Т. В. Семина

Эволюция социологии и биоэтики в медицине

Учебник

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК [174+316.4]:61(075.8)

ББК 87.75+60.56я73

С30

Автор-составитель:
Семина Т. В., доктор социологических наук, заведующая, профессор кафедры медицинского права, социологии и философии института подготовки кадров высшей квалификации и профессионального образования Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр сердечно-сосудистой хирургии имени А. Н. Бакулева» Министерства здравоохранения Российской Федерации, старший научный сотрудник кафедры cовременной социологии cоциологического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова.

Рецензенты:
Подзолков В. П., академик РАН, заместитель директора по научной работе Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр сердечно-сосудистой хирургии имени А. Н. Бакулева» Министерства здравоохранения Российской Федерации;
Ступаков И. Н., доктор медицинских наук, профессор кафедры медицинского права, социологии и философии института подготовки кадров высшей квалификации и профессионального образования Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр сердечно-сосудистой хирургии имени А. Н. Бакулева» Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Учебник разработан для дисциплин «История и философия науки», «Общественное здоровье и организация здравоохранения, социология и история медицины». Объем книги охватывает малоизученные базисные понятия социологии медицины, биоэтики в медицине, теоретические положения инновационного развития технологий, влияющих на поддержание здоровья человека, особенно в условиях эпидемии (пандемии).

В учебнике рассмотрены клинические испытания и медико-биологические эксперименты на человеке, классификация целей исследования. Развитие влечет за собой возникновение и рост моральных проблем при процессе разработки и дальнейшем оказании медицинской помощи, проведении клинических испытаний. Социология рассматривает биоэтику через категориальную призму, описывая в теоретических понятиях систему взаимодействий индивида и общества. Биоэтика в медицине — это сфера, в которой не прекращаются дискуссии по разработке этических начал, реализуемых в практической деятельности по защите важнейших ценностей человека и общества в контексте динамического развития социологии и философии в медицине. Учебник посвящен основным вопросам биоэтики, социологии, философии права как междисциплинарных направлений в изучении совершенствования технологического прогресса медицины и проблемам, возникающим при практическом использовании достижений биологии, фармации в обществе. В нем отражены ключевые проблемы теоретических философских и социологических основ и практических приложений биоэтической мысли знания.

Законодательство приведено по состоянию на 5 сентября 2021 г.

Учебник рассчитан на широкий круг читателей, так как носит междисциплинарный характер. Может быть рекомендована преподавателям, студентам-социологам, врачам, аспирантам, ученым, практическим работникам, всем, кто интересуется проблемами развития биоэтики и социологии в медицине.

Текст публикуется в авторской редакции.

Изображение на обложке с ресурса Shutterstock.com

Рекомендовано к изданию кафедрой медицинского права, социологии и философии Института подготовки кадров высшей квалификации и профессионального образования Федерального государственного бюджетного учреждения Национальный медицинский исследовательский центр сердечно-сосудистой хирургии имени А. Н. Бакулева Министерства здравоохранения Российской Федерации, протокол № 2 от 21 октября 2021 г.

УДК [174+316.4]:61(075.8)

ББК 87.75+60.56я73

© Семина Т. В., 2022

© ООО «Проспект», 2022

ВВЕДЕНИЕ

Идеи объединения философского и медицинского знания необходимы для постижения тайны жизни и бытия человека. Еще Гиппократ — «отец медицины» — говорил: «Медицина столь же мало может обходиться без общих истин философии, сколь последняя — без доставляемых ей медициной фактов». Медицина и философия древние по своему происхождению феномены культуры в жизни человека. Медицина нуждается в укреплении связей с философией как живительной среды духовного обитания и дальнейшего развития предметно-понятийного мышления.

Философскими основами клинической медицины становится, так называемая, философия врачевания, т. е. теория постановки диагноза, лечения, реабилитации и т. д., выстроенная в соответствии с пониманием сущности человека как психо-био-социального существа. Философская теория ценностей составляет философский фундамент врачебной этики, деонтологии, клинической практики.

Современная философия выступает в качестве методологического фундамента медицинского знания, что призвано объединить разрозненные частные исследования и системно применить их к изучению качественно своеобразной живой системы — человека. В деятельности современного врача основным началом выступает диалектический метод, поскольку только он обеспечивает комплексный, системный подход к вопросам болезни, ее лечения, профилактики, проведения реабилитационного периода.

Философия и медицина связаны между собой издавна: первая представляет собой наиболее отвлеченное от всех частностей знание; вторая — знание наиболее практичное, целью которого выступает сохранение жизни и здоровья людей. Тем не менее, философов всегда интересовал человек, природные и социальные условия его жизни и деятельности, которые во многом и обеспечиваются медициной. Врачи в разные исторические эпохи вдохновлялись представлениями о природе, социуме и человеке, высказанными философами. Таким образом, возникает тема культурно-исторической взаимосвязи философии и медицины.

Развитие медицины дает огромный материал как для обобщений новейших открытий в исследовании жизнедеятельности человеческого организма в норме и патологии, так и для подтверждения философских закономерностей, обогащения материалистической диалектики новыми выводами и понятиями и дальнейшего углубления, и уточнения ее категорий.

В настоящем учебнике рассмотрены вопросы междисциплинарного построения научного познания на стыке философии, социологии, биоэтики в медицине, рассмотрены вопросы изучения системы человека и его здоровья, вопросы синергетики и герменевтики, приведен анализ связи этических, нравственных понятий, включаемых в систему законодательного регулирования.

Социологические теории медицины и общества рассматриваются в данном учебнике как наука закономерностей формирования ценностных ориентаций населения к здоровью, болезням, медицинскому обслуживанию, медицине и охране здоровья. Применяются общенаучные методы познания сложных социальных явлений и процессов — сравнительно-исторический и генетический, дедукции и индукции, классификаций, группировок и сравнения, широко использовалась комбинация количественных и качественных методов социологического исследования. Исходя из актуальных задач социологической науки, социальной и медицинской практики, разработаны теоретико-методологические основы комплексного социологического анализа роли здоровья в функционировании и развитии общества, в формировании и его жизнедеятельности. Междисциплинарный подход способствует углублению и расширению имеющихся в современной социологической науке представлений о трансформации социального института здравоохранения и существующих в нем социальных отношениях.

Рассматривается ряд положений, не полностью совпадающих с привычными взглядами на рассматриваемые в ней проблемы. Междисциплинарный характер социальной и философской медицины, это изучение социальных, этических, деонтологических факторов, а также факторов окружающей среды, влияющих на здоровье и заболеваемость, а также наиболее эффективные способы и средства преодоления болезней, повышения уровня общественного здоровья. Социология медицины, став самостоятельной в блоке общественно-гуманитарных и естественных наук, сохранила тесную связь с такими науками как классическая медицина, социальная гигиена, медицинская генетика, медицинская статистика, эпидемиология, демография. Междисциплинарный характер биоэтики определяется тем, что она существует на пересечении философского, социологического, медицинского, и юридического знания. В вопросах сущности и статуса биоэтики, как науки и как социального института, анализируются социокультурные основания ее генезиса, определяются направления и перспективы с обоснованием социологического подхода к исследованию биоэтики как социального феномена, разработка социологической концепции биоэтики междисциплинарных стратегий, возникающих в результате стремительного прогресса биомедицинских технологий, и начинающих рассматривать медицину в контексте прав и свобод человека. Так как достижения современной медицины не всегда однозначно воспринимаются общественным мнением, в мире непрестанно ведутся споры об этичности и гуманности. Биоэтика — это поле этического анализа, практической деятельности по защите важнейших ценностей общества в контексте современной медицины.

Этика, как и философия, ставит вопросы разрешения мировоззренческих проблем. Она должна определить ценность человека, его место в мире, смысл жизни, его отношение и ответственность перед обществом, выбор идеала и т. д. Однако этика ставит эти проблемы не в теоретико-гносеологическом плане, а в поведенческо-практическом. Биоэтика как философская дисциплина возникает как новый этап развития общей этики. Однако, сегодня биоэтика является более широким понятием и включает в себя медицинскую этику, экологическую этику и другие родственные дисциплины. Если в центре медицинской этики (а также общей этики) находится человек (принцип антропоцентризма), то в центре биоэтики находится понятие жизни, живое (принцип биосфероцентризма). В обыденном сознании очевиден тот факт, что мораль от возникновения и до сегодняшнего дня включает в себя принципы и нормы, относящиеся к взаимодействию людей, и не затрагивает отношение общества и природы, человека и биосферы.

Современная реальность подтверждает тот факт, что в существующих технологиях цивилизация не может обеспечить нормальный уровень жизни, и актуальнейшей задачей становится разработка стратегии выживания человека, согласованная со стратегией развития природы. Биоэтика, которая занимается человеком и оптимизацией социальных и природных условий, может способствовать выработке стратегии человечества, решению глобальных проблем, выработке новых ценностных ориентаций, новых парадигм выживания, которые регламентировали бы использование биотехнологий. Социология медицины в структуре социологического знания связана с социологическими проблемами и потребностями медицины, закономерностями формирования ценностных ориентаций населения к здоровью и охране здоровья. Междисциплинарный характер биоэтики определяется тем, что она существует на пересечении философского, социологического и юридического знания. Изучение клинических испытаний на людях исключительно актуальное значение приобретает в ситуации развития эпидемий.

Глава 1.
РОЛЬ СОЦИОЛОГИИ ЗДОРОВЬЯ В РЕАЛИЗАЦИИ СТРАТЕГИЙ РАЗВИТИЯ В СФЕРЕ МЕДИЦИНЫ И БИОЭТИЧЕСКИХ ВЗГЛЯДОВ

Научные школы социологии медицины

Формирование дисциплины социологии медицины в отдельную науку происходило одновременно с обособлением таких дисциплин, как социология здоровья, социология гигиены, социология науки, социология права, социология религии и др. Значительный вклад в становление и развитие социологии медицины внесли зарубежные ученые: W. Petty, Е. Chadwick, Н. Mayhew, К. Marx, F. Engels, J. Frank, Т. Parsons, J. Denton, A. Strauss, E. Freidson, M. Foucault, P. Merton, M. Susser, F. Steudlez, P. Ridder и V. Goss, D. Mechanic, K. Winter и др. Следует помнить о выдающемся вкладе в наше понимание социальных определяющих здоровья, который был сделан R. Virchow, S. Naumann, Н. Sigerist, В. Stern и Н. А. Семашко. Отечественные ученые, занимавшиеся проблемами социологии медицины в 1950–1970-е гг.: Д. А. Бирюков, Н. И. Гращенков, В. М. Жданов, А. М. Изуткин, О. В. Кербиков, Ю. П. Лисицын, В. Ф. Сержантов, Б. Я. Смулевич, Г. И. Царегородцев и др.

Возникновение социологии медицины разные авторы описывают в тесной связи с исследованиями, проводившимися по тем или иным аспектам медицины и здравоохранения. Немецкий ученый М. Süsser считает, что впервые социологический анализ места здравоохранения в обществе был проведен в работе «Политическая арифметика» (1690) известного автора трудов по политической экономии W. Petty. Профессор К. Winter относит начало медицинской социологии к середине XX века, а советские авторы И. В. Венгрова и Ю. А. Шилинис связывают начало социологии медицины с именем Мак-Интайра (1895)¹. Научная школа постоянно настроена на новое, прогрессивное, не отбрасывая, однако, так называемое, старое. Смысл научной школы в социологии медицины — в разумном сочетании новых знаний с полезными сведениями прошлого опыта, система научных взглядов, а также научное сообщество, придерживающееся этих взглядов.

Становление российской школы социологии медицины как самостоятельной дисциплины, несмотря на длительную историю «накопления» фундаментальных и эмпирических знаний (а первые научные публикации по вопросам взаимосвязи социальных аспектов жизни, здоровья и медицины датируются концом XVIII века), приходится на 1950–1980-е годы. При этом в России социология медицины получила официальное признание гораздо позднее — лишь в конце XX века.

В СССР в 1950–1960-е годы наблюдается несколько противоречивое отношение к социологии — так, в 1958 году учреждена Советская социологическая ассоциация (руководителем которой стал Ю. Францев), однако одновременно социологическая наука испытывает серьезное идеологическое давление и ограничена в тематике и самостоятельности реализуемых исследований. Тем не менее с начала 1960-х годов, по выражению Г. Т. Батыгина, начинается период «социологического ренессанса». Этот период ассоциируется, в первую очередь, с именами отечественных ученых А. Харчева, Б. А. Грушина, Г. Осипова, Ю. А. Левады, И. С. Кона, А. Зворыкина, Н. И. Лапина, А. Г. Здравомыслова, В. Ядова, В. Н. Шубкина, Т. И. Заславской, В. Э. Шляпентоха, О. И. Шкаратана, Ю. Н. Давыдова, И. В. Бестужева-Лады. Начинают публиковаться статьи по социологическим вопросам, появляются первые крупные работы и региональные исследования. Интересно, что даже за рубежом, в США, с 1962 года начинает издаваться журнал «Советская социология» на английском языке.

В России, начиная с 1980-х годов, наступает период институционального закрепления социологии и начинает развиваться система профессионального социологического образования, открываются социологические факультеты в вузах страны, растет число публикаций, научных и учебных изданий по социологии. Важной вехой становится создание в 1988 году Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ). Одновременно динамично растет число социологических исследований в области социологии медицины: А. И. Антоновым, В. Медковым активно разрабатывается ценностно-мотивационный подход к изучению проблем здоровья, И. В. Журавлевой представляется концепция самосохранительного поведения, В. Иванов и В. Лупандин формулируют определение социологии здоровья. Кроме того, в этот период А. А. Возьмителем разрабатывается категория образа жизни².

Как любая сфера научного знания, социология медицины динамично реагирует на происходящие изменения социальной реальности, ее структуры, социальных институтов. Вследствие этого влияния происходит расширение исследовательского поля социологии медицины. Среди актуальных направлений исследования можно назвать социальное неравенство в отношении здоровья, особенности развития цифрового здравоохранения, новые практики в отношении здоровья среди населения, трансформация ценности здоровья в обществе, фармацетикализация, биомедикализация и др. Их изучение вызывает необходимость разработки новых подходов для осмысления происходящего и прогнозирования будущего³.

В далеком прошлом медицина выделялась как высокопрофессиональный обособленный труд. Не являясь пока теорией в науке, была философской в миропонимании врачей, где выбор полагался на этику. В силу этого идеологическое воззрение неделимо взаимодействует с этическим и ценностным смыслами врачебной науки, врач и философ совмещались в едином лице. Так считал Цельс — врач Древнего Рима: «Сначала медицинская наука считалась частью философии». Исламские университеты Андалузии в средние века имели объединенные курсы мудрости (химка), сочетающие в себе философию и врачевание.

Эволюция социологии здоровья и биомедицинской этики

Формирование научных представлений о здоровье относится к XVIII–XIX вв., именно в этот период происходило становление «медицинской модели» понимания здоровья. Основой для этого послужили научные открытия в области бактериологии, которые переориентировали медицинскую науку с анализа и классификации симптомов на исследование причин болезней и борьбу с инфекционными заболеваниями. В рамках медицинской модели были ключевым образом пересмотрены сложившиеся ранее представления о здоровье и болезни: по мнению М. Моргана⁴ данная модель была выстроена по контрасту с двумя предшествующими подходами.

