Айрин Кох
Ярость во спасение

Глава 1

Дождь лил как из ведра, закрывая пеленой лобовое стекло. «Дворники» не справлялись, что само по себе служило сильным раздражителем, как и заторы на дорогах из-за сниженной скорости аккуратных водителей. Молодой мужчина с силой ударил по клаксону, посылая гневные, далеко не приличные пожелания водителям впереди стоящих автомобилей. Чёрный «Инфинити» словно разделял злость своего хозяина, выискивая свободное место на дороге, и рычал от недовольства, когда застревал на очередном светофоре.

– Идиот! Какой же я идиот! – Автомобиль подпрыгнул от слишком резкого рывка вперёд и не менее резкого тормоза. – Как я мог не проверить документы?

Телефон замигал, отвлекая внимание от очередного конкурента за свободную полосу, и вывел на экран имя звонившего – Игорь. Скрипнув зубами, с проблеском ярости в карих глазах, хозяин «Инфинити» ткнул в зелёную трубку на экране телефона, принимая видеозвонок.

– Костян! – Неожиданно высокий для мужчины голос совсем не диссонировал с внешностью блондина, миловидность лица которого ещё больше подчёркивала длинная косая чёлка. – Ты как? Добрался уже?

– Горе, не задавай тупые вопросы! Не видишь, я в машине! – Константин еле сдерживался и переносил накопившуюся ярость на других участников дорожного движения, взрываясь бранью при каждом вынужденном торможении.

– Опачки! Если в ход пошло моё прозвище, значит, ты крепко на меня зол… – Парень чуть откинулся назад, показывая, что сидит в кресле.

– Зол? Ну что ты! – Константин бросил короткий взгляд в сторону телефона и вернулся к дороге. – С чего бы это? Ещё вчера я отметил со своим лучшим другом и партнёром по бизнесу начало нового проекта. Мысленно уже подсчитывал прибыль и представлял восхищённые взгляды десятков репортёров. А сегодня утром узнаю, что всё летит к чертям! А почему? Потому что, пока я два года тащил на себе всю подготовку, своему другу-дебилу я доверил подписать разрешение в департаменте!

– Так я подписал. – Игорь подкурил сигарету, демонстрируя изящную позолоченную зажигалку. – Ну кто знал, что не хватит закорючки в середине.

– Сам ты грёбаная закорючка! – Водитель «Инфинити» издал победный клич, выехав на свободную полосу. – Без этой подписи нет проекта!

– Ну забыли, так поставят. Чего ты кипятишься?

– Время, Горе, время! Либо мы получим инвестора сегодня в девять, либо он уйдёт, и мы начнём поиски заново. Каждый день простоя как горсть земли на крышку гроба. Я всё поставил на карту!

– Можно подумать, ты один! – Игорь затянулся и выпустил дым белым колечком, но увидев взгляд друга, закашлялся. – Я сам себя виню ужасно!

– Если бы винил, то мчался бы сейчас к этому Корфу за подписью!

– Если бы вчера на вечеринке не повредил бы ногу, то не вопрос! – Игорь очень правдоподобно изобразил мучительную боль, рассчитывая на лояльность друга.

– Да что слушать твой трёп! – Константин резким движением выключил телефон, вкладывая в этот жест всё разочарование в друге детства. – Ведь знал, что нельзя брать в дело друзей! Почему я не проверил документы вчера? У меня только сорок минут в запасе. Лишь бы не нарваться на бюрократического взяткохвата! Это ведь они забыли расписаться… Чёрт!

Машина резко затормозила из-за запоздалой реакции водителя на красный сигнал светофора. Вынужденный дрифт задними колёсами, чтобы не въехать полностью на пешеходный переход, поднял столб воды. Константин потянулся за упавшим телефоном, в попытке успокоиться. Он уже почти приехал. Нужное здание перед глазами, осталось повернуть к центральному входу на стоянку. Он успеет…

– О господи! – Константин поднял взгляд от телефона к светофору и вздрогнул.

Холодок пробежал по спине от представшей перед глазами картины. Однажды он видел глаза хищника перед атакой – глаза разъярённой женщины гораздо опаснее… Блондинка застыла перед автомобилем как мраморное изваяние: руки подняты над головой в попытке прикрыться широким пакетом от сходящего на нет дождя, сумочка через плечо и белый брючный костюм. Вернее, белый он был до того, как «Инфинити» затормозила в луже. Возможно, девушку Константин бы мог назвать симпатичной, если бы не чёрные подтёки туши под глазами вперемешку с грязными каплями воды.

– Вот же зараза! – Костя икнул, вжимаясь в кресло, и жестами стал дублировать то, что для пострадавшей беззвучно произносил за лобовым стеклом. – Сама виновата! Какого демона стоять у самой дороги? И кто носит белую одежду в такой ливень? Дура!

На лице девушки не дрогнул ни единый мускул. Абсолютно неподвижная, она прожигала взглядом машину и сидевшего в ней наглеца. Звук клаксона вывел из ступора обоих участников происшествия – сигнал светофора сменился зелёным, и другие водители торопили Константина начать движение. Совесть попыталась царапнуть, но сменившаяся цифра на экране телефона напомнила о важном нерешённом вопросе. Вывернув руль, Константин объехал блондинку и, прошептав в её сторону: «Простите», – повернул к нужному ему зданию, закрывая для себя эту тему. Сейчас главное – успеть пройти первым, поставить подпись и вернуться на объект для встречи с инвестором.

Широкие коридоры «сталинки» на удивление были практически пусты. Константин коснулся кончиками пальцев забранной в декоративный пластик стены. Он считал, что подобный «декор» портит величественность зданий, построенных в сталинскую эпоху. Эти дома, как египетские пирамиды, готовы были простоять хоть тысячу лет и радовать глаз своим внешним видом, в отличие от ненавистных, но при этом дешёвых «хрущёвок». Может, именно это несочетание подтолкнуло Константина поступить в архитектурный институт, чтобы создавать красоту из кирпича, стекла и бетона? Кстати, о красоте… Константин остановился перед дверью, на которой одна из табличек указывала на того, чьей подписи не хватало на документе, – Е. Н. Корф. Не замечая возмущения стоящей поодаль парочки и выкрикнув: «Я на секунду», – Костя постучался и сразу вошёл в кабинет.

– Доброе утро! – Убийственная улыбка Казановы, натренированная годами, расплылась на лице парня. – Мне нужен главный архитектор. Он уже здесь?

В кабинете находилась только одна пышнотелая женщина с объёмной рыжей причёской.

– Время приёма ещё не началось, подождите за дверью. – Она поправила кофточку под внимательным взглядом симпатичного молодого мужчины, и черты её лица вдруг смягчились под волшебным воздействием его улыбки

– Позвольте, я подожду оставшиеся пару минут здесь. – Голос Константина стал на полтона ниже. – У меня совсем пустяковый вопрос, а ждать рядом с красивой женщиной гораздо приятнее.

– Видимо, не такой пустяковый, если начинаете с лести. – Дама незаметно поправила причёску, рассматривая визитёра.

Высокий, спортивный, с короткой стрижкой чёрных волос, карие глаза с золотыми бликами – уже этого достаточно, чтобы покорить сердце скучающей сотрудницей департамента, но прибавить к этому отработанный взгляд и улыбку – и она уже в многочисленной свите поклонниц.

– Просто о-о-очень срочное. – Костя приложил папку с документами к груди. – По какой-то нелепой случайности ваш архитектор пропустил одну подпись. Документ уже рассмотрен, все процедуры проведены, все подписи проставлены, и вдруг такая неприятность. Многомиллионный контракт под ударом…

Рыжеволосая коллега Корфа, впечатлённая цифрами, не менее искусно стрельнула глазами в предполагаемого олигарха и показала на стул в начале кабинета, ближе к двери. Повисла молчаливая пауза. Константин время от времени поглядывал на часы, нервно постукивая мыском сделанного на заказ ботинка по серым плитам пола. Уже двенадцать минут, как должен идти приём посетителей, но нужного сотрудника всё ещё нет.

– Впервые так задерживается, – забеспокоилась дама. – Сами понимаете, такой ливень с утра…

Константин кивнул и нахмурился. Ничего не меняется в бюрократических кругах государственной системы! С других требуют, а сами даже вовремя на работу прийти не могут! Телефон периодически загорался, показывая поступающие сообщения от Игоря.

«Волнуется, гад! Только бы всё обошлось, а там он мне за нервы пожизненно должен будет…»

Звук открывающейся двери бальзамом пролился в душу, вселяя надежду. Константин подскочил со стула, готовый поздороваться с долгожданным мужчиной, но мимо проплыла женская фигура… Женская фигура в знакомом белом костюме! Впервые Константин обрадовался неудачному дизайну интерьера, где посетитель оказывается за открытой дверью.

– О! Елена Николаевна, что с вами? – Рыжеволосая дама, охая, кинулась навстречу вошедшей коллеге, попутно пытаясь узнать причины произошедшего.

– Какой-то урод решил выпендриться на своей тачке и тормознуть на пешеходном переходе с дрифтом! По луже! – Вышеназванная Елена Николаевна Корф бросила на стол сумочку и стала снимать пиджак, не замечая незваного посетителя, по лицу которого можно было прочесть чёткое желание слиться с мебелью. – Результат этого ты видишь на мне. Валь, у тебя всегда косметика с собой. Поделишься? Пришлось всё смыть. Хорошо хоть пиджак блузку спас, а то даже не знаю, как с людьми целый день работать в таком виде. Брюки из-за стола не видно будет. Жаль костюм… Только купила для мероприятия. Сорок тысяч псу под хвост!

– Мы что-нибудь придумаем, не волнуйтесь. – Валентина выглядела старше своей коллеги, причём яркий макияж играл в этом не последнюю роль.

– До пяти всё равно не успею переодеться, – с горечью выдохнула Елена, забирая протянутую косметичку. – Встречу этого гада – закопаю по уши в грязь!

Сказано это было таким тоном, что Константин (далеко не трус по своей сути) содрогнулся и, собираясь с мыслями, как можно тише сел обратно на стул, максимально скрываясь за распахнутой дверью. Стул предательски скрипнул, привлекая внимание женщин.

– Ой, к вам же посетитель! – спохватилась Валентина.

Стук каблуков приблизился, и Константин, не дожидаясь обнаружения, решил действовать на опережение. Выбрав безотказно действующее на женщин чуть надменное выражение лица, мужчина сам сделал шаг навстречу Е.Н. Корф, пытаясь при этом прогнать паническую мысль «мне конец» из головы.

– Ждать себя заставляете, уважаемая! – Удивление на лице женщины прибавило уверенности Константину. – Если, конечно, у вас не свободный график работы.

– Вы?! – Серые, практически серебряные глаза Елены Корф вначале округлились, но быстро перешли в прищур. – Если бы меня не обрызгал водитель с явно купленными правами, то не пришлось бы стоять десять минут перед раковиной, приводя себя в порядок! А вы только чужие нарушения видите или за собой тоже замечаете?

Рыжеволосая коллега непонимающе переводила взгляд с одного на другого и предпочитала не вмешиваться.

– Замечаю. – Константин сделал несколько шагов вперёд, вынуждая Елену отступить. – Но как говорится, бог не Тимошка, видит немножко! Если бы кое-кто был внимательнее при подписании важных документов, то не было бы необходимости мчаться утром, чтобы исправить чужую ошибку, а значит, асу-водителю не пришлось бы резко тормозить перед растяпой, которая совсем не смотрит по сторонам, прежде чем выйти на дорогу.

– К вашему сведению, жёлтый сигнал светофора включается для того, чтобы водитель притормаживал, а не разгонялся, пытаясь проскочить до красного.

