Александр Вилленович Шаталин
Гарик Сукачев и Бригада С

© Александр Шаталин, 2022

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2023

Предисловие

Наверное, мне в жизни повезло, если посмотреть на нее глазами фаната рок-музыки. Я успел поработать в самое интересное время в истории отечественного рок-н-ролла. Увидеть замечательных музыкантов, как наших, так и зарубежных, покататься по СССР, посмотреть другие страны. Поэтому у меня возникла идея поведать обо всем этом нашим читателям. Причем не только о музыкальных моментах: кто, где, что сыграл и записал. Мне хотелось обратить внимание на быт и приключения музыкантов моей любимой «Бригады С». В конце 1980-х менялась страна и взгляды людей. Хотелось чего-то нового. Публика соскучилась по свежей музыке. Концертные залы и стадионы были заполнены зрителями. Рок-группы делали свое дело: развлекали народ.

А началось для меня все гораздо раньше, с того самого дня. Вернее, со временем именно это подтолкнуло к переменам в жизни…

Я с интересом рассматривал четвертинку новогодней открытки. Обычно их продавали в киосках «Союзпечати» или на почте, а потом разрезали на четыре части. Но на ней был примечательный знак: замысловатый штамп.

Так выглядел импровизированный билет времен «застоя» на полуофициальный концерт. Мне 17 лет, это моя первая проходка в удивительный мир рок-н-ролла. Неужели я скоро увижу любимую группу?

Ноябрьским вечером 1981 года я встретился с товарищами на Казанском вокзале. У моего друга Коли в дерматиновой сумке с надписью «LADA» маняще позвякивают три батла «Агдама». Мы серьезно подготовились к встрече с прекрасным. В прокуренном тамбуре электрички распиваем портвейн из горла. В очередной раз спорим: кто лучше – «Воскресение» или «Машина Времени»? Станция «Люберцы», из электрички выскакивают ребята и девчонки примерно нашего возраста, и путь у них один: в местный Дом Культуры. Потом я видел немало рок-звезд и работал на сотнях концертов. Но этот, первый, навсегда остался в моем сердце. Зал битком, люди сидят в проходах между рядами. На сцене появляются Романов, Сапунов, Никольский, Шевяков. Вот и первые аккорды. Те самые песни, которые знаешь наизусть. Теряешь счет времени… Но неужели это все? Их выступление закончилось. Восторг от того, что я увидел и услышал, оставил в моей душе неизгладимый след. Тогда мне первый раз захотелось стать частью этого. Я и не мог представить, что через шесть лет буду работать в профессиональной рок-группе. Стану ездить на гастроли, познакомлюсь с замечательными музыкантами.

Когда спустя 40 лет я рассказал эту историю Романову, он выдал примерно такую фразу:

– Надо же, какую-то херню играли, а человека торкнуло на всю жизнь.

Нет, Алексей Дмитриевич, выступили вы великолепно, и я до сих пор очень люблю творчество группы «Воскресение».

Общаясь с коллегами по рок-н-роллу 1980–1990-х, просматривая интервью и перебирая воспоминания, заметил особенность, свойственную большинству людей: они не всегда говорят правду. Не стоит уличать их во лжи – на это есть определенные причины. В то время практически никто не вел дневники, не было интернета, который сохранял события, подробности и даты выступлений. Да и что может твориться в голове музыканта, у которого на счету тысячи концертов и сотни городов за 30–40 лет карьеры? Чаще всего просто «каша» из воспоминаний. Я неоднократно замечал, что происходит путаница в датах и событиях. Что-то просто придумывается на ходу, и поклонники принимают это как факт. В этой книге я постарался изложить все события наиболее правдиво. Надеюсь, нынешние звезды рок-н-ролла не обидятся на некоторые описанные в ней моменты. Мне еще повезло, что в свое время я отмечал в тетради даты концертов, на которых работал, оставлял на память документы с гастролей и вырезки из газет, у меня сохранилось много редких фотографий из той эпохи. Это помогло при работе над книгой. Несколько лет назад вышла автобиографическая книга «Путь Горыныча», написанная Гариком и Мишей Марголисом. В ней замечательно описана жизнь и творчество Игоря Ивановича Сукачева. Я не хотел повторяться, поэтому выбрал несколько иной путь повествования. Еще я не претендую на роль летописца – просто рассказываю о событиях, как их видел, и в этом мне помогли товарищи из рок-н-ролльной молодости. Всем им огромное спасибо за то, что согласились поделиться воспоминаниями и помогли в написании книги.

Вот они: Ираида Сальхова, Дмитрий Гройсман, Сергей Галанин, Карен Саркисов, Сергей Тененбаум, Игорь Марков, Максим Лихачев, Евгений Коротков, Рушан Аюпов, Павел Кузин, Тимур Муртузаев, Сергей Воронов, Марио Лопес Самальоа, Петр Каменченко, Екатерина Мочагина, Сергей Мазаев, Александр Солич, Алексей Борисов, Андрей Шмыгов, Михаил Раппопорт, Даниил Сальхов, Вадим Поляков-Мидлер, Дмитрий Антонов, Алексей Певчев, Кирилл Бузин.

За дорогу в рок-н-ролл и помощь в пути спасибо Олегу Сальхову, Игорю Ивановичу Сукачеву, Стасу Намину, Эдуарду Ратникову, Алексею Романову, Александру Юрасову.

Глава I. Первая встреча с «Бригадой С»

– Саша, ты что, из этих? Зачем серьгу нацепил? – на меня уставился начальник с новой работы.

– Никак нет, я специалист по другим системам. И могу вам доложить, что поперек еще ни разу не встречал.

– Ты мне не дерзи, остряк. Лучше сними эту цацку.

Два дня назад мы выпивали на кухне: я, мой товарищ-поэт Вадик и его сожительница Татьяна – балерина из кордебалета Театра Оперетты. Был прекрасный майский вечер 1987 года. С боем взятые в местном винном пять бутылок сухого вина «Гурджаани» потихоньку заканчивались.

– Нет, тебе определенно чего-то не хватает, – пьяные глаза балерины смотрели в упор.

– Ха, и чего же?

– Давай тебе ухо проколем. У меня сережка есть золотая, колечком. Дам на время. Тащи иглу.

Вот так меня окольцевали – правда, ненадолго.

Наш отдел спрятался в полуподвальном помещении недалеко от метро «Новые Черемушки». СПУ «Сервис» занимался ремонтом советских компьютеров и принтеров из ГДР.