Первый подход осмыслял здоровье и болезнь как явления, зависящие от «сверхъестественных сил» (например, в христианстве или язычестве), второй — натуралистический, рассматривал здоровье как результат соотношения основных элементов в теле (античное и средневековое учение о четырех жидкостях в теле, китайская медицина и др.). Медицинская модель была построена на убежденности, что только представители медицинского сообщества обладают истинным знанием о том, что́ является болезнью, могут выявлять и обозначать болезнь и, соответственно, способствовать восстановлению здоровья пациента. Р. Портер считает, что в данный период сформировался «патоцентрический подход»: болезнь понималась как нарушение нормальных функций организма, а здоровье — как нулевая степень присутствия болезни. Медицинская модель способствовала формированию восприятия человеческого тела как механизма, а болезни как его дисфункции, вследствие чего оформилась идея продвижения здоровья посредством медицинского вмешательства. Особое внимание при таком подходе уделялось диагностике и лечению, минимальное — человеческим переживаниям, чувствам, личному восприятию болезни. Именно это способствовало тому, что наряду с официальной парадигмой в обществе продолжал существовать целый сегмент нелегитимизированной медицины. Биомедицинская модель развивалась по контрасту с социологической моделью понимания здоровья, которая подчеркивала ведущую роль социальных и экономических факторов, воздействующих на здоровье. Одним из первых направлений, изучающих здоровье в социальном контексте, выступил структурный функционализм, рассматривающий здоровье как условие, при котором индивид способен эффективно выполнять поставленные перед ним обществом функции. Т. Парсонс подробно охарактеризовал «роль больного», которая предоставляет человеку возможность быть освобожденным от части повседневных обязанностей, но в то же время предписывает быть подчиненным врачу и выполнять его рекомендации. Эта модель рассматривается как идеальная, в рамках которой и врач, и больной совместно нацелены на восстановление здоровья и возвращение человека в общество. Однако в рамках этого подхода пациенту отводится весьма пассивная роль, отсутствует возможность интерпретировать, например, хронические болезни, которые невозможно полностью преодолеть. Теория Т. Парсонса представляет собой некую «идеальную» схему взаимодействия врача и пациента и, несмотря на свою значимость, подверглась значительной критике. В рамках марксистского понимания общество рассматривается в терминах классового конфликта, который затрагивает все сферы жизни общества, в том числе и систему здравоохранения. По мнению Ф. Энгельса, в капиталистической системе «женщины становятся непригодными для деторождения, дети утрачивают возможность полноценно развиваться, мужчины становятся инвалидами, вследствие чего утрачивают свою работоспособность, целые поколения приносятся в жертву ради того, чтобы буржуазия могла заполнить свои кошельки». Характерными признаками классовой организации общества являются неравный доступ социальных групп к здравоохранению, различия в образе жизни и условиях труда. В рамках капиталистической системы здравоохранение оказывается полностью «приватизированным» узкой группой специалистов, действующих в интересах господствующих классов и ради достижения экономической выгоды. Изучением неравенства различных групп в доступе к здравоохранению занимались В. Наварро, Дж. Мак-Кинли и др. Долгое время медицинская модель понимания здоровья оказывала исключительное и доминирующее воздействие на общественную мысль. Это обусловлено главным образом тем, что произошедший в большинстве стран мира демографический переход, заключающийся в изменении структуры смертности, заболеваемости и рождаемости, считался главным образом результатом эффективного функционирования системы здравоохранения. Действительно, преодоление целого ряда инфекционных заболеваний, таких как чума, холера, корь, массовая вакцинация населения, изобретение и внедрение антибиотиков, создание системы доступной медицинской помощи населению сыграли существенную роль в снижении уровня заболеваемости и увеличении продолжительности жизни населения⁵.

Значительный интерес представляет целая группа так называемых теорий медикализации, подчеркивающих, что формирование представлений о здоровье было задано узкой группой медицинских специалистов, приватизировавших данную сферу. И. Золя считает, что «медикализация есть процесс, в рамках которого повседневная жизнь все в большей степени подвергается регулированию со стороны медицинских профессионалов»⁶.

Еще одним исследователем, изучавшим формы медицинского вмешательства, является П. Конрад. Он описывал четыре базовых условия, при которых осуществляется медикализация общества:

«1. Традиционные формы контроля становятся неприменимы или неприемлемы.

2. Существуют некоторые медицинские формы контроля, например лекарства или хирургия.

3. Считается, что любая проблема здоровья человека может быть связана с органической причиной (даже если она может быть неоднозначно понята).

4. Медицинские специалисты должны рассматривать девиантное поведение как относящееся к их юрисдикции, что служит достижению главной цели медикализации — стабильности социальных институтов»⁷.

Оригинальный подход к пониманию здоровья представлен в концепции М. Фуко. По мнению автора, в ближайшем будущем «медицина не должна больше быть лишь корпусом техник врачевания и необходимых умений; она станет развиваться так же, как знание о здоровом человеке, то есть одновременно об опыте не больного человека и определении идеального человека»⁸. Фуко считает, что в современности должно произойти смещение с изучения болезней на изучение здоровья, формирование представлений о его норме. Он также подробным образом анализирует процесс медикализации, считая, что в процессе тотального распространения медицины формируется особый «клинический взгляд»: тело перестает рассматриваться как целостный организм, акцент смещается на отдельный орган, который был подвергнут заболеванию. Медикализация рассматривается автором в терминах усиления биовласти: «Основными сферами применения биовласти являются: сфера воспроизводства населения (рождаемость, смертность, продолжительность жизни), заболеваемость, развитие общественной гигиены, распространение медицинских услуг среди населения, воспроизводство рабочих сил общества (контроль условий труда, социальных рисков, связанных с потерей работоспособности, страхование, старость), контроль условий окружающей среды (коммунальная, природная сферы)»⁹.

Таким образом, трансформация понимания здоровья в западной мысли была связана с переосмыслением медицинской модели и дополнением ее субъективно-психологическими и социальными факторами, что привело к рассмотрению общественного здоровья как системного явления. Именно такое понимание здоровья обозначено в концепции ВОЗ, где оно определяется как состояние «полного физического, психического и социального благополучия человека»¹⁰.

Ключевые аспекты, по которым происходила трансформация. Во-первых, с патоцентрического подхода происходит переориентация на изучение нормы здоровья здоровых людей. Во-вторых, при определении нормы здоровья в современности стали учитываться и анализироваться такие проблемы, как влияние узкой группы официальных представителей медицинского сообщества, экономический интерес фармацевтических корпораций, тенденция к смещению целостного рассмотрения здоровья человека на анализ отдельных заболеваний, локализованных в тех или иных частях тела. В-третьих, в большинстве современных теоретических концепций прослеживается тенденция к рассмотрению здоровья в широком контексте с учетом специфических (культурных, гендерных и иных) особенностей различных социальных групп. В-четвертых, на смену нормативному пониманию здоровья приходят такие концепции, в которых гораздо большее внимание уделяется субъективным факторам, что приводит к изменению характера коммуникации между врачом и пациентом. Таким образом, можно констатировать, что на протяжении XX в. представления о здоровье в западной науке претерпели существенную эволюцию. Между тем этот процесс нельзя считать завершенным, так как общественное здоровье продолжает оставаться одной из наиболее проблематичных сфер жизни современного общества, многие вопросы которой требуют дальнейшего исследования и осмысления¹¹.

В современном мире развитие биоэтики обусловливается процессом преобразований в медицине, так как направления биоэтических исследований связаны с практикой биомедицинских экспериментов на людях, трансплантацией органов, применением методов медицинской генетики. Порождение прогресса биологической науки и медицинского знания, требуют постоянного обсуждения как в медицинском, философском, социологическом сообществе, так и в кругу широкой общественности. Современная медицина не только оснащена технологически, но и более чувствительна к этическим аспектам лечения, так как медицина претерпевает процесс цивилизационных преобразований. Сегодня биоэтику можно рассматривать как новую философско-этическую парадигму, как междисциплинарную науку, при научном сотрудничестве специалистов разных научных дисциплин с общей научной целью.

Междисциплинарность биоэтики должна обуславливаться обсуждением и разрешением моральных проблем, порожденных новейшими достижениями биомедицинской науки и практикой здравоохранения. В настоящее время биоэтика, изучающая моральную сторону взаимоотношений современной медицины и человека, охватывает многочисленные проблемы. Нравственное воспитание создает необходимую предпосылку для формирования глубокого уважения к закону, гуманистическое назначение медицины, но при этом не останавливается в познании тайн человеческой жизни и смерти¹².

Опыты и эксперименты над людьми является сложной биоэтической проблемой, с которой сталкиваются наука и общество. Допустимы ли эксперименты на людях вообще, если да, то на здоровых или на больных, каковы границы эксперимента, какие условия необходимо соблюдать при этом и т. д. Для того чтобы ответить на эти вопросы, необходимо междисциплинарные знания, необходим междисциплинарный характер биоэтики, который определяется тем, что она существует на пересечении философского, медицинского, юридического, социологического дискурсов. Так как споры и разные мнения в обществе требуют публичности биоэтики, которые предполагают участие в биоэтических дискуссиях не только профессионального сообщества ученых и медиков, но и философов, юристов, социологов.

Таким образом, острота этой проблемы определяется тем, что здесь сталкиваются коренные интересы отдельного человека и человечества, больного и общества. Необходимо развитие междисциплинарного подхода, который будет направлен на связь дисциплин, когда сглаживаются противоречия в усвоении знаний, идей, методов и приемов исследования между науками, и происходит комплексное применение в профессиональной деятельности теории и практики, полученных на основе изучения дисциплин. Но поскольку это так, то при решении данной проблемы недостаточно руководствоваться лишь общим принципом философии. Сложный характер феномена морали определяет различия в ее философско-этических трактовках. Фундаментальными проблемами теории морали являются проблема определения источника происхождения морали, а также проблема структурирования морали, особенно когда речь идет об экспериментах на человеке. Системный подход является не единственно возможным методологическим приемом, используемым в научных исследованиях, его следует дополнить междисциплинарным и комплексным подходами, в данном случае правом. Права человека дают обществу возможность управлять государством или дистанцироваться от него, самоопределяться в сфере частной жизни, выборе убеждений, отношении к религии. Права человека являются неотъемлемым достоянием всех людей, без какого бы то ни было различия на основании расы, цвета кожи, пола, языка, религии, национального или социального происхождения или любого иного аспекта. Права и свободы человека и гражданина в современном мире — это мощный пласт общечеловеческой культуры, без освоения которого невозможно оценивать всю систему сложных политических, социальных, экономических, культурных отношений как на национальном, так и на международном уровне. В ближайшие годы размах экспериментов в биомедицине будет нарастать. Чем дальше будет развиваться наука, тем больше людей будут становиться участниками экспериментов. В медицине каждое новое открытие знаменует если не сохранение жизни, то хотя бы облегчение тяжких недугов для множества людей. Жизнь и здоровье человека могут подвергаться риску в ходе клинического эксперимента только в случаях, когда все другие уже известные апробированные методы лечения не дают положительного результата, а степень риска соответствует состоянию здоровья.

В современном мире развитие биоэтики обусловливается процессом преобразований в медицине, взаимоотношений врача и пациента, коллег, самого статуса и личности врача, ценностные ориентиры изменились. Вместе с тем в современном обществе биоэтика выступает и как формирующийся специфический социальный институт, призванный регулировать конфликты и напряжения, возникающие во взаимоотношениях между сферой выработки и применения новых биомедицинских знаний и технологий. Из чего следует, что сущность и формы междисциплинарного подхода необходимо развивать в современной науке. Прежде всего биоэтика отличается от медицины тем, что многие ее проблемы и ситуации далеко выходят за пределы компетентности врача и при этом затрагивают жизненно важные права пациента. Поэтому решения в биоэтике принимает не только врач, но врач совместно со своими коллегами, с юристом, философом, а также самим пациентом, основываясь на публично зафиксированной воле общества.

Социальная институционализация биоэтики, фиксирующая потребность в этической и научной экспертизе биомедицинских исследований, в целом направлена на защиту прав человека. Методология междисциплинарного подхода должна базироваться как на традиционных общенаучных методах, опирающихся на специфику научного мышления, так и на новаторских техниках социологического подхода. Несомненно, что взгляды ученых нуждаются в рассмотрении, так как до сих пор не сложилось единого теоретического направления в социологии биоэтики, и их изучение может оказать значительную помощь в ее развитии. Объект изучения социологии предполагает переплетение с областями других гуманитарных и общественных наук, в частности, с философией. Эволюция наук в тех точках, где они сталкиваются и дополняют друг друга, проявляет себя в появлении интересных и плодотворных теорий. Социальная философия и социология дают общее представление об обществе как целостной системе, которое затем конкретизируется в ряде иных аспектов его исследования другими науками.

Вышеизложенная информация позволяет сделать следующие выводы:

– здоровье — это одновременно проблема и социальная, и биологическая. Как и благосостояние, оно зависит от уровня и распределения ресурсов общества. Культура определяет как дефиницию здоровья, так и способы заботы о нем. На протяжении всей человеческой истории здоровье находилось на несоизмеримо низком с точки зрения современных стандартов уровне. Резкое его улучшение произошло в ХIХ в. в Западной Европе и Северной Америке, прежде всего потому, что индустриализация подняла уровень жизни, а впоследствии достижения медицины позволили контролировать распространение инфекционных заболеваний, которые были главными убийцами людей с начала ХХ в. В ХХI в. большинство людей в Северном полушарии умирают в старости от сердечно-сосудистых заболеваний или рака;

– число заболеваний, передаваемых половым путем, так увеличилось за последние полвека, что приобрело прямо противоположную тенденцию по сравнению со снижением других инфекционных заболеваний;

– возможность продления жизни неизлечимо больным людям привела к возникновению множества этических проблем, связанных со смертью и правами умирающих;

– в прежней истории здоровье являлось заботой семьи, сегодня же — это ответственность специально подготовленного персонала;

– холистическое (альтернативное) лечение побуждает людей принимать на себя большую ответственность за собственное здоровье и благосостояние, что заставляет профессиональных целителей интересоваться знанием личности пациентов и их окружения;

– функциональный подход в социологии связывает здоровье и медицину с другими социальными структурами. Центральная категория функционального анализа — роль больного, посредством которой больной человек освобождается от текущих социальных обязанностей;

– парадигма символического интеракционизма исследует здоровье и медицинское лечение главным образом как явления субъективной перцепции и социальной дефиниции;

– теория конфликта фокусируется на неравном распределении здоровья и медицинской помощи. Она критикует систему медицины в США за то, что та слишком полагается на лекарства и хирургию, за неограниченное господство в ней мотивации прибыли и за преувеличение биологического, по сравнению с социальным, при анализе причин болезни. Таким образом, знакомство со сравнительно молодой областью социологической науки, социологией здоровья позволяет сделать вывод о ее теоретической и практической актуальности, а также о наличии у нее весьма перспективных ресурсов и способов воздействия на такую важную социальную сферу, как общественное здоровье, в целях ее оптимизации и совершенствования. Российские специалисты-социологи при решении задач совершенствования охраны здоровья делают упор на повышении эффективности уже существующих институтов и связей. Наиболее перспективным при этом представляется дальнейшее совершенствование коммуникационных аспектов взаимодействия специалистов-медиков, граждан¹³.

Драматическая медицина: подвиги врачей-подвижников

Развитие науки осуществляют сильные личности. Быть врачом — это призвание, главное, чтобы не нарушались границы ценности и верховенства человеческой жизни. Но осознанный риск отдельных людей, и их понимание принципа Sapere aude (лат. «дерзай знать»), в медицине явилось актами самопожертвования врачей как решения личности принести пользу современникам и будущим поколениям.

Наука развивается с помощью теории и экспериментов. Для ученого приоритетом является факт использования себя в качестве подопытного. Так как человечество неоднократно сталкивается с распространением эпидемий, ученые, врачи ставят перед собой задачу выявления источников заражения для разработки новых лекарств и вакцин для лечения больных, подчас ценой собственной жизни. Самозаражение (самоэксперимент) представляет собой разновидность экспериментального исследования (иногда в клинических условия) путем сознательного введения в собственный организм возбудителя инфекции и моделирования патологического процесса, а также воздействия предполагаемым фактором передачи возбудителя инфекции, которые проводятся с целью получения новых научных данных или уточнения имеющихся. В общечеловеческом смысле, конечно, данные опыты являются примером героизма и самоотверженности. История медицины знает немало примеров таких поступков, связанных с изучением инфекционных заболеваний. Однако некоторые из них являются не заслуженно забытыми¹⁴. Вот несколько примеров опасных и важных экспериментов.