– Я вижу, вы так хорошо знаете правила дорожного движения, что предпочитаете ходить пешком…

Константин слишком поздно понял, что переборщил. Совесть билась в истерике – он понимал, что виноват, но просто принести извинения не получилось. Словно бесы вселились! Это всё из-за Игоря. Костя был на взводе с ночи, да ещё выпитый вчера алкоголь подливал розжиг, принуждая выплёскивать раздражение на девушку. Но и она не способствовала тушению конфликта. Сталь в глазах резала обидчика на куски, никак не поощряя на извинения.

– Выйдите из кабинета вон, – процедила сквозь зубы блондинка.

– У вас часы приёма, а я посетитель, – в той же тональности прошипел Константин. – Или мне сразу отправиться с жалобой к вашему начальнику?

– Да хоть к президенту!

– Елена Николаевна, – вмешалась Валентина, пытаясь предотвратить наихудший сценарий развития событий, – давайте я посмотрю, что не так с документами.

Не дожидаясь ответа от главного архитектора и не разрывая с ней зрительного контакта, Константин протянул папку в сторону.

– Четвёртая страница…

– Вижу, – выдохнула Валентина, – действительно вместо подписи чёрточка. Видимо, вас отвлекли…

– Или кто-то подменил страницу. – Елена чуть склонила голову и отвела взгляд, словно потеряв интерес. – Запишитесь на следующую неделю, принесите документы, я их сверю с нашими образцами в архиве и подпишу.

– А нельзя сразу сверить с вашим образцом и поставить подпись сейчас? – Константин посмотрел на более вселяющую надежду в разрешении проблемы Валентину.

– Кто-то только что апеллировал к закону, – с ехидной усмешкой заметила Корф. – Как мы можем нарушать правила, а то ещё начальнику подадут жалобу!

– Не вам говорить про правила. – Мужчина всем сердцем желал сейчас вырвать себе язык, но остановиться не мог. – В таком юном возрасте стать аж главным архитектором! За какие такие услуги? Ой, простите, оговорился, ЗАслуги. Сколько вам, двадцать? Двадцать четыре? Со скамьи университета сразу на пост президента?

– Двадцать семь! – Цифры прозвучали не хуже львиного рыка.

– Елена Николаевна! – Дверь кабинета распахнулась, пропуская немолодого солидного мужчину в дорогом сером костюме и с букетом цветов в руках. – Дорогая, это вам!

Константин понимающе кивнул – папик в действии. Все эти липовые красотки, крашеные блондинки, строят из себя профессионалов, а места получают благодаря определённым связям. Искреннее смущение девушки заслужило от Константина мысленных аплодисментов.

– Спасибо, Павел Сергеевич. – Она приняла букет и осмотрелась в поисках вазы.

Совесть Константина опять неприятно заскреблась внутри – метаморфозы были разительными. Хрупкая, тонкая, нежная, слегка разрумянившаяся от смущения Елена с цветами кардинально отличалась от Елены пятиминутной давности, готовой разорвать на части обидчика.

– Медалистка, спортсменка, красавица, а теперь ещё и победительница губернаторской премии! – Мужчина подмигнул Константину, бросая на Елену взгляд с особой гордостью. – Вот какие кадры растим! Ни одного замечания в послужном списке! На правах начальника могу сказать – родители смотрят на тебя оттуда, и душа их спокойна.

Мужчина еле заметным жестом указал на потолок.

«Я был прав, в том же здании работают её родители!» – Константин сложил руки на груди, но проклятущая совесть стала нашёптывать совсем другой вариант – «на небесах». А вот это совсем ненужная информация! Почему он должен сочувствовать этой женщине? Только потому, что добилась всего сама? Так это ещё не факт! Разрозненные фрагменты складывались, заставляя чувствовать неловкость момента. Видимо, Елена ощущала то же самое, поглядывая исподлобья на Константина.

– Ваш… друг? – спросил начальник.

– Посетитель, – резко расставила точки девушка, выхватывая папку с документами у пышнотелой Валентины. – Мы уже всё решили, и он уходит.

– Елена Николаевна такая понимающая! – Константин не стал забирать протянутую ему папку. – Вошла в моё положение и согласилась без проволочек исправить документ. Готов написать благодарность на два листа!

– А вы время даром не теряете, Елена Николаевна, – улыбнулся начальник.

Куда подевались смущение и улыбка? С каменным выражением на лице Елена Корф, главный архитектор департамента, положила букет на стол, открыла четвёртую страницу документа, быстро просмотрела её и вывела подпись. Пробивая стальным взглядом, протянула папку Константину и произнесла ровным голосом:

– Желаю ездить по параллельным от меня дорогам. Удачи!

Сдерживая эмоции, Константин попрощался со всеми и вышел из кабинета.

– Успел! – Часы показывали восемь часов тридцать две минуты, когда он отправил сообщение, что возвращается.

Глава 2

– Приятно иметь с вами дело! – Коренастый мужчина с начисто бритой головой протянул руку Константину. – Я рад нашему сотрудничеству. Признаться, до последнего не верил, что вам дадут разрешение на строительство здесь.

– Да, лучше места для торгово-развлекательного центра не найдёшь, – вмешался в разговор Игорь, подкручивая колёса на кресле-каталке.

Константин всегда восторгался театральными способностями своего друга и его умению в любой ситуации притягивать к себе внимание. Вчера он лишь прихрамывал на левую ногу, а к инвесторам приехал на неизвестно где угнанном кресле. И с таким видом, как будто данный визит на стройку приравнивался к жертве во имя инвестора. Инвесторы оценили.

– Безусловно, – согласился мужчина, – но дело в том, что под снос ушли два старых здания, а это не приветствуется. Всякое старьё называют исторической ценностью и достоянием родины, да и сам дизайн новой постройки настолько футуристичен, что будет выбиваться из общегородской концепции.

– Этому мы нашли решение с оформлением внешнего периметра как переходного и объединяющего разные стили элемента. – Костя всё ещё игнорировал друга и смотрел лишь на инвестора.

– Короче, мозолить глаза никому не будет, – подытожил Игорь.

– Я хочу участвовать в создании окружающего ландшафта. – Из-за недостроенной стены вышла и приблизилась к компании мужчин высокая стройная женщина, голову которой покрывал дизайнерский платок, а платье кофейного цвета подчёркивало все изгибы тела, опускаясь до самой земли..

– У нас уже заключён договор с организацией. – Константин не любил, когда вмешивались в его проекты, но инвестор оборвал его на полуслове.

– Мара – один из лучших дизайнеров. – Он с гордостью и любовью посмотрел на женщину. – Она только украсит ваш проект. Но мы можем и другой найти…

– Конечно, можете, – не дрогнул Константин. – Но будет ли он настолько хорош? Семён, оставим блеф для покера и поговорим серьёзно. Мне нужны ваши деньги, но это не значит, что вы сможете диктовать свои условия. Я не хочу разориться, как, думаю, и вы, только потому, что будем потакать друзьям и родственникам, а не доверять дело профессионалам.

– Согласен, – улыбнулся Семён, – я и не позволил бы себе предложить непрофессионала. «Мараксай» ни о чём вам не говорит? Марана Саритян.

– Это она?! – Константин бросил более внимательный взгляд на таинственного дизайнера, заполучить которого мечтали не только российские компании, но лично с ним никто не был знаком.

– Вас что-то шокирует? – Мара усмехнулась, но взгляд оставался острым и холодным. – Повторяю, я хочу участвовать в дизайне внешнего периметра.

– Это честь для нас! – подхватил Игорь, восторженно размахивая руками. – Кто бы мог подумать, что такая красивая женщина и великий профессионал – один человек?

– У нас уже проект утверждён полностью. – Константин положил руку на плечо Игоря и сильно сжал его, приказывая заткнуться. – Прежде чем дать согласие, мне нужно просмотреть предложение, понять, какую часть работ Мара хочет на себя взвалить и будет ли её виденье соответствовать всей концепции проекта. Вопрос денежных вложений тоже имеет значение.

– Насчёт денег вы можете не волноваться. – Мара бросила взгляд на Семёна и получила от него молчаливое согласие. – Я подготовлю свои предложения за пару дней, если вы в свою очередь готовы не отвергать их без причины или из-за мужского эгоизма.

– Поверьте, я умею ценить мастера своего дела. – Константин улыбнулся в ответ, снимая напряжение.

– Тогда по рукам! – Семён открыл папку и размашистым почерком поставил свою подпись под документом. – Жду в пять, отметим это дело!

Константин вложил свой экземпляр договора в папку и пожал широкую сильную ладонь инвестора.

– Конечно, грех такое дело не отметить. Мара?

Он чуть склонил голову перед девушкой, уже закрывшей глаза тёмными очками. Она пыталась вырвать свои пальцы из рук Игоря, чтобы избежать поцелуя, но безрезультатно. Парень ещё минуту пел дифирамбы, перед тем как впился губами в тыльную часть её ладони. Девушка, освободившись, брезгливо вытерла кожу платком, улыбнулась Константину и первая вышла из недостроенного здания, абсолютно уверенная в том, что Семён последует за ней.

– Е-ху! – Игорь крутанулся на кресле, после того как инвестор со своей спутницей скрылись из виду. – Всё идёт как по маслу! А ты боялся! Всё на мази, друг. А какая женщина! Если её имя напечатать в рекламных проспектах, не будет отбоя от желающих снабдить нас материалами под хорошую скидку!

– Твой щенячий восторг нереально бесит! – Костя с раздражением смотрел на друга.

– Какого чёрта? – Игорь встал и толкнул кресло. – Как на нём целыми днями ездят? У меня уже руки отваливаются! Так что тебя не устраивает? Ты ведь сам стремился подписать с ними контракт.

– С Семёном Карагаевым, но не с его подружкой.

– А что не так?

– Не знаю. – Костя сам не мог объяснить, почему он противился, но интуиции он привык доверять со школы. – Не люблю, когда вмешиваются в мою работу. Дополнительные правки могут привести к увеличению сроков строительства.

– Ты в своём уме? Марка «Мараксай» – это же всё равно что Леонардо да Винчи в искусстве! Да к нам как в Эрмитаж ходить будут! Будем на одних билетах за вход зарабатывать больше, чем на аренде!

– Может, ты и прав. – Константин скривился от такой перспективы.

Он хотел, чтобы восторгались его шедевром современного строительства, и перспектива делиться славой его не радовала. Что может быть хуже слов «он знаменит только благодаря участию в проекте “Мараксай”» Константин вынашивал идею слишком долго и ревностно относился к любым предложениям со стороны. Его идея должна была стать прорывом и в технологии строительства, и в визуальном восприятии. Никто не знает, сколько ему пришлось пробить «стен» бюрократии и непонимания, сколько подсчётов, сколько исследований он проводил, специально меняя небольшие лаборатории, чтобы финальный результат оказался настоящим взрывом в этой индустрии.

– Конечно прав! – Игоря не мучили подобные вопросы, и он направился к выходу.

– Хромать забыл, – крикнул ему вдогонку Костя.

– Чёрт, так больно. – Игорь согнулся, изображая страдание и припадая на правую ногу.

– Другая! – усмехнулся Костя.

– Да пошёл ты! – обиженно бросил Игорь, умудряясь хромать на обе ноги. – Друг называется! Подвезёшь?

Константин кивнул и посмотрел на время. До пяти нужно было многое успеть.

Чёрный «Инфинити» бесшумно разогнался с места, быстро встроившись в дальнюю полосу главной дороги. Вроде всё складывается как нужно, но что-то ломало Константина, не давая расслабиться и получить удовольствие от сделки. Злость на Игоря? Нет. Константин за многие годы привык к разгильдяйству друга, но благодаря ему он не свихнулся от работы, совмещая её с весёлыми вечеринками и путешествиями. Конечно, тот сегодня чуть его не подставил, но Константин достаточно быстро отошёл, особенно когда в голове сложилась забавная и очень неприятная для друга месть. Инвесторы оставили о себе неоднозначное мнение, но не настолько, чтобы мучить его душевными переживаниями. Что тогда?

