Сергей Петровский
Poco poco domani

Отъезд

Солнце, скрытое тяжёлыми облаками, висело посередине неба. Иногда оно прорывалось сквозь ватную пелену через редкие просветы, словно заглянуть что же тут на земле происходит. Холодный воздух, не успевший согреться после зимы окутывал ещё голые деревья.

На одной из киевских площадей, напротив цирка, собралась небольшая группа новых украинских туристов. Туристы были как на подбор. Серые лица, такая же серая ничем не выделяющаяся одежда. Контингент надо сказать подобрался разношёрстный. От уже немолодых женщин, почти бабушек до совсем юных студентов. Все они собирались выехать за кордон. Туристические визы оформленные в пока ещё доверчивых иностранных консульствах давали право пребывать в чужой стране в основном на одну-две недели. Агенства, хлопотавшие об отправке частных лиц, заинтересованных посмотреть мир, бронировали недорогие отели, и снабдили своих клиентов билетами в оба конца. Этот аргумент удорожал стоимость услуг, но магически действовал на консулов и визы открывались.

Страна получила незалэжнисть, оковы социализма пали. После непродолжительного периода эйфории от свободы, люди окунулись в настоящие потрясения и потянулись кто куда. Шёл 1998 год.

В отличие от новых русских, путешествующих по миру и удивлявших даже видавших виды богачей, настоящие новые туристы уезжали за рубеж и там оставались. Кто-то находил на чужбине своё счастье кто-то нет. Житница Советского Союза, как называли Украину в социалистические времена и дуру, которая кормит весь союз, как говорили её новые политики перед судьбоносным референдумом подарившим независимость – вдруг стала нищей. За несколько дней курс доллара стал непонятным образом быстро расти, а украинские рубли, почемуто обесцениваться, это называлось инфляцией. Из магазинов пропало всё, даже старые советские консервы, которые никто никогда не брал, сахар и сигареты выдавались по талонам, правда они назывались купонами. Страна перешла в режим обеспечения как во время Великой Отечественной войны. После этого стала безнадёжно отставать от роста цен зарплата, затем её вовсе переставали платить. Задолженность по зарплате доходила до года. Пропала из обихода наличность. Власти выпустили карбованцi, похожие на фантики. Полежав в кармане неделю-другую они затирались до дырок. Затем люди стали миллионерами, но миллиона едва хватало чтобы свести концы с концами. Лишь после этого появилась Гривна. Положение стабилизировалось на уровне полной нищеты. В магазинах постепенно появилось всё большое разнообразие, которым сейчас никого не удивишь, привезённое в основном из Польши, благодарные поляки за это долго потешались над Россией да и над Украиной тоже. Но в конце 90-х это разнообразие было в диковинку. Можно было ходить по магазинам и смотреть на всё это богатство с пустым кошельком. Закончилась целая эпоха. Эпоха дававшая капитализму стимул к развитию а советским гражданам светлое будущее.

От асфальта веяло холодом. Ваня Новосёлов такой же новый турист как и другие, стоял на площади и поёживался от ветра.

– Что ты будешь делать? – спросила его мать когда он учась на третьем курсе Макеевского инженерно строительного института понял что надо помогать родителям зарабатывать. и думал куда бы устроиться на работу. Работа то была, можно было пойти и на «Макеевуголь» и на коксохимический завод, но платили мало и с большой задержкой. Можно было наняться к частному предпринимателю. Стоять на рынке, торговать, но для него, только вышедшему из классической социалистической духовки образования, всё это было непривычно и неприятно.

– Езжай в Италию. – сказала мать – Там Вера уже два года, она тебя примет. В Неаполе много русских, никто без работы не сидит. – Это была правда. Его хороший знакомый тоже с год назад уехал в Италию. Его мать говорила что устроился куда то на фабрику, прилично зарабатывает, даже пару раз высылал деньги домой.

Иван не уточнял как можно переправить деньги из Италии, но поверил словам тёти Нади, его матери. И сейчас, глядя на свою мать, решил дёрнуть судьбу за ус.

Потом, общими усилиями, всей семьёй, собрали восемьсот баксов на поездку и двести на первоначальное проживание. Дальше, это было всем ясно, он будет зарабатывать и высылать деньги. Сначала отдаст долг, затем накопит деньжат. Если хорошо устроится, то останется в Италии, получит документы и когда-нибудь обязательно приедет домой, обрадует мать. Купит ей и отцу дорогие подарки, пройдётся по друзьям… Дальше Иван не стал мечтать, было много дел. Фирма трудоустройства не давала, но зато была тётя Вера. Она жила недалеко от Неаполя, и обязательно ему поможет.

Начались хлопоты по оформлению загранпаспорта и визы. После мучительного ожидания, его наконец вызвали в офис и дали подробные инструкции что делать дальше. Так он очутился в Киеве, на площади перед цирком, в пестрой толпе похожих на него джентельменов и дам.

Группа зашевелилась. Женщины как им и положено, засуетились вокруг своих вещей. Мужики старались побыстрей докурить последнюю сигарету. К остановке, возле которой они стояли, подъезжал роскошный разукрашенный автобус.

Ванино место было почти в конце автобуса. Рядом осторожно словно боясь кого-то задеть сел высокий щуплый мужчина. Ваня протянул ему руку:

– Иван – предложил он познакомиться.

– Николай – немного растягивая гласные и делая ударение больше на О чем на А ответил попутчик.

– Ты откуда?

– Из Чернигова.

– В Неаполь?

– Не, до Рима – нехотя ответил попутчик. Было видно что он не предраспоожен разговаривать в автобусе с незнакомыми людьми. Но ехать долго, четверо суток. «Не будет же он всю дорогу молчать» – подумал Иван.

– Внимание! – на проходе возле входа встала полная женщина. Строгий белый пиджак, такая же аккуратная белая юбка, полностью закрывавшая колени, цепкий без апелляционный взгляд устремлённый в проход, как бы на всех сразу. Всё это говорило о том, что она здесь старшая.

– Границу будем пересекать завтра вечером. До этого заедем во Львов, заберём ещё пассажиров. Во время пути не шуметь, остановки каждые четыре часа. Если кому-нибудь понадобится раньше, обращайтесь к водителю. Как пересекать границу сообщу во Львове. – она замолчала, выжидая паузу. – Вопросы есть? – Вопросов ни у кого не было. Автобус медленно тронулся.

 За окном быстро меняясь замелькали городские пейзажи. Красивый в другое время Киев выглядел уныло. Тёмно-серые краски, кутающиеся горожане спешащие поскорей добраться до работы или в магазин, скрыться от пронизывающего ветра. Бульвары, краса Киева в любое время, сейчас наоборот только придавали зловещих красок. Голые ветви деревьев как торчащие во все стороны руки злых волшебников тянулись к автобусу, держали его, на давали проехать. И оживлённые улицы со спешащими автомобилями, прохожими, совершенно не обращавшими на это внимания. Может все это только кажется? Этот зловещий вид, или это отражение наступившей эпохи? Эпохи когда люди в одночасье из братьев и сестёр, живших при социализме одной семьёй, превратились в волков и ягнят. Разительное разделение на две неравные части 90-х годов. Одна маленькая, имевшая всё, и другая несоизмеримо большая, огромная. Забитая и ощетинившаяся как эти деревья.

– Там тебя кто-то встречает? – спросил Иван спустя примерно десять минут.

