Матильда Вудс
Девочка, кот и штурман

Посвящается Бутс, Салли, Элис и Гэндольфу – четырем отважным котам

The girl, the cat and the navigator

Text copyright © 2018 by Matilda Woods

Illustrations copyright © 2018 by Anuska Allepuz

© Наталья Гладнева, перевод, 2021

© ООО «Феникс», оформление, 2022

Деревня тысячи кораблей

На суровом и заснеженном Севере есть одно поселение с двумя названиями. Первое – Нордлор – оно получило в честь своего первооткрывателя, великого исследователя и путешественника Фредрика Нордлора, зашедшего в Северное море дальше всех. А второе – Деревня тысячи кораблей – прославило его на весь мир.

Поселение Нордлор находится около длинного фьорда, протянувшегося до Великого Северного моря. На заре его существования никаких деревьев поблизости не росло, поэтому, когда Фредрик Нордлор решил построить здесь первый дом, вариантов у него было немного. Вначале он слепил жилище из снега, но с приходом весны оно растаяло. Затем он смастерил домик из травы, но летом тот высох и развалился. После этого Фредрик даже сложил дом из ракушек, которые выловил во фьорде, но в его стенах зияло столько щелей, что зимой внутри было холоднее, чем снаружи.

В отчаянии Фредрик Нордлор разобрал собственный корабль и выстроил из него дом. Деревянное жилище вышло куда лучше предыдущих зданий из снега, травы и ракушек. Но была у него одна особенность. Даже летом в этом доме было прохладно и сыро, а каждую ночь он раскачивался взад и вперед, словно корабль, который по-прежнему шел по волнам, а не лежал на земле грудой обломков.

Фредрик Нордлор думал, что этой особенностью обладают только доски его собственного судна, но, когда на берег выбросило другой корабль, который пошел на строительство здания деревенской ратуши, история повторилась. Северная древесина будто была наделена особой силой, которая заставляла ее «представлять», что она все еще в море.

Фредрику Нордлору понравилась эта особенность древесины («Чувствуется северный характер», – любил повторять он), поэтому, даже когда в горах вокруг поселения посадили деревья, все дома в Нордлоре по старой традиции продолжали строить из обломков.

На протяжении многих лет любой затонувший корабль – будь то крупное китобойное судно или небольшая рыбачья лодка – оттаскивали в гавань Нордлора, разбирали на части и строили из них что-то новое. Так росла деревня Нордлор. Строились дома, появилась пристань, вдоль берега потянулись таверны.

Вместе с Нордлором росла и его слава. Вскоре среди жителей северных и южных земель стала ходить молва о деревне, построенной из затонувших кораблей.

– Фредрик Нордлор сам это придумал, – говорил парень из Исло. – Он всегда был смекалистым.

– Я слышала, что идея принадлежала его жене, – заговорщицки шептала женщина в порту Айсблоун. – За каждым великим мужчиной стоит еще более великая женщина, которая подсказывает ему, что делать.

– Оказывается, – клятвенно заверял мальчишка в Витлоке, – эта деревня построена ровно из тысячи затонувших кораблей, ни больше ни меньше.

Нордлор приобрел такую известность, что один из принцев в южных землях потратил две тысячи золотых крон[1], чтобы построить его копию в стенах своего замка. Звалось это сооружение Литл-Нордлор[2], и принц категорически отказывался показывать его простым смертным.

Побывать в знаменитой северной деревне мечтали, конечно же, все, но на деле редко кто туда добирался. Снег был слишком глубоким, воздух – чересчур холодным, а дни – очень уж короткими и темными.

В Нордлоре так редко появлялись новые люди, что каждый вновь прибывший всегда вызывал большой переполох. Так было, когда леди Саммер уехала из южных мест и поселилась в переулке Уэйлбон. Или когда мистер Бьоркман сбежал из Скорбной гавани и выстроил башню из корабельных мачт на главной площади. Но больше всего шума своим появлением наделала прорицательница Фрейдис Спитс.

Первое предсказание прорицательницы

Прорицательница прибыла глубокой зимней ночью. Она приехала в экипаже – в одном из великолепнейших экипажей, которые когда-либо видел Север. Карета была украшена драгоценными камнями и резными позолоченными китами, а везли ее не два коня, как обычно, а четыре белых медведя. Чтобы избежать укусов этих свирепых хищников, предсказательница заковала их в золотые цепи и надела на них золотые намордники.

