской деятельностью или участвовать в управлении юридическим лицом для должников в течение определенного времени с даты завершения процедуры реализации имущества или прекращения производства по делу о банкротстве в ходе такой процедуры.

§ 6. Принципы участия должника в конкурсных отношениях

Принципы участия должника в отношениях несостоятельности отражают его коренные отношения с иными субъектами конкурсных отношений в связи с местом должника в системе этих отношений. По этой причине формулирование данных принципов необходимо для познания правовой основы участия должника в конкурсных отношениях как элемента его правового положения. Принципы участия должника основаны на общих принципах права, в том числе и на принципе добросовестности, и развивают их в конкурсных отношениях. В этой связи формулирование указанных принципов имеет и практическое значение. Будучи основанными на систематическом способе толкования норм законодательства о банкротстве, принципы участия должника в конкурсных отношениях могут использоваться для ликвидации пробелов в правовом регулировании отношений несостоятельности либо для целей уяснения смысла конкретной правовой нормы в процессе правоприменительной деятельности.

К числу данных принципов можно отнести следующее.

Принцип получения должником выгоды от конкурсных отношений как следствие его надлежащего поведения.

В соответствии с данным принципом получение должником положительного правового эффекта и выгоды от возникновения, изменения или прекращения конкурсных отношений (например, замена процентов по кредиту мораторными процентами), обусловлено по общему правилу отсутствием с его стороны незаконных или недобросовестных деяний. Приведенный принцип имеет в своей основе базовую юридическую обязанность субъекта правоотношений действовать законно и добросовестно, а также положение о том, что никто из субъектов правоотношений не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1, ст. 10 ГК РФ, п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Примером отражения действия этого принципа можно назвать позицию, сформулированную первоначально в п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 6 декабря 2013 г. № 88. В силу данных разъяснений суд мог прекратить дело о банкротстве в ходе любой процедуры банкротства, если установит, что должник либо аффилированный с ним кредитор обращались с заявлением о признании должника банкротом, зная об имеющей место на самом деле платежеспособности должника и преследуя цель необоснованного неправомерного получения должником выгод от введения процедур банкротства (например, снятие арестов, приостановление исполнительных производств, снижение процентной ставки и т. д.). В настоящее время такое правило получило нормативное закрепление в п. 6 ст. 63 Закона о банкротстве.

Принцип распределения последствий неплатежеспособности и несостоятельности должника.

В соответствии с данным принципом распределение последствий неплатежеспособности и несостоятельности должника между должником и иными субъектами конкурсных отношений должно осуществляться обоснованно (быть обусловлено конкретными юридическими и фактическими основаниями, исключать правовую неопределенность, а также возможность произвола в отношении или со стороны должника, кредиторов) и правомерно (формально равно и соразмерно характеру участия должника и иных субъектов в конкретных конкурсных отношениях).

Применительно к должнику данный принцип подразумевает в первую очередь появление у кредиторов возможности контролировать имущество и деятельность должника в ходе конкурсных процедур, оказывать непосредственное влияние на его дальнейшую юридическую судьбу, а также на движение конкурсных процедур (конкурсный контроль⁷⁷).

Принцип добросовестного сотрудничества должника с кредиторами, арбитражным управляющим и судом.

В соответствии с данным принципом устанавливается необходимость участия должника в конкурсных отношениях (конкурсных процедурах и конкурсном процессе) в пределах разумно ожидаемого от него законного и добросовестного поведения для достижения цели правового регулирования участия должника в этих отношениях и устранения (минимизации) негативных последствий его неплатежеспособности (несостоятельности).

В сфере института несостоятельности принцип добросовестного сотрудничества должника с кредиторами, арбитражным управляющим и судом впервые был упомянут в п. 42 постановления Пленума ВС РФ № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» применительно к позициям о недопущении сокрытия должником каких-либо юридически и экономически значимых фактов или обстоятельств.

Участие должника в конкурсных отношениях для целей соблюдения этого принципа может иметь различные формы проявления. Представляется, что эти формы обусловливаются характером конкретных конкурсных отношений, в которых участвует в определенный момент времени должник, и не ограничиваются только передачей должником необходимой информации суду и арбитражному управляющему. К их числу можно, к примеру, отнести обеспечение должником в лице его органов сохранности и надлежащего состояния своего имущества в ходе процедуры наблюдения, которое при признании его несостоятельным составит конкурсную массу, деятельное участие должника в процессе инвентаризации имущества арбитражным управляющим, участие должника или его представителя в собрании кредиторов при обсуждении решений, которые влияют на юридическую судьбу должника, определяю надлежащий ход конкурсной процедуры и т. д.

Глава 5.
ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ КРЕДИТОРОВ

§ 1. Понятие и классификация кредиторов как участников конкурсных отношений

Кредитор является одним из ключевых понятий обязательственного права как подотрасли гражданского (частного) права, регулирующей экономический оборот (товарообмен), то есть отношения по переходу от одних лиц к другим материальных и иных благ, имеющих экономическую форму товара⁷⁸. В структурном плане кредитор выступает участником обязательственного правоотношения, который имеет право требование (притязание) к должнику. В силу п. 1 ст. 307 ГК РФ предметом обязательства, то есть действием, которое должник обязан совершить, а кредитор имеет право востребовать, может выступать передача имущества, выполнение работы, оказание услуги, уплата денег и т. д.

Поскольку правоотношения по товарообмену предшествуют отношениям несостоятельности, имеющим дело с уже неисполненным денежным долгом (в широком смысле), между кредитором и должником в конкурсе продолжает сохраняться состояние их правовой связанности по модели управомоченной и обязанной сторон. В этой связи можно заключить, что формула классического обязательственного правоотношения с изменениями и дополнениями, обусловленными прежде всего целями института несостоятельности, составляет основу правового статуса кредиторов в конкурсе.

Сказанное, тем не менее, не означает, что между гражданско-правовым понятием кредитор и понятием кредитор в смысле законодательства о банкротстве можно поставить знак равенства. Разберем подробнее приведенный тезис.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве кредиторы определяются как лица, которые имеют по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору.

Таким образом, из буквального содержания приведенной нормы следует, что понятием кредитор Закон о банкротстве объединяет не только кредиторов по гражданско-правовым обязательствам, но и управомоченных на получение обязательных платежей в рамках исполнения должником своих публично-правовых обязанностей (к примеру, по уплате налогов), а также работников должника, имеющих право на оплату труда, иные социальные выплаты в трудовых правоотношениях с должником. В приведенном аспекте кредитор по законодательству о банкротстве представляет собой более широкое понятие в сравнении с понятием кредитор по гражданско-правовому обязательству. Используемый Законом о банкротстве прием юридической техники объединения под понятием кредитор участников разноотраслевых правоотношений неслучаен. Он позволяет наиболее последовательно и системно соединить участников разноотраслевых правоотношений с должником, построенных по модели управомоченной и обязанной сторон, под правовым режимом конкурса (института несостоятельности).

По смыслу п. 1 ст. 307 ГК РФ, п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» в предмет гражданско-правового обязательства может входить совершение практически любых действий, в том числе и прямо не указанных в п. 1 данной статьи (к примеру, обязанность заключить основной договор при наступлении условий, обозначенных в предварительном договоре, которая прямым образом не опосредует предоставление конкретного материального блага и носит по сути организационный характер). Также обязательство (негативное обязательство) может состоять в воздержании должника от совершения определенного действия (отчуждения третьим лицам имущества, раскрытия определенной договором информации и т. д.).

Из ст. 2 Закона о банкротстве с учетом п. 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2013 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», а также п. 33 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2016), утвержденного Президиумом ВС РФ 19 октября 2016 г., следует, что кредитором в смысле законодательства о банкротстве является лицо, имеющее к должнику право требование по денежному гражданско-правовому обязательству либо право требование по неденежному обязательству имущественного характера (о передаче имущества в собственность, выполнении работ, оказании услуг), которое подлежит денежной оценке (трансформации в денежное требование) и предъявляется в процедуре конкурсного производства.

С учетом изложенного, получается, что понятие кредитор для целей отношений несостоятельности может быть уже гражданско-правового понятия кредитор, поскольку включает в себя лиц, имеющих к должнику только денежные требования либо неденежные имущественные требования, которые подлежат (способны с правовой точки зрения) трансформации в денежные, в том числе путем их денежной оценки.

Участие кредиторов в отношениях несостоятельности характеризуется следующими основными чертами:

1) все кредиторы неплатежеспособного должника так или иначе участвуют в конкурсе. То есть в приведенном контексте требования кредиторов неплатежеспособного должника удовлетворяются из его имущества с учетом особого правового статуса кредиторов (конкурсные кредиторы или кредиторы с текущими требованиями, залоговые кредиторы, работники и т. д.) и в определенном порядке, которые установлены специальным законодательством о банкротстве;

2) основной законный интерес кредиторов как участников отношений несостоятельности состоит в получении максимального удовлетворения их требований к должнику. Все права кредиторов по существу производны от указанного интереса с учетом правового статуса таких кредиторов и характера их участия в отношениях несостоятельности (конкурсе). Поскольку кредиторы в большинстве случаев претерпевают наибольшие неблагоприятные последствия от неплатежеспособности должника, наделение их различными правами для возможности участия в деле о банкротстве и последовательной защиты их интересов в отношениях несостоятельности (к примеру, право на подачу возражений в отношении требований иных кредиторов, право на обжалование действий арбитражного управляющего и т. д.) является наиболее применимым и предпочтительным методом правового регулирования этой части института банкротства;

3) участие кредиторов в отношениях несостоятельности подчинено трем специальным принципам: принципу равенства кредиторов (равное распределение конкурсной массы среди всех кредиторов одной очереди и, следовательно, равное распределение негативных последствий ее недостаточности для полного удовлетворения требований одной очереди); принципу соразмерности (ухудшение имущественного состояния должника в конкурсных процедурах влечет соразмерное увеличение объема контроля кредиторов над должником, его деятельностью и имуществом); принципу большинства (решения в гражданско-правовых сообществах кредиторов по общему правилу принимаются большинством голосов участвующих в собраниях кредиторов; при этом число голосов пропорционально размеру требований кредиторов к общей сумме требований по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания. Таким образом, обеспечивается соответствие между объемом осуществленного кредитором в отношении должника имущественного представления до возбуждения дела о банкротстве и объемом влияния кредитора на решения, принимаемые собранием кредиторов в конкурсной процедуре — чем больше было кредиторское представление в пользу должника, тем большим влиянием пользуется кредитор при принятии решений сообществом кредиторов);

4) законодательством о банкротстве установлены различные правовые статусы кредиторов неплатежеспособного должника, что обусловлено совокупностью юридически значимых факторов (в частности, характером первоначальных («докризисных») правоотношений кредиторов с должником, спецификой законного интереса конкретной группы кредиторов, политико-правовой целесообразностью предоставления повышенного уровня защиты конкретным группам кредиторов и т. д.). Закрепление в законодательстве о банкротстве различных правовых статусов кредиторов само по себе не нарушает конституционный принцип равенства, ибо не носит дискриминационного характера, не вводит необоснованные и несправедливые различия.

Как участники отношений несостоятельности кредиторы могут быть классифицированы по различным основаниям.

В зависимости от характера и отраслевой природы требования кредиторы могут подразделяться на:

— текущих (внеочередных) кредиторов, чьи требования частного или публичного характера удовлетворяются раньше требований реестровых кредиторов;

— привилегированных кредиторов (кредиторы, относящиеся к первой и второй очереди удовлетворения, которые призываются к распределению конкурсной массы до реестровых кредиторов третьей очереди; требования данных кредиторов носят преимущественно частный либо трудоправовой характер);

— залоговых кредиторов, получающих удовлетворение в первую очередь за счет стоимости предмета залога. Обеспеченные залогом требования могут носить как частный (ст. 334 ГК РФ), так и публичный характер (ст. 73 НК РФ);

— конкурсных кредиторов — кредиторов, входящих в третью очередь реестра требований и имеющих требования к должнику из частных (горизонтальных) правоотношений;

— уполномоченных органов, имеющих реестровые или текущие требования к должнику из публичных (вертикальных) правоотношений.

С учетом критерия порядка удовлетворения кредиторских требований кредиторов можно поделить на:

— внеочередных (текущих);

— очередных (реестровых), то есть удовлетворяемых в порядке установленной реестровой очередности;

— зареестровых, то есть кредиторов, пропустивших срок предъявления требования и призываемых к удовлетворению в порядке п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди реестра требований (фактически — четвертая очередь);

— пониженных в очередности (фактически — пятая очередь): а) кредиторов, которые, являясь контролирующими должника лицами, предоставили в период его неплатежеспособности либо объективного банкротства капиталозамещающее финансирование (определение ВС РФ от 26 января 2018 г. № 305-ЭС18-11840, п. 14 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом ВС РФ от 29 января 2020 г.); б) кредиторов, чьи сделки с должником были признаны недействительными по основаниям п. 2 ст. 61.2 и п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве (п. 2 ст. 61.6 с учетом п. 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о несостоятельности (банкротстве)»; в) кредиторов с требованиями об осуществлении первоначального исполнения в части основного долга. Данные кредиторы (к примеру, по требованию о выплате должником аванса за последующее исполнение кредитором встречной обязанности по передаче товара) в формировании конкурсной массы (даже косвенно) на участвовали, поскольку свое встречное предоставление по обязательству не осуществили (п. 15 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2019), утвержденной Президиумом ВС РФ от 24 апреля 2019 г.). Несмотря на то, что требования данной группы кредиторов удовлетворяются в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, эти кредиторы все же обладает процессуальными правами лица, участвующего в деле о банкротстве (право на участие в судебных заседаниях по делу о банкротстве, право на обжалование принятых судебных актов, право на участие в собраниях кредиторов без возможности голосовать и т. д.). В случае если требования кредиторов, подлежащих удовлетворению в очередности, которая предшествует распределению ликвидационной квоты, обеспечены залогом имущества должника, то указанные кредиторы вправе рассчитывать на погашение долгов из стоимости заложенного имущества преимущественно только перед кредиторами одной с ними очередности. В отношении кредиторов более приоритетных очередностей удовлетворения залоговые преимущества такого кредитора не действуют (п. 6.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц);

— послеочередных — удовлетворяемых в порядке п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 ГК РФ за счет имущества, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами, в том числе зареестровыми и пониженными в очередности. К числу послеочередных относятся, к примеру, требования участника должника, реализуемое в порядке выплаты ликвидационной квоты).

В зависимости от характера участия в собраниях кредиторских гражданско-правовых сообществ кредиторы могут быть поделены на голосующих и неголосующих (к примеру, работники должника), а голосующие в свою очередь — на мажоритарных и миноритарных.

В научной литературе существуют и иные варианты классификаций кредиторов как участников отношений несостоятельности⁷⁹.

Приведенные нами варианты классификации позволяют более системно отразить различия статусов кредиторов, участвующих в банкротстве. Далее мы раскроем особенности статусов конкурсных кредиторов, уполномоченных органов и залоговых кредиторов как основных из всех приведенных групп кредиторов.

§ 2. Особенности правового статуса конкурсных кредиторов

В ст. 2 Закона о банкротстве приводится легальное определение конкурсных кредиторов. Из смысла указанной нормы следует, что конкурсным кредитором является кредитор, удовлетворяющий следующим двум условиям:

во-первых, это кредитор по денежному обязательству;

во-вторых, этот кредитор не является: уполномоченным органом, гражданином, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, гражданином, имеющим право требования из обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной ГрК РФ, гражданином, перед которым должник имеет обязательство по выплате вознаграждения автору результата интеллектуальной деятельности, учредителем (участником) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия.

Приведенное определение нельзя признать полным, поскольку оно не раскрывает главные сущностные признаки конкурсного кредитора как участника отношений несостоятельности. Во многом это обусловлено не ошибкой законодателя, а спецификой юридической техники при формулировании легальных определений. Признаки конкурсных кредиторов и особенности их участия в конкурсе закреплены в совокупности норм Закона о банкротстве и могут быть сформулированы при системном толковании соответствующих законоположений.

Укажем признаки конкурсных кредиторов, определяющие особенности их правового статуса и характер участия в отношениях несостоятельности.

1. Конкурсный кредитор имеет требования к должнику из денежного обязательства (денежный характер обязательственных требований конкурсного кредитора).

В ст. 2 Закона о банкротстве денежное обязательство определяется как обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ, бюджетным законодательством РФ основанию.

Исходя из смысла ст. 307 ГК РФ и п. 37 постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» сущностным признаком любого денежного обязательства является использование денег в качестве средства платежа (погашения долга). По этой причине не относятся к денежным обязанности по передаче вещи, выполнению работы, сдаче наличных денег в банк по договору на кассовое обслуживание и т. д.

В случае если лицо обладает правом требования к должнику по неденежному обязательству имущественного характера (к примеру, право требования по передаче товара, приобретенного по договору купли-продажи), такое лицо по общему правилу не может быть признано конкурсным кредитором должника. В силу п. 5 ст. 4 Закона о банкротстве имущественные требования кредиторов по неденежным обязательствам подлежат рассмотрению в общем процессуальном (исковом) порядке и даже при просрочке их исполнения не могут быть положены в основание заявления о признании должника банкротом. Поскольку одной из целей законодательства о банкротстве является недопущение изъятий имущества из будущей конкурсной массы, введение конкурсной процедуры (наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, реструктуризации долгов гражданина) приостанавливает осуществление имущественных взысканий по исполнительным документам, выданным для принудительного исполнения имущественных требований по неденежным обязательствам.

В случае признания должника банкротом имущественные требования кредиторов по неденежным обязательствам не могут быть исполнены в натуре. В случае возбуждения процедуры конкурсного производства или реализации имущества исполнение по исполнительным документам прекращается, а имущественные требования кредиторов по неденежным обязательствам могут быть предъявлены в ходе одной из указанных завершающих процедур (ст. 126 и 213.26 Закона о банкротстве).

Приведенные законоположения объясняются следующим образом. По общему правилу с момента признания должника банкротом и открытия в отношении него конкурсного производства требования кредиторов по неденежным обязательствам имущественного характера трансформируются в денежные [п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве, п. 34 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35, п. 33 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2016)]. Такие требования подлежат денежной оценке, рассматриваются по правилам ст. 100 Закона о банкротстве и удовлетворяются в общем порядке, предусмотренном статьями 134 и 142 Закона о банкротстве, в том числе предоставляя права голоса на собраниях кредиторов.

r_cp Согласно позиции, изложенной в определениях ВС РФ от 18 августа 2016 г. № 301-ЭС16-4180, от 24 ноября 2016 г. № 305-ЭС16-9798, недопустимо удовлетворение носящих реестровый характер требований, которые не были трансформированы в денежные из неденежных, поскольку в этом случае они были бы удовлетворены во внеочередном порядке, то есть преимущественно перед требованиями иных кредиторов, что противоречит законодательству о банкротстве.

Способы трансформации неденежных требований в денежные обусловлены характером обязательства и обстоятельствами его неисполнения со стороны должника. Правовой основной трансформации выступают, как правило, общие и специальные положения гражданского законодательства о последствиях неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств (в частности, глава 25 ГК РФ, ст. 463 ГК РФ). В качестве примера здесь можно указать трансформацию в конкурсном производстве обязанности должника передать вещь в обязанность по возврату полученных за вещь денежных средств, а также убытков, вызванных неисполнением обязанности по ее передаче. В рассматриваемом примере трансформация обязанности может сопровождаться односторонним отказом кредитора от исполнения соответствующего договора купли-продажи (определение ВС РФ от 24 ноября 2016 г. № 305-ЭС16-9798).

2. Денежное обязательство между конкурсным кредитором и должником имеет частноправовую природу и должно возникнуть до принятия судом к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Применительно к частноправовой природе денежного обязательства (требования конкурсного кредитора к должнику) отметим следующее.

Из нормативного определения денежного обязательства (ст. 2 Закона о банкротстве) следует, что его основание должно иметь гражданско-правовой характер (денежное обязательство из сделки, вследствие причинения вреда и т. д. с учетом ст. 8 и п. 2 ст. 307 ГК РФ).

Ссылку в анализируемой норме на то, что основание денежного обязательства может следовать из бюджетного законодательства следует понимать с учетом п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве». В данном пункте содержится прямой акцент на то, что применительно к основаниям, предусмотренным бюджетным законодательством, понимаются обязательства, носящие гражданско-правовой характер (например, вытекающие из отношений по предоставлению бюджетного кредита юридическому лицу, выдаче государственной или муниципальной гарантии и т. п.).

Денежное обязательство между конкурсным кредитором и неплатежеспособным должником должно возникнуть до принятия судом к производству заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). Это объясняется тем, что денежное требование конкурсного кредитора всегда имеет реестровый характер (удовлетворяется в третью очередь реестра требований кредиторов), то есть не является текущим.

Для более последовательного изложения анализируемого признака конкурсного кредитора определим понятие текущего (внеочередного) кредитора. Текущий кредитор является кредитором по текущим платежам. Из п. 1 ст. 5 Закона о банкротстве следует, что текущие платежи делятся на:

— денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено данным Федеральным законом;

— возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ.

Понятие текущих платежей детализируется в п. 2 постановления Пленума ВАС РФ № 63 следующим образом. Во-первых, текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. Во-вторых, в длящихся договорных обязательствах (аренда, лизинг, снабжение через присоединенную сеть и т. д.) текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве⁸⁰.

Таким образом, текущие требования в отличие от реестровых требований конкурсных кредиторов могут иметь различную отраслевую природу. Для определения природы требования в качестве текущего или реестрового решающее значение имеет в конечном счете дата фактической передачи должнику конкретного материального блага (денег по кредитному договору, работы по договору подряда и т. д.) в ее соотношении с датой вынесения судом определения о принятии к производству заявления о признании должника банкротом и возбуждении производства по делу о банкротстве должника (в случае, если материальное благо передано должнику после возбуждения производства по делу о банкротстве, требование носит текущий характер; если до — реестровый).

Согласно п. 13 постановления Пленума ВАС РФ № 63 возникшее до возбуждения дела о банкротстве и подлежащее включению в реестр требований кредиторов требование (реестровое требование) не может впоследствии приобрести статус текущего требования.

Указанная правовая позиция имеет существенное значение для пресечения искусственного изменения реестрового характера требования на текущий для недобросовестного получения привилегии в виде внеочередного порядка удовлетворения.

r_cp В частности, Пленум ВАС РФ в данном постановлении сформулировал следующие разъяснения для пресечения изменения реестрового характера требования с помощью соглашения о новации — поскольку в силу ст. 414 ГК РФ новация является основанием прекращения уже ранее существовавшего обязательства, в случае прекращения обязательства новацией для квалификации в соответствии со ст. 5 Закона о банкротстве нового денежного обязательства в целях данного Закона следует принимать дату возникновения первоначального обязательства.

Согласно п. 2 и 4 ст. 5 и п. 2 ст. 35 Закона о банкротстве требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не имеют право голоса на собраниях кредиторов, не могут заявлять требования об оспаривании сделок должника по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве или иным образом влиять на ход конкурсных процедур, контролировать деятельность арбитражного управляющего и т. д. Текущие кредиторы имеют право обжаловать действия или бездействие арбитражного управляющего в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, если такие действия или бездействие нарушают их права и законные интересы. Лишь по данным обособленным спорам текущие кредиторы выступают лицами, участвующими в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Подобный усеченный объем процессуальных прав текущих кредиторов, а также отсутствие у них права на контроль за конкурсной процедурой компенсируется тем, что такие кредиторы являются внеочередными, то есть их требования погашаются вне очереди за счет конкурсной массы преимущественно перед реестровыми кредиторами (п. 1 ст. 134 Закона о банкротстве). Таким образом, отсутствие у текущих кредиторов права на контроль является своеобразной платой за правовую привилегию внеочередного удовлетворения их требований.

Политико-правовой смысл выделения кредиторов по текущим требованиям и установления для них правового статуса, отличающегося от статуса конкурсных кредиторов, состоит в следующем.

r_d Как справедливо указывает Д. В. Новак, «для обеспечения минимальной хозяйственной деятельности должника в той мере, в какой это требуется, исходя из целей применяемых к нему процедур банкротства, необходимо стимулирование контрагентов должника к вступлению с ним в хозяйственные отношения (или продолжению с ним таковых) после принятия заявления о признании должника банкротом. Очевидно, что если бы на платежи по любым денежным обязательствам должника независимо от момента их возникновения распространялся общий режим пропорционального удовлетворения требований кредиторов в соответствии с установленной законодательством о несостоятельности очередностью, то контрагенты должника в большинстве случаев никак не были бы мотивированы на продолжение с ним хозяйственных отношений после возбуждения дела о банкротстве, поскольку существовал бы значительный риск недостаточности имущества должника для удовлетворения их требований»⁸¹.

Таким образом, статус текущих кредиторов является в своем роде правовым средством обеспечения мероприятий конкурса за счет стимулирования сотрудничества с неплатежеспособным должником в объеме, отвечающем целям законодательства о банкротстве и конкретной конкурсной процедуры.

3. Конкурсные кредиторы являются лицами, участвующими в деле о банкротстве, и обладают специальным комплексом прав, позволяющих осуществлять в предусмотренных правовых формах контроль за конкурсными процедурами, деятельностью арбитражного управляющего и должника, а также наполнение конкурсной массы.

В силу п. 1 ст. 34 Закона о банкротстве конкурсные кредиторы признаны лицами, участвующими в деле о банкротстве.

В этом качестве конкурсные кредиторы:

— в ходе любой конкурсной процедуры вправе обращаться в арбитражный суд с ходатайством о назначении экспертизы в целях выявления признаков преднамеренного или фиктивного банкротства;

— имеют право совершать процессуальные действия в арбитражном процессе по делу о банкротстве («базовый» объем процессуальных прав конкурсных кредиторов следует из ст. 41 АПК РФ и может быть по аналогии приравнен к объему процессуальных прав истца);

— управомочены на совершение иных действий, необходимых для реализации предоставленных прав.

Специальный комплекс прав конкурсных кредиторов, определяющих характер их участия в отношениях несостоятельности, состоит из:

— права на подачу заявления о признании должника банкротом. Реализация данного права в установленном порядке является для суда достаточным основанием для возбуждения производства по делу о банкротстве и последующего введения конкурсной процедуры, проведение которой поручается судом арбитражному управляющему, указанному в заявлении кредитора или представленному из СРО, указанного в этом заявлении (ст. 39 Закона о банкротстве);

— права на контроль за конкурсными процедурами, деятельностью арбитражного управляющего и должника. Анализируемое право реализуется в предусмотренных законодательством о банкротстве формах. В частности, через принятие решений собраниями кредиторов (к примеру, об условиях продажи имущества несостоятельного должника, о прекращении деятельности несостоятельного должника), предложений суду кандидатуры арбитражного управляющего, обращение в суд с жалобой на его действия (бездействие), подачу в суд ходатайства об его отстранении и т. д.⁸² Характер контроля конкурсных кредиторов и порядок его реализации будет раскрыт в пятом и шестом параграфах настоящей главы;

— права на наполнение конкурсной массы. Описываемое право реализуется через представление конкурсным кредитором возражений на требования иных кредиторов, которые подлежат установлению судом в деле о банкротстве, либо посредством оспаривания правовых оснований данных требований в установленном процессуальным законодательством порядке (к примеру, путем предъявления иска о признании сделки недействительной, обжалования судебного акта, подтверждающего законность требования другого кредитора)⁸³ либо подачи заявления о разрешении разногласий по определению очередности удовлетворения требований (ст. 60 Закона о банкротстве)⁸⁴. Анализируемое право реализуется также путем подачи в рамках дела о банкротстве заявления о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц по основаниям, предусмотренным ст. 61.11, 61.12, 61.13 Закона о банкротстве, а также с помощью оспаривания сделок и действий должника по специальным основаниям, установленным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Стоит особо подчеркнуть, что признаком конкурсного кредитора является не каждое из указанных специальных правомочий в отдельности (некоторыми из данных прав наделены и иные кредиторы, к примеру, работники должника), а именно комплексная совокупность указанных прав, которая позволяет им организационно воздействовать на отношения несостоятельности (право на инициирование конкурса, право на контроль в конкурсе), а также влиять на имущественные аспекты этих отношений (преимущественно на формирование реестра требований кредиторов и конкурсной массы).

В этом смысле наименование анализируемой группы кредиторов в качестве конкурсных может быть объяснено следующим образом. Поскольку конкурсные кредиторы составляют наибольшую группу кредиторов, получающих активы должника на общих основаниях конкурса (с учетом принципов соразмерности и очередности в составе третьей очереди реестра), постольку именно этим кредиторам предоставлен специальный комплекс прав, позволяющих воздействовать на организационную и имущественную составляющие конкурсных отношений (право на конкурсный контроль). Таким образом, специальный комплекс прав конкурсных кредиторов выступает своеобразным способом достижения баланса интересов в связи с установлением порядка получения ими удовлетворения без каких-либо привилегий в сравнении с текущими кредиторами или кредиторами первой и второй очереди.

Наиболее наглядно приведенные выводы находят свое подтверждение в сопоставлении конкурсных кредиторов с работниками должника, выступающими в качестве его кредиторов.

По общему правилу работники должника не относятся к числу лиц, участвующих в деле о банкротстве и (или) в арбитражном процессе по делу о банкротстве.

Сказанное, однако, не исключает право работника должника, бывшего работника должника, имеющих денежные требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда, обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом (п. 1 ст. 7 Закона о банкротстве). Закон о банкротстве предоставляет указанным лицам право на подачу заявления о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц по основаниям, предусмотренным ст. 61.11, 61.12, 61.13 Закона о банкротстве.

Являясь кредиторами второй очереди реестра требований, работники должника не имеют права голоса на собрании кредиторов, а следовательно, возможность контроля за конкурсной процедурой у них отсутствует⁸⁵.

В деле о банкротстве интересы работников по общему правилу представляет выбираемый на собрании работников представитель, который признается участником арбитражного процесса по делу о банкротстве (ст. 2, 12.1, п. 1 ст. 35 Закона о банкротстве).

Представитель работников должника при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей, предусмотренных федеральными законами, действует в интересах всех работников, бывших работников должника. Указанный порядок направлен главным образом на формирование и представление в рамках дела о банкротстве коллективных интересов всех работников, бывших работников должника, а при невозможности выработки единой позиции — их большинства с целью предотвращения несогласованного участия большого количества работников должника в деле о его несостоятельности.

Однако в случае противопоставления законных интересов одних работников должника перед другими (например, преимущественного удовлетворения требований по оплате труда части трудового коллектива перед иными, имеющими приоритетную очередность погашения задолженности работниками) осуществление своих прав через выборного представителя противоречит самой сути предназначения последнего. В такой ситуации судебная практика допускает самостоятельное обращение в суд соответствующих работников (определение ВС РФ от 3 июня 2019 г. № 306-ЭС17-13670(10).