– А как же, жена, тесть, тёща даже дочка – он слегка недоумённо посмотрел на Ивана. Ивану стало ясно, почему Николай так слишком уж отстранённо себя вёл. Он был уже полностью обеспечен. Работой, квартирой, всё было приготовлено. Он был отдельной единицей, которой было ни чего не нужно. Ни случайное знакомство, ни возможная неожиданная помощь, которая бывает нужна в дороге, а иногда способна даже полностью изменить жизнь. Ваня успокоился и отвернулся к окну. У него было приятное дело. Он начал мечтать.

Светлый тёплый город встречает его весёлыми итальянскими лицами. Добродушные люди окружавшие площадь, куда они должны приехать, весело улыбались и были готовы оказать любую необходимую помощь. Ярко светило солнце, ласково касаясь лучами его тела… Вдруг мысли Ивана спутались. Память показала институт, Инну, с неизменной сумочкой на плече, в которую помещалась только губная помада и пудреница. Стройные ножки, обычный немного загадочный взгляд. Он считал её своей девушкой, но сейчас, вдали от неё, кажется стал понимать что она его не считала своим парнем. И, странное дело, это его совершенно не задевало. Картинки прошлого как фотокарточки мелькнули и пропали там же в прошлом. Мысли окончательно рассредоточились и он погрузился в дрёму.

Автобус несильно тряхнуло. Иван проснулся. Они подъезжали к остановке. Николай встал, быстро вышел из автобуса и направился к павильону с вывеской "М/Ж". Иван достал бутерброд из пакета и тоже вышел из автобуса.

Трасса проходила рядом. То и дело с шумом проезжали фуры. Выспаться ему не удалось ни в поезде ни дома на кануне отъезда. Дорога, как и по всей Украине, обладала свойством сильно трясти тех кто по ней ехал так что и в автобусе ему вряд ли удастся выспаться. Он краем глаза заметил как Николай забрался назад в автобус. Водители сидели за столиком в кафе неторопливо попивая кофе. Можно было не торопиться. Иван доел бутерброд и тоже занял своё место.

Границу они проехали как-то быстро. Вначале Иван немного растерялся. Все было новым. Украинские пограничники, польские, таможенники. Долгое ожидание паспортов, кого то заставили вынуть на стол всё содержимое чемодана, это пожалуй больше всего что ему запомнилось. Автобус быстро набирая ход после польской границы понесся по дороге. Польша… Если Иван и рассчитывал когда ни будь увидеть рай, то кажется сейчас он предстал перед его глазами. Великолепная дорога, хоть немного и узковата, пестрела контрастными знаками. Сочная яркая зелень травы, ухоженные газончики, аккуратные, как на картинке домики с подстриженными кустиками и низкими заборчиками, совсем не похожими на наши. Отечественные глухие заборы слегка покосившиеся и давно не крашенные, пытались отгородить жильцов от соседей. Здесь же польские шляхтичи казалось нарочно старались показать соседям красоту своих дворов.

Автобус немного проехал по дороге и остановился около харчевни. Да-да, именно харчевни, другого названия Ваня не дал бы этому не крупному, аккуратно отделанному современным сайдингом домику, как в русской сказке.

– Остановка. – немного повысив голос объявила женщина. Она поправила руками причёску и степенно вышла. Иван смотрел ей вслед. Это чудо, степенно вышагивающее к домику слегка покачивая бёдрами, не шло, а буквально парило над землёй. Он решил выйти посмотреть, что это за домик. Живёт ли кто в нём. А может это музей? Немного поколебавшись он перелез через Николая, так и не желавшего разговаривать, к выходу.

Харчевня внутри оказалась просторной. Отделанной деревом под старину. И кажется, это было не простая ель или сосна, а дорогая порода. Дуб или ясень, или даже кедр. И обработка не грубая, лишь бы сделать дорогой вид, а настоящая, качественная, без изъянов. Доски плотно подогнаны, крепко сшиты между собой, сразу даже не поймёшь как, гвоздей не видно. Широкие роскошные столы, аккуратные скамеечки со спинками, стены, словно сложены из брёвен, украшены крестьянской утварью. Лишь прилавок выделялся ярким светом и современным видом. Возле него столпились проезжающие. Там же стояла хозяйка автобуса, кокетливо улыбаясь разговаривала с пригожим поляком за стойкой. На Ивана никто внимания не обращал и он успокоившись и немного оглядевшись подошёл к прилавку. Возможно для Киева ассортимент был нормальный, но в Макеевке, да даже в Донецке, таких блюд, как здесь он не видел. Не то, чтобы он никогда не видел блинчиков или маринованных грибов, но он никогда не встречал блюда так разукрашенные зеленью, аккуратно и заботливо разложенными на очаровательных тарелочках, ярко освещённых и манящих к себе посетителей. Покупатели толпившиеся возле кассы кажется совсем не обращали внимания на красоту. Для них это всё было привычно. Они толкались пытались побыстрей забрать свой заказ. Напротив прилавка на подставке на стене стоял здоровенный телевизор. Иван впервые услышал польскую речь. Смешная смесь украинских и непонятных наполовину "запшиканных" слов. Отдельные слова было трудно разобрать, но общий смысл угадывался. Иван постоял ещё немного, поглазел на эту западную роскошь и вышел на улицу. Рядом с домиком небольшая тоже картинно отделанная стояночка, немного дальше по дороге, за поворотом выглядывала бензозаправка. "Очень удобно" – подумал Иван. – "Тут перекусил, там заправился и поехал дальше. Умеют же жить капиталисты!"

Стоянка закончилась примерно через пол часа. Пассажиры, едва водители вышли из кафе, снова по вскакивали в автобус, старшая опять обвела всех взглядом, пересчитала головы, торчащие над подголовниками, удовлетворённо кивнула и автобус понёсся дальше. Снова замелькали сказочные домики из сказочных деревень. По узкой, но очень хорошей дороге замелькали встречные машины. Иван искал наши отечественные жигули или хотя бы нивы. Так ни одной и не заметил. Яркая зелень сменилась полями с едва прорастающими ростками. Аккуратно обработанные, с ровными рядами они тоже выглядели как на картинке. Привычных нашему взгляду рядов тополей вдоль дорог, бесконечно тянущихся необработанных земель в Польше кажется не было вообще. Под конец однообразный шум мотора совсем убаюкал Ивана. Он блаженно растянувшись в кресле уснул.

Немецкую границу пересекали значительно тяжелей. Почти всех пассажиров тщательно проверяли. Вещи, паспорта дотошные таможенники подолгу рассматривали ища хоть малейшую зацепку. В конце концов все пассажиры вернулись на свои места. Заветный шлагбаум поднялся, дальше начиналась Германия. С первых же минут стало видно что Польше далеко до Германии. Если Польша казалась сказкой, Германия представляла собой образец настоящего порядка и мощи. Разница ощущалась от самой таможни. Если на польской стороне ещё можно было заметить ржавые таблички, поломанную дверь, старые турникеты, то здесь буквально всё было новым, чистым, сверкающим строгой красотой. Спустя пару километров автобус выехал на автобан. Трёхполосная проезжая часть, отделялась от соседней ведущей в обратную сторону широким газоном, на котором был установлен забор примерно в метр высотой, защищающий водителей от фар встречных машин. Полосы настолько широки, что глядя в окно можно было подумать что автобус медленно ползёт по автостраде, хотя он ехал со скоростью 90км/ч.       Первая же остановка в Германии просто ошеломила. Чудесный плавный съезд с автострады привёл к обширной площадке на которой были расположены кафе, ресторан, бензозаправка, бесплатный туалет с душем(!) Такого невозможно было даже предположить на Украине. Вся дорога пролегала вдали от жилых районов. Нет ни светофоров, ни пешеходных переходов, ни даже перекрёстков с автострадой! Лишь машины автобусы и бесконечные фуры. Германия кипела движением, особенно на подъездах к большим городам. Иногда две крайние правые полосы были полностью заняты транспортом.

