Иван Филатов
Что интересного, а попросту нового, на мой взгляд, было обнаружено в процессе написания текстов о том, что такое новизна и как она возникает? Путеводитель по статьям, опубликованным ранее

«Нам не дано предугадать,

Как наше слово отзовется…»

Ф. И. Тютчев

Все, что внове спонтанно возникает, возникает только потому, что оно для чего-нибудь да предназначено. Но само предназначение заранее никому не может быть известно. Известна лишь неизбежность и стихийность его наступления.

В тексте данной обзорной Статьи будет изложено четыре вопроса:

А. Что нового было обнаружено в процессе написания Статей о возникновении Новизны?

Б. Не является ли «идейный» способ возникновения Новизны всеобщим принципом образования чего-либо нового как в нашем социуме, так и в Природе в целом?

С. Характерные особенности процесса возникновения Новизны

Д. Примеры возникновения новизны посредством создания подручных средств в самых разных регионах действительности.

А. Что нового было обнаружено в процессе написания Статей о возникновении Новизны?

Изложим по пунктам те вопросы, которые, как мне представляется,

– во-первых, ранее не были затронуты в известной мне литературе,

– а, во-вторых, были обнаружены в процессе написания Статей о возникновении Новизны, в первую очередь, генерируемой нами самими, главным образом, в виде идей, спонтанно рождаемых в процессе продуктивного мышления.

По сути дела, данный текст будет в некоторой степени путеводителем по ранее написанным Статьям. Причем, в конце каждого из пунктов в скобках будут приведены наименования тех Статей, где данный вопрос был изложен в более развернутом виде. Правда, совсем не исключено и то, что в данный текст могут быть внесены добавления, не изложенные ранее, как, например, в пунктах 1, 9, 15, 18, 20, 25, 27, 28, 29, 30 данного Раздела А и в пунктах 1, 2, 3 Раздела В «Характерные особенности процесса возникновения Новизны».

Кроме того, в Приложении к данной Статье будут даны два рисунка, иллюстрирующие некоторые положения излагаемого текста. Эти же рисунки и более подробное их описание можно найти в Статьях автора, в том числе размещенных на сайтах Ридеро и ЛитРес, где сами рисунки представлены в наглядном («проявленном») виде.

1. Предложен ответ на исходную причину ускоренного возникновения Новизны в человеческом сообществе по сравнению с ее возникновением в сообществе Природном

Сразу же следует заметить, что – во избежание каких-либо недомолвок – данные по вопросу спонтанной самоорганизации нейронной материи нашего мозга были заимствованы мной из замечательной по своей новизне и информативности книги Станисласа Деана «Сознание и мозг. Как мозг кодирует мысли». (Пер. с англ. И. Ющенко. – М.: Карьера Пресс. 2018. Главы 4 и 5, соответственно, «Автографы сознательной мысли» и «Теория сознания»).

Первым делом отметим общеизвестную истину: «рукотворимая» Новизна возникает только там, где не только сближены между собой, но и взаимосвязаны самые разнородные объекты, и чем неожиданней такие сближения и такие связи между объектами определенного комплекса сущих, тем оригинальней идея.

Далее проследуем за поиском глубинной причины разделения «рукотворимых» идей и идей, творимых самой Природой в процессе самоорганизации ее материи.

Для начала зададимся, казалось бы, довольно-таки странным для нас самих вопросом: почему в живой и неживой Природе возникновение Новизны – в результате самоорганизации материи самых разных видов – случается так редко: например, новые видообразования живых существ в результате естественного отбора, возникновение звезд, галактик, взрывы Сверхновых, появление разумных существ наподобие человека и т. д.?

В то время как в социуме Новизна возникает с гораздо большей скоростью: здесь в качестве примера можно было бы привести неисчислимое количество изобретений и открытий, произошедших за относительно короткий срок, взять хотя бы с наступлением исторических времен и эры письменности. И эта скорость возрастает со все убыстряющимися темпами.

А теперь зададимся этим же вопросом, но с другой стороны:

– почему, создавая идеи в своем уме, мы с такой легкостью и быстротой выходим на создание Новизны того или иного желаемого нами вида,

– и почему в Природе – как живой, так и неживой – мы так редко наблюдаем спонтанность возникновения какой-либо Новизны?