– Александр, а это твой наставник. Его зовут Олег, он грамотный специалист и хороший работник, – шеф показал на молодого человека с бородкой.

– Олег.

– Александр.

– Ты панк?

– Почему?

– У тебя серьга.

– Да баловство. Думаю, временное.

Так я познакомился с Олегом Сальховым, и дальнейшее общение с ним круто изменило всю мою жизнь.

В последующие месяцы наставник пытался научить бывшего электромонтера возвращать к жизни адские машины фирмы «Роботрон». Мы ездили по каким-то НИИ, вузам и заводам, на месте разбирались с восточногерманским чудом техники. Принтер тогда был особью редкой и капризной. Помимо набора отверток, паяльника и тестера, у Олега в дежурной сумке был прибор, который он сам разработал и смастерил. С помощью него мы гораздо быстрее находили неисправности. Даже в таких мелочах проявлялся созидательный талант Сальхова.

«С бору да с сосенки» – так я назвал бы коллектив нашей полуподвальной конторы. Кого там только не было. Например, спившийся майор в отставке, который участвовал еще в арабо-израильской войне 1973 года в качестве советника египтян. Он веселил рассказами о том, как дорвался до местных апельсинов, переел и попал в госпиталь. Секретарша, жена шефа, упорно называвшая японскую машину «Тойоту» «Койотой». Еще технарь-ботан, с которым я обменивался видеокассетами, периодически приставал: «Саня, может, у тебя порнуха найдется?» Порнухи у меня не было, но имелось желание развивать кругозор. Мы с Олегом сидели в отдельной комнате, говорили за жизнь: о книгах, фильмах, новых дисках. А еще он занялся моим музыкальным образованием. На работе стоял магнитофон, и мы постоянно что-то слушали.

– Скажи мне, Шурик, что ты слушаешь в последнее время? – поинтересовался Олег.

– Да все подряд! – честно ответил я.

Спектр моих музыкальных пристрастий был широк. Для девушек, приходящих в гости, у меня была пластинка Modern Talking и две дежурные VHS-кассеты. Совсем недавно я купил видеомагнитофон «Электроника ВМ 12», по тем временам вещь редкую, даже экзотическую. О новинках западной рок- и поп-музыки я узнавал из модных тогда видеоклипов. На одной трехчасовой кассете вполне мирно уживались Scorpions, Саманта Фокс, Duran Duran, Pink Floyd, Майкл Джексон, U2, Bon Jovi, Джордж Майкл, Dead Or Alive, Ванесса Паради и ZZ Top.

– Надо делать из тебя человека и прививать хороший вкус! – распорядился Сальхов.

Благодаря новому товарищу я узнал таких исполнителей, как Matt Bianco, Frankie Goes to Hollywood, Jonny Hates Jazz, Kid Creole & The Coconuts, Madness и, конечно же, «Бригада С».

Еще никогда не встречал подобного стиля у советских рок-групп, хотя с 1983-го переслушал огромное количество магнитоальбомов. Удивительно, но буквально с первого прослушивания я влюбился в их музыку.

– Хочешь посмотреть, как выступает «Бригада С»? – как-то спросил Олег. – Я там работаю звукорежиссером, проведу.

– Конечно хочу!

К 22 годам я уже несколько раз бывал на рок-концертах: видел «Машину Времени», «Воскресение», «Арию», «Круиз», еще какие-то группы из соцстран.

Выступление проходило в небольшом зале гостиницы «Салют». Сначала на сцене появился «Вежливый отказ», или, как пошутил Олег, «Сдержанный отвяз». Они пели что-то заунывное из нового альбома «Пыль на ботинках». Под это дело происходил перфоманс: шоумен расставлял разноцветные детские кубики рядом со сценой. Конструкцию он создавал с очень серьезным лицом и довольно обстоятельно. Было смешно, но непонятно. За «Отвязом» вышла «Бригада С» и выдала такое… Больше всех, конечно, поразил фронтмен – какой-то безумной энергией. До этого я никогда не видел ничего подобного. У Сукачева есть свойство: находясь на сцене, он завораживает зрителя своей честностью и стопроцентной отдачей. Это произошло и со мной.

В этот же вечер Олег познакомил меня с командой. Тогда я решил, что не пропущу ни одного выступления «Бригады С». Через месяц Гарик и музыканты узнали меня лучше, так как я постоянно тусовался вместе с группой. Потом согласились, чтобы я помогал на концертах, при перевозке инструментов и аппаратуры.

Забегу немного вперед. В сентябре 1987 года «Бригада С» обрела профессиональный статус. Коллектив официально оформили на работу в Первое творческое молодежное объединение при Октябрьском РК ВЛКСМ.

Первым из ЭВМ-конторы забрал трудовую книжку Олег. Узнав, что группа берет меня техником, я тоже пошел увольняться.

– Ну и куда же ты? К своим чудикам? Зачем тебе это? Здесь обретешь хорошую профессию, будет всегда на кусок хлеба с маслом, – уговаривал шеф, когда я принес заявление.

– Нет, спасибо. Меня ждут рок-музыка и приключения, – решительно ответил я. – Подпишите, пожалуйста.

Как показала вся дальнейшая жизнь, я оказался прав.

В трудовой книжке появилась запись: «Принят на работу техником группы “Бригада С”. Приказ № 5 от 05.10.1987».

Александр, добро пожаловать в рок-н-ролл!

Лето 1987 года – это круговорот событий. Я следовал за Олегом Сальховым «хвостиком». А происходило вокруг и правда немало событий…

«Бригаду С» пригласили на «Задворки» в Ленком. Теплым июльским вечером я попал в удивительный мир за кулисами театра. Рядом Александр Абдулов, которого я раньше видел только на экране телевизора, мечется и дает распоряжения: «Ребята, давайте поднажмем, сцена еще не готова» или «Артистов размещайте в тех гримерных». Уникальный актер и человек, который заряжал всех своей неуемной энергией. А ведь все делалось для сбора средств на восстановление храма, который стоял рядом с театром.

Церковь на старом «Путевом» Посольском дворе была построена в 1652 году. Этот храм является последним русским шатровым культовым зданием. Через год после его освящения патриарх Никон запретил возведение церковных построек в таком стиле.

Название Путинки слобода получила от расходящихся отсюда, от Тверских ворот Москвы, старинных путей на Тверь и Дмитров.

После закрытия храма в 1935 году там устроили конторские помещения, а потом репетиционный зал московской дирекции «Цирк на сцене».