Как они въехали в Италию Иван не заметил. С удивлением обнаружил что таблички с названиями населённых пунктов стали на другом языке. Чудо путешествия, мир без границ. Мало обеспечить возможность свободно перемещаться по странам, ещё нужны средства для осуществления этой свободы! И у немцев итальянцев да вообще европейцев, помимо богатства и разнообразия выбора и свобод есть средства, чтобы этим пользоваться.

Встреча

В Неаполь автобус прибыл ранним утром. Холодный ветер обдал неприятными колючками. Иван забрал сумку из багажника, отошёл от автобуса и только тут ощутил вдруг себя маленькой букашкой в огромном чужом городе чужой страны. Мрачные тёмные силуэты зданий проглядывали из темноты. Свет окаймлявших площадь уличных фонарей тонул в могуществе этих величественных зданий. Прямо перед ним выделялась огромная статуя Гарибальди. Стоило оглядеться и найти вокзал. Скорее всего ехать в пригород было ещё рано, но можно было укрыться в его недрах от мрачной темноты площади. Он оказался на противоположной стороне площади. Во внутрь такого же огромного, под стать остальным, здания как-то неестественно мелко вели несколько маленьких дверей. Он толкнул одну из них и зашёл внутрь. Внутри оказалась полная противоположность тому что было снаружи. Тоже огромное величие и размах освещён ослепительным, или ему так показалось с улицы, светом. Пригородные кассы, как и почти все остальные учреждения естественно были закрыты, он уселся в кресло и стал ждать.

Морали, небольшой городишко недалеко от Неаполя, встретил его поблекшим на рассвете светом уличных фонарей пустых улиц. Инструкция данная матерью говорила о том, что надо выйти на станции Морали и ждать возле входа на пригородный вокзальчик. Если через пол часа тётя Вера не покажется, искать телефонную будку и позвонить. Он с облегчением вспомнил, как не забыл поменять 50 долларов на лиры на германской границе, а затем на одной из остановок в Италии купить чашечку кофе за сумасшедшую стоимость. Зато сейчас у него в кармане были мелкие монеты. Электричка тронулась и с ускорением, которому позавидует любой уличный гонщик на Украине, стала набирать ход убегая дальше по своему пути. На станции стояли две странные женщины. Странными они показались Ивану потому что были одеты совершенно не как он, но лица у них были совершенно отчётливо славянские. Одна из них была тётя Вера.

– Ваня! – крикнула она с распростёртыми объятиями бросаясь в его сторону. Она крепко обняла его, скорее даже стиснула.

– Здравствуйте – смущаясь такому приёму, отворачивая лицо в сторону по приветствовал её Иван.

– Знакомься, тётя Люда – представила она вторую женщину. Обе они были маленькие, живые, но т.Люда значительно круглее. Т.Вера сразу схватила сумку Ивана.

– т.Вера, я сам! – теперь уже засмущалась она. Этикет предписывал мужчине нести тяжёлую сумку.

– Как доехал?

– Нормально, только пол под ногами шатается – ответил Ваня.

– Устал?

– Есть хочешь? – они продолжали уже в два голоса забрасывать его вопросами.

– Нет.

– Ничего, сейчас мы тебя накормим, помоем, отоспишься с дороги..

– Тётя Вера, я на работу приехал – скромно пытался перевести Иван разговор на другую тему.

– Работа от тебя никуда не уйдёт!

– Поживёшь пару дней, потом поедешь в Неаполь, будешь как все искать работу.

По дороге в Италию Ивану казалось что с этим проблемы не будет. Стоит только захотеть, как можно быстро подыскать себе что-нибудь подходящее. А сейчас внезапно он задумался, а где искать работу? Вокруг одни итальянцы. Как он будет с ними общаться? У кого спрашивать за работу, как договариваться? У него была одна надежда, что тётя Вера ему поможет. Но её последняя фраза его обескуражила. Он решил пока не поднимать этот щекотливый вопрос.

– А вы итальянский язык знаете? – нерешительно спросил он. Тётки замялись, Вера неуверенно улыбнулась и покосившись на Люду сказала:

– Люда лучше знает чем я – на что тётя Люда засмущалась и сказала:

– Сейчас придём, мы тебе угостим настоящей итальянской пиццей!

– Ваня, мы работаем в ресторане, так что у нас дома каких только пицц нет – подхватила тётя Вера – и итальянское вино.

– Вино у них правда не очень. Мы давно не пили нашего, хорошего вина. – добавила Люда.

– Одна кислятина, они пьют и хвастаются что у них самое лучшее вино в Европе.

– А кофе у вас есть? – спросил Иван. Тётки хором засмеялись.

– То, что продают на Украине, такая же ерунда как для нас их вино – проговорила Вера – у нас есть настоящая кофеварка, попробуешь что такое итальянский кофе.

Они шли по улице весело болтая и не заметили как прошли два квартала, и остановились возле двухэтажного дома.

– Пришли. – объявила тётя Вера – теперь тихо поднимаемся на второй этаж, соседи на первом ещё спят, зато весь второй наш. Просторная чисто вымытая двухкомнатная квартира гостеприимно приняла посетителей. Иван огляделся и с удивлением обнаружил что тётки живут не забившись в пять кв.м. вдвоём, экономя на электричестве, воде газе и на всём на чём можно экономить, а имеют вполне шикарное жильё со всеми удобствами. Телевизором, холодильником, стиральной машиной, холодной и горячей водой текущей хорошим напором, микроволновкой, большим запасом вещей и посуды. Всё как дома, а возможно и лучше чем дома.

Кухня очень вместительная, оборудованная по современному слову техники, сразу пришла в движение. Вера взяла Ивана под руки проводила в гостинную.

– Сиди, не мешай, сейчас всё будет готово!

Он присел, стал с интересом разглядывать квартиру. Не удержался, прошёл в спальню. Она оказалась гораздо больше чем наша средняя спальня. Похоже, дом принадлежал людям, не привыкшим себе в чём-либо отказывать. Теперь тут жили две женщины.

– Вань, садись за стол – нетерпеливо крикнула тётя Вера.

Когда он приблизился, на столе уже стояла горячая ароматная пицца, овощной салат приправленный майонезом и открытая бутылка вина.

– Нам много нельзя, скоро на работу, но за встречу надо обязательно выпить – сказала Люда. Вера подняла стакан.

– За приезд! – она смотрела на Ивана, как на музейный экспонат – Как там на Украине?

– Не мешай! Дай человеку выпить. – перебила её Люда – Ваня, пробуй вино. – она стала ждать его реакции.

Иван выпил полстакана. Вино оказалось довольно кислым. Алкоголь ощущался только в самом конце, когда он опустил стакан и сделал последний глоток.

– Кисловатое. И, кажется совсем лёгкое – сказал Иван.

Тётки удовлетворительно закивали, отпили по чуть-чуть, принялись скручивать кусочки пиццы в трубочку вилкой и ножом. Ваня смотрел на них стараясь не выказать удивления.

– Тут пиццу едят так – уже жуя сказала тётя Люда – сворачивают как рулет. Так намного вкусней.

Он тоже скрутил свой кусок пиццы в трубочку и попробовал. Во первых тесто пиццы было необычное. Ничуть не похоже на то что он однажды пробовал в "пиццерии" в Донецке и совершенно не такое, какое делала его мама. Очень вкусное, пропитанное соусом. Он уловил вкус сыра и оливок. Тётя Вера допила стакан вина и сказала:

– Всё, нам хватит. – она взяла Ванин стакан, налила до краёв – Тебе, Ваня, можно пить сколько захочешь.

