Пучок полыни
Светлана Ильина

© Светлана Ильина, 2023

ISBN 978-5-0060-3291-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Страна Пания раскинулась среди множества озёр и лесов, в которых водились многочисленные рыбы и звери, росли ягоды и грибы. Население не бедствовало, а скорее даже процветало. Несколько десятков лет прошло с последней битвы со степным ханом Алашаем, в которой панийцы одержали победу и отодвинули грозное войско хана от своей границы. Завершением Великой битвы стал мирный договор, подписанный князем Богуславом Сильным с Алаш- ханом, в которой хан обязался не переступать границы Пании.

Именно с этого времени и началось процветание страны. Однако мир и благополучие длились недолго. Через десять лет после подписания договора, князь Богуслав Сильный скончался и оставил трон своим трем сыновьям, которые разделили между собой страну на Северное, Западное и Южное княжества.

Вначале, братья жили дружно, поддерживали друг друга во всех начинаниях и проблемах, если они случались, но их дети и внуки начали ссориться между собой, тем самым разоряя и ослабляя страну.

Через семьдесят лет после разделения, когда- то единой страны, один из правнуков Богуслава пошёл войной на своего родственника западного князя.

Уничтожая все на своём пути, князь Южной Пании взял себе в союзники молодого правнука Алаш-хана. Хан Тугой с радостью и желанием поживится, согласился на помощь князю Сигизмунду Яровскому. Первой жертвой союза князя и хана стала Западная Пания. Уничтожая, грабя и уводя в полон все живое на своём пути, князь Сигизмунд с ханом дошёл до замка пана Анджея Бочинского князя Западной Пании. Видя, что силы неравны, князь Анджей запросил поддержку у своего троюродного брата князя Северной Пании. Пан Владислав Косульский, понимая, что если сейчас он не поможет брату и не остановит врага, то этот враг через некоторое время вступит и в его княжество.

Бок обок сражались два брата. Не желая ни сил, ни людей им все же удалось остановить князя Сигизмунда и Хана Тугоя. Вскоре, союзное войско братьев, почувствовав вкус победы, перешло в наступление и оттеснило врага до границ княжества. Князь Сигизмунд в окружении малочисленного войска бежал. Хан Тугой повернул в Степь, уводя в полон живую добычу.

Пан Сигизмунд понимая, что война проиграна, просил милость у двух князей, моля их о снисходительности. Будучи великодушными, братья простили своего родственника и взяли с него слово никогда не вторгаться на земли княжеств. Скрывший злобу, князь Сигизмунд подписал договор, но в голове затаился план мести.

Отпраздновав победу, князья Северной и Западной Пании поклялись в вечной дружбе и помощи. Ну, а закрепить этот союз братья решили свадьбой своих детей.

У пана Владислава, когда он только отправился в поход, родилась дочь пани Марыся, а у князя Анджея рос сын Артур, которому исполнилось на момент начала войны пять лет. Вот и решили два князя скрепить союз двух государств свадьбой своих детей.

Глава 1

Семнадцать лет минуло с того самого дня, когда пожали друг другу руки два князя. Пани Марыся выросла настоящей красавицей: глаза лазурного цвета очаровывали днём и бросали в синюю бездну ночью; светлые волосы, заплетенные в косы и перевязанные голубой лентой, ниспадали на плечи; тонкий стан, величественная походка, выдавали в ней прекрасную княжну. Прислуга, что жила в замке, крестьяне, приходившие по делам в замок всегда любовались молодой панной. Но Марыся отличалась не только сказочной красотой, доброта и честность были главной чертой ее характера. С самого детства она знала, что как только ей исполнится восемнадцать лет она выйдет замуж за молодого князя Западной Пании.

Князя Артура панночка никогда не видела, вернее, видела, но лишь на портрете. Невысокого роста, с рыжей шевелюрой и конопушками по всему лицу князь Артур был похож на желтое солнышко, улыбающееся с портрета. Пани Марыся за столь продолжительное время привыкла осознавать, что этот рыжий юноша будет ей мужем.

Оставалось полгода до свадьбы, и Марыся считала дни до их встречи.

Пан Артур в отличие от девушки не питал желания обременять себя узами брака. Вёл разгульный образ жизни, за что не раз получал выговор от отца. Молодую княжну Артур тоже видел лишь на портрете. «Красивая пани, рад, что у меня такая жена будет» – это все, что сказал о Марыся Артур.

Назначенный день венчания приближался. По законам Пании, невеста была обязана прибыть в замок жениха для венчания.

В замке пана Владислава Косульского все жили в радостном предвкушении поездки в земли соседнего княжества. Супруга князя пани Агния набивала сундуки приданным Марыси. Единственную дочь пани Агния никак не хотела отпускать от себя. Уж больно тяжело далась ей девочка. Как только князь Владислав отъехал от замка на воссоединение с армией князя Анджея, у пани Агнии начались преждевременные роды. Несколько месяцев пани Агния не доносила младенца. Все связывали ранние роды с волнениями и переживаниями за судьбу мужа и страны. Целый день и ночь мучилась жена князя, и только к утру замок оглушил пронзительный плачь, родившегося младенца.

– Девочка, пани Агния, – радостно произнесла повитуха, и положила маленький живой комочек, завёрнутый в мягкую ткань рядом с матерью.

Агния, вся в слезах обняла свою дочь и потеряла сознание. Только на вторые сутки пришла в себя хозяйка замка, и первым, что молвила, это было: « Где моя Марыся?» С тех самых пор пани оберегала свою дочь, а Марыся росла и с каждым днём превращалась из маленькой птички в прекрасного лебедя.

Свою красоту Марыся унаследовала от своей матери. Слух о прекрасной пани Агнии дошёл даже до самого хана Тугоя, который направил к ее отцу сватов, а после приехал сам. Несколько месяцев Хан Тугой гостил в замке у отца пани Агнии. Но красавица отказала хану и отдала свою руку и сердце князю Владиславу, тогда – то Тугой решил объединиться с князем Сигизмундом и идти войной на княжества. Он мечтал заполучить в жены или наложницы неприступную пани Агнию, именно в этом и заключалась главная цель похода хана Тугоя на Западное княжество, а затем и на Северное. Однако планам хана не пришлось сбыться, в этой войне он потерял больше половины войска и побеждённый с крохотной добычей бежал в Степь.

Мать девушки всегда говорила, что характер молодая пани унаследовала от своего горячо любимого отца. Взрывная, смелая, иногда безрассудная Марыся то и дело вытворяла такое, что вводило в оцепенение пани Агнию.

Был случай, когда Марысе исполнилось десять лет, и она решила узнать, что находится за темным лесом. Никому ничего не сказав, девочка тайком покинула замок и, пробираясь сквозь лесную чащу, шла к своей цели. Три дня она шла, ночевала под елями, питалась ягодами и пила из ручейков. Силы начали покидать девочку, но сдерживая слезы, она продолжала идти. Лес закончился, и Марыся увидела сквозь редеющие деревья поле, засеянное пшеницей. Словно золото, переливающееся на ярком солнце, пшеница играла своими колосьями, изображая морские волны. Марыся, стояла на краю леса и как заворожённая смотрела на это зрелище. Из оцепенения ее вывел оклик отца, который вместе с охраной искал пропавшую дочь.

Увидев отца, девочка бросилась к нему в объятия и начала без умолку рассказывать о своём путешествии. Возвратившись домой, пани Агния наказала дочку, но уже через несколько часов смягчила своё наказание и, целуя лицо девочки, сетовала на ее несносный характер.

В шестнадцать лет Марыся решила увидеть своего жениха воочию. Ночью покинула замок и направилась в соседнее княжество. На четверти дороги девушка встретила табор цыган, которые переезжали из страны в страну. Ей так понравилась их кочевая жизнь, что пани решила остаться жить в таборе и путешествовать по миру. Не успев проехать с табором и двое суток, как цыган настигла охрана князя Владислава и сам князь. Прощаясь с новыми друзьями, Марыся нехотя села на своего коня.

– Постой, – услышала Марыся женский голос, который принадлежал старой цыганке.

Старуха подошла к девушке и промолвила:

– Берегись степи, она поглотит тебя. Твоя судьба не там где ты думаешь, она идёт к тебе, и ты скоро с ней встретишься. Вот, держи, – цыганка сунула Марысе маленький пучок степной травы – полыни, – береги ее, она вернёт того, кто будет в забвении.

И с этими словами цыганка хлопнула по крупу коня. Конь, на котором сидела девушка, побежал рысью. Цыганка помахала вслед Марысе и еле слышно молвила: «Да хранит тебя Бог, бедное дитя!»

С тех самых пор пучок полыни, отданный цыганкой, бережно хранился у Марыси в резной шкатулке.

И вот теперь, когда приданное было собрано и свадебный картёж стоял готовый тронуться, Марыся достала пучок полыни и спрятала у себя в складках платья.

Свадебная колонна состояла из нескольких карет, в которых должны были ехать придворные дамы, тележек с сундуками и главной каретой невесты. Родители пани собирались отправиться вслед за своей дочерью через несколько дней. Простившись с родными, Марыся села в карету, украшенную белыми и алыми розами, и весь свадебный картёж выехал из ворот замка.

Марыся сидела и наблюдала в окно кареты, как мимо мелькают одноэтажные небольшие жилища подданных ее отца, поля с разноцветными цветами, на которых паслись коровы. Несколько вооруженных всадников сопровождали невесту, охраняя и внимательно всматриваясь вдаль. Разбойников в этих местах не встречалось, поэтому никто не ожидал внезапного появления в чаще леса на границе с княжеством Западной Пании незнакомых, хорошо вооружённых людей.

Банда незнакомцев с криком накинулась на охрану свиты невесты. Солдаты не успели обнажить мечи, как пятерых свалили с коней и убили на месте. Шестой, последний из уцелевших солдат, до конца сражался с лиходеями, оберегая и не подпуская их к двери кареты.

Марыся от испуга вжалась в мягкий, обитый сиреневым бархатом диван. Сердце девушки билось так, что можно было услышать его трепетание в груди. В оконце Марыся видела, как отважный солдат сражается и не подпускает к своей хозяйке никого. Неожиданно противоположная дверь кареты распахнулась, и в карету ввалился незнакомый мужчина. Его руки, как две глыбы схватили маленькие беленькие ручки девушки и с силой вытащили из кареты. Разбойник схватил пани за талию, прижал к себе, а другой поднёс кинжал к горлу.

Обойдя карету вместе с пленницей, бандит крикнул:

– Остановись, или твоя панна лишится жизни, – эти слова предназначались отважному солдату.

Увидев пленённую хозяйку, охранник остановился и с горечью бросил свой меч на землю.

– Молодец, – удовлетворённый положением дел, промолвил разбойник, – связать его и всех остальных, все золото и драгоценности собрать в один сундук.

– Отпусти меня, – найдя в себе силы, сказала Марыся, – я дочь князя Владислава, он заплатит тебе хорошие деньги.

– Я знаю, кто ты, – с иронией в голосе проговорил разбойник, – мы давно тебя ждём.

– Зачем я вам, – ничего не понимая, продолжала говорить пани.

– Ты мне не нужна, но вот деньги, которые я получу за тебя, мне необходимы.

– Отец заплатит в два раза больше, – не замолкала Марыся, – отвези меня к отцу или жениху, к которому я направлялась.

– Жениху, – засмеялся разбойник.

– Почему ты смеёшься, – этот смех и ирония в голосе мужчины, вызывали в душе девушки протест и злость, – перестань смеяться, когда ты разговариваешь с пани.

– О, простите великодушно, – разбойник, не сводя улыбку с лица, поклонился девушке, – я забыл, что передо мной самая настоящая пани, княжна.

– Вот, давно бы так, – увидев, как разбойник кланяется ей, Марыся была довольна.

Но уже через секунду разбойник, забыв обо всех приличиях, посадил Марысю на своего коня, сам сел позади и дал приказ своей банде трогаться.

Всех дам из свиты пани Марыси, разбойники привязали к деревьям и оставили стоять в одиночестве.

– Передайте привет своему господину от князя Сигизмунда, – выкрикнул главный разбойник и, пришпорив лошадь, помчался со своей ватагой по лесной чаще.

…………..

Ничего не подозревающий князь Владислав вместе с женой, проводив свою дочь, собирались в дорогу. Отъехать они должны были через два дня.

– Что- то на сердце не спокойно, – сетовала пани Агния.

– Не волнуйся, все хорошо. У нас спокойно в княжестве, да и на границе их должны встретить ратники князя Анджея.

– Я знаю, Владислав, но все равно как- то не спокойно.

Пан обнял жену и крепко поцеловал.

– Как я рад, что ты у меня есть, моя любовь. Я ведь очень боялся, что ты откажешь мне и выберешь Хана. Согласитесь, что быть женой правителя бескрайней Степи это ни одно и то же стать княжной маленького государства.

– Я полюбила тебя сразу, как только увидела, – обнимая мужа, говорила пани Агния, – никогда б я не стала ничьей женой. Ты моя жизнь и судьба. Я очень хочу, чтоб наша дочь познала великую любовь с Артуром. И главное, чтоб любовь у них была взаимной.