С 1987 года начал проходить ежегодный летний фестиваль «Задворки», а вырученные средства направлялись на восстановление церкви. 9 марта 1990 года храм Рождества Богородицы в Путинках был передан православной церкви, и началось его восстановление. Именно в нем 5 января 2008 года отпевали Александра Гавриловича Абдулова и прощались с ним.

«Бригада С» не просто так попала на это мероприятие. К лету 1987 года команда уже была на слуху в артистических кругах Москвы, выступала на Московском кинофестивале. А от многочисленных групп рок-лабораторской тусовки их отличало умение классно играть на музыкальных инструментах. Еще много значила неповторимая харизма Гарика Сукачева. Я до сих пор уверен, что из позднего советского периода с ним, как с шоуменом-фронтменом, можно сравнить только Петра Мамонова («Звуки Му») времен 1986–1992 годов.

Было очень почетно выступать тем вечером на одной сцене вместе с актерами Ленкома, Михаилом Жванецким, Александром Градским, Андреем Макаревичем и другими знаменитостями. Хотя совсем скоро и «Бригада С» станет известной на всю страну. Сет был небольшим, с хитами: «Человек в шляпе», «Сантехник», «Моя маленькая бэйба» («Playboy»). Остались фото с этого выступления, где Гарик красуется на сцене в пестрой гавайской рубашке. Это был последний концерт для саксофониста Лени Челяпова, так как вскоре его призвали в ряды Советской Армии. Но он еще вернется в «Бригаду С», только через два года. А пока на его место пришел новый член коллектива – Сергей Секретарев.

Глава II. «Оркестр пролетарского джаза». Начало

Из анонса к изданию Navigator Records антологии «Бригады С» «Дело 8816/АШ-5»:

«Группа “Бригада С” существовала с 1984 по 1994 годы. На фоне остальных московских рок-групп “Бригада С” выделялась мощной духовой секцией. Оригинальным был и сценический имидж команды. Происходившее на сцене во время выступлений коллектива иначе как абсурдом назвать было сложно. “Бригада С” нашла свой неповторимый стиль: смесь ска, регги, серфа, блюза, эстрадного джаза и ретро, фанка и городского фольклора. Общее впечатление дополнял “оптимистично-саркастический” стиль стихосложения, в котором, как отмечают исследователи, улавливалась склонность к “метафоризации общественных явлений”».

Кстати о стихосложении. В свое время Олег Сальхов познакомил Гарика с Кареном Кавалеряном – поэтом, писавшим замечательные тексты. Встреча произошла весной 1986 года в вагоне метро. Это было знаковое событие, так как впоследствии у группы появились хиты: «Человек в шляпе», «Бродяга», «Фантомас», «Наследник эпохи». Без них не обходился ни один сет-лист «Бригады С» во время выступлений 1987–1990 года.

Но начнем по порядку, а именно с 1984 года, когда Гарик создал группу, которая позже будет именоваться «Бригадой С».

Из книги Гарика Сукачева и Михаила Марголиса «Путь Горыныча»:

«Причем ее первые опыты записывал не кто иной, как Паша Кузин в том самом ДК на Алтуфьевском шоссе, где стало базироваться “Браво” и где их (“Браво”) с Жанной повязали на известном нелегальном концерте в марте 1984-го».

«Те записи фактически являлись началом нашей первой концертной программы “Мандариновый рай”. Со мной тогда играли Андрей Савушкин на басу, с которым, к слову, меня Женька Хавтан познакомил. Гитарист Игорь Амбалов, на клавишах кто-то (стыжусь, забыл) и молодой 17-летний парень Миша на барабанах. Потрясающий был музыкант. Но обожал хеви-метал. Ломаная ритмика, минимализм, то, что требовалось в “новой волне”, его не интересовали. Поэтому он быстро ушел в металлические команды, которые тогда в Союзе как раз начали набирать популярность. Но именно Миша предложил нам название “Бригада С”. Вернее, он озвучил слово “бригада”, а “С” уже я добавил. В этом виделось нечто неожиданное и провокационное. Вспомни, я ведь тогда и подстригся определенным образом, сделал себе белую челку, стал выходить на сцену в стилизованных под довоенную эпоху костюмах, которые находил на знаменитой Тишинской барахолке или в “родительских сундуках”. Целая мода на них потом началась. У нас, кстати, офигенная программа была. К сожалению, ее запись осталась у Савушкина. А он эмигрировал в Америку, где потом трагически погиб. Ну, и эта пленка пропала вместе с ним.

С первым составом мы выступали в самых разных местах. Скажем, в Зеленограде в известном студенческом кафе, где устраивали подпольные концерты. И, опять же, Паля мне иногда помогал. У меня есть фотография, где он с нами играет. Барабанщики у нас тогда постоянно менялись, да и не только барабанщики – разные люди появлялись. Я вообще понимал, что состав с Савушкиным, Амбаловым – это фигня. Алкоголизм, трава, и больше ничего. Это не музыканты, а тусовщики. Иное им неинтересно, а мне неинтересно ограничиваться этим. Но, чтобы тебя узнали, нужно много выступать. Постепенно по Москве пошли обо мне легенды, как о городском сумасшедшем. Есть, мол, такой чувак – не в себе. И в этом смысле моя задача на первом этапе была решена. Так или иначе, проект вписался в тусовку. О “Бригаде С” услышали в неформальных музыкальных кругах. Нельзя было не услышать. А потом мой первый состав распался. Ребята уехали “на севера”, зарабатывать деньги…»

А вот история той «Бригады С», которую узнал весь Советский Союз, начинается с творческого тандема Игоря Ивановича Сукачева и Сергея Юрьевича Галанина.

Особо сблизила их учеба в «Кульке». По воспоминаниям Николая Кулигина, директора училища в те времена, они выделялись среди студентов необычным видом и поведением. Играли странный и непонятный рок, модно одевались, даже в помещении не снимали солнцезащитные очки. В Задонское культпросветучилище Сукачев и Галанин поступили в середине 1980-х. Гарик – на режиссерское отделение, а Сергей – на оркестровое. Задонск выбрали не случайно. В то время это было одно из немногих «культурных» училищ, в котором было заочное отделение.

– Им наш диплом нужен был как воздух. Он давал право работать в бригадах Росконцерта. В 1980-е попасть на большую сцену без корочки было невозможно, а мы находились не так далеко от Москвы. Они приезжали к нам два раза в год на сессии, сдавали экзамены и уезжали обратно в столицу, – рассказал Николай Дмитриевич.