После того как они доели пиццу начались расспросы за Украину. Ваня как мог обрисовал свободную жизнь соотечественников.

– …Так что у нас полная труба – закончил он. Повисла напряжённая тишина. Тети сосредоточенно думали. Затем Вера встрепенулась, и сказала:

– Ничего, через лет пять всё наладится, и мы вернёмся на Украину.

– И при деньгах! – воскликнула Люда.

– Да, тогда точно всё будет нормально. Куплю себе домик, такой как здесь..

– Обязательно с участком – снова подхватила Люда.

– Сколочу капитальчик, займусь хозяйством, буду разводить курей торговать яйцами, мясом.

Ваня не стал размышлять о том, что будет через пять лет. У него текущее положение было пока очень и очень туманно. Женщины засобирались.

– Располагайся на диване в спальне – сказала тётя Вера – нам пора на работу.

Они ушли. Ваня принял душ и с удовольствием растянулся на диване. Когда он проснулся на часах было уже четыре часа дня. В раскрытую балконную дверь с улицы проникал шум города. Иван вышел на кухню и решил сам приготовить пиццу по-итальянски. Он достал коробку с пиццей, всё делается очень просто: закладывается пицца в микроволновку и подогревается 5 минут. Пока она готовится, можно умыться и поглазеть с балкона на улицу. Две итальянки прямо под балконом весело болтая стояли возле дороги поглядывая на франта который только что вышел из шикарного автомобиля красного цвета. Приличный костюм, по всему видно дорогие туфли, отсвечивающие прохожих как в чёрном зеркале, модная причёска. Естественно он вызвал повышенный интерес у девушек. Машина ярко горела посреди улицы затмевая свет солнца. Какая то редкая марка, он точно не знал, он таких машин не видел. Немногочисленные прохожие за исключением ковыляющего по улице старичка невольно засматривались на кричащую горгулью посреди дороги. Девушки всем видом показывали что готовы если не на всё, то как минимум прыгнуть на заднее сиденье и умчаться в далёкие дали. Ваня наблюдал за разыгрывающейся сценой ожидая апогея. Он наступил, когда девушки неторопливо прошествовали рядом с машиной. Парень не обратил на них ни малейшего внимания. Иван вернулся на кухню.

Из микроволновки вкусно пахло тесто пиццы, кажется это была грибная пицца. Кофеварка отхрипела своё и теперь выпускала слабое шипение. Тётушки вероятно работали в хорошем ресторане и знали толк в пиццах и кофе. И то и другое было просто великолепно. Он чудом удержался чтобы не съесть всю. Надо было оставить что-нибудь на ужин. Минут через пять его внутренний ритм стал стремительно набирать обороты. В голове словно кто-то настроил резкость. Хотелось не сидеть на месте а что-нибудь делать и не просто тупо махать лопатой, хотя и это ему бы сейчас показалось очень неплохим занятием, а делать о что-то серьёзное, требующее внимания и концентрации. Например поиграть в танкионлайн, просвистеть потенциал. Но заняться было нечем, разве что прогуляться по улице. Решение пришло само собой. Он решил навестить тётушек.

День потихоньку склонялся к вечеру, хотя солнце продолжало светить довольно ярко. Улицы, асфальт, дома нагрелись и после обеда добавляли несколько градусов к температуре. Первое что удивило Ивана то, что на улице царило сильное оживление. Причём пешеходов было мало. Когда он свернул на основную улицу, обнаружил что тротуара для пешеходов вообще нет! Как и самих пешеходов. Все итальянцы перемещались исключительно на собственных машинах. Немного присмотревшись он удивился второй раз. Машины были новыми! Машин старше десяти лет кажется вообще не было. Хотя многие из них были немного подбиты. У одной он заметил небольшую вмятину на заднем крыле, у другой сильную царапину. Машины мчались по дороге непрерывным потоком. Он аккуратно пристроился на обочине и пошёл вдоль улицы. Сегодня утром дорога ему казалась не опасной, а скорее наоборот, очень удобной для ходьбы. Сейчас приходилось то и дело оглядываться назад стараясь не попасть под колёса. Прогулка походила на переход по верёвочному мосту над бездной. Вскоре показался ресторан в котором работали тётушки. В этом месте улица немного расширялась, освобождая перед входом в ресторан место для площадки для парковки. С трудом протиснувшись между машинами он зашёл в ресторан. Обстановка резко сменилась. Бешенный ритм остался за дверями на улице. Здесь царила тишина, роскошная обстановка и свежесть прохладного воздуха кондиционеров. В дальнем углу он заметил тётю Люду. К нему подошёл официант и чтото спросил по-итальянски.

– Ду ю спик инглиш? – спросил Ваня.

Официант выпалил скороговоркой по-английски. Видимо повторил фразу, которую только что сказал по-итальянски. Иван молчал. Официант поморщился и хотел было ещё что-то сказать, но его выручила тётя Люда.

– Это со мной – не перевёл, а скорее понял Иван её фразу по-итальянски.

– Привет, гуляешь? – улыбнулась она.

– Зашёл вас проведать – улыбнулся в ответ Иван.

– К нам лучше не заходи. Хозяин сердится. Мы с Верой берём выходной, завтра пойдём погуляем.

– Хорошо – сказал Иван. И осторожно вышел из ресторана. Он ещё немного прошёлся по улице, дошёл до станции и решил возвращаться домой. Гулять по городку ему перехотелось.

Тётки пришли около часа ночи.

– Сегодня был спокойный день. Не так много клиентов – сказала Вера, когда они садились за стол ужинать – Завтра тоже будет мало народу, у нас выходной, так что сходим на рынок. Люда заговорщицки подмигнула Ивану.

– Чего ты подмигиваешь! – засмущалась Вера.

– Ты своего Антонио берёшь?

– Да, он обещал сходить с нами.

– У Веры есть жених – объяснила тётя Люда.

– Толку с того жениха – всплеснула руками тётя Вера – с них ничего не вытянешь.

– Даже не купит тебе платье? – вопросительно уставилась на неё Люда – он же обещал!

– Посмотрим – проговорила тётя Вера. Она устало присела на стул. Вокруг глаз отчётливо проступили тени.

– Много работы? – спросил Иван.

– Конечно. Хоть сегодня было и немного клиентов, но с обеда не присела ни разу.

Они ели макароны с соусом, называемой паста.

– Тётя Вера, а как тут ищут работу? – спросил Иван. Вера вопросительно на него уставилась – вы говорили, будешь искать работу как все.

– А-а – поняла Вера – поедешь в Неаполь, на Гарибальди. Видел там возле входа на вокзал есть крытая площадка?

– Да, заметил.

– Там собираются все наши и ждут покупателей – она засмеялась увидев удивление на лице Ивана – работодателей. Их называют покупателями. Они предлагают работу за деньги.

– За работу надо платить?

– Да – тётя серьёзно посмотрела на него – обычно 400-500 миляк. Ты даёшь деньги, они везут тебя на работу. Если устраиваешься, работаешь, если нет, отдают назад деньги.

– А бывали случаи что не отдавали?

– Всякое бывало, там у наших спросишь кому можно доверять, кому нет.

– В Неаполе есть каритазы – вмешалась тётя Люда – при церквях дают бесплатные обеды. Наши все питаются бесплатно. Так что тут жить можно. – они продолжали уплетать макароны. Иван растерянно ковырял вилкой в тарелке. Потом выпил стакан вина, немного успокоился и снова решил не торопить события. Если можно питаться бесплатно то действительно положение не такое уж плохое.

– А доехать бесплатно до Неаполя можно? – спросил он.