Медик из Чехии Ян Пуркине (1787–1868) прославился именно опытами на собственном организме. Он был отличным преподавателем и талантливым исследователем. Его работы по физиологии зрения, эмбриологии и гистологии стали классикой медицинской учебной литературы. Он стал одним из основателей метода дактилоскопии. Благодаря Пуркине были открыты Физиологические институты в Праге и Вроцлаве, издавался первый в Чехии медицинский журнал. Когда он еще учился в университете, то постоянно ставил на себе опыты с разными лекарствами, исследовал слабительное действие манны, ревеня, александрийского листа, разных солей и корня ялапы. Ставил эксперименты и с различными рвотными средствами¹⁵.

Человеком, который доказал, что суслики могут заражать людей чумой, был русский врач Ипполит Александрович Деминский.

Четырнадцати лет он остался круглым сиротой. После окончания гимназии поступил в Казанский университет, где жил на студенческую стипендию, и потом в течение многих лет отрабатывал ее врачом в Астраханской губернии. Это был талантливый человек, интересующийся не только медициной, но и климатом, почвой и флорой, причем работал в этих областях не как любитель, а как серьезный исследователь.

В августе 1912 года в Астраханской губернии началась чума, было зарегистрировано 242 заболевания. Эпидемия длилась до октября, причем под ударом были Донская область и Саратовская губерния. И. А. Деминского направили в село Рахинку. Он много разъезжал по окрестностям, чтобы выяснить, где находится источник эпидемии.

Он писал: «Чума в Астраханской губернии настойчиво требует к себе внимания, тонкая грань отделяет бубонную чуму от легочной, тонкая грань отделяет всю Россию от ужасов черной смерти, выглядывающей из Астраханской губернии».

Его особое внимание привлекли к себе суслики. Он ловил их и вскрывал их трупы в поисках микробов, однако исследования ничего не давали. Тогда Деминский решил выдерживать больных чумой сусликов в закрытых помещениях до тех пор, пока не разовьется смертельная форма болезни.

Он не думал о риске заражения. Им владело только одно желание: найти, наконец, возбудителя чумы и источник эпидемии. И вот второго октября ему, наконец, удалось выделить чумного микроба из погибших сусликов. Об этом Деминский официально сообщил третьего октября. Последние лабораторные записи сделаны Деминским ранним утром 6 октября, а вечером в 8 часов 40 минут того же 6 октября он умер от чумы. Как заразился Деминский, — неизвестно. В телеграмме доктору Клодницкому, чьим помощником он был, Деминский писал: «Я заразился от сусликов легочной чумой. Приезжайте, возьмите добытые культуры. Записи все в порядке, остальное все расскажет лаборатория. Труп мой вскройте как случай экспериментального заражения человека от суслика. Прощайте. Деминский». Ему было 48 лет.

Во время болезни за Деминским самоотверженно ухаживала медичка 4-го курса Елена Меркурьевна Красильникова. Она тоже умерла от чумы через два дня после смерти Деминского. Доктор Клодницкий, который приехал в Рахинку, узнав о болезни Деминского, писал: «Во время болезни и Деминский, и Красильникова держали себя поистине героями».

В журнале «Известия общества астраханских врачей» от 1912 года можно прочесть подробности о мужестве этих людей в их последние дни:

«Однако неминуемая смерть не приводила их в отчаянье. Деминский, пока был в силах, все время заботился о том, чтобы не заразить других, и упорно отказывался от ухода за собой, только в последние часы жизни принимая необходимые услуги. При кашле и питье он отворачивался к стене. Только в последние часы он от слабости уж не мог двигаться. А Красильникова ради предосторожности инстинктивно закрывала рот рукой и отсылала из палаты всякого, кто хотел за ней ухаживать. Вслед за этими героями науки погиб и санитар Малюков»¹⁶.

В 1916 году были поставлены опыты самозаражения тропичекой лихорадкой Е. И. Марциновским и И. И. Широкогоровым. В 1930 году врачи В. А. Кутейшиков и Ф. Г. Бернгофф заразили себя сыпным тифом. В конце 19 века русский исследователь В. А. Хавкин, с целью изучения свойств разработанной им противочумной вакцины произвел самозаражения чумной палочкой.

Ученики Е. Н. Павловского Н. И. Латышев и А. П. Крюкова доказали, что циркуляция лейшманий в природе поддерживается с помощью москитов рода Phlebotomus непосредственно в колониях грызунов, например, больших песчанок. Зараженные лейшманиями москиты способны распространять возбудителей среди грызунов других колоний или заражать человека. Е. Н. Павловским и его учениками изучались и другие инфекции, и инвазии, оказавшиеся при дальнейшем исследовании природно-очаговыми, в частности, туляремия, лептоспирозы, клещевые сыпнотифозные лихорадки.

В исследовании очага клещевого возвратного тифа самое активное участие принимали ученики Е. Н. Павловского — Н. И. Латышев, П. А. Петрищева, П. П. Перфильев, И. А. Москвин, А. Н. Скрынник и многие другие.

Доктор Н. И. Латышев ввел кровь большой песчанки самому себе и наблюдал клиническую картину клещевого возвратного тифа. Профессор К. Н. Гращенков писал: «Самозаражение, иногда страшными болезнями, к которому прибегали сотрудники академика Павловского, стало для них обычным делом и приняло довольно массовый характер»¹⁷.

В 20 веке был разработан метод катетеризации сердца, его основоположником стал Вернер Форсман, медик из Германии. В 1928 году он на себе проверил действенность метода. Коллеги Форсмана не верили в удачность эксперимента, считая, что сердце остановится, если в него проникнет инородный предмет. Сам врач так не считал и для доказательства своей гипотезы надрезал вену у локтя и ввел в нее трубку. Эксперимент был действительно опасным, поэтому ассистент доктора в первый раз отказался продолжать опыт и не дал трубке дойти до сердца. Но во второй раз Форсман завершил-таки эксперимент, действуя самостоятельно. Трубка дошла до правой половины сердца, для этого ее понадобилось ввести на 65 см вглубь вены. После этого Форсман включил рентгеновский аппарат и получил подтверждение своего успеха. В 1957 году нобелевский комитет признал заслуги Форсмана и двух других медиков из Америки — Корнана и Ричардса — и им была вручена Нобелевская премия¹⁸.

Так, Э. Ульман и Н. Ф. Гамалея испытали на себе антирабическую вакцину; В. М. Хавкин — живую холерную, а затем инактивированную противочумную вакцину; С. К. Дзержговский и В. П. Болдырев — иммунизирующее действие активного дифтерийного токсина; Г. Н. Габричевский — инактивированную стрептококковую противоскарлатинозную вакцину; Ш. Николь и Н. Ф. Гамалея — вакцину против сыпного тифа. Конечно же — это не весь список. Невозможно сосчитать все жертвы, принесенные врачами в борьбе с эпидемиями. Все эти опыты сыграли неоценимую роль в развитии учения об инфекционных заболеваниях. Были установлены патогенность для человека предполагаемых возбудителей, механизмы заражения и условия, способствующие этому, что позволило разработать меры успешной борьбы с ними¹⁹.

Врачебная деятельность включает в себя начала философии, социологии, этики, основой практики является служение. Врач ощущает себя ответственным, обязанным добросовестно и высоко продуктивно выполнять взятую на себя работу — оказание медицинской помощи. Важно, отметить, что личность врача, его желание оказать помощь, не только современникам, но и будущим поколениям, обеспечивает решимость для участия в экспериментах с угрозой своему здоровью и жизни. Историческое развитие меняет отношение общества к пониманию нормы, требований к уровню и качеству и ожидания «чуда выздоровления». Одна социальная группа (профессиональная, классовая и др.) может обеспечивать разрушительное воздействие на обесценивание представителей других групп, в том числе и медицинских работников. Ниже будет приведены сведения о уголовном преследовании врачей в разные периоды времени. Важно определить, что является спусковым элементом для таких «гонений». Социологические исследования и совместное сотрудничество научных и профессиональных сообществ могут играть важную роль в разрешении данного вопроса с дальнейшей рекомендацией по разработке механизмов рассмотрения неблагоприятных исходов при оказании медицинской помощи и жалобах в системе здравоохранения.

Дело врачей: исторический экскурс (антисемитизм в СССР)

Врачебная практика это специально-регламентированная деятельность оказывающая влияние на специфический объект — здоровье человека. Врач, оказывая медицинскую помощь, становится участником многих правоотношений, личностное понимание своей профессии и опыт также влияют на уровень профессионализма. Включенность деятельности врача в правовое поле, регламентация профессиональной деятельности в случае нарушения и совершения «врачебных ошибок», обеспечивает запуск механизма ответственности. Сраведливым представляется предъявление повышенных требований к профессиональному поведению работников здравоохранения, их морально-нравственному облику, в том числе путем обеспечения данных требований уголовно-правовыми средствами.

Следует отметить, что с древнейших времен врачи несли повышенную ответственность за вред, причиненный в результате своих профессиональных ошибок. В зависимости от культуры и уровня развития той или иной эпохи для врачей устанавливались различные санкции — от штрафа до смертной казни.

Еще в XVIII столетии до н. э. в Законах Хаммурапи было определено, что «если врач сделает человеку тяжелый надрез бронзовым ножом и причинит смерть этому человеку или снимет бельмо человека бронзовым ножом и повредит глаз человека, то ему должно отрезать пальцы» (ст. 218), а «если врач сделает тяжелый надрез бронзовым ножом рабу мушкенума и причинит ему смерть, то он должен возместить раба за раба» (ст. 219)²⁰.

В Древней Индии в своде Законов Ману (X в. до н. э.) также содержались нормы об ответственности врачей за непрофессиональное лечение. При этом к врачам применялись штрафные санкции (ст. 284 гл. IX)²¹.

В Древнем Риме Законы XII таблиц (V в. до н. э.) содержали предостережение врачу о том, что если он «причинит членовредительство и не помирится с потерпевшим, то… и ему самому будет причинено то же самое»²².

Истории России также известны случаи казней представителей медицины. Так, немецкий врач Антон, безуспешно лечивший татарского князя Каракучу, был казнен в 1483 г., а в 1490 г. венецианский лекарь Леон был казнен после длительной болезни и смерти сына великого князя Иоанна III — Ивана Молодого²³.

Так, правовая регламентация врачебной деятельности, в современном понимании этого, в России началась после принятия в 1597 году «Судебника» — первого русского свода законов. В конце XVII века вышел первый в России закон («Боярский приговор»), предусматривавший наказание за врачебные ошибки. Дальнейшее развитие медицинское право получило при Петре І. Одним из первых указов он заменил Аптекарский приказ Медицинской канцелярией во главе с главным врачом-архиатром и приравнял профессиональные медицинские преступления к уголовным. В военно-морском уставе 1721 года записано: «Ежели лекарь своим небрежением к больному поступит, то яко злотворен наказан будет». Был создан институт судебно-медицинской экспертизы, причем для исследования не только умерших, но и живых лиц. В обязанности врачей-экспертов, в частности, входили и вопросы планирования семьи. Так в 1722 г. был издан указ об освидетельствовании «дураков» для разрешения вступать в брак и установлении невменяемости. Законодательные акты Петра I определяли требования не только к профессиональной деятельности, но и к личным качествам врача — «Следует, чтобы лекарь в докторстве доброе основание и практику имел; трезвым, умеренным и доброхотным отправлять мог». Единый врачебный закон появился в России лишь в 1857 году и с незначительными частными дополнениями просуществовал вплоть до октября 1917 года. По законам XIX века врачи не могли быть привлечены к уголовной ответственности даже при грубых дефектах лечения, повлекших смерть пациента. По ст. 870 «Уложения о наказаниях» (1885), «когда медицинским начальством будет признано, что врач, оператор, акушер или повивальная бабка по незнанию своего искусства делает явные, более или менее важные ошибки, то им воспрещается практика, доколе они не выдержат нового испытания и не получат свидетельства в надлежащем знании своего дела. Если от неправильного лечения последует кому-либо смерть или важный здоровью вред, то виновный, буде он христианин, передается церковному покаянию по распоряжению своего духовного начальства». Врачебные дела направляли для оценки во врачебные управы или в медицинский совет, которые и решали вопрос о привлечении врача к ответственности. Общей тенденцией того времени было то, что врачевание, в силу своей исключительно гуманной направленности, не может относиться к уголовно наказуемым деяниям²⁴.

Развитие научно-технического, инновационного прогресса, радикальным образом затронуло и сферу здравоохранения. Развитие медицинской техники, лекарственного обеспечения, роста публичности в освещении работы медиков, поиска «врагов», способствовало росту привлечения медицинских работников к уголовной ответственности²⁵.

Необходимо отметить, что «процесс принятия врачебных решений может кому-то показаться несложным. Все, что должны делать врачи, — это правильно собирать факты, назначать подходящие анализы, точно ставить диагноз, выбирать лучший способ лечения и следить за его ходом. Если бы все это было просто, врачей скоро заменили бы компьютеры и роботы. Однако каждый практикующий врач знает, что на самом деле речь идет об отнюдь не тривиальной ситуации»²⁶.

«Врач — человек общественный. И общество вправе знать, как он работает, какие ошибки совершает и по какой причине, чем оно может помочь ему ошибок не совершать. Общество, хотя бы в лице СМИ, должно изменить свое отношение к врачу. За фактом нужно видеть причину его возникновения и механизм развития»²⁷.

В настоящей главе будут рассмотрены уголовные дела против врачей XX — нач. XXI в.

Дело врачей, 1938 год

Одним из самых противоречивых процессов прошлого столетия можно отнести знаменитое «дело врачей». Необычное по своей сути, изначально изрядно открытое, обросшее мифами и легендами с первых дней своего существования дело врачей сегодня являет собой образец исторической конспирологии. В марте 1938 году снова на скамье подсудимых большого политического процесса, так называемого «антисоветского правотроцкистского блока», оказались медики. На этот раз врачей Л. Г. Левина, Д. Д. Плетнева, И. Н. Казакова судили в составе большой группы (21 человек) обвиняемых, включавшей бывших членов высшего руководства страны Н. И. Бухарина, А. И. Рыкова Г. Г. Ягоду.

Их обвиняли в умышленной организации смерти А. М. Горького, его сына и В. В. Куйбышева. Об этом писали во всех СМИ, и на почту приходили пачками письма с требованием «расстрела всей проклятой банды предателей родины», между прочим, требовали этого знатные люди, профессора, врачи.

Убийство Максима Пешкова, сына Горького, производилось в два этапа: сперва приказали секретарю Горького напоить Пешкова пьяным и оставить в таком состоянии на садовой скамейке, «на холоде», а затем, когда он простудился, напустили на него Левина, Виноградова и Плетнева. На прогулках с Горьким для него разжигали костры, которые он очень любил, хотя у писателя были слабые легкие, и костры плохо действовали на его здоровье; возили Горького к его внучкам, когда те лежали с простудой, и тем самым заразили писателя, а потом отдали его в руки Левина и Плетнева.

Куйбышева просто неправильно лечили от болезни сердца. Но скончался-то он в конце концов потому, что ему не было вовремя оказана медицинская помощь.

Подсудимые врачи являлись видными учеными, чьи имена и научные труды хорошо знали и в СССР и за рубежом. Так же все они, так или иначе, были связаны со Сталиным, с Кремлевской больницей, лечили самых высокопоставленных советских вождей. Пропаганда их развенчивала и как специалистов, и как порядочных людей, низводя до уровня уголовных элементов.

Так, например, среди пациентов Казакова был Сталин. В 1930-е годы он болел псориазом и обратился к врачу. Прошел у доктора Казакова курс лечения белковыми препаратами, которые им же самим были придуманы (лизатотерапия). Поначалу инъекции помогли, но потом пятна, поразившие кожу Сталина, стали вновь увеличиваться. И доктор был арестован. А еще Левин и Плетнев разгневали Сталина отказом в подписании заключения о смерти его жены.