Константин затормозил на перекрёстке, ожидая смены сигнала светофора и нервно постукивая пальцами по кромке руля. Неприятное чувство не покидало. Его рука потянулась к кнопке, и окно медленно поползло вниз, позволяя втянуть влажный и тяжёлый воздух улицы. Взгляд остановился на витрине магазина дорогой брендовой одежды, где стоял классический манекен. Вот оно! Белый брючный костюм отозвался звоночком где-то в районе груди.

«… До пяти всё равно не успею… купила для мероприятия…»

Константин неосознанно коснулся груди, впервые почувствовав, где прячется его совесть.

– Какой бы стервой она ни была, но я испортил её костюм, – сказал он вслух под удивлённым взглядом друга. – Надеюсь, ты успокоишься после этого?

– Ты мне? – Игорь вспоминал, где ещё мог накосячить.

– Совести! – рыкнул Костя. – Достала дальше некуда!

Глава 3

– Иди к нашему Павлу и отпросись. – Валентина крутила в руках белый пиджак с замытыми пятнами, которые проступали слабым серо-бежевым контуром по светлой ткани. – Успеешь ещё домой переодеться, перед тем как придут репортёры.

– Издеваешься? – Елена, сидя за своим столом, устало опустила голову на руки. – Рабочий день в разгаре, мне ещё кучу документов просмотреть нужно! Хорошо хоть сегодня нет выездов.

– Так а что работа? Она не волк – в лес не убежит. А то, что срочно, и я могу сделать. – Валентина виновато улыбнулась. – Не знаю, что за ткань такая, раз хозяйственное мыло не взяло. Надо было в химчистку отнести.

– Как раз через три дня и вернули бы… – Елена потёрла лицо, заставляя себя прийти в норму. – Ничего, без меня как-нибудь в этот раз!

– С ума сошла? – Валентина с возмущением посмотрела на коллегу. – Да как без главного виновника? Пал Сергеич живьём съест, если ты его бросишь наедине с этими охотниками до сенсаций. Скажут, что он пользуется твоей славой! Или того хуже, пойдут сплетни, что подсидеть его хочешь… Лучше уж отпроситься!

– Да я и не знаю, что надеть. – Елена скорчила гримасу. – Я ведь только вчера переехала. Все вещи в коробках. Не представляю даже, где что искать. И деньги все на этот чёртов костюм потратила… Закон подлости в действии!

– Никакой паники! – Валентина отбросила пиджак на спинку стула и взяла телефон. – Если дело в деньгах… Зарплата через два дня, а у меня на карте ещё двенадцать тысяч! Скоро обеденный перерыв, можно потратить его с пользой!

– Да поблизости и нет ничего. – Елена неуверенно пыталась отказаться от внезапно свалившейся помощи. – Не в переходе же покупать.

– А почему бы и нет? Я там, кстати, свою блузку купила, – встряхнув намертво зафиксированными лаком рыжими локонами, женщина расправила пышные рукава блузки кремового цвета. – Она что, плохо выглядит?

– Ну что ты! – испытывая неловкость от своего высказывания, возразила Елена. – Валентина Петровна, вы выглядите как глава департамента!

– То-то же! – улыбнулась коллега, возвращаясь за свой стол.

Шаткий мир женского коллектива не терпел соревнований и критических заметок по поводу внешности, одежды и вкуса. Елена Николаевна Корф поняла это с первой недели своего появления в департаменте. Такие милые и общительные, дамы любого возраста менялись, стоило тебе только выйти за дверь, и тогда реальность расползалась отдельными сплетнями по всем этажам здания, постоянно приукрашиваясь до состояния полного не узнавания первообразующей новости. Больше трёх месяцев девушке пришлось доказывать свои положительные качества и профессиональные навыки, упорно не замечать грязные намёки и планомерно перестраивать жизнь в своём отделе.

Валентина Петровна – достаточно своеобразная женщина, с которой не каждый мог поладить из-за её природной болтливости, что с учётом постоянного поиска партнёра мужского пола выливалось в часовые описания либо романтичных свиданий, либо расставаний. При всём этом она единственная во всём коллективе воспринимала жизнь только с позитивной стороны, постоянно заряжая этим чувством Елену. На таких людей та смотрела с толикой зависти – любые трагедии длились не дольше выпитой чашки чая со сладостями. Вот и сейчас, когда трудоголик Корф медленно впадала в уныние от собственной невезучести, её рыжая фея-коллега уже размахивала «волшебной карточкой», стараясь решить проблему. И как не согласиться? В конце концов, можно купить классику: чёрную юбку-карандаш и белую рубашку. Это отыщется в любой палатке с одеждой.

***

Чёрный автомобиль аккуратно повернул у злосчастного перекрёстка. Дождь закончился, и под солнечными весенними лучами асфальт местами уже высох, избавившись от луж, но водитель не спешил. Константин объехал вокруг здания, пытаясь найти свободное место для парковки.

– С утра было проще найти. – Парень всматривался в косые полосы, выискивая кого-нибудь, кто собирается уехать, но тщетно. – Только время теряю…

Автомобиль пришлось оставить на другой стороне площади. Константин бережно достал с заднего сиденья серый чехол для одежды. Внутри на вешалке, спрятанный от посторонних глаз, был белый костюм, который (как парень надеялся) должен подойти по размеру Е. Н. Корф. Губы Кости растянула самодовольная улыбка, он предвкушал, как обрадуется блондинка, когда увидит его подарок. Женщины… Шмотки, украшения, рестораны… Радуются как дети, когда на них тратят деньги.

Перекинув чехол через руку, Константин спустился в подземный переход. Длинный туннель с мрачными стенами, с одной стороны обвешанными рекламой, а с другой – с рядами небольших павильонов с обычным набором сувениров, сумок левых копий и таких же левых духов. Константин по привычке посмотрел на время (он рассчитывал уложиться в полчаса), но в этот момент столкнулся с кем-то плечом.

– Смотри, куда идёшь! – проворчал грузный мужчина, заставляя парня развернуться боком.

Отвечать на грубость он не стал, заметив знакомую пышную рыжую шевелюру Валентины Петровны. Женщина кого-то расхваливала, эмоционально взмахивая руками. Присмотревшись, Константин заметил Елену. Девушка выбралась из-за куска ткани, расправляя чёрную юбку.

– А фигурка ничего так, – тихо отметил Константин, став невольным свидетелем примерки.

Юбка плотно обхватила бёдра Корф, подчёркивая женственные формы до колена и открывая красивые лодыжки. Взгляд профессионального ловеласа отметил узкую талию – юбка сидела довольно неплохо, хотя отвратительное качество видно было за версту. А вот белая рубашка просто кричала, чтобы её сняли и забыли о её существовании – униформа, одним словом. Он пришёл вовремя! В который раз Константин похвалил себя за то, что собирался сделать, вот только пока он мысленно рисовал женский восторг, блондинка успела испариться. Благо рыжий цвет волос Валентины промелькнул на выходе из перехода, заставляя мужчину поторопиться.

Догнать женщин не удалось из-за бдительного охранника, которому чехол для одежды показался чересчур подозрительным. Эта задержка была незапланированной и выбивалась из временных рамок, которые Константин себе поставил для визита, поэтому в кабинет он вошёл без стука, не тратя время на приличия.

– Не совсем уверена, что мне идёт эта рубашка. – Елена поправляла широкий круглый воротник, то застёгивая рубашку на верхнюю пуговицу, то расстегивая.

– Она была лучшей, – твёрдо уверила девушку Валентина, но судя по кислому взгляду Елены, лишь сделала хуже своим заявлением.

– Ещё раз добрый день! Краем уха слышал, что у вас важный день сегодня, а дождь немного подпортил одежду… Решил спасти положение. – Константин протянул Елене, застывшей посередине комнаты, чехол.

– Что это? – Блондинка даже не улыбнулась, отчего Константин вновь почувствовал холодок на коже.

– Новый костюм взамен безвременно почившего. – Парень плавным движением сдвинул вниз молнию, открывая взору двух женщин белоснежный пиджак.

– Какая прелесть! – Восторженный возглас издала Валентина, озадачив Костю.

– Я вас об этом просила? – Сталь в голосе главного архитектора была под стать взгляду.

– Напрямую нет, но косвенно… – Костя подмигнул Валентине, от которой так и веяло позитивом. – Кто ныл: «Важный день! Не успею переодеться!»?

– Ныла? – Брови блондинки угрожающе сдвинулись к переносице.

– Ну а как это у вас, женщин, называется? – Константин метнул в девушку свой самый с ног сшибающий взгляд. – «Плакалась»? «Паниковала»? «Жутко расстроилась»?

– У нас это называется «подслушивать чужие разговоры», которые к вам имели отношение лишь как к стороне обвинения.

– Ну тогда считайте это выплатой штрафа. – Улыбка медленно сползла с губ мужчины.

– После решения суда, а то вы у нас так дружны с законом! – Елена закипала.

Константин не ожидал подобного приёма. Да что она о себе возомнила? Сделал, называется, жест доброй воли!

– Елена Николаевна, – с трудом сдерживаясь, выдавил из себя Константин, – мы неудачно начали знакомство, но это не первый и не последний проект, который я делаю. А значит, если в ближайшем будущем вы не собираетесь на повышение, что с вашими «способностями» явно не проблема, то нам придётся встречаться в стенах департамента. Я всего лишь хотел загладить свою вину.

– Признаёте себя виноватым? – Елена сдерживалась от резких слов, сильно сжимая челюсть. – Похвально. А теперь выйдите из кабинета, если закончили извиняться.

– Ок. Куда положить? – Костя огляделся в поисках крючка для одежды.

– Вы, кажется, плохо меня поняли, – остановил его голос Елены. – Заберите своё барахло с собой.

– Это вы не поняли. – Константин указал на отпечатанный на чехле лейбл. – Это так называемое «барахло» в три раза дороже вашей прежней подделки. Натуральный «Версаче» делает королевой любую женщину. Хотя, если вам нравится изображать из себя представительницу общепита, то не вопрос…

– «Версаче»… – прошептала Валентина, бросая жалобный взгляд на Елену. – В три раза… Сто двадцать?

– Боже. Видимо, я должна умереть от счастья? – Елену громкое имя не тронуло, её серебряные глаза потемнели от сдерживаемой ярости. – Как же вы решились потратить такую сумму?

– Не такая уж она для меня большая. – Константин слышал сквозивший сарказм в голосе блондинки и не совсем понимал причину такого поведения. – Да и скидка на него была приличная. Насколько я понял, это вещь из прошлого сезона. И уж однозначно приличнее надетого на вас белого дешёвого безобразия, которое кричит об отсутствии вкуса.

– Зато у вас его предостаточно, раз выбираете прошлогодние коллекции. – Елена решительно застегнула на последнюю пуговицу ворот. – Боюсь, у нас разные взгляды на моду и вкус.

– Не совсем понял. – Константин ни одной женщине не позволял так с собой разговаривать, да и, если честно признаться, то и не было желающих с ним спорить, поэтому внутри закипала ответная ярость. – Вы не собираетесь принимать мой подарок?

– Проблески разумного мышления, как я погляжу! – Елена хлопнула в ладоши.

– Я попытался. – Эти слова больше относились к замолчавшей на время совести, чем к ненормальной блондинке. – Больше нет времени. Желаю вам отлично провести день!

Константин рванул ручку двери, срывая на ней свою злость. Впервые он чувствовал себя побеждённым, и это бесило безмерно. А слова, полетевшие вдогонку, лишь подбавили огня:

– И вам не хворать!

Глава 4

– Константин, – Мара чуть наклонилась, выделяя одного из мужчин за круглым столом. – Вы так задумчивы. Надеюсь, не моя просьба вызывает у вас такие эмоции?

– А? – Константин смотрел на артикуляцию губ собеседницы, не сразу понимая, о чём его спрашивают. – Совсем нет. Так, мелкие заботы.