Белые медведи, звеня в ночи тяжелыми цепями, клонившими их к земле, с грохотом катили карету по булыжникам, которыми были вымощены улицы деревни. Несмотря на внушительный вид, звери оказались медлительными и неповоротливыми. Натянув поводья, прорицательница остановила карету под серебристо-зеленой вывеской, гласившей: «Затопленный угорь».

Эта таверна считалась самой популярной в Нордлоре. Когда-то, до того как его подняли со дна моря и приволокли в деревню, это был великолепный корабль под названием «Скользкий угорь». Однако это не уберегло его от столкновения с айсбергом, после чего он затонул в шестидесяти милях к северу от Ада рыбака. С тех пор прошло уже пятьдесят лет, но бывшее судно, похоже, по-прежнему находилось в бурных морских водах. С крыши таверны капала ледяная морская вода, о стойку бара бились волны, а когда дул сильный ветер, то можно было даже различить крики людей, пытавшихся удержаться над прибывающей водой.

– Это я, – говорил старик Эйрик всем подряд. – Это я. Тот, кто кричит: «О, боги морские, мы идем ко дну!»

Предсказательница судьбы слезла с экипажа и постучалась в дверь таверны. Не дождавшись ответа, она нахмурилась и распахнула ее сама.

– Узрите! – закричала прорицательница, входя в таверну. В ту ночь на Севере бушевала непогода, и вслед за ней внутрь ворвались дождь, град и мокрый снег. – Перед вами сама Фрейдис Спитс, знаменитая предсказательница судьбы с Севера! – она широко раскинула руки, и пятьдесят ракушек, свисавших с золотого посоха, который предсказательница перекинула через плечо, зашелестели, словно аплодируя. – Я не гадаю по чайным листьям на дне чашки, – сообщила она местным жителям, которые собрались спокойно провести вечер за стаканчиком-другим и теперь в раздражении уставились на нее. – Нет и еще раз нет. Такие предсказания никуда не годятся. И даже не смейте говорить мне о линиях на ладони. В них нет ни слова о будущем. В своих предсказаниях я доверяю только одному: раковинам, которые выносят на берег воды Великого Северного моря.

В таверне воцарилась тишина: посетители явно заинтересовались. Все знали, что подобные раковины хранят не только звуки океана: шум волн и голоса тюленей и китов, поющих глубокими ночами. Еще в них можно было услышать шепот – тихий шелест, рассказывающий о грядущих событиях. Но лишь очень немногие могли различить и понять этот звук. Поэтому к таким людям относились с огромным уважением.

– Все эти раковины у меня за спиной, – произнесла Фрейдис, – открыли мне великие тайны. Вот эта зеленая, – она развязала веревку, на которой держалась одна из ракушек, – предсказала гибель «Огромного морского окуня» за двадцать лет до того, как построили корабль. А вот эта, – Фрейдис отвязала ракушку, поблескивавшую оранжевым, – знала все о Великом пожаре в Скорбной гавани за три ночи перед тем, как была зажжена первая искра. А эта, – она указала на третью ракушку, – поведала мне, что огромный китобой «Икра» потонет около Ледяных земель во время своего первого плавания.

При этих словах тишину, воцарившуюся в таверне при появлении предсказательницы, нарушил громкий смех.

– «Икра» не затонула, обманщица! – крикнул один из мужчин. – Она пришвартовалась в нашей деревне не более двух недель назад.

– Именно так, – подтвердила Фрейдис. – Я рассказала команде об их участи – за плату, разумеется. Почему бы и нет? Поэтому они изменили курс, и тридцать человек остались живы. Если бы они меня не послушались, то пошли бы ко дну. А теперь, – быстро произнесла Фрейдис, пока ее снова не перебили, – у меня есть предсказание для одного человека из этой деревни, деревни Нордлор.

Мужчины в таверне переглянулись, гадая, о ком пойдет речь. Но прежде чем они успели сообразить, Фрейдис достала из складок своего плаща, сшитого из шкуры лося, пурпурную ракушку и подняла ее, показывая всем.

– Вот эта ракушка, – сообщила она, – знает кое-что о будущем. О том, что изменит жизнь человека по имени капитан Бритт.

Все взоры обратились к человеку, сидевшему в одиночестве в глубине таверны.

– Ты хочешь поведать о моем будущем? – негромко спросил он. Даже сидя, этот человек возвышался надо всеми собравшимися. У него были черная борода и обветренное лицо, не раз испытавшее на себе суровый характер Северного моря.

– Если ты капитан Бритт, то да, это предсказание для тебя, – ответила Фрейдис.

– Так что же? – уточнил мужчина. – Что говорит ракушка?