Во время этих поездок в Задонск и зародилась идея нового музыкального проекта.

КАРЕН САРКИСОВ (БАРАБАНЩИК, ПЕРКУССИОНИСТ «БРИГАДЫ С» В 1986–1988 ГОДАХ)

После групп «Закат солнца вручную» и «Постскриптум» Гарик Сукачев в конце 1985 года решил создать собственный проект. Тогда я только пришел из армии, и меня пригласили в московскую группу «Звуки Му», на что сразу согласился, ведь они были моими лучшими друзьями. Место барабанщика было свободно, так как Сергей «Африка» Бугаев решил попробовать себя в кинематографе и сняться у Сергея Соловьева в фильме «Асса». Однажды ко мне подошли Галанин и Гарик. Сергей представил нас друг другу и сказал: «У нас новый проект “Бригада С”, давай с нами». Пришлось объяснить, что не могу, так как меня уже пригласили в «Звуки Му» и я дал согласие. Было видно, что их расстроил мой ответ. На следующий день мне позвонил близкий друг Женя Хавтан («Браво»): «Ты все-таки прислушайся к Гарику, помоги человеку. От тебя нужно просто записать программу».

– Хорошо. А кто там еще будет?

– Галанин, Саша Горячев.

Получилось так: Гарик пошел в рок-лабораторию и заявил: «У меня есть группа, в ее составе Галанин, Горячев, Саркисов. Примите нас». А тогда нужно было пройти обязательное прослушивание, так как всех подряд не принимали. Гарику ответили: «С такими людьми в составе мы вас примем без всякого прослушивания. В начале января будет “Рок-елка” в “Курчатнике”, и вы там будете выступать». Эту новость Гарик нам сообщил. А у меня там же выступление в составе «Звуки Му».

Первый официальный концерт «Бригады С» состоялся 11 января 1986 года в ДК им. Курчатова на фестивале «Рок-елка», организованном Московской рок-лабораторией. Состав был таким: Гарик Сукачев (вокал), Сергей Галанин (бас, вокал), Александр Горячев (гитара), Лев Андреев (клавишные), Карен Саркисов (барабаны), Костя Гаврилов (клавишные). В том же концерте участвовали «Вежливый отказ», «Ночной проспект», ВИА «Молодость», «Звуки Му», «Браво», «Центр» и «Мануфактура» – группа из Питера.

На следующий день члены «Бригады С» проснулись знаменитыми, а группа стала одной из самых популярных московских рок-команд.

Репетиционный процесс проходил в стенах ДК МЭЛЗ. У нас там была комната на втором этаже, где мы и собирались. В один из дней туда ворвался Вайнштейн с заявлением: «Ребята, идите на хуй отсюда!» Тогда мы еще не знали никого из руководства этого заведения.

– Чувачок, а ты кто такой? – задали мы резонный вопрос.

– Я директор клуба! Собирайте манатки и валите!

Прошло какое-то время, и нам неожиданно предоставили другое помещение, тоже в этом ДК, только с отдельным входом с улицы. Там еще находилось местное кафе. Внутри была маленькая сцена для репетиций. Но главное – мы могли оставить там инструменты и не таскать их с собой. Да и у Вайнштейна внезапно, как по мановению волшебной палочки, изменилось отношение к нам. Он периодически приходил и интересовался: «Все ли хорошо у вас, ребята? Может, что-то нужно?» Окружил нас непонятной заботой.

Потом мы переехали в «Горбушку». Большой плюс, помимо репетиционной комнаты, – это наличие маленького зала в том же корпусе, где мы иногда устраивали прогоны-концерты. Ведь что главное для музыканта? Пришел, отрепетировал и ушел. Инструменты и аппаратура остаются на месте, не надо ничего таскать. Тогда я как раз купил барабаны бонго, а Игорь Ярцев – ударную установку «Pearl» у Эми Стюарт, которая тогда гастролировала по СССР. Она еще снялась в новогодней передаче, которую показали по нашему телевидению 1 января 1987 года.

Мы довольно хорошо обустроились в зале хореографии, Олег Сальхов соорудил аппарат и притащил туда небольшой пульт. Примерно в то же время, когда «Бригада С» поехала выступать в Куйбышев, я перешел на перкуссию, а Ярцев сел за барабаны. Был момент, когда мы даже чередовали игру на барабанах, но потом по общему решению с Гариком и Галаниным я передвинулся вперед со своей перкуссионной батареей.

Наверное, стоит сделать небольшой экскурс в историю. Думаю, что отсчет надо начинать с того момента, когда у Игоря Ивановича Сукачева возникла идея усилить классический рок-состав духовой секцией. Так возник «Оркестр Пролетарского Джаза». Та самая «Бригада С» со своим неповторимым стилем, который позже перейдет в новые проекты Гарика.

Итак, ранней осенью 1986 года в группе появилась первая «духовая ласточка» в лице саксофониста Лени Челяпова. В ноябре подтянулись трубачи Игорь Марков (Марконя) и Евгений Борисович (Коротков), а позже – тромбонист Максим Лихачев.

Одно из первых интервью Гарика появилось в рубрике «Звуковая дорожка» «МК» от 24.04.1987, автор – Дмитрий Шавырин:

«Этот ансамбль еще ни разу не показывали по телевидению, у них нет еще ни одной пластинки, и только недавно коллектив дебютировал на “Маяке”. И тем не менее каждый концерт в столичных залах проходит с аншлагом, не меньшая популярность была у группы и во время первых гастролей в Таллине. Речь идет о группе “БРИГАДА С”, которой руководит 27-летний Игорь Сукачев.

Впрочем, ничего удивительного в этом нет. История развития отечественной рок-музыки знала немало примеров подобного рода популярности. Далеко ходить не надо – “МАШИНА ВРЕМЕНИ”, “ВОСКРЕСЕНИЕ”, “АКВАРИУМ”. Без единого показа на телевидении, без песен по радио, только за счет магнитофонных пленок. А у “БРИГАДЫ С” секрет популярности еще и в том, что у них нет даже записанных пленок (только неудачные концертные записи).