Никто, думаю, не будет возражать против того, что это связано, прежде всего, с появлением на этой Земле человека разумного. Но какова глубинная причина столь высоких темпов возникновения Новизны за счет разумной деятельности человека? В одной ли только способности логически мыслить, или в чем-то совершенно другом? Что лежит в основе этой ускоренности? И, наконец, в чем причина возникновения самой ускоренности?

И, как оказалось, ответ на этот, последний, вопрос достаточно прост: да только в том, что в своем уме (начиная с этапа рефлексии-1 и кончая инсайтом и рефлексией-11 (смотри Рисунки 1 и 2 в Приложении к данной Статье)) мы можем, можно сказать, «насильственным» путем соединить и взаимосвязать

– в одном месте

– и в одно и тоже время –

а именно, в нейронах нашего мозга и в момент инсайта – вполне определенное количество представимых нами объектов самого разного вида и характера (свойства).

А вот в материальной Природе, где творческое участия человека полностью исключено, такое соединение и взаимосвязывание объектов (посредствам «зацепления» их сущностных свойств) может произойти только случайным, совершенно непредвидимым образом – вот откуда спонтанный и самоорганизованный характер возникновения Новизны в материальной Природе. В Природе нет тех факторов и тех органов (наподобие мозга), которые бы «насильственным» путем соединяли под одним «зонтиком» самые разнообразные, непохожие друг на друга объекты.

В физической Природе соединение возможно только между «однородными» объектами посредством воздействия фундаментальных сил, действующих в ней: ядерных сильных, слабых, электромагнитных и гравитационных. Так что в Природе все естественно, то есть все определяется теми обстоятельствами, в которые эти объекты погружены, и сами по себе они освободиться от них, от этих обстоятельств, не могут.

Правда, такое соединение, соединение разнородных объектов возможно, если человек «случайным» образом может поспособствовать этому. Как, например, для демонстрации эффекта неустойчивости Бенара человек создает физический прибор соответствующего вида, заполняет его жидкостью и подводит тепловую нагрузку к нижней плоскости сосуда. Вот тогда и можно выйти на спонтанность самоорганизации вихревых потоков жидкости, то есть на возникновение ячеек Бенара. (Об этом и других явлениях спонтанной самоорганизации неживой и живой материи можно посмотреть в книге: Пригожин Илья, Стенгерс Изабелла. Порядок из хаоса. Новый диалог человека с природой. Пер с англ. – М.: Едиториал УРСС, 2014. Часть 11, Глава 5).

В естественной Природе такое, можно сказать, «абсолютно» маловероятно. В ней соединение возможно только за счет воздействия указанных выше фундаментальных сил и только между однородными объектами: ядрами, молекулами, большими массами вещества и т. д.

Таким образом, редкость спонтанности возникновения Новизны в Природе есть прямое следствие того, что слишком редко в ней может произойти централизованное соединение и взаимосвязывание вполне определенного количества значимых – для образования «идейного» комплекса – сущих. В то время как вопросы возникновения Новизны мы, люди, решаем посредством присущей нам способности самоорганизации живой материи нашего мозга, то есть самоорганизации наших нейронов, как при помощи сознания, так и бессознательного. (Кстати сказать, выражение ««идейный» комплекс сущих» мы будем далее применять к тому составу, который входит в комплектацию самой идеи. Подробно об этом в следующем Разделе Б).

Только наше продуктивное мышление может собрать в едином месте (в мозгу) и в одно и то же время (скорее всего, в акте инсайта) представления о самых разнородных объектах и связать их вполне определенным образом. Далее в силу вступает наше бессознательное, которое образует из этих объектов комплекс, который может обладать смыслом. А выход этого смысла из бессознательного в наше сознание мы воспринимаем как инсайт, то есть, как внезапное явление этого смысла, наподобие рождения Афины-Паллады из головы Зевса.

Как видим, принцип возникновения «рукотворимой» Новизны достаточно прост: надо соединить и взаимосвязать

– в одном месте

– и в одно и то же время

вполне определенное количество объектов. И только в этом случае в данном комплексе и в данной открытой системе может произойти самоорганизация в виде выявления и возникновения подручного средства совершенно нового материального вида. Именно это есть то, что мы называем самоорганизацией, результатом которой является возникновение нового подручного средства.

Вопрос заключается только в том, какие объекты надо соединить и каким образом они должны быть связаны. А это как раз находится в компетенции стихийного процесса самоорганизации материи самого разного вида и содержания.