В обвинительной речи прокурор, доказывая полную возможность преступлений, инкриминируемых врачам, попытался бросить тень на всю историю медицины, для чего постарался представить врачебное коварство и использование ядов за многие века.

Никаких доказательств вины врачей (за исключением их «добровольных признаний») у государственного обвинителя, как показал процесс, не было. Он и подводил к мысли, что настоящее доказательства не нужны, заменяя их словесами, ни на чем не основанными суждениями, явной грубостью и чуть не площадной бранью. Один из учеников Плетнева, профессор А. Л. Мясников вспоминал о том процессе: «Сама идея о том, что врач может сознательно убивать пациента, казалось безумной, дикой и не могла найти рецептора в сознании медика. Чудовищность всей этой истории была ясна и ее авторам».

В итоге Левин и Казаков были расстреляны; Плетнев получил 25 лет тюрьмы, но 1941 году тоже был расстрелян.

В 1990 годы, когда оправдывались репрессированные люди, была проведена тщательная экспертиза и по делу этих врачей. Особая медицинская комиссия пришла к выводу, что Горького, Куйбышева, Менжинского лечили совершенно правильно. Было установлено, что причиной смерти Куйбышева, страдавшего ишемической болезнью сердца, явилась закупорка тромбом правой коронарной артерии сердца.²⁸

Начиная с 1948 года СССР уже шла кампания по борьбе с космополитизмом, которая приобрела антисемитские формы, поскольку в роли так называемых «безродных космополитов» чаще всего оказывались люди с еврейскими фамилиями. Появились негласные указания не допускать евреев на ответственные посты²⁹.

Если в этих маневрах Сталина имелся стратегический план, он был связан с международной политикой. Сказывались реалии холодной войны. Вождь опасался, что еврейские международные организации, связанные с Вашингтоном, усилят свои позиции в восточноевропейских странах советского блока.

Любые контакты с международными организациями за железным занавесом считались подозрительными. Отсюда и демонизация «Джойнта», и паническое отношение к межгосударственным научным контактам, которые в прежние времена не были редкостью для советских врачей высокого уровня.

Схожий процесс в ноябре 1952 года разразился и в Чехословакии. Это «дело Рудольфа Сланского», отставленного генерального секретаря чехословацкой компартии. «Группу Сланского» обвиняли в покушении на жизнь главного пражского коммуниста — Клемента Готвальда — с помощью врачей-убийц. В Чехословакии тоже речь шла о связях врагов народа с «сионистским подпольем». Итоги этого процесса вряд ли можно признать успешными для СССР. Кроме того, в странах Восточной Евпропы прошел ряд политических судебных процессов, на которых кроме обычных обвинений в «предательстве» и планах «реставрации капитализма» добавилось новое — «сионизм». В ноябре 1952 года на процессе в Чехословакии, где подсудимыми проходили 13 человек, из них 11 евреев, включая Генерального секретаря ЦК КПЧ Рудольфа Сланского, было оглашено обвинение в покушении на убийство президента республики и одновременно Председателя КПЧ К. Готвальда при помощи «врачей из враждебного лагеря»³⁰.

Дело врачей, 1953 год

Это громкое разбирательство стало последним при жизни И. В. Сталина, и немедленно закончилось, едва он умер. Однако отголоски этого дела сохранились в России до настоящего времени. И несмотря на то, что в ходе данного расследования пострадало ограниченное число людей, последующая практика показала: его наработки можно использовать и в дальнейшем. Суть события состояла в том, что в 1952 — начале 1953 г. г. арестовали большую группу советских врачей самого высокого уровня, значительная часть которой была представлена лицами еврейской национальности. В официальной прессе немедленно появилась серия статей, в которых арестованных обвинили в тайном заговоре против представителей высшего эшелона советской власти: партии, правительства и вооруженных сил. Однако даже не заговор был главным преступлением арестованной группы видных медиков. Им инкриминировалась связь с американской еврейской организацией «Джойнт», созданной для оказания материальной помощи представителям еврейской нации в других странах, и, как подозревали в СССР, существовавшей на средства разведслужб США³¹.

Антисемитизм — это ксенофобия по отношению к евреям. В СССР он существовал на обоих уровнях: на бытовом и на государственном, коснулось это и медицины. Все началось еще в Российской империи, там антисемитизм был официальной государственной политикой, и евреи были угнетенной нацией.

Советское государство, руководствуясь лозунгами интернационализма и большевистской идеологией, несмотря на конъюнктурные факторы, боролось с нарушениями национального и расового равноправия, прежде всего с антисемитизмом³².

На местах были факты враждебного отношения к евреям и бытового национализма, но официально и публично все это и осуждалось, и пресекалось. Государственные органы, общественные организации целенаправленно вели воспитательную работу среди граждан, в особенности в молодежных коллективах по пропаганде идей интернационализма и советского патриотизма. Советское государство использовало разнообразные политические, культурно-воспитательные и правовые меры для борьбы с антисемитизмом и другими формами ксенофобии. В РСФСР и других союзных республиках с 1922 г. пропаганда антисемитизма и ответственность за подобные деяния начали квалифицировать достаточно широко и менее содержательно — как «возбуждение национальной вражды и розни». В то же время в ряде случаев борьба с антисемитизмом выходила за установленные законодательные рамки и использовалась для обоснования политических репрессий³³.

Группу медиков, среди которых были настоящие светила советской науки, подвергли аресту. «Дело врачей» 1953 года — название нашумевшего уголовного дела против известных врачей в СССР, 6 из которых были евреями. Врачей обвиняли в заговоре против высокопоставленных лиц ЦК КПСС и убийстве видных членов партии. Делу врачей предшествовала политическая кампания по «борьбе с космополитизмом», проходившая в СССР в 1948–53 годах. Боролись с вражескими элементами среди интеллигенции (интеллигенты считались носителями прозападных настроений).

Суть события состояла в том, что в 1952 — начале 1953 г. арестовали большую группу советских врачей самого высокого уровня, значительная часть которой была представлена лицами еврейской национальности. В официальной прессе немедленно появилась серия статей, в которых арестованных обвинили в тайном заговоре против представителей высшего эшелона советской власти: партии, правительства и вооруженных сил. Однако даже не заговор был главным преступлением арестованной группы видных медиков³⁴.

Одна из самых резонансных компаний против евреев в СМИ — «Дело врачей». Выдающихся советских врачей обвинили в заговоре и убийстве некоторых лидеров Союза. Причиной для возбуждения уголовного дела в 1952 году стал донос, который якобы написала врач Тимашук Л. еще в 1948 году. Она на основании ЭКГ диагностировала у председателя Совета Союза Верховного Совета СССР Андрея Жданова инфаркт миокарда, однако лечебное руководство санатория при Кремле заставило ее написать другой диагноз и назначило Жданову лечение, противопоказанное при инфаркте, приведшее к смерти пациента. Сталин был в курсе процесса, активно в нем участвовал и отдавал приказы — в 1952 году он дал распоряжение о применении физической силы к подозреваемым врачам, а спустя несколько месяцев сделал заявление о том, что любой еврей — агент американской разведки. Такие действия в некоторых случаях спровоцировали преследования семей арестованных и усилило нетерпимость к еврейской нации³⁵. Дело врачей стало кульминацией политики, проводившейся в СССР в предыдущие годы³⁶.

Статья прозвучала грозно. «Правда» снова напоминала, что, в соответствии с учением товарища Сталина, по мере наших успехов в деле социалистического строительства классовая борьба только усиливается. А значит, покой нам только снится. Разоблачив шпионов, «Правда» порицала еще и доморощенных ротозеев — тех, у кого притупилась бдительность, кто позволил «врачам-убийцам» орудовать в соответствии с их дьявольскими планами… Это можно было расценивать как намек на будущие громкие отставки в руководстве партии и в «головке» госбезопасности. Стало ясно, что страна снова оказалась на пороге кардинальных перемен. Трудно было отделаться и от предчувствия большой войны.

Вся мощь «дела врачей», в результате которого за короткое время в застенках оказалась вся верхушка Лечсанупра, культивировалась через главный информационный рупор того времени — газету «Правда». Советские граждане «узнали» о врачах, которые зверски мучили партийных деятелей, о том, как врачи-шпионы пытались ограничить главу государства в его деятельности по управлению страной, о том, как еврейская международная сеть пустила корни в СССР и старается парализовать систему управления Советского государства. Негодование и одновременная боязнь людей в белых халатах буквально парализовала советское общество. В каждом медике особо впечатлительные и «бдительные» граждане готовы были увидеть агента британской разведки³⁷.

13 января 1953 г. «Правда» опубликовала сообщение ТАСС «Арест группы врачей-вредителей». В сообщении говорилось о раскрытии органами государственной безопасности «террористической группы врачей.

Не исключено, что и сам Сталин узнал о дополнительном аресте врачей-евреев из газет. Газета «Правда» 13 января 1953 г. разродилась статьей «Подлые шпионы и убийцы под маской профессоров-врачей», в которой писалось следующее:

«Следствием установлено, что участники террористической группы, используя свое положение врачей и злоупотребляя доверием больных, преднамеренно, злодейски подрывали их здоровье, ставили им неправильные диагнозы, а затем губили больных неправильным лечением. Прикрываясь благородным званием врача — человека науки, эти изверги и убийцы, растоптали священное знамя науки. Встав на пути чудовищных преступлений, они осквернили честь ученых.

В первую очередь преступники старались подорвать здоровье руководящих советских военных кадров, вывести их из строя и тем самым ослабить оборону страны. Арест преступников помешал им добиться своей чудовищной цели.

Кому же служили эти изверги? Кто направлял вредительскую деятельность этих подлых изменников Родины? Какой хотели они добиться цели в результате убийств активных деятелей советского государства?

Установлено, что все участники террористической группы врачей состояли на службе у иностранных разведок, продали им душу и тело, являлись их наемными, платными агентами.

Большинство участников террористической группы — М. С. Вовси, Б. Б. Коган, А. И. Фельдман, Л. Г. Этингер, А. М. Гринштейн и другие — были куплены американской разведкой. Они были завербованы филиалом американской разведки — международной организацией «Джойнт». Грязное лицо этой шпионской сионистской организации, прикрывающей свою подлую деятельность под маской благотворительности, полностью разоблачено.

Опираясь на группу растленных еврейских буржуазных националистов, профессиональные шпионы и террористы из «Джойнт», по заданию и под руководством американской разведки, развернули свою подрывную деятельность и на территории Советского Союза. Как показал на следствии арестованный Вовси, он получил директиву «об истреблении руководящих кадров СССР» из США. Эту директиву ему передали от имени шпионско-террористической организации «Джойнт» врач Шимелиович и известный буржуазный националист Михоэлс. (Соломон Михоэлс — псевдоним, настоящая фамилия Вовси. Родной брат арестованного Вовси. Сейчас его именем называют многочисленные еврейские организации)»³⁸.

В тексте приводился список участников «группы» — виднейших советских медиков, большинство из которых были евреями. «Врачей-убийц» объявили наемными агентами иностранной разведки. Сообщение ТАСС завершалось информацией об окончании следствия в ближайшее время³⁹.

В сообщении 13 января говорилось о 9 заговорщиках:

– профессор Вовси М. С., врач-терапевт;

– профессор Виноградов В. Н., врач-терапевт;

– профессор Коган М. Б., врач-терапевт;

– профессор Коган Б. Б., врач-терапевт;

– профессор, член-корр. АМН, ведущий врач Сталина, Егоров П. И., врач-терапевт;

– профессор Фельдман А. И., врач-отоларинголог;

– профессор Этингер Я. Г., врач-терапевт;

– профессор Гринштейн А. М., врач-невропатолог;

– Майоров Г. И., врач-терапевт. Они были арестованы в период с июля 1951 по ноябрь 1952. Помимо них по «делу врачей» были арестованы еще многие, в том числе создатель и хранитель забальзамированного тела Ленина профессор Б. И. Збарский (декабрь 1952), писатель Лев Шейнин (февраль 1953).

Бывший следователь по особо важным делам МГБ СССР Николай Месяцев, назначенный разобраться с делом врачей по поручению Сталина, сказал: Искусственность сляпанного «дела врачей» обнаруживалась без особого труда. Сочинители даже не позаботились о серьезном прикрытии. Бесстыдно брали из истории болезни высокопоставленного пациента врожденные или приобретенные с годами недуги и приписывали их происхождение или развитие преступному умыслу лечащих врачей. Вот вам и «враги народа»⁴⁰.

4 апреля 1953 года в центральных газетах было опубликовано сообщение МВД: «Министерство внутренних дел СССР провело тщательную проверку всех материалов предварительного следствия и других данных по делу врачей, обвинявшихся во вредительстве, шпионаже и террористических действиях в отношении активных деятелей Советского государства. В результате проверки установлено, что привлеченные по этому делу профессор Вовси М. С., профессор Виноградов В. Н., профессор Коган М. Б., профессор Коган Б. Б., профессор Егоров П. И., профессор Фельдман А. И., профессор Этингер Я. Г., профессор Василенко В. Х., профессор Гринштейн А. М., профессор Зеленин В. Ф., профессор Преображенский Б. С., профессор Попова Н. А., профессор Закусов В. В., профессор Шерешевский И. А., врач Майоров Г. И. были арестованы бывшим Министерством государственной безопасности СССР неправильно, без каких-либо законных оснований». Говорилось и о том, что признательные показания следствие добывало незаконными методами. Подполковник МГБ Михаил Рюмин, разрабатывавший дело с особой ретивостью, был уволен из органов и сам оказался под следствием. Несчастных профессоров выпустили. Скандальное дело, которое только заваривалось, навсегда перешло в область пересудов и домыслов⁴¹. Судьбы пострадавших врачей после 1953 года складывались вроде бы гладко. Одним из главных обвиняемых по делу «врачей-шпионов» был генерал-майор медицинской службы, академик Мирон Вовси, который приходился двоюродным братом актеру Соломону Михоэлсу. Вскоре после прекращения дела ему вернули все регалии, включая партийный билет, и Вовси вернулся на работу в Боткинскую больницу. Умер он в 1960 году. Любопытно, что до «дела врачей» Вовси не раз получал высокие государственные награды, а в последние годы жизни, после полной реабилитации, его почему-то не награждали… Академик Владимир Виноградов после возвращения из застенков вернулся к обязанностям председателя Всесоюзного терапевтического общества и даже получил звание Героя Социалистического Труда⁴².

19 января 1953 года особый сотрудник МГБ Николай Месяцев назначили провести независимое расследование дела врачей-вредителей. Месяцева назначил Сталин. За несколько дней работы над делом Месяцев понял, что дело сфабрикованное, улики фальсифицированные и придуманные, так как «происхождение хронических и возрастных болезней есть результат воздействия врачей-преступников». Месяц спустя дело объявили недействительным из-за ложных и сфабрикованных улик. 5 марта 1953 года умер Сталин, и антисемитскую политику в СМИ прекратили. Лаврентий Берия 13 марта 1953 года завел отмену уголовного дела, а уже 3 апреля врачей восстановили в должностях. Награжденную орденом Ленина Лидию Тимашук 4 апреля 1953 года лишили награды. Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об отмене награждения врача Тимашук Л. Ф.

В 1954 году Тимашук Л. Ф. была уволена на пенсию в расцвете врачебной карьеры, без права получить служебную квартиру и персональную врачебную пенсию. Новому советскому руководству необходимо было отмежеваться от «дела врачей». Надо было найти «стрелочника». Им оказался Рюмин. Он был арестован 16 марта 1953 года, а в июле 1954 года Военная Коллегия Верховного Суда СССР приговорила его к расстрелу. 6 апреля 1953 года «Правда» писала в передовой статье:

«Презренные авантюристы типа Рюмина сфабрикованным ими следственным делом пытались разжечь в советском обществе, спаянном морально-политическим единством, идеями пролетарского интернационализма, глубоко чуждые социалистической идеологии чувства национальной вражды. В этих провокационных целях они не останавливались перед клеветой на советских людей⁴³.