Приведенные выше особенности правового положения работников как кредиторов неплатежеспособного должника во многом обусловлены в каком-то смысле их расположением между внеочередными и конкурсными кредиторами. Не имея сравнимых с внеочередными кредиторами привилегий в порядке удовлетворения денежных требований, работники имеют право на возбуждение конкурса и формирование конкурсной массы за счет подачи заявления в отношении контролирующих должника лиц (впрочем, право на оспаривание сделок и действий по специальным основаниям Закона о банкротстве у работников отсутствует). Получая удовлетворение в составе второй очереди, то есть в любом случае раньше конкурсных кредиторов, работники не имеют права на контроль в банкротстве. Их интересы представляет специально выбираемое на собрании работников лицо, которое пользуется усеченным объемом процессуальных прав в основном для пресечения ситуаций нарушения очередности удовлетворения требований работников со стороны арбитражного управляющего.

В заключение охарактеризуем временные рамки существования правового статуса конкурсного кредитора как участника отношений несостоятельности.

Права конкурсного кредитора в усеченном объеме возникают с момента принятия судом заявления об установлении кредиторского требования (право на подачу возражений на требования иных кредиторов, право на обжалование судебных актов, подтверждающих обоснованность требований иных кредиторов).

В наиболее полном объеме — с момента оглашения судом резолютивной части определения о включении требования кредитора в третью очередь реестра требований (в соответствии с п. 42 постановления Пленума ВАС РФ № 35 дата возникновения права голоса конкурсного кредитора на собрании приурочена к дате объявления резолютивной части определения о включении его денежного требования в реестр).

Если имущественные права кредитора не были восстановлены до завершения конкурсного производства и ликвидации должника, законодательство о банкротстве предоставляет кредитору возможность удовлетворить свои требования за счет иных лиц. Так, в частности, кредитор вправе обратить взыскание на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами (п. 11 ст. 142 Закона о банкротстве), привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности (п. 3, 4 ст. 61.14 Закона о банкротстве), взыскать убытки с конкурсного управляющего должника (п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве). Указанные права могут быть реализованы только в том случае, если лицо имеет статус кредитора в деле о банкротстве должника, в основе которого материально-правовое требование к должнику, ранее подтвержденное в деле о банкротстве.

Следовательно, при ликвидации банкрота, исключении его из ЕГРЮЛ по итогам завершения процедуры конкурсного производства, правопритязания конкурсного кредитора с адекватным их характеру усеченным объемом процессуальных (право на иск в процессуальном смысле, а также процессуальные права истца по материально-правовому спору) и материальных прав (право на уступку требования по договору цессии) сохраняются в отношении действующих правоспособных лиц: контролирующих должника лиц, конкурсного управляющего должника, лиц, незаконно получивших имущество должника и т. п. (определение ВС РФ от 21 октября 2019 г. № 308-ЭС19-12135).

Таким образом, конкурсный кредитор — это участвующее в деле о банкротстве лицо, которое имеет возникшее до возбуждения дела о банкротстве и подлежащее удовлетворению в составе третьей очереди реестра денежное требование частноправового характера к неплатежеспособному должнику (в том числе с учетом трансформации неденежного требования в денежное в конкурсном производстве), а также обладает специальным комплексом прав, позволяющих осуществлять контроль за конкурсными процедурами, деятельностью арбитражного управляющего и должника, а также наполнение конкурсной массы.

§ 3. Особенности правового статуса уполномоченных органов

В ст. 2 Закона о банкротстве приведено следующее определение уполномоченных органов: «федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный Правительством Российской Федерации на представление в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам, а также органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, уполномоченные представлять в деле о банкротстве и в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, требования по денежным обязательствам соответственно субъектов Российской Федерации, муниципальных образований».

Как разъяснил ВС РФ в утвержденном Президиумом ВС РФ 20 декабря 2016 г. Обзоре судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, под федеральным уполномоченным органом в целях банкротства понимается федеральный орган исполнительной власти, наделенный Правительством Российской Федерации полномочиями на представление в делах о банкротстве и в процедурах, применяемых в делах о банкротстве, требований об уплате обязательных платежей и требований Российской Федерации по денежным обязательствам. Таким федеральным органом исполнительной власти является Федеральная налоговая служба (ФНС России).

Уполномоченными органами в отношении требований по денежным обязательствам субъектов Российской Федерации, муниципальных образований в силу указанной нормы Закона о банкротстве признаются соответствующие органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, наделенные полномочиями на представление требований этих публично-правовых образований.

В силу того, что кредиторские требования уполномоченных органов возникают из публичных правоотношений, указанная категория кредиторов не относится к числу конкурсных.

Требования уполномоченных органов к должнику возникают из его обязанности по уплате обязательных платежей. По смыслу ст. 2 Закона о банкротстве в состав обязательных платежей входят налоги, сборы и иные обязательные взносы, уплачиваемые в бюджет соответствующего уровня бюджетной системы Российской Федерации и (или) государственные внебюджетные фонды, в том числе штрафы, пени и иные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате налогов, сборов и иных обязательных, а также административные штрафы и установленные уголовным законодательством штрафы.

Помимо этого, в зависимости от даты возникновения требования уполномоченные органы в отличие от конкурсных кредиторов могут быть не только реестровыми, но и кредиторами с текущими требованиям⁸⁶.

Исходя из п. 1 ст. 34 Закона о банкротстве уполномоченные органы в качестве реестровых кредиторов признаны лицами, участвующими в деле о банкротстве. Объем их прав в этом качестве, в том числе и специального комплекса прав, тождествен объему прав конкурсных кредиторов.

Специфика участия уполномоченных органов в отношениях несостоятельности проявляется преимущественно в следующем.

Во-первых, в силу публично-правового статуса уполномоченных органов процесс их волеобразования в конкурсе легально установлен в форме определенных административных процедур, основным содержанием которых является ведомственное согласование конкретных решений (о порядке подачи заявления о признании должника банкротом, о порядке голосвания на собраниях кредиторов и т. д.). В частности, при выборе собранием кредиторов процедуры несостоятельности (банкротства), при рассмотрении вопроса об образовании комитета кредиторов, о его компетенции, а также об утверждении графика погашения задолженности, плана внешнего управления представитель уполномоченного органа голосует с учетом правил, установленных приказом Минэкономразвития России от 3 августа 2004 г. № 219 «О порядке голосования органа, уполномоченного представлять в делах о банкротстве и в процедурах банкротства требования об уплате обязательных платежей и требования Российской Федерации по денежным обязательствам при участии в собраниях кредиторов». В части других вопросов — в соответствии с решением уполномоченного органа, оформленным письменно.

Во-вторых, в ходе участия уполномоченных органов в отношениях несостоятельности законодатель и правоприменитель, как правило, учитывают особенности публичной деятельности таких органов, а также публично-правовое регулирование исполнения обязанностей по уплате обязательных платежей.

r_cp В частности, в соответствии с п. 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства установлена правовая позиция о том, что очередность удовлетворения требования уполномоченного органа, основанного на результатах налоговой проверки должника, решение по результатам которой не вступило в силу к моменту введения процедуры конкурсного производства, не понижается, если требование своевременно заявлено после вступления такого решения в силу (по общему правилу двухмесячный срок предъявления требований уполномоченным органом, указанный в п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве, не течет в период с начала проведения налоговой проверки на протяжении всего времени, пока не вступит в силу решение налогового органа по результатам этой проверки.

r_cp Еще пример для подтверждения приведенного тезиса — согласно правовой позиции ВС РФ, изложенной в определении от 27 мая 2019 г. № 305-ЭС18-25601, в случае включения в рамках конкретного дела о банкротстве в третью очередь реестра требования уполномоченного органа по обязательным платежам, в данном деле не может быть утверждено мировое соглашение, устанавливающее более долгий срок погашения обязательных платежей, нежели предельный срок, установленный законодательством о налогах и сборах (один год). При отсутствии в реестре требования уполномоченного органа конкурсные кредиторы в мировом соглашении, заключаемом в деле о банкротстве, могут согласовать любой разумный срок рассрочки / отсрочки погашения задолженности.

§ 4. Особенности правового статуса залоговых кредиторов

Особенности правового статуса залогового кредитора в деле о банкротстве главным образом производны от правовой природы залога.

r_d С учетом дискуссионного характера правовой природы залога (вещная, обязательственная, вещно-обязательственная)⁸⁷, по нашему мнению, по данному вопросу необходимо придерживаться следующей точки зрения. Залог представляет собой особое ограниченное вещное право, содержанием которого является право его обладателя (залогодержателя) присвоить себе в счет погашения обеспеченного залогом долга стоимость предмета залога преимущественно перед другими кредиторами залогодателя⁸⁸.

В отношениях несостоятельности обозначенная сущность залога находит свое проявление в следующих аспектах:

— в деле о банкротстве залоговый кредитор имеет право на ценность конкретной вещи или имущественного права, являющихся предметом залога. Правовым способом реализации этого права в конкурсе выступает, как правило, продажа заложенного имущества на торгах;

— имеющееся у залогового кредитора право на ценность заложенной вещи или имущественного права противопоставляется требованиям иных незалоговых кредиторов, ибо удовлетворяется в преимущественном порядке за счет стоимости предмета залога (залоговый приоритет).

Возникновение залогового приоритета и его использование в законодательстве о банкротстве обусловлено следующими обстоятельствами в совокупности:

во-первых, состоявшимся имущественным представлением должнику или связанному с ним лицу (когда залогодатель не является должником по основному обязательству, или, иначе, в ситуации залога по чужим долгам) со стороны залогового кредитора;

во-вторых, наличием надлежаще оформленной договоренности (п. 1 ст. 334.1 ГК РФ) о залоговом обеспечении исполнения возникшего между должником и кредитором основного обязательства (акцессорный характер права залога)⁸⁹. Иными словами, возникновение залога можно объяснить тем, что кредитор верит не в личность должника как гарантию возврата долга, а в конкретное имущество должника, за счет стоимости которого кредитор в установленном порядке получит удовлетворение требования при неисполнении обеспечиваемого залогом обязательства;

в-третьих, наличием государственной регистрации или иного публичного учета (ст. 8.1, 339.1 ГК РФ) возникшего права залога. Публичные сведения о залоге призваны обеспечить открытость информации о наличии залогового обременения конкретного имущества должника прежде всего для его кредиторов, которые с учетом этой информации должны самостоятельно оценить риски вступления с должником в правоотношения, установить вероятность возврата долга при условии, что конкретное имущество должника уже находится в залоге в пользу другого кредитора;

в-четвертых, просрочкой должника в исполнении обеспечиваемого залогом обязательства в силу нахождения должника в состоянии несостоятельности, что влечет за собой лишение должника права собственности на заложенное имущество путем его реализации на торгах в деле о банкротстве с распределением выручки от продажи в пользу залогового кредитора. Залоговый приоритет является с учетом изложенного легальным исключением из принципа равенства кредиторов.

Правовой статус залоговых кредиторов неоднороден.

Так, залогом имущества должника могут быть обеспечены не только частноправовые требования (ст. 337 ГК РФ), но и требования публично-правового характера (ст. 72 НК РФ). Представляется, что независимо от отраслевой принадлежности обеспечиваемого залогом требования, залоговые конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, чьи реестровые требования обеспечены залогом имущества должника — налогоплательщика, имеют в целом тождественный по характеру статус в деле о банкротстве.

С учетом акцессорного характера права залога, должник в деле о банкротстве может как являться, так и не являться должником по основному обязательству. В случае если должник предоставил в залог свое имущество по чужому долгу, кредитор такого должника, не имея к нему требования о взыскании долга по основному обязательству, все равно будет обладать статусом конкурсного кредитора в деле о банкротстве, но с некоторыми отличиями от статуса конкурсного кредитора, предъявляющего требования к должнику, предоставившему залог по своему долгу (в ситуации залога по чужим долгам у залогового кредитора будет отсутствовать право на самостоятельную подачу заявления о признании должника банкротом; в деле о банкротстве должника, предоставившего залог в пользу третьего лица, требования залогового кредитора не могут погашаться из выручки от продажи имущества, не являющегося залоговым).

Залогом могут быть обеспечены требования не только реестровых кредиторов, но и кредиторов по текущим платежам, которые также получают удовлетворение своих требований из стоимости предмета залога, подлежащего продаже не в деле о банкротстве, а в ходе исполнительного производства (п. 19 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя»).

r_cp Влияние специфики правового регулирования отношений несостоятельности на правовой статус кредитора с залоговым обеспечением может быть наглядно продемонстрировано на примере разрешения ВС РФ следующего вопроса — имеет ли реестровый кредитор, в пользу которого ранее судом в исковом производстве в качестве меры по обеспечению денежного взыскания наложен арест на имущество должника, права залогового кредитора в деле о банкротстве с учетом общей нормы п. 5 ст. 334 ГК РФ?⁹⁰

ВС РФ в определении от 27 февраля 2017 г. № 301-ЭС16-16279 высказался отрицательно. В дальнейшем правовая позиция о том, что запрет на распоряжение имуществом должника, наложенный в судебном или ином установленном законом порядке в пользу кредитора, не предоставляет последнему прав, предусмотренных ст. 18.1 и 138 Закона о банкротстве, нашла свое закрепление в п. 18 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (2017), утвержденном Президиумом ВС РФ 26 апреля 2017 г. Интерес применительно к указанному делу представляет не только сформулированная итоговая позиция, но и сама логика правовых суждений правоприменителя, отраженная в упомянутом определении и подчеркивающая специфику статуса залогового кредитора в конкурсе.

Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест. Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста). Поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства⁹¹.

Установление судом требований кредиторов как обеспеченных залогом имущества должника имеет свои особенности⁹².

В первую очередь отметим, что кредитор может заявить одновременно как денежное, так и залоговое требование или сначала денежное требование, которое не будет таким образом признаваться обеспеченным залогом, а в дальнейшем обратиться в суд с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу в соответствии со ст. 138 Закона о банкротстве (п. 3 постановления Пленума ВАС РФ № 58). В последнем случае заявление о признании за кредитором статуса залогового должно быть подано в пределах сроков, установленных для заявления требований (п. 1 ст. 142 Закона о банкротстве).

В случае пропуска кредитором, имеющим право залога, сроков для заявления требований или при не предъявлении залоговых требований в деле о банкротстве, такой кредитор не имеет специальных прав, предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном производстве и др.).

В случае пропуска срока на заявление залогового требования зареестровый залоговый кредитор получает удовлетворение преимущественно из суммы, вырученной от продажи предмета залога и оставшейся после погашения требований, включенных в реестр, то есть в любом случае преимущественно перед иными зареестровыми требованиями (определение ВС РФ от 1 апреля 2019 г. № 304-ЭС17-1382(8)).

При этом право залога такого кредитора прекращается после продажи заложенного имущества в ходе конкурсного производства, в том числе независимо от того, что его требование не включалось в реестр и он не получал удовлетворение из выручки от продажи заложенного имущества (определения ВС РФ от 26 мая 2016 г. № 308-ЭС16-1368, 13 июня 2019 г. № 307-ЭС19-358).

Правила о сроке заявления о включении в реестр обеспеченных залогом требований и об отсутствии залоговых прав при пропуске данного срока не следует воспринимать как препятствия для установления залогового статуса кредитора в деле о банкротстве. Законодательство о банкротстве и правоприменительная практика в этом вопросе создают необходимые правовые условия для надлежащей реализации кредитором имеющихся у него правовых возможностей по установлению в деле о банкротстве такого статуса, который тождественен его материально-правовому статусу кредитора в «добанкротный» период отношений с должником.

r_cp К примеру, в соответствии с позицией ВС РФ, изложенной в определении от 14 августа 2017 г. № 306-ЭС17-3016(2), во избежание негативных последствий пропуска срока на предъявление кредиторами требований и реализации статуса залогового кредитора, суд вправе признать требования кредитора обеспеченными залогом на незарегистрированный объект, в отношении которого представлены достаточные доказательства соответствия его признакам объекта недвижимого имущества (без учета регистрации).

При установлении в деле о банкротстве требования кредитора как обеспеченного залогом, суд должен осуществить проверку наличия залогового имущества в натуре. Доказывание факта отсутствия предмета залога в натуре относится в порядке распределения бремени доказывания на лиц, возражающих против установления в реестре залогового требования. Для доказывания факта наличия предмета залога залогодержателю достаточно представить доказательства, подтверждающие основания права залога (выписка из реестра прав на недвижимое имущество, договор залога с отметкой о регистрации, судебный акт об обращении взыскания на предмет залога). Любые сомнения по вопросу о том, имеется ли заложенное имущество в натуре или нет, по общему правилу должны быть истолкованы в пользу признания наличия залога (определения ВС РФ от 20 ноября 2017 г. № 305-ЭС17-9931, от 22 января 2018 г. № 305-ЭС17-15723).

Также стоит отметить, что с учетом принципа эластичности залога (п. 2 ст. 334 ГК РФ) статус залогодержателя предполагает возможность получения преимущественного удовлетворения не только от самого заложенного имущества, но и от иных денежных поступлений, с ним связанных. По этой причине в случае гибели предмета залога и последующего получения в конкурсную массу возмещения убытков от виновного в утрате (гибели) предмета залога лица или страхового возмещения, поступившие денежные средства должны быть распределены в пользу залогового кредитора в приоритетном порядке (определение ВС РФ от 9 июля 2018 г. № 304-ЭС18-1134).

При установлении требования залогодержателя в деле о банкротстве залогодателя, не являющегося должником по основному обязательству, размер этих требований определяется как сумма денежного удовлетворения, на которое может претендовать залогодержатель за счет заложенного имущества, но не свыше оценочной стоимости данного имущества. Стоимость заложенного имущества устанавливается арбитражным судом на основе оценки заложенного имущества, предусмотренной в договоре о залоге, или начальной продажной цены, установленной решением суда об обращении взыскания на заложенное имущество, с учетом доводов заинтересованных лиц об изменении указанной стоимости в большую или меньшую сторону (п. 2 постановления Пленума ВАС РФ № 58).

Оценочная стоимость в рассматриваемом случае носит учетный характер и применяется в дальнейшем для целей отражения требования залогового кредитора в реестре, определении объема его прав при голосовании на собраниях кредиторов. Однако обязательство должника признается обеспеченным залогом в целом независимо от упомянутой учетной оценки заложенного объекта (за исключением ситуации обеспечения залогом только части требования).

Определенными особенностями обладают права, принадлежащие залоговому кредитору как участнику отношений несостоятельности. Эти особенности проявляются в следующем.

1. Как было указано нами ранее, залогодержатель не вправе возбуждать дело о банкротстве залогодателя, предоставившего обеспечение по долгу третьего лица (залог по чужим долгам). Эта позиция объясняется тем, что законный интерес такого залогодержателя, не имеющего денежного требования к должнику из обеспечиваемого залогом обязательства, реализуется путем обращения взыскания на заложенное имущество либо в рамках исполнительного производства либо в деле о банкротстве, которое возбуждается по инициативе других лиц. Между тем это не означает, что такой залогодержатель лишается правовой защиты от недобросовестных действий должника, препятствующего получению им удовлетворения своих требований, к примеру, путем инициирования процедуры добровольной ликвидации (в силу подп. 6 п. 1 ст. 47 Закона об исполнительном производстве начало добровольной ликвидации является достаточным основанием для окончания исполнительного производства об обращении взыскания на предмет залога и передачи исполнительных документов ликвидатору, то есть по сути органу управления должника).

При добровольной ликвидации залогодателя кредитор вправе оспаривать действия (бездействие) ликвидационной комиссии и потребовать обязать ее обратиться с заявлением о признании общества — залогодателя банкротом в целях последующей реализации заложенного имущества под контролем суда по правилам ст. 138 Закона о банкротстве, предоставляющей залоговому кредитору специальные полномочия, в том числе по определению порядка и условий реализации имущества (определение ВС РФ от 23 августа 2017 г. № 310-ЭС17-8699). Указанное правовое средство, сформулированное в судебной практике, служит цели защиты залогодержателя от неправомерного бездействия руководства должника в лице ликвидатора при осуществлении расчетов. Залогодержатель, имеющий денежное требование к должнику — залогодателю, управомочен на подачу заявления о возбуждении производства по делу о банкротстве в отношении такого должника по правилам подачи заявления конкурсным кредитором.

2. Залоговые кредиторы с установленными в третьей очереди реестра требованиями имеют права голоса на собраниях кредиторов лишь по вопросам, прямо указанным в п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве (в частности, в ходе наблюдения; по вопросу о выборе арбитражного управляющего или СРО, из числа членов которой он утверждается; по вопросу об обращении в суд с ходатайством об отстранении арбитражного управляющего и т. д.). Вопросы, по которым залоговые кредиторы могут голосовать, хотя и носят существенный характер, но не составляют всех вопросов, подлежащих рассмотрению на собраниях кредиторов (к примеру, залоговые кредиторы не голосуют по вопросу утверждения положения о продаже незаложенного имущества). По этой причине участие залоговых кредиторов в конкурсном контроле носит усеченный характер, ибо их основной законный интерес удовлетворяется прежде всего за счет реализации заложенного имущества. Законодательная модель построения прав залоговых кредиторов основана главным образом на обеспечении этого их законного интереса.

Между тем Закон о банкротстве, следуя основным началам гражданского законодательства, не запрещает залоговому кредитору отказаться полностью или частично от своих залоговых прав, по существу снизив тем самым по своей воле гарантии удовлетворения своих требований не в ущерб другим кредиторам. Закон о банкротстве допускает также включение в реестр части требований кредитора как обеспеченных залогом и другой части требований того же кредитора — на общих основаниях. Такие действия залогового кредитора позволяют ему добросовестно участвовать необеспеченными требованиями в голосовании по всем вопросам повестки дня собрания кредиторов и увеличить свое участие в контроле за конкурсной процедурой, должником и т. д. (п. 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом ВС РФ 19 октября 2016 г.).

3. С даты введения наблюдения обращение взыскания на заложенное имущество, в том числе во внесудебном порядке, не допускается. В ходе процедур финансового оздоровления и внешнего управления залоговый кредитор вправе обратить взыскание на предмет залога, если обращение взыскания не приведет к невозможности восстановления платежеспособности должника или существует риск гибели, утраты, повреждения заложенного имущества. В указанных оздоровительных процедурах вопрос о возможности обращения взыскания на предмет залога решается арбитражным судом по обращению конкурсного залогового кредитора (ст. 18.1 Закона о банкротстве).

Применительно к мировому соглашению в деле о банкротстве — решение о заключении мирового соглашения считается принятым, если за него проголосовали все залоговые кредиторы (п. 2 ст. 150 Закона о банкротстве).

При признании должника банкротом и открытии конкурсного производства заложенное имущество входит в конкурсную массу должника и подлежит реализации в рамках проводимых публичных торгов. В конкурсном производстве залоговому кредитору предоставлено право на утверждение положения о порядке, сроках и условиях продажи залогового имущества. Данное право залогового кредитора не является безусловным. Иные управомоченные участники отношений несостоятельности (к примеру, конкурсные кредиторы, арбитражный управляющий) имеют легальную возможность обратиться в суд с заявлением о разрешении разногласий (ст. 60 Закона о банкротстве) в ситуации, когда утвержденное залоговым кредитором положение будет не соответствовать закону, а также нарушать их права и законные интересы (в частности, если предложения по порядку или условиям проведения торгов способны негативно повлиять на возможность получения максимальной цены от продажи заложенного имущества, в том числе на доступ публики к торгам, а также если порядок и условия проведения торгов не являются в достаточной степени определенными). В такой ситуации суд должен определить наиболее целесообразные правила продажи заложенного имущества, учитывающие баланс интересов всех включенных в процесс несостоятельности должник лиц, а не только интересы залогового кредитора (определение ВС РФ от 20 мая 2019 г. № 308-ЭС19-449, ответ на вопрос 1 Обзора судебной практики ВС РФ № 3 (2019), утвержденного Президиумом ВС РФ 27 ноября 2019 г.).

При продаже предмета залога с публичных торгов залоговый кредитор в порядке реализации имеющегося у него залогового приоритета получает 70% (80% — применительно к требованиям из кредитного договора) процентов денежных средств, вырученных от его реализации, а также претендует на оставшиеся от 20% (15%), которые первоначально направляются на погашение кредиторов первой и второй очереди.

Неудовлетворенные за счет стоимости предмета залога требования конкурсного кредитора удовлетворяются в составе требований кредиторов третьей очереди из общей массы необремененного залогом имущества. Если до реализации залогового имущества имеются основания полагать, что его стоимости будет недостаточно для покрытия требования залогового кредитора, добросовестный арбитражный управляющий до момента продажи заложенного имущества должен зарезервировать поступившие в конкурсную массу не в связи с реализацией предмета залога денежные средства в рассчитанном объеме для последующего перечисления залоговому кредитору после продажи заложенного имущества [определение ВС РФ от 11 июля 2019 г. № 310-ЭС18-17700(2)].

Согласно п. 4.1 ст. 138, п. 4 ст. 139 Закона о банкротстве при признании повторных торгов несостоявшимися залоговый кредитор вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его в сумме на десять процентов ниже начальной продажной цены на повторных торгах, перечислив на специальный банковский счет в установленный срок денежные средства в размере, определяемом в соответствии с п. 1 и 2 указанной статьи.

При продаже в конкурсном производстве заложенного имущества посредством публичного предложения залоговый кредитор, не воспользовавшийся правом на оставление имущества за собой после несостоявшихся повторных торгов, сохраняет залоговый приоритет перед иными кредиторами (определение ВС РФ от 19 апреля 2018 г. № 305-ЭС15-10675).

В соответствии с п. 4.2 ст. 138 Закона о банкротстве залоговый кредитор вправе оставить предмет залога за собой в ходе торгов по продаже имущества должника посредством публичного предложения на любом этапе снижения цены такого имущества при отсутствии заявок на участие в торгах по цене, установленной для этого этапа снижения цены имущества.

Таким образом, в заключение анализа особенностей правового статуса залоговых кредиторов отметим, что законодатель и правоприменитель уделяют особое внимание детальному регулированию и разрешению спорных ситуаций, связанных с реализацией права залога в банкротстве. Во многом это объясняется тем, что залог (особенно в пользу банков) является тем правовым средством, которое реально позволяет на добанкротной стадии развития правоотношений (в отличие от оспаривания сделок по специальным банкротным основаниям, привлечения контролирующих должника лиц к ответственности в рамках дела о банкротстве) обеспечить возврат в будущем, если не всего совершенного кредитором в пользу должника представления, тогда хотя бы его существенной части.

Приведенный тезис находит свое практическое подтверждение в том, что именно залоговые кредиторы получают наибольшее удовлетворение своих требований к неплатежеспособному должнику. Отталкиваясь от этого общего вывода, можно предположить, что сохранение залогового обеспечения и предоставляемого им приоритета в отношениях несостоятельности, а также расширение объема участия залоговых кредиторов в конкурсных процедурах и перечня правовых средств защиты их прав и законных интересов на различных этапах конкурса (особенно на этапах установления требований, взаимодействия с арбитражным управляющим и на стадии публичных торгов) будут оставаться ключевыми направлениями развития банкротного законодательства и правоприменительной практики.

§ 5. Конкурсный контроль: понятие и сущность

Контроль кредиторов в отношениях несостоятельности является одной из важнейших основ их участия в отношениях несостоятельности. Ранее в настоящей главе мы указывали на существование у конкурсных кредиторов и уполномоченных органов как голосующих кредиторов специального права на контроль в конкурсе. Указанный контроль мы именуем конкурсным контролем, ибо это наиболее точно, по нашему мнению, передает смысл и особенности рассматриваемой правовой конструкции.

Сама необходимость появления конкурсного контроля как правовой конструкции в ситуации неплатежеспособности должника обусловлена двумя основными обстоятельствами.

Первое обстоятельство заключается в следующем. При возникновении ситуации неплатежеспособности должника и возбуждении производства по делу о банкротстве наибольший предпринимательский риск начинают нести кредиторы. В то же время участники (акционеры) должника — юридического лица либо при обесценивании сделанных ими инвестиций в должника стремятся переложить весь риск на кредиторов и недобросовестно получить хоть какой-то доход в последний момент либо просто обнаруживают отсутствие должной эффективности в их контроле над юридическим лицом. Этот вывод в целом применим и к должнику — физическому лицу. В такой ситуации несение кредиторами наибольшего предпринимательского риска должно быть сбалансировано появлением у них легальной возможности для целей удовлетворения их требований осуществлять контроль в отношении должника, его имущества, деятельности арбитражного управляющего и хода конкурсных процедур в рамках системы конкурсных отношений. Такая легальная возможность и проявляется в форме конкурсного контроля (в частности, как будет детально обозначено в следующем разделе настоящей главы принятые сообществом кредиторов решения имеют юридические последствия для должника и арбитражного управляющего, выступающего в качестве законного представителя должника и лица, осуществляющего функции арбитражного управления). Полагаем, что конкурсный контроль в отношениях несостоятельности производен от правовой природы субъективного обязательственного права как права на действия другого лица, которое дает возможность господства над поведением должника⁹³.

Вторым обстоятельством, влекущим необходимость появления конкурсного контроля в системе отношений несостоятельности, выступает то, что в банкротстве кредиторы связаны общностью своих требований к должнику и необходимостью совместной деятельности для достижения положительного результата, который с формально-юридических позиций презюмируется общим. Согласованность действий кредиторов с учетом размеров кредиторских требований, которые обусловливают прежде всего объемы риска каждого из кредиторов, осуществляется путем выработки единой воли из воль отдельных кредиторов. Конкурсный контроль выступает правовым средством, которое способствует волеобразованию сообщества кредиторов⁹⁴.

С учетом изложенного конкурсный контроль как правовая основа участия должника в конкурсных отношениях представляет собой нормативную модель (совокупность правовых норм), которая устанавливает легальную возможность:

— для кредиторов навязывать свою волю должнику как субъекту конкурсных отношений, определять ход конкурсных процедур, юридическую судьбу должника и его имущества;

— для мажоритарного кредитора навязывать свою волю иным кредиторам при принятии решения сообществом кредиторов. При этом принятые сообществом кредиторов решения имеют юридические последствия для должника и арбитражного управляющего, выступающего в качестве законного представителя должника и в качестве лица, осуществляющего функции арбитражного управления.

Юридическая сущность конкурсного контроля заключается в следующем. Представляя собой нормативную модель (совокупность правовых норм), которая позволяет кредиторам оказывать влияние на должника и конкурсные процедуры в целях максимально полного возврата долга, конкурсный контроль выступает в качестве правового средства, имеющего следующую функциональную направленность:

— распределение последствий неплатежеспособности и несостоятельности должника между должником (в том числе участниками (акционерами) должника) и кредиторами, между кредиторами;

— установление и обеспечение баланса интересов должника (в том числе участников (акционеров) должника) и кредиторов в системе конкурсных отношений;

— установление порядка согласования воль кредиторов в сообществах кредиторов для целей принятия решений в конкурсных процедурах с обоснованным и соразмерным учетом степени риска каждого из кредиторов.