Приведем одну аналогию, которая изложена нами в пункте ниже 14 «Аналогия между структурой химического соединения и структурой идеи». Мы никоим образом не можем получить молекулу воды (Н₂О), если не приведем во взаимосвязь два атома водорода и один атом кислорода. Водород и кислород сами по себе, в отдельности, газообразные вещества, в то время как вода – вещество жидкое и оно принципиальным образом отличается по своим свойствам от свойств исходных элементов, его образующих.

Именно таким же образом получается смысл идеи: путем сближения и взаимосвязывания вполне определенного количества совершенно различных по своей природе объектов. И это взаимосвязывание осуществляется посредством «зацепления» этих объектов через свои сущностные, метафизические свойства и способности. Получается, как вода принципиальным образом отличается по своим свойствам от своих исходных «материалов»–составляющих, так и смысл идеи принципиальным образом отличается от тех объектов, из которых он составлен.

Как видим, процесс получения Новизны заключается не только в том, чтобы сблизить вполне определенное количество объектов, но и сделать так, чтобы они пришли в «зацепление» друг с другом, как приходят в «зацепление» молекулы водорода и кислорода за счет своих валентных электронов, тех электронов, которые находятся на внешней электронной оболочке каждого из элементов данной молекулы.

В нашем интеллекте такое сближение самых разнохарактерных объектов осуществляется – посредством нашей способности представления этих объектов в нашем уме – в нейронных структурах нашего мозга. Сближая наши представления об объектах, мы тем самым «сближаем» те комплексы нейронов, которые ответственны за эти представления. Правда, совсем непонятен сам механизм подобного «сближения» комплексов нейронов через сближение наших представлений об отдельных объектах, тех объектах, которые нам надо сблизить, чтобы получился «комплекс идеи».

Мозг – это то единственное место, где мы можем «насильственным» образом соединить вместе и взаимосвязать этот комплекс самых разных по характеру объектов. Как, например, в идее кусочка мела соединены и связаны и письменность, и доска, и человек, и кусочек мела, и даже влажная тряпка, которой можно стирать знаки письменности на доске.

Правда, соединение–сближение объектов – вернее, представлений о них – мы производим, в основном, в нашем сознании на этапе рефлексии-1. В то время как взаимосвязывание их, скорее всего, осуществляет – на этапе инкубации и в акте инсайта – наше бессознательное. Потому что только оно может решить, какие объекты и посредством каких сущностных свойств могут быть «зацеплены» между собой, чтобы образовать вполне определенный смысловой комплекс идеи.

У сознания же не хватает ума на то, чтобы «провернуть» столь замысловатую операцию. Если бы оно было способно на то, чтобы и сблизить в одно мгновение и связать в единое целое это, то мы бы тогда смогли «печь идеи» на огне одного только рационального мышления. Причина отсутствия у сознания объединительной способности в том, что оно может оперировать представлениями об объектах только попеременно, одно после другого, и никак иначе. Именно поэтому для решения креативных задач наш интеллект привлекает, кроме рацио (логики), еще и бессознательное – ведь оно и проворнее, и смышленее, и надежнее нашего разума, отвечающего, в основном, за причинно-следственные связи и за логическую последовательность мышления.

Что касается непосредственно продуктивной мыслительной деятельности человека, то отметим еще раз следующее.

Сознательный выбор объектов «под задачу» – частично на этапе рефлексии-1 – и централизованное их сближение в комплекс вполне определенного вида – исключительная прерогатива человека, способного иррационально мыслить. Иначе говоря, человек способен – как на сознательном, так и бессознательном уровне – «принудительным образом» осуществить централизованное соединение объектов самого разного вида и содержания в комплекс взаимосвязанных сущих. И может он все это осуществить только потому, что у него есть не только сознание, но и бессознательное, единственно которое «должным образом» может скомпоновать «под задачу» смысловой комплекс нейронов, проявление которого на уровне сознания (после инсайта) мы воспринимаем как внове явленный смысл идеи. (Об этом же смотри далее Раздел С, пункт 3 «Централизованность»).

В Природе же, живой и неживой, аналогичный процесс спонтанной самоорганизации крайне маловероятен – именно поэтому маловероятен и процесс возникновения Новизны в ней.

Итак, найден ответ на истинную, глубинную причину возникновения разности в интенсивностях создания Новизны в сообществе Природном и сообществе социальном, где процессу самоорганизации споспешествует человек, «обладающий способностью» – на бессознательном уровне в акте инсайта – самоорганизовывать нейронную материю собственного мозга.