Девушка улыбнулась, искоса стрельнув глазами, и наклонилась ещё ближе.

– Тогда пригласите меня на танец.

Константин бросил взгляд на Семёна. Мужчина кивнул и отвернулся к Игорю, который вот уже не меньше часа рассказывал анекдоты, причём на тему строительства и финансов. Что получалось у него лучше всего, так это поддерживать непринуждённую беседу на любую заданную тему. Может, поэтому Константин прощал другу некоторые выходки? Игорь мог мёртвого разговорить и убедить присмотреться к сотрудничеству, а дальше начиналась работа Константина – создание очередного архитектурного шедевра. Так было и сейчас. Игорь каким-то образом нашёл инвестора, который решил взять основное финансирование на себя, предоставив не только займы с однопроцентной ставкой, но и вложения под будущий доход. Для Константина один инвестор был в новинку, как и то, что он сам являлся не только создателем проекта, но и фактическим владельцем будущего здания. Поэтому ему так важно показать всё, на что он способен. Сделать свою визитную карточку.

Но не об этом он сейчас думал. Константин не мог выкинуть из головы последние события. Какого чёрта эта белобрысая девица на него взъелась? Что он такого сделал? «Видимо, я должна умереть от счастья?» А почему бы и нет? Он был в такой ярости, когда покидал кабинет! Выбросить костюм на помойку ему помешала цена, которую он за него отвалил. Ничего, желающих поднять ему настроение за подобный подарок найдётся достаточно. Вот только приятный вечер с инвестором и его подругой был непоправимо испорчен, и даже выпитый коньяк не помогал.

– Может, перейдём на «ты»? – Мара легко двигалась в такт музыке, едва прикасаясь кончиками пальцев к плечам Константина.

Цветной палантин в виде тюрбана покрывал голову девушки, синим краем ткани подчёркивая острые черты лица. Длинные серьги, похожие на перья павлина, спускались вдоль шеи, словно указывая на красивую, чуть выпирающую горизонталь ключицы, ровный вырез горловины плавно перетекал в линию плеча. Синее платье с рукавом три четверти неплотно прилегало к телу, оставляя место для мужской фантазии.

– Не вопрос, – нехотя ответил Костя, окидывая девушку спокойным взглядом. – Так даже удобнее. Слушай, зачем тебе это?

– Что именно?

– Мой проект. Я слышал, у «Мараксай» заказов в Европе немерено.

– Что есть то есть. – Глубокий вздох был ещё одной ступенью игры. – Но сочетать несочетаемое – для меня вызов, а я люблю подобный адреналин.

– Могу я задать откровенный вопрос? – Костя внял игре и улыбнулся в фирменном стиле обольстителя.

– Люблю откровенные вопросы, но… – Мара предупреждающе приподняла ладонь. – Я – дитя Востока, за некоторые ответы можно умереть…

– Тогда лучше не буду искушать судьбу. – Мелодия стала тише на последних аккордах, и Константин повёл спутницу назад к их столику.

Официанты, растворяясь в мягком освещении зала, быстро перемещались с подносами, незаметно появляясь и так же незаметно исчезая, чтобы не мешать отдыху посетителей ресторана. Одна из официанток выплыла прямо перед идущей парой, перерезая путь. Едва уловимый жест рукой, и по спине рассыпались густые белые волосы, забранные в хвост.

«Опять блондинка! Ничего хорошего не жди».

Эта мысль подтвердилась тут же – явно не привыкшая к очень узким юбкам девушка споткнулась и удержалась на ногах только благодаря своевременной поддержке Семёна. Мужчина с завидной реакцией успел подставить накачанную руку:

– Держись, красотка. Недавно работаешь? – Карагаев подмигнул остолбеневшей блондинке. – Нашего пацана позови, пусть ещё коньяк принесёт.

– Простите. – Стальные нотки в голосе резанули слух Константина, заставляя приглядеться к девушке. – Я здесь не работаю.

– Елена Николаевна? – Парень медленно обошёл главного архитектора, узнавая белую рубашку с жутким круглым воротником.

Под любопытными взглядами остальной компании Е.Н. Корф стояла, гордо вздёрнув голову, с таким видом, будто все они пришли к ней на приём, и только она сама знала, чего ей это стоило.

– Вы поставили себе целью испортить мой день окончательно? – Каждое слово словно выстрел.

– Это вы подошли к нашему столу, – парировал Константин. – Решили сменить профессию?

Костя мог бы поклясться, что услышал скрип зубами даже через музыкальный фон в зале.

– Пока не собираюсь… к вашему несчастью… Забыли собственные слова, я вижу? – Сталь в зрачках плавилась, наполняясь красными искорками. – Это не последний ваш проект, которому понадобится моя подпись. Да и с данным строительством могут возникнуть вопросы. Так что на вашем месте я не стала бы нарываться.

– Даже не думал. – Константин не любил угроз. – А вот на вашем месте я бы прислушивался к дельным советам, чтобы вас не принимали за обслуживающий персонал.

– Простите, я не хотел вас обидеть. – Семён не дал Елене ответить, быстро вклиниваясь между ней и Константином. – Я просто обязан загладить свою вину!

– Много вас тут таких, – проворчала Корф, – утюгов не напасёшься.

Под молчание опешивших от её ответа мужчин девушка продолжила путь, стараясь больше не делать широких шагов. Константин проследил за ней взглядом до стола, за которым сидели её начальник, Валентина и ещё три неизвестных ему женщины.

– Кто это? – Семён хмурился, вспоминая угрозу своим вложениям в новый проект.

– Елена Николаевна Корф – главный архитектор департамента, – ответил за Константина Игорь, не вставая со своего места. – Костюмчик не подошёл?

Костя покачал головой:

– Разные взгляды на моду.

– Так она важная птица? – Мара вышла из-за спины Константина, внимательно вглядываясь в угол зала, где расположилась компания из департамента.

– У нас проблемы? – одновременно с ней спросил Карагаев.

– Какие могут быть проблемы? – Игорь быстро разлил оставшийся в бутылке коньяк и протянул рюмки напряжённым мужчинам. – За мир, дружбу и любовь!

– За любовь и я присоединюсь. – Мара потянула за собой к столу Константина, принимая помощь Семёна, который придержал её стул, и обвила тонкими пальцами ножку бокала со светло-золотистым напитком. – Неприлично отдавать столько внимания незнакомке, когда за вашим столом леди.

Слова достигли нужного эффекта, переключая внимание мужчин на спутницу. Время от времени Константин кидал взгляды на дальний столик, где компания весело и эмоционально обсуждала что-то, вот только один человек там сидел так, словно кол в него вогнали! Обиделась? Константин вновь погрузился в свои мысли, делая вид, что участвует в беседе. Вот же зараза! Опять выходило так, что он виноват. Хотя в чём? Он не любил хамства по отношению к женщинам, но блондинка каким-то образом вынуждала его на подобные поступки!

Елена спиной чувствовала прожигающий её взгляд. Щёки горели – её приняли за официантку! И кто? Как могло произойти, что они с этим типом оказались в одном ресторане? Зачем вообще она пошла в дамскую комнату?

– Елена Николаевна, – Павел Сергеевич, довольный хорошо прошедшим интервью и похвалой от губернатора, что однозначно сулило неплохие бонусы, приподнял тарелку с сырной нарезкой, – положить? Что с вами? Я понимаю, начальник и подчинённые должны соблюдать субординацию, но давайте на один вечер оставим формальности. Расслабьтесь. Я точно не буду использовать это как компромат.

Мужчина хохотнул от собственной шутки, но осёкся, увидев фальшивую улыбку подчинённой.

– Не обращайте внимания, Павел Сергеевич. – Елена старалась выглядеть весёлой, но слова о внешнем виде не выходили из головы, ей теперь казалось, что все присутствующие шепчутся о её ужасном вкусе. – Я просто устала. Весь месяц в таком напряжении…

– Приходила раньше всех, а уходила позже, пока внедрялась новая система. – Валентина, как верный копьеносец, поддержала разговор. – Весь архив оцифровать – не шутка!

– Я понимаю. – Начальник по-отечески похлопал по руке Елену. – Вам достались почти развалины, а теперь у нас один из самых технологичных отделов. Не зря же губернатор обратил внимание на вашу работу!

– Самое трудное для творческого человека – это рутина, – с неожиданной тоской вздохнула Корф. – Спасибо за этот вечер, но я очень устала.

– Завтра выходной, – напомнила Валентина, – весь день на отсыпку!

– Идите, Елена Николаевна. – Павел Сергеевич не стал удерживать сотрудницу. – Когда вы доживёте до моих лет, обзаведётесь большой семьёй, то любые подобные вылазки будете воспринимать как отдых. У вас два дня, чтобы максимально восстановить силы, а затем – на работу, в бой, за новыми победами!

Елена попрощалась с коллегами и, не оборачиваясь, быстро встала и незаметно выскользнула из зала. Она до сих пор злилась. Этот день должен был быть идеальным! Она купила костюм, сделала заготовки ответов для интервью, а вечером впервые за последние шесть месяцев изнуряющей как морально, так и физически работы она планировала расслабиться в компании тех, кому доверяет. Но Создатель явно был против, наслав с утра беспросветный ливень, а затем прицепив к ней этого заносчивого брюнета. Высшие силы её наказывали, и она догадывалась, за что… Так ведь и научишься читать молитвы о прощении…

На улице вновь моросил дождь, благо такси Елена уже вызвала. Увидев разрисованный рекламой бок затормозившего перед входом автомобиля, девушка побежала вперёд, нацепив на голову по старой привычке пакет. Чёрный пакет всегда лежал в кармане на всякий случай. И сумка под рукой, и зонт, который не страшно потерять. А уж они у неё не задерживались, вечно забывала и сама не помнила где.

Не добежав пары шагов до задней дверцы, Елена столкнулась с мужчиной, который преградил ей путь, пытаясь сесть в тот же автомобиль.

– Какого ч… Господи помилуй! – Елена сложила руки в молитвенном жесте, понимая, что её наказание продолжается.

Из-под чёрного зонта на неё с перекошенным от злости лицом смотрел Константин Летягин. Информацию про него, по собственной инициативе, ей собрала Валентина. Елена особо не вдавалась в подробности досье, но фамилию запомнила. Словно притянула тем самым к себе проклятье.

– Вы и сейчас будете утверждать, что я вас преследую? – Константин, сославшись на важное дело и пообещав после выходных рассмотреть предложения Мары, оставил Игоря развлекать инвесторов.

Коньяк уже не действовал положительно, а стал подогревать какие-то иные чувства, которые подталкивали Константина встать, подойти к привлекавшему его внимание столику и высказать этой выскочке всё, что про неё думает. Но всё же он сдержался и решил уйти, оставив этот день в прошлом. Заставив себя ни разу не посмотреть в сторону, где отдыхала причина его злости, он прошёл к выходу из ресторана, – на счастье, и значок такси на экране смартфона быстро приближался. Константин открыл зонт и быстрым шагом направился к автомобилю, мечтая перевернуть эту страницу, но…

– А разве нет? – практически взвизгнула Корф.

– Я пытался сесть в такси, – еле сдерживаясь, проговорил мужчина.

– В моё, заметьте! – Елена ткнула указательным пальцем в грудь обидчику.

– Вы уже и таксуете по ночам? – не сдержался Константин, чуть приподняв уголки губ.

– Нет! Я его заказала! – Елена поправила пакет, сползающий на глаза.

– Таксист-то чем провинился? Хотя, судя по маскировочному сооружению на вашей голове, вы сами и в роли киллера выступаете?

– Да что вы за человек такой? С самого утра мне хамите! Я вас знать не знала ещё вчера, но за сегодняшний день вы мне хуже смерти надоели!

– Поверьте, вы мне тоже! – Константин не сдавал позиций.

– Тогда отойдите и дайте мне возможность уехать! – Елена развернула экран телефона, где крупным шрифтом высвечивался номер автомобиля.