До того, как был создан ансамбль “БРИГАДА С”, Игорь Сукачев вместе с Павлом Кузиным (нынешний барабанщик из “БРАВО”) играл в группе “ПОСТСКРИПТУМ”. А затем…

– Честно говоря, я начал серьезно заниматься музыкой с 17 лет, – говорит Игорь, – а к 23 годам твердо знал, что я буду играть, а что точно не буду. Когда я поступил в Липецкое культпросветучилище на специальность “театральная режиссура”, то совершенно случайно оказался рядом со своими друзьями из ансамбля “ГУЛЛИВЕР”: гитаристом Александром Горячевым и бас-гитаристом Сергеем Галаниным. Со мной играли до этого много музыкантов, но подход к музыке у них был какой-то несерьезный. А тут в училище я подошел к ребятам и просто сказал: “У меня есть масса идей, но нет музыкантов. А не создать ли нам новую группу?”

– Какие же это были идеи? Наверное, оригинальные?

– Да, определенный концептуальный подход к текстам, к стилистическому разнообразию музыки. Все тексты, что я пишу, считаю возросшими из театральных традиций. Вспомните, у Высоцкого каждая его песня была сыгранной на сцене ролью. У меня подход несколько иной. Персонажи песен – это обыкновенные люди, живущие рядом с нами, – “слепой”, “шалун”, “сантехник”. И, может быть, не столько отдельные персонажи, сколько общее социальное явление повседневности, то есть то, что окружает нас в жизни, превращенное в людей. Я сам для себя придумал такое определение моим песням – это “черно-белые картинки с натуры”. Каждый зритель на концерте может разрисовать мои “картинки” любым цветом. Наши песни – не рецепты, как жить, они не отвечают на поставленные в них вопросы. Я повторяю, это лишь миниатюры, зарисовки. И обязательным я считаю присутствие в текстах и музыке элементов абсурда и гротеска.

– Но твоя песня “Белый день”, написанная для группы “БРАВО”, более прямолинейна…

– Я написал для “БРАВО” лишь одну эту песню, хотя имею к этому ансамблю немалое отношение. Я подал ребятам некоторые идеи, в частности, принцип стилизации под музыку 1950–1960-х годов.

– Кто помогает ансамблю в его развитии? То, что я видел год назад, коренным образом отличается от сегодняшнего музыкального и визуального имиджа группы.

– После каждого концерта ко мне подходят молодые ребята: кто советуется, кто просит объяснить происходящее на концерте, кто приносит тексты. Если это приемлемо моим идеям, то я с удовольствием принимаю все сказанное. В группе работа строится на принципах взаимопонимания. Обычно я приношу текст и заготовку мелодии, но общая окраска в последний момент может измениться совсем в другую сторону. Ведь у каждого музыканта есть свои идеи, своя музыка. Больше других мне помогает Сережа Галанин, выступающий в роли аранжировщика. Он моментально схватывает ядро песни и через несколько минут приносит материал, который меня полностью удовлетворяет. Он как бы читает мои мысли.

Если говорить о технической стороне дела, то помогает нам Стас Намин. У нас ведь нет собственной аппаратуры, поэтому обычно мы выступаем в его программе. Вместе с ним ездили в Таллин, посмотрели, что такое профессиональная работа, впервые окунулись в жесткий график.

– Как сформировался нынешний состав?

– Несмотря на общность взглядов, Саша Горячев покинул “БРИГАДУ С” после 1-го фестиваля рок-лаборатории, а недавно он вошел в новый состав группы “ДИНАМИК” Владимира Кузьмина. На место гитариста мы взяли Кирилла Трусова.

Окончательно новое лицо наша “БРИГАДА” обрела где-то четыре месяца тому назад. Надеюсь, что на сей раз нынешний состав останется надолго. Мы наконец все вместе нашли ту музыку, которую будем развивать. (Как отметил композитор Алексей Козлов – это очень оригинальный синтез групп KID CREOLE & THE COCONUTS и CHICAGO, другие говорят о ретро-шоу, третьи – о “новой волне”. Хотя к точному определению музыки так никто и не пришел – Д. Ш.). Ведь Саша и Сергей тяготели к “харду”, я – к “ломаным ритмам”. А сейчас мы все избрали такую музыку, которая всем интересна.

Из ансамбля “АЛЬЯНС” пришел барабанщик Игорь Ярцев, на ксилофоне и перкуссии играет Карен Саркисов (ранее был в группе “ЦЕНТР”), на клавишных – Лев Андреев. Вся духовая секция из музыкального училища им. Октябрьской революции – Леонид Челяпов (саксофон), Евгений Коротков (труба), Игорь Марков (труба). Тромбонист Максим Лихачев из Гнесинского училища. И, наконец, не последний участник нашего дружного коллектива – звукорежиссер Олег Сальхов.

– Если не секрет, кому пришла идея придумать столь запоминающееся название группе?

– Придумал название я. В моем понимании “бригада” – это коллектив, где все люди занимаются любимым делом. А “С” – это совсем не первая буква моей фамилии, это просто моя любимая буква алфавита. Хотя в первом составе у всех музыкантов фамилии и имена начинались с “С”.

– Ты сказал несколько слов о профессиональной работе. Значит ли это, что “БРИГАДА С” станет в будущем профессиональным ансамблем?

– Приглашения есть, но… У нас все программы принципиально рассчитаны на 45 минут. Ни больше, ни меньше. Это самое оптимальное по времени концертное шоу (за исключением фестивалей). За 45 минут зрители получают или не получают весь эмоциональный заряд, идущий со сцены. То есть у нас полностью готово и отрежиссировано одно отделение, а нам пока предлагают работать номером в сборных концертных программах. Так что желание, в принципе, есть, но нет аппаратуры, а без этого… Филармонии пока ее тоже представить не могут.

– Хотел бы ты писать для других исполнителей?

– Не знаю. Наверное, это сложно, поэтому я отвечу “нет”. Если я сам не могу написать текст, то мне очень сложно найти поэта, который говорил бы моими мыслями. Единственный, с кем у меня удается совместная работа, – молодой поэт Карен Кавалерян (он писал для групп “ЧЕРНЫЙ КОФЕ”, “БРАВО”). В нашем репертуаре одна песня на его стихи: “Человек в шляпе”. В новой программе будет еще несколько песен, написанных на его стихи.

– Новая программа, видимо, пока держится в секрете…

– Да нет. Вся она будет построена в уже избранной концепции. И здесь нельзя говорить “про что”, это будут песни-эмоции.

– Стиль твоей группы не имеет конкурентов на нашей сцене. Да и среди зарубежных групп прямых аналогов нет. Кто оказал влияние на тебя как на музыканта?