– Не знаю, – ответила тётя Вера – попробуй поехать на первой электричке.

Тётя Люда встала из-за стола.

– Я пошла спать. – проговорила она

– Я тоже – сказала тётя Вера. Они обе направились в спальню.

Иван подождал пока они разденутся и разлягутся по кроватям, затем выждал ещё пол часа и тоже отправился в спать.

* * *

– Самая самая самая лучшая цена! – пронзительно вопил зазывала. Голова Ивана невольно повернулась в его сторону. Едва они, тётя Вера, тётя Люда, Антонио и он, вошли в ворота рынка как их поглотила невообразимая атмосфера. На итальянском рынке нужно быть хищником иначе не выживешь. Останешься без денег, без того, за чем пришёл и вдобавок с кучей ненужного барахла. Тётя Вера решительно шла впереди с Антонио. Тётя Люда и Иван позади. В это время на рынке было не много народа. Держась вместе они прошагали несколько павильонов. Наконец подошли к павильону со шмотками. Женщины, повинуясь своему инстинкту принялись перебирать вещи тщательно ощупывая каждую, словно не могли без этого понять что это за вещь перед ними. Женские маечки, шортики, носочки были как будто специально набросаны горой на прилавок. Тётки обошли павильон кругом и ни смотря ни на какие уговоры продавца направились к следующему. Теперь Антонио с Иваном шли позади.

– Платье лучше купить здесь! – тётя Вера испытующе смотрела на Антонио. Он что-то скороговоркой ответил.

– Нет здесь – упрямо повторила она. Антонио снова что-то сказал. Тётя Вера покраснела, слёзы едва не полились из глаз. Антонио смутился и кивнул. Люда потянула тётю Веру к висящим на трюмселях плотной стеной платьям. Они долго выбирали. Наконец Вера взяла Антонио за руку и подвела к одному из них.

– Квэсто? – спросил Антонио.

– Да!

Антонио подошёл к продавцу и начался долгий разговор.

– Антонио умеет торговаться – сказала тётя Люда.

– Единственное хорошее качество – расстроено проговорила тётя Вера. Иван наблюдал за разговором. Кажется Антонио удалось выторговать несколько десятков лир. Это была минимальная скидка, но продавец не хотел больше уступать. Видимо он сообразил что платье будет куплено не смотря ни на что. Антонио в конце концов пришлось сдаться.

Они ещё походили по рынку с полчаса и направились к выходу. Иван почувствовал что от всего этого шума у него начала болеть голова. На самом выходе тётя Вера возгласила по-итальянски:

– Туфли! Мне надо туфли!

Антонио шествовал дальше почти не реагируя. Тётя Вера остановилась. Вслед за ней остановилась вся компания.

– Антонио! Мне нужны туфли.

Он понял что вопрос встал ребром. Повернулся к ней, негромко обронив:

– Doppo (потом).

Тётя Вера сдвинулась с места.

– Bene – ответила она – С него сначала надо вытащить обещание – сказала она улыбаясь во весь рот уже по-русски – а потом требовать туфли.

Вся её растроенность куда-то исчезла. Теперь это была весёлая общительная женщина, шагающая со своим мужчиной весело болтая, кажется обо всём на свете. И, с удивлением констатировал Ваня, он тоже весело отвечал ей, забыв про свой важный статус – покровителя бедной иностранки – и соответственный тон. Вобщем она была такая, какую он знал её раньше.

Плацца Гарибальди

Казалось ранних жителей холодный ветер пронизывал насквозь. Солнце ещё не показалось на горизонте, он едва начинал светлеть. Ваня с тоской смотрел на тёмные крыши домов, окружавших площадь, ёжась в лёгкой куртке. Хорошо что взял с собой тёплый свитер, несмотря на все уговоры матери о том, что на юге Италии очень жарко и не стоит брать тёплых вещей. Он отвернулся от площади, не сулившей ему в ближайшие три-четыре часа ничего хорошего.

"Где эти жаркие солнечные дни, о которых все говорят даже с каким-то страхом, когда речь заходит об Италии?" – думал Иван.

Из дверей вокзала вышла пара. Большой мужчина и невысокая щуплая женщина. Он был кругловат, лысоват, с огромным пузом. Она в длинном светлом плаще, увенчанным сверху небольшой шляпкой. Они оба мало походили на итальянцев. Скорее всего англичане. Следом из дверей вокзала высунулась голова полицейского. Он поёжился, потянул носом воздух, поморщился и скрылся обратно. Из рассказов на турфирме, которые подтвердили тётки, здесь, на юге Италии и в частности в Неаполе полицейские не трогают иностранцев. Вообще. В противоположность, на севере нелегалов могут поймать прямо на улице и выслать на Украину. На вопрос Вани как и за чьи деньги их будут везти, администраторша сообщила что группу сопровождают полицейские до самого Киева и затем сдают властям. Билеты радушно покупает итальянское правительство, а затем Украине присылают счёт. Каким образом власти Украины возвращают свои деньги от нелегалов Ваня спрашивать не стал. Хотя до окончания визы оставалось ещё два дня, он не решился войти внутрь вокзала. Здесь, снаружи, на прикрытой навесом площадке, он чувствовал себя уверенней.

Ваня повернулся спиной к вокзалу и облокотился на поручень. Началась работа.

Тот кто уделял должное внимание поиску работы знает, что поиск зачастую трудней самой работы. Приходится обзванивать объявления, много ездить, ходить, оставлять резюме без всяких шансов на успех. Тратится много нервов и особенно денег. Здесь, в Италии, всё оказалось гораздо прозаичнее. Надо было стоять и ждать. Ваня посмотрел на огромный циферблат часов на здании вокзала, они показывали шесть часов утра.

Примерно через два часа начались собираться первые работоискатели. Высокие и худые, низенькие и полненькие, украинцы выделялись в вокзальном обществе как стая ворон в королевском парке. Незнакомые лица, угрюмые взгляды, люди стояли на площадке вдоль перил, или не спеша прохаживались туда сюда. Иногда в каком-нибудь углу вспыхивал оживлённый разговор. Ближе к десяти стали подходить более удачливые соотечественники, которые были счастливыми обладателями работы и зашли на плаццу проведать знакомых. Вокруг них быстро собирались группки послушать рассказы или просто поделиться новостями. На Ивана особо никто не смотрел. В общем-то было понятно кто он такой и почему тут оказался. Мимо места где он стоял прошёл невысокий мужчина средних лет, одетый в светлое пальто и чёрные брюки. Внезапно он повернулся и подскочил к Ивану

– Как зовут? – как то нервно выстрелил он.

– Иван, а вас как?

– Евгений Михайлович – уже более спокойно ответил Евгений – Сегодня приехал?

– Нет, три дня назад

– Я тебя на плацце не видел

– У меня тётя, живёт в Морали. Я эти дни у неё был.

– На работу?

– Да.

Евгений Михайлович задумался. Потом проговорил:

– Плохо с работой. Видишь, людей много, покупатели раза два в неделю приходят.

– Евгений Михайлович, а сколько стоит работа?

– Десять миляк, это половина месячной зарплаты. Они все берут стандартную плату.

– Значит по курсу зарплата получается 400 долларов? – удивился Иван

– Четыреста. Только её ещё найти надо! Я два месяца тут, до сих пор не могу устроится.

– Два месяца без работы?! – снова удивился Ваня.

– Да, два месяца, каждый день стою. От звонка до звонка.

Иван улыбнулся.

– А на что вы живёте? Сколько денег тратите?

– Ничего не трачу. Тут в церквях кормят. – он смотрел на Ивана не мигая – как бездомных.

– А живёте где?