– Князь Анджей благородный человек, надеюсь, и сын унаследовал его благородство и отвагу.

– Я очень надеюсь на это, – задумчиво произнесла пани Агния и, поцеловав мужа в щеку, вышла из комнаты.

…………

Месяц назад.

Князь Южной Пании сидел за дубовым столом и читал письмо, которое ему передал гонец. Посыльный стоял возле дверей и ждал указаний князя.

После прочтения, лицо пана Сигизмунда озарила довольная улыбка.

– Передай своему хозяину, что я согласен. Ступай.

Гонец, в одежде степных кочевников, поклонился и удалился.

– Вот теперь я точно заполучу эти земли, – промолвил князь, когда в дверь вошёл его верный слуга Себастьян.

– Хорошие новости, мой господин?

– Очень хорошие Себастьян. Хан Тугой предлагает союз и помощь в войне с братьями.

– Но Хан не будет просто так предлагать дружбу и союз. Он хитрый, двуличный и мстительный. Он никогда и ничего не будет делать, если не видит своей выгоды. Вы уверены, что стоит соглашаться на его союз.

– Ты прав, мой друг, он выдвинул условие, – развалившись в кресле, отвечал Сигизмунд.

– Условие? Пан Сигизмунд, вы так легко говорите об этом, значит оно разрешимо.

– Через месяц состоится свадьба дочери пана Владислава с сыном пана Анджея.

– Да. Но вам – то это зачем, пан Сигизмунд? – Ничего не понимая, спросил Себастьян.

– А затем, что условие Хана в том, что я должен похитить и передать ему невесту.

– Теперь я понимаю, почему вы улыбаетесь. Хан Тугой был безумно влюблён в мать невесты, а она ему отказала. Теперь хан желает ее дочь.

– Да, Себастьян. И мы поможем ему ее заполучить. Найди мне наемника, которому можно было доверить это дело.

– Есть у меня один русин на примете. Богатырь Ладомир, отважный малый.

– Русин? Не доверяю я им.

– Поверьте, пан, Ладомиру можно доверять. Он сделает все так, как надо.

– Позови его, хочу глянуть на этого русина.

Себастьян махнул головой в знак согласия и удалился.

……….

Пани Марыся сидела на коне, который шёл размеренным шагом по лесной тропе. Широкоплечий мужчина крепко удерживал пленницу, дыша ей в затылок. Запах, исходящий от разбойника одновременно пугал девушку и тут же успокаивал. Сердце Марыси, словно птичка билась о клетку в порыве вырваться и упорхнуть, но одновременно с этим, где- то глубоко в душе она чувствовала спокойствие и благодать рядом с этим человеком.

Разбойники, проехав более десяти вёрст, остановились на ночлег. Солнце медленно пряталось за верхушки деревьев, на лес опускался сумрак.

Спешившись, главный разбойник, взяв за талию молодую девушку, и снял ее с седла. Ноги Марыси сразу почувствовали мягкую и прохладную траву. Оглядевшись, пани не увидела ничего, чтобы привлекло ее внимание. Деревья, кустарники и огромные кусты черники с крупными и сочными ягодами.

– Повернись спиной, – скомандовал главарь, и завязал девушке руки.

– Боишься, что убегу, – вызывающим тоном ответила Марыся.

– Я? – Ответил девушке разбойник, – ничего не боюсь. Это для твоего же спокойствия и безопасности.

– Очень интересно, и как же я смогу себе навредить с завязанными руками?

– Ты слишком много говоришь, – грубо ответил разбойник и толкнул пани так, что, не удержавшись на ногах, девушка присела на траву.

– Я пани, мне нельзя сидеть на земле, – возмутилась Марыся.

Разбойник одарил Марысю улыбкой во весь рот и крикнул своему сотоварищу.

– Вацлав, принеси веток, пани сетует, что негоже даме на земле сидеть.

Услышав приказ Вацлав смеясь, направился к ближайшей ели, чтоб нарвать веток для пани.

Отряд разбойников состоял из семи человек, включая главаря. Все разбойники после остановки для ночлега занялись делами. Кто- то ушёл вглубь леса, чтоб подстрелить из лука зайца или глухаря, другие разжигали костёр и готовили лежанки для ночлега.

Солнце село быстро и лес сразу погрузился во тьму. Пожарив на костре двух зайцев, разбойники легли на сваленные еловые ветки и захрапели. Языки костра озаряли ночную мглу своим огненным светом. Искры, словно маленькие яркие звездочки, летели вверх, дрова в костре потрескивали. Ночную тишину нарушал лишь редкий возглас ночной птицы- совы, сидевшей на высокой осине и поглядывавшей на странных людей, собравшихся этой ночью возле костра.

Главарь сидел возле девушки, повернувшись к костру, ножичком вырезал фигурку зверя. Марыся, полулежала на ветках и наблюдала за разбойником.

– Меня Марысей зовут, а тебя, – начала разговор с похитителем девушка.

Разбойник даже бровью не повёл на слова пани и продолжил свою работу.

– Ты слышишь? – Марыся села возле разбойника. – Или ты не обучен с дамами разговаривать?

Разбойник посмотрел на Марыся, отвернулся и вновь занялся своим делом.

Марыся, видя, что ее не воспринимают всерьёз, пнула ногой по ноге разбойника. От неожиданного поступка девушки у главаря даже нож выпал.

– Тебе и ноги завязать? – Подняв нож, обратился главарь разбойников к девушке.

– Я спросила, как тебя зовут, а ты меня игнорируешь, будто меня не существует. Или твоё имя тайна?

– Ты есть или пить хочешь? – Не называя своё имя, спросил разбойник.

– Нет, – коротко и разочарованно, что не смогла разговорить главаря, ответила Марыся.

Разбойник ни на секунду не отрывался от своего занятия, но это бы лишь вид, он внимательно следил за девушкой. Никогда в жизни он не видел такую красоту. А глаза! Он просто утонул в них.

Марыся сидела тихо. Поняв, что собеседника из разбойника не выйдет, она отвернулась от него.

– Ладомир, – вдруг чуть слышно произнёс разбойник, – мое имя Ладомир.

– Какое красивое имя, – ответила Марыся, – а откуда ты? Ты говоришь не так, как панийцы.

– Я из Русии, – коротко ответил Ладомир.

– Из Русии? – Удивилась Марыся.– Мне говорили, что это страна сильных мужчин и смелых женщин. Я слышала, что ты говорил моему солдату о привете от князя Южной Пании. Как ты попал на службу к пану Сигизмунду? Ты ж наёмник?

– Это долгая и неинтересная история, – нехотя пробурчал Ладомир.

В его голосе явно слышались нотки неловкости. Ладомир стыдился того, что был наемником.

– Ты ж все равно не будешь спать, – пытаясь выведать у Ладомира его историю, не умолкала Марыся, – да и я не смогу спать с завязанными руками.

Ладомир впервые за весь вечер посмотрел на Марысю прямо, а не тайком. Повернулся и, взяв Марысю за предплечья развернул ее. Ножом разрезал веревки, тем самым освободив девушку. От веревки затекли руки, и когда Ладомир перерезал путы, кровь хлынула по венам в кисти девушки. Потирая ладони, Марыся слегка улыбнулась своему охраннику.

– Спасибо, а то совсем уже рук не чувствовала.

– Только без глупостей. Поняла?

Марыся замахала головой, давая понять, что будет сидеть смирно.

– А можно мне водички? – спросила Марыся.

Ладомир молча встал, отвязал с пояса кожаный мешок, наполненный родниковой водой и дал Марысе.

– Спасибо, – ответила девушка.

Ладомир сел на своё место и вновь принялся за свою работу, украдкой поглядывая на Марысю.

Отпив немного воды из бурдюка, она положила его на траву рядом с Ладомиром.

– А почему ты служишь у князя Сигизмунда? – Вновь спросила Марыся у Ладомира.– Ты ведь русин, расскажи мне.

Ладомир посмотрел на Марысю, слегка улыбнулся и ответил.

– Судьба так сложилась, что пришлось в наемники идти.

– Разве русины идут в наемники? – Не умолкала Марыся.

– Спи. Завтра встреча с князем предстоит, – ответил Ладомир, отвернулся от Марыси и продолжил вырезать деревянную фигурку.

Разочарованная Марыся легла на импровизированную кровать из мягких еловых веток на бок, закрыла глаза, делая вид, что спит, а сама внимательно вслушивалась в ночную тишину.

Приоткрыв один глаз, Марыся увидела, что все разбойники спят, а Ладомира нет рядом. Девушка бесшумно поднялась на ноги, подняла юбку платья, чтоб она не мешала и, осторожно ступая по траве быстрыми шагами пошла прочь от лагеря.

Отойдя от спящих разбойников шагов пятьдесят, Марыся побежала вглубь лесной чащи, стараясь, как можно дальше удалиться от своих похитителей.

Глава 2

Ветки деревьев беспощадно хлестали по лицу бежавшую от разбойников Марысю, становясь препятствиями для побега. Руки, закрывающие лицо принимали весь удар веток на себя. Марыся не чувствовала боли, она бежала и чувствовала, что свобода совсем уже близко. Вдруг, из-за высокой осины, до Марыси донесся странный звук. Остановившись, девушка испуганно с тревогой в глазах посмотрела в сторону осины, за которой явно кто-то стоял. Чувство страха обуяло её. И вот из- за дерева вышел огромный бурый медведь. Недовольный тем, что кто- то потревожил его, рыча и переваливаясь, медведь встал на дыбы и издал победный рёв.

В глазах Марыси читался ужас. Зажмурившись, девушка замерла. Затаив дыхание, Марыся, от испуга замерла на месте и ждала своей участи. Медведь не собирался бросать свою жертву. Хищник набрал в нос воздух, как бы вдыхая аромат человека, поводил из стороны в сторону головой и сосредоточил взгляд на Марысе. Медведь приготовился к прыжку, чтоб одной лапой завалить добычу, но медведь не ожидал удара ножом в живот.

Ладомир одним ударом ножа пронзил живот зверю. Взвыв от боли, медведь накинулся на юношу. Увернувшись от удара хищника, Ладомир вновь вонзил в него нож. Неповоротливый медведь принял удар, но это ещё сильнее разозлило его. Ревя от злости и боли, зверь одной лапой повалил мужчину на землю и навалился на него всем телом.

От испуга ноги девушки подкосились, и теперь сидела, опершись спиной о ствол дерева. С замиранием сердца девушка следила за битвой между человеком и зверем. Марыся, подогнув ноги в коленях, не сводила глаз с борющихся. Она молилась за жизнь человека.

Ладомир лежал на земле, над ним нависло тело медведя. Движения прекратились, девушка, боясь пошевельнуться и издать звук, сидела и ждала, что будет.

Под мощным телом медведя скрылась фигура Ладомира. Вдруг, медведь шевельнулся. Марыся от страха вжалась в ствол дерева. Девушка зажмурилась и ждала, когда разъярённый медведь набросится и на неё. Она уже приготовилась принять смерть, как почувствовала, что чья- то рука прикоснулась к ней. Открыв глаза, Марыся увидела перед собой израненного Ладомира.

По лицу мужчины стекали струйки алой крови, сквозь порванную рубаху виднелись следы когтей животного.

Марыся соскочила на ноги и кинулась обнимать Ладомира. Застонав от прикосновения девушки, Ладомир отодвинул ее от себя. Марыся поняла, что без злого умысла причинила боль.

– Прости, прости, – прошептала Марыся, – я не догадалась, что причиняю боль. Присядь, я осмотрю раны.

Ладомир повиновался и с болью, прожигающей все тело, опустился и сел на траву.

Марыся осторожно, стараясь, лишний раз не причинить страдание Ладомиру, осмотрела голову, но кроме слипшихся волос она ничего не обнаружила.

– Дай бурдюк, – велела девушка мужчине.

Ладомир повиновался. Отстегнул кожаный мешок от пояса и подал девушке. Марыся, решительно оторвала кусок ткани от своего подола, намочила его и принялась вытирать запекшуюся кровь на лице Ладомира. Осторожно девушка приложила влажную тряпку к волосам. Ладомир молчал, потупив взор, лишь изредка поглядывал на Марысю.

Опустившись на колени, и присев рядом с Ладомиром, Марыся принялась прикладывать влажный кусок материи к ранам на теле.

Ладомир, когда Марыся оказалась напротив него, смотрел на девушку, не сводя с неё своих глаз. Марыся старалась не глядеть в бирюзовые очи мужчины. В этот самый момент, что- то произошло в душе и сердце девушки. Она не знала что, но то, что ощутила, горячей струей полилось по жилам, бросая в жар. Не сумев удержаться, она взглянула и сразу же утонула в голубых, как море глазах Ладомира. Сердце девушки, словно птичка в клетке, билось и стучало так, что было готово выпрыгнуть из тела. Словно невидимая нить соединила два взгляда, которые не могли оторваться друг от друга.

Ладомир чувствовал то же самое, что ощущала Марыся. Ладомир с нежностью и страстью, не тайком, а прямо любовался девушкой, но уже через минуту, поняв, что позволяет себе лишнее, отвёл взгляд в сторону.