И это был действительно не автомобиль Константина. Мужчина сделал несколько шагов назад, указывая рукой, что Елена может садиться. Девушка впорхнула на заднее сиденье, со злостью срывая пакет с головы, а Костя готов был провалиться из-за произошедшего казуса. Его такси уже подъезжало следом.

– Мы можем изменить адрес следования? Я доплачу, сколько скажете, – неожиданно для себя спросил Константин, быстро устроившись на переднем сиденье, и добавил, получив положительный ответ: – Вначале за тем такси.

Глава 5

Панорамные окна открывали красивый вид на центр города. Солнце медленно выползало из-за крыш, постепенно наполняя просторный зал светом. Озорные лучи наперегонки прыгали по предметам мебели, пока не остановились на белом длинном диване, где, свернувшись в неудобной позе, спал Константин. Он подтянул на лицо плед, возмущаясь во сне внезапному «будильнику», но почувствовав боль в шее, открыл глаза и потянулся. На губах играла счастливая улыбка – Константин был доволен собой. Совесть не просто заткнулась, а пела ему дифирамбы.

Вчера вечером он проследил за Еленой, ещё сам не понимая, зачем ему её адрес, но когда в окнах второго этажа загорелся свет, понял, что должен сделать. Рука потянулась за телефоном, отыскивая засмотренный вчера видеоролик. Ночью это казалось забавным, когда Константин добрался домой, забрал являвшийся «яблоком раздора» костюм из машины и вернулся с таксистом назад. Выпитый коньяк подталкивал к действию. С запоздалым соседом он вошёл в подъезд и поднялся на второй этаж, установил в оконном проёме на лестничной клетке телефон и включил запись…

Застывшая картинка дёрнулась и показала подошедшего к двери Константина. Он повесил чехол на ручку двери, аккуратно подогнув низ упаковки, а затем, словно подросток, нажал кнопку звонка и бегом поднялся на этаж выше. Псевдосоловьиная трель разбудила соседскую собаку (об этом он как-то не подумал, как и о том, что блондинка могла быть в квартире не одна).

Через пару минут голос «стальной дамы» испуганно спросил: «Кто там?» Не получив ответа, она щелкнула замком и выглянула за дверь. Вначале на экране отобразился её пучок небрежно собранных волос, а затем Елена повернулась к камере, и Костя глупо хихикнул при виде белой маски на лице девушки. Куда только делся гордый заносчивый вид? В своём стремлении к красоте девушки напоминают бабочек, которые ежедневно залезают в шкуру гусеницы, ну или пугала (кому как угодно).

Но это был не конец шоу. Елена заметила выглядывающий из-за открытой двери чехол и вышла за порог в коротком чёрном шёлковом халатике, открывающем голые стройные ноги в огромных пушистых белых тапках с кошачьими ушами. Секундное замешательство сменилось рыком озверевшей кошки! Она откинула чехол в сторону и скрылась в квартире, громко хлопнув дверью. Видимо, успокоившись, она всё-таки вновь вышла и забрала злосчастный костюм. Выждав немного, Константин спустился и выключил запись.

Эх, женщины! Вот зачем устраивать столько сцен, если можно было просто принять подарок в счёт извинений? Всё равно ведь взяла. Костя снова включил момент с маской на лице и открыто рассмеялся. Настроение сегодня соответствовало прекрасной погоде. С понедельника у него не останется времени на всякие глупости, и успокоенная совесть этому лишь в помощь. Какого чёрта он заснул вчера на диване? Алкоголь – зло! На трезвую голову он явно подобное не устроил бы…

Включив телевизор на музыкальном канале, молодой человек под ритмичную музыку направился на кухню сварить себе кофе. Ещё через десять минут он в домашних шортах и с полотенцем, перекинутым через шею, с влажной после душа головой и чёрной чашкой в руках, вдыхая аромат отличного варёного кофе, пошёл открывать дверь раннему визитёру.

– Игорь, скажи спасибо, что я уже проснулся… – Фраза застыла на губах, когда за открытой дверью его друга не оказалось. – Елена Николаевна?

С пучком волос, на японский манер проткнутым двумя чёрными спицами, вся в чёрном, как камикадзе, за порогом стояла знакомая блондинка, и выражение её лица сулило как минимум увечья, как максимум – смерть. Константин икнул, отступил на шаг внутрь квартиры и выронил чашку из рук.

– Свинья! – Стальной голос то ли констатировал сиюминутный факт, то ли обобщал всё произошедшее, но был однозначно убедительным.

– Согласен… – Константин впервые не мог быстро подобрать ответ. – А как вы… тут…

Девушка, держа в одной руке чехол с костюмом, другой сунула свёрнутую бумажку Константину, а затем спокойно вошла в квартиру, отталкивая с пути обидчика. На помятом листе форматом А4 была распечатана основная информация о Константине Константиновиче Летягине двадцати девяти лет от роду, его адрес, данные по фирме, все контактные телефоны.

– Я вижу, вы мною детально интересовались, – стал приходить в себя мужчина.

– Константин Константинович, – жёстким тоном Корф давала понять, что нет места для шуток. – У вас в семье так любят это имя или специально испытывают людей на умение проговаривать скороговорки?

– Отсеивают неспособных. – Прекрасное утреннее настроение стремительно портилось. – Чем обязан?

– Вы кое-что… обронили перед моей дверью. – Елена бросила проклятый костюм под ноги Константина.

– Ну почему же обронил? – внутри просыпалась злость, ещё не успевшая перерасти в ярость.

– Ах, простите, подбросили в лучших традициях подростков-переростков! – Елена сверлила Константина своими серыми глазами.

– Зачем же так грубо? Врываетесь ко мне в дом, обвиняете не пойми в каких грехах. В чём ваша проблема, госпожа главный архитектор? – Костя переступил чехол и оказался вплотную к блондинке, вынуждая её смотреть на него снизу вверх.

– Моя проблема в самоуверенном, заносчивом типе, который постоянно попадается мне на пути! – Елена, даже в таком положении, заставляла мужчину чувствовать себя ниже её.

– Может, это судьба? – ехидно заметил Константин.

– Злой рок! – отрезала Елена, пресекая любую попытку флирта. – Предупреждаю последний раз – оставьте меня в покое! Я мирный человек, но если хотите войны, то вы ей не обрадуетесь!

В комнате повисла гнетущая пауза, давая обдумать сказанное.

– Может, кофе? – Слабая попытка потушить искры, способные разжечь конфликт, провалилась.

– С пола не пью. – Корф кивнула на лежащую в чёрной жиже чашку. – Тем более в обществе раздетых мужчин.

– Вы дома, знаете ли, тоже не в комбинезоне ходите! У меня хоть нет меховых тапочек…

Елена сжала кулаки и издала полувизг-полурычание, на мгновение оглушив своего оппонента.

– Как же ты меня бесишь! – незаметно для себя девушка перешла на «ты».

– Взаимное чувство! – Константин, скривившись, потёр уши.

– Предупреждаю, – знакомым жестом Елена ткнула указательным пальцем в голую грудь Константина, – ещё одна подобная выходка, ещё хоть слово в мою сторону, не касающееся рабочих моментов, и я выйду на тропу войны!

– Да я на метр не приближусь к сумасшедшей, чтобы не заразиться ненароком, – процедил мужчина, перехватывая руку Елены и отталкивая её. – Даже необходимые вопросы по работе буду решать через прекрасную добрую женщину Валентину!

– Договорились! – Елена прошла к выходу с неизменно гордо поднятой головой.

– Договорились! – крикнул ей вслед Константин, захлопывая дверь и пнул несчастную чашку ногой, не обращая внимание на растёкшийся напиток по полу. – Что за женщина?! Её что, воспитали в диких лесах Амазонки?!

Выходные только начались, а уже хотелось отдаться работе, чтобы вычеркнуть из памяти всё произошедшее. Костя со злостью сдёрнул с шеи полотенце и посмотрел на заляпанные шорты. Появилось желание одеться, словно он сделал что-то непозволительное. Развернувшись, он поскользнулся на кофейной лужице и с грохотом упал на пол, выговаривая весь свой матерный запас и проклиная тот день, когда он сам заявился в департамент, а также своего друга, из-за которого это сделал.

В дверь позвонили. Пылая от ярости, Константин поднялся с пола прыжком и, абсолютно уверенный в том, кто вернулся его добить, открыл дверь:

– Осталось только в лицо мне плюнуть!

За дверью стоял его друг. Игорь, шокированный таким приёмом, огляделся и прошептал:

– Братишка, не замечал за тобой подобных фантазий, – откинув белую чёлку, частично прикрывавшую глаза, парень смотрел на раскрасневшегося друга с дёргающимся глазом. – Я, конечно, на всё ради тебя согласен, но… границы-то тоже существуют.

– Я не тебе. – Костя отошёл от двери, пропуская Игоря.

– Как всё запущено-о-о. – Игорь аккуратно поднял кофейную чашку и направился на кухню, перепрыгивая грязный участок. – Пить разучился? Аспиринчику?

– Не надо. – Костя выдохнул, спокойствие возвращалось. – Просто споткнулся.

– Так кого ты ждал?

– Грымзу из департамента.

– О как… А почему ты её ждал здесь? – Игорь быстро сполоснул чашку и по-хозяйски включил кофемашину.

Костя протянул другу телефон, включая видео, а сам отцепил несколько салфеток и пошёл вытирать пол в прихожей.

– И он ещё мне что-то предъявляет, – рассмеялся Игорь, быстро отправляя себе с телефона друга забавный ролик. – Спишу это на твою известную всем страсть к блондинкам.

– Горе, это всё из-за тебя, так что заткнись!

– Понял, не злись, исправлюсь. Ты ещё гордиться мною будешь. А что насчёт Мараны?

Глава 6

Двухэтажный дом утопал в зелени высоких дубов, гармонично вписываясь в природный ландшафт. Рука мастера была именно в её незаметности: цветы в клумбах, ровный ковёр из кудрявой травы, округлая форма кустарников вдоль дорожек из природного камня и даже небольшой водоём словно были такими всегда, созданные самой природой. И даже дом напоминал многовековой дуб с толстенным стволом, уходящим корнями-ступенями в тёмную землю.

Семён Карагаев медленно вышел на широкую веранду, где, укутавшись пледом и обложившись подушками, на эко-диване спиной к нему сидела Марана. Природа вовсю буйствовала красками, проснувшись после зимы, солнечные лучи, ещё не обжигающие, но уже достаточно тёплые, стремились согреть всё на своём пути. Девушка глубоко втянула весенний воздух, наполненный ароматом цветущих деревьев. Она вздрогнула, когда мужская рука опустилась на её плечо:

– Как ты?

– Всё нормально. – Мара накрыла ладонью руку Семёна, выражая ему признательность за волнение.

– Ты уверена, что тебе это нужно? – Мужчина не решался посмотреть с сочувствием в лицо гордой женщине, поэтому предпочитал оставаться за её спиной.

Она почувствовала лёгкое прикосновение его пальцев к неизменному платку, который сегодня струился свободными концами по спине и холодил шелковистой тканью шею.

– Может, тогда я наконец-то смогу его снять…

– У тебя прекрасные волосы, – выдохнул Семён. – И сама ты как королева.

– Я знаю, как ты ко мне относишься. – Марана чуть повернула голову, чтобы увидеть мужчину. – Ты всегда был мне верным другом. Но я до сих пор оборачиваюсь, услышав рядом смех, не могу долго находиться среди людей. Детство преследует меня и не хочет отпускать.

– Дети от рождения не имеют милосердия, потому что не видят различий между добром и злом. Взрослые вкладывают им необходимые понятия и нормативы для жизни в социуме. – Семёну разговор был неприятен, его взгляд блуждал по деревьям, словно в поиске убежища. – Уверен, он даже не помнит своего поступка.