Категория конкурсного контроля в легально непоименованной форме присутствует практически в любой норме законодательства о банкротстве главным образом в силу своей функции комплексного, цементирующего основания всей системы конкурсных правоотношений. Анализ судебной практики по делам о банкротстве также демонстрирует явное осознание судами инструментальной ценности конкурсного контроля и необходимость правоприменительного обеспечения его правомерного использования⁹⁵.

В заключение описания понятия и юридической сущности конкурсного контроля отметим, что этот вид контроля имеет свою специфику, отличающую его в том числе от корпоративного контроля. Специфика конкурсного контроля состоит в следующем:

1) реализация конкурсного контроля осуществляется не в рамках специально образованного корпоративного образования — юридического лица или их объединения, а в рамках конкурсных процедур и сообщества кредиторов без образования юридического лица, при отсутствии какой-либо юридически выраженной системы членства;

2) лежащее в основе сообщества кредиторов соединство, то есть соединение для достижения совокупными усилиями общей цели по возврату долгов (инвестиций в заемный капитал неплатежеспособного должника), носит вынужденный характер. Данное соединство обусловлено неплатежеспособностью должника, возбуждением дела о банкротстве и законодательным запретом предпочтительного удовлетворения требований кредиторов;

3) конкурсный контроль реализуется в рамках комплексных конкурсных отношений, носит экстраординарный и срочный характер, поскольку его появление связано с необычной с точки зрения экономического стандарта ситуацией неплатежеспособности организации или физического лица, а также с возбуждением производства по делу о банкротстве, имеющего свои легально установленные временные рамки;

4) конкурсный контроль распространяется в отношении любого конкурсоспособного юридического или физического лица, а не только в отношении юридического лица корпоративного типа.

Реализация конкурсного контроля в наиболее общем плане состоит в коллективном осуществлении влияния кредиторов на должника, арбитражного управляющего и конкурсную процедуру, что находит свое отражение в принятии и исполнении решений сообщества кредиторов (собрания и комитета кредиторов).

§ 6. Собрание и комитет кредиторов

r_d В научной юридической литературе нет единства мнений о правовой природе собрания и комитета кредиторов в отношениях несостоятельности. Так, М. В. Телюкина определяет собрание и комитет кредиторов в качестве субъектов конкурсного права, которые не представляют интересы кредиторов, а являются органами, наделенными определенной компетенцией в силу конкурсного законодательства, что служит цели защиты интересов кредиторов. При этом ни собрание, ни комитет кредиторов не могут быть названы, по мнению указанного автора, органами управления должника — юридического лица⁹⁶.

Е. А. Павлодский и О. Р. Зайцев, напротив, отказывают в признании за сообществами кредиторов качеств субъектов конкурсного права⁹⁷.

Наиболее распространенной среди исследователей является позиция о признании собрания и комитета кредиторов в качестве коллективных объединений, в рамках которых кредиторы как субъекты конкурсных отношений вырабатывают общую волю, находящую свое юридическое оформление в принимаемых решениях⁹⁸.

По существу из такой же правовой природы собрания кредиторов исходил в свое время Г. Ф. Шершеневич, который, в частности, отмечал: «При более внимательном взгляде на конкурсный процесс нельзя не заметить, что он не создает никаких новых правоотношений ни материального, ни формального характера. Кредиторы остаются также разобщены, как и до объявления несостоятельности их должника. Создание общего собрания кредиторов не связано с каким-либо правовым общением: их соединяет общий интерес возможного полного удовлетворения — общение чисто фактическое»⁹⁹.

Таким образом, собрание и комитет кредиторов целесообразно рассматривать в качестве сообществ кредиторов, которые не имеют статуса самостоятельного субъекта права и предназначены для формирования и реализации в установленном порядке воли голосующих кредиторов в отношениях несостоятельности. Приведенный вывод учитывает сущность конкурсного контроля, которая была обозначена нами ранее, а также соответствует смыслу норм ст. 12–18 Закона о банкротстве и главы 9.1 ГК РФ.

Собрание и комитет кредиторов являются существенным элементом механизма реализации конкурсного контроля, что также раскрывает их сущность и функциональное предназначение.

Механизм реализации конкурсного контроля в контексте статуса собрания и комитета кредиторов состоит:

— в принятии решений сообществом (собранием или комитетом) кредиторов о юридической судьбе должника, его имущества и о ходе конкурсных процедур. Данные решения как юридические факты (подп. 1.1 п. 1 ст. 8 ГК РФ) влекут предусмотренные законом правовые последствия для должника и арбитражного управляющего;

— в реализации сообществом (собранием или комитетом) кредиторов правомочий по контролю за деятельностью должника и арбитражного управляющего в ходе проведения конкурсных процедур. При этом арбитражный управляющий, который, как правило, выбирается в порядке реализации исключительной компетенции собрания кредиторов, в ходе процедур внешнего управления и конкурсного производства становится законным представителем должника и приобретает таким образом полномочия его органов управления. В ходе процедур наблюдения и финансового оздоровления арбитражный управляющий, среди прочего, осуществляет текущий контроль за деятельностью должника, согласовывает и оспаривает сделки должника, в том числе по основаниям их заключения без такого согласования.

Правовое регулирование порядка созыва, проведения, компетенции, оформления решений и их оспаривания собрания и комитета кредиторов осуществляется в первую очередь положениями Закона о банкротстве (в частности, ст. 12–18), выступающего нормативным актом специального характера. Нормы главы 9.1 ГК РФ, устанавливающей общий порядок регулирования решений собраний гражданско-правовых сообществ, применяются к решениям собрания и комитета кредиторов в части, не урегулированной законодательством о банкротстве, или в части, конкретизирующей положения законодательства о банкротстве¹⁰⁰.

В качестве подзаконного нормативного акта назовем постановление Правительства РФ от 6 февраля 2004 г. № 56 «Об Общих правилах подготовки, организации и проведения арбитражным управляющим собраний кредиторов и заседаний комитета кредиторов». Указанным Постановлением регулируются преимущественно процедурные вопросы, в том числе действия арбитражного управляющего при подготовке к проведению собрания кредиторов, порядок осуществления регистрации участников собрания и т. д.

Существенное правоприменительное значение имеет утвержденный Президиумом ВС РФ 26 декабря 2018 г.«Обзор судебной практики по вопросам, связанным с признанием недействительными решений собраний и комитетов кредиторов в процедурах банкротства», который направлен главным образом на обеспечение единообразия подходов к разрешению обособленных споров, связанных с обжалованием решений сообществ кредиторов (далее — Обзор судебной практики по собраниям кредиторов).

Применительно к собранию кредиторов отметим следующее.

По смыслу ст. 14 Закона о банкротстве собрание кредиторов созывается по инициативе арбитражного управляющего, комитета кредиторов, конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, права требования которых составляют не менее чем десять процентов общей суммы требований кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов, одной трети от общего количества конкурсных кредиторов и уполномоченных органов.

Следует отметить, что в случае, если собрание кредиторов созывается не по инициативе арбитражного управляющего, последний не вправе вносить изменения в формулировки вопросов повестки собрания.

Если иное не установлено собранием кредиторов, собрание кредиторов проводится по месту нахождения должника или органов управления должника. При невозможности проведения собрания кредиторов по месту нахождения должника или органов управления должника место проведения собрания кредиторов определяется арбитражным управляющим с учетом того, что место проведения собрания не должно препятствовать участию в таком собрании кредиторам или их представителям, а также иным лицам, имеющим право принимать участие в собрании кредиторов.

Участниками собрания кредиторов с правом голоса являются конкурсные кредиторы и уполномоченные органы, требования которых установлены судом в реестре требований путем вынесения резолютивной части соответствующего определения (п. 1 ст. 12 Закона о банкротстве).

В случае если установленное судом требование кредитора было уступлено по договору цессии другому лицу и участники сделки не успели провести процессуальное правопреемство, в таком случае участником собрания может выступать только цедент как кредитор, чьи требования установлены судом. При этом исходя из принципа добросовестности до проведения процессуального правопреемства кредитор, выступающий цедентом по договору цессии, обязан выдать цессионарию доверенность или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями цессионария [определение ВС РФ от 17 мая 2017 г. № 308-ЭС14-7166(4)]. Представляется, что в договоре цессии стороны могут заранее прописать порядок голосования на собрании кредиторов при отсутствии на момент проведения собрания определения суда о процессуальном правопреемстве, а также предусмотреть меры ответственности за нарушение такого порядка с правом цессионария отказаться от договора в одностороннем порядке.

Без права голоса в собрании могут участвовать представитель работников должника, представитель учредителей (участников) должника, представитель собственника имущества должника — унитарного предприятия, представитель саморегулируемой организации, членом которой является утвержденный арбитражный управляющий, представитель органа по контролю (Росреестр).

В силу ст. 13 Закона о банкротстве надлежащим уведомлением признается направление конкурсному кредитору, в уполномоченный орган, а также иному лицу, имеющему право на участие в собрании кредиторов, сообщения о проведении собрания кредиторов по почте не позднее чем за 14 дней до даты проведения собрания кредиторов или иным обеспечивающим получение такого сообщения способом не менее чем за 5 рабочих дней до указанной даты. Если количество конкурсных кредиторов и уполномоченных органов превышает 500, надлежащим уведомлением признается опубликование сообщения о проведении собрания кредиторов в ЕФРСБ и в официальном издании (в настоящее время газета «Коммерсант»).

Анализ положений Закона о банкротстве позволяет сделать вывод, что в порядке реализации права на конкурсный контроль собрание кредиторов принимает наиболее важные решения, определяющие юридическую судьбу должника и его имущества, а также ход конкурсных процедур.

Так, в силу п. 2 ст. 12 Закона о банкротстве к исключительной компетенции собрания кредиторов относится принятие решений, в том числе о выборе конкурсной процедуры, о выборе арбитражного управляющего или СРО, из числа членов которой арбитражным судом будет утверждаться арбитражный управляющий, об утверждении или изменении плана внешнего управления и т. д. Согласно п. 5 ст. 110, п. 1 ст. 140, п. 6 ст. 129 Закона о банкротстве собрание кредиторов, в частности, устанавливает порядок продажи предприятия должника, порядок уступки прав требований, а также вправе принять решение о прекращении хозяйственной деятельности должника.

Собрание кредиторов выполняет также существенные контрольные функции, к числу которых можно отнести, например, согласование совершения руководителем должника в ходе финансового оздоровления и внешним управляющим сделок (п. 3 ст. 82, п. 1 и 4 ст. 101 Закона о банкротстве), затребование отчета внешнего управляющего о ходе конкурсной процедуры (п. 4 ст. 106 Закона о банкротстве).

Обращает на себя внимание еще и то, что в ст. 12 Закона о банкротстве не установлено исчерпывающего перечня вопросов, которые могут быть рассмотрены на собрании кредиторов. Указанными нормами определен лишь перечень решений, принятие которых отнесено к исключительной компетенции собрания кредиторов, однако запрета на принятие решения по другим вопросам, которые собрание кредиторов признает необходимым рассмотреть, ст. 12 Закона не содержит.

Сказанное, однако, не означает, что компетенция собрания кредиторов и, следовательно, объем конкурсного контроля со стороны кредиторов, не имеют правовых границ.

r_cp Определенные правовые позиции на этот счет сформулировал ВС РФ в Обзоре судебной практики по собраниям кредиторов. Так, в п. 1 Обзора ВС РФ указал, что решения собрания кредиторов должны соответствовать требованиям законодательства, в частности они не должны быть направлены на обход положений Закона о банкротстве, вторгаться в сферу компетенции иных лиц, в том числе ограничивать права арбитражного управляющего или препятствовать осуществлению процедур банкротства. В п. 3 Обзора, предусмотрев право собрания кредиторов отменить ранее принятое решение, ВС РФ в то же время сформулировал, что такая отмена возможна до тех пор, пока решение не начало влиять на права и законные интересы лиц, не входящих в гражданско-правовое сообщество, объединяющее кредиторов.

С учетом изложенного мы можем обозначить следующий стандарт правомерного использования конкурсного контроля в отношениях несостоятельности. Таковым надлежит признать его осуществление в интересах всех кредиторов, имеющих право на получение выплат с учетом очередности, пропорциональности и соразмерности по итогам проведения конкурсных процедур в отношении должника. При реализации конкурсного контроля также не должны допускаться действия (бездействие), которые могут заведомо ухудшить положение должника, затруднить восстановление его платежеспособности, нарушить право участников (акционеров) должника на ликвидационную квоту.

Использование конкурсного контроля с нарушением указанного стандарта свидетельствует об его использовании не в соответствии с установленным правовым предназначением, а для достижения противоправных целей. Это выступает юридическими основаниями для признания в судебном порядке решений сообщества кредиторов недействительными применительно к п. 1 ст. 181.4. ГК РФ и п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве, а также для возложения ответственности на лиц, злоупотребивших правом конкурсного контроля (ответственность в форме возмещения убытков применительно к ст. 61.13 Закона о банкротстве либо субсидиарная ответственность в соответствии с подп. 2 п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве)¹⁰¹.

Стоит также помнить, что значение решения собрания кредиторов по определенным вопросам ограничивается тем, что данные решения выступают одними из доказательств по делу, которые подлежат оценке судом. При этом суд при разрешении этих вопросов не связан с мнением кредиторов, нашедшем отражение в решениях собрания (к примеру, при рассмотрении вопроса о завершении процедуры конкурсного производства с учетом п. 13 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов). Таким образом, поскольку в отношениях несостоятельности суд также выполняет контрольную функцию, по некоторым вопросам конкурса окончательное решение принимает суд, фактически преодолевающий своим усмотрением коллективное мнение голосующих кредиторов. Судебный контроль реализуется также в форме рассмотрения судом заявлений о признании решений сообществ кредиторов недействительными (ст. 15 Закона о банкротстве) или разногласий по содержанию локальных актов (плана внешнего управления, положения о продаже имущества), принятых собранием кредиторов (п. 12 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов).

В соответствии с п. 3 ст. 12 Закона о банкротстве конкурсный кредитор и уполномоченный орган обладают на собрании кредиторов числом голосов, пропорциональным размеру их требований к общей сумме требований по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, включенных в реестр требований кредиторов на дату проведения собрания кредиторов. Нормы п. 1 и 2 ст. 15 Закона о банкротстве устанавливают принятие решений на собрании кредиторов по общему правилу большинством голосов от числа голосов кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов. Для принятия некоторых решений (к примеру, об образовании комитета кредиторов) необходимо большинство голосов от общего числа голосов лиц и органов, требования которых включены в реестр.

Собрания кредиторов, как правило, проводятся в очной форме. Между тем на проведенном в очной форме собрании кредиторов, лица, имеющие право голоса, могут предусмотреть возможность проведения собрания в форме заочного голосования (без совместного присутствия) либо в очно-заочной форме — п. 7 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов.

Итоги проведения собрания кредиторов оформляются протоколом.

Применительно к комитету кредиторов отметим следующее.

В силу п. 1 ст. 17 Закона о банкротстве комитет кредиторов представляет законные интересы кредиторов и уполномоченных органов, осуществляет контроль за действиями арбитражного управляющего и реализует иные предоставленные собранием кредиторов полномочия. Следовательно, компетенция комитета кредиторов производна от компетенции собрания кредиторов, а его образование имеет целью содействие голосующим кредиторам в коллективной реализации их прав, в том числе права на конкурсный контроль¹⁰².

Если количество конкурсных кредиторов, уполномоченных органов менее 50, собрание кредиторов может не принимать решение об образовании комитета.

Количественный состав комитета кредиторов определяется собранием кредиторов, но не может быть менее трех человек и более чем одиннадцать человек.

При решении вопросов на заседании комитета кредиторов каждый его член обладает одним голосом. Передача права голоса членом комитета кредиторов иному лицу не допускается. Решения принимаются большинством голосов от общего количества членов комитета кредиторов.

Комитет кредиторов состоит из физических лиц, которые избираются по предложению конкурсных кредиторов и уполномоченных органов. Государственные и муниципальные служащие могут избираться членами комитета кредиторов по предложению уполномоченных органов.

Выборы комитета кредиторов осуществляются кумулятивным голосованием. В данном случае каждый конкурсный кредитор и уполномоченный орган обладают числом голосов, равным размеру его требования в рублях, умноженному на число членов комитета кредиторов. Конкурсный кредитор, уполномоченный орган вправе отдать свои голоса за одного кандидата или распределить их между несколькими кандидатами. Избранными в состав комитета кредиторов считаются кандидаты, набравшие наибольшее число голосов. Члены комитета кредиторов избирают из своего состава председателя.

Использование кумулятивного голосования при формировании состава комитета кредиторов обеспечивает большее представительство кредиторов в данном сообществе и в определенной мере ограничивает права мажоритарного кредитора. В этом смысле само по себе образование комитета кредиторов может быть рассмотрено в качестве легального способа ограничения возможности мажоритарного кредитора по определению коллективной воли кредиторов фактически по его усмотрению за счет соответствующего голосования на собраниях кредиторов. Модель кумулятивного голосования также исключает возможность последующего переизбрания отдельного члена комитета кредиторов. При досрочном прекращении полномочий комитета кредиторов все входящие в его состав лица подлежат переизбранию (п. 5 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов).

В заключение рассмотрим вопросы признания решений собрания и комитета кредиторов недействительными.

По смыслу п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве признание решения собрания кредиторов недействительным возможно только по двум самостоятельным основаниям:

— если решение собрания кредиторов нарушает права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве, лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, третьих лиц;

— если решение собрания кредиторов принято с нарушением установленных Законом о банкротстве пределов компетенции собрания кредиторов.

Исходя из буквального толкования п. 4 ст. 15 Закона о банкротстве законодательство о банкротстве устанавливает по общему правилу оспоримый характер решений собрания кредиторов. Это означает, что до момента судебного признания решения собрания недействительным по заявлению заинтересованного лица, соответствующее решение будет являться действительным, влекущим как юридический факт соответствующие правовые последствия. При признании судом оспоримого решения собрания кредиторов недействительным, данное решение не будет иметь юридической силы с момента его принятия (п. 7 ст. 181.4 ГК РФ).

r_cp Анализ п. 2 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов приводит к выводу, что Верховный Суд РФ фактически допускает ничтожность решений собрания кредиторов в ситуации, когда при их принятии были допущены особо грубые и явные нарушения (к примеру, принятие решения при нарушении компетенции собрания кредиторов, отсутствии кворума или ограничивающего права кредиторов на участие в собрании и на голосование при принятии решений). Ничтожные решения собрания кредиторов не имеют юридической силы без их предварительного самостоятельного оспаривания в суде по заявлению заинтересованного лица. В данном случае достаточно лишь ссылки при рассмотрении обособленного спора на отсутствие у решения собрания юридической силы по основанию его ничтожности. Такая позиция применительно к собраниям кредиторов соответствует общей позиции законодателя о ничтожности решений гражданско-правовых сообществ по основаниям, указанным в ст. 181.5 ГК РФ (нормы указанной статьи могут применяться субсидиарно к ст. 15 Закона о банкротстве).

Правом на оспаривание решений собрания кредиторов наделены лица, участвующие в деле о банкротстве, лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве, а также любые третьи лиц, чьи права и законные интересы нарушаются решениями собрания кредиторов.

Заявление о признании решения собрания кредиторов недействительным может быть подано в рассматривающий дело о банкротстве арбитражный суд лицом, уведомленным надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в течение 20 дней с даты принятия такого решения.

Заявление о признании решения собрания кредиторов недействительным может быть подано лицом, не уведомленным надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, принявшего такое решение, в течение 20 дней с даты, когда такое лицо узнало или должно было узнать о решениях, принятых данным собранием кредиторов, но не позднее чем в течение 6 месяцев с даты принятия решения собранием кредиторов.

Указанный 20-дневный срок является сокращенным сроком исковой давности, в отношении которого применяются общие правила главы 12 ГК РФ.

Шестимесячный срок на обжалование решения собрания кредиторов является пресекательным и не подлежит восстановлению.

В то же время 20-дневный срок, являющийся сокращенным сроком исковой давности, может быть восстановлен судом для лиц, не уведомленных надлежащим образом о проведении собрания кредиторов, в пределах упомянутого шестимесячного срока по правилам ст. 205 ГК РФ, в том числе даже если заявление подано юридическим лицом (указанная правовая позиция изложена в п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 296-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»).

По смыслу ст. 15 Закона о банкротстве с учетом п. 10, 11 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов и п. 3, 4 ст. 181.4 ГК РФ следует, что кредитор, поддержавший решение собрания при голосовании или воздержавшийся от голосования, не вправе впоследствии ссылаться на его недействительность. Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

При допущенных нарушениях суд может отказать в признании решения собрания кредиторов недействительным при одновременном наличии следующих условий, во-первых, при оспоримости решения собрания кредиторов, во-вторых, если голосование кредитора, оспаривающего решения, не могло повлиять на его принятие, в-третьих, оспаривающий кредитор не был незаконно или недобросовестно лишен права на участие в собрании и обсуждение вопросов повестки, в-четвертых, оспариваемые решения не влекут для кредитора существенных неблагоприятных последствий (возникновение убытков, потеря или затруднение реализации прав кредитора в банкротстве и т. д. с учетом применения по аналогии п. 109 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25) и прямо не противоречат принципам участия кредиторов в отношениях несостоятельности (принципы равенства, соразмерности и большинства).

Определение арбитражного суда о признании недействительным решения собрания кредиторов или об отказе в признании недействительным решения собрания кредиторов подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано только в апелляционном порядке не позднее чем через четырнадцать дней со дня их принятия. Возможность дальнейшего обжалования указанных судебных актов в кассационном порядке в суд округа действующим законодательством не предусмотрена. Судебные акты суда первой и (или) апелляционной инстанции далее могут быть обжалованы в Судебную коллегию Верховного Суда РФ (п. 2 ч. 2 ст. 291.1 АПК РФ).

Согласно п. 4 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов положения Закона о банкротстве, касающиеся порядка оспаривания решения собрания кредиторов и рассмотрения такого заявления, применяются и при оспаривании решения комитета кредиторов.

Оспаривание решений собрания кредиторов тесным образом связаны с проблемами защиты и восстановления права кредиторов на конкурсный контроль.

В наиболее общем плане нарушение права кредиторов на конкурсный контроль или, иначе, неправомерное установление конкурсного контроля, осуществляется путем включения в третью очередь реестра требования мажоритарного кредитора, которое в действительности не имеет надлежащих правовых оснований и, следовательно, не может предоставлять возможность голосования на собраниях кредиторов. Также неправомерное установление конкурсного контроля может сопровождаться назначением аффилированного с таким мажоритарным кредитором арбитражного управляющего, кандидатура которого предлагается изначально в заявлении кредитора о признании должника банкротом или избирается решением собрания кредиторов, принятого фактически голосованием недобросовестного мажоритарного кредитора. Способы защиты и восстановления права на конкурсный контроль носят преимущественно комплексный характер, ибо их целью является не только недопущение включения в реестр и получения права на голосование недобросовестного мажоритарного кредитора, но и исключение из реестра требований такого кредитора с последующим лишением юридической силы решений собраний кредиторов, которые были приняты с учетом определяющего по характеру голосования этого кредитора.

К числу правовых средств изначального недопущения включения в реестр или последующего исключения из реестра заведомо необоснованных кредиторских требований судебная практика относит преимущественно мнимость основания такого требования (п. 1 ст. 170 ГК РФ), субординацию требований контролирующих должника лиц, осуществивших компенсационное финансирование должника в ситуации его имущественного кризиса, недействительность основания кредиторского требования применительно к ст. 10 и 168 ГК РФ или к ст. 61.2 ГК РФ. В процессуальном аспекте для реализации подобного рода правовых средств заинтересованные лица либо подают материально-правовые возражения на требования кредиторов при их установлении судом в деле о банкротстве либо предъявляют иски в общем процессуальном порядке по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (к примеру, ст. 170 ГК РФ, п. 1 ст. 168 в совокупности с п. 3 и 4 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ), или в рамках производства по делу о банкротстве по специальным основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве¹⁰³.

r_cp Применительно к судьбе решений собрания кредиторов, принятых фактически в результате голосования недобросовестного мажоритарного кредитора, отметим следующее. При последующем исключении требований такого кредитора из реестра в результате успешного оспаривания их оснований заинтересованным лицом, указанные решения следует квалифицировать как не имеющие юридической силы по основанию их ничтожности, поскольку такие решения принимаются за счет голосов лица, изначально не являвшегося кредитором и не имеющего права на конкурсный контроль (п. 2 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов).

В порядке обеспечения требований заинтересованного лица о признании недействительными кредиторских требований недобросовестного мажоритарного кредитора или в рамках иных обособленных споров по делу о банкротстве в качестве обеспечительной меры суд может запретить проводить собрания сообществ кредиторов по определенным вопросам (п. 9 Обзора судебной практики по собраниям кредиторов).

Также отметим здесь правоприменительные позиции, с помощью которых можно воспрепятствовать назначению арбитражного управляющего, подконтрольного или аффилированного с недобросовестным мажоритарным кредитором.

r_cp Так, в соответствии с п. 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС РФ 20 декабря 2016 г., установленный п. 5 ст. 37 Закона о банкротстве запрет для должника представлять кандидатуру арбитражного управляющего или СРО по аналогии подлежит применению и в ситуации, когда кандидатура управляющего, саморегулируемая организация предложены кредитором — заявителем по делу о банкротстве, аффилированным по отношению к должнику или имеющим возможность иным образом определять его действия. Указанная позиция находит свое дальнейшее развитие в определении ВС РФ от 28 октября 2019 г. № 301-ЭС19-12957.

По смыслу ст. 12 и 15, п. 5 ст. 37 Закона о банкротстве можно сделать также вывод о том, что на собрании кредиторов решение о кандидатуре арбитражного управляющего (саморегулируемой организации) должно было приниматься кредиторами, не являющимися лицами, контролирующими должника или аффилированными с ним. Следовательно, если в третью очередь реестра включены требования кредиторов, являющихся лицами, контролирующими должника или аффилированными с ним, и учет голосов таких кредиторов повлиял на принятие решения о кандидатуре арбитражного управляющего, указанное решение собрания подлежит признанию недействительным, поскольку нарушает права независимых кредиторов и направлено на обход правового запрета п. 5 ст. 37 Закона о банкротстве (п. 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц).

Таким образом, право на защиту и восстановление конкурсного контроля является элементом права кредиторов на конкурсный контроль. Право на защиту и восстановление конкурсного контроля реализуется с помощью общих правовых средств, регулирующих отношения несостоятельности (возражения на кредиторские требования, оспаривание оснований кредиторских требований путем подачи исковых требований, оспаривание решений собрания кредиторов, запрет для должника на представление или участия в избрании на собрании кредиторов кандидатуры арбитражного управляющего (СРО) и т. д.), которые применяются в конкретной правовой ситуации с учетом, во-первых, обстоятельств нарушения данного права (каким образом конкурсный контроль был потерян, «перехвачен» и т. д.) и, во-вторых, мер, которые необходимо предпринять для его восстановления (исключение необоснованного требования из реестра, отстранение аффилированного с должником арбитражного управляющего, признание недействительными решений собрания кредиторов и т. д.).

Глава 6.
ПРАВОВОЙ СТАТУС АРБИТРАЖНОГО УПРАВЛЯЮЩЕГО

§ 1. Приобретение статуса арбитражного управляющего

Арбитражный управляющий является необходимым субъектом, без которого процедуры, предусмотренные Законом о банкротстве, невозможны.

Арбитражный управляющий — это гражданин Российской Федерации, являющийся членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих (ст. 2 Закона о банкротстве).

Законодательство о банкротстве предусматривает разные процедуры банкротства (ст. 27 Закона о банкротстве), в процессе проведения которых арбитражный управляющий приобретает разные права и обязанности, а также ряд полномочий (ст. 20.2 Закона о банкротстве).

Статья 20 Закона о банкротстве определяет условия, при наличии которых гражданин РФ имеет возможность приобрести статус арбитражного управляющего. Такое лицо при положительной сдаче теоретического экзамена¹⁰⁴, а также обязательном членстве в саморегулируемой организации (далее — СРО) арбитражных управляющих имеет право проводить процедуры банкротства.

В соответствии с Правилами теоретический экзамен проводится Росреестром, комиссией, которая формируется по каждому образовательному учреждению, проводившему подготовку и обучение арбитражного управляющего¹⁰⁵.

Согласно п. 2 ст. 20 Закона о банкротстве СРО арбитражных управляющих устанавливает следующие обязательства требования для своих членов:

1) наличие высшего образования;

Однако Правила уточняют сферы деятельности, при наличии которых гражданин РФ имеет право быть допущенным к сдаче теоретического экзамена и, следовательно, получить статус арбитражного управляющего. Так, п. 5 Правил предусмотрено, что к сдаче теоретического экзамена допускается лицо, прошедшее полный курс обучения по единой программе подготовки арбитражных управляющих либо изучившее эту программу самостоятельно (экстерном) и имеющее высшее образование экономическое, юридическое или по специальности «антикризисное управление» либо исполнявшее обязанности арбитражного управляющего не менее одного года в совокупности, за исключением времени исполнения таких обязанностей в отношении отсутствующего должника;

2) наличие стажа работы на руководящих должностях не менее чем год и стажировки в качестве помощника арбитражного управляющего в деле о банкротстве не менее чем два года, если более продолжительные сроки не предусмотрены стандартами и правилами профессиональной деятельности арбитражных управляющих, утвержденными СРО.

Работой на руководящих должностях признается работа в качестве руководителя юридического лица или его заместителя, замещение высших и главных должностей государственной гражданской службы РФ, работа в качестве руководителя органа местного самоуправления или его заместителя, а также деятельность в качестве арбитражного управляющего при условии исполнения обязанностей руководителя должника, за исключением случаев участия в процедурах, применяемых в деле о банкротстве к отсутствующему должнику (п. 6 ст. 20 Закона о банкротстве).

r_cp Требования заявителей были обусловлены тем обстоятельством, что они не могли быть допущены в разных процедурах банкротства арбитражным судом, поскольку их статус имел пороки и необходимо было выполнить требования Закона о банкротстве с учетом внесенных в него изменений¹⁰⁶;

3) сдача теоретического экзамена по программе подготовки арбитражных управляющих. Это требование подтверждается разъяснениями, данными Минэкономразвития России в письме от 21 декабря 2011 г. № Д06-6390;

4) отсутствие наказания в виде дисквалификации за совершение административного правонарушения либо в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью за совершение преступления;

5) отсутствие судимости за совершение умышленного преступления;

6) отсутствие в течение трех лет до дня представления в СРО заявления о вступлении в члены этой СРО факта исключения из числа членов этой или иной СРО арбитражных управляющих в связи с нарушением Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов РФ, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, не устраненным в установленный СРО срок или носящим неустранимый характер.