– Больно? – С дрожью в голосе произнесла Марыся.

– Почти нет, – отозвался Ладомир.

Прикладывая кусочек материи к груди, Марыся увидела странный мешочек, который свисал с шеи Ладомира.

– Что это? – И Марыся взяла его, но тут же пожалела о своём поступке.

– Не тронь, – Ладомир отбросил руку Марыси.

– Извини, – обиделась девушка.

Ладомир увидел огорченное лицо Марыси, и сердце сжалось железными клещами.

– Это память о родине и моей матушке, – нотки горечи были слышны в словах Ладомира.

– А, что стало с твоей матушкой? – Не удержавшись от любопытства, спросила Марыся.

– Она в плену, – коротко ответил Ладомир и, держась, будто за опору, за ствол осины, поднялся на ноги.

Марыся последовала за ним и тоже поднялась с колен.

– Твой плен – это ее свобода, – вдруг тихо и печально промолвил Ладомир.

Марыся смотрела на него с непонимающим взглядом.

– Что? – Прошептала Марыся.

– Она в плену у князя Сигизмунда Яровского, – облокотившись об осину, говорил Ладомир, – и что бы освободить матушку, я должен привести тебя к нему. Вот поэтому я выполняю эту грязную работу.

Марыся стояла, поражённая тем, что услышала. Теперь она поняла, почему могучий русин пленил ее и везёт к пану Сигизмунду.

Ладомир снял с шеи маленький мешочек, развязал его и достал печатный перстень.

– Вот, – протянул его Марыси.

Марыся, взяв перстень, начала рассматривать его.

– Это княжеский перстень, – произнесла Марыся, – на щитке изображён герб.

– Да, – ответил Ладомир и взял кольцо у девушки, – на гербе изображён волк. Это символ моего рода.

– Ты князь?

– Да, – убирая в мешочек перстень, молвил Ладомир и усмехнулся, – я князь, только без княжества.

– Разве такое может быть, – ничего не понимая, говорила Марыся.

– Может пани, – ответил Ладомир.

– Но как? – Не унималась Марыся.

– Разве панне интересно слушать чужую трагедию? —Прищурив один глаз, сказал Ладомир.

– Не хочешь, не рассказывай, – обиженно молвила Марыся, и через секунду добавила, но уже ласковым тоном, – я просто хотела знать.

Ладомир внимательно смотрел на девушку, которая опустила бархатные длинные ресницы и начал рассказывать свою историю.

– Я из княжеского рода. Мои родители владели княжеством, но родной брат моего отца обманом захватил землю. Убил отца.

– А ты и матушка? – Перебила Ладомира Марыся.

– Мою мать он продал, как рабыню князю Сигизмунду, а я…, – Ладомир сделал паузу, но через секунду продолжил, – а меня спасла нянька. Перед тем, как враг ворвался в княжеский терем, матушка передала меня няньке Ульяне. Прощаясь, она повесила мне на шею перстень с нашим гербом, чтоб я не забывал, кем являюсь. Нянька вывела меня из терема через потайной ход и увезла в глухую деревню.

– А сколько тебе было лет, когда все это случилось?

– Пять лет, – ответил Ладомир, – двадцать лет я рос с одной только мыслью: «освобождение матушки». Я учился драться, сражаться. И вот настал тот день, когда я явился к пану Сигизмунду, просить об освобождении матери.

– А что он?

– Он? Он согласился вернуть мне мать, но только если я приведу к нему тебя.

Марыся опустила голову, но тот час подняла ее и молвила:

– Отведи меня к князю Сигизмунду. Освободи свою матушку. За меня не беспокойся. Ему я не нужна, он против брака и союза между моим отцом и князем Бочинским.

Ладомир смотрел на Марысю, и сердце рвалось в клочья. Перед ним стояла хрупкая, беззащитная молодая девушка, но одновременно в ней столько было отваги и решимости, что ее мужественность могла соперничать с мужской силой. Красота Марыси пленила его. Всеми фибрами души и тела, он хотел защищать и оберегать Марысю. Ладомир без памяти, да и безнадежно влюбился в девушку.

Ни к одному мужчине Марыся не испытывала ничего того, что чувствовала к Ладомиру. Любовь поселилась в сердце Марыси.

Ладомир не отрываясь, смотрел на свою любовь. Марыся, не выдержав взгляда Ладомира, бросилась к нему. Ладомир схватил и прижал к себе Марысю. Поцелуй объединил их. Они стояли и тонули в нежном поцелуе.

– Я не могу, – промолвил Ладомир, целуя Марысю.

Марыся, закрыв глаза, окунулась в мир блаженства. По жилам побежала разгоряченная жидкость, разжигая все тело. Это был ее первый поцелуй и первый мужчина, к которому она прониклась любовью и теплотой.

– Нет, – неожиданно резко выпалил Ладомир и оттолкнул от себя Марысю, – мне не нужна жалость. Не надо.

– Ладомир, – прошептала Марыся, – это не жалость. Я, как только увидела тебя, то сразу поняла, что именно тебя я ждала всю жизнь.

– Не говори ничего, – строго велел Ладомир и отвернулся от девушки, – пойдём, нам пора.

– Ладомир, – пытаясь продолжить своё признание, молвила девушка, но мужчина быстрым движением поднёс свою могучую ладонь ко рту девушки, тем самым давая понять, что ничего не желает слушать.

Марыся, разочарованно смотрела на Ладомира.

Она должна объясниться, он поверит ей. Думала Марыся.

Ладомир взял за руку девушку и потащил ее в ту сторону, откуда она бежала. Но пройдя несколько метров, Ладомир развернулся и направился в другую сторону от лагеря разбойников.

– Но лагерь в той стороне, – сказала Марыся, пытаясь освободиться от хватки Ладомира.

– Знаю, – это все, что молвил мужчина, крепче сжимая руку Марыси.

Пройдя несколько километров, Марыся выбившись из сил, упала. Ладомир поднял на руки Марысю и понёс дальше.

Марыся всем телом прижалась к милому ей человеку, обвив руками шею, девушка вдыхала запах Ладомира. Подойдя к ручью, который протекал между двух княжеств, и служил границей между ними, Ладомир аккуратно, стараясь не причинить вреда Марыси, посадил ее на ветку сломанного дерева.

– Умойся, тебе легче станет, – сказал мужчина и сам окунул руки в прохладный ручей.

Марыся смотрела на умывающегося Ладомира. Его движения, одновременно жесткие и мягкие, восхищали девушку. Она любовалась им.

Ладомир понимал, что между ними невозможна любовь. Кто он? Князь без земли? А она панна, дочь князя. Богатая и красивая. Что он может дать? Скитания, безденежье? У него нет даже дома, куда он мог привести молодую жену. Нет. Он не имеет права быть с ней. Она предназначена другому, она должна быть княгиней, а не женой безродного. Ее любовь – это ее ребячество, и если она будет с ним, то в скором времени возненавидит его. Она привыкла к роскоши, а он, порой и черствому кусочку хлеба был рад. Именно так думал Ладомир.

Марыся последовала примеру Ладомиру и умылась. Нежная прохлада охладила пылающие огнём щеки. Подсев к Ладомиру, Марыся взяла его руку и сказала:

– Ты дорог мне. Я никогда не встречала мужчину, к которому испытывала то, что чувствую к тебе. Ну, не считая отца. Пойдём вместе со мной, познакомишься с моими родителями. Я уверена, что ты им понравишься. Отец благородный и поможет тебе в освобождении матушки, ну, а мама, так она очень добрая. Поверь мне, Ладомир. Я никогда не думала и считала глупостью сказки о любви с первого взгляда. Но увидев тебя, – Марыся показала на грудь, – внутри меня что-то вспыхнуло, словно огонь ожег. Теперь я знаю, что такая любовь существует. Пусть я кажусь тебе сумасбродной, ведь не должно быть так, что девушка первая признается в любви. Мы с тобой знакомы всего лишь два дня и одну ночь, многие скажут, что это слишком мало времени. Но я не хочу ждать, прошу, поверь мне. Мои слова правдивы. Я люблю тебя. И хочу, чтоб мы были вместе всегда.

Ладомир, склонив голову, внимательно внимал каждое слово девушки. Ладомиру казалось, что из уст Марыси льются его мысли. Ему безумно хотелось обнять Марысю и расцеловать. Но он не мог себе позволить лишнее. Не поднимая глаза, боясь, что они выдадут чувства, которые он испытывает к девушке, Ладомир промолвил:

– Я уверен, что только прекрасные родители смогли вырастить и воспитать такую дочь как ты. Но, я не могу. Ты лишь думаешь, что любишь меня, а на самом деле – это обман. Поверь мне.

– Нет, – молвила Марыся, но Ладомир дал знак замолчать.

Поблизости путники услышали звук ломающихся веток. Ладомир рукой прижал к земле Марысю и сам тоже спрятался за ветки валежника, лежавшего возле лесного ручья. На другом берегу появилось несколько всадников. Это были сторожевые ратники князя Анджея Бочинского. Ладомир хотел крикнуть, но теперь Марыся закрыла его рот и шепнула:

– Не смей. Я не расстанусь с тобой. Мы пойдём вместе.

Ладомир молча, смотрел на Марысю и не издал ни единого звука.

Всадники медленно удалились вглубь леса.

Ладомир сел и начал говорить:

– Послушай меня, Марыся. Мы с тобой разные. Тебе будет лучше, если ты вернёшься к родителям. Я поступил опрометчиво, соглашаясь на похищение. Я вернусь к князю Сигизмунду и отслужу ему другую службу. А ты, ступай. Ратники недалёко отъехали, и если ты закричишь, то они услышат, вернутся и найдут тебя.

– Нет, – ясно дала понять девушка, что не отступит.

– Как ты не понимаешь, – вновь начал уговаривать Марысю Ладомир, – мы с тобой….

Но Марыся, не желая слушать того, что начал говорить Ладомир, повернулась к нему спиной и пошла, напевая под нос песенку.

– Вот ведь упрямая, – это все, что смог сказать Ладомир.

На ночь парочка обустроила себе укромное место под раскидистыми ветвями ели, которые опускавшись на землю, представляли собой импровизированный шалаш. Ладомир развёл небольшой костёр, пожарил на огне кролика. Марыся с удовольствием съела лапку и улеглась в шалаше. Ладомир ещё долго сидел, поглядывая на искры потухающего огня, но, в конце концов, и его сморил сон. Утром, проснувшись рано, Ладомир сразу заглянул в еловый домик. Там никого не было. Мужчина вскочил на ноги и начал вертеть головой, всматриваясь в чащу сквозь деревья.

– Марыся, – крикнул Ладомир, но лишь тишина вторила ему.

Испугавшись за девушку, Ладомир хотел бежать в лесную чащу, но услышал позади себя тоненький женский голосок.

– Я здесь. Ты спал, и я решила не будить тебя, – говорила Марыся, протягивая ему ладони полные черники, – смотри, что я насобирала. Они сладкие, попробуй.

Марыся протянула ладони полные черники Ладомиру. Мужчина вначале хотел выругаться, но увидев улыбку на лице девушки и протянутые ему ладони, тут же перестал сердиться и взял несколько ягод.

– Нет, – отрицательно махая головой, ответила Марыся, – это все тебе. Я уже ела их, когда собирала.

Девушка поднесла ладони с чёрными ягодами к лицу Ладомира. Мужчина аккуратно взял двумя руками ладошки Марыси, поднёс ко рту и с блаженством попробовал ягоды. Губы Ладомира окрасились в темно-синий цвет. Марыся, видя, что губы изменили цвет, заулыбалась, обнажая в улыбке темные зубы. Ведь и зубы Марыси, некогда белые как облако, обрели синюшный оттенок. Ладомир, видя изменения Марыси, улыбнулся, и вскоре улыбка перешла в заливистый смех. Марыся не отстала от Ладомира. Она смеялась и смех, словно звонкий ручеёк, своим журчанием, разливался по лесу.

Позавтракав черникой и, напившись чистой воды из ручья, Ладомир аккуратно убирал из волос Марыси маленькие еловые иголки. Каждую иголочку он вынимал с огромным усердием, боясь причинить Марысе боль, а также с трепетом, потому что касался любимой ему девушки.

Марыся любовалась сильным, мужественным и в тоже время ласковым Ладомиром.

– Пойдём к моему отцу, – попыталась вновь уговорить Ладомира Марыся, – он поможет нам, тем более ты князь, а не простой мужик.

Ладомир отрицательно помахал головой и пальцем прикрыл Марысе губы.

– Молчи, – и это все, что успел сказать Ладомир, как позади него послышались звуки сломанных веток.

Ладомир оглянулся, присмотрелся и шёпотом приказал девушке:

– Беги иначе будет поздно. Князь Сигизмунд жесток и коварен. Если ты попадёшь к нему, живой не вырвешься.

Марыся ничего не понимала. Звук сломанных веток и шаги становились все громче и громче.

– Нет, – испугано произнесла девушка, – или ты идёшь со мной, или я остаюсь, и ты ведёшь меня к князю Сигизмунду. Ты ж для него меня похитил?