– В гараже у знакомого – как то туманно ответил Евгений Михайлович. Рядом появился молодой парень.

– Михалыч! – крикнул он – Ты завтракать идёшь?

Михалыч кивнул.

– Пошли, Ваня, посмотришь дорогу на утренний каритаз.

– Валера – представился парень.

– Иван – сказал за Ваню Михалыч. Валера, Евгений Михайлович и Иван стали продираться сквозь толпу на выход. Народу стало так много, что свободного места почти не осталось. К счастью многие люди тоже шли на выход. Когда они выбрались на прямую дорогу, открылось неожиданное зрелище: вдоль дороги выстроилась длинная цепочка людей, идущих в каритаз.

– Валера у нас завсегдатай плаццы Гарибальди – уважительно произнёс Евгений Михайлович – всё что касается работы, документов, поездок, можно обращаться к нему.

– Вы преувеличиваете, Евгений Михайлович – невозмутимо ответил Валера – я тут пол года, побудете вы столько, тоже всё узнаете. – он помолчал – Гена не появлялся?

– Нет, ни вчера ни сегодня не видел.

– Значит устроился – задумчиво проговорил Валера – он говорил что его собирались взять в автомастерскую. Иван, ты откуда?

– С Макеевки.

– У нас парень есть с Макеевки. После завтрака познакомлю. Если захочешь.

– Хорошо.

– Михалыч, что сегодня на обед? – спросил он Евгения Михайловича.

– Сегодня должна быть картошка и рыба.

– Не пойду. Надо сходить к приятелю.

Они прошли по дороге минут пятнадцать и свернули на другую улицу.

– Вот здесь заброшенная фабрика – указал Валера дальше в глубь улицы. – Вот это всё её территория. Там живёт много наших и арабов.

– Марокканцев – нервно поправил Евгений Михайлович.

– А какая разница? – спросил Иван.

– Марокканцы бандиты. Чуть что сразу за ножи хватаются. – объяснил Михалыч.

– Да ты не бойся их! Тут они себя смирно ведут. Тут цивилизация, если что, сразу в полицию загребут, отправят домой, и.. – Валера громко улюлюкнул.

Они снова свернули.

– Вон там каритаз.

Колонна туристов не сбавляя хода пропадала в открытых воротах помещения рядом с церковью. Минут через пять они тоже скрылись за широченными настежь открытыми воротами. Ване показалось что от них веет ещё той эпохой когда по улицам ходили римские легионеры, когда люди перемещались на телегах, а воины носили мечи. Сейчас по дороге проезжали "опели" и "фиаты", а бывшие варвары спешили на трапезу.

Завтрак оказался на редкость вкусным и разнообразным. Помимо свежих овощей было и настоящее мясо! Причём приготовленное не абы как, а очень неплохо. Всегда ведь можно различить, пищу приготовленную с душой и знанием дела? Когда, спустя минут сорок, они вышли на улицу, Ваня с удивлением ощутил не чувство лёгкой неудовлетворённости после еды в общественной столовой, а вполне сытное состояние.

– Неплохо! – сказал он похлопав себя по животу. Никто не обратил внимания на его слова. Где-то на пол дороги Валера отделился от компании и скрылся на другой улице. Иван и Евгений Михайлович снова вернулись на плаццу. Странно, но народа вроде бы снова поубавилось. Во всяком случае свободных мест оказалось больше чем перед завтраком. Некоторых коллег Ваня узнал. Люди стояли на площадке сбившись в небольшие группки, или просто поодиночке, уличный шум был примерно одинаковым с гулом голосов. Иван подошёл к трём женщина, стоявшим облокотившись на серебристые перила.

– Вы русские? – вежливо спросил он.

– Украинки – небрежно бросила круглолицая коренастая баба, продолжив разговор – … так я его посадила в коляску, сунула в руки пиццу и пошла убирать дальше… – Ваня повернулся назад и пошёл на "своё" место – … а он как заорёт! Аллоро!!..

Недалеко от того места, где он простоял несколько часов утром примостился парень, постарше его. Едва Иван облокотился на поручень, парень повернулся к нему и спросил:

– Новенький?

– Да.

– Сам откуда?

– Донецкая область, Макеевка.

– Я из Кременчуга – каким то тоскливым тоном сказал парень – ночевать есть где?

– Да, у меня тут родная тётя уже год живёт.

– Я снимаю квартиру – немного оживился он – Виталик – протянул он руку.

– Иван.

– Сейчас, подожди.. – Виталик без всякого перехода резко встрепенулся, дёрнулся куда-то в глубь плаццы.

Толпа гудела, постоянно двигалась, несмотря на заметное постоянство своих членов, всё же немного обновлялась. Солнце перевалило за середину пути. На улице стало довольно тепло. Ваня постоял неопределённое время, постепенно приняв безучастный вид. Виталик пропал и не думал появляться, хотя Иван точно мог сказать что никуда он с плаццы не делся. Отделившись от поручня он медленно двинулся сквозь толпу, стараясь уловить что-нибудь интересное. Прислушиваясь, приглядываясь, стараясь не пропустить важную информацию. В дальнем углу нашёлся Виталик. Он стоял в компании двух парней и женщины лет под сорок.

– А вот ещё один наш – объявил Виталик – с Макеевки.

– У мэне кума з Макеевки – грубоватым голосом сказала женщина.

– Где же всё таки Валера? – не обращая ни какого внимания медленно проговорил один парень.

– Да не скажет он тебе! Будет врать, изворачиваться, но не скажет. – сказал второй.

– Да, дохлый номер – сказал Виталик и покосился на женщину – Марфа, ты же там была?

– Була. Клубника вже е – уверенно заявила она – хлопци стоять на кругу, ждуть. Пидъезжають покупатели, забирають та роблять. Всим нормально платять – заверила она.

– Так, всё, идём! – поднялся с поручня второй парень.

– Да сиди, ещё рано – попытался успокоить его Виталик.

– Ты что, забыл? Прошлый раз опоздали на пять минут, нам номеров не хватило!

– Да, лучше пораньше йти – подхватила Марфа. И вся компания направилась к другому выходу с плаццы. Иван заметил что люди снова вереницей потянулись к тому же выходу.

Дорога к другому каритазу проходила вдоль площади, а затем дальше по узкой улочке, вымощенной камнем. В одном месте Иван внезапно остановился. Снова ему почудилось что-то странное, словно идущее из давнего времени. В этом месте улочка вливалась в небольшую площадь, прямо перед взглядом Ивана предстал старинный храм. Фасад, колонны, вход в собор, всё было великолепно отреставрировано, но в тоже время несомненно имело прежний, старинный вид. Мимо храма шла колонна новых украинских туристов и не обращала на него никакого внимания.

– Чего остановился? – насмешливо спросил его оказавшийся рядом второй парень – Тут такого добра столько, что не насмотришься.

– А ты туда заходил? – поинтересовался Иван.

– Нет. Мы сюда приехали деньги зарабатывать. – он потерял интерес к Ивану и нагнал остальную компанию. Иван тоже ускорился. Вскоре он поравнялся с первым парнем. Всё таки было интересно узнать что за контингент здесь в Италии.

– Ты давно здесь? – спросил он у парня выждав паузу в разговоре.

– Год.

– А сам откуда?

– Из Киева.

Иван недоумевал.

– А в Киеве нет работы?

– Есть, но платят не так как здесь. – он повернул к Ивану лицо и разгорячившись заговорил – есть работа. Я работал на стройке, подсобником, таскал мешки с песком за сто баксов на пятый этаж. Хозяин хотел нас кинуть, но у бригадира были связи с крутыми, так что после переговоров нам всё таки выплатили деньги. Потом работал у плиточника. Тот платил меньше, зато проблем не было. Потом пробовал в других местах, везде одно и тоже. Либо мало платят, либо проблемы. – он замолчал.