Условиями членства в СРО арбитражных управляющих являются также наличие у члена СРО договора обязательного страхования ответственности, отвечающего установленным ст. 24.1 Закона о банкротстве требованиям; внесение членом СРО установленных ею взносов, в том числе взносов в компенсационный фонд СРО. Несоответствие указанным условиям служит основанием для исключения арбитражного управляющего из состава членов СРО в течение одного месяца с момента выявления нарушений.

Деятельность СРО оформляется решениями ее исполнительного органа.

r_cp Указанные решения как ненормативные акты могут быть обжалованы лицами, в отношении которых такие акты приняты, в арбитражный суд в порядке подсудности в соответствии с требованиями АПК РФ. Данный порядок подтверждается подп. 2 п. 43 постановления Пленума ВАС РФ¹⁰⁷.

Помимо перечисленных условий СРО вправе устанавливать иные требования к компетенции, добросовестности и независимости арбитражных управляющих (п. 4 ст. 20 Закона о банкротстве).

В соответствии с п. 6 ч. 7 ст. 17 Закона о СРО к компетенции постоянно действующего коллегиального органа управления СРО относится вопрос о принятии решения о вступлении в члены СРО или об исключении из членов СРО по основаниям, предусмотренным уставом СРО.

Членство арбитражного управляющего в СРО арбитражных управляющих согласно п. 11 ст. 20 Закона о банкротстве прекращается по решению постоянно действующего коллегиального органа управления СРО в случае подачи арбитражным управляющим в саморегулируемую организацию заявления о выходе из этой СРО или в случае исключения арбитражного управляющего из СРО в связи с:

— нарушением арбитражным управляющим условий членства в СРО;

— нарушением арбитражным управляющим требований Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов РФ, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности, не устраненным в установленный СРО или носящим неустранимый характер.

В процессе проведения процедуры наблюдения арбитражный управляющий приобретает статус временного управляющего, под которым следует понимать арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения наблюдения (ст. 2 Закона о банкротстве). Его обязанности урегулированы в п. 1 ст. 67 Закона о банкротстве. Временный управляющий обязан: принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника; проводить анализ финансового состояния должника; выявить кредиторов должника; вести реестр требований кредиторов; уведомлять кредиторов о введении наблюдения; созывать и проводить первое собрание кредиторов.

r_cp Если суд при установлении оснований для длящегося пять лет удержания имущества, исходя из обстоятельств конкретного дела и с учетом того, что в процедуре банкротства нельзя обратить взыскание на удерживаемое имущество, придет к выводу об удержании имущества сверх должного, он вправе понудить ответчика возвратить имущество в конкурсную массу с тем, чтобы оно было реализовано в рамках следующей процедуры. Такое решение, помимо прочего, исключит возможность дальнейшего наращивания убытков, связанных с хранением имущества, а также предоставит должнику возможность возобновить пользование автомотрисой для извлечения прибыли¹⁰⁸.

Права временного управляющего в процедуре наблюдения предусмотрены ст. 66 Закона о банкротстве: предъявлять в арбитражный суд от своего имени требования о признании недействительными сделок и решений¹⁰⁹, а также требования о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником с нарушением требований, установленных ст. 63 и 64 Закона о банкротстве¹¹⁰; заявлять возражения относительно требований кредиторов в случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в том числе заявлять о пропуске срока исковой давности; принимать участие в судебных заседаниях арбитражного суда по проверке обоснованности представленных возражений должника относительно требований кредиторов; обращаться в арбитражный суд с ходатайством о принятии дополнительных мер по обеспечению сохранности имущества должника, в том числе о запрете совершать без согласия временного управляющего сделки, не предусмотренные п. 2 ст. 64 Закона о банкротстве; обращаться в арбитражный суд с ходатайством об отстранении руководителя должника от должности; получать любую информацию и документы, касающиеся деятельности должника и др. Кроме того, если временному управляющему по его запросу не будут переданы руководителем должника необходимые документы, он имеет право обратиться в арбитражный суд с заявлением о привлечении исполнительного органа юридического лица (контролирующих должника лиц) к субсидиарной ответственности.

В ходе проведения процедуры финансового оздоровления арбитражный управляющий приобретает статус административного управляющего, под которым следует понимать арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения финансового оздоровления (ст. 2 Закона о банкротстве). Основная функция арбитражного управляющего на этой стадии — контролирующая. Он ведет реестр требований кредиторов и контролирует выполнение плана финансового оздоровления, графика погашения задолженности, перечисление средств кредиторам и др. (п. 3 ст. 83 Закона о банкротстве).

При проведении процедуры финансового оздоровления надлежит использовать рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Во внешнем управлении арбитражный управляющий приобретает статус внешнего управляющего, под которым следует понимать арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения внешнего управления (ст. 2 Закона о банкротстве). Особенность этой процедуры в том, что прежнее руководство должника отстраняется от работы (п. 1 ст. 94 Закона о банкротстве). Внешний управляющий: ведет бухгалтерский, финансовый, статистический учет; разрабатывает план внешнего управления; ведет реестр требований кредиторов (п. 2 ст. 99 Закона о банкротстве) и др.

r_cp Необходимо учитывать положения абз. 4 п. 1 ст. 94 и п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми с даты введения внешнего управления (открытия конкурсного производства) полномочия органов управления должника осуществляет внешний (конкурсный) управляющий. В силу этих положений внешний (конкурсный) управляющий при предъявлении от своего имени иска, связанного с недействительностью сделки должника, участвует в деле, возбужденном по такому иску, и в интересах должника (п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве). В случае предъявления внешним (конкурсным) управляющим от своего имени иска, связанного с недействительностью сделки должника, решение суда об удовлетворении этого иска без привлечения должника в качестве одного из ответчиков не подлежит отмене как принятое в отношении прав и обязанностей лица, не участвовавшего в деле (п. 4 ч. 4 ст. 270, п. 4 ч. 4 ст. 288 АПК РФ)¹¹¹.

В конкурсном производстве арбитражный управляющий приобретает статус конкурсного управляющего, под которым следует понимать арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных ст. 2 Закона о банкротстве полномочий. В случаях, установленных Законом о банкротстве, указанные полномочия осуществляет государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов». Если кредиторы принимают решение обратиться в арбитражный суд с ходатайством о признании должника банкротом (п. 3 ст. 118 Закона о банкротстве) и суд удовлетворяет это ходатайство, то открывается конкурсное производство (п. 1 ст. 124 Закона). Арбитражный суд утверждает конкурсного управляющего (п. 1 ст. 127 Закона о банкротстве).

Конкурсный управляющий руководит должником (п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве). В процедуре конкурсного производства конкурсный управляющий наделен очень широкими полномочиями: распоряжаться имуществом должника; увольнять работников; искать, выявлять и возвращать имущество должника, которое находится у третьих лиц; требовать возврата задолженности перед должником и другое (п. 2 ст. 129 Закона) и т. д. Кроме того, конкурсный управляющий должен прекратить хозяйственную деятельность должника, не дожидаясь решения кредиторов, если такая деятельность уменьшает конкурсную массу.

В ходе проведения процедуры банкротства гражданина арбитражный управляющий приобретает статус финансового управляющего, под которым следует понимать арбитражного управляющего, утвержденного арбитражным судом для участия в деле о банкротстве гражданина (ст. 2 Закона о банкротстве). В соответствии со ст. 213.9 Закона о банкротстве участие финансового управляющего в деле о банкротстве является обязательным. Этой же нормой предусмотрены права и обязанности финансового управляющего. При банкротстве гражданина применяются две основные процедуры: реструктуризация долгов гражданина и реализации имущества гражданина, — в рамках которых финансовый управляющий совершает все необходимые действия, направленные на удовлетворение требований кредиторов и освобождение от долгов гражданина при наличии в его действиях добросовестного поведения. В случае если гражданин, инициируя процедуру своего банкротства с целью освобождения от долгов, действует недобросовестно, суд при выявлении такого поведения вправе принять судебный акт о подтверждении долгов и обязании гражданина исполнить денежные обязательства.

Таким образом, приобретение гражданином РФ статуса арбитражного управляющего связано с процедурными аспектами, установленными законодательством о банкротстве. Реализация статуса арбитражного управляющего в деле о банкротстве осуществляется в ходе разных процедур. Как следствие, арбитражный управляющий приобретает разные компетенции сообразно цели той или иной процедуры, а также в зависимости от полномочий руководителя должника. Для надлежащего и эффективного осуществления своих полномочий арбитражный управляющий должен обладать обширными знаниями в области права, экономики, бухгалтерского учета, управления.

§ 2. Ответственность арбитражного управляющего

r_d С целью защиты прав участвующих в деле о банкротстве лиц от непрофессиональных или недобросовестных действий (бездействия) арбитражного управляющего предусмотрен правовой механизм воздействия на него в виде привлечения к различным видам ответственности: дисциплинарной, административной, уголовной или гражданско-правовой. Наличие различных форм ответственности арбитражных управляющих также направлено на предупреждение совершения новых нарушений как самим нарушителем, так и иными лицами¹¹².

Арбитражный управляющий обладает широким кругом полномочий, что объясняет повышенное внимание законодателям к вопросам ответственности данной процессуальной фигуры. Проблемы, связанные с наступлением и реализацией ответственности, обусловлены рядом причин, в том числе сложностью процедур банкротства, наличием коллизионных, бланкетных, а зачастую и противоречивых норм, отсутствием достаточной согласованности с другими нормативными правовыми актами.

Согласно п. 4 ст. 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Арбитражный управляющий привлекается к дисциплинарной ответственности в случае, когда он нарушает внутренние стандарты и правила СРО. В каждой СРО создается орган по рассмотрению дел о применении мер дисциплинарного воздействия, к примеру, это может быть дисциплинарный комитет. Мерами дисциплинарного воздействия являются: вынесение замечания, вынесение предупреждения, наложение штрафа, рекомендация об исключении из членов СРО и др. При этом состав такого дисциплинарного комитета формируется членами СРО — арбитражными управляющими, правомерность действий (бездействия) которых комитет в дальнейшем будет проверять. Возможно, именно это обстоятельство способствует тому, что случаи привлечения к дисциплинарной ответственности редки, а жалобы в подавляющем большинстве случаев признаются необоснованными. На практике, даже если предварительный анализ поступивших материалов свидетельствует о наличии оснований для привлечения арбитражного управляющего к дисциплинарной ответственности, бывают трудности с кворумом на заседаниях дисциплинарного комитета, а его члены на заседания не являются, направляя для участия в них представителей, голосующих по доверенности.

r_cp Арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков как меры гражданско-правовой ответственности при условии, что они причинены в результате его неправомерных действий¹¹³.

Убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Таким образом, для возложения ответственности на основании ст. 15 ГК РФ необходимо доказать одновременно совокупность следующих обстоятельств: неисполнение или ненадлежащее исполнение лицом возложенных на него обязанностей, причинение его действиями или бездействием убытков (вина ответчика) и наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) этого лица и наступившими отрицательными последствиями в виде убытков у истца, а также наличие и размер убытков.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Следовательно, лицо, предъявляя требование о возмещении убытков, обязано доказать, что убытки вызваны недобросовестным и неразумным поведением ответчика, т. е. доказать факт противоправного поведения и факт причинной связи между противоправным поведением и возникшими убытками. Кроме того, подлежат доказыванию размер причиненных убытков и их состав.

С этого момента практически во всех процедурах банкротства возникают трудности. На практике огромное значение имеет то, кто первым обратится в суд с заявлением о признании организации банкротом, либо кто непосредственно в процедуре будет обладать блокирующим пакетом голосов. При значительном объеме полномочий арбитражные суды не могут восполнить недостатки деятельности арбитражных управляющих, так как контроль в силу особенностей судебной процедуры осуществляется с большим временным отрывом и у судов отсутствуют полномочия по обязыванию арбитражных управляющих выполнять определенные действия. Вместе с тем кредитор, подавая жалобу, должен доказать, что оспоренное им действие (бездействие) нарушает требования закона либо совершено неразумно или недобросовестно, а также обосновать нарушение своих прав и законных интересов.

Таким образом, один из центральных вопросов современной процедуры банкротства: как добиться надлежащего осуществления арбитражными управляющими своих обязанностей и полномочий, а в случае недобросовестного их исполнения — применения мер ответственности.

Кредитору, лишенному доступа к информации о должнике, очень трудно доказать, что управляющий действует ненадлежащим образом или вовсе бездействует. В настоящее время отдельный кредитор не может в индивидуальном порядке требовать от управляющего предоставить ему информацию и, как правило, знакомится с информацией только в ходе собраний кредиторов, которые по общему правилу проводятся раз в три месяца, если кредиторы не определили другой срок.

Для придания разумности действиям арбитражного управляющего аффилированные кредиторы большинством голосов могут даже одобрить действия управляющего, например, решением собрания кредиторов признать нецелесообразным оспаривание сделки, когда управляющий незаконно уклоняется от оспаривания, чтобы продемонстрировать суду соответствие действий управляющего интересам большинства кредиторов. В суд также поступают заключения СРО арбитражных управляющих об отсутствии в действиях управляющих нарушений, составленные по итогам рассмотрения жалоб кредиторов.

Представляется, что ситуацию могла бы поменять корректировка распределения бремени доказывания по жалобам кредиторов: кредитор формулирует оспариваемое действие и доказывает свой пострадавший интерес, а управляющий обязан доказать обоснованность своих действий. Кроме того, представляется необходимой дача судами разъяснений, что мнение отдельных кредиторов, в том числе большинства в виде решения собрания, носит лишь рекомендательный характер и не влияет на оценку обжалуемых действий как законных, разумных и добросовестных. Рассмотрение жалоб кредиторов должно производиться судом исключительно с позиции закона, направленности его норм и обычно понимаемых интересов должника и кредиторов с учетом конкретных обстоятельств дела.

В целях уменьшения вреда, причиняемого незаконными действиями арбитражного управляющего, и скорейшего устранения их негативных последствий целесообразно наделить суды полномочиями обязывать управляющих устранить допущенные нарушения при удовлетворении жалоб либо наделить кредиторов с их согласия в случае удовлетворения жалоб правом самостоятельно осуществлять действия, которые не совершаются управляющими.

Само по себе признание судом действий ненадлежащими управляющему материального урона не причиняет. Этот факт должен приниматься судами во внимание при утверждении управляющего на процедуру банкротства. Суд, оценив характер действий, ранее признанных судом ненадлежащими, может отказать в утверждении кандидатуры на конкретную процедуру банкротства. Информирование суда о фактах отстранения или привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности возложено на Росреестр, однако закон не устанавливает для него соответствующей обязанности. Поэтому негативную информацию о деятельности управляющего в меру своих возможностей собирают и представляют суду должники и кредиторы.

r_d Сам характер и различные виды противоправного поведения управляющих не позволяют прямо связывать его с конкретными убытками. Например, в ситуации, когда выявлена подозрительная сделка или сделка с предпочтением¹¹⁴, но управляющий не предъявляет виндикационный иск либо предъявляет, но не предоставляет необходимых доказательств или не ходатайствует об их истребовании, для увеличения конкурсной массы, ущерб будет зависеть от реальности перспектив истребования вещи или возможной стоимости, по которой она могла бы быть продана с торгов; сроков торгов; наличия иного имущества у банкрота и пр.

А как можно оценить ущерб от несвоевременного созыва собрания кредиторов? К тому же иск может быть предъявлен кредитором к конкурсному управляющему по завершении конкурсного производства, когда размер непогашенного должником долга становится зафиксированным, т. е. по истечении значительного времени и с неясными перспективами. Ситуацию усугубляют отдельные случаи, когда и без того крайне редкие решения о взыскании с управляющих убытков, принимаемые в результате трехлетнего рассмотрения иска, отменяются лишь по той причине, что к участию в деле не привлекались саморегулируемая организация и страховщик управляющего¹¹⁵, ибо последние потенциально могут возместить взыскиваемые убытки.

Во-первых, суды, к сожалению, зачастую упрощенно понимают под обязанностями управляющих лишь те, которые прямо поименованы в законе как обязанности. Зная о подобном подходе судов, кредиторы обжалуют в суде довольно узкий круг действий управляющих, а могли бы обжаловать и непредставление возражений против сомнительных требований кредиторов, и неполучение информации, и непредоставление кредиторам всей информации об имуществе должника, в том числе имевшемся в трехлетний предбанкротный период.

Во-вторых, суды не учитывают наличие у управляющих профессиональной подготовки и навыков, а также того обстоятельства, что обеспечение правильного ведения процедуры возлагается, прежде всего, на арбитражного управляющего, а кредиторы и суд могут лишь оказывать содействие. Нужно отметить и последовательность разъясняемых событий: сначала кредитор требует от управляющего оспорить сделку и только потом он направляет в суд жалобу с требованием об отстранении управляющего.

В-третьих, суды не признают ненадлежащими действия управляющих, если нарушение имело место, но устранено во время рассмотрения жалобы кредитора, даже если оно могло повлечь убытки.

В-четвертых, суды не всегда учитывают действительную общественную опасность ненадлежащего исполнения обязанностей арбитражными управляющими. Судьи, к примеру, в судебном заседании обращают внимание кредиторов на сложность работы управляющих; по несколько раз откладывают заседания по жалобам на основании заявлений управляющих о неготовности к рассмотрению; при оценке законности оспоренных действий принимают во внимание заключения СРО арбитражных управляющих об отсутствии в действиях управляющих нарушений.

На практике бывает, что рассмотрение вопроса об отстранении арбитражного управляющего назначается позже рассмотрения вопроса о его освобождении. В результате получается, что отстранить арбитражного управляющего оказывается формально невозможным по причине его освобождения к моменту рассмотрения вопроса об отстранении.

С одной стороны, вне всякого сомнения, суды обязаны проявлять гуманность к арбитражным управляющим как гражданам, которые могут иметь семьи, детей. Но, с другой стороны, нужно принимать во внимание и то, что помимо очевидных убытков кредиторам ненадлежащая работа арбитражных управляющих может повлечь, к примеру, оставление без работы работников банкротов, оставление без реального удовлетворения требований кредиторов-дольщиков предприятий-застройщиков. Опосредованно вред от ненадлежащей деятельности управляющих может выразиться и в виде наступления несостоятельности кредиторов, не получивших в банкротстве удовлетворения требований.

Таким образом, обжалование действий арбитражного управляющего в судебном порядке зависит лишь от воли кредитора, требует значительных временных и трудовых затрат, приводит к констатации судом факта нарушения без последствий в виде обязывания управляющего устранить его последствия. Судебный акт о признании ненадлежащим действия управляющего является одним из оснований для взыскания ущерба, причиненного управляющим, однако в силу специфики процедур банкротства особую сложность представляет доказывание причинно-следственной связи ненадлежащего действия с наступившим ущербом и его размером.

r_d Как важный правовой инструмент мера административной ответственности призвана регулировать деятельность арбитражного управляющего, на которого в случае неисполнения обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности, распространяются определенные санкции, штрафы в установленном размере или дисквалификация сроком от шести месяцев до трех лет¹¹⁶. Указанные меры применяются в соответствии с ч. 3 и 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

Государственным органом, уполномоченным возбуждать дела о привлечении арбитражных управляющих к административной ответственности в соответствии со ст. 28.1, п. 10 ч. 2 ст. 28.3 КоАП РФ, является Росреестр. К сожалению, Росреестр может обнаружить только самые очевидные правонарушения, например, игнорирование арбитражным управляющим сроков по проведению собрания кредиторов, установленных законодательством о банкротстве.

Более того, известные на практике случаи подтверждают, что при обращении отдельного кредитора в Росреестр с имеющимися фактами, которые указывают на недобросовестное поведение управляющего и допущенные нарушения, такая жалоба автоматически направляется в СРО арбитражных управляющих, членом которой является арбитражный управляющий. С этого момента арбитражный управляющий переходит в зону гражданско-правовой ответственности, а материалы даже не изучаются под углом зрения непосредственного обнаружения административного правонарушения.

Поводом для возбуждения дела по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ являются данные, которые поступают из государственных органов. В большинстве случаев административное дело в отношении арбитражного управляющего возбуждается только после получения Росреестром судебных актов по делам о банкротстве, где отражены факты нарушений.

На практике встречаются лишь единичные случаи, когда органам Росреестра удается привлечь управляющих к административной ответственности. Согласно имеющейся статистике в основном это минимальные штрафы, а не дисквалификация, что косвенно указывает на сохраняющуюся проблему сбора доказательств, которые бы подтверждали отягчающие обстоятельства в делах о нарушениях, допущенных управляющим. Как правило, данное наказание не корреспондируется с размером убытков, которые арбитражный управляющий причиняет кредиторам.

r_cp Постановлением Верховного Суда РФ от 18 ноября 2016 г. № 309-АД16-15142 решение Арбитражного суда Пермского края от 28 января 2016 г. по делу № А50-27783/2015, постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 8 апреля 2016 г. и Арбитражного суда Уральского округа от 13 июля 2016 г. по тому же делу оставлены без изменения, жалоба арбитражного управляющего без удовлетворения. Было решено удовлетворить жалобу Управления Росреестра по Пермскому краю и привлечь арбитражного управляющего к административной ответственности по ч. 3 ст. 14.13 КоАП РФ и назначить ему штраф.

Однако основанием для обращения управления Росреестра в суд с упомянутым заявлением послужил выявленный в ходе административного расследования целый перечень фактов несоблюдения арбитражным управляющим положений Закона о банкротства (п. 4 ст. 20.3, п. 1 и 6 ст. 28, п. 1 ст. 12, п. 1 и 2 ст. 67, п. 1 и 2 ст. 72, п. 1 ст. 128, п. 1 ст. 142) в ходе осуществления процедуры банкротства. Таким образом, имеет место несоответствие причиненных убытков и назначенных за такое нарушение санкций.

Подобное положение не может и не должно устраивать кредиторов и общество, которым постоянно причиняется значительный ущерб. Однако из-за трудностей, возникающих при доказывании ущерба от действий арбитражного управляющего, кредиторы не могут участвовать в административных делах, поскольку в соответствии со ст. 25.2 КоАП РФ потерпевшими являются физические или юридические лица, которым административным правонарушением причиняется материальный ущерб непосредственно. В процедуре банкротства правонарушения, совершаемые управляющим, как правило, причиняют вред кредиторам опосредованно, через причинение вреда должнику. Таким образом, кредиторы, осведомленные о фактах и подробностях совершенного нарушения, не могут представить суду доказательства и пояснения по доводам управляющих, обжаловать решения суда, в частности, чтобы добиться более сурового наказания. Суды в большинстве случаев выносят решения о привлечении к административной ответственности на основании уже установленных другими судами фактов и чаще всего назначают в качестве наказаний административный штраф, размер которого явно не соответствует общественной опасности деяний.

Необходимо законодательно: снять ограничения, которые касаются поводов для возбуждения дел; предусмотреть возможность добровольного участия кредиторов в качестве потерпевших в судебном деле о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности, без доказывания ущерба от содеянного, а в силу самого их статуса; увеличить размер санкций.

Предлагаемые меры должны укрепить значение административных процедур, в частности, за счет представления потерпевшими доказательств, которыми может не располагать Росреестр. Компетентный орган и суды начнут более тщательно изучать обстоятельства деяния. Повысится значимость фигуры кредитора в административном производстве, прекратится пренебрежительное отношение арбитражных управляющих к миноритарным кредиторам.

Таким образом, эффективность применения механизма административной ответственности к арбитражным управляющим требует дальнейшего совершенствования с учетом уже выявленных проблем в позитивном праве и правоприменительной практике.

В заключение можно констатировать, что современное законодательство о банкротстве содержит достаточно норм, в соответствии с которым кредиторы защищены от убытков, а недобросовестный арбитражный управляющий несет гражданско-правовую, административную, дисциплинарную ответственность. Это формирование компенсационного фонда, страхование ответственности, а в случаях, установленных законом, дополнительное страхование ответственности. Управляющий может отвечать даже собственными средствами и имуществом. Тем не менее, в гораздо большей степени побуждать арбитражного управляющего к правомерному поведению призвана соразмерная, ощутимая ответственность за допущенные нарушения.

Глава 7.
ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ САМОРЕГУЛИРУЕМЫХ ОРГАНИЗАЦИЙ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ

§ 1. Саморегулируемая организация арбитражных управляющих: понятие, общая характеристика

Создание саморегулируемых организаций (далее также — СРО арбитражных управляющих, СРО АУ)¹¹⁷ было обусловлено отказом от прямого государственного регулирования в отдельных сферах предпринимательской и профессиональной деятельности и, как следствие, упрочением тенденции саморегулирования в общем и отменой лицензирования деятельности физических лиц в качестве арбитражных управляющих в частности.

r_d Как пишет Т. П. Шишмарева, СРО арбитражных управляющих «выполняeт делегированные ей функции государственных органов в сфере арбитражного управления как профессиональную деятельность, одновременно регулирует профессиональную деятельность своих членов посредством утверждения стандартов и правил»¹¹⁸.

Минэкономразвития России оценивает деятельность СРО арбитражных управляющих как достаточно эффективную¹¹⁹.

Характерная черта современного саморегулирования деятельности арбитражных управляющих – существование достаточно большого числа СРО АУ (48 организаций)¹²⁰ с количеством арбитражных управляющих в среднем от 100 до 200 членов. Однако в ряде крупных СРО АУ этот показатель гораздо выше¹²¹. Большинство СРО созданы в Москве (16) и Санкт-Петербурге (6). К тому же деятельность многих СРО имеет межрегиональный характер, созданы соответствующие региональные отделения и представительства.

Саморегулируемые организации арбитражных управляющих – некоммерческие организации, основанные на членстве, созданные гражданами РФ, сведения о которых включены в единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих и целями деятельности которых являются регулирование и обеспечение деятельности арбитражных управляющих.

Подпунктом 3 п. 3 ст. 50 ГК РФ предусмотрено создание СРО в организационно-правовой форме ассоциаций (союзов) — корпоративных некоммерческих юридических лиц, т. е. СРО выступают разновидностью таковых. До внесения изменений в ГК РФ организационно-правовая форма СРО не была определена ни ГК РФ, ни Законом о СРО. На практике они создавались в организационно-правовой форме некоммерческого партнерства и согласно п. 2 ст. 8 Закона о некоммерческих организациях не имели права осуществлять предпринимательскую деятельность.

r_d В науке было высказано мнение, что СРО следует рассматривать в качестве самостоятельной организационно-правовой формы юридических лиц. Однако преобладающей всегда являлась позиция, согласно которой СРО — это особый публично-правовой статус, который присваивается некоммерческой организации при условии соответствия ее установленным законом требованиям путем внесения сведений о ней в специальный реестр¹²².

Статус СРО приобретается некоммерческой организацией с даты ее включения в единый государственный реестр СРО арбитражных управляющих¹²³, который ведет Росреестр¹²⁴. За включение некоммерческой организации в упомянутый реестр уплачивается госпошлина в размере 6500 руб. (подп. 4 п. 1 ст. 333.33 НК РФ).

Основанием для включения организации в реестр является выполнение ею следующих обязательных требований (п. 2 ст. 21 Закона о банкротстве):

— соответствие не менее 100 ее членов утвержденным СРО условиям;

— участие ее членов не менее чем в 100 (в совокупности) процедурах банкротства, в том числе не завершенных на дату включения в реестр, за исключением процедур банкротства в отношении отсутствующих должников;

— наличие компенсационного фонда;

— наличие обязательных для выполнения членами СРО стандартов и правил профессиональной деятельности арбитражных управляющих;

— создание органов управления и специализированных органов СРО.

С 1 октября 2015 г. предусмотрена возможность реорганизации СРО арбитражных управляющих¹²⁵ только в форме слияния или присоединения в порядке, установленном ст. 57 ГК РФ, ст. 16 Закона о некоммерческих организациях. Ранее в Законе о банкротстве содержался запрет на реорганизацию СРО арбитражных управляющих.

Ликвидация СРО осуществляется согласно законодательству РФ о некоммерческих организациях (ст. 18 Закона о некоммерческих организациях) с учетом норм Закона о банкротстве. Так, в состав ликвидационной комиссии некоммерческой организации, имеющей статус СРО арбитражных управляющих, включается представитель национального объединения СРО АУ. За весь период саморегулирования в сфере арбитражного управления прекратили деятельность 18 СРО АУ. Из них 8 саморегулируемых организаций лишились своих полномочий на основании решения арбитражного суда по заявлению Росреестра.

Некоммерческая организация утрачивает статус СРО АУ с даты исключения сведений о ней из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих.

r_cp Удовлетворяя иск Росреестра об исключении из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих сведений об ассоциации «Первая саморегулируемая организация арбитражных управляющих», суд первой инстанции исходил из доказанности истцом как уполномоченным органом факта несоответствия размера компенсационного фонда ассоциации предъявляемым к нему законодательством о банкротстве требованиям, а также неустранения ассоциацией выявленного нарушения в отведенный для этого законом срок¹²⁶.

Статья 22 Закона о банкротстве закрепляет права и обязанности СРО арбитражных управляющих; при этом перечень прав является открытым, а перечень обязанностей сформулирован как исчерпывающий¹²⁷. Назовем некоторые из них.

СРО вправе: представлять интересы своих членов в их отношениях с органами государственной власти и органами местного самоуправления; участвовать в обсуждении проектов нормативных правовых актов по вопросам, связанным с арбитражным управлением; запрашивать в органах государственной власти, органах местного самоуправления информацию, необходимую для выполнения возложенных на нее функций, и получать такую информацию; подавать иски о защите прав и законных интересов арбитражных управляющих — своих членов; заявлять в арбитражный суд ходатайства об отстранении или освобождении от участия в деле о банкротстве своих членов, вправе создавать объединения и др.

СРО обязана: разрабатывать и устанавливать условия членства арбитражных управляющих в СРО, стандарты и правила профессиональной деятельности; контролировать профессиональную деятельность своих членов; рассматривать жалобы на их действия; применять меры дисциплинарного воздействия в отношении своих членов, в том числе исключение из членов СРО; осуществлять организацию и проведение стажировки гражданина РФ в качестве помощника арбитражного управляющего; осуществлять ведение реестра арбитражных управляющих — членов СРО; обеспечивать формирование компенсационного фонда; организовывать повышение уровня профессиональной подготовки своих членов и др.

r_d Как указывает М. А. Егорова: «Создается впечатление, что функции СРО по обеспечению соблюдения ее членами положений законодательства обладают признаками государственных компетенций. Однако с этим трудно согласиться. Достаточно сопоставить содержание государственных санкций за несоблюдение требований закона с содержанием санкций, которые вправе применять СРО. Государство использует уголовные, административные и судебные правовые механизмы, а СРО только дисциплинарные и организационные (например, исключение члена из состава СРО). … К тому же требования СРО к своим членам не имеют характера норм права, а представляют собой акты индивидуально-правового (локального) регулирования»¹²⁸.