– Прости, это самая большая моя ошибка. Уходи, слышишь! Сейчас же, иначе будет поздно.

Ладомир схватил девушку за плечи и тряханул ее так, что Марыся испугалась.

– Уходи. Ты не нужна мне. Я ненавижу тебя, поняла. Убирайся, – Ладомир оттолкнул от себя Марысю.

Еле удержавшись на ногах, девушка не понимала, почему так говорит Ладомир. Слезы, будто стеклянные бусины, покатились по алым щекам. Закусив нижнюю губку, Марыся бросилась бежать прочь.

Как только Марыся скрылась из вида среди деревьев, Ладомир повернулся и увидел, как к нему из-за кустов выходят разбойники.

– Наконец мы нашли тебя, Ладомир. Проснулись утром, а ни тебя, ни девушки, – говорил бывший сотоварищ Ладомира, – а где пленница?

– Она пыталась убежать, – ответил Ладомир, – я почти догнал ее, но было поздно. Ей на пути встал медведь. Я нашел ее труп, закиданный листьями. Видать медведь на ужин оставил.

– А с тобой что? – Разглядывая раны, которые виднелись сквозь порванную рубаху, спросил другой лихой человек.

– Так и я с ним повстречался, – с усмешкой ответил Ладомир и добавил, – пошли, уходить нужно. Здесь ратники князя Анджея патрулируют. Уходим.

Ладомир показал рукой в противоположную сторону от той, куда побежала Марыся.

– А что мы князю Сигизмунду скажем? – Не умолкал разбойник.

– А то и скажем, – сухо ответил Ладомир, – погибла, не уберегли.

– Ну, нет, – остановившись, молвил разбойник, – он убьёт нас. Лучше мы в лесу останемся, но к нему не пойдём.

Другие разбойники вторили своему товарищу. Они прекрасно знали, что их ждет, если они вернутся без девушки.

– Ты главный, вот ты и иди, – решили разбойники, – а мы не ногой в его княжество. Пошли ребята на восток, там говорят разжиться можно.

– Это ваш выбор. Ну, а мне и слово держать перед князем, – ответил Ладомир.

Разбойники, попрощавшись с Ладомиром, покинули его. Ладомир, постояв некоторое время, пока не скроются несколько лихих людей и не будет слышно их шагов, повернул в сторону, куда бежала Марыся.

Глава 3

Марыся пробиралась через кустарники, которые стегали ее по лицу, но боли девушка не чувствовала. Слезы душили Марысю. Они солеными ручейками стекали с глаз девушки. Марыся не понимала, почему Ладомир поступил с ней так жестоко. Она – девушка первая призналась в любви, а он оттолкнул ее. Марыся вышла на берег и увидела на другой стороне всадников. Это были ратники князя Анджея. Мужчины заметив девушку, остановили коней и спешились. Марыся была рада видеть их. Она ужасно хотела к отцу и матери. Обнять их, прижаться и почувствовать их теплоту и заботу.

– Я дочь князя Владислава Косульского Марыся, – крикнула девушка и замахала рукой.

– Пани Марыся, – ответил один из ратников, – мы все сбились с ног, нигде не могли вас найти. С вами все в порядке?

– Да, – ответила им Марыся, – отвезите меня в замок

Два ратника вскочили на коней, а третий остался на берегу. Перейдя верхом на лошадях небольшую речушку, ратники спрыгнули с седел и в уважительно поклонились девушке. Затем, помогли Марысе сесть в седло, и перешли на другой берег.

Ладомир стоял за березой и наблюдал, как Марыся удаляется верхом на коне одного из ратников. Он проклинал себя за слова, что сказал Марысе. Если б он не прогнал ее, то разбойники отвели ее к князю Сигизмунду, ну а от него девушка никогда бы не сбежала.

Ладомир, скрывавшийся за деревом, от злости на себя ударил кулаком по стволу. Постояв ещё некоторое время, он решил отправиться в замок князя Анджея, попытаться увидеть Марысю и попросить прощения.

……….

День похищения Марыси. Замок князя Владислава Косульского.

– Как же так? – Негодовала пани Агния, когда увидела перед собой одного из охранников своей дочери, – неужели вы позволили разбойникам схватить Марысю?

– Простите княжна, – объяснялся оставшийся в живых ратник, – они напали неожиданно.

– Молчи! – Топнула ногой пани Агния.

– Ступай, – спокойно велел ратнику князь Владислав и подошёл к жене.

Княжна стояла возле узкого окна и смотрела вдаль.

– Не печалься, любовь моя, мы спасём нашу девочку, – ответил Владислав и обнял жену за плечи.

Агния резко повернулась к нему и, заглянув в нежные глаза мужа, с горечью промолвила:

– Разве ты не понял, что Сигизмунд никогда не отдаст нам дочь.

– Я выполню все его условия.

– Условия? Какие? Отдать ему наши земли? Такое условие? – Пани отдернула руки мужа и отошла от него.– Он не желает союза между нами и князем Анджеем. Сигизмунд не может успокоиться после своего поражения.

– Не расстраивайся, Агния, – пытался успокоить жену Владислав, – я уже послал лучших ратников на поиски Марыси.

– А если Сигизмунду помогает хан Тугой? Ты не думал об этом?

Владислав на минуту задумался неожиданным вопросом своей жены и ответил:

– Хан Тугой после разгрома обосновался в своей Степи и носа оттуда не показывает. Ты слишком много думаешь о хане. Перестань. Он давно забыл тебя. У него есть жена и сотни наложниц, так что Марыся ему не нужна. Это проделки Сигизмунда.

Пани Агния ничего не ответила, она прекрасно знала, что глубоко в душе Владислав тоже боится думать, что к похищению дочери руку приложил хан Тугой.

– Собирайся, милая, – мы срочно отправляемся к князю Анджею Бочинскому.

…………..

Настоящее время. Замок князя Анджея Бочинского.

Марыся, сидя верхом на коне, подъезжала к замку князя Анджея Бочинского. Замок расположился на невысоком холме. Несколько башен по углам, да зубчатые стены отделяли его от внешнего мира. Проехав по деревянному мосту через ров, ратники и Марыся въехали во двор замка. Ратник помог Марысе спешится и крикнул одному из слуг, вышедших им на встречу.

– Срочно передай князю Анджею, что панна нашлась.

Слуга, юноша пятнадцати лет, услышав это, стремглав понесся к князю. Уже через несколько минут на встречу к Марысе выбежала пани Агния и князь Владислав.

– Девочка моя, живая, – целуя дочь, плакала Агния.

Отец подошёл к дочке, ласково погладил по голове и промолвил:

– Мы очень сильно переживали за тебя.

– Со мной все хорошо, не волнуйтесь, – пыталась успокоить родителей Марыся.

Вслед за четой Косульских вышел хозяин замка князь Анджей.

– Очень рад, что вы вернулись в целости и сохранности, пани Марыся, – произнёс князь, – думаю, что вам следует привести себя в порядок перед встречей с моим сыном.

Марыся взглянула на князя Анджея, и он ей сразу не понравился. От надменного взгляда сразу повеяло холодом. Совершив реверанс, в знак приветствия, Марыся в сопровождении матери вошли в замок. Князь Владислав и князь Анджей остались во дворе.

– Где вы нашли пани Марысю? – Спросил князь Владислав у ратника.

– Мы объезжали границу с вашим княжеством, пан, – начал говорить ратник, – доехали до ручья и увидели на другом берегу пани. Она махала и звала нас.

– И что, с ней никого не было? – Грубо спросил князь Анджей.

– Никого, князь. Мы оглядели все вокруг, но пани была одна.

– Ступай, – велел хозяин замка солдату, и тот повиновавшись, взял своего коня за поводья и пошел в конюшню.

– Как- то все странно, не находишь? – Задал вопрос князь Анджей своему другу князю Владиславу.– Одна в лесу. А где ж разбойники? Нужно у пани все выяснить.

– Да, – ответил отец девушки, – но только после того, как моя дочь отдохнёт.

– Конечно, мой друг. Ну, а сегодня мы вечером освобождение Марыси отпразднуем. Согласен? Да и пора познакомится молодым.

– Согласен, – ответил Владислав.

…….

Марыся скинула с себя платье и погрузилась в тёплую ванну с ромашковым и лавандовым отваром. Пани Агния не отходила от дочери ни на шаг, боясь оставить ее одну. Опустившись рядом с ванной на колени, она начала мягкой мочалкой прикасаться к шее и плечам дочери.

– Они с тобой ничего не сделали? – Боясь положительного ответа дочери, собрав все своё мужество в кулак, дрожащим голосом промолвила мать.

– Нет, матушка. Со мной все хорошо, – спокойно ответила Марыся.

– Как ты сбежала?

– Он отпустил меня, – печально промолвила девушка, – взял и отпустил.

– Кто он? Разбойник?

– Ладомир, мама, его имя Ладомир. И он не разбойник, он князь, – печально ответила Марыся.

Пани Агния, после слов Марыси, поняла, что в душе дочери что- то произошло.

– Князь? – Удивленно произнесла Пани, – да ещё и разбойник? И почему ты так нежно говоришь о нем, дочка?

– Потому что он самый лучший, – проговорила Марыся и закрыла глаза.

Пани Агнии не сложно было догадаться, что в сердце ее дочери поселилась любовь. Но не такую любовь желала мать Марысе. Поднявшись с колен и отойдя от ванны, пани Агния повернулась и спокойным, но твёрдым голосом произнесла:

– Ты не забыла, что являешься невестой князя Артура? Надеюсь, что ты выбросишь глупые мысли, которые поселились у тебя в голове.

С этими словами пани Агния покинула дочь.

Вечером на ужине предстояло очное знакомство жениха и невесты. В старинном зале замка, украшенного цветами, собралось несколько вельможей со своими домочадцами. Женщины вели беседы, обсуждая погоду и новые веяния моды. Мужчины, собравшиеся в отдельную группу, в которую не входили пани, бурно обсуждали политику. Молодые девушки, а их насчитывалось менее шести, щебетали и с заигрывающими улыбками поглядывали на молодых мужчин.

В этот самый момент, дверь отворилась, и в зал вошли супруги Косульские со своей дочерью.

– Князь Владислав Косульский со своей супругой пани Агнией и дочерью пани Марысей, – объявил дворецкий.

В зале сразу воцарилась тишина. Мужчины разглядывали пани Агнию, которая не утратила своей красоты и вновь покоряла мужчин своим видом. Ну, а дочь Пани Агнии и пана Владислава пани Марыся затмила всех женщин на этом пиру. Светлые локоны ниспадали на обнаженные хрупкие плечи девушки, нить с белоснежным жемчугом обрамляла не только волосы девушки, но и свисала с шеи, которая была схожа с лебединой. Тонкий стан, высоко поднятая голова и взгляд вызывающий и дерзкий, вот такой предстала перед гостями пани Марыся.

К Косульским подошёл хозяин замка и, прикоснувшись губами к ручкам дам, представил своего сына, стоявшего рядом.

– Безумно рад знакомству с вами, пани Марыся, – поднося ручку девушки к губам, молвил пан Артур, – наслышан о вашей красоте, но слухи ничто, по сравнению с тем, что я увидел.

Марыся от стеснения потупила взгляд.

Князь Анджей со своим будущим сватом подошёл к мужчинам. Пани Агния, стояла возле дочери и разглядывала дам, которые шушукались и взирали на неё.

– А где музыка, – крикнул пан Артур и хлопнул в ладоши, давая музыкантам понять, что пришла их очередь быть главными на этом балу. Музыка зазвучала и заполнила весь зал. Молодые мужчины, выбрав себе пару, пригласили их на полонез.

– Пани Агния не будет против того, если я приглашу на танец ее дочь, – с искоркой во взгляде, спросил княгиню пан Артур.

– Конечно, нет, – ответила пани, – но будет ли согласна сама пани Марыся?

– Надеюсь, вы осчастливите меня? – Спросил пан Артур и протянул Марысе руку, как бы приглашая ее.

Марыся улыбнулась Артуру и вложила свою ручку в его тонкую, совсем не такую как у Ладомира руку.

Пани Марыся с паном Артуром вышли в центр зала, держась за руки. Их пара была первая, поэтому задавала фигуру, от которой зависела полнота картины танца.

– Признаться, – начал беседу Артур, – я думал, что мой отец навязывает мне в жены, какую- нибудь дурнушку, но увидев вас, я рад, что судьба уготовила мне такую супругу как вы.

– А вы супругу, как лошадь выбираете? По красоте? – Съязвила Марыся.

– Да я смотрю, что и острым язычком вас бог не обидел. Что ж, это ещё интереснее становится, – не отвлекаясь от танца, говорил князь Артур.

– А вы не боитесь, что к острому язычку прилагаются ещё и зубки? – Парировала Марыся.

Молодой князь улыбнулся во весь рот, обнажив белоснежные зубы, и сжал руку Марыси так, что она айкнула от боли. Полонез закончился, мужчины провожали своих дам до места.

Артур подвёл Марысю к пани Агнии, поклонился и сказал, обращаясь к княгине:

– У вас не только очаровательная дочь, но и очень умная.