Фрейдис довольно хмыкнула:

– Предсказательнице судьбы надо как-то зарабатывать на жизнь. Так что сначала заплати за предсказание, а просто так я ничего не скажу.

– Сколько? – спросил капитан.

Фрейдис ненадолго задумалась. Обычно за предсказания такого рода она брала две серебряные монеты. Но предсказательница знала, что этот человек очень богат, ведь он – капитан и владелец самого большого китобойного судна в Нордлоре. Поэтому она решила взять с него больше.

– С тебя одна золотая крона.

На этот раз засмеялся мужчина.

– Ага, как же. Держи карман шире! – сказал он и вернулся к своему напитку.

– Уверен? – спросила Фрейдис. Она подошла ближе. – Не сомневаюсь, что ты будешь рад узнать о таком будущем.

То ли оттого, что он был азартным человеком, то ли из-за боязни, что его корабль может пойти ко дну следующим, капитан Бритт пошел на уступку.

– Пять серебряных монет, – произнес он. – И ни медяка больше.

– По рукам! – Фрейдис схватила протянутые деньги и проворно спрятала их в складках своего плаща. Затем она поднесла пурпурную раковину к уху и еще раз прослушала предсказание. Убедившись, что все верно, прорицательница произнесла услышанное так, чтобы слышали все посетители таверны:

ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ ШЕСТИ НИКЧЕМНЫХ ДОЧЕРЕЙ КАПИТАН БРИТТ С «ОТВАЖНОГО ЛЕОПАРДА» СТАНЕТ НАКОНЕЦ ГОРДЫМ ОТЦОМ РЕШИТЕЛЬНОГО И ХРАБРОГО СЫНА.

Праздник в «Затопленном угре»

Девять месяцев спустя

– Напитки за мой счет! – выкрикивал капитан Бритт снова и снова, пока в таверну «Затопленный угорь» прибывало все больше посетителей. С тех пор как он купил предсказание у прорицательницы, прошло девять месяцев, и теперь мужчина пригласил всю деревню отпраздновать скорое рождение сына.

– Нет, ты ничего не пропустил, – сказал он очередному гостю. «Может быть, следовало выбрать другое место для праздника, – думал капитан. – Не будет ли дурным предзнаменованием отмечать такое событие внутри затонувшего корабля?» Но было уже поздно. Его сын вот-вот появится на свет.

– Ну же, женщина, – ворчал капитан себе под нос. – Поторапливайся!

Счет в баре рос с каждой минутой. Наверное, зря он пригласил всю деревню. По крайней мере, капитан не торопился открывать бутылки дорогущего вина, он приберег их до появления своего сына: ему хотелось откупорить их ножом из китового уса так, чтобы брызги разлетелись по всей толпе.

Его жена продолжала кричать и стенать еще два часа. Она голосила так громко, что ее крики доносились из дома до таверны. Пиво лилось рекой. Толпа все росла. Музыка грохотала. Бармен дал глотнуть спиртного даже детям, и теперь дочери капитана еле держались на ногах, пошатываясь, словно шесть кеглей, которые вот-вот упадут. Тут до окон таверны долетел новый звук. Это был вопль повитухи.

Праздничный шум сразу умолк, и в здании воцарилась тишина. Спустя пять минут на пороге появилась женщина, которая явно волновалась. В руках у нее был маленький сверток.

– В чем дело? – спросил капитан, поспешив ей навстречу. – Что-то не так? Что-то случилось с моим сыном? О, боги морей и океанов! – взвыл он. – Он же не умер?

Женщина покачала головой:

– Нет, дело не в этом, капитан. Просто…

– Ну? – он шагнул ближе. – Не томи. Чего ты ждешь, женщина? Порадуй меня хорошей новостью.

– Ну… э-э… – женщина уставилась в пол. – Твоя жена родила девочку.

– Девочку? – его лицо вытянулось. – Нет, – он покачал головой, – не может быть. У меня уже есть шесть дочерей. Проверь еще раз.

Сильно сомневаясь, что что-то изменилось, женщина глянула на ребенка, которого держала в руках.

– Мне очень жаль, – сказала она. – Но могу заверить тебя, капитан, что это девочка. Хорошенькая здоровенькая малышка.

– Но… – он перевел взгляд с ребенка на женщину. – У меня должен был родиться сын. Мне нужен только сын, – мужчина потянулся к ножу из китового уса. – Где она? – рявкнул он. – Где та проклятая предсказательница?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Крона —общее название ряда западноевропейских монет с изображением короны на лицевой стороне (аверсе). – Здесь и далее прим. пер.

Вернуться

2

То есть Малый Нордлор (англ. Little Nordlor).

Вернуться