– В юности – может быть, это покажется странным – Андрей Макаревич. Я впервые услышал его в 15 лет и был поражен тем, с чем встретился на концерте. Даже “поражен” – бедное слово для определения увиденного и услышанного. Я был буквально раздавлен. Это был рок, причем очень эмоциональный и заставляющий задуматься. Многие молодые люди считают сегодня Макаревича не рок-музыкантом. Это неправда. Ведь рок – это не столько музыка, сколько тексты, а у него они настолько сильны, что вряд ли кому-то удастся достигнуть его уровня.

Потом я ходил на все репетиции “МАШИНЫ ВРЕМЕНИ” и каждый день учился: учился работоспособности, учился заниматься музыкой, отдавая этому делу все свои силы. Ходил на концерты “ВИСОКОСНОГО ЛЕТА”, “УДАЧНОГО ПРИОБРЕТЕНИЯ”. Групп было мало, но, уже играя в “ПОСТСКРИПТУМЕ”, я понимал, что их уровень для нас недосягаем.

Сейчас все гораздо сложнее. Возможность играть дали всем ансамблям. А пластинки и концерты должны расставить все по своим местам. Выживут лишь те, кто подходит к работе на сцене профессионально, даже не занимаясь музыкой как профессией…

– А пока вы в рок-лаборатории…

– Пока да. Но мне надоело семь лет менять работу и занимать чужое место. В шесть утра я иду на завод, где работаю мастером, в четыре заканчивается смена, и я сразу же бегу на репетицию. В два часа ночи я дома. Думал однажды закончить учебу в институте железнодорожного транспорта, где проучился три года, да куда там с такой работой. Поступил на заочное в культпросветучилище. Окончу и буду поступать в ГИТИС.

Есть предложения о пластинке. Но показать материал я не могу, так как уже который год мы не можем найти студию. Я знаю: записи, хотя бы демонстрационные, – беда для многих музыкантов, даже для тех, кто работает в филармонии.

– Какие песни ты сам мог выделить в своей сегодняшней программе?

– Песни “Они”, “Человек в шляпе”, “Сантехник” (последняя уже прозвучала по радио). Многим кажется, что моя любимая песня “Playboy” (“Моя маленькая бэйба”), но это не так.

– Ты знаешь своего слушателя?

– Наша музыка достаточно демократична. Ее слушают молодые и не очень. Скажу честно: мы никогда не ориентировались на определенную категорию зрителей.

– Последний вопрос: веришь в успех своего дела?

– Да, безусловно. У нас не было цели стать популярными или попасть в хит-парады в газетах и на радио. Если бы я знал, что не умею петь, играть и не смогу этому научиться, то никогда бы не стал продолжать заниматься музыкой, а спокойно бы работал на своем заводе. А сейчас я чувствую, что имею право говорить с людьми со сцены на понятном мне и им языке.

– Как относятся к твоим песням мать, жена?

– Прохладно».

Глава III. Лето – Осень 1987 года

В конце июля Стас Намин сделал нам замечательный подарок: выделил проходки на выступление Билли Джоэла. По тем временам это было серьезное музыкальное событие. Все сценическое оборудование – звук и свет – привезли из Европы на нескольких фурах. Сопровождала и обслуживала шоу огромная команда техников, которая собирала сцену, устанавливала звук и свет.

Джоэл вложил в советскую часть мирового тура 2,5 миллиона долларов из своего кармана в надежде, что это как-то окупится после выпуска фильма и концертного альбома. Первым пунктом стал Тбилиси, который, по словам музыканта, его не разочаровал. Ему очень понравилось, как его приняли. Только возникли проблемы со здоровьем: сказались долгие месяцы гастролей. Начали подводить голосовые связки, и его срочно отправили к врачам, где провели процедуры по восстановлению.

Билли ответственно отнесся к поездке в СССР и считал себя послом доброй воли для установления доверительных отношений между Востоком и Западом. В одном из интервью он заявил: «Я не политик… Я еду туда как музыкант. Хочу, чтобы между нами было больше общения. Люди там любят поп-музыку, они любят рок-н-ролл».

27 июля состоялось его первое выступление в Москве на стадионе «Олимпийский». В тот день у музыканта было не самое лучшее настроение, так как у него все еще оставались проблемы с голосом. Он сомневался, сможет ли взять высокие ноты в песнях, которые запланировал исполнить. Когда он вышел на сцену и посмотрел в зал, его ожидал «сюрприз»: первые ряды были заполнены людьми в строгих костюмах. Как это бывало и раньше, лучшие билеты достались персонажам из партноменклатуры. К его счастью, через несколько песен эти люди поняли, что попали не туда, и их места сразу заняли простые смертные. Теперь, когда перед музыкантом сидели настоящие поклонники музыки, вечер мог продолжиться по-настоящему.

Во время выступления 28 июля возникла еще одна проблема. Съемочная группа слишком увлеклась, когда направила свет на публику. Это не понравилось Джоэлу, и он, крикнув фразу «Stop lighting the audience!» («Хватит светить на публику!»), перевернул электропианино, а затем стал бить микрофоном по роялю, при этом продолжая исполнять песню.

Из его интервью: «Я был готов к трудностям, но не ожидал саботажа со стороны собственной команды. Они были увлечены съемками кино, а не самим концертом. Самое смешное, что на следующий день дети на улице меня спрашивали: “Вы снова будете крушить пианино?”»

МАКСИМ ЛИХАЧЕВ (ТРОМБОНИСТ «БРИГАДЫ С»)

Кто-то сообщил Билли Джоэлу, что в Москве в рок-группе «Бригада С» есть хорошая духовая секция. Нас пригласили к нему на репетицию в «Олимпийский», и мы попробовали сыграть одну вещь из его репертуара. Все это происходило под присмотром и руководством знаменитого саксофониста Марка Риверы. Но что-то не срослось, может быть, им не понравился наш уровень как музыкантов, а может, слишком мало времени отводилось для разучивания композиции. Но, по официальной версии, все списали на запрет Минкульта. Было очень приятно, когда Билли Джоэл зашел в раздевалку и с каждым из нас поздоровался за руку. А потом всем выдали «проходки».