– Лестно слышать это от вас, пан Артур, – ответила пани Агния.

Мать с дочерью остались вдвоём, пан отошёл от них и присоединился к группе молодых людей, которые начали что- то бурно с ним обсуждать.

– Ну, как тебе пани? – Спросил пан Ярош у своего друга пана Артура.

– Благородная кобылка, – добавил пан Ежи.

– Объезжу, – с ухмылкой ответил Артур, – не таких еще покорял.

Молодые люди хором засмеялись и поддержали Артура хлопками по плечу.

Марыся стояла возле каменной стены и смотрела на своего будущего мужа. Невольно сравнивая своего жениха с Ладомиром, Марыся поймала себя на мысли, что скучает по огромному и могучему князю русинов. Она вспоминала, как тонула в глубине синих глаз Ладомира, его русые и мягкие, словно шёлк волосы, губы, вкус которых оставил свой отпечаток на ее губках. А руки Ладомира, такие сильные, что в сравнении не идут с руками Артура, у которого тонкие и длинные пальцы, которые больше схожи с женскими.

Жених обернулся и встретился взглядом с пани, решив, что девушка думает о нем, он вновь подошёл к ней.

– Пани Марыся не может поверить, что перед ней стоит ее будущий муж?

– Да, – ответила Марыся, пожалев, что Артур подошёл к ней.

– Расскажите, как вы вырвались из рук разбойников? – Заинтересовался освобождением девушки князь Артур.

– Меня отпустили, – ответила Марыся.

Пани Агния, стоявшая рядом, видя, что Артур задаёт не слишком приятные для ее дочери вопросы, попыталась повернуть русло разговора в другую сторону.

– Пан Артур, – начала пани Агния, – я думаю, что пани Марысе не очень приятно вспоминать то время, которое она провела с разбойниками. Вы лучше расскажите, как охота у вас прошла. Вы ведь только сегодня утром вернулись?

– Да, пани Агния, утром вернулся. На дальний кордон ездил, как говориться двух зайцев убил, границу проверил и поохотился.

– Пани Марыся, – обратился мужчина к девушке, – а вы любите охотиться?

– Нет, – ответила Марыся, – охота – это убийство ни в чем не повинных животных. Вам бы понравилось, если б на вас охотились?

– Вы любите животных? – Засмеялся Артур.

– Я люблю животных и людей, которые не убивают их.

Артуру все сильнее и сильнее нравилось непокорность девушки. Наклонившись, он прошептал ей на ушко:

– После свадьбы я научу вас любить охоту.

Марыся смотрела на Артура, и он был противен ей. Невысокого роста, чуть выше девушки, с короткими ногами и руками, он казался смешным и неуклюжим. Широкие скулы с маленькими карими глазками, бегающими на бледном лице, и огромной каштаново – рыжей шевелюрой.

– Я устала, разрешите мне покинуть вас, – уверенно выговорила пани Марыся и присела в реверансе.

– Конечно, пани Марыся, мы с вами успеем наговориться, ведь наши жизни связаны. Жду с нетерпением, когда смогу назвать вас женой, – провожая девушку до двери, отметил пан Артур.

Марыся сидела на кровати, в одной из комнат замка, которую выделили для неё. Пани Агния, последовала за дочерью не сразу, как та покинула зал, а через несколько минут. Зайдя в комнату Марыси, она увидела заплаканное лицо девушки. Присев рядом, она достала свой шелковый платок и аккуратно вытерла слезы, бегущие по алым щекам Марыси.

– Мамочка, – Марыся прижалась к груди женщины, – не отдавайте меня замуж за пана Артура.

Пани Агния понимала, что этот заносчивый парень не понравился ее дочери, но пытаясь успокоить, она начала гладить девушку по спине, приговаривая:

– Моя милая, не плачь, не терзай мое сердце. Пан Артур не красив, но может, сердцем добр.

– Мама, – Марыся глянула на матушку и заметила блеск в фиалковых глазах женщины, то были слезинки, – не в красоте дело. Это не мой человек, я никогда не полюблю его. Если я выйду за него замуж, я умру.

– Не говори так, Марысенька. Я попробую поговорить с отцом.

– Уговори его, умоляю, – с надеждой в голосе, произнесла Марыся.

– Расскажи мне, что случилось в лесу? Ты уезжала с верой в сердце, что Артур именно тот человек, который тебе нужен. Ты вся светилась от счастья, а сейчас я этого не вижу.

Марыся встала с кровати и подошла к узкому и длинному окну и, повернувшись к матушке, ответила:

– Я влюбилась.

– Что? – Не веря тому, что сказала дочь, пани Агния округлила свои красивые глаза.

– Я влюбилась, мама, – повторила Марыся.

– Кто он, разбойник? Ты в своём уме? – Недовольно промолвила пани Агния.

– Он русин и он князь. Его имя Ладомир. Я тебе уже говорила о нем, – спокойно произнесла Марыся.

– Марыся! – Недовольно вскрикнула мать. – Ты забыла, что он человек, который работает на князя Сигизмунда, нашего врага?

– Ты ничего не знаешь, мама, – пытаясь объяснить, говорила Марыся, – это он отпустил меня. А ещё, Ладомир спас меня от медведя.

– Что? Медведя? Ты ничего не говорила, – разволновалась пани Агния.

– А когда я должна была сказать? – Парировала девушка.– Вы были заняты предстоящей свадьбой и балом.

– Прости, моя девочка, – виновато произнесла мать, – присять со мной рядом и все расскажи. Я обещаю, что выслушаю.

Марыся слегка улыбнулась, она всегда знала, что сердце матери очень доброе и милосердное. Она присела рядом и рассказала все, что с ней приключилось.

– Вот поэтому он согласился на похищение, – заканчивая свою историю, молвила Марыся, – понимаешь, мама, он пожертвовал свободой своей матушки ради моей свободы. Только я не могу понять, почему он меня прогнал.

Пани Агния внимательно слушала свою дочь и ласково сжимала кисть девушки. После ее рассказа, она, помолчав, ответила:

– Он не прогнал тебя, глупышка, он спас тебя. А поступил он так, потому что испытывает к тебе самые тёплые чувства. Он прекрасно понимал, что твой отец не согласится помогать ему, а если ты останешься рядом с ним, то ты обречешь себя на тяжелую жизнь. – Мать встала с кровати и, дойдя до дверей, повернулась к дочери. – Я попробую убедить отца расторгнуть соглашение о свадьбе.

Она вышла, а Марыся осталась одна. Она всегда знала, что можно доверять и верить матушке.

Вечером, пани Агния, находясь в своей комнате, ждала прихода своего мужа. Вернувшись после бала, пан Владислав сразу поинтересовался здоровьем Марыси.

– Как дочка, она ушла раньше.

– Все хорошо, милый, она устала, поэтому решила отдохнуть, – ответила пани Агния, подходя к мужу и помогая ему снимать жупан, прильнула и обняла мужа.

– Что случилось? – Замечая печаль в лице жены, спросил Владислав.

– Тебе понравился пан Артур? – Поинтересовалась пани Агния.

– А почему он мне должен нравится, я что, девка? – Иронично произнёс князь.

– Мне кажется, – с осторожностью говорила пани, – пан Артур не подходит нашей девочке. Он слишком самодовольный молодой человек.

Князь, стянув сапоги с ног, разлёгся на кровати и слушал жену. Пани Агния прилегла рядом и продолжала говорить:

– Да и красотой он не блещет.

– Так он не и девка, чтоб всех красотой пленять.

– Владислав, может, погодим со свадьбой? – Ласково поглаживая по груди мужа, говорила Агния.– Ведь только семнадцать годков минуло, совсем ещё девочка наша Марыся. Ты только представь, что она покинет нас? Да и ей жених по сердцу не пришёлся. Давай отложим свадьбу на один год?

Князь лежал, внимательно слушал и молчал. Пани Агния подумала, что смогла достучаться до сердца мужа, однако, через несколько минут, Владислав встал с кровати и твёрдо сказал:

– Я слово дал князю Анджею, что наша дочь станет женой его сына, а ты хочешь, что б я на попятную пошел? Какой же я князь, если мое обещание гроша выломанного не стоит? Все решено. И я больше не желаю ничего слышать.

– Но это ж наша дочь! – Воскликнула Агния.– Ты желаешь ей жить без любви?

– Пойми, я сам не рад, что Марыся покинет нас. Но дела государственные, намного важнее личных. Союз с князем Анджеем позволит нам жить в мире, иначе войны с Сигизмундом не миновать.

– Я понимаю, что этот брак политически важен для наших стран, но …., – пани Агния сделав паузу, продолжила, – я б согласилась на него, если б речь не шла о счастье нашей Марыси. Представь как жила я, если б согласилась на свадьбу с Ханом Тугоем? Кочевала по Степи.

– Я не могу нарушить обещание, – подойдя к жене, молвил Владислав, – к тому же, у тебя была возможность сделать выбор, а вот у Марыси выбора нет.

– Но…, – пытаясь возразить, сказала Агния, но князь не дал ей продолжить.

– Все решено. Свадьба через три дня.

Пани Агния поняла, что переубедить своего мужа – невозможно.

Она вышла из комнаты и пошла по узким каменным коридорам. Пани Агния подошла к дубовой двери, ведущей в комнату ее дочери, и остановилась, не решаясь зайти. Постояв несколько минут, княгиня набралась решимости и постучала.

Дочь, увидев мать, с надеждой кинулась к ней, взяв за руку и потянув ее на середину огромного персидского ковра, лежащего на холодном каменном полу.

– Ну, что? Поговорила с отцом, – не давая вымолвить ни слова своей матушке, тараторила Марыся.

– Марысенька, – поглаживая дочь, княгиня пыталась подобрать слова, чтоб не сделать больно Марысе, – послушай меня.

Девушка, услышав нотки тревоги в голосе матери, поняла, что разговор с отцом не увенчался успехом.

– Что сказал отец? – Без предисловий спросила Марыся.

– Он все прекрасно понимает, – все ещё пытаясь смягчить дочь, молвила княгиня, – пан Артур не красавец, но может у него огромное сердце. Ты ему очень понравилась, да к тому же, – сделав паузу, пани выдавила из себя главное, – этот брак нужен из политических соображений. Ты только подумай, если не будет союза между нашими княжествами, то нас уничтожит любой враг. Именно этого, нашего разлада, добиваются князь Сигизмунд и Хан Тугой. Ты ведь не желаешь плохого нашему народу? Брак – это вынужденная мера для нашего спокойствия.

– Мама! – Не ожидавшая все это услышать, Марыся отошла от матери и смотрела прямо в глаза, – как ты можешь такое говорить? Я ведь человек, а не идол. У меня есть душа, чувства, а вы все об этом забыли! Ты только представь, что вся моя жизнь будет перечеркнута этой свадьбой. Я не люблю его!

Она закрыла лицо руками, будто хотела спрятаться, скрыться от всех, но через секунду, посмотрела на мать взглядом полным муки и страдания.

– Я прекрасно знаю о долге и чести, – заговорила Марыся, и ее голос звучал глухо, плохо скрывая боль, которая разрывала сердце и безысходность, – но, пойми меня, мама, я не в силах отказаться от Ладомира, это как сердце вырвать из груди, отказаться от жизни.

– Марыся…, – нежно взяв за руку дочь, прошептала пани.

– Нет, мама, – выдернув свою руку и не дав продолжить говорить матушке, Марыся в отчаянии продолжила свою речь, – ты не понимаешь, как это жить с не любимым, каждый день видеть его лицо, улыбаться ему. А самое страшное, ложиться с ним в постель и терпеть его поцелуи и ласки! Ты любишь отца, а он тебя. Вы всю жизнь прожили счастливо, радуясь каждому дню. А своей дочери вы желаете быть несчастной. Я не понимаю вас.

Пани Агния попыталась приблизиться к Марысе, но та решительно отошла в сторону и заявила:

– Уходи. Я не хочу видеть тебя.

Сердце матери, после этих слов, сжалось так, что защемило в груди, воздуха стало не хватать. Боль, темнота и обида за непонимание, наполнили пани Агнию. Сумев проглотить горький комок, стоявший в горле, пани Агния сказала:

– Прости, что я хорошо отношусь к твоему отцу. Просто так сложилась моя судьба. Ты дочь князя, правителя княжества и ты не имеешь права думать о своей любви. Ты отвечаешь за благополучие своего народа. За детей, которые радуются жизни, играя у себя во дворах. За женщин, чьи их мужья не сгинули в боях. За мужчин, которые каждый вечер садятся за огромный стол и смотрят на жён и детей. За стариков, которые встречают старость в окружении близких и родных людей. Вот, о чем ты должна думать! В – первую очередь о них, а не о себе. Если ты не выйдешь замуж, не скрепишь союз между нашими княжествами, то враг уничтожит все: убьёт и детей, и их родителей. И вот теперь подумай, сможешь ли ты наслаждаться своим счастьем, зная, что из- за тебя погибли ни в чем не повинные люди?