– Безусловно, это не ему пришлось отвоёвывать каждый шаг у жизни. – Мара нахмурилась, показывая другу, что спорить с ней не стоит. – Ему родители проложили красную дорожку, а я её закатаю. Ты ведь не бросишь меня?

– Я всегда рядом, – ответил Семён. – Но меня беспокоит твоё решение вмешаться. Оставь это дело мне. Сейчас у тебя и без того хватает заказов.

– Я хочу лично наблюдать, как рушится мечта… Око за око, разве не так? – Мара похлопала по свободному месту рядом с собой на диване. – Садись.

– Принесу нам чай. – Мужчина потёр переносицу, скрывая эмоции. – Ты уже выслала Летягину наброски?

– Принесу ему в понедельник лично. – Марана немного расслабилась, откинувшись на спинку дивана.

– Кошка не хочет выпускать мышку из поля зрения?

– Мышку ли? Вот в чём вопрос… Ты узнал, кто эта девушка?

– Действительно архитектор, но не это главное. – Семён выкрикнул это с прилегающей к веранде столовой, где разливал в две чашки чай. – Важно то, каким именем она подписывается как фрилансер.

Марана развернулась, ожидая ответа.

– Заинтриговал. Мы её знаем?

Карагаев вышел с двумя чашками, выдерживая паузу и подогревая интерес своей подруги, которая оживилась при его словах.

– Файра. – Семён протянул чашку и удобно устроился на диване рядом с Мараной, с удовольствием наблюдая за выражением удивления на её лице.

– Таких совпадений не бывает. – Девушка покрутила в руках чашку с горячим напитком, сразу же придумывая, как можно использовать эту информацию. – Никогда бы не поверила, что Файра может оказаться скучным чиновником. Это сто процентов?

– Сам в шоке, но наш огонёк, кажется, оправдывает своё имя. – Семён отхлебнул из чашки, закрывая глаза от удовольствия. – На следующей неделе попробую наладить с ней контакт.

– Она не должна знать, что ты работаешь со мной. – Марана внимательно следила за выражением лица Семёна.

– От меня не узнает. А если Летягин скажет, кто ты?

– Думаю, он и сам мечтает, чтобы в проекте было только его имя. – Мара поставила бокал на стеклянный журнальный столик, оставляя его для посторонних глаз словно парить в воздухе. – Возьму с него письменное заверение, что до конца строительства моё имя нигде упоминаться не будет.

– Хочешь стравить их ещё больше? – Семён быстро понял намерения девушки.

– Если правильно подогреть их взаимную неприязнь, то наша многоуважаемая Корф может стать прекрасным отвлекающим маневром, сама об этом не подозревая. – Медовый цвет глаз в отблеске солнечных лучей казался жёлтым и в совокупности с хищной улыбкой пробирал до внутренностей. – Две мышки в одной мышеловке…

Глава 7

– Уже убегаешь? – Валентина стряхнула крошки с рук, закинув в рот последний кусочек печенья.

Наедине и за закрытыми дверями женщина пользовалась своим правом старшего по возрасту говорить вышестоящему лицу «ты». Да и Елена Корф была не против более дружеского общения в коллективе, если это не вредило выполнению работы. Чай без отрыва от производства был священной традицией, с которой, впрочем, Елена совладать не смогла.

– Нужно съездить на два объекта, перепроверить данные. – Корф накинула серый кардиган, поправляя горловину белой водолазки с коротким рукавом и забранные в тугую кулю волосы на затылке.

– Опять сама? – Коллега явно не одобряла это рвение начальственного контроля.

– Не всё же, – улыбнулась Елена, проверяя пропуск в кармане светло-синих джинсов. – Лишь в самых дорогостоящих!

Валентина Петровна оценила шутку коллеги, зная принципиальный характер главного архитектора.

– Для городского бюджета разве что… Удачи! – Она махнула рукой в закрывающиеся двери и вернулась к чаю, посматривая на стрелки настенных часов, с каждой минутой приближающие конец обеденного перерыва.

Елена быстро спустилась по лестнице и проскользнула мимо охраны, не замечая высокого коренастого мужчину, который, увидев её, развернулся к информационной доске, свернув от КПП. Семён явно не был готов к её выходу и не захотел попадаться на глаза, но пошёл следом, меняя свой недавний план. Девушка быстрым, пружинистым из-за массивных кроссовок шагом удалялась в сторону метро, но что-то вспомнив, резко развернулась на сто восемьдесят градусов и, не теряя скорости, двинулась в обратном направлении. Семён Карагаев тихо выругался, не успев уйти от столкновения, и быстро согнулся, изображая сильную боль в ноге.

– Простите! – Елена растерялась и закусила нижнюю губу, переживая за себя и за пострадавшего от её действий мужчину, заметалась, не зная, чем помочь.

– Ничего страшного, – улыбнулся он, усиленно хромая. – Я, видимо, слишком рано снял гипс…

– Боже! – Елена подхватила Семёна под локоть, направляя его к лавочке. – Я задумалась. Я не хотела.

– Расслабьтесь, – махнул мужчина, принимая помощь. – Сам виноват. Если бы не предыдущая травма, я бы даже не заметил – вы же почти ничего не весите.

– Судя по вашему виду, я больше напоминаю бегемота, – улыбнулась Корф.

Семён сел на скамейку и, поднял голову, поймав взгляд серых глаз. На его лице отразилось удивление:

– Ох, теперь я понимаю, за что такая месть, – его улыбка стала шире. – Выходит, квиты.

– Мы знакомы? – Елена нахмурилась, не сразу узнавая мужчину из ресторана. – Вы?

– Увы, – Семён вытянул ногу, мастерски переключая внимание, вращая стопой. – Я в глупейшем положении…

– Оставьте, вы же сказали – мы квиты, – пожала плечами Елена, бросив взгляд на часы.

– Раз уж мы столкнулись вновь, – протянул руку мужчина. – Семён.

– Елена. – Девушка подала свою в ответ, но мужчина, перехватив её ладонь, галантно поцеловал кисть, еле касаясь губами.

– Вы торопитесь, – сказал он, выпуская женскую руку, и мгновенно стал серьёзным. – Я подвезу вас.

– А нога?

– Я же говорю, вы как пёрышко. Мне уже лучше. И я не занят, – пресёк он попытку Елены отказаться.

Время поджимало. Что, в сущности, плохого, если она воспользуется предложением?

«Он же сам сказал – плата за мой недавний позор».

И девушка кивнула.

Семён встал, несколько раз наступил на ногу, проверяя ощущения. И, еле заметно прихрамывая, повёл новую знакомую к машине. Джип резво рванул с места, как только пассажиры заняли места. Избегая лишних разговоров, Корф рассматривала бумаги, время от времени поглядывая на дорогу. Сегодня она нарушила главное правило – не доверять случайным знакомым. Но если учесть, что этот человек был в компании Летягина… Елена напряглась. А если это не совпадение?

– Что вы там делали? – Строгий голос несколько шокировал водителя.

– Где?

– Возле департамента?

– Шёл… – на лице мужчины, кроме искреннего непонимания, ничего больше не отразилось.

– Вы были с… одним человеком… думала, опять с документами что-то не так… – Чувство неловкости вылилось румянцем на щеках девушки.

– Константин Летягин? Я вкладываюсь в его проект. А что с документами не так?

– Насколько я знаю, всё нормально, – успокоила Елена Семёна, уже жалея, что спросила.

– Я шёл из банка, если вы об этом. – Семён удовлетворённо улыбнулся, заметив, что девушка получила свой ответ и спокойно откинулась на спинку сиденья.

Странный мужчина Елену больше не тревожил. Говорил мало, никаких пошлых шуток или намёков, на свиданье не напрашивался, телефон не пытался узнать, в душу не лез и даже больше не затрагивал их «первое знакомство». Правда, настоял отвезти на оба объекта, как-то очень незаметно вывернув это так, что Елена фактически попросила об этом сама. Но слишком сопротивляться она не стала. Семён располагал к себе, и хотя бритоголовые мужчины вызывали определённые стереотипы, он был ей симпатичен как человек.

На последнем объекте пришлось немного задержаться из-за несоблюдения условий, и Елена жёстко доносила требования по изменению в составе некоторых конструкций. Высокий мужчина соглашался не со всем, но в основном они пришли к единому мнению, когда его секретарша принесла очередную папку и с любопытством бросила взгляд на Елену.

– У меня что-то не так? – Корф посмотрела прямо на девушку модельной внешности, но та покачала головой и попыталась скрыть улыбку.

– Я буду у вас в четверг. – Директор объекта подвёл черту под разговором.

Елена кивнула и вышла из кабинета. В офисе нового, «открытого» типа сотрудники словно замерли и провожали её взглядами, стараясь быть максимально серьёзными. Не понимая, что происходит, она бросила взгляд на своё отражение в стеклянной перегородке, но ничего не увидела.

«Просто показалось».

Елена спустилась на улицу. Всё как всегда: огромный людской муравейник не обращал внимания ни на кого вокруг. Ещё раз посмотревшись в тёмные стёкла автомобиля, она расслабилась и вытащила из кармана телефон, услышав сигнал вызова.

– Елена Николаевна, – как-то слишком официально начала Валентина, – я там ссылку вам переслала… Тамара из отдела кадров скинула, говорит, «вирусное видео»… Я бы даже не догадалась, если бы не подпись.

Валентина быстро протараторила и отключилась, оставив коллегу в полном недоумении. Ссылка открылась быстро, запуская мастерски обработанный ролик. Зацикленное в тик-токе видео крутилось без остановки под весёлый мотивчик, являя миру «африканские танцы» одной особы в белых пушистых тапочках и с маской на лице с всплывающей надписью: «Главный архитектор столицы Корф».

– Летягин, ты труп! – зарычала девушка, с силой ударяя по капоту автомобиля под удивлённым взглядом Семёна.

Глава 8

Марана стояла у безликого окна в просторном офисе Константина, который в данную минуту с интересом рассматривал предложенные ею изменения в оформлении внешнего периметра ТРЦ.

– Не нравится моё логово? – Костя следил краем глаза за девушкой и заметил тень разочарования на её лице.

– Ну, – на мгновение она замялась, но ответила честно. – Скучновато для человека, главный слоган которого «ни грамма серости», а тут, я бы сказала, «два грамма мебели». Любитель минимализма?

– Хочешь сказать, что у меня нет вкуса? – Он был уверен в выдержанном стиле зала для переговоров.

– Вкус есть, – с сожалением ответила Мара, – но здесь царит холод. Совсем не вяжется с твоими проектами.

– Свои проекты я делаю в другом месте. – Задумчивость Мары Костя списал на разочарование, не заметив блеснувшего в её глазах интереса. – Здесь я занимаюсь неприятными и скучными финансово-юридическими вопросами.

– Понимаю, – кивнула девушка и направилась к одиноко стоявшему тёмно-серому дивану. – Я тоже не люблю, когда мне лезут под руку во время создания набросков. Ты коренной москвич?

Неожиданный вопрос отвлёк Костю от зарисовок и расчётов Мараны.

– Не коренной, но давно уже… Невероятно. – Парень откинулся в кресле, рассматривая общий план на экране ноутбука. – Вынужден признать, что твой вариант действительно лучше, парковка становится шире, но при этом не так бросается в глаза разница уровней…

– И откуда ты? – Марана не среагировала на похвалу, возвращаясь к предыдущей теме разговора.

Константин не горел желанием говорить о себе, пожал плечами и, не глядя на девушку, нехотя ответил:

– Родился в Астрахани. – Тяжёлый вздох служил предупреждением, что тему нужно сменить.

– Вот как? Я тоже жила там некоторое время, может, мы даже встречались?

Константин развернулся на кресле и внимательно посмотрел на собеседницу. Марана чувствовала себя абсолютно свободно. Она сидела на диване, чуть подогнув под себя правую ногу и облокотившись одной рукой на низкую спинку. Широкая улыбка и светлый янтарь в глазах, обрамлённых чёрным веером ресниц, действовали гипнотически.