«Бригада С» попала на концерт 29 июля. Я еще никогда не видел такого шоу. На дворе стоял 1987 год, ни о каком танцпартере речь не шла. Все было по старинке, как в филармонии: зрители усаживались согласно купленным билетам. Выданные «проходки» не предусматривали места в зале, поэтому мы весь концерт просидели недалеко от сцены, примостившись где-то сбоку от звукового портала. Я впервые увидел, как живьем работает на сцене настоящая «звезда», причем на совесть: концерт продолжался почти 2,5 часа. В 1987 году Билли Джоэл находился на пике популярности, и его песни были на первых местах хит-парадов. Все выступление Билли пытался установить контакт с публикой, которая была несколько «зажата». Он пытался ее расшевелить, и его старания все-таки увенчались успехом. Это был последний концерт в Москве, а 2 августа Билли Джоэла и его команду ждал Ленинград в рамках мирового тура The Bridge.

Уже тогда «Бригада С» стала одной из любимых групп Стаса Намина. Он начал радостно принимать и обхаживать команду, подтягивать ее к разным мероприятиям. Так случилось, что в августе состоялись совместные выступления Аллы Борисовны Пугачевой и популярного рок-певца из ФРГ Удо Линденберга. В конце августа, после концертов в Ленинграде, они приехали в Москву и были приглашены Анастасом Алексеевичем (настоящее имя Стаса Намина – прим. ред.) в Зеленый театр парка Горького. Именно в те времена у Стаса возникла традиция устраивать смотрины своим протеже. Их сценарий был всегда одинаков: гости приходили на студию, знакомились с перспективными молодыми коллективами, происходил джем-сейшн, а потом – импровизированный фуршет.

ИГОРЬ МАРКОВ (ТРУБАЧ «БРИГАДЫ С»)

В один из теплых августовских дней Стас объявил, что вечером у нас намечается творческая встреча с Аллой Пугачевой и Удо Линденбергом. Причем это было сказано очень пафосно и с акцентом на понятии «творческая встреча». Мы собрались в назначенный час – «Бригада С», «Лига блюза» и еще какие-то приглашенные лица. В помещение студии заранее принесли три ящика виски и мешок с дынями. Бахчевая культура оказалась единственной закуской к шотландскому напитку. Проходит время, сидим, ждем. Гостей нет, как и Стаса. Кто-то внес предложение: «А не открыть ли нам бутылочку и размяться для тонуса?» Как это бывает, после первой последовала вторая, третья и четвертая. Не пропадать же добру? В ход пошли дыни в виде закусона. Неудивительно, что через какое-то время вся компания была серьезно пьяна. Причем «в муку». По молодости мы не знали, что дыня совсем не сочетается с вискарем. Я пошел прогуляться по театру, размять конечности и случайно упал в оркестровую яму. Товарищам пришлось меня доставать. В конце концов на студии появился Стас Намин, только Аллы Пугачевой и Удо Линденберга с ним не было. Он с ужасом осмотрел бедлам: почти половину запаса вискаря мы уже освоили, вокруг валялись дынные корки, а проход к студии был немного заблеван. Великодушный Стас не стал отменять мероприятие и сказал, чтобы «Бригада С» немедленно начинала играть. Это было опрометчивым решением. Еще и тромбонист Макс Лихачев куда-то пропал – позже его нашли с помятым лицом.

– Так! Давайте играть! Считай! – скомандовал пьяный Гарик, глядя на барабанщика.

– Что считать? Рубли? Тебе чего, может, денег дать? – давился от смеха не менее пьяный Игорь «Батя» Ярцев.

Кирилл Трусов взял несколько аккордов и тут же срубился, уронив гитару…

Анастасу Алексеевичу наше поведение очень не понравилось: «Чувствую, вам сегодня не до музыки. Пошли все на хуй со студии!»

Джем-сейшен не удался. Я потом доковылял с Гариком до Крымского моста, и нас долго не хотели подвозить таксисты.

В начале сентября рок-движение посетила эйфория свободы и самовыражения. На гребне волны «Перестройки и Гласности» на сцену вылезли коллективы, которые до этого чаще всего играли в красных уголках ЖЭКов и на подпольных концертах. Это были выходцы из Московской рок-лаборатории и Ленинградского рок-клуба. Одним из мест, где периодически проходили праздники рок-н-ролла, стал ДК МЭЛЗ у метро «Электрозаводская» по адресу площадь Журавлева, д. 1. На месте директора – Александр Вайнштейн, очень прогрессивный для того времени деятель. Позже он даже ездил с нами в тур по ФРГ как один из руководителей группы. Интересный, приятный в общении человек, о котором у меня остались только положительные воспоминания.

На ступеньках ДК построили сцену, где, сменяя друг друга, несколько вечеров подряд выступали московские и питерские коллективы: «Звуки Му», «Вежливый Отказ», «Бригада С», «Алиса», «Кино», «Зоопарк» и так далее.

В один из дней перед вечерним концертом я приехал заранее, чтобы подготовить инструменты к приезду группы. Навстречу выплыл заслуженный тусовщик в московских рок-кругах, а заодно и художник-энтузиаст Данила. Для московского андеграунда середины 1980-х это известная и популярная личность. Он первым стал печатать футболки для групп из рок-лаборатории. С его подачи появился первый логотип и узнаваемый шрифт «Бригады С». Сейчас остались только фотографии знаменитых маек с надписью: «Работай быстрее, чтобы быстро кончить!» До сих пор жалею, что не сохранил черную футболку с логотипом группы, в которой объездил немало городов СССР и зарубежья. Данила был человеком веселого и неуемного нрава, склонным к употреблению алкоголя и многодневным приключениям.

– Саня, привет! – бодро воскликнул уже не совсем трезвый мастер кисти. – Я здесь с таким человеком, что срочно надо пять рублей.

Мне в принципе было не жалко таких денег, да тем более за встречу.

– А кто это? – с неподдельным интересом спросил я.

– Да это же гений питерского рок-н-ролла – Майк Науменко!

Из-за спины Данилы и вправду появился легендарный и уже «нарядный» Майк.

Группу «Зоопарк» в середине 1980-х я слышал только на кассетном магнитофоне «Электроника-302», а сейчас рядом стоял, немного обдавая меня легким перегаром, сам творец хита «Гопники».

Недолго думая, мы отправились в ближайший магазин. Данила, со своей смекалкой и коммуникабельностью, несмотря на большую очередь, урвал бутылку «Столичной» и лимонад «Буратино».

Возвратившись в ДК, художник взял у вахтерши ключ от свободной гримерной. Разложились. На столе – водка и лимонад, закуски нет. Под рассказы Майка нашли граненый стакан, сполоснули, вскрыли напитки. Поехали.