Марыся закрыла лицо руками и заплакала. Она понимала, что мать говорит правду. Она не имеет даже шанса на счастье. За ней, за ее действиями стоит целый народ, который хочет жить мирно и спокойно. И не важно, что чувствует госпожа, это второстепенно, главное мир и процветание подданных.

– Но я не хочу, – чуть слышно промолвила, сквозь слезы, Марыся.

– Тебя никто не спрашивает, что ты хочешь. Ты должна! – Твёрдо ответила мать.

Марыся рыдала, когда мать покинула комнату. Она понимала, что иного выхода, как выйти замуж за Артура, у неё нет.

Глава 4

Ладомир внимательно следил за Марысей, исчезающей в чаще леса под охраной ратников князя. Как только девушка и всадники окончательно скрылись, Ладомир вышел из- за своего укрытия, огляделся и неспешным шагом направился в ту сторону, куда уехала Марыся.

Спустя три часа Ладомир вошёл в большое поселение, прилегающее к замку. Замок князя Анджея выделялся среди маленьких изб, своей неприступностью. Осмотрев все, Ладомир понял, что в замок незамеченным пробраться невозможно. Ров, наполненный водой, отделял крепостные стены замка от всего мира. Маленький деревянный мостик, вот единое, что соединяло замок с деревней.

Местный народ сновал туда- сюда по узким улочкам. Каменные стены домов иногда так прижимались друг к другу, что казались единым целым. В одном из таких домов была расположена харчевня.

Войдя в неё, Ладомиру в нос ударил запах горячей и вкусной похлебки. Сев за стол и заказав обед, он приступил к поглощению пищи и при этом внимательно слушал, о чем говорят постояльцы и гости заведения.

– Послушай, дружище, – обратился Ладомир к мужчине средних лет, который разносил в кувшине вино, – есть ли у вас свободная комната?

Хозяин харчевни остановился возле Ладомира, смерил его с головы до ног взглядом, поставил кувшин на стол и присел напротив.

– Сейчас все комнаты заняты, слышал же, что большое событие нас ждёт. К нам все прибывают и прибывают гости. Хотя, – почесал подбородок хозяин, – есть у меня одна комнатенка свободная.

– Сдай мне, – ответил Ладомир.

– А деньги- то есть, – прищурив глаз, поинтересовался хозяин.

– Не обижу, – отпивая из глиняного бокала вино, промолвил Ладомир, – так, что, по рукам?

– По рукам, – ответил хозяин, и крикнул своей жене, стоявшей за прилавком, – Сара, покажи молодому человеку комнату под крышей.

Ладомир перевёл взгляд на Сару. Это была толстая средних лет женщина, у которой из под чепчика выбивались кудрявые волосы.

– Хорошо, – крикнула Сара.

– Там тесновато, но ведь ты приехал не в комнате проводить время, так ведь? – Сказал хозяин харчевни, – сейчас все к нам едут, чтоб поглазеть на свадьбу.

– Свадьбу?

– Да. Ты, что, не знаешь, что через три дня состоится свадьба. Великая свадьба для нашего народа. Наконец- то мы заживем спокойно, – говорил хозяин.

– А до свадьбы вы не спокойно жили?

– Ты, видать, не с наших земель пришёл, чужестранец.

– Да. Я с Русии.

– То- то я смотрю, что одет ты не по- нашему и говор у тебя не наш. А, что делаешь здесь? – изумился хозяин.

– Судьба занесла, – нехотя ответил Ладомир и добавил, – так, что свадьба?

– Ах, да, – продолжил говорить хозяин, – много лет мы живём в опасности от соседства князя Сигизмунда. Войной на нас шёл, разорял и убивал всех. Никого не щадил. Но князь Анджей и князь Владислав отпор ему дали и союз подписали. Ну, а скрепить решили не печатью, а свадьбой своих детей. Так вот, нынче свадьба пана Артура и пани Марыси. Теперь враг побоится напасть. Мир будет. Вот и радуется народ, на венчание молодых приезжает.

– Так значит свадьба – это давно решённое князьями дело? – Пробубнил Ладомир.

– Конечно. А невеста, говорят, – восхищенно говорил хозяин, – словно белая лебедушка. Фигурой стройна, красивая, да и характер слышал, что прекрасный.

– Да, красивая, – задумчиво молвил Ладомир, – повезло князю с будущей женой.

– Что- то разговорился я с тобой, работать нужно, – произнёс хозяин, вставая с лавки, – оплата вперёд, а то знаю я вас, поживете, а потом раз и нет вас, ищи – свищи.

– Держи, – Ладомиром расстегнул небольшой кисет – кошелек и вытащил из него две монеты, – хватит?

– Хватит, – ответил хозяин, забирая монеты со стола.

Ладомир допил вино в одиночестве. Мысли молодого человека были очень далеко. Он вспоминал Марысю, их завтрак черникой, запах волос и ясные голубые глаза девушки.

– Ну чего сидишь? Вот тебе ключ, поднимешься по лестнице на третий этаж, по коридору вторая дверь, – пробубнила Сара, кладя железный ключ на стол, – и чтоб никакую девку не приводил. У нас приличное заведение, а не бордель.

Ладомир взял ключ и направился в свою комнату. Поднявшись на третий этаж, Ладомир оказался под самой крышей. Пройдя по коридору, он открыл дверь и оказался в маленькой комнатушке. Оглядевшись, он заметил, что свет попадает в небольшое оконце, завешанное какой- то тряпкой, изображающей занавеску. В комнате стояла деревянная кровать и тумба. Больше ни какой мебели не было, да и не поместилась бы она тут. Ладомир лёг на кровать, закрыл глаза и сразу погрузился в глубокий сон.

Утром Ладомир проснулся рано, пролежав ещё часа два, он поднялся и умылся. На тумбе стоял кувшин с водой и небольшая миска. Прохладная жидкость окончательно пробудила и отогнала сон Ладомира. Во сне мужчина видел светловолосую девушку с голубыми, словно небо глазами. Она смеялась, показывая белоснежные зубки, щеки пылали румянцем, а губки были темными от черники. Во сне Ладомиру снилась Марыся. Ее звонкий смех долго слышался Ладомиру уже и после того, как он открыл глаза.

Два дня по утрам Ладомир выходил из своей комнаты, спускался по лестнице и покидал харчевню. Возвращался он, лишь к вечеру. Садился за стол, заказывал себе ужин, а после вновь поднимался по деревянной лестнице, держась за хлипкие перила, на третий этаж и запирался в комнате. За все эти дни он не обмолвился словом ни с кем. Другие жильцы, искоса смотрели на странного и нелюдимого мужчину и шептались за его стеной. Ладомир не обращал ни на кого внимания. Он жил своей жизнью и стремился исполнить то, что задумал. А задумал он дерзкий поступок: проникнуть в замок, встретиться с Марысей и сказать ей то, о чем он сожалел и просить прощения за свои последние слова.

Часами Ладомир ходил вокруг рва, вглядываясь на крепостные стены и в окна на башнях. Наблюдал за крестьянами и слугами, снующими туда- сюда из замка. Два дня прошли в наблюдении, а вот на третий, день свадьбы, он решился на отважный поступок.

В торжественный день на улицах было полным- полно народу. Кроме местных жителей в деревню приехали гости с двух княжеств. Кто- то, кто был поважнее и побогаче, поселили в замке, выделив все комнаты гостям. Остальным, кому не хватило место в замке, расселились в небольших гостиницах и гостевых комнатах при харчевнях.

Женские наряды пестрели своими яркими красками. Каждая дама желала выделиться на этом празднике. Мужчины достали из сундуков чистые и нарядные жупаны и кафтаны. По всему селению разносился запах свежей выпечки. Цветочницы раздавали всем желающим букеты полевых цветов.

Князь Анджей распорядился в этот день раздать всем подданным по бесплатной чарке вина и одному серебряному грошу. Повсюду царило веселье и радость. Народ радовался союзу двух княжеств, ведь все хотели жить в мире и процветании.

В назначенное время, свадебная карета, покинув замок, направилась в костёл, где должно было произойти таинство венчания. Две пары коней изабелловой масти, запряженные в белую с золотистыми завитками карету, цокали, отбивая чеканный стук по булыжной мостовой. В карете на шёлковых подушках в одиночестве сидела невеста.

Костёл располагался на площади в самом центре деревни, что прилегала к замку. На ступенях церкви ожидал приезда невесты отец девушки. Все званные и важные гости, пани Агния, князь Анджей и жених находились внутри костела. Жених в нарядном кафтане, стоял возле алтаря и с жадностью всматривался в двери, ожидая увидеть свою будущую жену. Князь Анджей сидел возле пани Агнии и довольный наблюдал за епископом, который скрестив руки на животе, вальяжно прохаживался по своей обители.

Люди вокруг суетились, спеша на площадь возле костела. Бедные шляхтичи со всеми домочадцами, ремесленники, торговцы, крестьяне, приехавшие поглазеть на торжество, заполнили всю площадь. Смех, шум, крики наполняли все вокруг.

Яркие ленты, протянутые от одного окна дома до другого, гирлянды из цветов, – все говорило о радости наступающего события.

Ладомир, облокотившись об стену дома, выделялся среди толпы не только своим ростом, но и простой ненарядной одеждой. Он внимательно всматривался вдаль, откуда должна была показаться карета. И вот, долгожданный момент настал. Люди, подняв руки вверх, замахали букетами и цветными лентами, когда, стуча по брусчатой мостовой, на площадь въехала карета.

Сердце Ладомира лихорадочно забилось от волнения. Взор устремился на невесту в нежно-голубом платье, выходившую из свадебной кареты. Князь Владислав подал руку своей дочери, и они вошли в храм.

Ладомир стоял, боясь шевельнуться, так сильно болело и жгло в груди. Сжав до скрежета зубы, он заставлял себя смириться с тем, что его любимая выходит замуж за другого. Придя в себя, Ладомир посмотрел на окружающих его людей и увидел мальчишку десяти лет в синей рубахе и чёрной шелковой безрукавке.

– Пацан, – подозвал Ладомир мальчика, – поди, сюда.

Мальчик подошёл и внимательно слушал, что говорил мужчина, а потом кивнул головой.

– Хорошо, дяденька, я так и сделаю. Только ты мне сейчас денежку дай, – ответил мальчуган и протянул руку.

– Держи, – молвил Ладомир и положил в ладонь серебряную монетку, – смотри, если обманешься, найду тебя и уши надеру.

– Ты что? – Возмутился мальчик.– Я слово дал. Давай сюда свой подарок.

Ладомир протянул ему маленький узелок. Мальчуган, взяв подарок, побежал к костелу.

В храме, нарядно украшенном в честь свадьбы, гордо ведя под руку свою дочь, чеканно ступая шёл князь Северной Пании. Невеста затмевала красотой всех собравшихся в этот день женщин. Платье цвета лазури, легкое как облако струилось, словно волны на озере, украшая тонкий стан Марыси. Ожерелье из голубых топазов вторило в такт платью и нежно обрамляло шею девушки. Светло-русые волосы локонами разметались по плечам и спускались роскошным покрывалом на спину, что означало девственность невесты. Украшением на голове был небольшой венец, украшенный серебряными нитями и бледно- синими камнями.

В руке Марыся держала букет из розмарина, васильков и веточек с ярко- красными ягодами калины.

Марыся шла, а взор был опущен. Она не видела никого, лишь пол костела, по которому сейчас ступала. Каждый шаг давался ей с болью. Чем ближе она приближалась к алтарю, тем теснее сердцу было в ее груди.

Пан Артур в жупане цвета шафрана, расшитом яркими серебряными нитями, подпоясанный кушаком с огромной серебрянкой пряжкой внимательно смотрел на приближающуюся к нему пани.

Пан Владислав подвёл невесту к пану и, подавая руку девушки жениху, молвил:

– Вручаю тебе, пан Артур, своё сокровище. Береги и лелей ее.

Князь Артур поклонился в знак почтения и, взяв Марысю за руку, подвёл к алтарю.

Епископ долго читал молитву, а закончив, приступил к таинству бракосочетания.

Марыся не слышала, что говорил священник, она вспоминала то мимолетное счастье, которое ей подарила судьба там, в лесу, рядом с Ладомиром.

– Марыся, – услышав своё имя, девушка вышла из оцепенения, – ты слышишь, что сказал епископ?

– Что? – Чуть слышно молвила Марыся.

Епископ, взглянув на девушку, одарил ее холодным властным взглядом и сказал:

– Согласна ли ты, пани Марыся, стать женой пана Артура?

– Да, – процедила Марыся.

– Властью данной мне Богом, объявляю вас мужем и женой, – подытожил священник.

И в этот момент весь костёл загудел, словно это был пчелиный рой. Теперь Марыся шла по узкому проходу храма уже не с отцом, а с мужем.

Народ на площади загудел, закричал, выражая своё почтение молодым, когда пани Марыся под руку с паном Артуром вышли из костела. Мужчины и женщины кричали поздравления, подбрасывая вверх шапки и букеты цветов.

Марыся стояла и смотрела на радующихся подданных, когда вдруг, какой- то мальчишка в рубахе и чёрной безрукавке, проталкиваясь сквозь толпу, вырвался из массы и подбежал к невесте.