(Здесь следует оговориться: скорее всего, мы взяли в кавычки два слова предыдущего предложения только потому, что эта «способность» не наша, человеческая, а Природная, внедренная в наш мозг в виде спонтанной самоорганизации нейронов. Эта «способность» – не наша заслуга, а «заслуга» Природы, овеществившая (в мозге человека) свою главную, Природную способность к самоорганизации любой своей материи, в том числе и нейронной).

А теперь в следующих пунктах мы можем непосредственно обратиться к нашей способности генерировать идеи и к вопросам, связанным с возникновением Новизны.

(См: 1. «Идея и новизна – как они возникают?». Часть 111. «Новизна сама по себе – как она возникает?».

2. «Роль идей и «сценарий» возникновения сознания». Часть 111, Раздел 6 «Сознание как сосредоточение и как слежение»).

2. Из чего состоит идея?

Выявлен структурно-функциональный состав идеи: из каких элементов она состоит, в каких взаимоотношениях они находятся и какую функцию исполняет каждый из них. Показано, что кроме исходных сущих, тех сущих, на которых изначально основывается предполагаемый смысл идеи, есть главное сущее, а именно, искомое сущее, идеальный вид которого мы сначала должны сформировать в своем уме, а затем по его образцу и по определенной технологии преобразовать в материальное подручное средство. Вот только с помощью этого средства мы уже можем производить в социуме какой-либо новый род деятельности по производству новой Продукции.

Как видим, к структуре идеи принадлежат: исходные сущие, искомое сущее, подручное средство, Продукция и новый род деятельности, производимый с помощью подручного средства. Именно они формируют то, что мы называем смыслом идеи, тем смыслом, который является и механизмом и инструкцией тех действий, которые мы должны будем осуществлять в дальнейшем, то есть после того, как в наше сознание в спонтанном акте инсайта явился этот смысл (об этом ниже в п. 3).

Что же касается функциональной роли каждого из этих элементов, то она заключается в следующем. Исходные сущие есть те элементы идеи, на которых будет основываться смысл идеи: именно они указывают на то, к какой области знания относится этот смысл. Более того, исходя из свойств этих элементов, нами в дальнейшем будет формироваться вид главного объекта идеи – искомого сущего, того сущего, вид которого мы должны найти. Потому что оно никогда не бывает нам дано заранее, как заранее нам всегда бывают даны исходные сущие. Мы должны сформировать в своем уме идеальный вид этого объекта, исходя из свойств «окружающих» его и с ним связанных исходных сущих. Причем эти свойства ни в коем случае не должны входить в противоречие со свойствами остальных элементов идеи.

А поскольку посредством одного только идеального объекта – искомого сущего – невозможно произвести никакого реального материального действия, то мы должны «трансформировать» это идеальное в нечто материальное. И таким материальным является подручное средство, созданное – по определенной технологии – по идеальному образцу искомого сущего. Вот только с его помощью мы сможем осуществлять в социуме новый род деятельности по изготовлению Продукции совершенно нового вида, или вида более эффективного в своей производительности.

Надо сказать, что, если бы мы могли на рациональном уровне – то есть на уровне нашего логического мышления – создавать идеи и выявлять на том же рациональном уровне вид подручного средства, то нам доступно было бы планирование создания той новизны, которую нам хотелось бы иметь. Иначе говоря, мы бы пошли не по пути достаточно медленного способа создания новизны посредством привлечения нашего бессознательного, а по пути логического построения предсказуемых нами и нужных нам смыслов идей. Другими словами, мы бы могли сами и создавать инструкцию получения новизны, и осуществлять ее.

Но в таком случае у нас не было бы ни инкубационной фазы созревания смысла идеи, ни спонтанного акта явления идеи в наше сознание, ни допонятийной фазы выражения смысла этой идеи в знаках какой-либо общеизвестной системы (см. Рис. 1 и 2).

А потому, было бы вовсе не лишним, по возможности, осмыслить, выразить (оформить) и изложить саму возможность создания

– «рациональных идей» с помощью одного только логического мышления (если такое допустимо),

– а не посредством иррационального способа их создания, то есть создания идей при условии причастности к этому процессу нашего бессознательного в виде инкубационного этапа формирования смысла идеи и акта спонтанного явления ее в наше сознание.

(См: 1. «Метафизика возникновения новизны». Том 1, Главы 1 и 5.

2. Там же. Том 2. Глава 15.

3. Все Статьи, где речь идет о структуре идеи, о методологии возникновения новизны и о последовательности процесса продуктивного мышления).