– А что за номерки? – спросил Иван – ты говорил что номерков может не достаться.

– В этот каритаз надо брать номерки за 45 минут. Ограниченное число обедов. Приходишь заранее, берёшь номерок, ждёшь минут сорок, потом заходишь на обед.

Они подошли к другой площади такой же маленькой на которой стоял храм, возле неприметной двери худенькая женщина в строгом монастырском одеянии выдавала номерки. Компания получила своё право на обед и стала дожидаться в тени домов. Ребята лениво переговаривались рассматривая вновь прибывающих. Площадь постепенно наполнялась иностранцами. Теперь тут были не только украинцы. На обед слетелись арабы, албанцы, румыны и даже негры. Обед здесь был гораздо лучше чем завтрак. Картошкой оказалась нарезанный соломкой и поджаренный картофель фри, рыбой – отлично приготовленное блюдо из поджаренной рыбы к которой подавался ломтик лимона, в добавок давали несколько видов сока, булочки или печенье на выбор. После такого обеда можно было свободно дотянуть до вечера, а там уж поужинать у тёток.

Солнце спряталось за горизонтом, оставляя город в объятия всё ещё холодной ночи. Плацца давно опустела. Новые туристы незаметно расходились, словно растворяясь в сумраке. До последнего поезда оставался ещё час с лишним. Ваня решил попытать счастья и доехать до Морали тоже бесплатно. Он вышел из-под навеса и не спеша пошёл по площади Гарибальди. Свет от фонарей окаямлял площадь ярким светом. Зажглись витрины магазинов разноцветными квадратами на телах домов. К памятнику Гарибальди вышли ночные обитатели улиц. Потянуло запахом травки. Громкие голоса о чём-то спорили, возможно даже это касалось его одинокой фигуры, проходящей мимо них, но Ваня чётко придерживался уличного правила – никогда не останавливайся! И не оборачивайся. Если уж догонят, преградят дорогу, тогда другое дело, а пока можно чувствовать себя спокойно и мирно идти своей дорогой.

На углу плаццы особо выделялся вход в кафе. В глубине зала сидели итальянцы, уплетая пиццу. Нежнейший аромат касался нервных раздражителей, манил, заставлял достать кошелёк и купить себе пиццу. С пивом. Но холодный разум говорил: "дома у тётушек съешь сколько хочешь." Сладкий соблазн продолжал "ну когда-нибудь ты всё равно зайдёшь в пиццерию и съешь самую настоящую итальянскую пиццу". "Хорошо" говорил рассудок и отворачивал голову в другую сторону на дорогу, по которой ехали уже меньшим потоком машины. В глубь плаццы, там было совсем темно, но можно было присмотреться, выискивая что-нибудь интересное. Ваня сделал большой круг и вновь оказался возле входа в вокзал. Площадка была совершенно пуста. Он заглянул внутрь вокзала и с облегчением увидел что турникеты к пригородным поездам открыты.

Лёгкий заработок

Первые впечатления постепенно схлынули. Жизнь стала неумолимо продавливать колею, в которую поневоле попадаешь оказываясь на той же дороге второй раз, третий и так до той поры пока не случается нечто новое, неожиданное, зачастую дающее не то чего ожидаешь. Иван не заметил как прошла неделя. Лишь в воскресенье он не стал ехать на плаццу, решив сделать себе выходной. Тётки за оплату жилья пока не спрашивали, он тоже молчал надеясь найти работу и снять собственную квартиру.

На следующей неделе народ всё также менялся каждый день, впрочем всё также сохраняя основной костяк. Чтобы хоть как-то разнообразить утомительное ожидание, он взял с собой русско-итальянский разговорник, стараясь выучить хотя бы основные слова. Через пару дней он ближе познакомился с Виталиком. Узнал что у того осталась на Украине жена и маленькая дочь по которым он сильно скучал. Но, делать было нечего, кто-то должен брать на себя обязанность кормильца. Хотя очень часто такую роль брали женщины. По расспросам у старожилов плаццы, оказалось что женщинам найти работу гораздо легче чем мужчинам. Всегда есть кому убирать дом, присмотреть за пожилыми итальянцами или устроиться в гостиницу горничной. Попасть на стройку оказалось почти нереально, а устроиться на фабрику совсем невозможно. Все итальянские работодатели жутко боялись инспекторов, которые совершали набеги с неумолимой периодичностью. Им с Виталиком и Евгением Михайловичем, путём долгой и хитроумной интриги удалось выудить из Валеры что самый возможный вариант это попасть в Нолу на уборку клубники. Там имелось заветное кольцо, на котором собирались нелегалы и с которого несмотря на жуткую конкуренцию всё же можно было устроится на временную работу на полях. Виталик выслушал Валеру с большим недоверием, Евгений Михайлович тоже не проявил интереса. У него была мечта устроиться садовником присматривать за домом и садом, желательно с женщиной, "семейной парой". На другие варианты он смотрел со скептицизмом. Иван стоял на плацце и изучая разговорник постепенно приходил к мысли что ничего лучше клубники сейчас не найти.

– Как много народа – меланхолично сказала женщина лет тридцати, одетая совершенно неправильно для местной аудитории. Лёгкое летнее платье облегало её хорошенькую фигурку, туристическая кеппи немного прикрывала роскошные длинные волосы каштанового цвета.

– Анджела, здесь всегда много народа – так же меланхолично заметил высокий парень. Они оба производили впечатление жителей из другого мира. Женщина обвела плаццу долгим взглядом, взяла под руку своего спутника и они неторопливо направились к выходу. Иван недоумённо проводил их взглядом.

– Кто это? – спросил он у Михалыча.

– Местные туристы – недовольно ответил Евгений Михайлович – живут в своё в удовольствие. Где-то нашли бесплатную ночёвку, едят бесплатно, не работают и не собираются её искать.

Иван задумался. Возможно они правы, если есть возможность можно ничего не делать. Он вновь уткнулся в разговорник, долг в 800 долларов советовал ему после чисел и местоимений заняться глаголами.

"Работать, идти, спросить, ответить" – бормотал он себе под нос. Оторвавшись от разговорника уже не увидел ни туристов ни Михалыча. Внезапно из толпы появился Виталик.

– Ну как? – угрюмо спросил он.

– Ничего – ответил Иван. Виталик посмотрел на разговорник, поморщился и тоже удалился. Через час, солнце стало припекать через металлопластиковую крышу навеса. Итальянские слова не лезли в голову как он ни старался. Иван сложил книжку и тоже направился на обход надеясь встретить Валеру. В дальнем конце вокруг одной женщины собралась группка. Разговор шёл за север Италии. По словам тёти там было столько работы, сколько хочешь. Устроиться можно в течении двух-трёх дней. Единственное условие документы. Без документов даже ходить по улице опасно. Она рассказывала о том что на севере полно албанцев. Те не боялись полицию. Итальянские власти хватали их целыми толпами и высылали в Албанию, спустя несколько дней те снова оказывались в Италии. Граница между Италией и Албанией проходит в горах и албанцы по тропкам, минуя пограничников благополучно возвращаются назад. По разговору было видно что женщина уже несколько лет в Италии и прекрасно знает итальянский язык. Выждав паузу в разговоре он решил попытаться выудить хоть какую-нибудь ценную для себя информацию.

– А почему вы приехали, в Неаполь?

Женщина внимательно посмотрела на него.

– У меня тут муж работает.

– А здесь вы давно?

– Третий год.