– Это тебе, подарок, – промолвил мальчишка и протянул маленький, ничем неприметный узелок.

– Спасибо, – ответила Марыся и взяла подарок.

Ладомир стоял и видел все. Не ожидая, пока молодые сядут в карету, он направился в харчевню, где снимал комнату.

– Ну как, видел невесту? – Спросила хозяйка харчевни.– Говорят она красавица. Вот повезло нашему пану с женой

Ничего не ответив на высказывания хозяйки, Ладомир поднялся в свою комнату, лёг на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и лишь только сейчас дал волю выплеснуться своей боли.

К вечеру, он спустился, положил четыре монеты на стол и сказал:

– Это за постой, а это, – и выложил ещё столько же, – за коня.

Хозяин, подобрав со стола деньги, кивнул Ладомиру и повёл в конюшню. Ладомир оседлал купленного у трактирщика коня, сел и, не оглядываясь, поскакал прочь.

…….

Пан Артур помог своей молодой жене сесть в карету. Народ, радуясь свершившейся свадьбе, бросал цветы под копыта коней и колеса кареты. Гости князя Анджея и князя Владислава, рассаживались в открытые повозки и следовали за главной каретой новобрачных в замок.

Марыся, сидя на шелковых подушках, развязала узелок, отданный мальчишкой. Увидев то, что лежало внутри, поразило ее до самой глубины души. Это была деревянная игрушка медведя. Именно его вырезал Ладомир, когда Марыся была у него в плену.

Горький комок подступил к горлу, сжав его в железные тиски, слезы покатились из лазоревых глаз девушки.

Он был здесь, видел меня. Не забыл. А я, я вышла замуж, думала Марыся, когда Артур взял медведя из ее рук.

– Что это? – Спросил он.

– Это, это, – не зная, что сказать, медлила Марыся, – это игрушка и все.

– Игрушка из- за которой ты плачешь? Не смеши меня, я не дурак. Чья она, – грубо произнёс Артур.

– Отдай, – Марыся вырвала деревянного медведя из рук пана и сжала в кулачке, – она моя.

– Ты не ответила, – так же грубо проговорил муж.

– Я не обязана отвечать, – огрызнулась на грубость Артура Марыся.

– Это его подарок? Отвечай? Это с ним ты была в лесу?

– Оставь меня, – Марыся отвернулась от мужа и смотрела в окно, сильнее сжимая в руке подарок.

– Этой ночью я узнаю, была ты с кем- нибудь или нет. И если ты нечистая, то пожалеешь, – пригрозил Артур.

Марыся смотрела на ликующий народ и искала любимое, до боли в груди, лицо мужчины.

В огромном зале замка праздновали свадьбу. Десятки приглашённых гостей расселись за богато украшенные столы. Новобрачные восседали на тронах за главным свадебным столом.

Гости говорили многочисленные тосты, в которых желали молодым процветания, богатства, детей. Марыся никого не слушала, ее мысли улетели далеко, туда, в лес, к Ладомиру.

Какая же я дура! Он любит!!! Он специально оттолкнул меня от себя теми словами, чтоб спасти от князя Сигизмунда. Ах, какая же я глупая! Повторяла Марыся.

И что со мной станет? Я буду принадлежать этому чванливому Артуру? Никогда! Я найду Ладомира, а там, будь, что будет!

Марыся наклонилась к мужу и молвила, сладко улыбаясь:

– Муж мой, разреши мне отправится в опочивальню. Я должна приготовить себя к первой ночи.

Пан Артур взял кисть Марыси в свою руку под столом, чтоб не привлекать внимания, сжал со всей силой и с улыбкой на устах промолвил:

– Ступай, готовься. Но если я узнаю, что я у тебя не первый, то ты горько пожалеешь об этом, – разжав руку, он освободил кисть Марыси и погладил себя по огневой рыжей шевелюре.

Марыся встала из- за стола и направилась к двери. Пани Агния догнала свою дочь в коридоре.

– Доченька, – позвала мать Марысю.

– Ступайте на праздник, матушка, вы ведь так долго этого ждали, негоже его пропускать, – сухо ответила Марыся и, отвернувшись, пошла дальше по коридору.

Пани Агния стояла, одиноко и печально провожая взглядом свою дочь.

Марыся не зашла, а просто влетела в комнату, приготовленную для молодоженов. Достав и посмотрев на деревянную игрушку, поцеловав ее, она аккуратно положила медведя на кровать. Сняв платье и бросив его на пол, Марыся достала из сундука костюм для конной езды. Надев его, она забрала волосы в хвост, повязав его лентой. Порывшись в сундуке, девушка достала резную шкатулку. Открыв ее, она достала маленький мешочек, развязала и вынула из него пучок полыни. Трава издавала горький запах, который сразу наполнил всю комнату. Быстрыми движениями, она вновь засунула полынь в мешочек и положила его в малюсенькую сумочку, которая свисала с пояса. Туда же Марыся положила и медведя. Осмотрев все вокруг, Марыся выглянула за дверь. В коридоре было пусто. Осторожно ступая в чёрных как смоль сапогах из тончайшей кожи, девушка миновала коридор, спустилась по лестнице и оказалась на заднем дворе замка. Озаряясь по сторонам, Марыся пробралась в конюшню, вывела из стойла чёрного рысака, поглаживая его по морде и уговаривая, чтоб тот не заржал, села на него верхом и выехала, миновав спящую стражу за пределы замка. Как только замок князя Анджея оказался позади, Марыся, пришпорив коня, понеслась по пустынной дороги.

Глава 5

Деревня, в которую направлялся опечаленный и опустошенный Ладомир, находилась на окраине Спалесского княжества. Ладомир, ведя под уздцы коня, вошёл во двор небольшого дома. Рубленная из брёвен изба, ничем не отличалась от соседних домов.

Привязав поводья к крюку, прибитого к бревенчатой стене хлева, Ладомир вошёл в избу.

Невысокий потолок, темные стены и малюсенькие окна создавали давяще впечатление. Главным украшением служила огромная белоснежная печь, раскрашенная райскими птичками и цветами. Именно она и обогревала, и кормила домочадцев. Вдоль всех стен стояла лавка, на которой лежали полавочники, вышитые искусной мастерицей.

– Мир в дом твой, нянька Ульяна, – поклонившись в пояс, улыбаясь, приветствовал Ладомир старую женщину, сидевшую на лавке возле оконца и штопавшую грубую мешковину.

Увидев на пороге своего дома высокого молодого человека, нянька Ульяна ахнула и выпустила из рук мешковину.

– Ты ли это, Ладушка, – ласково ответила Ульяна и, встав с лавки, протянув руки, подошла к мужчине.

– Я, – обнимая, Ладомир троекратно расцеловал ее.

– Садись, дитятко. Голодный, поди. Погодь, я сейчас стол направлю, – хлопоча и выставляя на стол припасы, говорила Ульяна.

– Не волнуйся, няня, – ответил Ладомир.

– Как же не волноваться, Ладушка. Два года ждала твоего возвращения. А сегодня с самого утра птичка в дом залетела. Вот думаю, гость должен быть. А кто ко мне придёт? Только Ясенька прибегает, проведает меня. Каждый день приходит, все о тебе справляется.

– Яснорада? – Удивленно произнёс Ладомир.– Сколько годков уже ей? Когда уезжал, помню, совсем девчонкой была.

– Так уже семнадцатый годок минул, – выставляя на стол пироги, отвечала няня. – Чувствовала, что ты придёшь, пироги напекла, как ты любишь.

– С черникой? – Разламывая пирог, сказал Ладомир.

– С ней самой. Вчера Ясенька в лес ходила, так мне целое лукошко принесла.

– Присядь, нянечка, не хлопочи.

Ульяна присела рядом с Ладомиром и, поглаживая его, промолвила:

– Уходил юношей, а вернулся мужчиной, – сделав паузу, она добавила, – узнал, что о матушке. Где она? Жива ли?

Доедая пирог и запивая хлебным квасом, Ладомир посмотрел на старушку и промолвил:

– Видел матушку. У князя Сигизмунда в рабстве, – грустно говорил Ладомир.

– Как так? – Ужаснулась няня, выпучив глаза полные слез.– Она ж княгиня!

– Княгиня в рабстве у пана Сигизмунда, – зло и разочарованно пробурчал Ладомир.

– Но как, Веселина Игоревна, княгиня по рождению и замужеству, стала рабыней у князя Южной Пании? – Недоумевала Ульяна.

– Мой дядя, князь Борис Всеволодович, после захвата земель отца, пытался взять в жены мою мать. Ты же знаешь, что отец, князь Ратибор Всеволодович, погиб от руки своего брата. А его жену, мою мать княжну Веселину, после нескольких попыток склонить стать его женой и, получив многократные отказы, продал за гривенник князю Сигизмунду.

– За гривенник?

– Да. Именно так оценил княжну князь Борис. Ведь она представляла опасность для него. Княжна Веселина Игоревна наследница Спалесского княжества, после смерти мужа. А нет княжны, нет претендента на власть. Убить он ее не смог, а унизил тем, что продал за грош. Князь Сигизмунд не мог не воспользоваться такой возможностью, как завладеть княжной. Теперь она у него. Он хвастается ей, как ценной добычей.

Ладомир ударил кулаком по столу так, что чашка с квасом подпрыгнула и выплеснула содержимое на стол.

– Но ведь ты тоже наследник, Ладушка?

– Да, няня. Я сын князя Ратибора и княжны Веселины. Главный претендент на Спалесское княжество. Я, как кровоточащая рана у Бориса. Вот поэтому, он ищет меня.

– Видел матушку, как она? Такая же красавица, как и была раньше?

– Видел и разговаривал. Все, что тебе рассказал, от неё узнал.

– Вот ведь какая судьба у Веселинушки, – печально молвила Ульяна, – мужа потеряла, сын должен скрываться. Был бы отец, так заступился бы, но сирота она, некому и слова замолвить. Правда брат у Веселины был, но запамятовала я, да может и он сторону князя Бориса взял.

– Я у неё есть.

– Ладушка, ты сам нуждаешься в опеке, князь рыскает по всей округе, тебя ищет. Вот уж и не знаю, как не обнаружил- то нас. Найдёт тебя и убьёт.

– Я не собираюсь всю жизнь бояться и жить с оглядкой. Я вырву из плена матушку и уничтожу дядю.

– Ой, милый мой, что ж ты такое говоришь. Жил бы спокойно, женился на Ясеньке. Смотри, какая девка пропадает, все о тебе спрашивает. Уж больно ты ей по – сердцу пришёлся. Детки бы пошли. Вот оно счастье- то, а Ладомир?

– Няня Ульяна, – обнимая за плечи старушку, ласково говорил Ладомир, – не могу я жениться на Яснораде.

– Так чем тебе не угодила девка? Молода, красива, а самое главное – хозяюшкам хорошая тебе будет. Все- то у неё в руках спорится. А то, гляди, уведут парни и останешься бобылем.

– Не могу без любви, – и сразу перед глазами Ладомира появился образ Марыси.

– Любовь? Так полюби Ясеньку, – не унималась старушка.

– Я другую люблю, няня.

– Да, что ты?! – Взмахнув руками, удивилась Ульяна.

– Только не быть нам вместе никогда. Замужем она.

Ладомир поцеловал Ульяну в макушку, встал из-за стола и подошёл к печи.

– Что ж ты творишь, Ладомир. Нельзя так. Она другому принадлежит.

– Я знаю, поэтому и пришёл сюда.

В этот самый момент, дверь горницы заскрипела и в проеме показалась девушка. Яснорада смущено улыбаясь, поклонилась в знак почтения и приветствия.

– Ясенька пришла, как хорошо- то. Проходи, – пригласила няня девушку.

Девушка, волнуясь, теребя светло – каштановую косу, переброшенную через плечо на грудь до пояса с заплетенной желтой ленточкой, в нарядном сарафане, словно на праздник собралась, молвила:

– Рада видеть тебя Ладомир. Ждали тебя, – из-под темных бровей под пушистыми ресницами блестели ярким цветом зеленые, словно изумруд глаза.

– Здравствуй Яснорада. Совсем взрослая стала, – ответил Ладомир, – проходи, ты желанная гостья в этом доме. Спасибо тебе, что за Ульяной ухаживала. Добра твоего век не забуду.

– Надолго ли вернулся, Ладомир? – Сверкнув малахитовым взглядом, молвила Яснорада.– Тетка Ульяна все глаза высмотрела, пока ждала тебя.

– Ненадолго, – ответил Ладомир, – завтра в дорогу собираюсь.

– Как? – Всплеснула руками Ульяна.– Ты ж только сегодня пришёл, а завтра уже вновь покидаешь нас? Останься хоть на два дня, соскучилась я очень.

– Хорошо, нянюшка, – Ладомир подошёл к старушке, поцеловал в макушку и спросил, – а дядька Иван в кузне? Проведать хочу. Руки по делу соскучились.

– Так, где ж ему быть, – ответила Ульяна, – ты ступай, а я баньку затоплю.

– Я провожу, – выскакивая из дома за Ладомиром, протараторила Яснорада.