По всей стране к медикам стали относиться опасливо. На несколько недель опустели поликлиники и аптеки. Люди перестали верить людям в белых халатах. Столько лет идеологи стремились приучить людей лечиться, следить за здоровьем, за гигиеной — и вдруг оказалось, что рядом со словом «врач» стоит слово «убийца». И это была не единственная социальная проблема, связанная с «врачебным» делом.

Современная Россия (уголовные дела врачей)

Дело: Элина Сушкевич и Елена Белая (Калининградский роддом № 4)

Неонатолог калининградского перинатального центра Элина Сушкевич, которую обвиняют в убийстве недоношенного младенца, впервые высказалась о ситуации. Заявление она сделала во время заседания суда, где обжаловалась мера пресечения — домашний арест.

Суд рассматривал жалобу матери погибшего младенца, которая требовала заключить доктора Сушкевич под стражу. Однако суд не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, врач останется под домашним арестом.

Действия калининградских врачей — и. о. главврача роддома № 4 Елены Белой и неонатолога Элины Сушкевич квалифицируются по статье 105 УК РФ (убийство малолетнего), также Белой инкриминируется превышение должностных полномочий (статья 286 УК РФ)⁴⁴.

Генеральная прокуратура РФ утвердила обвинительное заключение по уголовному делу калининградского анестезиолога-реаниматолога Элины Сушкевич, которой инкриминируют ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство малолетнего, заведомо находящегося в беспомощном состоянии, группой лиц по предварительному сговору). Таким образом, у прокуратуры не нашлось замечаний к собранной следствием фактуре, несмотря на доводы врачебного сообщества. Теперь Элину Сушкевич ожидает суд присяжных⁴⁵.

Присяжные Калининградского областного суда оправдали исполняющую обязанности главврача родильного дома № 4 Елену Белую и реаниматолога-анестезиолога регионального перинатального центра Элину Сушкевич по делу об убийстве новорожденного⁴⁶.

Дело: Елена Мисюрина

16 апреля 2018 года в Московском городском суде состоялось рассмотрение апелляционной жалобы защиты по уголовному делу в отношении Елены Мисюриной — врача-гематолога, осужденного 22 января 2018 года приговором Черемушкинского районного суда города Москвы судьей Никиточкиной З. В. Врач была осуждена на 2 года лишения свобода.

Напомним, что до рассмотрения апелляционной жалобы судом было проведено заседании в отношении изменения меры пресечения из-под содержания под стражу на подписку о невыезде.

Уголовное дело в отношении врача Московской городской больницы № 52 было возбуждено в 2015 году по части 1 статьи 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности), однако в последующем дело переквалифицировали, и Елене предъявили обвинение по пункту «в» части 2 статьи 238 УК РФ (оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью либо смерть человека).

По версии обвинения следственных органов, гематолог нарушила методику, тактику и технику выполнения трепанобиопсии, из-за чего причинила пациенту сквозные повреждения кровеносных сосудов, в результате чего через несколько дней пациент скончался.

Выводы суда о причинении пациенту повреждений в ходе трепанобиопсии, якобы повлекших его смерть, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, поскольку содержат существенные противоречия.

В итоге Черемушкинским судом на основании противоречивых выводов судебно-медицинских экспертиз, показаний экспертов и свидетелей по делу л сделан неверный вывод о виновности Елены Мисюриной в развитии патологического процесса, послужившего причиной смерти пациента.

Как известно, приговор суда вызвал резкую критику со стороны медицинского сообщества — многие медицинские работники (главные врачи больниц в том числе), представители общественных организаций выступили в поддержку Елены Мисюриной и тем самым привлекли общественное внимание к данному вопросу, что послужило толчком к более внимательному и детальному рассмотрению настоящего дела.

Заседание прошло в закрытом режиме — дочери погибшего пациента подали ходатайство о проведения судебного заседания в закрытом режиме по причине возможного раскрытия врачебной тайны.

В итоге Московским городским судом приговор был отменен, дело направлено прокурору для устранения недостатков.

Считаем, что при наличии всех нестыковок в рассматриваемом деле (например, противоречивые показания экспертов, допущенные формальные нарушения в виде отсутствующих подписей в заключениях экспертов и др.) отмена приговора и передача дела прокурору является справедливым и законным решением суда⁴⁷.

Дело: группа врачей (г. Краснодар)

В Краснодаре начались судебные слушания по делу шести врачей и медсестры Отделенческой клинической больницы на станции Краснодар ОАО «РЖД». Сотрудники ведомственной больницы обвиняются в выполнении работ, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей и повлекших по неосторожности смерть пациентки (п. «в» ч. 2 ст. 238 УК РФ). По версии следствия, в июле 2016 года пожилая женщина поступила в клинику для проведения операции после перелома шейки бедра, и во время подготовки к хирургическому вмешательству медсестра совершила ошибку, повлекшую повреждение внутренних органов.

«В течение трех последующих дней руководством и медицинскими работниками клиники не принимались необходимые меры по диагностированию, а также были допущены грубые нарушения при лечении возникшего гнойно-воспалительного процесса, что привело к смерти потерпевшей», — говорится в сообщении Следственного комитета РФ (СКР).

Изначально уголовное дело возбудило Следственное управление на транспорте по ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности). Позднее родственница погибшей побывала на личном приеме у председателя СКР Александра Бастрыкина и дело забрали в Главное следственное управление, где переквалифицировали статью. Затем была проведена судебно-медицинская экспертиза, установившая причинно-следственную связь между действиями обвиняемых и смертью пациентки. Всего в деле имеется четыре заключения судебно-медицинских экспертов. Обвинение предъявили заместителю главного врача по лечебной части, лечащему врачу, заведующему отделением травматологии и ортопедии, а также врачам-хирургам и медицинской сестре.

Один из обвиняемых — бывший завотделением травматологии и ортопедии больницы Владимир Абдуев (уволился в апреле 2018 года) заявляет, что версия следствия ошибочна. Он подтверждает, что 81-летняя пациентка из станицы Ленинградской поступила в отделение с переломом шейки бедренной кости. «Была назначена операция, для которой требовалось сделать предоперационную очистку кишечника. При этом возникли сложности, и я отложил операцию на день. Медсестра повторила процедуру. Через какое-то время пациентка стала жаловаться на боли в животе, мы собрали консилиум и приняли решение перевести женщину в реанимацию, где ей провели всю возможную диагностику, сделали УЗИ и КТ, ее осмотрели узкие специалисты. В итоге поставили кишечную непроходимость. В пятницу вечером пациентку еще раз осмотрел дежурный хирург и диагностировал признаки развивающегося перитонита. Срочно провели экстренную рацию на брюшной полости, однако женщину это не спасло», — в результате вскрытия была определена причина смерти: перфорация прямой кишки⁴⁸.

Дело: врачей убийц младенцев, Александр Ругин

Фигурант: Александр Ругин, заместитель главного врача Калужской областной больницы, главный акушер-гинеколог региона.

Суть обвинений: 28 декабря 2015 года в Жуковскую ЦРБ поступила женщина на 24-й неделе беременности. В штате больницы не было ни компетентных врачей, ни оборудования, необходимого для проведения родов на таком раннем сроке. Заведующая акушерским отделением, по ее заявлению, столкнулась с таким случаем впервые. Во время процедуры она советовалась с Александром Ругиным по телефону, и тот изначально отметил, что в неоснащенной больнице шансов выжить у младенца нет.

Ребенок, родившийся весом в 649 граммов и без самостоятельного дыхания, действительно, умер, но в историю родов записали интранатальную гибель плода (в процессе родов). Впоследствии телефонные разговоры Ругина легли в основу уголовного дела об убийстве младенца. Летом 2016 года дело возбудили против акушера-гинеколога Шалабии Халиловой и педиатра больницы Татьяны Васильевой, а осенью фигурантом стал и Ругин. Им вменялись деяния, предусмотренные п. п. «в», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (умышленное причинение смерти малолетнему, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, совершенное группой лиц) и ч. 4, 5 ст. 33, пп. «в», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (соучастие в убийстве путем склонения, а также содействия совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, а также обещания заранее скрыть следы преступления). По заявлению прокурора, мотивом для убийства стал совет Александра Ругина избежать повышения негативно оцениваемых статистических показателей детской смертности.

Позиция защиты. Аргументация адвокатов Ругина строилась на том, что врачи не убивали ребенка специально, а лишь хотели скрыть то, что его смерть наступила уже после рождения, чтобы не портить статистику смертности. При этом в учреждении не было соответствующего оборудования для вынашивания глубоко недоношенных детей, а сама роженица прибыла уже тогда, когда поздно было отправлять ее в адекватно оснащенную клинику. В суде было доказано, что слова Ругина о том, что нужно сделать младенца мертворожденным, значили лишь «записать его как мертворожденного», а не убить.

Приговор. В декабре 2018 года Александр Ругин был оправдан, так как попытка снизить статистические показатели смертности не является ни подстрекательством к убийству, ни самим убийством. Акушера-гинеколога Халилову судили по ст. 124.2 УК РФ (неоказание помощи больному) и приговорили к 2 годам лишения свободы условно — по словам судьи, глубокая недоношенность ребенка не оправдывала бездействие врача и допущение смерти. Васильеву оправдали в связи с недоказанностью вины⁴⁹.

Верховный суд оставил в силе оправдательный приговор Радугину А.⁵⁰

Дело онкологов в Санкт-Петербурге

В Петербурге расследуется уголовное дело о краже препаратов для онкобольных. Невский районный суд Петербурга избрал меру пресечения процедурной медсестре СПб ГБУЗ «Городской клинический онкологический диспансер», которая подозревается в краже дорогостоящих лекарственных препаратов для онкобольных. Об этом сообщила объединенная пресс-служба судов Петербурга.

По версии следствия, в период с 22 апреля 2019 по 7 октября 2020 г. Елена Сергейчик вместе с сотрудниками различных медицинских учреждений тайно похитила препараты на сумму не менее 1,7 млн рублей. Женщина работает в химиотерапевтическом кабинете. Подозреваемую задержали 10 октября 2020 г. В ходе допроса она признала обоснованность подозрения. До 7 декабря 2020 г. женщина останется под домашним арестом⁵¹.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод о том, что необходимо формирование новой идеологии развития социального взаимодействия между общество и его часть (медициной) путем воспитания осознания ценности человеческой жизни⁵².

Понятие «здоровье» в фокусе социологических исследований

Радикальные реформы здравоохранения в России повлекли за собой существенные изменения его законодательной базы. Интерес к социологическим исследованиям — одна из характерных черт современной медицины. Объектом изучения социологии здоровья являются помимо здоровья и связанных с ним категорий система здравоохранения и социологическая интерпретация здравоохранения как социальной системы и социального института. Ученые пытаются выделять индивидуальное и общественное здоровье в качестве объекта самостоятельной социологической теории. Социология анализирует здравоохранение как социальный институт в целом, как область человеческой деятельности, выходящую за рамки медицины в официальном и профессиональном понимании, Социологическом мышлении, в котором выражено специфическое качество социологической парадигмы обществознания и цель изучения. Возникновение социологии медицины разные авторы описывают в тесной связи с исследованиями, проводившимися по тем или иным аспектам медицины и здравоохранения.

К 1960–1970-м годам основные вопросы социологии медицины были связаны с различными аспектами взаимоотношений врача и пациента, социальной структурой больниц как организаций, медицинской профессией и образованием, «ролью больного», «моральной карьерой» пациентов и так далее. Однако с формированием крупных государственных институтов — процессом, который предшествовал становлению медицинской профессии в США и Великобритании, — интерес социологов сместился в сторону изучения иерархических структур управления и крупных организаций. Начиная с 1960-х годов, конца так называемого золотого века врачей как автономных, независимых профессионалов, исследователи фокусируются в первую очередь на проблемах множественного авторитета, конкуренции между различными медицинскими агентами, коммерческих и бюрократических моделях оказания медицинской помощи, влиянии немедицинских факторов, таких как доступность и тип медицинского страхования пациентов или их социальный статус, на принятие клинических решений.

Каковы ключевые идеи и результаты современных исследований в сфере социологии медицины? Как менялась проблематика социологии медицины, начиная с момента ее формирования в 40-е годы XX века⁵³.

Близко по содержанию термину «социология медицины» понятие «медицинская социология», нередко относимая к медицине. Ю. П. Лисицын и Л. П. Семенова считают, что медицинская социология изучает влияние социальных факторов на отдельные заболевания⁵⁴.

A. M. Анохин утверждает, что медицинская социология занимается «со-циологическими аспектами профилактики, лечения и социально-трудовой реабилитации больных. Она изучает социологические особенности взаимоотношения больного с врачами, медицинскими сестрами, другими больными лечебного учреждения, семьей, друзьями; влияние социальных факторов на здоровье, в том числе и психическое, является элементом целостного понимания этих проблем»⁵⁵.

Современные исследования социологии медицины и здоровья, направленные на изучение потребности в здоровье, ресурсов здоровья и его перспектив, самосохранительного поведения, продолжительности жизни влекут за собой появление новых отраслей и направлений в социологии и медико-социальной работе. Социология здоровья и болезни рассматривает три области: концептуализацию, изучение измерения и социального распределения и обоснование закономерностей в отношении здоровья и болезни. В медико-социальных исследованиях при оценке здоровья целесообразно применять следующие методы: исторический, статистический, экспериментальный, экономический и социальный. В совокупности со все большим признанием медицины как социального института это способствовало, в частности, введения п. 7 ч. 1 ст. 79 и ч. 15 ст. 79.1 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» утверждаются: информация, необходимая для проведения независимой оценки качества оказания услуг медорганизациями, согласно приложению № 1; требования к содержанию и форме предоставления информации о деятельности медорганизаций, размещаемой на официальных сайтах Минздрава РФ, органов госвласти субъектов РФ, органов местного самоуправления и медицинских организаций в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласно приложению № 2.

Социологические исследования в медицине своевременно поставили на обсуждение ученых и социологической общественности проблему понятийного аппарата для отечественной науки отраслей социологического знания социологии здоровья. По нашему мнению, основными направлениями социологических исследований в этой области, обозначены эвристический потенциал и перспективы дальнейшего развития социологии здоровья. Расширение проблемного поля социологии здоровья и включение в него не только медицинской практики, но также законодательства и политики в области здоровья. Одной из основных особенностей данной дисциплины является ее междисциплинарный характер, когда исследования, направлены на изучение потребности в здоровье, продолжительности жизни, экономики семьи, социальных потребностей индивида в своевременной медицинской помощи, здоровый образ жизни. Проблема, однако, есть и в специальных социологических дисциплинах, об этом свидетельствует опыт социологии, связанной со здоровьем человека. В результате на практике большинству ученых сложно отграничить свои представления о здоровье от принятых в медицине. В современной социологической литературе есть несколько понятий, связанных с изучением здоровья, болезней, здравоохранения, медицины: «социология медицины», «социология здоровья», «медицинская социология», «социология в медицине». Имеющиеся определения этих понятий нередко размыты и не всегда отражают сущностные характеристики изучаемого феномена. Между тем, изменения содержания описываемого с помощью понятия феномена, к тому же, влекут за собой — нередко с запозданием эволюцию терминологии. Социология медицины рассматривает медицину как подсистему социальной системы, используя социологические аспекты и рассматривая закономерности формирования ценностных отношений к здоровью, болезни, медицине, медицинскому обслуживанию, организации здравоохранения. Медицина при этом представляется и исследуется как специфическая сфера социальной деятельности в фокусе ее места и роли в общественном укладе, социально-экономической системе, закономерностей функционирования и развития, внутренней дифференциации общества и отраслевых функций.