3. Что такое смысл идеи и для чего он предназначен?

Показано, что такое смысл идеи и для чего именно он предназначен. Смысл идеи заключен в комплексе определенным образом взаимосвязанных сущих, одним из которых является формируемое в нашем уме недостающее идеальное искомое сущее, материализация которого – по определенной технологии – дает нам подручное средство, с помощью которого в социуме исполняется новый род деятельности, тот род деятельности, потребность в котором ранее назрела в нем.

Так что можно сказать, что смысл идеи – это заключенная в этом смысле инструкция, согласно которой нами, в нашем уме, сначала формируется идеальное искомое сущее, далее материализуемое в подручное средство, а затем с помощью последнего осуществляется новый род деятельности по изготовлению Продукции совершенно нового вида, или того вида, который более эффективен в своем использовании по сравнению с прежним аналогичным видом. Так, например, распространение знания посредством книгопечатания оказалось более эффективным по сравнению с распространением знания посредством написания текстов кусочком мела на доске.

Самым интересным и таинственным в нашем мышлении является то, каким образом мы обнаруживаем (как обнаруживаем дырку от бублика) то недостающее искомое сущее, которое нам надо сначала сформировать в своем уме в идеальном его виде, а затем – по образцу и по определенной технологии – преобразовать в материальное подручное средство. И, конечно же, это формирование никоим образом не обходится без учета свойств остальных объектов-сущих (исходных сущих), входящих в комплектацию данной идеи, поскольку эти свойства не должны входить в противоречие со свойствами главного сущего – сущего искомого. Можно сказать, что свойства «зацепляемых» между собой объектов идеи – самый незаметный, но самый важный элемент идеи. Они – «серые кардиналы» ее смысла.

(См: 1. «Идея и новизна – как они возникают?». Часть 1, раздел 1 «Что такое идея и методология ее возникновения?».

2. «Метафизика возникновения новизны». Том 2, Глава 15.

3. «Истоки возникновения новизны». Раздел 6 «Методология возникновения новизны». Пункт Б).

4. Инсайт и его отличие от интуиции

Вполне можно предположить, что иррациональный по своей природе инсайт есть результат того момента, когда идеальное логическое мышление, в буквальном смысле, «достучалось» до материальных нейронных структур нашего мозга и возбудило их до такой степени флуктуации, чтобы они самоорганизовались в такой комплекс, который, по выходе его на уровень сознания мы могли воспринять как смысл новоявленной идеи. (О нечто подобном смотри Главы 4 и 5 книги С. Деана «Сознание и мозг. Как мозг кодирует мысли»)

Отличие интуиции от инсайта в том, что интуиция обнаруживает значимую для нас взаимосвязь между отдельными – двумя-тремя – объектами интересующей нас действительности. В то время как инсайт схватывает взаимосвязь между всеми теми объектами, которые способны, посредством спонтанной самоорганизации (в нашем интеллекте), сформировать комплекс, объединяющим ядром которого является то, что мы называем смыслом идеи.

Отсюда разность восприятия нашей психикой той новизны, которую мы получаем:

– если при инсайте мы испытываем весь комплекс интеллектуальных ощущений, – удовольствия, удивления и уверенности в истинности полученного смысла (об этом ниже в пункте 7 «Роль интеллектуальных ощущений в процессе продуктивного мышления),

– то при интуиции эти ощущения как бы размыты и не столь заметны, поскольку наше продуктивное мышление «не дотянуло» до создания полноценного смысла, смысла идеи.

Причем смысл идеи – в инсайтной форме его явления – может быть нами получен только после предварительной интенсивной проработки интересующего нас вопроса в процессе логического мышления на этапе рефлексии-1. Да к тому же инсайт может наступить в любой совсем неожиданный для нас самих момент, но только – как правило: правило, скорее всего, без исключения – не в процессе самого логического мышления над данным вопросом.

Создается такое впечатление, что, чем интенсивнее наше предварительное логическое мышление в интересующем нас направлении, тем больше вероятность того, что наша логика – в какой-то совсем неожиданный для нас момент – «достучится» до самих материальных нейронных структур нашего мозга и тем самым возбудит их до такой степени активности (флуктуации), что они в спонтанном акте самоорганизации нейронов образуют такую структуру, выход которой в сознание – в акте инсайта – мы можем воспринять как смысл совершенно новой идеи.