– Мы переехали из Астрахани, мне ещё десяти не было. – Костя поморщился. – Так что вряд ли. Да я и не помню уже из той жизни никого…

– Совсем?

– Кроме Игоря. – Константин заметил промелькнувшее удивление. – Он приехал в Москву после того, как закончил школу, вместе поступали, вместе работаем.

– Это здорово, когда рядом есть друзья. – Марана улыбалась, но в голосе слышалась грусть. – У меня с друзьями всегда была напряжёнка.

– Не может быть! – Константин демонстративно окинул взглядом Мару. – Хотя с красивой женщиной дружить сложно.

Даже в чёрном классическом брючном комбинезоне с широким поясом, который лишь сильнее выделял тонкую талию, и чёрном палантине с жёлтыми переплетениями, подчёркивающими овал лица, Марана выглядела ярко и необычно. «Шамаханская царица», – почему-то возникло сравнение в мыслях Константина. Девушка явно с ним флиртовала, но не настолько, чтобы Константин позволил себе перейти к действию.

«Какие они разные», – неожиданно возник образ другой «женщины в чёрном». Разъярённая пантера, камикадзе, взбесившийся трубочист – какими только эпитетами не наградил он Елену. Против элегантности Мараны – «бандитский Петербург», в натуре… Костя встряхнул головой, прогоняя глупые мысли. Как вообще в присутствии шикарной женщины он вспомнил об этой ненормальной Корф? Катастрофа, а не женщина!

Константин так погрузился в свои мысли, что не увидел сузившихся глаз и поджатых губ собеседницы после его комплимента. Марана быстро взяла себя в руки, и когда мужчина обратил на неё внимание, широкая улыбка вновь расцвела на её лице.

– Какая незавидная доля у красоты, – томно проговорила девушка.

– Отчего же? Что плохого в том, что мужчина восхищается женской красотой?

– В том, что восхищается, – ничего, но внешняя красота может быть искусственной.

– Ну конечно, – ухмыльнулся Константин, – все сильные женщины говорят о красоте души, но при этом бегут в салон красоты и к пластическому хирургу.

– Может, они делают это из-за мужчин, которых внутренний мир интересует меньше? – не сдавалась Марана, тщательно скрывая разгорающуюся ярость.

– Вот как? А ради каких мужчин, не подскажешь? – Константин сложил в замок руки и облокотился о стол, наклоняясь в сторону дизайнера. – Что-то я не видел ни одной, которая с вожделением бегает за каким-нибудь задрипанным ботаном, за чудиком с добрым сердцем, но абсолютным отсутствием денег и эстетичного вида.

– Один – один, – после небольшой паузы произнесла Марана, испугавшись, что слишком увлеклась спором. – Что поделать, если нам природой заложен поиск более сильного самца.

– Может, – впервые проявил нерешительность Константин, – поговорим о красоте в более располагающей обстановке?

– Разве что когда закончим проект, – почти прошептала в ответ Мара, но договорить не успела.

Ритмичные ноты прервали милую беседу. Константин нахмурился – звонили со стройки.

– Да. – Голос Казановы сменился на серьёзный, отрывистый тон. – Не понял. Кто пришёл? В смысле закрывают? Какие нарушения? Да с чего они это взяли? Кто заявил? Корф?

– Что-то случилось? – Марана с интересом наблюдала за его разговором.

– Да какого чёрта ей от меня надо? – Эти слова больше были сказаны самому себе, чем собеседнику. – Психопатка!

– Ты о ком?

– Точно не о тебе. – Костя вскочил с места, сжав кулаки.

– Нужна помощь? – спросила Марана, но прочитав пришедшее ей сообщение, быстро поднялась. – Вижу, ты сейчас занят. Обсудим мою работу позже…

Костя кивнул, не в силах произнести в присутствии Мары то количество неприличных слов, которые готовы были вырваться наружу.

– Мне срочно нужно уйти, – смог выдавить он из себя, провожая именитого дизайнера.

Уже в машине мужчина набрал номер друга:

– Игорь, еду на объект, – внутри всё клокотало от злости, как в тот злосчастный день, когда он в первый раз столкнулся с этой ненормальной, – Корф перешла в наступление и грозит закрытием стройки из-за каких-то нарушений. Да. Я тоже думал, что мы всё выяснили в прошлый раз! Либо она на меня запала, либо мстит за всех мужчин разом!

Злость набирала градус: его проект, его детище, над которым он столько лет грезил, оказался под ударом. Война с главным архитектором ему сейчас совсем не была нужна, но как выйти из этой ситуации, Константин не понимал. Неужели из-за какого-то подарка можно было так взъесться? Страшнее, если её претензии не беспочвенны. Константин перебирал в уме, за что могла бы зацепиться Корф. Проект перепроверен сотню раз, материалы закупаются в известной своим качеством фирме, строители – профессионалы, а не абы какой сброд любителей гастарбайтеров. Игоря он предупредил, так что юристы поднимутся по первому зову.

– Бешеная баба! – выкрикнул парень, посигналив очередной автолюбительнице, перестроившейся впереди без включения поворотника, частично перенося гнев на случайного человека.

За высоким забором, пестреющим от рекламных баннеров, полным ходом шло строительство ультрасовременного торгового центра. По задумке, форма здания объединяла в себе великолепие четырёх стихий, которые просматривались с четырёх сторон света.

Блондинку Константин увидел у северного входа водной стихии. Оставив обсуждение с охраной вопроса «по какому допуску её пропустили», Костя быстрым шагом направился к зачинщице переполоха. Но девушка, словно не заметив его, скользнула внутрь недостроенного здания. Прошипев под нос ругательства, Костя последовал за ней, не замечая безлюдности в разгар рабочего дня. Полупрозрачные стены легко позволяли определить местоположение Корф, которая, время от времени исчезая за матовыми колоннами, шла к переходу в восточную часть здания. Константин окликнул девушку, высказывая своё возмущение её появлением на объекте. Елена остановилась, и выражение на её лице не предвещало ничего хорошего:

– Константин Константинович? – проговаривая каждую букву, она сверлила мужчину взглядом потемневшей стали. – Вероятно, новые «подарки» привезли? Или уповаете на шантаж?

– О нет, Елена Николаевна, вы отбили мне желание вообще когда-нибудь что-нибудь дарить. Впервые в жизни сам купил подарок женщине и был проклят, кажется, до конца своих дней! Что вы здесь забыли? – от быстрого шага дыхание стало частым и тяжёлым.

– Перепроверяю данные. Материал некоторых конструкций вызывает у меня сомнения. – Корф махнула папкой перед носом мужчины. – Когда человек с таким низким уровнем интеллекта и подростковыми амбициями является изобретателем… Гложут меня сомнения в их прочности. А это вам не летняя дача, а торговый центр, где может пострадать огромное количество людей.

– Все этапы проверки мы прошли как положено. – Костя выхватил папку из рук Корф, но открыл её не сразу. – С какой стати вы рассуждаете о моём уровне интеллекта? Я, конечно, дурак, что вообще решил извиниться, но при чём тут мой проект? Разве вопрос не закрыт?

– Вы открыли его заново! Я предупреждала. – Елена вырвала папку обратно. – Не буди лихо, пока тихо! Нашёл способ потешить самолюбие через унижение другого?

– Да чем я тебя унизил? – Константин мгновенно поддержал переход Корф на «ты».

– Этим. – Девушка включила телефон, выставив экран перед самым носом мужчины.

Весёлая мелодия эхом отозвалась от редких перегородок здания, приводя в ужас Константина. В горле пересохло от понимания новой проблемы.

– Это не я, – прохрипел он, пытаясь сглотнуть застрявший ком в горле под свирепым взглядом Корф. – Я не выкладывал…

– Знаю, – неожиданно сказала девушка. – Проверить было нетрудно. Своими руками распространить подобное духу не хватило?

– Я не имею к этому отношения! – Костя вспомнил, как показал запись другу, и мысленно пожелал ему как минимум не попадаться на глаза ближайшее время…

– Вот как? Бедненький. – Девушка привычным движением толкнула Константина в грудь, вынуждая сделать шаг назад. – Снимал меня тоже не ты?

Константин поправил ворот рубашки, облегчая дыхание. Он отходил от разъярённой женщины, понимая, что влип, и опасаясь неадекватных действий с её стороны.

– Я, – признался он, продолжая заданное Корф движение. – Я был пьян…

– Считаешь это оправданием? – Ярость бурлила внутри, делая взгляд Елены убийственным.

– Не считаю, но… Может, не всё так плохо? – Надежда умирает последней.

– Три миллиона просмотров, и мой телефон разрывается от весёлых поздравлений с новой славой от знакомых, которые ещё даже за грант меня поздравить не успели! – Елена наступала.

– Ох, – всё, что мог в данный момент сказать мужчина, понимая всю суть обиды. – Чем я могу исправить это?

Вопрос прозвучал настолько робким тихим голосом, что сам Константин не понял, задал он его или подумал об этом. Блондинка приподняла подбородок, не отрывая пренебрежительного взгляда от обидчика – она получила то, что хотела, загнала в нужный угол противника, оставалось добить. Этот посыл Костя почувствовал каждой клеточкой, но избежать следующего шага не успел.

– Константин Константинович Летягин, вы готовы на себе испытать качество конструкций? – Елена подвела его спиной к недостроенному проёму и, не дав мужчине опомниться, вытолкнула в восточную часть. – Лети, птичка!

За проёмом уровень становился ниже, но ступеньки ещё не поставили, как, видимо, и пол. Константин не удержался и стал заваливаться назад, пытаясь, как кошка, перевернуться лицом к земле, до которой ему предстояло пролететь полноценных три этажа. Говорят, жизнь в такие минуты проходит перед глазами, но в голове Константина крутилась только одна мысль – как выжить? Звук, похожий на крик, перемешанный с бульканьем, разнёсся над пустынным зданием, и Костя (в неприглядной форме) врезался в прозрачный пол смотровой площадки, не пролетев и метра. В этом месте часть здания, по его же задумке, должна была как бы парить в воздухе. Как он мог забыть? Несколько шлепков по кем-то отмытому участку, чтобы удостовериться, что можно встать.

– Ты просто маньячка! – выдохнул он и застонал, заметив внизу Семёна, снимающего его падение с другого уровня.

– Действительно, будет эффектно, – деловым тоном произнесла Корф, – и безопасно. Хотя… Может, продолжим испытания?

– Нет уж. – Константин поднялся, отряхивая одежду; в присутствии инвестора он не мог удавить это адское создание, даже если хотел. – Будем считать, что я понял, насколько с тобой опасно связываться.

– Скажи спасибо ему. – Елена указала на Карагаева, учтиво помахавшего в ответ. – Я хотела отомстить иначе, но твой инвестор уговорил не закрывать проект, ведь он не виноват, что у него партнёры дебилы. Закрою проект тебе, а потеряет деньги он. Живи, Летягин, но обходи меня стороной. А вот и твой ролик мне скинули…

Девушка широко улыбнулась, услышав на записи булькающие звуки падающего «в бездну» парня. Смаковать не стала, положила телефон в карман, кивнула Семёну, что подождёт снаружи, и с гордым видом восторжествовавшей справедливости направилась к выходу. Семён поднялся к Косте через пять минут.

– Дела так не делаются. – Мужчина был серьёзен. – Я почти час её уламывал не усложнять нам жизнь. Парень, есть люди, с которыми в нашем мире не стоит портить отношения. По крайней мере так открыто…

– Да какие отношения с полоумной бабой? Я её не трогал! – Паника отошла, и Костя злился, понимая, что допустил слабость.

– Она считает иначе, – кивнул Семён. – Я улажу этот конфликт, но ты будешь мне должен.

– Не вопрос, только бы больше её не видеть.