Медицина доминирует по отношению к социологии, роль здравоохранения в обществе эволюционировала что и стало необходимым провести эволюцию понятийного аппарата. Специфика социологического анализа здравоохранения состоит в изучении представлений о медицине и ожиданий индивидов от нее. В свою очередь данные социологических исследований об ожиданиях позволяют формировать программы в области здравоохранения, которые будут востребованы и эффективны. Следует отметить, что исследованием здоровья населения согласно нормативным актам Минздрава, изучаются основные закономерности и тенденции здоровья населения, здравоохранения с использованием методов математической статистики. Статистика здравоохранения — это статистические показатели, характеризующие систему здравоохранения, обеспеченность медицинскими учреждениями, медицинскими кадрами, койками, уровень материально-технического обеспечения отображает процессы и качество государственного медико-санитарного обслуживания населения России. Эффективность мер по оказанию медицинской помощи населению зависит от нескольких факторов. Статистика здравоохранения отображает ее количественные и качественные характеристики, решает задачи наблюдения за следующими явлениями и процессами: заболеваемостью и инвалидностью населения, оценки физического здоровья населения, оценки результатов деятельности организаций в сфере здравоохранения, а также задачи получения качественной и объективной информации от организаций здравоохранения и формирования сводных данных по регионам и в целом по стране по единой методологии. С точки зрения социологической науки на стадиях ее формирования и развития этой области знания понятие «социология медицины» отвечало характеру ее задач. В свою очередь данные социологических исследований об ожиданиях позволяют формировать программы в области здравоохранения, которые будут востребованы и эффективны. Между здоровьем, заболеваемостью человека в социальном аспекте и медициной как социальным институтом существует некоторая связь. Тем не менее, следует подчеркнуть, это различные области социологического анализа, которые формируются под воздействием изменений, происходящих как внутри самих процессов, так и под воздействием комплексного влияния различных социальных факторов. В совокупности они составляют микросистему различных факторов которые можно объединить в следующие группы: государственная социальная политика, политика в области здравоохранения, правовые акты в области здравоохранения, социально-экономические ВВП на душу населения, финансирование системы здравоохранения, условия труда и быта, питание, образ жизни индивидов, природно-климатические, экологические. Математический расчет не охватывает все факторы макро и микросферы, без учета которых нельзя рассчитывать на полноту и объективность социологической информации. Социология здоровья — это специальная социологическая теория, которая тесно связана с эмпирическими исследованиями, которые предоставляют весь необходимый материал для развития социологии здоровья, а общесоциологические теории позволяют использовать общие теоретические разработки, модели и методы исследования.

Становление социологии здоровья, реалии современности

Роль социологии в решении вопросов сохранения и укрепления здоровья нации заключается в комплексной характеристике здоровья как высшей социальной ценности, исследовании отношения к здоровью на различных уровнях — от индивидуального до группового, социума в целом, выявлении и вынесении на обсуждение проблем, связанных со здоровьесохранными стратегиями, реализуемыми социальными группами, анализе государственной политики в сфере здоровья. Социологическая интерпретация данных о состоянии здоровья населения, факторах, его определяющих, а также прогнозирование показателей здоровья в зависимости от социально-экономических процессов, реализуемой политики — является актуальной задачей современной социальной науки.

Социология здоровья является одним из развивающихся направлений социологической науки. Социология здоровья — это специальная социологическая теория, которая тесно связана с эмпирическими исследованиями, а также с общесоциологическими теориями. Глобальная проблема здоровья и долголетия во многом является производной от других глобальных проблем, вызывающих заболевания, способствующих их распространению, сокращающих трудоспособный и репродуктивный возраст человека и продолжительность его жизни. Здоровье представляет собой один из интегральных показателей качества жизни, в нем отражаются демографические, социальные процессы общества, уровень социокультурного и экономического развития, качество функционирования системы здравоохранения. Несмотря на невероятные улучшения в сфере охраны здоровья, произошедшие в мире, до сих пор сохраняется целый ряд проблем, требующих срочного решения. Здоровье населения обусловлено комплексным воздействием факторов, определяющих образ жизни человека, среду его обитания, наследственность и состояние системы здравоохранения. Интересы любого государства и народа состоят в том, чтобы общество было здоровым, полноценным в трудовом отношении в количественном и качественном смысле. Медицина и здоровье тесно связаны между собой и охватывают изучение профилактики, лечения и понимания болезни, а также здоровье человека.

По мнению Шангареевой З. С., в законодательной и управленческой системе социального государства достижения, способствующие здоровью, должны превратиться в общественную гарантию обеспечения здоровья для каждого и в любое время. Когда мы взываем о праве на здоровье, то прежде всего пытаемся урегулировать нормы в медицине. На установление этих норм влияют право, этика, политика и рынок. Забота о здоровье в социальном государстве является коллективным делом. А это значит, что оно обязано выполнять следующие две основные задачи. Первое — наряду с социальной идеей субсидирования оказывать общественную помощь там, где индивидуальная помощь невозможна. Второе — солидарность, принципы которой заключаются в том, чтобы каждый гражданин вносил свой вклад в социальное страхование для других и тем самым поддерживал общность в критических случаях жизни его членов, а также благодаря своему здоровому образу жизни и своим доходам уменьшал социальные затраты на себя. Сегодня нельзя осмыслить медицину вне этих категорий⁵⁶.

Большинство исследований в социологии медицины остается ориентированным на решение практических задач, но при этом они опираются на социологическую теорию. В области социологии медицины наблюдается появление работ, сочетающих и прикладной, и теоретический аспект, а теория все больше выступает в роли инструмента для объяснения или предсказания поведения человека, страдающего тем или иным заболеванием. В то же время, социология медицины преодолела состояние зависимости от медицины в том, что касается определения исследовательской тематики, и стала самостоятельной дисциплиной. Хотя отношения с медициной и системой здравоохранения в целом всегда были важны для социологии медицины, эти отношения не всегда были беспроблемными. Тем не менее, органы здравоохранения поддерживали и финансировали социологию медицины в начале ее развития, и продолжают это делать и по сей день. Можно утверждать, что медицина в гораздо большей степени, чем социология, поддерживала социологию медицины.

Можно также утверждать, что возросшая роль теории в социологии медицины свидетельствует о попытке социологов медицины укрепить связь с общей социологией⁵⁷.

В современном понимании социология медицины — многоаспектная область, включающая исследования с различных социологических, культурологических, политических и антропологических точек зрения, не говоря уже о всем разнообразии медицинских наук. Однако исторически сложилось так, что изначала она занималась практически исключительно влиянием социальных факторов на заболеваемость, и обязана своим появлением катастрофическим изменениям в общественном здоровье, сопровождавшим массовую индустриализацию западной цивилизации середины 19-го века. Последующие периодические коренные изменения в парадигме социологии медицины также были вызваны катастрофическими событиями гуманитарного плана — эпидемиями, войнами, коренными изменениями в структуре экономики и образе жизни населения⁵⁸.

Проблемы здоровья достаточно долго ассоциировались в общественном сознании в основном с медициной, поэтому социологическое изучение здоровья и здравоохранения начиналось с осмысления социальных функций медицины. Ключом улучшения общественного здоровья являются стимулирование самосохранительного поведения и здоровый образ жизни.

Анализируя работы античных философов, можно с уверенностью утверждать о существовании ценностного подхода к проблеме здоровья человека. В сочинениях Платона, Сократа и Аристотеля теме здоровья уделяется значительное внимание. Оно отождествляется с такими составляющими человека, как красота и добродетель. Забегая вперед, хотелось бы обратить внимание на то, что комплексный подход к здоровью, который актуален сегодня, начал зарождаться еще в Античности, так как уже тогда мы обнаруживаем рассмотрение здоровья не только как физическое благо человека (это видно через отождествление здоровья с красотой), но и как духовную составляющую человеческой сущности. Подтверждение мы находим у Сократа: «добродетель — это некое здоровье, красота, благоденствие души, а порочность — болезнь, безобразие, слабость»⁵⁹. Аристотель делит блага на духовные и физические, причисляя добродетель к первой категории, здоровье и красоту — ко второй. Таким образом, можно сделать вывод о том, что наряду с ценностным подходом к здоровью существовал и эстетический подход⁶⁰.

Хотя социология здоровья как самостоятельная отрасль социологии стала развиваться с середины ХХ века, изучение влияния социальных факторов на здоровье человека и на развитие системы общественного здравоохранения имеет более давнюю историю. Английский государственный деятель и врач Уильям Петти (1623–1687) в своих работах «Трактат о налогах и сборах» и «Политическая арифметика» впервые предпринял анализ численности врачей, количества и состояния больниц и приютов, влияния эпидемий на численность населения, зависимости заболеваемости и смертности от профессии и др. Именно ему принадлежит введение в научный оборот термина «демографическая статистика. В этом же русле работал английский ученый Джон Граунт (1620–1674), который считается первым экспертом в области эпидемиологии. Он впервые использовал таблицу дожития, содержащую данные о вероятностях дожития до определенного возраста. В дальнейшем государство стало все больше внимания уделять вопросам общественной охраны здоровья. Особые усилия в этом направлении проявлял немецкий ученый Вольфганг Томас Рау (1721–1772), который подчеркивал важность наблюдения за здоровьем населения, надзора за госпиталями и аптеками, предупреждения эпидемий, просвещения населения. Все это он обобщил понятием «медицинская полиция». Эти идеи были активно поддержаны австрийским врачом, теоретиком здравоохранения, Иоганном Петером Франком (1745–1821), который в своей 9-томной работе «Полная система медицинской полиции» обосновывал необходимость проведения систематических общегосударственных мероприятий по охране общественного здоровья, видя в этом залог успешного развития национальной экономики⁶¹.

Понятие «социальная медицина» вошло в словоупотребление вместе с безработицей, недоеданием, приютом и ориентировалось по направлению к профилактической медицине. Однако очень скоро обнаружилось, что в сведениях, собирающихся из государственных отчетов по здоровью, отсутствовали данные о хронических заболеваниях.

В послевоенный период на развитие британской «медицинской социологии» положительное влияние оказала деятельность таких групп, как Социалистическая медицинская ассоциация и Комитет против недоедания, а также некоторых социалистически ориентированных врачей и научных работников, увлеченных поисками причин болезни в социально-экономических условиях жизни общества. Этим подробно занимался Ф. Энгельс, составив социологическую анкету и проведя опрос в рабочих районах Лондона; материалы своего исследования он опубликовал в своей работе «Положение рабочего класса в Англии». В итоге это направление не привело к формированию «медицинской социологии», но внесло уточнения в предмет социального здравоохранения. Изыскания, на которых строился предмет социального здравоохранения, стали толчком к дальнейшим поискам предмета социологии здравоохранения.

В отличие от социального здравоохранения социология здравоохранения может повернуться лицом к клинической медицине и рассказать то, о чем могли не догадаться врачи, увлеченные рассмотрением тела пациента. От социологии здравоохранения клиническая медицина и эпидемиология могут получить не только экспертизу по социальным отчетам, но также определить сущность заболеваний, интерпретируя их в понятиях социологии как науки.

Таким образом, в Англии предмет социологии здравоохранения рассматривается как отрасль медицинской науки по отношению к социальным группам. Она не только имеет отношение к профилактике и предотвращению заболеваний, но и изучает социальные факторы, способствующие или ослабляющие полнейшую реализацию биологически и социально значимых человеческих возможностей. Социология здравоохранения направлена на проблему здоровья и болезни с помощью социологических методов и понятий⁶².

Английский врач и демограф Т. Маккеон (Т. MacKeown) доказывал, что в Великобритании в XVII в. медицина сыграла незначительную роль в серьезном снижении инфекционных болезней и росте населения. Особо он выделил этиологию болезней, позволившую определить четыре основные категории причин заболеваемости. Три из них связаны с попаданием в организм человека патогенных микроорганизмов: а) воздушно-капельным путем; б) через воду и пищевые продукты; в) через микроорганизмы, где передача проходит не через воздух или воду, а через контакты между животным и человеком (сыпной тиф) и от человека к человеку (например, болезни, передающиеся половым путем). В четвертую категорию попали врожденные пороки, болезни дегенерации, а также заболевания, обусловленные естественным процессом старения (видоизменяющиеся в зависимости от образа жизни, питания, окружающих факторов). К ним относятся онкологические и сердечно-сосудистые заболевания.

Аналогичным образом роль здравоохранения в обществе эволюционировала, что и сделало необходимой эволюцию понятийного аппарата социологию медицины. В конце XVIII в. медицина рассматривала болезнь в контексте тела заболевшего организма. Организм индивида расценивался как объект, имеющий много общего с функционированием машины. Но в начале XX в. медицина подходит к человеку как к целостному организму. D. Armstrong усматривает в переориентации медицины формирование нового гуманистического направления в здравоохранении, что возможно в рамках социологии здоровья. Отечественной социологии близки эти взгляды⁶³.

Было ли социологическое в социальной медицине? В ней были зачатки социологии здравоохранения. Но ее ориентированность на исследование общества, а не социальной группы, оторванность от индивида, где истинные страдания человека подчас подменялись отчетами о здоровье населения, приводили к тому, что индивидуальная медицина оставалась в понятиях профилактического здравоохранения⁶⁴.

Социологии здравоохранения предстояла реинтеграция субъективной стороны здоровья и болезни. Т. Парсонс, опираясь на теорию З. Фрейда⁶⁵ создал свою концепцию социологии здравоохранения. В 10-й главе книги «Социальная система» Т. Парсонс разрабатывает ролевую концепцию применительно к врачебной деятельности. Он раскрывает в понятиях социологии сферы взаимодействия в системе «врач-пациент», основанной на символическом интеракционизме, изучении девиантности методом включенного наблюдения⁶⁶. Заслуга Т. Парсонса состоит в том, что он разработал социологическое наблюдение за здоровьем и болезнью в области психоневроза, психосоматической болезни, объединив индивидуальное и социальное в одно поле в динамической матрице взаимоотношений. Заболевание он рассматривал как дезинтеграцию пациента в обществе, и этим надо определять его лечение, что предполагает выяснение следующих вопросов. К какой социальной группе он принадлежит? Какие групповые характеристики уместны? Почему данная общность становится «больной»? Каковы причинные факторы окружающей среды? Почему здоровая группа (где все здоровые) привлекает членов, объединяет, а «больная» — отталкивает их и разрушает? Из этого делается вывод о необходимости социальной защиты от реинтегративных побуждений группы в случае заболевания ее члена. С этим связываются проблема «национального бесплодия», показатели общественно-психологического здоровья, социального здоровья с суицидами, хроническими заболеваниями, показателями профессиональной неспособности⁶⁷.

Термин «социология медицины» был введен в научный оборот в конце XIX века американским ученым И. Мак-Интаром. В разные периоды XX века проблемам здоровья уделяли внимание такие всемирно известные социологи, как Т. Парсонс, Р. Мертон, П. Кенделл, Дж. Ридер, Б. Доренвенд и другие. Например, Т. Парсонс, увлекавшийся в молодости романтикой биолого-медицинской специальности, обратился к социологии медицины после исследования некоторых аспектов врачебной профессии как социального явления. В ходе этой работы Т. Парсонс пришел к мысли о болезни как своего рода форме «социального отклонения» и о терапии как деятельности, принадлежащей к обширному семейству типов «социального контроля». Важным принципиальным моментом в этих исследованиях был переход от рассмотрения лечения как применения только биофизических технологий и других приложений медицинской науки к его трактовке и как разновидности социального взаимодействия. До Т. Парсонса традиционный взгляд на медицинскую практику представлял ее как отношение между культурными системами (научным знанием) и отдельными организмами, где социальные агенты (врачи) лишь внедряли очевидные посылки и выводы знания. В соответствии с новым подходом, предложенным американским социологом, медицинские взаимоотношения в обществе трактовались по меньшей мере как тонкая взаимоигра между бессознательными мотивами на личностном уровне и особенностями структуры социальных систем⁶⁸.