§ 2. Система органов управления и специализированных органов

Законодатель в ст. 21.1 Закона о банкротстве подразделяет органы, формируемые в СРО арбитражных управляющих, в зависимости от функционала на органы управления и специализированные органы.

Структура, порядок формирования, компетенция и срок полномочий органов управления СРО арбитражных управляющих, порядок принятия ими решений устанавливаются уставом некоммерческой организации, ее внутренними документами в соответствии с Законом о банкротстве и другими федеральными законами. Так, согласно ч. 1 ст. 15 Законом о СРО органами управления саморегулируемой организации являются: общее собрание членов СРО; постоянно действующий коллегиальный орган управления; исполнительный орган.

Общее собрание членов СРО арбитражных управляющих созывается не реже чем один раз в год в порядке, установленном уставом. Общее собрание членов СРО АУ правомочно принимать решения, если на нем присутствует более 50 процентов общего числа членов СРО. По общему правилу решения общего собрания членов СРО принимаются большинством голосов от числа голосов членов СРО, присутствующих на общем собрании, или в случае проведения его путем заочного голосования большинством голосов от общего числа голосов членов СРО.

В СРО АУ формируется коллегиальный орган управления в составе не менее семи человек. Лица, не являющиеся членами СРО, не могут составлять более 25% от числа членов коллегиального органа управления. В состав данного органа не могут входить государственные и муниципальные служащие.

Следует иметь в виду, что лицо, исполняющее функции единоличного исполнительного органа СРО АУ, также работники СРО не вправе быть арбитражными управляющими.

Рассмотрим компетенцию органов управления СРО арбитражных управляющих (табл. 1)¹²⁹.

Таблица 1

Компетенция органов управления саморегулируемой организации арбитражных управляющих

Наименование органа

Полномочия

Общее собрание членов СРО АУ

Утверждение устава СРО, внесение в него изменений;

установление условий членства в СРО, порядка приема в члены и порядка прекращения членства в СРО;

определение приоритетных направлений деятельности СРО, принципов формирования и использования ее имущества;

избрание членов постоянно действующего коллегиального органа управления СРО, принятие решений о досрочном прекращении полномочий такого органа или отдельных его членов; утверждение мер дисциплинарного воздействия, порядка и оснований

их применения, порядка рассмотрения дел о нарушении членами СРО требований законодательства РФ, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности;

назначение на должность лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа СРО, досрочное освобождение такого лица от должности и др.

Коллегиальный орган управления

Утверждение стандартов и правил профессиональной деятельности¹, внесение в них изменений;

принятие решения о приеме лица в члены СРО или о прекращении членства в СРО;

создание специализированных органов СРО, утверждение положений о них и правил осуществления ими деятельности;

представление общему собранию членов СРО кандидата или кандидатов для назначения на должность единоличного исполнительного органа СРО и др.

Исполнительный орган СРО АУ

Вопросы хозяйственной и иной деятельности СРО, не относящиеся к компетенции общего собрания членов СРО и ее коллегиального органа управления

Специализированные органы СРО АУ по степени обязательности их создания подразделяются на органы, создаваемые в силу прямого указания Закона о банкротстве, и органы, формирование которых предусмотрено решениями коллегиального органа управления.

Для обеспечения реализации прав и обязанностей, определенных Законом о банкротстве, СРО АУ обязана сформировать следующие органы:

— орган по рассмотрению дел о применении в отношении членов СРО мер дисциплинарного воздействия;

— орган по отбору кандидатур арбитражных управляющих для представления арбитражным судам в целях утверждения их в деле о банкротстве;

— орган, осуществляющий контроль за соблюдением членами СРО требований законодательства РФ, федеральных стандартов, стандартов и правил профессиональной деятельности.

Согласно докладу Минэкономразвития России о саморегулировании количество проводимых СРО арбитражных управляющих проверок своих членов (как плановых, так и внеплановых) из года в год увеличивается (табл. 2).

Таблица 2

Виды и основания проверок, проводимых СРО арбитражных управляющих

№
п/п

Виды и основания
проведения проверки

2016 год

2017 год

2018 год

1

Плановые проверки

2151

2363

2835

2

Внеплановые проверки, в том
числе по основаниям

5444

5571

6232

2.1

Жалобы

4176

4019

4783

2.2

Представление прокурора,
директора СРО

396

518

551

2.3

По указанию Росреестра

1

2

2

2.4

По решению суда

10

32

49

2.5

Иные основания

861

1000

847

3

Общее количество проверок

7595

7934

9067

4

Прирост/снижение

+4,5%

+14,3%

Соответственно, возрастает и число выявленных в ходе проверок нарушений (табл. 3).

Таблица 3

Выявленные случаи нарушений

Период

Вид проверок

Прирост/снижение

плановые

внеплановые

всего

2016 год

823

1690

2513

2017 год

851

1666

2517

+0,16%

2018 год

2042

1980

4022

+59,8%

Орган по рассмотрению дел о применении в отношении членов СРО АУ мер дисциплинарного воздействия вправе принять решение о применении в том числе следующих мер: вынесение предписания, обязывающего члена СРО устранить выявленные нарушения и устанавливающего сроки их устранения; вынесение члену СРО предупреждения с оповещением об этом публично; наложение на члена СРО штрафа в размере, установленном внутренними документами СРО; рекомендация об исключении лица из членов СРО, подлежащая рассмотрению и утверждению коллегиальным органом управления. Внутренними документами СРО АУ могут быть установлены иные меры дисциплинарного воздействия¹³⁰.

В докладе Минэкономразвития России о саморегулировании приведены данные о принимаемых СРО арбитражных управляющих мерах дисциплинарного воздействия (табл. 4).

Таблица 4

Принятые СРО АУ меры дисциплинарного воздействия по результатам проведенных проверок

Меры дисциплинарного воздействия

2016 год

2017 год

2018 год

Предупреждение

987

998

1219

Штраф

293

286

342

Приостановление деятельности

44

37

36

Предписание, замечание

556

602

473

Рекомендация об исключении из членов

51

60

151

Иные

167

135

366

Всего

2098

2118

2587

Прирост/снижение

+0,95%

+22%

Решения органа по рассмотрению дел о применении в отношении членов СРО АУ мер дисциплинарного воздействия могут быть обжалованы в коллегиальный орган управления, а его решения, в свою очередь, — в общее собрание членов СРО (табл. 5).

Таблица 5

Количество случаев обжалования членами СРО принятых мер дисциплинарного воздействия и их пересмотра

2016 год

2017 год

2018 год

Количество случаев обжалования членами СРО принятых мер дисциплинарного воздействия

44

34

46

Прирост/снижение

–22,7%

+35,3%

Количество случаев пересмотра
принятыхмер дисциплинарного воздействия порезультатам их
обжалования членами СРО

22

22

25

Прирост/снижение

+13%

+0%

§ 3. Контроль (надзор) за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих

Согласно ст. 23 Закона о СРО государственный надзор за деятельностью саморегулируемых организаций осуществляется уполномоченными федеральными органами исполнительной власти в порядке, установленном Законом о государственном контроле, данным Федеральным законом и федеральными законами, регулирующими соответствующий вид профессиональной или предпринимательской деятельности. В качестве хозяйствующего субъекта саморегулируемая организация, в том числе СРО АУ, может быть проверена на предмет соблюдения антимонопольного законодательства¹³¹.

В соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 1 Закона о государственном контроле при осуществлении государственного надзора за деятельностью саморегулируемых организаций особенности организации и проведения проверок в части, касающейся вида, предмета, оснований проведения проверок, сроков и периодичности их проведения, уведомлений о проведении внеплановых выездных проверок и согласования проведения внеплановых выездных проверок с органами прокуратуры могут устанавливаться другими федеральными законами.

Применительно к СРО арбитражных управляющих таковым выступает Закон о банкротстве. В силу п. 1 ст. 23.1 контроль (надзор) за деятельностью СРО АУ осуществляется органом по контролю (надзору) в порядке, установленном регулирующим органом. Следовательно, функции регулирующего органа и органа по контролю (надзору) разделены и реализуются разными федеральными органами исполнительной власти. Так, в настоящее время для целей Закона о банкротстве органом по контролю (надзору) является Росреестр¹³², регулирующим органом определено Минэкономразвития России¹³³.

Нормы ст. 25.1 Закона о банкротстве, посвященные контролю (надзору) за деятельностью СРО арбитражных управляющих, в значительной мере схожи с аналогичными положениями Закона о государственном контроле. Вместе с тем имеется ряд существенных различий.

Предметом контроля (надзора) является соблюдение СРО арбитражных управляющих Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов РФ¹³⁴, регулирующих деятельность СРО АУ (п. 2 ст. 23.1 Закона о банкротстве). Основные направления контроля за деятельностью СРО арбитражных управляющих конкретизированы в п. 7–10 Положения о проведении проверки.

r_d Кроме того, Е. А. Рыбасова¹³⁵ в части определения предмета государственного контроля (надзора) за СРО арбитражных управляющих предлагает учитывать положения ст. 32 Закона о некоммерческих организациях, согласно п. 4.1 которой уполномоченный орган осуществляет контроль за соблюдением некоммерческой организацией требований законодательства РФ и целей, предусмотренных ее учредительными документами.

Специализированный контроль осуществляется Росреестром путем проведения плановых и внеплановых проверок¹³⁶, мероприятий в рамках полномочий составления протоколов об административных правонарушениях. Так, согласно Докладу Минэкономразвития России о саморегулировании в 2018 году в отношении 38 СРО АУ было проведено 11 плановых и 65 внеплановых проверок, выявлено 212 нарушений, выдано 38 предписаний, составлено 18 протоколов.

Плановая проверка деятельности СРО проводится не чаще одного раза в два года. Согласно ч. 2 ст. 9 Закона о государственном контроле по общему правилу плановые проверки проводятся не чаще чем один раз в три года. Основаниями проведения плановой проверки являются внутренние документы органа по контролю (надзору) (например, утвержденный на соответствующий календарный период план проверок).

Основанием для проведения внеплановой проверки деятельности СРО арбитражных управляющих является представленная в орган по контролю (надзору) мотивированная жалоба на действия или бездействие СРО арбитражных управляющих, нарушающие требования Закона о банкротстве, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов РФ, а также имеющиеся в документах СРО арбитражных управляющих, представленных в орган по контролю (надзору), несоответствия таким требованиям (п. 5 ст. 23.1 Закона о банкротстве). В Положении о проведении проверки такие основания определены иначе. Однако коллизии между названными актами быть не может, поскольку и по юридической силе, и по дате включения комментируемой нормы в Закон о банкротстве последний обладает приоритетом.

Продолжительность проверок СРО АУ не может превышать 30 календарных дней. В то время как по Закону о государственном контроле (ч. 1 ст. 13) срок проведения проверки не может быть более 20 рабочих дней. Кроме того, Закон о банкротстве не предусматривает возможности продления сроков проверки.

В п. 7, 8 ст. 23.1 Закона о банкротстве закреплено только право на административное либо судебное обжалование действий (бездействия) должностных лиц, осуществляющих проверку деятельности СРО, а также право на судебное обжалование решений органа по контролю (надзору), принятого по результатам проверки СРО. Упомянутые жалобы надлежит подавать в арбитражный суд по правилам главы 24 АПК РФ.

r_d Следует согласиться с высказанным в научной литературе мнением, что подобная регламентация не исключает возможности реализации СРО арбитражных управляющих иных прав, предоставляемых законодательством проверяемым субъектам при осуществлении государственного контроля¹³⁷.

Росреестр в случае выявления несоответствия СРО АУ требованиям Закона о банкротстве в части количества членов СРО, выполнения ими условий членства и размера компенсационного фонда направляет в СРО предписание об устранении такого нарушения, обязательное для исполнения в течение 10 рабочих дней с даты его получения. К слову, возможность обжалования данного предписания не предусмотрена.

Если по результатам проверки деятельности СРО арбитражных управляющих были выявлены иные нарушения Закона о банкротстве, а также нарушение других федеральных законов или нормативных правовых актов РФ, орган по контролю (надзору) направляет в СРО арбитражных управляющих предписание об устранении такого нарушения с указанием срока его выполнения, который не может быть менее двух месяцев с даты его вынесения. При этом допускается возможность обжалования упомянутого предписания в арбитражный суд.

Невыполнение СРО арбитражных управляющих соответствующих предписаний в установленный срок влечет возникновение у Росреестра обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением об исключении сведений о некоммерческой организации из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих в течение трех месяцев со дня окончания срока выполнения предписания¹³⁸.

Обращение в арбитражный суд с заявлением об исключении некоммерческой организации из числа членов СРО арбитражных управляющих в случае выявления нарушений, не связанных с нарушением требований к численности ее членов, выполнению ими условий членства, а также требований к компенсационному фонду СРО, допускается также в случае, если данные нарушения носят неустранимый характер.

r_cp Регистрирующий орган ссылался на то, что в ходе проверок деятельности некоммерческих партнерств арбитражных управляющих «Нева», «Партнер», «Объединение» выявлен ряд нарушений требований законодательства, которые препятствовали контролю за достоверностью информации по ведению реестров арбитражных управляющих, по соответствию кандидатур управляющих законодательству.

Арбитражным судом требование Росреестра удовлетворено, так как установлены факты недобросовестного выполнения указанными партнерствами функций саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, т. е. совершения таких нарушений в их деятельности, которые носят неустранимый характер¹³⁹.

Перечень оснований применения к СРО АУ меры ответственности в виде исключения ее из единого государственного реестра саморегулируемых организаций арбитражных управляющих сформулирован в п. 9 ст. 23.1 Закона о банкротстве исчерпывающим образом. Наряду с рассмотренными случаями вынесения соответствующих судебных актов следует указать решение органа по контролю (надзору) в ситуации принятия членами СРО арбитражных управляющих или арбитражным судом решения о ее ликвидации.

r_d Е. Е. Уксусова полагает, что ст. 23.1 включила специальные процессуальные нормы, регулирующие производство в арбитражном суде по относительно новой категории дел об исключении сведений о СРО АУ из единого государственного реестра саморегулируемых организаций арбитражных управляющих¹⁴⁰.

Соответствующее заявление органа по контролю (надзору) подлежит подаче в арбитражный суд по месту ведения упомянутого реестра. Согласно п. 12 названной статьи заявление об исключении сведений о некоммерческой организации из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих рассматривается арбитражным судом в коллегиальном составе¹⁴¹ в течение месяца с даты его поступления.

В числе других процессуальных особенностей следует назвать сокращение срока вступления решения в силу (вступает в силу с даты его принятия) и обжалование решения в кассационном порядке, что, однако, не является основанием для приостановления его исполнения.

Если вступившее в законную силу решение арбитражного суда об исключении некоммерческой организации из реестра СРО арбитражных управляющих будет отменено кассационной инстанцией, сведения о некоммерческой организации подлежат включению в единый государственный реестр СРО арбитражных управляющих в течение трех дней с даты вынесения постановления арбитражным судом кассационной инстанции.

r_d Заслуживает внимания точка зрения А. Н. Борисова¹⁴², согласно которой с учетом близости исключения сведений о некоммерческой организации из государственного реестра СРО с ликвидацией юридического лица (в первом случае прекращаются права и обязанности СРО, во втором — права и обязанности в целом юридического лица) при рассмотрении судами дел об исключении сведений о некоммерческой организации из единого государственного реестра СРО применимы правовые позиции, выраженные в Постановлении КС РФ от 18 июля 2003 г. № 14-П¹⁴³.

Юридическим последствием исключения сведений о некоммерческой организации из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих является невозможность предоставления ей в течение года после даты исключения статуса СРО арбитражных управляющих.

r_d Как верно указала Е. А. Рыбасова¹⁴⁴, такое исключение не влечет обязанности по ликвидации СРО арбитражных управляющих, т. е. она может продолжать свою деятельность, но с целью реализации иных функций, не связанных с саморегулированием.

Исключение некоммерческой организации из единого государственного реестра СРО арбитражных управляющих — крайняя мера, поэтому и случаи ее применения единичны. Практику привлечения СРО АУ и их должностных лиц к административной ответственности по ст. 14.52 и 14.52.1¹⁴⁵ КоАП РФ также нельзя назвать распространенной. При этом арбитражные суды подчас не усматривают в действиях (бездействии) саморегулируемой организации состава административного правонарушения.

r_cp Суды трех инстанций признали незаконным и подлежащим отмене постановление Управления Росреестра по Москве по делу об административном правонарушении от 11 января 2019 г. № 77-01/2018 о привлечении НП СРО АУ «РАЗВИТИЕ» к административной ответственности по ч. 5 ст. 14.52.1 КоАП РФ за непринятие мер по исключению арбитражного управляющего, не соответствующего установленным требованиям, из СРО АУ, поскольку административным органом не представлено доказательств в подтверждение уведомления саморегулируемой организации о дисквалификации арбитражного управляющего¹⁴⁶.

§ 4. Компенсационный фонд саморегулируемой организации арбитражных управляющих

Порядок формирования компенсационного фонда СРО АУ для осуществления компенсационных выплат в связи с возмещением убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве регламентирован в ст. 25.1 Закона о банкротстве. Компенсационным фондом СРО арбитражных управляющих является обособленное имущество, принадлежащее саморегулируемой организации на праве собственности.

r_d В юридической литературе встречается позиция, согласно которой компенсационный фонд — это юридическое лицо, не имеющее членства, учредителем которого является СРО, причем имущество такого фонда является его собственностью, поскольку это самостоятельное юридическое лицо¹⁴⁷. Подобное понимание компенсационного фонда обусловлено в первую очередь тем, что само понятие «фонд» используется в законодательстве в нескольких значениях¹⁴⁸, в том числе фонд рассматривается как юридическое лицо и самостоятельная организационно-правовая форма некоммерческих организаций. Однако применительно к компенсационному фонду СРО речь должна идти о средствах, формируемых СРО для определенных целей.

Поскольку формирование компенсационного фонда СРО представляет собой способ обеспечения дополнительной имущественной ответственности членов СРО, т. е. средства этого фонда имеют строго целевое назначение, возникает необходимость обособления имущества, его составляющего, от иного, ранее обособленного имущества некоммерческой организации, которая приобретает статус СРО¹⁴⁹.

С учетом значительного количества дел о банкротстве, а также увеличения числа заявленных страховых случаев и сумм произведенных страховых выплат наличие такого способа обеспечения имущественной ответственности членов СРО, как компенсационный фонд, является необходимым механизмом покрытия причиненных убытков, дополняющим систему страхования ответственности членов саморегулируемой организации¹⁵⁰.

Компенсационный фонд формируется за счет членских взносов членов СРО, перечисляемых для обеспечения наиболее высокой ликвидности только в денежной форме в размере не менее 200 тыс. руб. на каждого ее члена. Не допускается освобождение члена СРО от обязанности внесения взносов в компенсационный фонд саморегулируемой организации арбитражных управляющих, в том числе путем зачета его требований к саморегулируемой организации.

Некоторые арбитражные управляющие обращались с жалобами на нарушение их прав нормами Закона о банкротстве в части установления требований к арбитражным управляющим, в том числе относительно размера их членского взноса в компенсационный фонд.

r_cp Однако КС РФ в определении от 12 июля 2005 г. № 319-О¹⁵¹ указал: «Само же по себе предъявление определенных квалификационных требований к арбитражным управляющим, деятельность которых связана с осуществлением публично значимых функций, не может рассматриваться как нарушающее конституционные права и свободы заявителя, указанные в жалобе».

Позиция КС РФ основывается на факте особого предназначения компенсационного фонда СРО и его подчинения интересам общественной пользы. В связи с этим не лишена смысла высказанная в юридической литературе точка зрения о публичном характере собственности на средства компенсационного фонда саморегулируемых организаций, исходя не из субъективного, а объективного критерия (назначения имущества).

r_d Так, по мнению А. В. Винницкого, именно гарантированное назначение имущества и строго регламентированное его использование в публичных целях способны превалировать над формальной его принадлежностью определенному лицу с точки зрения идентификации статуса тех или иных объектов, обеспечивающих общественно значимые функции¹⁵².

С 1 января 2019 г. минимальный размер компенсационного фонда — 50 млн рублей¹⁵³. Информация о размерах компенсационного фонда является открытой и подлежит размещению СРО на ее официальном сайте в сети Интернет (ч. 2 ст. 7 Закона о СРО). Согласно докладу Минэкономразвития России о саморегулировании совокупный размер компенсационных фондов СРО арбитражных управляющих по состоянию на 1 января 2019 г. составил 2 035 492 368 рублей. Средний размер компенсационного фонда СРО АУ, таким образом, составил 41 540 660,6 рубля.

Законом о банкротстве (п. 13 ст. 25.1) установлена обязанность саморегулируемых организаций осуществлять размещение средств компенсационных фондов в целях их сохранения и прироста. Размещение средств компенсационных фондов, их инвестирование осуществляются управляющими компаниями на основании договора доверительного управления, а контроль за размещением средств — специализированными депозитариями по договору об оказании услуг (отбор происходит на конкурсной основе). Данную модель законодатель заимствовал из Федерального закона от 29 ноября 2001 г. № 156-ФЗ «Об инвестиционных фондах», очевидно, посчитав ее успешной.

Вместе с тем согласно информации, представленной в докладе Минэкономразвития России о саморегулировании, в ряде случаев средства компенсационных фондов размещены в кредитных организациях (табл. 6).

Таблица 6

Способы размещения средств компенсационных фондов СРО арбитражных управляющих

2016 год

2017 год

2018 год

Управляющая компания

43 (88%)

41 (84%)

45 (92%)

Банк

6 (12%)

5 (10%)

2 (4%)

Управляющая компания + банк

0

3 (6%)

2 (4%)

Коллегиальному органу управления СРО арбитражных управляющих надлежит утвердить инвестиционную декларацию компенсационного фонда СРО, в соответствии с условиями которой его средства допускается размещать исключительно в определенные виды ценных бумаг (например, паи ПИФов, акции акционерных инвестиционных фондов); денежные средства в рублях и в иностранную валюту на счетах в российских кредитных организациях, в том числе депозиты, причем с учетом ограничений, предусмотренных в п. 20 ст. 25.1 Закона о банкротстве. Так, упомянутые в п. 19 данной статьи государственные ценные бумаги, акции и облигации российских эмитентов, ипотечные ценные бумаги должны обращаться на организованном рынке ценных бумаг.

Законодателем неслучайно указано сначала на размещение средств компенсационного фонда в целях их сохранения и прироста и лишь затем на инвестирование. Компенсационный фонд, в который все члены СРО обязаны сделать отчисления, является гарантом имущественной ответственности каждого арбитражного управляющего перед лицами, участвующими в деле о банкротстве и иными лицами. Компенсационный фонд формируется изначально в денежной форме из расчета точно определенной в нормативных актах суммы на одного члена СРО. В случае уменьшения размера компенсационного фонда на сумму, меньшую, чем установлено в нормативном акте на одного члена СРО, перестает действовать обозначенная гарантия обеспечения имущественной ответственности.

Согласно п. 17 ст. 25.1 Закона о банкротстве доход, полученный от размещения средств компенсационного фонда саморегулируемой организации, направляется на его пополнение, покрытие расходов, связанных с обеспечением надлежащих условий инвестирования средств компенсационного фонда саморегулируемой организации, в том числе на выплату вознаграждения управляющей компании и уплату налогов и иных обязательных платежей, обязанность по уплате которых возникает в связи с получением дохода от размещения средств компенсационного фонда СРО арбитражных управляющих.

При переходе из одной СРО в другую, как, впрочем, и в случае прекращения членства по любому основанию, включая добровольный выход, не подлежат возврату ранее уплаченные вступительные, членские взносы и отчисления в компенсационный фонд (ч. 13 ст. 13 Закона о СРО). Аналогичная позиция нашла отражение в п. 10 ст. 25.1 Закона о банкротстве: расходование компенсационного фонда СРО арбитражных управляющих на цели, не предусмотренные данной статьей, в том числе на выплату или возврат взносов членам саморегулируемой организации, не допускается.

Отметим, что на имущество, составляющее компенсационный фонд, не может быть обращено взыскание по обязательствам СРО и ее членов, если такие обязательства не связаны с осуществлением компенсационных выплат. Это еще раз подтверждает строго целевой характер использования имущества, составляющего средства компенсационного фонда.

r_d Такая позиция законодателя поддержана и в юридической литературе. По мнению С. П. Гришаева и А. В. Овчинниковой, когда судебный пристав-исполнитель вопреки норме п. 12 ст. 25.1 Закона о банкротстве станет производить взыскание на имущество, составляющее компенсационный фонд СРО арбитражных управляющих, по обязательствам саморегулируемой организации, а также по обязательствам членов СРО, если такие обязательства не связаны с осуществлением компенсационных выплат, то требование кредитора, обратившегося с целью взыскания убытков из фонда в связи с причиненными ему арбитражным управляющим убытками, останется неудовлетворенным по причине недостаточности денежных средств. Компенсационный фонд предназначен для финансового обеспечения ответственности по возмещению убытков, причиненных членами саморегулируемой организации при исполнении обязанностей арбитражных управляющих¹⁵⁴.

Даже в случае утраты некоммерческой организацией статуса саморегулируемой (п. 13 ст. 25.1 Закона о банкротстве) средства, зачисленные на счет национального объединения, могут быть использованы только для осуществления выплат в связи с наступлением субсидиарной ответственности СРО по обязательствам о возмещении убытков, причиненных членом такой СРО, вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязательств в деле о банкротстве.

r_d По мнению Ю. Г. Лесковой, такое положение вряд ли отвечает интересам членов СРО, поскольку лишает каких-либо прав на возврат указанных средств. Автор предлагает установить сроки, на период которых указанные средства зачисляются на счет национального объединения, и механизм дальнейшего возврата членам бывшей СРО причитающихся им сумм от внесенных взносов в компенсационный фонд¹⁵⁵.

Если на момент ликвидации СРО АУ национальное объединение СРО арбитражных управляющих не зарегистрировано, средства компенсационного фонда с целью соблюдения требований законодательства целесообразно внести в депозит нотариуса, применяя по аналогии ст. 327 ГК РФ. В частности, так поступила в 2019 году ассоциация «Первая СРО АУ». Высказывается мнение, что в подобной ситуации возможно внесение средств компенсационного фонда в депозит суда.

Таким образом, компенсационный фонд является гарантом обеспечения имущественной ответственности членов СРО, что обусловливает возложение на них обязанности сохранения средств этого фонда. Поэтому средства, израсходованные из компенсационного фонда, подлежат восстановлению. Иными словами, когда за счет средств компенсационного фонда производится возмещение причиненного вреда членом СРО, его пополнение производится за счет средств как самого виновного члена СРО, так и других членов СРО.

Как установлено в п. 1 ст. 25.1 Закона о банкротстве, арбитражные управляющие обязаны участвовать в формировании компенсационного фонда СРО для осуществления компенсационных выплат в связи с возмещением убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражными управляющими своих обязанностей в деле о банкротстве.

Требование о компенсационной выплате может быть предъявлено к саморегулируемой организации лицом, в пользу которого принято решение о взыскании убытков, только при одновременном наличии следующих условий:

— недостаточность средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков;

— отказ арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворение арбитражным управляющим этого требования в течение 30 рабочих дней с даты его предъявления.

r_cp Так, суд удовлетворил требование о взыскании со СРО арбитражных управляющих компенсационной выплаты, указав, что п. 6 ст. 25.1 Закона о банкротстве установлена последовательность действий лица, требующего компенсационную выплату. При отказе арбитражного управляющего удовлетворить требование такого лица или неудовлетворении арбитражным управляющим этого требования в течение 30 рабочих дней с даты его предъявления, соответствующее требование предъявляется к страховщику, а при недостаточности средств, полученных по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего, для возмещения причиненных им убытков соответствующее требование может быть предъявлено к саморегулируемой организации¹⁵⁶.

При несоблюдении одного из упомянутых условий соответствующее требование не подлежит удовлетворению.

r_cp Так, ФАС Дальневосточного округа в постановлении от 29 ноября 2012 г. № Ф03-5675/2012 по делу № А73-5925/2012 отказал в удовлетворении требования уполномоченного органа о взыскании компенсационной выплаты из средств компенсационного фонда, так как не подтверждена недостаточность страхового возмещения для покрытия установленных судебным решением убытков¹⁵⁷.

Согласно докладу Минэкономразвития России о саморегулировании в 2018 году за счет средств компенсационных фондов СРО было произведено 19 выплат на сумму 72 335 233 руб., в 2017 году — 16 выплат на сумму 48 380 503 руб., в 2016 году — 12 выплат на сумму 33 844 092 рубля.

Требование о компенсационной выплате можно предъявить к СРО, членом которой арбитражный управляющий являлся на дату совершения действий (бездействия), повлекших за собой причинение убытков, или к национальному объединению СРО арбитражных управляющих. Последнее возможно, если такому объединению передано имущество, составляющее компенсационный фонд. Для получения выплаты к требованию необходимо приложить комплект документов, перечисленных в п. 5 ст. 25.1 Закона о банкротстве. Осуществление выплаты или отказ в ней должны быть произведены в течение 60 календарных дней с даты получения соответствующего требования. СРО может отказать в компенсационной выплате в следующих случаях:

— убытки возмещены в полном размере за счет страховых выплат;

— арбитражный управляющий не являлся членом СРО;

— к требованию о компенсационной выплате не приложены необходимые документы.

r_cp Так, саморегулируемая организация ссылалась на наличие у нее интереса в отстранении конкурсного управляющего, исключенного из числа ее членов, обосновывая это несением ответственности за действия этого управляющего средствами компенсационного фонда (ст. 25.1 Закона о банкротстве), так как продолжение деятельности конкурсного управляющего может привести к увеличению объема ответственности названной саморегулируемой организации. Суд, отказывая в отстранении, указал на несостоятельность данного довода. В соответствии с п. 4 ст. 25.1 Закона о банкротстве требование о компенсационной выплате из компенсационного фонда СРО арбитражных управляющих может быть предъявлено к саморегулируемой организации, членом которой являлся арбитражный управляющий на дату совершения действий или бездействия, повлекших за собой причинение убытков. Таким образом, саморегулируемая организация не отвечает за действия арбитражного управляющего, совершенные им после прекращения членства в упомянутой организации¹⁵⁸.

Согласно п. 11 ст. 25.1 Закона о банкротстве не допускается осуществление компенсационной выплаты в размере более 50% компенсационного фонда СРО арбитражных управляющих по соответствующему требованию применительно к одному случаю причинения убытков.