– Напрасно. – Карагаев посмотрел в сторону выхода. – Мне она даже понравилась.

– А как же Марана? – осторожно спросил Костя.

– Мы давние и близкие друзья.

Семён широким шагом направился следом за Еленой, оставляя парня за спиной и не давая ему возможности лезть вопросами в душу. Марана хотела такую комбинацию, шахматы расставлены, все игроки в сборе. Семён набрал сообщение и отправил его, присоединяя записанный ролик.

«Пусть улыбка тронет её губы», – думал он о Маране, приближаясь к автомобилю, возле которого ждала Елена.

– Теперь-то вы мне не откажете в совместном ужине? – Он знал уже ответ.

Глава 9

– Как поживает твой «новоруссиш»? – в глазах Валентины поблёскивала плохо скрываемая жажда к интригующим фактам.

– Кто? – не поняла Елена, отрываясь от компьютера.

– Наш лысенький богатенький ухажёр. – Брови рыжеволосой коллеги сделали несколько прыжков в стиле «ну ты же понимаешь, о ком я».

– Семён? – Елена рассмеялась. – Почему «новоруссиш»?

– Мне он выходца из девяностых напоминает. – Валентина подняла ладони с оттопыренными мизинцами. – Не хватает малинового пиджака.

– Что за стереотипы? – Корф отклонилась назад и развернула плечи, разминая спину. – Очень приличный и симпатичный мужчина.

– Кто спорит с тем, что он симпатичный? Не юнец, а муЖчина. А знаешь, когда молодой человек из парня перерастает в мужчину?

Елена пожала плечами, понимая, что Валентине никто не помешает высказать новую непреложную истину:

– Когда появляется лысина?

– Когда он готов стать муЖем! – подвела итог коллега, не реагируя на подкол. – И потом он ведь не лысый, а бритый. Вот увидишь, у него под рубашкой толстая золотая цепь!

– Всё лучше, чем золотые зубы. – Елена хрюкнула, пытаясь сдержать смех. – Ой, Валентина Петровна! Умеешь ты задать настроение! Но он просто знакомый, этот МУЖчина на меня планов не имеет, как и я на него!

– Не имеешь, не занимай место! – изрекла новую истину женщина, накрутив на палец короткий локон у виска. – Мне такие мужики не попадаются… Красоты моей боятся!

Звонок телефона прервал веселье женщин.

– Добрый вечер. Уже подъехал? – Елена встала из-за стола и выглянула в окно, пытаясь рассмотреть знакомый автомобиль. – У меня ещё рабочий день не закончился. Хорошо, жди.

– Вот не понимаю, – вздохнула Валентина, когда Корф отключила телефон. – Начальница, а торчишь здесь до последнего. Чего мужику ждать? За двадцать минут ничего не произойдёт.

Елена покачала головой, выказывая своё отношение к словам коллеги, и вернулась к компьютеру. Честно говоря, она даже рада была, что есть в запасе время. Прошёл почти месяц после той выходки на стройке, после которой Семён Карагаев пригласил её на ужин. Она должна была согласиться, ведь он помог ей всё это провернуть против Летягина. Константин отделался «лёгким испугом», но не за это она благодарна Семёну, а за то, что вовремя её остановил от более значительных действий. Использовать служебное положение для мести под воздействием аффекта или обиды Елена не могла, загнобила бы сама себя. Сейчас ей даже казалась вся эта ситуация смешной. Конечно, Константин от этого не становился более приятным человеком, но сколько их таких «неприятных» прошло через этот кабинет? Эгоизм и высокомерие не прерогатива одного отдельно взятого мужчины, а болезнь определённого слоя общества. А проект у Летягина был действительно грандиозным! Елена вздохнула. Она (ради дела исключительно) просмотрела все находящиеся в департаменте документы и собранную Валентиной в интернете информацию. Конструкция сложная, в нескольких местах словно зависшая в воздухе, соединила в себе на первый взгляд несочетаемые элементы и оттого так дразнила любопытство главного архитектора, внутри которого скрывался фрилансер-созидатель. Очень хотелось посмотреть на конечный результат.

«Может, стоит случайно прогуляться мимо стройки?» – Шальная мысль возбудила Файру в скучном бюджетнике ещё больше.

«А если опять столкнусь с ним?» – Этот вопрос – единственное, что удерживало Елену от неожиданного визита к будущему ТРЦ.

«Ночью не разглядишь, – подумала Елена. – Днём строителей полно, ещё вспомнит кто и доложит Летягину о повторном визите. Может, с Семёном пойти? Или с промежуточным контролем? Глупости!»

Корф разозлилась на себя. Как ребёнок, право слово! Хочешь посмотреть, как продвигается стройка, – иди и смотри! Нечего мучиться и пялиться на стены кабинета! Какой ответ ты хочет там увидеть? Безусловно, грамоты в блёкло-кофейных рамках должны вызывать гордость за все достижения в таком важном государственном учреждении, но душа просит более «живой» работы. Выбраться за пределы этих серых стен в яркий мир свободного творчества. Елену тянуло к этому проекту. Профессиональный интерес вольного художника, создающего необычные дома для частных граждан, но жаждущего размаха. Здесь, в департаменте, она реализовывала себя не полностью, утоляя лишь часть амбиций. Может, её ярость – показатель не только отношения к эгоцентричному поведению Летягина, но и зависти к его свободе выражения? Нет! Совсем она не завидует! У неё очень важная работа! Сейчас проектируются несколько парковых зон, которые станут любимыми местами для жителей. Елена улыбнулась. Смелость её предложения в создании последнего была навеяна в какой-то степени смелостью проекта Константина.

– Московское время 18:00, – подражая механическому голосу, произнесла Валентина почти над самым ухом Елены.

– Уже? – Девушка вздрогнула, за своими мыслями не заметив, как пробежали последние минуты.

– Очень надеюсь, что я догадываюсь, о ком все мысли. – Валентина многозначительно улыбнулась, накидывая плотный пиджак и поправляя причёску. – Жду завтра рассказа о ярких впечатлениях…

– Валентина Петровна! – Смешинки в глазах архитектора разбивали всю серьёзность тона.

– Елена Николаевна! – в том же стиле ответила ей добродушная женщина. – Мне бы вашу фигурку, и я его точно отбила бы!

Женщины вышли из кабинета и под весёлую перебранку направились к выходу. Семён прогуливался перед зданием департамента, что-то эмоционально обсуждая по телефону, но, заметив Елену, быстро сбросил звонок и остановился, завораживая рядом идущую Валентину Петровну широкой белозубой улыбкой. Перед тем как повернуть к остановке, женщина бросила страдающий взгляд на Корф:

– Завидую-ю-ю… До завтра! Хорошо отдохнуть!

– Ты производишь неадекватное воздействие на мою коллегу, – улыбнулась встретившему её мужчине Елена, провожая Валентину взглядом.

– Всё это время я честно пытаюсь произвести неадекватное воздействие на тебя. – Семён, не ожидая разрешения, взял руку Елены и положил себе на локоть, разворачивая девушку по направлению к машине. – Надеюсь, сегодня у тебя свободный вечер, а не как всегда?

Елена сморщила нос при упоминании её побегов со свиданий. Хотя она предпочитала их считать просто деловыми встречами с небольшим налётом приятельской нотки. Елена говорила Валентине правду – она считала Семёна симпатичным и интересным, но его быстрое сближение постоянно коробило.

– Свободный, – сдалась девушка, не зная, что бы придумать на этот раз.

– Тогда вперёд! – Семён помог сесть ей в автомобиль и захлопнул дверцу.

– Как продвигается стройка? – не выдержала Елена, хотя совсем не хотела навязывать эту тему.

– Отлично. – Семён вёл себя спокойно, позволяя девушке расслабиться. – Идём с опережением графика, так что вполне возможно, открытие будет раньше. А разве ты не видела?

– Я не бываю в том районе. – Елена отвернулась к окну. – Никаких проблем?

– В смысле? – напрягся Семён.

– Конструкция сложная, нужно соблюсти огромное количество мер для будущей безопасности здания. – Елена говорила, не отрывая взгляда от движения за пределами авто, чтобы не показывать свой интерес.

– С этим всё норм, – улыбнулся мужчина, – я уж думал, опять собираешься прикрыть проект.

– Что я, ребёнок, что ли? – Корф вздёрнула подбородок и посмотрела в мужественный профиль Семёна. – Но это не спасёт его, если будут нарушения.

– Я слежу за этим. Да и приёмка будет более чем тщательная.

– Хорошо. – Разочарование от недостатка информации выразилось в глубоком вздохе.

– Ещё немного, – понял её по-своему Карагаев. – Место потрясающе красивое! Тебе понравится.

Автомобиль резво выехал за пределы монолитных жилых кварталов. Так далеко Елена заезжать наедине с мужчиной не планировала, и её нервозность росла, но ровно до тех пор, пока они не подъехали к одиноко стоящему зданию, которое, словно гигантское дерево, захватило часть пространства.

– Как это возможно? – Елена выглядела потрясённой. – Это же одна из моих работ…

Девушка прикрыла рот рукой, понимая, что сболтнула лишнего. Семён уже вышел из автомобиля, и Елена не могла видеть его реакции. Слышал ли он её? Мгновенно всплыли образы её студенческих лет. Как и всем студентам, денег вечно не хватало, просить у родителей было неудобно, а стиль, в котором она жила в те годы, требовал трат. На первых курсах Елена Корф подрабатывала репетиторством по черчению и рисунку. Низкую часовую оплату компенсировала количеством учеников, но это выматывало. Часто общалась в чатах с такими же фантазёрами, как сама, считающими себя «цветной лигой». Чёрные тона у них считались табу, все соревновались в яркости своих образов, как и в создаваемых работах. Елена ужаснулась, вспомнив, что предпочитала на последних курсах архитектурной академии краситься в цвет «махагон». Волосы напоминали полыхающее пламя (почему-то быть блондинкой казалось скучно и по́шло). Те, кто видел в те времена её аватарку, никогда бы не смогли узнать в Файре сегодняшнюю Корф. Там, в чате, однажды завязался спор, в который втянули и её. Поставили под сомнение её способность сделать что-то сдержанное, тёплое, но необычное. Почему при сочетании этих слов у Елены возник образ огромного многолетнего дерева? В голове крутилось «златая цепь на дубе том». Цепь… Елена вышла из автомобиля и всмотрелась в Семёна. Валентина тоже говорила про золотую цепь…

«Да при чём тут это?» – разозлилась на себя девушка. Как работа, которая осталась не оценённой её «коллегами по цеху», которая положила начало её творческому пути как Файры, но была похоронена в пыльной папке среди некоторых неудачных работ прошлого, вдруг стала реальным объектом?

– Ты сам построил этот дом? – осторожно спросила она.

– Нет, купил по случаю. – Семён ничем не выдал, что знает про вторую личность Елены. – Он расположен немного в стороне от других коттеджей, от этого кажется ещё более…

Семён подбирал слово, подходящее к его ощущениям.

– Сказочным, – подсказала Елена.

– Точно. – Семён сдвинул ворота, открывая «волшебный мир леса». – Да мы здесь не одни!

Навстречу из дома выпорхнула «лесная нимфа» в красочном длинном платье с рукавами, напоминающими крылья бабочки. Голова обмотана зелёным платком, на глазах – огромные тёмные очки.

– Ты одна? – Семён огляделся, взглядом спрашивая Марану: «Что происходит?»

– Сорвалось, – сказала Мара тихо и потом добавила уже громче: – Зато ты не один. Марина.

Марана протянула руку Елене, которая всё больше чувствовала неловкость.

– Мар… рина, – Семён быстро подстроился, – не смущай мою гостью. Она архитектор, хотел похвастаться нашим приобретением.

Елена невольно бросила взгляд на руку девушки в поисках кольца.

– Я не жена и не невеста, – поняла её Марана, – сводная сестра. Ну и как тебе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.