И этот смысл мы должны раскрыть (развернуть) и оформить в знаках какой-либо известной нам системы, а уже затем сразу же искать, так какого же недостающего искомого сущего нам не хватает для того чтобы мы смогли в своем уме сформировать его вид, а уже затем по этому идеальному виду – и по определенной технологии – создать само подручное средство в материальной его форме. По сути дела, это средство есть та «рука», при помощи которой в социуме нами будет осуществляться новый род деятельности по изготовлению Продукции нового вида. Так, положим, некогда изобретенный телескоп оказался той «рукой», посредством которой мы исследуем крупномасштабные объекты Вселенной, а Продукцией стало наше знание о них.

Причем следует заметить, что раскрытие смысла идеи, выражение его и оформление каким-то непонятным нам образом сочетается с нахождением вида искомого нами сущего. И все это происходит на этапе допонятийной фазы нашего мышления, когда, как мы полагаем, происходит перекодировка нейронных образований нашего мозга в известные нашему сознанию знаки (слова, положим, и символы). (Об этом ниже в пункте 5).

Самым непонятным в данном случае является,

– во-первых, каким образом на инкубационном этапе, помимо участия нашего сознания, формируется смысл идеи в нашем бессознательном, и что является причиной его формирования;

– во-вторых, в каком виде бывает представлен инсайтный смысл идеи в структурах нашего мозга в момент, предшествующий самому инсайту;

– в-третьих, что является тем триггером, который «выталкивает» внове созданный готовый смысл идеи из нашего бессознательного в сознание, иначе говоря, кто определяет тот факт, что смысл состоялся в полноценном его виде и уже может быть представлен нашему сознанию;

– и, в-четвертых, каким образом происходит перекодировка нейронных образований в слова и знаки, выражающие именно этот смысл идеи, а не какой-либо другой?

Как видим, все, что непосредственно связано с возникновением инсайтной идеи и раскрытием ее смысла (см. на Рисунках этапы 2–3–4–5), покрыто мраком. Здесь, помимо нашего сознания, властвует сама «бессознательная» материя нейронов нашего мозга в спонтанных актах ее самоорганизации. И доступ в лабораторию творческой деятельности нейронов нашего мозга, видать, нам будет еще долго заказан.

Следует заметить, что достаточно подробно момент возбуждения нейронов нашего мозга описан и зафиксирован в книге С. Деана «Сознание и мозг. Как мозг кодирует мысли». Именно, благодаря этой книге, возникла мысль, что в некоторых достаточно специфичных случаях наша логика может в буквальном смысле «достучаться» до самих материальных нейронных структур нашего мозга и возбудить их до той степени флуктуации, что становится возможной самоорганизация их в нашем бессознательном в такой комплекс, выход которого в наше сознание мы воспринимаем как инсайт, то есть, как спонтанное явление нового для нас смысла идеи в наше сознание. И это явление сопровождается возникновением, уже указанных нами выше, достаточно ощутимых эмоциональных проявлений нашей психики: интеллектуального удовольствия от созерцания внове явленного смысла, удивления от внезапности его явления и чувства истинности, единственности и надежности оного.

(См: 1. «Метафизика возникновения новизны». Том 1, Главы 1, 2, 5.

2. Там же. Том 2, Глава 15.

3. «Истоки возникновения новизны», разделы 6 и 7).

5. В методологии возникновения новизны посредством создания идей выявлена допонятийная фаза продуктивного мышления

Прежде всего, заметим, что термин «допонятийная фаза» не вполне удачен и может ввести в заблуждение. На самом же деле эта фаза наступает сразу же после явления смысла идеи из бессознательного в наше сознание. И мы прекрасно понимаем сам смысл идеи, причем понимаем его в наиболее ясном свете именно в эти первые мгновения. «Допонятийность» относится, прежде всего, к не выраженности его – пока что – в понятных всеми знаках культуры, а, следовательно, и невозможности передать его кому-либо.

Так что это та фаза, когда внове явленный в наше сознание смысл идеи в достаточно ясном свете нами понимается, но не может быть передан (изложен) кому-либо постороннему, поскольку он еще не оформлен нами самими, то есть, не выражен нами, положим, в знаках (словах) какой-либо общеизвестной нам знаковой системы.

Как можно предположить, в процессе этой фазы нами – а вернее, нашим сознанием и бессознательным – осуществляется перекодировка нейронных образований – связанных со смыслом нашей идеи – нашего мозга в слова и знаки этой системы. И эта фаза длится вплоть до того момента, когда мы, в основном, выразим и оформим смысл нашей идеи в окончательном виде.