Судебной практике известны случаи обращения СРО арбитражных управляющих в Верховный Суд РФ¹⁵⁹ с заявлениями о пересмотре в кассационном порядке судебных актов по делам о взыскании убытков за счет средств компенсационного фонда. Однако, как правило, заявители получают отказ в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ, поскольку нижестоящие суды полно и всесторонне исследовали представленные доказательства и правильно применили нормы Закона о банкротстве.

r_cp Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих “Южный Урал”» отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ по причине отсутствия предусмотренных АПК РФ оснований: суды нижестоящих инстанций правомерно исходили из доказанности совокупности условий, необходимых для взыскания из компенсационного фонда ассоциации убытков, причиненных конкурсным управляющим — членом данной СРО АУ¹⁶⁰.

§ 5. Объединения саморегулируемых организаций арбитражных управляющих

В соответствии со ст. 26.1 Закона о банкротстве СРО АУ вправе создавать объединения и быть их членами. Данная статья закрепляет основы правового положения национального объединения саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, под которым понимается некоммерческая организация, которая основана на членстве, создана саморегулируемыми организациями, объединяет в своем составе более чем 50% всех саморегулируемых организаций, сведения о которых включены в единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, и целью деятельности которой является формирование согласованной позиции арбитражных управляющих по вопросам регулирования осуществляемой ими деятельности (ст. 2 Закона о банкротстве).

Законом о банкротстве (п. 9, 10 ст. 26.1) закреплены права и обязанности национального объединения СРО арбитражных управляющих, укажем некоторые из них. Права: разрабатывать федеральные стандарты и единую программу подготовки арбитражных управляющих; представлять интересы СРО в их отношениях с органами государственной власти РФ и субъектов РФ, органами местного самоуправления; защищать права и законные интересы СРО АУ, формировать предложения о совершенствовании правового и экономического регулирования деятельности АУ и др. Обязанности: обеспечивать сохранность переданных компенсационных фондов СРО и осуществлять выплаты из них; устанавливать перечень обязательных сведений, включаемых СРО в реестр арбитражных управляющих, и порядок ведения такого реестра; устанавливать порядок и периодичность сбора, обработки и хранения СРО информации о деятельности своих членов и др.

В Российской Федерации было создано национальное объединение СРО АУ. Так, в единый государственный реестр саморегулируемых организаций арбитражных управляющих 3 июля 2009 г. за номером 0028 были включены сведения о Российском союзе саморегулируемых организаций арбитражных управляющих как о национальном объединении СРО АУ (http://www.rssoau.ru). По состоянию на 1 января 2019 г. в Союз входило 30 СРО АУ. Однако РССОАУ утратил статус национального объединения в связи с исключением из единого государственного реестра СРО АУ 18 ноября 2019 г. по заявлению данного объединения. Основание исключения – количество членов национального объединения СРО АУ составило менее 50% всех саморегулируемых организаций, сведения о которых включены в единый государственный реестр СРО АУ (абз. 3 п. 6 ст. 26.1 Закона о банкротстве). На дату написания настоящей главы новое национальное объединение СРО АУ не создано.

Раздел 3.
ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ МЕХАНИЗМ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛ О БАНКРОТСТВЕ

Глава 8.
ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ О ПОРЯДКЕ РАССМОТРЕНИЯ ДЕЛА О БАНКРОТСТВЕ СУДОМ

§ 1. Характеристика процессуальной формы правоотношений в сфере банкротства

Поскольку банкротство является комплексным правовым институтом, раздельное рассмотрение материальных и процессуальных норм, регулирующих отношения в сфере банкротства, теоретически не обоснованно и не удобно. Например, нельзя охарактеризовать полномочия суда по рассмотрению заявления о признании должника банкротом в отрыве от компетенции первого собрания кредиторов.

Процессуальная форма правоотношений в сфере банкротства, в свою очередь, также становится комплексной. Речь, разумеется, идет не о разноотраслевой принадлежности соответствующих норм: дела о банкротстве рассматриваются арбитражными судами, и нормы об этом относятся к гражданскому процессу, — имеется в виду сочетание различных моделей (например, искового и особого производства), подходов (например, континентального и англо-американского), режимов (банкротства, доказывания и т. д.) и, более широко, сложность процессуальной составляющей дела о банкротстве — той, где обязательно присутствует суд, рассматривающий дело.

Это вынуждает остановиться на некоторых процессуальных аспектах банкротства отдельно.

Из чего состоит дело о банкротстве в суде? Как отграничить дело о банкротстве от иных судебных дел против должника? Как распределяется бремя доказывания в деле о банкротстве? Какие акты принимает суд в ходе и по результатам его рассмотрения? Как они обжалуются? На эти и некоторые другие более или менее общие вопросы постараемся дать ответы.

Для начала необходимо уяснить, как отражается комплексный характер правоотношений в сфере банкротства на их процессуальной форме.

1. Приоритет Закона о банкротстве.

В соответствии с ч. 1 ст. 233 АПК РФ дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве. Такая же норма содержится в п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве.

Иными словами, установлен приоритет специальных норм комплексного Закона о банкротстве перед общими нормами моноотраслевого АПК РФ. По сравнению с последним Закон о банкротстве предусматривает совершенно особенный порядок возбуждения и рассмотрения дела.

2. Отсутствие в Законе о банкротстве процессуальной главы.

В структуре Закона о банкротстве процессуальные нормы в отдельную главу не выделены и не могут быть выделены, поскольку процессуальная форма является всеобъемлющей и охватывает все правоотношения в сфере банкротства.

Название главы III «Разбирательство дел о банкротстве в арбитражном суде» не должно вводить в заблуждение, поскольку она содержит лишь выборочные и, надо признать, расположенные без особой системы процессуальные нормы, которым разработчики закона не нашли лучшего места в других его главах¹⁶¹. Так, ст. 34 и 36 определяют лиц, участвующих в деле о банкротстве, и статус их представителей. Это имеет значение для дела о банкротстве в целом, а не только той его части, которая рассматривается в суде. Статьи 37–49 посвящены этапу возбуждения производства по делу о банкротстве. Они смотрелись бы логичнее в главе IV «Наблюдение». Статьи 53–56 о признании должника банкротом генетически связаны с главой VII «Конкурсное производство». Статья 60 устанавливает субсидиарный порядок рассмотрения судом заявлений, жалоб, ходатайств. То есть речь идет об отдельной категории обособленных споров в деле о банкротстве.

Остаются ст. 32, 33, 35, 50–52, 57–59, 61, которые содержат разнородные — от подсудности до судебных расходов — процессуальные нормы общего характера. В соответствии с п. 2 ст. 32 Закона о банкротстве нормы главы III применяются субсидиарно по отношению к иным положениям данного закона. Поэтому, например, в оформлении заявления гражданина о признании его банкротом необходимо руководствоваться ст. 213.4, а не ст. 37 и 38 Закона о банкротстве.

Важные общие процессуальные нормы содержатся за рамками главы III, например, в ст. 61.8 (порядок рассмотрения заявлений об оспаривании сделок), 61.16, 61.19, 61.21 (порядок рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности), ст. 71, 100 (порядок рассмотрения требований кредиторов).

Таким образом, чтобы изучить арбитражный процесс по делу о банкротстве, надо прочитать весь Закон о банкротстве, а не только его главу III.

3. Производство по делу о банкротстве — самостоятельный вид гражданского судопроизводства.

К какому виду судопроизводства отнести процесс по делу о банкротстве — вопрос дискуссионный. В литературе имеется устоявшийся за более чем столетие набор аргументированных позиций, периодически появляются их модификации.

а) Кредитор через процедуру банкротства пытается получить деньги с должника, но последний оспаривает требование кредитора — не похоже ли это на типичное исковое дело?

б) Если посмотреть с другой стороны, то главное не спор — его ведь может и не быть, — а юридический факт несостоятельности, который должен установить суд: в таком случае налицо аналогия с особым производством.

в) Сместив акцент, увидим: в деле о банкротстве между кредиторами распределяется присужденное; не может ли оно поэтому являться исполнительным производством?

г) Однако с учетом особых властных полномочий суда его, возможно, вообще следует отнести к административному процессу.

Эти и иные теории читатель может самостоятельно изучить и критически осмыслить¹⁶². Желательно вернуться к этому вопросу в конце освоения курса.

Господствующее мнение не относит дело о банкротстве к исковым. Помимо отсутствия спора в его классическом «исковом» понимании обоснованием этому служит нетипичный для искового производства механизм формирования коллективной воли сторон, прежде всего, кредиторов: принуждение меньшинства большинством. Какие это имеет практические следствия? Рассмотрим следующий пример. Было высказано мнение, что встречный иск в деле о банкротстве не запрещен, а потому возможен¹⁶³. На практике это мнение не нашло подтверждения¹⁶⁴. Исходя из того, что раз в деле о банкротстве нет иска, то не может быть и встречного иска, суды возвращают такие иски заявителям.

Отличием производства по делу о банкротстве от искового производства является ограниченное применение принципа диспозитивности, что обусловлено необходимостью обеспечения баланса интересов должника, его кредиторов, работников, инвесторов и публично-правовых образований. То, что полезно одному, может вредить всем остальным, поэтому диспозитивные права в процессе всегда соизмеряются с целями института банкротства как такового.

Ограничение диспозитивности наглядно демонстрируется широким применением в деле о банкротстве п. 5 ст. 49 АПК РФ о праве суда не принять отказ от требований или признание требований, если такие отказ или признание противоречат интересам третьих лиц.

Так, с момента введения наблюдения суд не примет отказ заявителя по делу о банкротстве от его требования к должнику (п. 11 постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», далее — ПП № 35), суд также не примет отказ от требования о признании недействительной сделки должника или о привлечении контролирующих его лиц к субсидиарной ответственности.

Не будет принято судом признание должником требований кредитора, причем не только в рамках банкротства, но и в деле, рассматриваемом в общеисковом порядке (п. 43 ПП № 35). Не применяется ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, поэтому даже если должник не оспаривает задолженность, она все равно подлежит доказыванию кредитором (п. 26 ПП № 35).

В приведенных примерах рассматриваемые судом требования затрагивают интересы всех участников дела, а не только заявителя и ответной стороны, а потому желание этих последних прекратить спор не может быть свободно реализовано.

Поскольку производство по делу о банкротстве выделено в условную, но все-таки отдельную главу 28 АПК РФ из трех статей (две из которых отсылочные), простейшим решением будет считать это производство самостоятельным видом гражданского судопроизводства. Такое решение пока не дискредитировало себя на практике, а, напротив, позволяет внедрять в ней разнообразные нетипичные для гражданского процесса инструменты (например, стандарт доказывания).

§ 2. Движение дела о банкротстве в суде

Дело о банкротстве возбуждается путем подачи в суд заявления о признании должника банкротом.

Установлены исключительная компетенция и подсудность дел о банкротстве арбитражному суду по месту нахождения (жительства) должника.

В некоторых странах, например, в США и Китае, функционируют специализированные суды по банкротству. В России же специализация осуществляется внутри арбитражных судов — посредством создания в них судебных составов по рассмотрению дел о банкротстве.

С этапом подачи заявления о признании должника банкротом связано явление «банкротного туризма» — искусственного изменения территориальной подсудности дела посредством формальной смены должником места нахождения (жительства) непосредственно перед возбуждением дела в суде. Таким путем должник выбирает «удобные» ему суд и налоговый орган, а также создает препятствия для реализации прав кредиторами.

Судебная практика пытается бороться с данной проблемой, используя общее правило ст. 10 ГК РФ о запрете злоупотребления правом.

В отношении должников — физических лиц в этом помогает п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 13 октября 2015 г. № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан». В соответствии с ним место, указанное в документах регистрационного учета, не является, как мы утверждаем при решении иных юридических дел, а лишь предполагается местом жительства должника. Презумпция может быть опровергнута: если суду представлены убедительные доводы и доказательства, подтверждающие сомнения в соответствии данных регистрационного учета — реальному положению дел, то на должника переходит бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих о фактическом переезде и наличии объективных причин для этого. При этом чем ближе дата смены регистрационного учета к дате возбуждения дела о банкротстве, тем вероятнее, что действия должника являются недобросовестными¹⁶⁵.

Такой механизм позволяет передать дело в порядке ст. 39 АПК РФ на рассмотрение арбитражного суда по месту фактического жительства должника, которое в новейшей практике стало обозначаться как центр тяготения экономических интересов должника, что является аналогом известного из европейского права понятия «centre of main interest» или «COMI» (англ. «центр основного интереса»).

В отношении юридических лиц подобная практика пока не сформировалась. Однако внезапная смена местонахождения в преддверии банкротства учитывается при рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Дело о банкротстве рассматривается арбитражным судом первой инстанции единолично, без привлечения арбитражных заседателей. Поскольку в деле о банкротстве присутствует публичный интерес, оно не может быть передано на рассмотрение третейского суда.

Заявление о признании должника банкротом, если оно подано в установленном порядке, принимается к производству определением суда. Это знаменует момент возбуждения дела о банкротстве — одну из ключевых дат, от которой, в частности, отсчитываются периоды подозрения и предпочтения, контроля и заинтересованности (ст. 61.2 и 61.3, 19 и 61.10 Закона о банкротстве соответственно).

Закон о банкротстве связывает правовые последствия также с датой направления заявления о признании должника банкротом в суд¹⁶⁶ и с датой поступления этого заявления в суд. От последней из указанных дат, в частности, исчисляется срок рассмотрения дела о банкротстве, который составляет 7 месяцев, но может быть продлен до 10 месяцев¹⁶⁷. В течение этого периода должна быть введена и закончена процедура наблюдения.

Рассмотрение требований заявителя, конкурсных кредиторов, иные действия суда при введении и проведении процедуры наблюдения образуют подготовку дела к судебному разбирательству (п. 13 постановления Пленума ВАС РФ от 8 апреля 2003 № 4 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее — ПП № 4)¹⁶⁸. Эта подготовка совсем не похожа на ту, которая предусмотрена главой 14 АПК РФ. В отличие от обычного процесса в деле о банкротстве большинство процессуальных действий совершается на этапе подготовки дела к судебному разбирательству. Само же рассмотрение дела, то есть разрешение судом вопроса о признании должника банкротом, обычно осуществляется в рамках одного судебного заседания, поскольку в ходе подготовки уже выявлены основания для того или иного вывода суда по этому вопросу.

Предварительные заседания в порядке главы 14 АПК РФ по делу о банкротстве не проводятся. Это означает, что суд сразу приступает к рассмотрению по существу каждого возникающего перед ним в рамках дела о банкротстве вопроса и решает указанные в ст. 133 АПК РФ задачи (определение состава участников процесса, предмета доказывания и т. д.) по ходу такого рассмотрения.

По результатам рассмотрения дела о банкротстве суд должен принять один из предусмотренных ст. 52 Закона о банкротстве судебных актов¹⁶⁹. При толковании данной нормы необходимо учитывать, что с решением о признании должника банкротом, определением о введении финансового оздоровления либо внешнего управления производство по делу о банкротстве не оканчивается, а продолжается в рамках соответствующей процедуры банкротства¹⁷⁰.

Например, в случае принятия решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, хотя дело по существу и рассмотрено, суду нужно разрешить вопросы, связанные с последствиями несостоятельности должника (о судьбе имущества должника, о расчетах с кредиторами и т. д.). Если же введена реабилитационная процедура, то рассмотрение дела продолжается, так как гипотеза о несостоятельности должника еще не опровергнута.

Производство, следующее за принятием судебного акта в соответствии со ст. 52 Закона о банкротстве, обычно является более длительным, чем подготовка и рассмотрение дела. Так, конкурсное производство вводится на 6 месяцев и может продлеваться на этот же срок неограниченное число раз (п. 2 ст. 124 Закона о банкротстве, п. 50 ПП № 35).

§ 3. Обособленные споры в деле о банкротстве

Рассмотрение дела о банкротстве одного должника предполагает решение массы вопросов, среди которых есть общие, касающиеся должника в целом и всех заинтересованных в его судьбе лиц, а есть частные, например, относящиеся к требованиям отдельного кредитора. Движение дела о банкротстве по существу зависит от множества локальных решений, что вынуждает структурировать судопроизводство, разграничить разрешаемые в нем общие и частные вопросы и предусмотреть отдельный порядок рассмотрения судом тех и других.

В связи с этим в рамках единого дела о банкротстве выделяют основное и производные дела. Последние иначе называются обособленными спорами (п. 14 ПП № 35).

Под основным делом следует понимать производство по рассмотрению судом вопросов, касающихся применения (введения, продления, завершения) процедур банкротства и окончания (прекращения, завершения) дела о банкротстве. Основное дело призвано решить вопрос о судьбе должника по существу: сохранить его в обороте или ликвидировать. Судебные акты, принимаемые в рамках основного дела, перечислены в ст. 52 Закона о банкротстве как выносимые по результатам рассмотрения всего дела о банкротстве.

Обособленными спорами являются производства по рассмотрению судом локальных вопросов, возникающих в ходе проведения конкретной процедуры банкротства. Обособленные споры — прикладной инструмент, призванный организовать и упростить судопроизводство.

В рамках обособленного спора рассматриваются: требования кредиторов, заявления об оспаривании сделок должника, о привлечении к ответственности контролирующих лиц, об оспаривании решений собрания или комитета кредиторов, об истребовании управляющим документации и материальных ценностей у руководителя должника, жалобы на действия управляющего, иные разногласия и заявления в порядке ст. 60 Закона о банкротстве. Круг вопросов, которые могут рассматриваться в рамках обособленных споров, неопределенно широк.

Вместе с тем понятие обособленного спора является умозрительным, поскольку четкие критерии его отграничения от основного дела нигде не установлены.

Например, существует неопределенность, к какой категории отнести производство по заявлению кредитора о признании должника банкротом¹⁷¹. С одной стороны, оно похоже на обособленный спор о включении требований в реестр, с другой — этим заявлением инициируется дело о банкротстве в целом. При рассмотрении требований заявителя суд устанавливает не только их обоснованность, но и наличие условий, свидетельствующих о возможном наличии у должника признаков банкротства, что затрагивает интересы всех кредиторов, а не только первого обратившегося. Это дает основания для отнесения такого производства к основному делу.

То же самое касается вопросов утверждения, освобождения, отстранения арбитражных управляющих. Поскольку управляющий является ключевой фигурой для дела о банкротстве в целом, нет оснований считать вопрос о его назначении локальным и относить его разрешение к разряду обособленных споров, хотя в ПП № 35 приводится именно такая квалификация.

В литературе предпринимаются попытки сформулировать признаки обособленных споров¹⁷². Среди приводимых вариантов стоит обратить внимание на такие, как факультативность, исковой характер и обособленность.

Комментируя первый из указанных признаков, следует признать, что производство по основному делу предопределено внутренней логикой процедуры банкротства и представляет собой последовательность этапов и стадий, относительно предсказуемо сменяющих друг друга. Все вопросы, которые необходимо и достаточно решить для движения дела по предначертанному законом «маршруту», относятся к основному производству.

В сравнении с этим обособленные споры являются факультативными: конкурсных кредиторов теоретически может и не быть, сделки должника могут и не оспариваться и т. д. Их наличие обусловлено складывающейся в деле о банкротстве конкретной процессуальной ситуацией.

В то же время и основное дело о банкротстве может развиваться по разным сценариям в зависимости от выбранной процедуры, наличия источника финансирования расходов по делу и ряда других обстоятельств. Непрямолинейность основного производства, иначе говоря, присущая ему и без учета обособленных споров альтернативность, лишает близкое по смыслу свойство факультативности какого-либо объясняющего значения применительно к анализируемому понятию обособленного спора.

Об исковом характере обособленных споров говорит их название. Как известно, наличие спора о праве характеризует исковое производство, к которому дело о банкротстве в целом не относится, но обособленные споры, по-видимому, относиться должны.

Данный подход основан на аналогиях: включение требований в реестр — иск о взыскании задолженности; привлечение к субсидиарной ответственности — иск о взыскании убытков и т. д. Такие очевидные корреляции дают основание для утверждения о том, что рассмотрение обособленных споров осуществляется в исковом или квазиисковом порядке¹⁷³.

Однако и этот признак вряд ли можно считать универсальным для всех обособленных споров. Например, в порядке ст. 60 Закона о банкротстве разрешаются не только разногласия, но и различные заявления, ходатайства, не предполагающие спор о праве¹⁷⁴. Таким образом, обособленные споры разнородны и не всегда их можно отнести к исковому порядку судопроизводства.

Введенный Пленумом ВАС РФ в оборот термин «обособленные споры» более точен в первой своей половине: ключевым признаком производных дел является их обособленность, которая проявляется в следующем.

1. Различен состав участвующих в арбитражном процессе лиц.

Благодаря тому, что процессуальные действия, относящиеся к конкретному вопросу в рамках единого дела о банкротстве, локализуются в обособленном споре, суд имеет возможность рассматривать вопросы последовательно и с участием только тех лиц, которых эти вопросы касаются. Поэтому в каждом обособленном споре имеется свой состав участников.

2. Процедура рассмотрения обособленных споров относительно автономна от основного производства.

Так, приостановление производства по основному делу не препятствует рассмотрению обособленных споров, что следует из ст. 58 Закона о банкротстве.

Более того, обособленные споры могут продолжать рассматриваться даже тогда, когда производство по основному делу прекращено (например, вследствие отсутствия источника финансирования расходов по делу о банкротстве) или завершено, а должник ликвидирован, что в обычном процессе влекло бы прекращение производства по делу на основании п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

В частности, прекращение производства по основному делу не препятствует рассмотрению жалобы на судебный акт по обособленному спору (п. 19 ПП № 35), поскольку иное нарушало бы право на судебную защиту. Однако обособленность споров все же относительна, поэтому последствия рассмотрения такой жалобы могут быть различными в зависимости от того, мог ли быть иным исход основного дела при ином решении по обособленному спору.

Если мог, то суд проверочной инстанции отменяет неправильный акт и принимает решение по существу. Например, если по первой инстанции необоснованно отказано в удовлетворении заявления о привлечении контролирующего лица к ответственности, то апелляционный суд, удовлетворяя жалобу, должен вынести постановление об удовлетворении такого заявления, несмотря на завершение конкурсного производства. Ведь конкурсная масса была сформирована не в полном объеме, и кредиторы недополучили причитающееся с контролирующих лиц¹⁷⁵. Определение о завершении конкурсного производства в данном случае может быть пересмотрено в порядке главы 37 АПК РФ, и производство по основному делу о банкротстве будет реанимировано¹⁷⁶.

Если не мог, то суд отменяет неправильный акт, но не разрешает вопрос по существу, а оставляет обращение заявителя по обособленному спору без рассмотрения применительно к п. 4 ч. 1 ст. 148 АПК РФ (как не подлежащее рассмотрению в деле о банкротстве). Так будет, например, в случае отмены определения суда первой инстанции об отказе во включении требований кредитора в реестр в деле о банкротстве, производство по которому прекращено за отсутствием источника финансирования. Ведь никаких расчетов с кредиторами не было и в рамках данного дела уже быть не может.

3. Возможно рассмотрение обособленных споров разными судьями.

По общему правилу, установленному в ч. 2 ст. 18 АПК РФ, любое судебное дело, включая дело о банкротстве, рассматривается одним и тем же судьей или составом суда.

На практике допускаются исключения из этого правила, санкционированные п. 46 ПП № 35: некоторые обособленные споры могут рассматриваться не судьей, который ведет основное дело, а другим. Это возможно при следующих условиях.

Во-первых, речь идет лишь о двух категориях обособленных споров — оспаривание сделок должника и установление предусмотренных ст. 201.8 Закона о банкротстве требований к застройщику.

Во-вторых, привлечение другого судьи осуществляется в случае необходимости с учетом нагрузки судей, то есть в исключительных случаях, а не повсеместно.

В-третьих, для рассмотрения обособленного спора назначается не любой другой судья, а из того же суда и с учетом специализации судей.

4. Материалы обособленных споров формируются отдельно от материалов основного дела.

Согласно п. 21.8 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной и кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума ВАС РФ от 25 декабря 2013 г. № 100, материалы дела о банкротстве включают в себя тома по основному делу и тома по каждому обособленному спору. При обжаловании судебного акта по обособленному спору в вышестоящий суд направляются тома только по этому спору, что обеспечивает организационную возможность продолжать рассмотрение дела в неоспариваемой части в суде первой инстанции.

Обособленному спору присваивается свой номер дополнительно к номеру дела о банкротстве. Так, если обычно номер арбитражного дела имеет формат: А40-12345/19, то номер обособленного спора указывается так: А40-12345-001/19, где 001 — порядковый номер спора в данном деле о банкротстве. Однако техническая возможность формировать номера дел подобным образом реализована лишь в некоторых судах, например, в Арбитражном суде Ямало-Ненецкого округа. В Москве, Санкт-Петербурге и большинстве других судов индексирование обособленных споров производится по усмотрению судей¹⁷⁷.

§ 4. Судебные акты по делу о банкротстве

За исключением решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства, все остальные акты по делу о банкротстве принимаются судом первой инстанции в форме определений. Целесообразно провести классификацию актов по делу о банкротстве, поскольку во многих случаях основания для их вынесения похожи, а последствия и порядок обжалования сильно разнятся. Понимание системы актов позволит предотвратить путаницу.

Для начала стоит упомянуть об актах по процедурным вопросам, не разрешающих по существу никакой вопрос, касающийся существа дела о банкротстве. В рамках этой категории можно выделить:

— акты, принимаемые в соответствии с АПК РФ (об отложении разбирательства, об истребовании доказательств и др.);

— акты, принимаемые в соответствии с Законом о банкротстве (определения о принятии заявления о признании должника банкротом, об отказе в этом, о возвращении заявления, а также о продлении процедуры, о назначении экспертизы фиктивного или преднамеренного банкротства и т. д.).

Более интересны акты, выносимые по результатам рассмотрения обособленного спора или основного дела о банкротстве.

Акты по существу обособленного спора отвечают на конкретный локальный вопрос в рамках дела о банкротстве, но они не определяют движение дела в целом. К этой группе относятся, например, определения о включении требования в реестр, о признании сделки должника недействительной и т. д. С учетом судебной практики сюда относятся определения по результатам проверки обоснованности требований заявителя, а также по вопросам освобождения и отстранения арбитражного управляющего, хотя, как отмечалось ранее, эти вопросы должны входить в предмет основного производства.

К таким определениям применяются отдельные нормы АПК РФ о судебных решениях. В частности, при отмене таких определений в апелляционном порядке суд руководствуется полномочиями, предусмотренными ст. 269 АПК РФ (как при обжаловании решения), а не ст. 272 АПК РФ (как при обжаловании определения), и не вправе направить вопрос на повторное рассмотрение в суд первой инстанции¹⁷⁸.

Акты по существу основного дела можно разделить на акты, выносимые по результатам: рассмотрения дела о банкротстве; процедуры банкротства; и дела, и процедуры. Рассмотрим эти подвиды подробно.

Судебные акты, принимаемые по результатам рассмотрения дела о банкротстве, — это те, которые перечислены в ст. 52 Закона о банкротстве, определяют движение (переход из одной процедуры в другую) и конец основного дела. Это следующие акты.

1. Решение о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

Его особенность заключается в том, что оно не является бесповоротным. Согласно ст. 53 Закона о банкротстве после принятия такого решения суд может вынести определение о прекращении конкурсного производства и о переходе ко внешнему управлению, если есть предусмотренные ст. 146 Закона о банкротстве основания.

2. Определение об отказе в признании должника банкротом.

В соответствии со ст. 55 Закона о банкротстве суд отказывает в признании должника банкротом в случае отсутствия признаков банкротства, предусмотренных ст. 3 Закона о банкротстве, и в иных предусмотренных законом случаях¹⁷⁹. Отказ в признании должника банкротом влечет отмену всех ограничений, примененных к должнику в соответствии с Законом о банкротстве (ст. 56).

Такие определения на практике выносятся нечасто. Ведь наличие признаков банкротства в общих чертах оценивается уже на этапе проверки обоснованности требований заявителя по делу о банкротстве. Если из заявления не следует наличие признаков банкротства, наблюдение не вводится, соответственно, и вопрос об отказе в признании должника банкротом не возникает.

Ссылка на ст. 55 Закона о банкротстве используется судами для обоснования отказа во введении упрощенной процедуры банкротства по причине недоказанности наличия признаков отсутствующего должника¹⁸⁰ (за неимением иной нормы, на которую можно сослаться).

Можно себе представить применение данной статьи в деле о банкротстве, возбужденном по заявлению самого должника, когда в ходе производства по делу оказалось, что он ошибся в предвидении собственного банкротства и на самом деле вполне платежеспособен.

3. Определение о применении иной, помимо конкурса, процедуры банкротства: о введении финансового оздоровления; о введении внешнего управления; об утверждении мирового соглашения и о прекращении производства по делу о банкротстве (это одно и то же определение).

4. Определение о прекращении производства по делу о банкротстве.

Дело о банкротстве может быть прекращено в соответствии со ст. 57 Закона в следующих случаях, зависящих от процедуры банкротства.

4.1. В процедуре наблюдения: отменен судебный акт о признании обоснованными требований заявителя, если при этом отсутствуют другие кредиторы.

4.2. В процедурах финансового оздоровления и внешнего управления: восстановлена платежеспособность должника.

4.3. В любой процедуре:

а) все кредиторы отказались от заявленных требований к должнику или должник удовлетворил все требования, включенные в реестр.

Стоит обратить внимание, что прекращение производства применяется в приоритетном порядке по сравнению с иными, на первый взгляд, подходящими к данному случаю процессуальными механизмами. Если требования кредиторов удовлетворяются в наблюдении, суд не отказывает в признании должника банкротом, а именно прекращает производство по делу, что имеет значение, в том числе, для распределения судебных расходов. Если же должнику удается рассчитаться со всеми кредиторами уже в конкурсе, то прекращение производства по делу (а не завершение конкурсного производства) позволяет учредителю или участникам должника самостоятельно решить вопрос о его дальнейшей юридической судьбе;

б) заключено мировое соглашение;

в) отсутствуют достаточные средства для финансирования процедуры банкротства.

Речь идет о судебных расходах, вознаграждении арбитражного управляющего и оплате услуг привлеченных им лиц (п. 28 постановления Пленума ВАС РФ от 23 июля 2009 г. № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 296-ФЗ “О внесении изменений в Федеральный закон “О несостоятельности (банкротстве)”», далее — ПП № 60).

Согласно п. 3 ст. 59 Закона о банкротстве если эти расходы не могут быть оплачены за счет должника, они оплачиваются заявителем. Поэтому когда бы суд ни обнаружил недостаточность имущества должника на покрытие расходов по делу — на этапе проверки обоснованности требований заявителя или уже после введения первой процедуры — он запрашивает у заявителя согласие на финансирование и может обязать его внести денежные средства на депозит суда.

Если заявитель не представит такое согласие или не внесет средства на депозит, производство по делу подлежит прекращению.

Контроль достаточности средств должника для финансирования процедуры банкротства обязан осуществлять арбитражный управляющий. При необходимости он должен своевременно обратиться в суд с ходатайством о прекращении производства по делу. В противном случае:

— управляющий лишается права на получение вознаграждения, источник оплаты которого заведомо для него отсутствовал;

— расходы на оплату услуг привлеченных управляющим лиц, которые был вынужден компенсировать заявитель, последний вправе взыскать с управляющего как убытки.