Подбежав к Ладомиру, Яснорада скромно спросила:

– Расскажи, где был?

– В Пании, – коротко ответил Ладомир, – а вы как здесь жили?

– Год спокойный удался. Ни пожаров, ни кочевников не было. Да и урожаем можно было б похвастаться, если б не князь со своей дружиной. Полюдье приехал собирать, да собрал так, что нам осталось с горсть.

– Князь Борис здесь был?

– Да. Рано утром пожаловали. Наполнили полные возки, да к полудню и уехали. А дружинники князя все, о какой- то Матрене спрашивали. А у нас никогда Матрены в деревне не было.

Ладомир, потеребивший себя за волосы, остановился у ограды, за которой слышался звонкий стук кувалды по металлу.

– Ну, спасибо, что проводила, – улыбаясь девушке, ответил Ладомир, – а теперь ступай, не место молодой девушке в кузне торчать.

Яснорада послушно махнула головой и повернула в сторону своего дома.

– Приходи сегодня вечером на угорье, – обернувшись, молвила Яснорада, – я ждать буду.

Ладомир ничего не ответил и вошёл в кузню, где работал дядька Иван.

– Здорово, дядька, – обратился Ладомир к мужчине средних лет, высокого, широкого в плечах Ивана. Берестяная повязка- оберег стягивала голову кузнеца, а чёрные с проседью волосы, спускались на могучие плечи.

– Ладомир! – Обрадовался Иван, опустив в кадушку с водой железные щипцы, которыми держал подкову, подошёл и обнял юношу. – Давно тебя не было в наших краях. Почитай целых два года.

– Да, дядька Иван, два года по миру ходил.

– Ну и нашёл, что искал?

– Нашёл, дядька. И то, что искал, и то, что не искал.

– Как так?

– Долгая история, потом, как- нибудь расскажу.

– Ну что ж, выпытывать не стану, захочешь, сам расскажешь. Ну, а по работе не соскучился? – С лукавой улыбкой, поинтересовался кузнец.

– Очень.

– Ну, иди, – приглашая в кузню, сказал Иван, – раз соскучился.

Ладомир, вошёл внутрь, засучил рукава и, достав из воды с помощью щипцов подкову, и положил её в самое жерло печи. Поддул мехами огня, а затем, как только подкова покраснела от жара, достал её, положил на наковальню и, взяв кувалду, начал монотонно бить по подкове.

– Вижу, что не забыл ничего, – Иван внимательно наблюдал за всеми действиями Ладомира.

Ладомир, находясь в блаженстве от любимой работы, ничего не слышал. Он наслаждался тем, что его руки вновь почувствовали силу огня и железа. Ребёнком, Ладомир прибегал в кузню и засматривался на работу мастера, а став подростком, пошёл в подмастерье к кузнецу Ивану. В руках Ладомира, подкова обретала правильный изгиб и форму, толщину и размер.

Прощаясь, Ладомир обнял кузнеца.

– Не знаю, дядька Иван, свидимся ли вновь, – опустив голову, сказал Ладомир, – снова в путь собираюсь.

Кузнец усмехнулся и похлопал по плечу своего подмастерья.

– Я всегда знал, что моя кузня, да и вообще наша деревня мала для тебя. Ты словно сокол, жаждущий простора и свободы. Если осядешь здесь, то погибнешь. Разве может молодой сокол жить в неволе? Поступай, как сердце велит. Не гонись за богатством, не в нем счастье.

– Спасибо дядька, ведь только ты меня и понимаешь.

– Ступай к своей судьбе, вольный богатырь, – пожелал кузнец.

Подходя к избе своей няньки, Ладомир увидел, что на крыльце его ждёт старушка. Увидев юношу, Ульяна взмахнула руками и пожурила:

– Солнце уже к земле опустилось, а тебя все нет и нет. Я уж и баньку натопила, и похлебку наварила. Ясененька несколько раз прибегала, интересовалась, не пришёл ли ты, а тебя нет.

– Я в кузне был, – виновато объяснял Ладомир, – руки по работе соскучились.

– А я не соскучилась, – бранила Ладомира Ульяна, – ступай в баню, пока не остыла, а потом за стол сядем.

Ладомир, соглашаясь с нянькой, отправился в баню, где пахло можжевельником и мёдом.

Солнце уже полностью скрылось, и на небе появились первая звезда.

– Спасибо нянюшка за баньку, – присаживаясь за стол, благодарил Ладомир, – все плохое забрала, будто заново родился.

– Ну вот, а теперь кваску отпей, да похлебку съешь, а то смотри, как исхудал.

Ладомир налил из глиняного кувшина в чашку кваса и спросил Ульяну.

– Яснорада сказывала, что князь Борис со своей дружиной в деревню приезжал. Искал женщину по имени Матрена.

– Нелегкая принесла ирода в наши края. Столько лет стороной обходил, а тут на тебе явился сам. Не узнал меня.

– Так он видел тебя?

– А то как? Во все дома заходил, рыскал как зверь бешенный. Но уже ведь двадцать годочков минуло, совсем старая я стала, вот и не узнал.

– Значит, помнит и боится моего появления.

– Ты даже и думать не смей, – поджав дряхлые губы, молвила Ульяна, – кто ты и кто он. Раздавит тебя одной рукой и поминай, как звали.

– Не могу я так жить, няня. Должен отомстить за отца и мать.

– Им уже не поможешь, о себе подумай, отчаянная головушка. Сгинешь.

– Если суждено умереть за правду, так тому и быть. А жить и бояться, я не буду.

В этот момент, отварилась со скрипом дверь и появилась Яснорада.

– Доброго вечера в дом, – поклонилась девушка.

– Ясенька, проходи, – обрадовалась Ульяна, – желанная гостья в этом доме.

Робко ступая по деревянным половицам, девушка подошла к столу и присела.

– Я за тобой Ладомир, – теребя косу, промолвила Яснорада, – пойдём на угор, там девчата с парнями уже собрались, костёр разожгли, песни поют.

– Сходи, Ладушка, – опередила Ладомира нянька, – чего дома- то одному сидеть.

– Хорошо, – вытирая, после похлебки, губы рушником, встал со скамьи Ладомир, – пойдём.

Яснорада, обрадовавшись, соскочила с места. Ульяна, улыбнулась и пожелала хорошо провести время.

Девушка, счастливая от того, что идёт рядом с милым мужчиной, щебетала, как соловей. Выйдя за околицу деревни, молодые люди шагнули на тропинку, ведущую к реке.

Несколько ребят и девчат, сидя у костра возле реки, хохотали и рассказывали небылицы.

– Ребята, смотрите, кого я привела, – с возбуждением произнесла Яснорада, показывая на Ладомира.

– Ладомир! – Соскакивая и подбегая к юноше, хлопая его по плечу, здоровались ребята.

Девчата сидели и, лишь с таинственной улыбкой, перешёптывались между собой.

– Здорово, Ладомир! – Обнимая друга, приветствовал Степан, – надолго к нам или опять собираешься в поход?

– Здорово, ребята и девчата! Несколько дней поживу и решу, – ответил Ладомир, – а где Кирьян, Иван, Милослав, да другие ребята?

– Присаживайся к костру, сейчас расскажем, – промолвил Степан, самый старший среди шестерых юношей, которые сидели возле костра.

Ладомир сел на поваленный ствол, а рядом присела Яснорада, как бы показывая девчонкам, что это её молодой человек.

– Князь приезжал, полюдье собирал, – начал свой рассказ Степан, – да и с каждого двора по мужику или юноше в дружину забирал.

– А вы?

– Я с Никитой на охоте был, а Владибор с Глебом на рыбалке несколько дней, – Степан кивком показывал на ребят, о которых говорил, – ну, а…

– А меня мать спрятала, – перебив Степана, отозвался самый младший, которому шёл пятнадцатый год, – ратники князя весь дом перерыли, а я в подполе в хлеву сидел. А Руслан в соседнюю деревню с матерью к куме ездил. Вот мы и остались, а остальных в дружину князя забрали.

– Помнишь Василину и Агафью, – робко произнесла одна из девушек, – так их тоже забрали, сказали, что на дворне у князя прислуживать будут.

– Гад, – резко ответил Ладомир.

– Мне кажется, что они кого- то искали, – продолжил говорить Степан, – уж больно рьяно тут хозяйничали и все что- то вынюхивали, расспрашивали.

Ладомир сидел, а внутри, словно искорка горел огонь мести и ненависти. Он молчал, нельзя было никому ничего говорить, иначе, своим признанием он может подписать смертный приговор и себе, и тому, кто узнает о тайне его происхождения.

– Ну, что вы все о грустном, – стараясь привлечь к себе внимание, крикнула Яснорада, – давайте песни петь, – и затянула веселую девичью песню о молодой красивой русинке, которая пошла в лес по грибы и встретила медведя, а это оказался не медведь, а заколдованный юноша.

Яснорада пела задорно, голосок, словно журчащий ручеёк, выходил из её алых губ. Девчата подпевали Яснораде, а юноши, заворожено слушали.

Допев до конца песню, Яснорада соскочила со своего места и, потянув за руку Ладомира, приглашая следовать за ней.

– Хоровод! Давайте хоровод водить! – весело и задорно прокричала Яснорада.

Девчата, словно ждали этого предложения. Тут же соскочив со своих мест, девчата, взявшись за руки, вытянули юношей в круг. Юноши и девчата принялись водить хоровод. Ладомир, улыбаясь Яснораде, повиновался девушке и теперь кружил вместе с ней в хороводе, напевая веселую и быструю песню.

Проводив до дома Яснораду, Ладомир вернулся в дом няньки, которая спала крепким сном. Осторожно ступая по половицам, Ладомир прошёл через горницу в маленькую комнатку и лёг на кровать. Он лежал и думал о той, которую украл и вернул, о той, которая вышла замуж и теперь принадлежит другому мужчине. Страшная боль прожигала его, когда он думал о брачной ночи в замке князя Анджея.

Ладомир почти не спал эту ночь. В голове мысли сменились одна за другой. Дума о матери, Марысе и одна из самых главных – о князе Борисе Всеволодовиче. В душе Ладомира горел огонь мщения за отца и мать. Но только, что мог сделать деревенский юноша? Ничего. Как только князь Борис узнает, где он, то наверняка это будет последний день в его жизни. Здесь нельзя рубить с плеча, размышлял Ладомир, ему нужна дружба и сильные союзники. Он должен освободить матушку и вдвоём отправиться к её брату. Ведь он тоже князь и у него есть дружина. Заручившись его поддержкой и найдя союзников в лице противников князя Бориса, он свергнет последнего и сядет на престол, который принадлежит ему по праву. Именно так решил действовать Ладомир. Освободить, чтобы ему не стоило, мать и просить помощи у дяди по материнской линии.

Все- таки, ближе к утру, Ладомира сморил сон. Но спал он мало и уже через три часа сидел за столом с Ульяной и пил парное молоко.

– Мне нужно уходить, няня, – вытирая молоко с губ, говорил Ладомир.

– Как? Ты ж обещал несколько дней побыть? – Расстроено отвечала Ульяна.

– Не могу, нянюшка, нельзя время терять. Решил я и все, ухожу, – Ладомир встал со скамьи, поклонился и поцеловал в щеку старушку, – пора мне.

– Погоди, – поняла Ульяна, что не сможет уговорить юношу остаться, – я в дорогу узелок соберу.

– Спасибо, – улыбнулся Ладомир, – жди меня и матушку. Без матушки не вернусь.

ГЗамок – крепость князя Сигизмунда Яровского, находился на возвышенности. У подножия расположился небольшой уютный городок с белокаменными домами и крышами из красно- коричневой черепицы. Двойные высокие стены, окружавшие замок, представляли собой многоугольник неправильной формы. Дорога, вымощенная камнями, поднималась на возвышенность и утыкалась прямо к воротам южной башни. Именно по этой дороге, которая вела ввысь, в замок, твёрдо ступая, шёл Ладомир. Охрана, стоявшая у ворот, сразу пропустила в замок, как только услышала его имя. Это показалось странным Ладомиру, но, не медля ни секунды, он вошёл во внутренний двор замка.

– Доложи своему господину, что пришёл Ладомир, – велел мужчина одному из слуг князя.

Молодой юноша в одежде слуги, одарил неприветливым взглядом Ладомира и отправился докладывать князю о госте.

Ладомир заметил, как несколько кочевников стояли возле своих коней и украдкой подглядывали на него.

Что они здесь делают? Послы или торговцы? Но разве кочевники торгуют? Они умеют только убивать, разорять и уводить в полон скот и людей. Думал Ладомир. Если послы? То зачем? Неужели князь Сигизмунд вступил в союз с Ханом Тугоем?

Его мысли прервал окрик слуги:

– Ступай. Князь ждёт тебя в тронном зале.

Ладомир покорно поднялся по каменной лестнице и зашёл в просторный светлый зал. Посередине на высоком каменном троне восседал князь Сигизмунд. Чёрные волосы спускались до самых плеч, орлиный нос с высоким лбом, из-под которого взглядом хищной птицы, смотрели темные глаза князя.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.