Большой вклад в разработку проблемы социальной детерминированности здоровья населения и профилактики заболеваемости внесли ученые-медики Казанского университета. В 1865 г. профессор гигиены А. И. Якобин писал в официальной записке: «Я всегда был вполне убежден, что гигиене, как учению о народном здравии и счастии, предстоит играть высокую, решающую роль в деле народного и государственного развития. Гигиена разбирает почти всю общественную жизнь, поскольку она относится к области медицины, ее законы применимы на деле и вдобавок обязательны для общества»⁶⁹.

Одним из ведущих исследователей социальных аспектов здоровья в советское время был первый нарком здравоохранения РСФСР Н. А. Семашко. Н. А. Семашко (1874–1949) внес огромный вклад в развитие не только советской, но и мировой медицины. Принимал участие в медицинском обустройстве страны с момента возникновения идеи о создании государственной системы здравоохранения: сначала возглавил медико-санитарный отдел Московского Совета, а позже стал первым народным комиссаром здравоохранения РСФСР. Он управлял Наркомздравом на протяжении 11 лет, в тяжелейшие для страны годы, когда шла кровопролитная Гражданская война, в Союзе бушевали эпидемии. Он принимал участие и в разработке противоэпидемических программ, серьезно заявил о необходимости создания программы охраны материнства и детства и о необходимости развития советской медицины путем усовершенствования и расширения сети научно-исследовательских институтов. При нем стало интенсивно развиваться санитарно-курортное дело, преобразовалась система высшего медицинского образования.

В середине XX в. критика медицины исходила от эпидемиологов, экономистов, врачей, историков. К этому времени сложилась классика социологического анализа эволюции роли здравоохранения в обществе. В центре внимания были эффективность медицины и роль врача в обществе в разные периоды. Функционирование здравоохранения оценивалось в историческом контексте, анализировалось его современное состояние. Так проведя анализ мед-статистики, пришли к следующим выводам, в чем-то далеко выходящим за пределы медицины. Во-первых, снижение смертности напрямую не было связано с микробной теорией. Во-вторых, состояние здравоохранения далеко от идеального, так как заметного увеличения продолжительности жизни не отмечается. В-третьих, концепция однофакторной медицины уводит в сторону от анализа комплекса причин, лежащих в основе большинства заболеваний. В-четвертых, человечество, обладая высокими адаптивными способностями, тем не менее, не успевает приспосабливаться к изменениям окружающей среды.

По мнению П. И. Калью, многообразие определений понятия «здоровье» может быть распределено в соответствии с рядом концептуальных моделей здоровья, основными среди которых являются: медицинская модель здоровья предполагает такое определение здоровья, которое содержит лишь медицинские признаки и характеристики здоровья. Здоровьем считают отсутствие болезней, их симптомов; биомедицинская модель рассматривает здоровье как отсутствие у человека органических нарушений и субъективных ощущений нездоровья. Внимание акцентируется на природно-биологической сущности человека, подчеркивается доминирующее значение биологических закономерностей в жизнедеятельности человека и в его здоровье; биосоциальная модель в понятие «здоровье» включает биологические и социальные факторы, которые рассматриваются в единстве, но при этом социальным признакам придается приоритетное значение; ценностно-социальная модель рассматривает здоровье как ценность, необходимую предпосылку для полноценной жизни, удовлетворения материальных и духовных потребностей, участия в труде и социальной жизни, в экономической, научной, культурной и других видах деятельности. Следует отметить, что в определении понятия здоровья в одном случае акцентируется внимание на его состоянии, в другом — здоровье⁷⁰. Близко по содержанию термину «социология медицины» понятие «медицинская социология», нередко относимая к медицине. Ю. П. Лисицын и Л. П. Семенова (1983) считали, что медицинская социология изучает влияние социальных факторов на отдельные заболевания. A. M. Анохин (1980) утверждал, что медицинская социология изучает социологические особенности взаимоотношения больного с врачами, медицинскими сестрами, другими больными лечебного учреждения, семьей, друзьями; влияние социальных факторов на здоровье, в том числе и психическое, и является элементом целостного понимания этих проблем. По К. Н. Хабибуллину (2000), медицинская социология должна изучать социальные факторы, которые приводят к заболеванию, и определять характер влияния социальной структуры на индивида; она может дать прогноз индивидуального поведения, щадящего или ущемляющего здоровье⁷¹. Следует согласиться с Дмитриевой Е. В. о том, что расширение проблемного поля социологии здоровья и включение в него не только медицинской практики, но также законодательства и политики в области здоровья, повседневных реалий бытия, экономики семьи, социальных связей индивида. Между социологией и медициной в силу различия языка и решаемых задач, а также высокой корпоративной замкнутости последней существуют проблемы в интеграции знания. Имеющиеся в медицине методы не всегда отражают глубину изучаемых социальных явлений, их общественную природу. Например, в официальных документах Министерства здравоохранения, в частности Государственных Докладах о состоянии здоровья населения РФ, отсутствуют, хотя их наличие очевидно, обобщения и выводы, а также рекомендации социального характера⁷². Индивид, обладающий хорошим состоянием здоровья, имеет больше возможностей повысить свой социальный статус, чем индивид, чье состояние здоровья характеризуется наличием заболеваний или патологий, вследствие чего у индивида возникает необходимость принятия определенных мер с целью изменения сложившейся ситуации. Первостепенная значимость социальных условий в формировании здоровья населения является сегодня специальным предметом внимания и исследования социологов. Многие тенденции развития общества не ориентированы на поддержание нормальных функций человеческого организма.

В настоящее время социологии принадлежит особое место в формировании мировоззрения человека. Как гуманитарная наука, аккумулирующая достижения других областей знания, социология обладает наибольшими возможностями воздействия на формирование системы ценностей людей и воспитание гуманных форм их поведения в обществе. Социологические знания являются тем связующим звеном между личностью и окружающим ее миром, которое необходимо для выработки адекватных форм социального взаимодействия⁷³.

Неблагоприятные сдвиги в здоровье зачастую связаны с низкой гигиенической, валеологической, экологической грамотностью, а также с поведенческой пассивностью. Проблема сохранения здоровья населения является весьма острой, на здоровье человека существенное влияние оказывают различные факторы: социальные, политические, экономические, экологические, психологические. Взаимодействуя между собой и усиливая тем самым друг друга, они при определенных условиях могут нанести ощутимый урон национальному генофонду. Направленность самосохранительного поведения может быть как позитивной, так и негативной. Позитивная направленность предполагает наличие стремления сохранить и укрепить здоровье, негативная — его разрушить. Позитивная направленность поведения в сфере здоровья в большей степени соответствует здоровому образу жизни и предполагает внимание к своему здоровью, отсутствие вредных привычек, занятия спортом, высокий уровень осведомленности о возможных заболеваниях, обращение за советами в медицинские учреждения. При этом важным является обращение к врачам не только в крайних случаях и при возникновении серьезной болезни, а за профилактикой заболеваний. Негативная направленность поведения может выражаться как в осознанных действиях (например, когда здоровьем жертвуют ради того, чтобы не потерять престижную работу), так и в неосознанных поведение человека при плохой информированности о симптомах заболеваний, о влиянии вредных привычек.

Самосохранительное поведение, как никогда ранее включает в себя внимание к собственному здоровью, способность обеспечить индивидуальную профилактику его нарушений, сознательную ориентацию на здоровый образ жизни. Важнейшей детерминантой мотивации личности на самосохранительное поведение являются социальные ценности сохранения здоровья, реже выходить из дома и встречаться с другими людьми во время пандемии, тем больше вероятность выжить⁷⁴.

Социологическое исследование социологии медицины заключается в объективных и субъективных факторах, в части в укрепления и охраны здоровья населения, отношение к медицинскому обслуживанию, здоровью, болезням разных демографических и профессиональных социальных групп, самосохраняющие технологии здоровья населения, санитарно-профилактическая медицина, роль средств массовой информации на формирование и развитие медико-гигиенических знаний, осуществление комплексных программ здоровья, повышение эффективности здравоохранительных мероприятий, функции здоровья в процессе формирования личности и развитии общества⁷⁵.

Социологическое знание помогает решать социальные проблемы, возникающие на всех уровнях общества, и в отдельных его группах. Прикладная социология вооружает методологическими и методическими знаниями и проведения социологических исследований, способствующих получению объективной социологической информации, которая, в конце концов, воплощается в научные систематизированные знания о закономерностях развития различных сторон жизни общества и его отдельных структурных элементов⁷⁶.

Научное видение общества направлено на изучение его явлений путем выявления средней равнодействующей общественных сил и факторов, фиксацию научных отклонений от усредненных показателей, установление причин и следствий этих отклонений. Научная идеология основывается на понимании социального пространства как равновесия противодействующих сил (экономических, политических, культурно-идеологических и др.). Диатропический способ познания основан на возможности осмысления общественных явлений в качестве реалий, не имеющих жестких, постоянно действующих законов, переживающих такие процессы, которые предопределяют появление качественно новых признаков, смену векторов и закономерностей дальнейших его трансформаций⁷⁷.

Современная медицина — это сложившийся социальный институт, занимающий особое место в обществе и связанный со всеми другими социальными институтами общества. При этом складывается противоречивая ситуация, когда основные — профессиональные регуляторы медицинской деятельности могут вступить в конфликт с регуляторами социальными⁷⁸.

Социальные науки, включая социологию, политологию, правоведение, все чаще подвергаются междисциплинарному исследованию. Социальные науки формируются из нескольких областей знания, которые являются «интеллектуально-связанными и последовательными группировками предметов, исследования, отдельных друг от друга»⁷⁹.

Влияние глобализационных процессов на современную медицину

Глобализация затрагивает практически все стороны и аспекты жизни современного человека. Роль культуры в процессе глобализации обусловливается потенциально-глобальными последствиями изменений нравственно-ценностных ориентиров личности. Социология познания, заключается в том, что они могут действовать в направлении воспроизведения или преобразования обычаев и стиля жизни на современном этапе. Глобализация культуры несет в себе риски не только для отдельной личности, но и для общества в целом, с внедрением новой культуры, потери самобытности. В качестве оснований современной глобализации рассматривают ряд противоречий, возникающих в рамках системы противоположностей «традиционное и современное», «локальное и глобальное», «государство и общество», «коллективное и индивидуальное». Разрешение противоречий современной глобализации связывается с научно-образовательными комплексами и приоритетом культуры над экономическими, политическими интересами государства. Глобализация стала одной из причин радикальных изменений в системе взаимоотношений между народной, элитарной и массовой культурами. Она понизила статус народной культуры и элитарной культуры, и статус культуры в целом. Именно об этом говорили такие выдающиеся личности как И. Кант, М. Вебер, Н. А. Бердяев и другие. Сегодня культура стала средством, которое способствует достижению жизненного успеха и материального благополучия. Параллельно глобализация возвысила массовую культуру, преобразив ее в один из главных элементов системы культуры постиндустриального общества. Культурная глобализация в данном контексте не так однозначна. Западные культурные образы и продукты получили распространение среди российской молодежи в конце 1990-х гг., когда покупательная способность среднего россиянина резко сократилась, но при этом рынки продолжали насыщаться иностранными товарами. Российские дети вооружились такими «глобализированными» жанрами, как рэп и рейв, в качестве инструментов в своих локальных процессах групповой принадлежности и оспаривания. Критика двусмысленности и безразличие к западной культуре, возникающие в молодежных СМИ, свидетельствуют о необходимости таких ценностей для молодежной культуры, как душевность и общение. В условиях глобализации особое место занимают проблемы интегрирования национальных систем здравоохранения. Это связано с тем, что глобализационные процессы носят системный характер, изменяя культуру врачевания, новая сформировавшаяся культура снижает ценность человеческой жизни в современном мире. Разумеется, такое масштабное явление не могло не иметь негативных последствий на сферу здравоохранения. Современная медицина сегодня одна из самых динамично растущих областей в России по количеству поступающих жалоб и обращений пациентов в различные инстанции. Население высказывает свое неудовлетворенность не только качеством лечения, но и жалобы поступают в различные надзорные инстанции на грубость и бездушие со стороны врачебного сообщества, что свидетельствует о том, что утрачивается национальная культура врачевания. Эксперты отмечают возросшее недовольство населения системой здравоохранения. Согласно данным ВЦИОМ и Левада-центра, только 9% населения полностью удовлетворены системой здравоохранения в 2017 г. (в 2014 г. таких было 22%), только 36% — доверяют врачам в 2017 г. (в 2015 г. — 55%), и только 2% — гордятся системой здравоохранения (в 2018 гг.). Около 6,6 тыс. человек обратились в 2018 г. в Следственный комитет с жалобами на некачественное оказание медицинской помощи или на врачебные ошибки, что примерно на 9,5% больше, чем по итогам 2017 г. (тогда было чуть более 6 тыс. обращений). Число уголовных дел, возбужденных по факту жалоб и обращений, превысило 2,2 тыс. — это примерно на 24% больше, чем в 2017 г. Данные свидетельствуют о том, что все больше россиян недовольны не только качеством и доступностью медицинского обслуживания, но и изменением культуры врачевания, выполнением долга врача перед больным человеком. Проблемы медицины настоящего времени в таких условиях будут только усугубляться. Так как воспитано целое поколение молодых медицинских специалистов, которые будут передавать не только свой практический опыт, а и культуру врачевания новому поколению. В современных условиях возникает объективная необходимость в разработке инновационного социального управления процессом возрождения гуманизации в медицине. Коммерциализации здравоохранения — это один из факторов общественного недовольства. Переход на новые экономические (рыночные) отношения, в нашей стране усилил негативные тенденции социально-экономических явлений в здравоохранении, резко усилился остаточный принцип финансирования. Реорганизация монопольной государственной системы и создания бюджетно-страховой и платной медицины демотивировала врачей и стала переходным этапом к изменению профессиональной деятельности в сфере здравоохранения. Глобализация в здравоохранении определяется как процесс, основанный на международных стратегиях, имеющий целью ускоренное развитие глобальных коммуникаций вследствие технического прогресса, а также социально-экономического и политического развития. Для обобщенной характеристики места и роли конкретной культуры в общечеловеческом духовном наследии в гуманитарных науках применяется сравнительно новое и еще не вполне устоявшееся понятие — «глобалитет культуры». Смысл его употребления в современном контексте заключается в устремлении культуры (в том числе локальных культур) к всемирному и тотальному; связанности той или иной конкретной культуры с глобальными проблемами современности. Несмотря на многоаспектный характер глобализации, именно технологическая революция является, ее главным движущим фактором, способствующим формированию единого информационного пространства, и уже скорее как следствие — возникновение мирового рынка, глобальной экономики, мирового рынка труда и других проявлений глобализации. Благодаря развитию информационных технологий, в частности появлению глобальных информационных сетей, мир сжимается, становится более доступным и проницаемым. Возникает информационное пространство, в котором складываются специфические формы деятельности. Формирование глобального информационного пространства и, как следствие, расширение коммуникативных возможностей обусловливают подвижность границ глобального общества, где коммуникация разрушает территориальные границы и формирует единое пространство, дифференциация которого возможна лишь по функциональному принципу. Именно информация становится формообразующим элементом, способным соединять различные сообщества и отдельных людей в мировое общество. Исторически сложившаяся культура здравоохранения представляет собой главный источник гипократского начала врачевания, из которого врач черпает жизненные смыслы, выстраивающие иерархию ее ценностей человеческой жизни. Врачу, утратившему свои культурные корни, грозит психологическая дезориентация. Согласно «Кодексу профессиональной этики врача Российской Федерации» при оказании медицинской помощи врач должен помнить, что его профессия — это не бизнес. При организации лечебно-диагностического процесса, включая лекарственное обеспечение, приоритет для врача — оказание необходимой и качественной медицинской помощи, а не извлечение коммерческой выгоды для себя лично и лечебного учреждения, в котором он работает. Сегодня культура врачевания приобретает единые формы и стандарты, западной культуры, доминирует стиль жизни, западный кодекс поведения, глобализация превратилась в форму унификации культуры в здравоохранении. Глобализация периодически сменяется альтернативной тенденцией — локализацией, которая представляет собой социальный ответ на тенденции унификации цивилизации, объединения сообществ под эгидой доминирующего сообщества. Глобализация и локализация являются социальными механизмами, регулирующими процесс энергетического баланса/ дисбаланса цивилизации. В современный период развития законы объединения и дезинтеграции сообществ будут продолжать проявляться в ускоренном темпе, в связи с чем будут проявляться ускоренные пульсации глобализации и локализации. Особое значение в связи невиданным развитием средств коммуникации, цифровых технологий приобретает осмысление процессов глобализации и формированием интегративной культуры мира. Так как влияние тенденций на характер мирового культурного процесса усиливается, стремительно трансформируется культура и в сфере здравоохранения. Деятельность и образование врача предусматривает уровень личностных качеств долга врача, которые позволили бы методами и формами медицинской деятельности утверждать высшие человеческие идеалы по сохранению жизней людей⁸⁰.