5. Определение об оставлении заявления о признании должника банкротом без рассмотрения.

Хотя такая возможность и предусмотрена в ст. 52 Закона о банкротстве, однако специальные основания для оставления заявления без рассмотрения после введения наблюдения не установлены. На практике иногда путают ст. 52 и ст. 48 Закона о банкротстве, в п. 3 которой также предусмотрены основания для оставления заявления без рассмотрения. Однако предусмотренные ст. 48 основания применяются только на этапе проверки обоснованности требований заявителя, а ст. 52 — в процессе рассмотрения дела по существу.

Оставление заявления о признании должника банкротом как исход дела может иметь место, например, в случае если после введения наблюдения обнаружено его подписание неуполномоченным лицом. Такое заявление оставляется без рассмотрения на основании ст. 52 Закона о банкротстве и общей нормы п. 7 ч. 1 ст. 149 АПК РФ.

Несмотря на то, что лишь признание должника банкротом осуществляется в форме судебного решения, а остальные акты по результатам рассмотрения дела именуются определениями, они имеют практически одинаковый статус. Порядок обжалования перечисленных определений почти полностью совпадает с порядком обжалования решений¹⁸¹ (в отличие от определений по результатам обособленных споров, которые в целом обжалуются как определения, за исключением полномочий суда апелляционной инстанции).

Перейдем к следующему подвиду судебных актов по существу основного дела о банкротстве — это судебные акты, принимаемые по результатам проведения процедур банкротства. Они указаны в следующих статьях Закона о банкротстве:

а) наблюдение — п. 1 ст. 75;

б) финансовое оздоровление — п. 3 ст. 86, п. 6 ст. 88;

в) внешнее управление — п. 6 ст. 119, п. 2 и 3 ст. 120, п. 1 ст. 122.1;

г) конкурсное производство — п. 1 ст. 149.

Такие судебные акты принимаются после выполнения всех мероприятий, входящих в содержание соответствующей процедуры, в отличие от рассмотренных выше судебных актов по ст. 52 Закона о банкротстве, которые могут быть приняты в любой момент производства по делу независимо от того, насколько продвинулась соответствующая процедура.

Акты, принимаемые по результатам процедур, делятся на две категории.

Во-первых, это акты, являющиеся одновременно результатом и процедуры, и дела о банкротстве: они предусматриваются и одной из перечисленных статей применительно к той или иной процедуре, и в ст. 52 Закона о банкротстве применительно к делу о банкротстве в целом. Например, все перечисленные в ст. 75 Закона о банкротстве акты по результатам наблюдения в соответствии со ст. 52 Закона о банкротстве также относятся к актам по результатам рассмотрения дела.

Во-вторых, это акты, которые являются результатом только процедуры, но не дела, так как рассмотрение дела либо продолжается в рамках той же процедуры, либо уже окончено. Например, определение о переходе к расчетам с кредиторами является результатом (промежуточным) процедуры внешнего управления, но рассмотрение дела о банкротстве продолжается, поскольку еще предстоит принять либо определение о прекращении производства по делу, если расчеты состоятся, либо решение о признании должника банкротом, если они будут сорваны. Другой пример — определение о завершении конкурсного производства в соответствии со ст. 149 Закона о банкротстве. Оно является результатом только процедуры, поскольку дело о банкротстве уже рассмотрено в решении о признании должника банкротом.

Такова в общих чертах классификация судебных актов по делу о банкротстве.

Следует также отметить несколько особенностей законной силы судебных актов по делу о банкротстве.

Во-первых, решение многих вопросов по делу о банкротстве не терпит промедления. Поэтому предусмотрены оперативные меры, направленные на скорейшее наступление юридических последствий принимаемых судом актов.

Так, в ряде случаев предусмотрено немедленное исполнение судебных актов (например, выносимых по результатам рассмотрения дела). Для еще большей оперативности в силу п. 42 ПП № 35 некоторые определения становятся обязательными уже с момента объявления их резолютивной части, то есть до изготовления в полном объеме. Это определения:

— о введении процедуры;

— об утверждении управляющего, его отстранении и освобождении от исполнения обязанностей;

— о продлении срока конкурсного производства;

— о включении требований в реестр.

Поэтому, к примеру, конкурсный управляющий, получив заверенную судом копию резолютивной части определения суда о его назначении, немедленно приступает к исполнению обязанностей, отзывает выданные бывшим руководителем должника доверенности и т. д.

Необходимо отличать немедленное исполнение от немедленного вступления в законную силу. Акты, подлежащие немедленному исполнению, становятся общеобязательными с момента принятия (или объявления резолютивной части) и до вступления в законную силу. Но общеобязательность не исчерпывает законную силу. Если в соответствии с законом акт вступает в силу немедленно, то с даты его принятия он приобретает законную силу в полном объеме, в том числе становится обязательным к исполнению.

В самом Законе о банкротстве должное различие между названными правовыми механизмами не проводится. Например, в соответствии с п. 5 ст. 71 Закона о банкротстве определение о включении требования в реестр вступает в силу немедленно. Однако при этом оно обжалуется в апелляционном порядке, из чего можно заключить, что законодателем имелось в виду не немедленное вступление в силу, а немедленное исполнение данного определения.

Во-вторых, имеются проблемы действия актов по делу о банкротстве за рамками этого дела.

Так, закон не определяет, что происходит с судебными актами по делу о банкротстве, если производство по нему прекращено или если заявление о признании должника банкротом оставлено без рассмотрения. Например, остается ли недействительной сделка, которая была оспорена в деле о банкротстве, если производство по этому делу прекращено.

Высказана обоснованная точка зрения, согласно которой эти судебные акты подлежат пересмотру по новым обстоятельствам по правилам главы 37 АПК РФ, при этом новым обстоятельством является опровергнутое предположение о несостоятельности должника¹⁸². В отсутствие такого пересмотра определения суда по прекращенному делу о банкротстве сохраняют законную силу, в частности, продолжают оставаться общеобязательными в силу ст. 16 АПК РФ.

Так, при взыскании в общеисковом порядке задолженности, которая ранее была включена в реестр требований кредиторов по впоследствии прекращенному делу о банкротстве, определение о включении в реестр будет иметь значение преюдициального судебного акта. Повторно доказывать обстоятельства, зафиксированные в определении о включении в реестр, не требуется (п. 28 ПП № 35). Однако ответчик не лишен возможности опровергнуть эти обстоятельства, доказав, что задолженность фактически отсутствует и в деле о банкротстве была установлена ошибочно¹⁸³. Судебные акты о признании недействительными сделок продолжают действовать в полном объеме¹⁸⁴, то есть юридическая сила оспоренных сделок не восстанавливается.

К слову, существует и обратная проблема: действие судебных актов, принятых не по делу о банкротстве, в деле о банкротстве. Например, закон исключает одновременное рассмотрение требований кредитора и в общеисковом порядке, и в деле о банкротстве. Но если это все же произошло, приняты противоречащие друг другу судебное решение и определение по делу о банкротстве, последнее будет иметь приоритет для суда, рассматривающего дело о банкротстве (п. 29 ПП № 35).

В-третьих, имеются особенности действия судебных актов в деле о банкротстве по кругу лиц.

Например, определение по жалобе на действия управляющего распространяется на всех лиц, участвующих в деле о банкротстве. Поэтому аналогичная жалоба, поданная другим лицом, считается тождественной ранее рассмотренной, и производство по ней подлежит прекращению применительно к п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ (п. 30 ПП № 35). Такое решение позволяет не перегружать дело о банкротстве однотипными жалобами, однако формальные критерии тождества дел, предусмотренные п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ (совпадение субъектного состава), в данном случае отсутствуют, то есть применяется расширительное толкование ст. 150 АПК РФ.

§ 5. Обжалование судебных актов по делу о банкротстве

Судебные акты разных видов, рассмотренных ранее, обжалуются в различном порядке.

1. Схема обжалования «1 + 2»: акты, принимаемые по результатам рассмотрения дела о банкротстве.

Как указывалось в предыдущем параграфе, акты по результатам рассмотрения дела о банкротстве пересматриваются в порядке, установленном для решений арбитражного суда (раздел VI АПК РФ). Иными словами, на решение о признании должника банкротом, определение о введении процедуры и т. д. может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия судебного акта, кассационная жалоба — в течение двух месяцев со дня его вступления в силу.

Исключения установлены:

— в ч. 8 ст. 141 АПК РФ для определения об утверждении мирового соглашения и о прекращении производства по делу (схема «0 + 1»);

— в п. 3 ст. 86 Закона о банкротстве для определения о прекращении производства по делу о банкротстве при досрочном окончании финансового оздоровления (схема «10 + 1»);

— в п. 3 ст. 93 Закона о банкротстве для определения о введении внешнего управления (схема «14 + 0»).

При подаче апелляционной или кассационной жалобы на акты по существу дела о банкротстве должна быть уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей. Срок рассмотрения жалоб составляет по общему правилу до двух месяцев в суде апелляционной инстанции (ст. 267 АПК РФ) и столько же — в суде кассационной инстанции (ст. 285 АПК РФ).

2. Схема обжалования «0 + 1»: определение об утверждении мирового соглашения и о прекращении производства по делу.

Порядок обжалования данного вида определений установлен в ч. 8 ст. 141 АПК РФ: кассационная жалоба может быть подана в течение месяца с даты вынесения определения. В апелляционном порядке такие определения не обжалуются. При подаче жалобы уплачивается пошлина в размере 3000 рублей. Срок рассмотрения жалобы судом кассационной инстанции составляет, по общему правилу, до двух месяцев.

3. Схема обжалования «10 + 1»: определения, возможность обжалования которых прямо предусмотрена законом.

Это следующие категории определений, относительно которых в Законе о банкротстве или в АПК РФ прямо указано, что они могут быть обжалованы:

а) по существу обособленных споров. Исключение составляет определение о признании недействительным решения собрания кредиторов или об отказе в этом (схема «14 + 0»), поскольку в Законе о банкротстве пропущена норма о возможности обжалования такого определения;

б) о завершении конкурсного производства;

в) об оставлении без движения, о возвращении заявления о признании должника банкротом;

г) о прекращении производства по делу о банкротстве при досрочном окончании финансового оздоровления;

д) по процедурным вопросам, если обжалование предусмотрено АПК РФ (например, определения о приостановлении производства по делу или о выделении требований в отдельное производство).

Все перечисленные определения обжалуются в следующем порядке: в суд апелляционной инстанции — в течение 10 дней со дня принятия определения (ч. 3 ст. 223 АПК РФ), в суд кассационной инстанции — в течение месяца со дня его вступления в силу (ч. 5 ст. 188 АПК РФ¹⁸⁵). Для определения о завершении конкурсного производства установлено специальное правило, в соответствии с которым оно не может быть обжаловано после внесения записи о ликвидации должника в Единый государственный реестр юридических лиц (ст. 149 Закона о банкротстве).

Подпункт 12 п. 1 ст. 333.21 НК РФ не предусматривает необходимость уплаты государственной пошлины за обжалование перечисленных определений, кроме определения о прекращении производства по делу. Особое правило применяется в спорах о признании недействительными сделок. Поскольку п. 3 ст. 61.8 Закона о банкротстве предусматривает уплату пошлины при подаче такого заявления, судебная практика придерживается позиции, что за подачу жалобы на определение суда по делу об оспаривании сделки должника также должна быть уплачена пошлина в размере 3000 рублей.

Жалобы рассматриваются в общий двухмесячный срок. Исключение составляют случаи ускоренного рассмотрения жалоб, предусмотренные ч. 3 ст. 272 и ч. 2 ст. 290 АПК РФ. Так, жалобы на определения, препятствующие движению дела, в том числе на определения об оставлении без движения или о возвращении заявления о признании должника банкротом, рассматриваются в течение 15 дней с даты поступления жалобы в суд проверочной инстанции.

4. Схема обжалования «14 + 0»: иные определения.

«Резервный» порядок обжалования (п. 3 ст. 61 Закона о банкротстве) распространяется на судебные акты, упомянутые в Законе о банкротстве, возможность обжалования которых либо прямо не предусмотрена, либо предусмотрена путем отсылки к ст. 61 Закона о банкротстве.

К таковым относятся определения:

а) по результатам процедур банкротства, за исключением перечисленных ранее. Это определения из числа принятых по результатам только процедуры, но не дела о банкротстве (к примеру, определение о переходе к расчетам с кредиторами);

б) по процедурным вопросам, предусмотренным Законом о банкротстве (например, о принятии заявления о признании должника банкротом, о назначении экспертизы фиктивного банкротства).

Рассматриваемый порядок распространяется только на определения, предусмотренные Законом о банкротстве. Поэтому он не позволяет обжаловать процедурные определения, предусмотренные АПК РФ, в отношении которых АПК РФ не устанавливает возможность их обжалования (например, об объединении требований в одно производство);

в) о введении внешнего управления;

г) о признании недействительным решения собрания кредиторов.

Апелляционная жалоба на указанные определения подается в течение 14 дней со дня их вынесения. Кассационное обжалование не предусмотрено. Пошлина за обжалование не уплачивается. Срок рассмотрения жалобы судом апелляционной инстанции также составляет 14 дней.

Глава 9.
ОТГРАНИЧЕНИЕ ДЕЛА О БАНКРОТСТВЕ ОТ ИНЫХ СУДЕБНЫХ ДЕЛ С УЧАСТИЕМ ДОЛЖНИКА И ПО ПОВОДУ ЕГО ИМУЩЕСТВА

§ 1. Специалитет суда, рассматривающего дело о банкротстве

Производство по делу о банкротстве в целом поглощает все споры с участием должника и по поводу его имущества: единое производство цементирует имущественную массу должника и объединяет кредиторов в гражданско-правовое сообщество, внутри которого эта масса будет, по задумке, соразмерно, пропорционально и справедливо распределяться в случае признания должника банкротом.

Однако, как и всегда, из общего правила есть исключения, и в целом ряде вопросов производство по делу о банкротстве соприкасается с общим процессуальным порядком¹⁸⁶ рассмотрения судебных дел.

Специалитет (приоритет компетенции) суда, рассматривающего дело о банкротстве, определяет, какие требования подлежат рассмотрению исключительно в деле о банкротстве в качестве обособленных споров, а какие должны рассматриваться в общем порядке.

С момента введения процедуры наблюдения (п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве), а в отношении гражданина — реструктуризации долгов (п. 2 ст. 213.11 Закона о банкротстве) требования по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей подлежат рассмотрению только в рамках дела о банкротстве.

Соответственно, все иные требования (иногда называемые «неконкурсные» или «нереестровые», поскольку они не подлежат включению в реестр и удовлетворяются вне конкурса кредиторов) рассматриваются в общем порядке. К таковым относятся:

1. Неденежные требования, виндикационные иски и иски о признании права собственности¹⁸⁷.

2. Требования об оспаривании сделок должника по любым основаниям, кроме предусмотренных Законом о банкротстве¹⁸⁸, и о применении последствий недействительности сделок в этих случаях.

Исключение составляют случаи, когда эти требования предъявляются арбитражным управляющим. Даже при оспаривании сделок по общегражданским и корпоративным основаниям управляющий обращается в суд, рассматривающий дело о банкротстве (п. 17 постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее — ПП № 63).

3. Требования о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий недействительности ничтожных сделок.

Исключением опять являются требования, предъявленные управляющим.

4. Требования по текущим платежам.

5. Требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью.

6. Требования о выплате сверх возмещения вреда компенсации, предусмотренной Градостроительным кодексом РФ.

7. Требования о выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности.

8. Корпоративные требования участников должника.

9. Требования, неразрывно связанные с личностью гражданина-должника.

10. Трудо-правовые требования работников должника.

С момента введения конкурсного производства сфера действия специалитета расширяется, и только в рамках дела о банкротстве рассматриваются любые имущественные требования к должнику, за исключением виндикационных, о признании права собственности, текущих, а также о признании недействительными ничтожных сделок и применении последствий их недействительности (п. 1 ст. 126 Закона о банкротстве). Неденежные обязательства (например, о выполнении работ) на этом этапе трансформируются в денежные и рассматриваются в деле о банкротстве.

Несмотря на достаточную ясность Закона о банкротстве в рассматриваемом вопросе, судебная практика вносит свои не всегда очевидные дополнения. Например, в соответствии с п. 18 ПП № 63 в деле о банкротстве подлежит рассмотрению требование о признании недействительными торгов по продаже имущества должника, проведенных с нарушением установленного законом порядка (в том числе торгов в исполнительном производстве). Также в деле о банкротстве должно рассматриваться заявление о признании и приведении в исполнение иностранного судебного или арбитражного решения против должника¹⁸⁹. С учетом непредсказуемости практики целесообразно в каждом конкретном случае сверяться с ней при решении вопроса о том, в каком порядке должно рассматриваться то или иное требование к банкротящемуся должнику.

Последствием несоблюдения правил о банкротном специалитете, то есть обращения в суд с требованием, подлежащим рассмотрению в деле о банкротстве, вне указанного дела, является возвращение заявления (п. 1 ч. 1 ст. 129 АПК РФ) или его оставление без рассмотрения арбитражным судом (п. 4 ч. 1 ст. 148 АПК РФ)¹⁹⁰, а в суде общей юрисдикции — возвращение заявления (п. 2 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ) или передача заявления в арбитражный суд, если оно ошибочно принято к производству¹⁹¹.

В отношении уже возбужденных до введения наблюдения дел надлежит руководствоваться п. 28 ПП № 35, который предусматривает следующую альтернативу, когда выбор варианта принадлежит истцу (кредитору):

а) рассмотрение дела может быть продолжено вне дела о банкротстве.

В таком случае кредитор в некоторой степени огражден от возражений других кредиторов против его требований, но рискует упустить 30-дневный срок на предъявление требований к должнику в деле о банкротстве и, соответственно, может лишиться возможности участия в первом собрании кредиторов;

б) производство по делу может быть приостановлено на основании ч. 2 ст. 143 АПК РФ, при этом:

— если должник впоследствии будет признан банкротом, суд возобновляет производство по делу и оставляет иск без рассмотрения на основании п. 4 ч. 1 ст. 148 АПК РФ (необходимость в рассмотрении требований в общем порядке отпала, поскольку они будут удовлетворяться в конкурсном производстве);

— если производство по делу о банкротстве прекращено по любому основанию, кроме мирового соглашения, суд возобновляет производство и рассматривает иск по существу (поскольку спор между кредитором и должником не получил окончательного разрешения в деле о банкротстве);

— если в деле о банкротстве утверждено мировое соглашение, суд возобновляет производство и: либо прекращает производство по делу на основании п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, если требование истца было установлено в деле о банкротстве и нашло отражение в мировом соглашении; либо рассматривает дело по существу, если мировое соглашение по делу о банкротстве не учитывает требования истца.

Приостановление производства нужно, чтобы кредитор смог предъявить требования в деле о банкротстве. Параллельное рассмотрение одних и тех же требований и в общем порядке, и в деле о банкротстве невозможно. В случае если требования заявлены дважды, в деле о банкротстве они будут оставлены без рассмотрения применительно к п. 1 ч. 1 ст. 148 АПК РФ (тождество дел). Соответственно, требования кредитора будут рассматриваться только в общем порядке с последствиями, изложенными ранее в пункте «а».

По общему правилу нельзя соединить в одном заявлении требования, подлежащие рассмотрению в деле о банкротстве и в общем порядке. Судебная практика предусматривает исключения, например, для случаев оспаривания по «банкротным» основаниям сделок по отчуждению имущества должника, когда возврат имущества в конкурсную массу должен осуществляться в порядке виндикации, а не реституции. Если виндикационное требование подсудно тому же арбитражному суду, который рассматривает дело о банкротстве, то заявитель вправе соединить по правилам ст. 130 АПК РФ требование о признании сделки недействительной и виндикационное требование. Соединенные требования будут рассматриваться совместно в рамках дела о банкротстве (п. 16 ПП № 63).

Специалитет характеризует исключительную компетенцию арбитражного суда по делу о банкротстве. Он определяется на основании норм Закона о банкротстве, которые являются специальными по отношению к нормам АПК РФ и ГПК РФ.

В связи с этим неправильным будет, например, утверждение, иногда встречающееся на практике, что требования, вытекающие из законодательства о защите прав потребителей, подлежат рассмотрению вне дела о банкротстве, поскольку относятся к подведомственности судов общей юрисдикции. Приоритет специальной нормы в данном случае обусловливает вывод, что денежные требования потребителей (например, о взыскании неустойки), не относящиеся к текущим, должны рассматриваться в деле о банкротстве.

В заключение следует отметить, что суд не утрачивает компетенцию по рассмотрению ряда вопросов, связанных с делом о банкротстве, даже если производство по этому делу прекращено либо окончено, то есть завершено конкурсное производство либо заявление о признании должника банкротом оставлено без рассмотрения. Вне дела о банкротстве могут быть рассмотрены требования:

а) связанные с возмещением заявителю расходов по делу о банкротстве, оплаченных им по причине поздно обнаруженной недостаточности имущества должника для финансирования процедуры. Такие требования рассматриваются как убытки по правилам искового производства;

б) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц (ст. 61.11, 61.14, 61.20 Закона о банкротстве, п. 31, 53 ПП № 35). Такие требования рассматриваются по правилам Закона о банкротстве;

в) об обращении взыскания на имущество должника, незаконно полученное третьими лицами, или о взыскании с этих третьих лиц денежной суммы (п. 11 ст. 142 Закона о банкротстве). Такие экстраординарные требования рассматриваются по правилам искового производства.

§ 2. Судебные акты против должника и особенности их обжалования

Вынесенные в общем порядке судебные акты о взыскании с должника денежных средств по их связи с делом о банкротстве можно укрупненно разделить на три категории. К первой категории относятся судебные акты, вступившие в силу до введения наблюдения. К моменту возбуждения дела о банкротстве должник обычно имеет целый набор не исполненных судебных актов. Они имеют значение для формирования реестра требований кредиторов и используются как доказательство несостоятельности должника в других обособленных спорах. Возможно обжалование таких актов участвующими в деле о банкротстве лицами.

Ко второй категории относятся судебные акты, принятые после введения наблюдения по делам, возбужденным до этого момента. Это те случаи, отмеченные в предыдущем параграфе, когда истец решил не ходатайствовать о приостановлении производства по делу, рассматриваемому в общем порядке. Подобные судебные акты имеют значение для формирования реестра требований кредиторов. Иногда они также могут быть доказательствами несостоятельности должника в иных спорах, хотя реже, поскольку такие акты дают мало ретроспективной информации о том, когда и почему расстроилось финансовое положение должника. Некоторые участники банкротного процесса могут вступить в дело, рассматриваемое в общем порядке, и попытаться предотвратить вынесение решения против должника либо обжаловать такое решение.

К третьей категории относятся судебные акты по текущим платежам и по иным нереестровым требованиям. Хотя эти акты и не имеют значения для формирования реестра, их влияние на распределение конкурсной массы может быть огромным. Поэтому для участников банкротного процесса открыта возможность участвовать в соответствующих судебных делах и обжаловать выносимые по их результатам судебные акты.

Рассмотрим по порядку зафиксированные точки соприкосновения дела о банкротстве с делами против должника, рассматриваемыми в общем порядке.

1. Формирование реестра требований кредиторов.

Как известно, вступившим в силу судебным актом должны подкрепляться требования только заявителя по делу о банкротстве, и то не всякого. Остальным кредиторам заранее подтверждать в суде свои требования к должнику не нужно.

Наличие судебного решения или приказа о взыскании средств с должника не освобождает кредитора от процедуры установления его требований, предусмотренной ст. 71, 100 Закона о банкротстве. Вместе с тем эта процедура будет существенно отличаться для кредиторов, предъявивших требования к должнику в суд впервые в деле о банкротстве и уже прошедших процедуру взыскания средств с должника в общем процессуальном порядке.

В первом случае участвующие в деле о банкротстве лица не ограничены в праве заявлять возражения против требований кредитора.

Во втором случае против требования кредитора¹⁹² могут быть заявлены только определенные возражения, предусмотренные п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве: связанные с исполнением судебных актов или их пересмотром. Например, против подтвержденного в судебном порядке требования можно возразить, что оно уже оплачено или что судебный акт был отменен, о чем умолчал кредитор. Суд также учтет схожие «процессуальные» возражения, к примеру, что право требования перешло к другому лицу или что дело прекращено мировым соглашением (если есть соответствующие судебные акты). Иные возражения будут возвращены судом без рассмотрения. Оспаривать по существу судебный акт, на котором кредитор основывает свои требования, в рамках дела о банкротстве запрещается.

Так проявляется свойство обязательности судебных актов, однако о преюдиции в данном случае говорить неправильно. Преюдициальным значением обладает судебный акт по спору между теми же лицами. В деле о банкротстве особый состав участников, который не может совпасть с иными делами, рассматриваемыми в общем порядке.

2. Доказывание несостоятельности должника.

В ряде обособленных споров, в первую очередь, о привлечении к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом и об оспаривании сделок по п. 2 ст. 61.2, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве, доказыванию подлежит объективное банкротство — момент, в который должник фактически стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов¹⁹³.

Судебные акты о взыскании с должника денежных средств являются важным и доступным источником информации об объективном банкротстве должника и обычно позволяют прийти к выводу, когда наступил срок платежа по обязательствам, которые так никогда и не были исполнены должником.

3. Контроль за судебными делами должника.

Как только открывается дело о банкротстве, круг лиц, заинтересованных в исходе судебных дел должника, пополняется его кредиторами и арбитражным управляющим.

Согласно п. 43 ПП № 35 арбитражный управляющий обязательно привлекается к участию в судебных делах, в которых истцом или ответчиком является должник, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне должника. Данное правило начинает действовать уже в процедуре наблюдения, в течение 15 дней с даты введения которой руководитель должника обязан передать в суд или временному управляющему перечень всех судебных дел должника (п. 3.2 ст. 64 Закона о банкротстве)¹⁹⁴.

Предполагается, что в интересах конкурсных кредиторов арбитражный управляющий будет наблюдать за ходом производства по делу и в необходимых случаях возражать против предъявленных к должнику требований, если они необоснованные (либо, наоборот, поддерживать заявленный должником иск, если сам должник делает это недостаточно активно).

Поскольку на практике данные полномочия реализуются управляющими не всегда эффективно, активные кредиторы зачастую пытаются вступить в судебные дела должника самостоятельно. Однако в практике сложился негативный подход к подобному размытию состава участников процесса: по общему правилу кредиторы не допускаются третьими лицами в судебные дела должника, и это правило следует признать обоснованным.

Участие управляющего в деле в качестве третьего лица запускает обычный процессуальный режим обжалования: его порядок и сроки установлены процессуальными кодексами едиными для всех лиц, участвующих в деле. Однако даже если участник банкротного процесса не участвовал в деле о взыскании с должника средств, рассмотренном в общем порядке, это не исключает обжалование им соответствующего судебного акта. Оно осуществляется по специальным правилам, о которых теперь пойдет речь.

4. Обжалование вынесенных против должника судебных актов.

Если имеются основания полагать, что судебный акт против должника основан на недействительной сделке или недопустимых доказательствах, с лицами, участвующими в деле о банкротстве и не желающими, чтобы в это дело был допущен псевдокредитор, возможно обойтись по-разному.

Во-первых, можно проигнорировать такие подозрения на том основании, что вступивший в законную силу судебный акт неопровержим и все обязаны с ним считаться. Но это не соответствует прокредиторскому духу Закона о банкротстве.

Во-вторых, можно не ограничивать участников дела о банкротстве в праве заявлять возражения в рамках дела о банкротстве. Но такое решение вошло бы в концептуальное противоречие с основными постулатами процессуального права, среди которых — общеобязательность судебного акта, не терпящая никаких исключений.

Наконец, можно предоставить субъектам банкротного процесса право обжаловать судебные акты, с которыми они не согласны. В таком случае кредиторам обеспечивается адекватная судебная защита против «недобросовестных конкурентов» (за имущество должника) без ущерба для принципа общеобязательности судебного акта. На период обжалования можно просить приостановить производство по обособленному спору о включении требований псевдокредитора в реестр (п. 1 ч. 1 ст. 143 АПК РФ). А если судом уже вынесено определение о включении такого требования в реестр, в случае успешного обжалования лежащего в основе требования судебного акта указанное определение подлежит пересмотру по новым обстоятельствам (п. 1 ч. 3 ст. 311 АПК РФ).

По такому пути и пошла судебная практика¹⁹⁵. В соответствии с п. 24 ПП № 35 допускаются жалобы лиц, участвующих в деле о банкротстве, на судебные акты, вынесенные за рамками этого дела. При этом установлены следующие условия.

а) субъектами права обжалования являются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган и арбитражный управляющий;

б) объектом обжалования является судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, то есть акт об имущественном взыскании с должника. Руководящие разъяснения судебной практики никогда не толкуются расширительно, поэтому жалобу конкурсного кредитора на иной судебный акт, например, о признании сделки недействительной, если при этом не применялась реституция, суд должен вернуть без рассмотрения;

в) обжалование может быть однократным. Копия жалобы направляется ее заявителем в адрес представителя собрания или комитета кредиторов, который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все заинтересованные кредиторы и управляющий могут принять участие в рассмотрении жалобы, но повторная подача ими жалобы по тем же основаниям не допускается;

г) обжалование осуществляется в установленном процессуальном законодательством порядке.

Пробельным является последний тезис, поскольку процессуальным законодательством не установлен порядок обжалования в подобных случаях.

Во-первых, субъекты обжалования не обладают каким-либо «общепроцессуальным» статусом. Статья 42 АПК РФ, ч. 3 ст. 320 ГПК РФ предусматривают фигуру лица, не участвовавшего в деле, непосредственно о правах и обязанностях которого был принят судебный акт и которое в силу этого наделено правом обжалования. Однако права кредиторов и управляющего затрагиваются судебным актом не непосредственно, а косвенно.

Поэтому если в «обычном» процессе заявителю жалобы в порядке ст. 42 АПК РФ достаточно, по сути, лишь обосновать, каким образом обжалуемый судебный акт нарушает его права, после чего такой акт подлежит отмене по безусловным процессуальным основаниям и дело рассматривается по правилам первой инстанции, то для кредитора и управляющего просто предстать перед судом недостаточно. Они должны сформулировать убедительные доводы относительно необходимости отмены судебного акта.

Во-вторых, непонятно, как реализуется обжалование кредиторами и управляющим, если судебные акты ранее уже были предметом рассмотрения суда проверочной инстанции (не в связи с делом о банкротстве). Например, что и куда могут обжаловать кредиторы, если решение о взыскании с должника денежных средств в пользу псевдокредитора задолго до банкротства было подтверждено судами апелляционной и кассационной инстанции.

Практика выработала следующий механизм решения обозначенных сложностей.