Вот эта перекодировка нейронных образований является одной из самых загадочных тайн нашего мышления. В этот момент «перекидывается мостик» из бессознательного в наше сознание. Здесь материальное – скорее всего, в виде комплекса взаимосвязанных нейронов – каким-то непонятным нам образом находит свое «представительство» в идеальном, то есть в словах, известных нашему сознанию, в тех словах, которыми мы можем выразить нашу мысль. И нам неизвестно

– ни то, каким образом эти комплексы были сформированы на инкубационном этапе нашего мышления;

– ни то, в каком виде эти комплексы могут быть представлены в структурах нашего мозга;

– ни то, как они, можно сказать, чудесным образом «превращаются» в слова и знаки, выражающие саму суть идеи.

(См: 1. «Роль идей в возникновении социума и сценарий возникновения сознания у человека», раздел 6: «Сознание как сосредоточение и слежение», подраздел 6.2. «Допонятийная фаза мышления, «чистое» сознание и «чистый» смысл идеи».

2. Все Статьи, где есть методология возникновения новизны).

6. Предположение об «одновременности» возникновения иррационального мышления, логики, языка и социума

Данное предположение возникло из осмысления того факта, что обретение человеком способности генерировать идеи и претворять их в практику жизни могло быть успешно реализовано только при условии,

– во-первых, достаточно развитой способности логически мыслить,

– а во-вторых, овладения языком как средством немедленного выражения спонтанно приходящих на ум новых идей, так и способом коммуникации между членами данного сообщества.

Дело в том, что процесс продуктивного мышления непременным образом включает в себя два этапа мышления посредством использования логики. Во-первых, это этап рефлексии-1, когда мы подбираем тот комплекс взаимосвязанных исходных сущих, которые бы способствовали разрешению поставленной нами задачи, – в виде предполагаемой идеи – а во-вторых, это этап рефлексии-11, когда перед нами стоит задача раскрытия смысла внове явленной в наше сознание инсайтной идеи.

А раскрытие смысла требует, в первую очередь, наименования тех объектов и тех действий, которые связаны с последовательностью осуществления этого смысла. А во вторую очередь, требуется «озвучание» этих наименований с целью коммуникации на расстоянии между заинтересованными членами данного сообщества. Как видим, оба этапа никоим образом не могут быть разрешены без способности логически мыслить, без наименований объектов и действий над ними и без голосового «озвучания» последних. Можно сказать, что иррационализация нашего мышления шла бок о бок с развитием способности логического мышления и с обретением способности голосового обозначения предметов и действий над ними. Это, во-первых.

А во-вторых, если создание идеи есть сугубо индивидуальное творчество, то внедрение смысла идеи в практику жизни – это многоходовая операция по осуществлению как раскрытия этого смысла, так и порядка действий определенной группы людей в соответствии с этим смыслом. (Напомним: в смысле идеи – кроме его значимой части в виде перспективы образования подручного средства – незримым образом заключена инструкция по осуществлению определенного порядка действий).

Именно поэтому внедрение смысла внове явленной идеи в практику повседневной жизни требует от нас как разъяснения этого смысла своим сородичам, так и совместных действий по осуществлению самой последовательности внедрения. А здесь без языка трудно, если вообще невозможно, обойтись.

Но в то же время объединение людей вокруг Необходимости разрешения каких-либо постоянно возникающих проблем – это и есть путь к социализации общества (см. ниже пункт 28 данного Раздела А). Наши предки–приматы потому не социализировались, что у них не было предмета, вокруг которого они могли бы объединиться в сообщества крупнее стаи. Предметом объединения были инстинктивные в своей основе родовые связи.

Человек же, став разумным, то есть, обретя способность создавать идеи, нашел для себя объект, вокруг которого следовало объединяться. И таковым объектом стала генерируемая человеком Новизна, поскольку внедрение ее сулило определенные блага и преимущества как для самого создателя идеи, так и для близкого его окружения. Иначе говоря, Новизна имела перспективный характер как своего применения, так и дальнейшего развития всего сообщества. Как видим, характер предмета, вокруг которого происходит объединение членов сообщества, определяет степень и характер его социализации.

При этом не следует забывать и того, что создание идей продуктивно мыслящим человеком и распространение благотворного их влияния на окружение в немалой степени способствовало не только сплочению сообщества, но и возникновению эмпатии между его членами, поскольку владение результатом их внедрения было всеобщим достоянием, не говоря уже о развитии чувства альтруизма со стороны создателей и претворителей идеи по отношению к пользователям плодами идей.