На современном этапе развития общества, социальная реальность теряет свою определенность и устойчивость, формируются иные смыслы, другим содержанием наполняются традиционные формы социального взаимодействия, вместе с тем появляются и принципиально новые модели и технологии социальной коммуникации⁸¹.

Актуальность и социальная значимость непредсказуемого глобального будущего социальных взаимоотношений в современном социуме привлекает в последние годы к этой проблеме внимание ученых всего мира, особенно в условиях российского общества, переходящего на совершенно иные механизмы экономической деятельности: от планово-административных отношений к рыночным. Проблема современного общества заключается в его переходе от солидарных взаимоотношений к конфликтным. Эта проблема весьма серьезна и требует более детального изучения. Следование общим ценностям и ориентирам, корни которых лежат не в экономике, а в культуре, часто бывает невыгодно в современном, экономически заинтересованном обществе. Эта ситуация обусловлена самой природой глобализации, суть которой состоит в резком увеличении степени свободы личности и предоставлении ей возможности активного участия в глобальных процессах благодаря открытости национальных, экономических и общественных систем, интенсификации обмена информацией, людьми, капиталами, товарами и услугами, культурными и духовными. В последние годы в эпоху глобализации происходит столкновение цивилизаций, которое заключается не только в борьбе за ресурсы, но и в противостоянии разных культур, различиях ценностных ориентиров. Процессы глобализации и культурной динамики, приобретающие сейчас особую интенсивность, проникают в различные сферы человеческой жизнедеятельности и все больше обнаруживают признаки кризисных тенденций и глубинных противоречий. Современная культура, несмотря на происходящие в ней процессы глобализации, по-прежнему представляет собой совокупность множества самобытных культур, взаимодействие которых не всегда носит бесконфликтный характер. Современные средства массовой информации (СМИ) сегодня играют очень серьезную роль в формировании общественного мнения, в связи с этим необходимо рассматривать как позитивные, так и негативные аспекты участия СМИ в развитии современного общества. Зачастую в СМИ освещается недостоверная, а порой и клеветническая информация, которая создает конфликтное пространство в современном социуме. Социологи журналистики констатируют, что в российских СМИ складывается феномен «асоциальной журналистики», которая серьезно больна и находится на краю катастрофы. И. М. Дзялошинский пишет, что препятствием на пути развития социологии журналистики является обслуживание интересов элит, а также иностранных собственников, ставшее печальным фактом практики СМИ, вплоть до выполнения прямых заказов на тенденциозные публикации. Естественно, ни о какой объективности с опорой на системный анализ документов здесь не может быть речи. Однако и этот барьер преодолевается при условии, что журналисты приложат волевые усилия для достижения подлинной независимости, о которой они так часто и с энтузиазмом ведут публичные дискуссии. Симптомы соответствующих изменений в настроениях сотрудников прессы уже обозначились. По наблюдениям социологов, «российские журналисты начинают постепенно дистанцироваться от власти коммерсантов. В профессиональной среде активно обсуждается вопрос о смене профессиональной позиции вообще и в условиях освещения аудитории». По мнению Б. М. Фирсова, «эффективность СМИ» — это понятие, определяющее совпадение полученного эффекта с поставленной целью, «мера достижения социальных целей, которые выдвигаются перед этой системой СМИ и служат императивами общества». В недавнее время избирательность поведения и ее факторы рассматривались в терминах барьеров на пути к сознанию потребителя. Это больше увязывалось с концепцией представления о воздействии СМИ на аудиторию как на мишень. По существу, подавляющая доля социологических исследований аудитории посвящена как раз факторам, которые обусловливают выбор источников информации, фрагментов содержания, реакцию на него индивида. С социологической точки зрения необходимо видеть не только тенденции восприятия, но и ответное поведение аудитории в целом, а также отдельных ее социальных групп. Следует чаще проводить социологические исследования ввиду стремительного развития СМИ и меняющихся способов ее подачи аудитории, во избежание негативных последствий и, наоборот, для развития позитивных ценностей в обществе. Ученых в эпоху глобальных изменений в большей степени интересует непредсказуемый всеобщий образ жизни в мире, навязывание своей культуры и различных ценностей как странам, так и отдельным индивидам общества; меняются ценностные ориентиры и в целом происходит деформация личности с новыми представлениями о нравственности, социальных взаимоотношениях в современном мире. Культурная среда, в которой формируются новые поколения граждан, наполняется некими артефактами, далекими от реальных смыслов человеческого сосуществования, они часто искажают, фальсифицируют и виртуализируют историческую правду. В ней все искажено до неузнаваемости: и традиции, и ценности, и смыслы. Объяснения лежат в области современной морали, где отклонения от правил человеческой жизнедеятельности и поведения признаются нормой и законодательно закрепляются как должная защита прав меньшинств. Так, например, проект Стратегии гендерного равенства Совета Европы на 2018–2023 гг. определяет «гендерное равенство» фундаментальной европейской ценностью, что является вызовом современной эпохи, пугающей своей непредсказуемостью человеческих судеб, взаимоотношений поколений нового века. Понятие «гендер» (вводимое Стамбульской конвенцией) трактует пол как набор социально-культурных стереотипов, от которых нужно отказаться в пользу свободного выбора не только взрослым, но и детям. При этом не следует забывать о том, что Стратегия гендерного равенства Совета Европы продвигается в качестве официальной стратегии Евросоюза лишь с 1997 г., а фундаментальные европейские ценности — это христианские ценности, которые точно не предполагают ни сексуального просвещения в детских дошкольных учреждениях, ни свободного выбора ребенком пола либо ориентации. Исходя из смысла Стратегии гендерного равенства Совета Европы, гендерная идеология планирует создать нового человека, обладающего среди прочих свобод свободой выбора собственного пола и сексуальной ориентации, т. е. правом решать, быть ему или ей мужчиной или женщиной, гетеросексуалом, гомосексуалом, лесбиянкой, бисексуалом или транссексуалом (ЛГБТ). Это мнение о свободе и сексуальности Комиссия по гендерному равенству предлагает внушать с детского сада и далее. Стратегия гендерного равенства Совета Европы, декларирующая борьбу с гендерными стереотипами, а именно с предвзятым мнением, «в соответствии с которым женщинам и мужчинам предписываются характеристики и роли, определенные и ограничиваемые исключительно по половому признаку», как нам видится, на самом деле борется со здравым смыслом, потому что отрицает биологические, психологические и социальные различия между мужчиной и женщиной, выступает против социальных взаимоотношений семьи, так как идеологически, социально и физически разрушает основы ее существования. Предлагаемые Стратегией гендерного равенства Совета Европы гендерное образование и просвещение граждан, использование учебных гендерных программ и учебников, насаждение культуры гендерного равноправия, борьба с информацией, оправдывающей гендерную дискриминацию, могут привести страны к иным приоритетам и иному государственному устройству, несвойственным нашим многовековым традициям и устоям. Социальные взаимоотношения новых вызовов эпохи — это достаточно регулярные социальные действия индивидов в обществе, направленные друг на друга, имеющие цель вызвать вполне определенную новую реакцию на свои поступки. В связи с этим не следует забывать о уже имеющемся негативном международном опыте принятия и внедрения подобных постулатов в законодательство Германии, Италии, Швеции, США и других государств, в частности узаконивания однополых браков, замены слов «мама» и «папа» на «родитель № 1» и «родитель № 2», курса на бесполое воспитание в детских садах и понуждения школьников к «свободному выбору» пола. Стратегия гендерного равенства Совета Европы навязывает нам систему образования, которая должна с малых лет воспитывать детей в духе так называемой гендерной свободы, т. е. осознания «вторичности» биологических признаков для самосознания своего социального статуса (роли), недопустимости такого воспитания ребенка, когда с детства ему прививаются традиционные качества женщины или мужчины (на «гендерном» языке — недопустимости стимуляции у ребенка гендерной идентификации по половому признаку). Все это приводит к невозможности формирования у ребенка своей половой идентичности, насаждению среди детей гомосексуальных связей и иных девиаций, росту самоубийств и венерических заболеваний среди детей. Попытка навязать российскому обществу мысль об общественно-правовой ситуации в стране как зашедшей в тупик и нуждающейся в принятии упомянутой Стратегии гендерного равенства ничего, кроме вреда, не принесет. Вопрос о равенстве позиций мужчин и женщин никогда не был национальной идеей России, для культурных и религиозных традиций народа ополчать мужчин и женщин друг против друга всегда было несвойственно. По мнению автора, Стратегия гендерного равенства Совета Европы представляет угрозу демографической безопасности России, способствует разрушению института семьи, базовых национальных и культурно-нравственных ценностей. Кроме того, в современную эпоху социальная реальность теряет свою определенность и устойчивость, стремительное развитие информационного глобализма формируют новые типы социального взаимодействия индивидов в обществе. Одной из проблем социальных взаимоотношений в обществе последних лет стало возрастание социальной дифференциации населения. В XXI в. общество находится в конфликтном взаимодействии, из-за экономических изменений в условиях стратификации происходит расслоение общества. Социальное неравенство провоцирует конфликт интересов и заключается в усиливающейся поляризации общества, вызываемой заметным неравенством доходов. Логика конкуренции по определению порождает бедность, появление беззащитных слоев, которые никогда не удовлетворены своим положением. Конфликт в обществе между индивидами начинается с противоречивых действий, каждое из которых требуется для достижения цели, из-за необходимости удовлетворить свои потребности, ведь социальные отношения — это взаимодействия, структурированные сложившейся в обществе системой статусов, т. е. системой распределения благ. Происходит столкновение между богатыми и бедными, так как очень богатые люди получают все, что им нужно, а подавляющее большинство — крайне мало, что отражает социальную несправедливость и порождает конфликт в социальном взаимодействии. По мнению А. И. Кравченко, гражданское общество — это высший этап развития, оно покоится на общественном договоре и юридических законах. Следует согласиться с А. И. Кравченко, действительно, гражданское общество развивается, как правило, в контексте конфликтных ситуаций и охватывает большую часть слоев населения, которым свойственны личные и общественные интересы. Основанием возникновения институтов гражданского общества служит непосредственная инициатива граждан для решения актуальных задач текущего периода времени. Существенное влияние на формирование гражданских институтов оказывают права: на преодоление конфликтов и гармонизацию социальных отношений в обществе, на обеспечение согласованных механизмов охраны частной жизни индивида и социализации личности и солидарных социальных взаимоотношений. Необходимы развитие социального взаимодействия и социального управления индивидами в обществе и адаптация их к вызовам нового времени, так как положительный характер взаимодействия формирует определенные ожидания субъектов, влияющие на их поведение. А. В. Тихонов рассматривает социальное управление как «встроенный в социальный процесс, сознательно конструируемый и направляемый социокультурный механизм регуляции отношений между участниками совместной деятельности, сочетающий их интересы, организацию и самоорганизацию, формальные и неформальные нормы, достижение продуктивных целей и устойчивости социальных связей». По мнению Г. Е. Зборовского и Н. Б. Костиной, в самом общем виде социальное управление представляет собой «взаимодействие управляющих и управляемых субъектов в связи с выявлением актуальных проблем их жизнедеятельности в социальной сфере, разработкой, принятием и реализацией решений, направленных на эффективное функционирование социальных общностей». Процесс социального управления включает множество разнокачественных компонентов, в результате чего он исследуется разными науками. В связи с этим необходим междисциплинарный комплексный подход с дальнейшим развитием (информационного) права, все более актуализируемого в современном обществе и основанного на новых информационных технологиях. Нужна также разработка научных подходов к определению социальной сущности социального взаимодействия индивидов в обществе в эпоху глобализации и информатизации. Многообразие этих признаков определяет проблематику социальных взаимоотношений нового времени, ее дифференциацию и различия, в которых раскрывается социально-гуманитарная сфера общества⁸².

Глобальные процессы проникают во все структуры общества и оказывают влияния на все его социальные институты, в том числе и здравоохранение. С одной стороны, эти изменения благоприятно влияют на развитие системы охраны здоровья: интенсивность обмена научной информацией, доступ к эффективным зарубежным технологиям диагностики и лечения больных, новейшие средства телекоммуникаций, позволяющие внедрять дистанционные формы диагностики, лечения, обучения специалистов и другие. Вместе с тем «мир-экономика» завел цивилизацию в зону неустойчивого развития, которую можно считать границей начала самоуничтожения. Подтверждением этого являются глобальные кризисы в основных направлениях деятельности человека: политических, экономических, социальных, экологических, технических, нравственных и религиозных. Очаговая экономика, присущая глобализации, вырастает из центров (очагов) экономически выгодной деятельности, не стремится к тотальному освоению территорий и ресурсов, а руководствуется только экономической целесообразностью, что приводит к серьезным проблемам «периферии» (охраны здоровья, трудоустройства, социальной защиты, качества жизни, например населения сельских районов)⁸³.

Разработка концепции профессионального и нравственного развития врача в реальном времени становится сегодня актуальной научно-практической задачей. Формирование мировоззрения является одной из задач воспитания, которое является неотъемлемой частью целенаправленного организованного процесса формирования и социализации личности врача современного времени⁸⁴.

Можно согласиться со словами врача Г. Б. Назаренко: «Врачевание не сфера услуг, в которой есть конечный желательный и всегда достигаемый полезный результат. Врачи не волшебники. Социум хочет иметь гарантии выздоровления. Не будет этого никогда..».

Несоответствия на данном этапе времени между моральными и правовыми нормами свидетельствуют о необходимости уточнения смысла и значений принципов профессиональной этики, границ и меры их применения в практической медицине, и обучению их этим нормам⁸⁵.

Глава 2.
ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ВЛИЯНИЯ ФИЛОСОФСКИХ ВОЗЗРЕНИЙ НА СТАНОВЛЕНИЕ МЕДИЦИНСКИХ ЗНАНИЙ

Медицина, не основанная на философии,
не может быть надежной.
Ф. Бэкон

Для понимания вопроса становления и объединения знаний философии и медицины необходимо проследить временные этапы развития указанных направлений в истории их становления. Для понимания настоящего необходимо отдать дань уважения к прошлому тем более, что многие наработки с древних времен актуальны и для современного поколения людей. Человеческие болезни и смерть являются элементами самого непосредственного человеческого опыта. Они даны человеку прежде любых его попыток осмыслить себя, свое место в мире. Философия медицины — раздел философии науки, который занимается онтологическими, эпистемологическими и этическими вопросами в области медицины как особой сферы теоретической и практической деятельности человека.

Философия медицины — система обобщающих суждений философского характера о предмете и методе медицины, месте медицины среди других наук и областей человеческой деятельности, ее познавательной и социальной роли в современном обществе как целостной системы естественнонаучных и гуманитарных