Если судебный акт ранее не был предметом обжалования, оно осуществляется в обычном порядке. Сначала кредитор или управляющий обращаются в суд апелляционной инстанции, при необходимости попросив восстановить срок на обжалование. В апелляционном суде можно заявлять новые доводы и представлять новые доказательства на основании ч. 3 ст. 268 АПК РФ или ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ. Далее судебный акт обжалуется в суд кассационной инстанции.

Если судебный акт уже был предметом апелляционного обжалования, но не был предметом кассационного обжалования, движение дела зависит от того, какие доводы собирается заявить кредитор или управляющий.

Если речь идет о неправильном применении норм права или об иных нарушениях, которые не требуют установления новых фактических обстоятельств, оценки новых или переоценки имеющихся доказательств, то есть если рассмотрение доводов укладывается в полномочия суда кассационной инстанции, то заявитель обращается с жалобой в него.

Обычно же кредитор или управляющий желают заявить новые доводы и сослаться на новые доказательства. Рассмотрение таких жалоб кассационным судом в соответствии с его полномочиями невозможно. Поэтому подобные возражения против судебного акта надлежит облекать в форму апелляционной жалобы и, соответственно, подавать в суд апелляционной инстанции, который, в отличие от кассационного суда, наделен полномочиями рассматривать дело в полном объеме, включая фактические обстоятельства.

Чтобы устранить коллизию, связанную с необходимостью повторного рассмотрения дела судом апелляционной инстанции при наличии уже состоявшегося апелляционного постановления по данному делу, применяют механизм пересмотра по правилам главы 37 АПК РФ.

Для этого обращаются к п. 22 постановления Пленума ВАС РФ от 28 мая 2009 г. № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», где предусмотрен следующий порядок для апелляционных жалоб, подаваемых в порядке ст. 42 АПК РФ: если ранее уже была рассмотрена апелляционная жалоба лица, участвующего в деле, а впоследствии подана жалоба лица, не участвовавшего в деле, содержащая новые доводы и ссылки на новые доказательства, то указанная жалоба принимается к производству как заявление о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Стоит обратить внимание, что производство по жалобе кредитора и управляющего осуществляется не в соответствии с п. 22 постановления Пленума ВАС РФ от 28 мая 2009 г. № 36 и главы 37 АПК РФ, а применительно к указанным положениям. Ввиду этого новые доводы и доказательства могут быть любыми, а не обязательно теми, что названы в ст. 311 АПК РФ в числе новых и вновь открывшихся обстоятельств. Применение главы 37 АПК РФ нужно для того, чтобы открыть апелляционному суду возможность рассмотреть дело по правилам первой инстанции и всесторонне оценить доводы кредитора или управляющего.

Наконец, в случае если судебный акт ранее был предметом и апелляционного, и кассационного обжалования, то у управляющего или кредитора остается возможность только пересмотра по новым или вновь открывшимся обстоятельствам, поскольку в противном случае нарушается принцип последовательности обжалования¹⁹⁶.

Глава 10.
СУБЪЕКТЫ СУДОПРОИЗВОДСТВА ПО ДЕЛУ О БАНКРОТСТВЕ

§ 1. Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве

В соответствии со ст. 40 АПК РФ лицами, участвующими в деле о банкротстве, являются заявитель, заинтересованные лица и третьи лица. В деле о банкротстве нет сторон — истца и ответчика¹⁹⁷.

Тем временем Закон о банкротстве предусматривает собственную систему понятий и разветвленную классификацию субъектов, не всегда вполне прозрачную и согласованную с АПК РФ по объему и сфере применения.

Заявителем в Законе о банкротстве признается лицо, обратившееся с заявлением о признании должника банкротом, то есть инициатор основного дела. Однако в каждом обособленном споре есть свой заявитель: кредитор, требующий включения своего требования в реестр, управляющий, оспаривающий сделку должника, и т. д., — и это вынуждает на практике различать заявителя по делу о банкротстве и заявителя по обособленному спору.

Заинтересованные лица определены в ст. 19 Закона о банкротстве как лица, прямо или косвенно связанные с должником, что имеет значение при оспаривании сделок, привлечении к субсидиарной ответственности и разрешении ряда иных обособленных споров. Очевидно, это совсем не то, что имеется в виду в АПК РФ, по смыслу которого заинтересованные лица — это все иные, помимо заявителя, непосредственные участники правоотношений, исследуемых судом, привлеченные к участию в деле о банкротстве.

Лица, участвующие в деле о банкротстве, перечислены в ст. 34 Закона о банкротстве. Это, прежде всего, должник, арбитражный управляющий, конкурсные кредиторы и уполномоченные органы.

В предусмотренных Законом о банкротстве случаях участвующими в деле о банкротстве лицами признаются органы публичной власти (например, Банк России в деле о банкротстве кредитной организации); при проведении финансового оздоровления — лицо, предоставившее обеспечение. Хотя перечень сформулирован как закрытый, в специальных нормах Закона о банкротстве встречаются указания и на иных лиц, участвующих в деле: в спорах о привлечении к субсидиарной ответственности — привлекаемое к такой ответственности лицо (п. 1 ст. 61.15); в конкурсном производстве — представитель собственника имущества должника — унитарного предприятия или представитель учредителей (участников) должника (п. 3 ст. 126 Закона о банкротстве).

Приведенное понятие лица, участвующего в деле, не совпадает с предусмотренным в АПК РФ: оно не шире и не уже, а другое, поскольку обозначает ключевых участников отношений, регулируемых Законом о банкротстве и носящих комплексный характер. АПК РФ же затрагивает только процессуальную сторону этих отношений.

В процессуальных отношениях могут участвовать и даже играть ведущую роль лица, которые с процедурой банкротства в целом могут быть никак не связаны. Такие лица будут участниками арбитражного процесса, но в деле о банкротстве как таковом они не участвуют.

Очевидно, в стремлении учесть эту особенность регулируемых Законом о банкротстве отношений его авторы предусмотрели наряду с лицами, участвующими в деле, также лиц, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве. Однако разделение проведено весьма туманно, вследствие чего достоверно не ясно, в чем конкретно различие статуса указанных лиц.

Лица, участвующие в арбитражном процессе по делу о банкротстве, разделены законом на две категории.

Первая категория (п. 1 ст. 35 Закона о банкротстве) включает в себя разнообразных представителей: работников должника, собственника имущества должника — унитарного предприятия либо учредителей (участников) должника¹⁹⁸, собрания или комитета кредиторов¹⁹⁹. Возможность реализации указанными представителями своих процессуальных прав зависит от осведомленности суда об их избрании, о чем должны позаботиться сами эти лица (п. 14 ПП № 35). Сюда же относятся представители региональных и местных органов власти, поскольку в некоторых случаях банкротство должника может негативно сказаться на социально-экономической обстановке на соответствующей территории, а если деятельность должника связана с государственной тайной — также ФСБ России.

Перечень не закрытый, в случае участия в арбитражном процессе иных лиц в силу АПК РФ или Закона о банкротстве все они также должны быть отнесены к лицам, участвующим в арбитражном процессе, на основании п. 1 ст. 35 Закона о банкротстве. Многообразие вопросов, которые возникают в деле о банкротстве, предполагает вовлечение в сферу судопроизводства самых разных фигурантов, поэтому группа «иных лиц», в свою очередь, разбивается на две подкатегории.

Во-первых, это «иные лица», которые прямо указаны либо в специальных нормах Закона о банкротстве, либо в АПК РФ. Пример из Закона о банкротстве: кредиторы и выгодоприобретатели по оспариваемым сделкам (п. 4 ст. 61.8)²⁰⁰. Пример из АПК РФ: третьи лица, которые привлекаются к участию в деле на общих основаниях, установленных ст. 51 АПК РФ²⁰¹, то есть по определению суда.

Во-вторых, это «иные лица», которые хотя в законе прямо и не указаны, но объективно участвуют в процессе, что вынуждает распространительно толковать п. 1 ст. 35 Закона о банкротстве. Например, в случае истребования управляющим документации у руководителя должника последний становится участником процесса по обособленному спору. Со времен ВАС РФ сложилась практика именования таких «случайных» участников судопроизводства лицами, участвующим в деле о банкротстве в пределах обособленного спора. Однако, как уже отмечалось, перечень лиц, участвующих в деле, в отличие от перечня лиц, участвующих в процессе, сформулирован как закрытый, поэтому такая терминология необоснованна.

Вторая категория участников арбитражного процесса по делу о банкротстве предусмотрена в п. 2 ст. 35 Закона о банкротстве (см. табл. 7).

Таблица 7

Участники процесса по п. 2 ст. 35 Закона о банкротстве

№
п/п

Лицо, участвующее
в процессе

Вопрос, при рассмотрении лицо наделяется статусом участника процесса

1

Саморегулируемая организация арбитражных управляющих

Утверждение, освобождение, отстранение управляющих
и жалобы на их действия

2

Росреестр

Утверждение управляющих

3

Кредиторы по текущим платежам

Вопросов, связанные
с нарушением их прав

Как видно, эти лица могут участвовать только в рассмотрении судом конкретных вопросов, за рамками которых они не наделяются какими-либо правами. В п. 3 ст. 35 Закона о банкротстве содержится странное указание на право таких лиц знакомиться с материалами дела, что не означает ни отсутствие других прав у этих лиц, ни отсутствие этих прав у других лиц. Но такая формулировка намекает на максимально ограничительный подход к определению статуса лиц, перечисленных в п. 2 ст. 35 Закона о банкротстве.

Изложенное не проясняет вопрос, в чем разница между лицами, участвующими в деле, и лицами, участвующими в процессе.

В Законе о банкротстве и официальных его разъяснениях нет указаний на этот счет, а в литературе встречаются разные точки зрения, в том числе и о тождественности процессуального статуса перечисленных лиц.

Альтернативой поверхностному подходу служит утверждение, что лица, участвующие в деле, в отличие от лиц, участвующих в процессе, обладают всей полнотой прав. Однако при этом никогда не уточняется, чем такая полнота предусмотрена. В самой ст. 34 Закона о банкротстве участвующие в деле лица наделены лишь правом ходатайствовать о проведении экспертизы по признакам преднамеренного или фиктивного банкротства, а также правом подавать документы в суд в электронном виде, что явно не исчерпывает их статус.

Относительно лиц, участвующих в процессе, обычно указывается, что они наделены процессуальными правами в ограниченном объеме, причем ограничением служит то ли конкретный эпизод дела (что, как было показано ранее, применимо только к п. 2 ст. 35 Закона о банкротстве и не снимает вопрос до конца), то ли конкретные нормы закона. При последнем подходе получается, что права участвующих в процессе лиц ограничены ст. 15 (обжалование решений собрания и комитета кредиторов) и ст. 60 (обжалование действий арбитражного управляющего) Закона о банкротстве²⁰², однако такой вывод явно несостоятелен.

С другой стороны, участвующие в процессе лица являются в терминологии АПК РФ лицами, участвующими в деле, в связи с чем пробелы Закона о банкротстве должны восполняться общей нормой ст. 41 АПК РФ о правах таких лиц, включающих право обжалования судебных актов. Однако на практике права по ст. 41 АПК РФ признаются только за лицами, участвующими в деле, а также — в терминологии ВАС РФ — за лицами, участвующими в деле применительно к обособленному спору²⁰³.

Описанная неопределенность вынуждает сверяться с судебной практикой в каждом конкретном случае, когда необходимо определить наличие у участвующего в процессе лица определенного права, прежде всего права обжалования судебных актов. Например, представителям участников должника до открытия конкурсного производства такое обжалование недоступно, а руководителю, у которого истребована документация должника, — вполне²⁰⁴. При должном качестве правового регулирования таких разночтений быть не должно.

В заключение стоит оговориться, что в процесс по делу о банкротстве могут вступать и лица, не участвовавшие ни в деле, ни в процессе по делу о банкротстве. Речь идет об общей норме ст. 42 АПК РФ о праве лиц, не участвовавших в деле, о правах и обязанностях которых принят судебный акт, обжаловать данный акт. В таком положении оказываются, например, кредиторы, не подававшие заявление о включении своих требований в реестр, права которых ущемлены заключенным без их участия мировым соглашением по делу о банкротстве²⁰⁵.

§ 2. Основные участники дела о банкротстве и непосредственные участники обособленного спора

Применительно к обособленным спорам деление субъектов процессуальных отношений на лиц, участвующих в деле, и лиц, участвующих в процессе, теряет свое и без того трудноуловимое значение, поскольку применяется иная группировка. В соответствии с п. 14 и 15 ПП № 35 выделяют две категории лиц, участвующих в обособленных спорах.

К первой категории относятся основные участники дела о банкротстве — лица, которые признаются непосредственными участниками основного дела о банкротстве и всех обособленных споров:

1. Должник в процедурах наблюдения и финансового оздоровления (в процедурах внешнего управления и конкурсного производства, когда полномочия органов управления должника прекращаются, он участвует в деле в лице арбитражного управляющего). Гражданин-должник является участником дела во всех процедурах.

2. Арбитражный управляющий.

3. Представитель собрания (комитета) кредиторов.

4. Представитель собственника имущества должника — унитарного предприятия или представитель учредителей (участников) должника в процедурах внешнего управления и конкурсного производства²⁰⁶.

Основные участники персонально извещаются обо всех судебных заседаниях по делу о банкротстве, им направляются копии всех судебных актов. Если АПК РФ обязывает направить документ или раскрыть доказательство другим участвующим в деле лицам, то это необходимо сделать в отношении всех основных участников, хотя бы они и не принимали активного участия в конкретном обособленном споре и не относились к лицам, участвующим в деле, в понимании ст. 34 Закона о банкротстве.

Как видно, основные участники дела о банкротстве — составное понятие, включающее в себя как лиц, участвующих в деле (должник, управляющий), так и лиц, участвующих в процессе (представители собрания кредиторов, собственника и участников должника).

Вторая категория — непосредственные участники обособленного спора — это все основные участники дела о банкротстве, а также иные лица, без участия которых разрешение обособленного спора невозможно. Перечень таких лиц по основным категориям обособленных споров (в интерпретации ВАС РФ) приведен в п. 15 ПП № 35 (см. табл. 8).

Таблица 8

Непосредственные участники обособленных споров

№
п/п

Вид обособленного спора

Непосредственные участники

1

Рассмотрение заявления о признании должника банкротом

1. Заявитель

2. Все иные лица, которые подали заявления о признании должника банкротом позднее, чем заявитель (если суд принял эти заявления к рассмотрению)

2

Рассмотрение требований кредиторов

1. Кредитор

2. Все лица, заявившие возражения против требований заявителя

3

Рассмотрение заявлений, жалоб и ходатайств

1. Заявитель

2. Лица, права которых могут быть затронуты в результате удовлетворения заявления, жалобы или ходатайства

4

Оспаривание сделки

Другая сторона сделки или иное лицо, в отношении которого совершена сделка (выгодоприобретатель и т. д.)

5

Привлечение контролирующего лица к ответственности

Контролирующее лицо,
в отношении которого подано заявление

6

Утверждение, освобождение, отстранение арбитражных управляющих и обжалование их действий

1. Саморегулируемая организация управляющих

2. Росреестр

7

Оспаривание решений собрания (комитета) кредиторов

Заявитель

8

Рассмотрение требований к застройщику (ст. 201.8 Закона о банкротстве)

1. Заявитель

2. Адресат требования

9

Рассмотрение апелляционных и кассационных жалоб, заявлений о пересмотре судебных актов в порядке надзора, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам

1. Заявитель по жалобе или заявлению о пересмотре

2. Лица, в отношении которых вынесены обжалуемые судебные акты

Непосредственные участники персонально извещаются судом только о заседаниях по спору, в котором они участвуют, и получают копии актов только по этому спору.

Иные лица, помимо основных и непосредственных участников, отступают на второй план, но это не означает, что их права хоть в чем-либо ущемлены. Согласно п. 14 ПП № 35 лица, участвующие в деле о банкротстве, даже если они не относятся к основным участникам, вправе участвовать в любом обособленном споре и пользоваться всеми предусмотренными ст. 41 АПК РФ правами. Поэтому, например, любой конкурсный кредитор может участвовать в рассмотрении обособленного спора по заявлению другого конкурсного кредитора. Обычно активно участвует в рассмотрении дела о банкротстве уполномоченный орган, который при этом не относится к основным участникам дела²⁰⁷.

Важно отметить, что конкурсный кредитор или уполномоченный орган становится таковым с момента вступления в силу определения о включении соответствующих требований в реестр, однако наделяется отдельными процессуальными правами лица, участвующего в деле о банкротстве (а не только в одном обособленном споре), раньше — уже с момента принятия судом заявления такого кредитора об установлении его требований (п. 30 ПП № 60).

Такой «предварительный» процессуальный статус направлен на предоставление кредиторам гарантии реализации их права заявлять возражения против требований других кредиторов с учетом распространенной практики вывода активов должника путем установления в деле о банкротстве несуществующих (фиктивных) требований связанных с должником лиц. Ведь если ждать, пока требования так называемого независимого кредитора будут рассмотрены судом с учетом заявленных другими лицами возражений, фиктивные требования могут быть беспрепятственно включены в реестр.

Поэтому участвовать в спорах по заявлениям других кредиторов, обжаловать соответствующие судебные акты, в том числе осуществлять внеконкурсное обжалование²⁰⁸, кредитор вправе еще до признания обоснованными его собственных требований. Однако такой кредитор не наделяется правами за рамками того, что прямо указано в п. 30 ПП № 60 (например, он не имеет права обжаловать в суд действия арбитражного управляющего).

Стоит обратить внимание, что процессуальное правопреемство составляет предмет обособленного спора, и раз произведенное правопреемство распространяется на дело о банкротстве в целом. Производить замену непосредственного участника каждого обособленного спора в отдельности не требуется.

Завершая краткую характеристику субъектного состава процессуальных отношений в области банкротства, необходимо упомянуть об особых требованиях к доверенности представителя. Согласно п. 44 ПП № 35 на право представления интересов в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве требуется специальное указание в доверенности, то есть обычной «судебной» доверенности недостаточно²⁰⁹. Также в доверенности должно быть отдельно оговорено право на подписание заявления о признании должника банкротом.

Исключение ВАС РФ сделал только для подписания заявления о включении требований кредитора в реестр — оно может быть подписано по обычной доверенности на представление интересов доверителя в суде, содержащей, однако, специальное полномочие (ч. 2 ст. 62 АПК РФ) на подписание искового заявления.

Глава 11.
ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ В ДЕЛЕ О БАНКРОТСТВЕ

§ 1. Общая характеристика процесса доказывания

При рассмотрении дела о банкротстве действуют общие нормы о доказательствах и доказывании (глава 7 АПК РФ), однако применяются они весьма специфическим образом. Предваряя краткий обзор этих особенностей, представляется необходимым сделать несколько вводных замечаний о том, с чем они связаны.

1. Суд играет активную роль в процессе доказывания.

Банкротство ошибочно воспринимается многими как способ «легального списания долгов», что влечет использование различных, иногда очевидных, а порой — весьма изощренных схем вывода активов банкротящегося субъекта. Тем, кто реализует такие схемы, противостоят «независимые» кредиторы, которые характеризуются высокой подозрительностью и зачастую видят хищение имущества должника там, где его нет. Между ними — арбитражный управляющий, на помощь которого в определении правой стороны в существующих условиях не всегда приходится рассчитывать. Поэтому высок риск манипулирования судебным процессом²¹⁰, которому суд должен оказать упреждающее противодействие.

Кроме того, в деле о банкротстве перед судом предстает огромное множество фактов, которые относятся к различным отраслям права и могут отстоять на годы и даже на десятилетия от момента, когда производится судебное исследование доказательств. Работа с большими данными требует особого подхода.

Все это приводит к тому, что государственная власть в лице суда оставляет за собой решение вопроса о том, что и как нужно доказывать. В классическом же гражданском процессе суд наблюдает больше, чем руководит, и обычно разрешает дело на основании тех доказательств, представить которые решила за себя самостоятельно каждая сторона, а последствия доказательственной бездеятельности ложатся на саму сторону (ст. 9 АПК РФ).

Считается также, что, проявляя бóльшую активность, суд обеспечивает защиту общих интересов кредиторов, должника, его работников, которым, стало быть, противостоят частные интересы, например, отдельного включаемого в реестр кредитора или контрагента по оспариваемой сделке. Это весьма условное обобщение; обычно все же можно путем анализа определить конкретных «бенефициаров» обособленного спора — тех, чьи интересы он непосредственно затрагивает.

2. Подход к доказательствам не строго формальный.

С предыдущим связано то, что иногда в деле о банкротстве факты, удостоверенные теми или иными доказательствами, отчетливо складываются в иную картину, а не ту, которая формально-юридически должна из них следовать.

Например, к должнику предъявлено требование об оплате поставленного товара, подтвержденное договором поставки и товарной накладной, однако у «поставщика» нет ни склада, ни работников, ни аналогичных торговых операций; документы о покупке товара для перепродажи поставщиком не представлены; в бухгалтерском учете должника товар не оприходован; а самого товара по результатам инвентаризации у должника не оказалось.

Позволяя себе в ходе оценки доказательств больше свободы, чем в обычном гражданском процессе, суд будет оценивать доказательства в соответствии с местом, занимаемым ими в общей картине (что в приведенном примере позволит констатировать: поставки не было). В то же время в обычном процессе двусторонне подписанная товарная накладная считалась бы «железным» доказательством.

Такой подход используется судом не только при решении вопроса о том, был ли факт или не было его, но и для правовой квалификации установленных фактов. Например, если представленный в дело договор между кредитором и должником называется «заем», все его условия соответствуют займу, денежные средства действительно перечислены должнику по платежному поручению, в котором написано: «выдача займа», однако займодавцем выступает акционер должника, то суд, скорее всего, квалифицирует возникшие на основании такого договора отношения не формально — как заемные, а как корпоративные, связанные с увеличением капитала должника.

3. Большое значение играет судебное усмотрение.

В оценке доказательств в деле о банкротстве суд чаще, чем в большинстве иных гражданских дел, пользуется дискреционными полномочиями²¹¹.

Во многом это связано с повсеместной необходимостью иметь дело с оценочными понятиями: «добросовестность», «разумность», «обычная хозяйственная деятельность», «обычные условия гражданского оборота», «существенный вред», «существенное отличие», «не мог не знать» и так далее.

Помимо случаев, когда сам закон обязывает суд высказать мнение по какому-либо не имеющему однозначного решения вопросу, суд самостоятельно²¹² закрепил за собой дискрецию оценки экономической целесообразности разворачивающихся перед ним фактов и выявления их так называемого «действительного экономического смысла».

Свойственна ли эта задача правосудию и компетентны ли суды давать экономическую оценку юридическим явлениям? Данные вопросы заслуживают отдельной дискуссии, как и то, почему: по общественной ли нужде или по собственному властолюбию, — суд по делу о банкротстве возложил на себя миссию своего рода суда справедливости. Как бы то ни было, изложенное обусловливает весьма гибкий подход к оценке доказательств и вообще к доказыванию.

4. Субъекты судопроизводства не вполне равны в возможностях доказывания своей позиции.

Почему у должника так мало имущества и куда оно делось — главный вопрос, ставится в ходе производства по делу о банкротстве во множестве вариаций: наиболее часто как возражение против требования другого кредитора, заявление об оспаривании сделки или о привлечении к субсидиарной ответственности.

Очевидно, что ответ на этот вопрос, а значит, и подтверждающие этот ответ доказательства есть у должника, его контрагентов и иных лиц, связанных с должником. У их оппонентов есть только гипотеза — основание для постановки упомянутого вопроса — и доказательства, эту гипотезу оправдывающие.

Поскольку участники обособленных споров так часто неравны в доказательственных возможностях, постольку и бремя доказывания распределяется непропорционально: не строго в соответствии со ст. 65 АПК РФ об обязанности каждой стороны доказать свои требования и возражения, а с учетом того, что опровергнуть гипотезу о неправомерных действиях с имуществом должника проще, чем доказать ее.

Вследствие изложенного процесс по делу о банкротстве приобретает в некоторой степени следственный характер, для которого характерно, что одна сторона в основном задает вопросы, а другая — на них отвечает, в отличие от обычного состязательного гражданского процесса, где никому не делается послаблений.

5. В особых правилах доказывания реализуется прокредиторская направленность российской модели банкротства.

Подход к доказыванию по делам о банкротстве в значительной степени определяется позициями, формируемыми судами: прежде всего в постановлениях Пленума ВС РФ и обзорах судебной практики Президиума ВС РФ, но также и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ по конкретным делам, ссылки на которые достаточно часто встречаются в мотивировке судебных актов.

Таким образом, в судопроизводстве по делам о банкротстве производится настройка общего законодательного режима в сторону большего или меньшего благоприятствования кредиторам и тем самым реализуется политика в праве. В настоящее время она имеет прокредиторскую направленность.

Подводя итог общим соображениям, хотелось бы сориентировать начинающих юристов на необходимость крайне осторожного обращения с теми, на первый взгляд, прогрессивными, логичными и удобными инструментами доказывания, прежде всего презумпциями и оценочными понятиями, которые нам дает или разъясняет судебная практика.

Быть причастным к высокому благу справедливости — лестно любому юристу, искать экономико-правовой смысл и политико-правовое значение — интереснее, чем применять нормы права в соответствии с их буквальным текстом. Вместе с тем необходимо помнить, что, за исключением случаев явно преступных действий с имуществом должника, которые все-таки не повсеместны, справедливость у каждого своя, и каждый видит смысл и значение происходящего по-своему.

А потому необходимо очень внимательно анализировать судебную практику, не допускать огульного ее использования, не подменять ею правовое и документальное обоснование своей позиции, а также взвешенно подходить к использованию оценочных категорий и доказывать целесообразное, добросовестное и разумное, не ограничиваясь изложением своих общих соображений на этот счет. Несоблюдение этих правил ведет к тому, что смысл судебного процесса выхолащивается, он низводится до уровня дебатов, где доказательства являются лишь иллюстрацией того, что говорят, в то время как в процессе, наоборот, произносимое перед судом должно быть иллюстрацией к доказательствам.

§ 2. Стандарт доказывания

Термин «стандарт доказывания» является относительно новым и используется преимущественно в практике рассмотрения дел о банкротстве, хотя его применение возможно к совершенно любым судебным делам.

Под стандартом доказывания в общем виде можно понимать характер и объем доказательств, которые необходимо и достаточно представить стороне, чтобы возложенная на нее обязанность по доказыванию считалась исполненной.

Стандарт доказывания не надо путать с предметом доказывания — кругом обстоятельств, которые должны быть установлены для правильного разрешения дела; и бременем доказывания — кругом обстоятельств, доказывание которых является обязанностью данной стороны. С помощью понятий «предмет» и «бремя доказывания» определяют, что и кому надо доказать, а понятием «стандарт доказывания» описывают, как это нужно сделать. В зависимости от стандарта бремя может быть более или менее тяжелым. Кроме того, если предмет и бремя доказывания определяются законом, то стандарт доказывания регулируется судебной практикой.

Стандарт доказывания в российской литературе обозначается также как критерий или уровень доказывания, но наиболее точной заменой было бы выражение «стандарт достаточности доказательств». В случае использования американского подхода, согласно которому бремя доказывания распадается на бремя представления доказательств и бремя убеждения²¹³, стандарт доказывания соответствует бремени убеждения.

Понятие стандарта доказывания пришло из англо-американской правовой традиции²¹⁴, где существует давно. В отечественный гражданский процесс оно начало проникать только в 2012 году (хотя этот термин до 2014 года не использовался), когда были приняты два знаковые документа ВАС РФ, ставшие отправными точками развития этой концепции, соответственно, по двум направлениям.

1. Понижение стандарта доказывания.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 6 марта 2012 г. № 12505/11 по так называемому делу «Кировского завода» было указано: если сторона не раскрывает имеющиеся у нее доказательства, то на нее переходит бремя опровержения позиции другой стороны, представившей в обоснование своих доводов «серьезные доказательства и убедительные аргументы». То же правило впоследствии было закреплено в постановлении Президиума ВАС РФ от 13 мая 2014 г. № 1446/14 с использованием, впервые в практике арбитражных судов, термина «стандарт доказывания».

Первоначально данное правило применялось в спорах о включении требований в реестр, но со временем сфера его применения расширялась²¹⁵. В настоящее время пониженный стандарт доказывания применяется практически к любому, кто действует в общих интересах «конкурсной массы»: возражает против требования кредитора, оспаривает сделку или требует взыскания чего-либо в пользу должника. Пониженный стандарт доказывания никогда не применяется к стороне²¹⁶, защищающей только свой личный интерес.

Суть рассматриваемого стандарта доказывания заключается в следующем. Стороне, которая объективно стеснена в возможностях доказывания, бремя доказывания облегчается. Ей достаточно представить доказательства prima facie (лат. «на первый взгляд») — такие, которые обосновывают саму постановку вопроса (к примеру, о недействительности сделки), делают подозрение небеспочвенным. Обычно это косвенные доказательства. На другую сторону, не испытывающую затруднений в сборе доказательств, переходит бремя опровержения соответствующих доводов. Таким образом позиции сторон выравниваются, однако это не должно влечь перехода бремени доказывания с одной стороны на другую: доказывать необходимо то же, что и раньше, но по более низкому или высокому стандарту соответственно. В таком случае иногда говорят не о переходе, а о «смещении» бремени доказывания.

Однако с течением времени описываемое правило деформировалось и теперь заключается в том, что стороне достаточно представить доказательства или заявить убедительные доводы, подтверждающие существенность подозрений²¹⁷. Необходимо различать представление доказательств prima facie и заявление «убедительных доводов». В последнем случае сторона, по сути, освобождается от доказывания, поскольку ей достаточно предъявить голую (но убедительно сформулированную) догадку. Вследствие этого на практике происходит перераспределение бремени доказывания: одна сторона лишь утверждает, а вторая — доказывает как за себя, так и за оппонента.

Такая практика отражается и на Законе о банкротстве при внесении в него корректировок. Например, по смыслу п. 2 ст. 61.16 Закона о банкротстве в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности требуется с минимально необходимой степенью достоверности обосновать предположение о наличии у ответчика статуса контролирующего лица. Следовательно, достаточно мотивированной гипотезы, а не доказанного, хотя бы и с малой долей вероятности, вывода, как требовалось бы в соответствии со ст. 65, 125 АПК РФ.

2. Повышение стандарта доказывания.

В том же 2012 году было принято ПП № 35, в п. 26 которого задан вектор на повышение стандарта доказывания в определенных случаях. Первым таким случаем стала передача наличных денег организации-банкроту: для доказывания этого факта расписки или квитанции к приходному кассовому ордеру недостаточно, необходимо доказать реальность передачи денег, в том числе обосновать наличие у кредитора финансовой возможности уплатить соответствующую сумму, проверить отражение поступления наличных в кассу в бухгалтерском учете должника,