(См: «Метафизика возникновения новизны». Том 1, раздел 5.6. ««Одновременность» возникновения интуиции, логики и языка»).

7. Роль интеллектуальных ощущений в процессе продуктивного мышления

Выявлена определяющая роль интеллектуальных ощущений в иррациональном, спонтанном акте явления идеи из бессознательного в наше сознание.

Интеллектуальные ощущения, проявляющие «свое лицо» в процессе продуктивного мышления – это ощущения, которые возникают в том случае, если в наше сознание вдруг (внезапно) приходит идея в спонтанном акте инсайта. Это:

– удовольствие от интеллектуального созерцания новизны внове явленного смысла,

– удивление (Платон, Аристотель) от внезапности его явления из бессознательного в наше сознание

– и это ощущение истинности, надежности и единственности этого смысла в разрешении поставленной нами задачи.

Назначение этих ощущений, скорее всего, только в том, чтобы сосредоточить наше внимание на только что явленном смысле, на том смысле, который пока что еще находится в краткосрочной – а не в долгосрочной – памяти нашего сознания и который еще не оформлен нами в знаках какой-либо знаковой системы, а потому достаточно легко может «улетучиться» из сознания и забыться, что мы часто «наблюдаем» в процессе собственного продуктивного мышления.

(См: «Метафизика возникновения новизны». Том 1. Раздел 6.10. «Бытие как внутриинтеллектуальное событие, «маркируемое» спонтанным возникновением чувства удовольствия-удивления»).

8. Что такое Истина: откуда она может исходить – из интересов социума самого по себе или из меркантильных интересов человека?

Раньше я полагал, что Истиной является все то, что является в акте инсайта в виде внове явленного смысла идеи. Но, как оказалось, в акте инсайта может явиться

– не только идея, затребованная социумом самом по себе, – то есть тем социумом, в котором человек выступает на роли вещи-объекта, наравне и наряду с другими вещами и явлениями, функционирующими в этом социуме,

– но и идея, затребованная человеком, руководствующимся своими сугубо меркантильными интересами: эгоистическими, коррупционными, корпоративными, ресентиментными и т. д., то есть теми интересами, которые (могут входить и, как правило) входят в противоречие с интересами социума как такового, того социума, который является живым видообразованием самой Природы.

Так вот, поскольку, во-первых, социум является родовым понятием, – по сравнению с видовым понятием человека – а во-вторых, интересы человека могут наносить ущерб интересам социума, то, как мне представляется, Истиной мы можем считать только то, что является в результате возникновения Необходимости в обновлении самого социума, а не то, что появляется, исходя из меркантильных интересов самого человека.

Вот и получается, что создание того, что должно называться Истиной, в свою очередь, должно инициироваться вовсе не человеком, а возникновением Необходимости в обновлении социума самого по себе, в том обновлении, которое вызвано Бытием (Нуждой) самого социума. Человек же, являясь Подручным Средством последнего, призван исполнять волю этой Нужды (об этом ниже в пункте 20). А потому задача человека не только в том, чтобы генерировать разного рода идеи, но и в том, чтобы «просеивать» приходящие ему на ум разнообразные идеи и внедрять в жизнь только те из них, которые не могут нанести ущерба самому социуму. Потому что в последние века развитие общественной жизни вышло на тот перевал, когда продуктивное мышление уже не столько содействует развитию социума, сколько способствует его деградации, а вслед за ним и деградации самого человека как разумного существа.

В этом, в содействии самому социуму, высшее призвание человека: потакать и угождать собственным меркантильным интересам невелика хитрость – вот ты попробуй сделать, по сути дела, судьбоносный выбор в направлении стратегической задачи сохранения и эффективного развития самого социума, того социума, который, являясь полноправным живым видообразованием самой Природы, в то же время имеет в своем услужении человека, – как Подручное Средство – способного продуктивно мыслить, то есть осуществлять такую, можно сказать, привилегированную деятельность как «питание» этого социума такой Продукцией как Новизна. Не будь последнего, социум никогда бы не появился – а было бы стадо человекоподобных существ, подобное стаду антилоп или стае обезьян.

А потому, мы ответственны перед самим социумом, тем социумом, который был создан не только самой Природой, но и нами, существами, наделенными этой Природой способностью продуктивно мыслить, то есть создавать идеи и тем самым быть Подручным Средством

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.