Первую четверть стакана освоил Данила и сразу же запил газировкой.

Майк презрительно посмотрел на него.

– Бля, вы, московские, и пить не умеете.

Мы недоуменно глянули друг на друга.

– А вот так! Учитесь, пока я жив! – сказал Майк. – Наливаем четверть стакана водки, затем лимонад. Накрываем ладонью, бьем об колено, выпиваем и говорим: «Чпок!» При минимальном количестве водки вы получаете больший кайф и лучшие вкусовые ощущения!

Трудно было поспорить с мэтром рок-н-ролла.

Остатки напитков под байки Майка мы допили его методом.

В этот вечер Майк и его группа выступили замечательно, а рецепт напитка «Чпок» навсегда остался в моей памяти, как и встреча с легендарным, но, увы, ныне покойным музыкантом.

Спустя годы меня попрекнули: «Вот из-за таких собутыльников русский рок потерял великого музыканта. Вы периодически и осознанно спаивали гения!»

Я даже не знал, что ответить. Михаил Васильевич Науменко к тому времени был уже взрослым мальчиком и хозяином своей судьбы. Бытовое пьянство и алкоголизм очень часто идут бок о бок с музыкантами, порой очень талантливыми. К сожалению, так было, есть и будет (скорее всего).

Глава IV. Первые концерты. Осень – зима 1987 года

Осень 1987 года, «Бригада С» выступает в Москве, публика голодна до зрелищ, каждый концерт – аншлаг.

13 сентября выдалось на редкость насыщенным днем для группы. Предстояло отработать целых три выступления, причем на площадках, раскиданных на расстоянии десятков километров. Начали со знаменитого фестиваля «Подольск 87», про который написано и сказано уже предостаточно. На древнем автобусе «Кубань» мы добрались до Зеленого театра Подольского ПКиО им. летчика Талалихина. С раздевалками там полная беда: группа переодевалась в грязном «кармане» сцены, туалет не работал. С нами в одном помещении панки из Эстонии – группа JMKE. Их внешний вид напоминал фото из советских газет конца 1970-х, где обсуждалось и осуждалось новое молодежное западное движение. Молодые люди с гребнями на головах шокировали обывателей, которым их внешний вид казался необычным и пугающим.

Начало дневного блока в 13:00. Первыми выступали «Калинов мост». Я тогда еще не знал, кто они и какую музыку играют. Но через несколько лет я просто влюбился в творчество и поэзию Димы Ревякина. Да и жизнь свела с этой командой во время работы на студии у Стаса Намина. После «КМ» на сцену вышла казанская группа под названием «ХОЛЛИ». Для них подольский фестиваль стал самым большим достижением в недолгой карьере. Как выразился мой друг, звукорежиссер Олег Сальхов: «“Подольск 87” – это настоящий праздник дилетантов, так как 80 % участников делают вид, что умеют играть на музыкальных инструментах».

Наконец выход «Бригады С». Традиционные стихи про Василия Петровича в исполнении Гарика предваряют выступления коллектива. Под похоронный марш на сцену выходят «духи», и понеслась…

Типичный сет-лист лета – осени 1987 года:

«Бродяга»

«Сантехник»

«Гады»

«Ностальгическое танго»

«Наследник эпохи»

«Неумейка»

«Человек в шляпе»

«Моя маленькая бэйба» («Playboy»)

Спустя годы на каком-то телеканале я увидел полную версию фестиваля. Как смешно и наивно все выглядит, когда смотришь на это в XXI веке! Тем не менее, пусть у участников и были серьезные пробелы в профессионализме, «Подольск 87» навсегда вошел в историю российского рок-н-ролла как один из первых серьезных фестивалей в Советском Союзе. Большое спасибо за это организаторам и участникам.

КАРЕН САРКИСОВ

Мы с Олегом Сальховым в «Икарусе» ждем остальных участников, громко обсуждаем происходящее. Внезапно перед нами появляется возмущенная физиономия Юрия Шевчука, а из-под стекол очков – гневный взгляд. Оказывается, он сидел перед нами с какой-то дамой.

– А можно без мата?! В салоне автобуса есть женщины и дети.

Мы извинились, конечно. Так мы узнали, что Юрий Юлианович – непримиримый борец за нравственность. Кстати, в одном из интервью того же года Шевчук отметил, что из московских рок-групп ему нравится «Бригада С», только некоторые их вещи ему непонятны.

Вторая площадка дня – ВДНХ. Несмотря на то, что День города официально начали отмечать 19 сентября 1987 года, мероприятия начались за неделю до этого. Это был замечательный воскресный день, и группа, отработав короткое выступление, поспешила в автобус – нас ждали другие зрители.

Мы закончили день в сборном концерте во Дворце пионеров на Ленинских горах. Надо учитывать, что «Бригада С» выступала всегда только вживую: это была принципиальная позиция Гарика. Происходило это даже там, где остальные участники «лабали» исключительно под «фанеру».

География осенних выступлений разнообразна: сборные концерты, фестивали, ДК разных ведомств. Не знаю, с чьей подачи, но в один из вечеров нас пригласили выступить в ДК им. Дзержинского на Большой Лубянке. Вход строго по паспортам, везде расставлены прапорщики с васильковыми погонами. Нас досматривали, открывали кофры с инструментами. Все по-взрослому…

– Товарищи музыканты, вам туда-сюда ходить не надо, здесь проход закрыт, – вежливо распоряжались люди в форме.

Зашли внутрь: перед нами предстал зал в стиле театральной архитектуры конца XIX – начала XX века. Вышли на сцену. Игорь Иванович, окинув взглядом зал и ряды еще пустых кресел, торжественно выдал: «Этим воздухом дышал и здесь выступал сам Лаврентий Павлович»…

Я почему-то вспомнил строки из песни Мурадели и Лугина:

Суровой чести верный рыцарь,
Народом Берия любим.
Отчизна славная гордится
Бесстрашным маршалом своим.

Это было комично и грустно.

Выступление прошло довольно успешно: зал битком, а публика довольно живо и раскрепощенно реагировала на заводную музыку «Бригады С». После концерта ответственные товарищи поблагодарили музыкантов, пожелали дальнейших творческих успехов и достижений на благо Советской Родины.

В ноябре состоялись первые гастроли группы в статусе «профессионалов». Мы поехали в Ленинград на поезде. В знаменитом зале Ленинградского Дома Молодежи отыгрывали два концерта вместе с питерскими «Играми».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.