Народ зароптал, требуя продолжения зрелищ, но Иван твёрдо удерживал её внимание.

– Не подскажите, в Ноле действительно сейчас убирают клубнику?

– Да. Ещё примерно месяц будет идти уборка.

– А как туда попасть?

Тётки собирались задавить настырного молодца бёдрами.

– Идёшь на вокзал, покупаешь билет в направлении Баяно, до станции Нола, и на третьей платформе садишься на электричку – насмешливо фыркнула женщина и отвернулась от Ивана. Все, дальше разговор снова вернулся на тему того как хорошо на севере с документами. Ивана это не огорчило. Самое главное он узнал. Постояв немного, он отчалил от их компании. После обеда наконец отыскал Виталика.

– Поедешь на клубнику? – спросил он без всяких прелюдий.

– Нет – нервно ответил Виталик. Он хотел что-то добавить, но как-то странно дёрнул головой и промолчал. Весь его вид показывал что вопрос привёл его в крайнее возбуждение. На его лице читались и презрение к Ивану и страх и ещё какие-то чувства.

– А что делать? – упрямо спросил Иван.

– Тут иногда нормальную работу дают.

– Подожду Валеру, может вместе с ним поедем.

– Валера устроился – сказал Виталик.

– Куда?!

– В гараж, помощником механика.

– А документы?

– Если по знакомству, они устраивают и без документов. Его какой-то итальянец устроил.

Они постояли опёршись на поручни, глядя в толпу, думая каждый о своём.

– Вот! Покупатель появился! – неожиданно вскрикнул Виталик.

Недалеко от входа на вокзал быстро образовалась кучка людей. Иван, повинуясь общему порыву, тоже устремился к ним. Уже на подходе он заметил что группа состояла в основном из женщин. Они окружили плотным полукругом маленького итальянца. Чёрные лоснящиеся волосы, словно зализанные, можно было подумать что смазанные гелем, но глядя на его грязную рубашку, помятые черные штаны, которые всё же сохранили отчётливые следы стрелок, можно было предположить что волосы не смазанные а просто грязные. Он присел на складную пляжную табуретку. В руках держал раскрытую газету, что-то читал вслух по-итальянски. Женщины, завороженно слушали, стараясь не пропустить ни слова.

– Мне! Мне подходит! – после очередного чтения завопила одна полная женщина лет под сорок – скажите ему, что у меня есть опыт, я знаю как обращаться с инвалидом в коляске! – остальные молча смотрели на неё. Итальянец поднял голову и что-то быстро сказал по-итальянски. Женщина закивала. Он указал ей чтобы она стала рядом с ним и стал читать дальше.

– А что он читает? – спросил Иван у Виталика.

– Это Антонио – разочарованно сказал Виталик – он даёт работу только женщинам. Сейчас выберет двух-трёх и заберёт на машине. – Виталик отвернулся от них и пошёл в глубь плаццы.

Антонио, как и предвидел Виталик, выбрал трёх женщин, поднялся со стула. Остальные сильно зашумели. Итальянец сказал что-то подбадривающее, сложил табуретку. Одна тётка схватила его за рукав пытаясь задержать.

– Когда вы снова придёте, Антонио? – умоляюще глядя ему в лицо спросила она по-русски. Антонио остановился, замер, соображая, затем освободился от захвата, сказал

– Domani! – и быстрой деловой походкой направился к выходу. Плацца постепенно снова вернулась в обычный ритм.

На следующий день проснувшись и как всегда выпив чай и пиццу, Иван, сложив приготовленные с вечера рабочие вещи в сумку, первой электричкой отправился в Неаполь. Оттуда, претерпев несколько неприятных моментов, обычных для человека в незнакомом городе, добрался до Нолы.

Выйдя на станции, остановился в нерешительности, думая в какую сторону следует идти, и где вообще находится заветное кольцо. Спросить особо было не у кого, да и вообще, как по-итальянски будет звучать "кольцо, на котором собираются рабочие чтобы искать работу"? Скорее всего у этого кольца было имя, или даже термин, которым местные обозначали это кольцо, но Иван этого не знал. Значит действовать надо было наугад. Единственное, что он знал, это то что кольцо должно быть недалеко от станции. Пройдя несколько кварталов сначала в одну сторону, затем в другую, наконец он вышел на небольшую площадь, с автомобильным кольцом. Он сразу понял что это то, что ему нужно, на одной стороне стояла группа парней в рабочей одежде. По виду они не были похожи ни на арабов, ни на румынов. Больше подходили на наших, украинцев. Но разговаривали на совершенно незнакомом языке. Иван пристроился рядом с ними и стал ждать.

Через час на кольце стало довольно тесно. С другой стороны встали довольно активные негры. Чуть поодаль арабы. На других секторах появились тоже люди в рабочей одежде самых разных возрастов и национальностей. Всех, кроме украинцев. Движение на дороге тоже стало заметно активнее. Легковые машины проезжали мимо почти сплошным потоком.

Первая рабочая машина остановилась почти на выезде из кольца. Её тут же окружили ребята стоящие рядом сразу из трёх группировок. Завязалась словесная борьба. Победили арабы, их представитель первым залез в машину и несмотря на румынов, перекрывшим путь остальным и не думал вылезать. В конце концов румыны сдались, а арабы попрыгали в машину и укатили. Вторая остановилась с большим недолётом. Высокий парень из группы его "знакомых" не успел добежать до неё как туда попрыгали другие арабы. Всё кольцо зашумело, задвигалось, начиналась жаркая пора. Один раз кто-то из румынов залез в группу негров и его чуть ли не силой вытащили из машины. Дело приобретало криминальный характер. Иван старался стоять поближе к обочине, но его постоянно стремились оттеснить вглубь улицы то одна группа то другая. Теперь это были не просто нейтральные, такие же как он рабочие, а настоящие бойцовские команды.

Ему крупно повезло. Рядом остановилась легковушка и арабы подскочив первыми создали некоторые помехи остальным. И тут подъехал микроавтобус почти вплотную к легковушке, остановившись прямо перед ним. Иван не долго думая открыл дверь и уселся на заднее сиденье, рядом примостились его знакомые, оказалось что это албанцы. Второй раз ему повезло в том, что эта группа поместилась в машине вся, и албанцы недоумённо покосившись на него, не стали его выпроваживать. Их бригадир, всё тот же высокий парень завёл переговоры с хозяином. Дверцы закрылись и машина тронулась. Волна счастья захлестнула Ивана. Первая работа! Он ехал плохо понимая куда, что будет за работа и не зная какая будет оплата. Успокаивало что все албанцы вели себя спокойно, значит всё будет нормально. Быстро замелькали постройки городка, новые частные двух-трёх этажные дома. Вскоре они выехали на трассу и помчались туда, где была работа, заработок, дающий возможность прожить дальше.

Их привезли на поле, с теплицами. "Клубника"– мелькнуло в голове Ивана. Албанцы повыпрыгивали из машины и решительно направились к площадке возле теплицы. Там стоял ряд ящиков и металлических корзин с ручками, в которые видимо нужно было собирать клубнику. У него было две минуты на переодевание. Он подошёл к компании и успел встать в конец очереди за ящиком. Итальянец вёл их бригадира по теплице, показывая работу. Албанцы шустро заняли ряды. Иван пристроился в крайний. Подошёл высокий парень, что-то сказал своим и те резво взялись за дело. На Ивана он не смотрел. Ряды клубники обтянутые чёрной плёнкой аккуратно тянулись вдаль. Из плёнки торчали зелёные растения обнажая по бокам ягоды. Теперь можно было оценить как хорошо было всё устроено у итальянцев. Снаружи ждал пустой грузовик для готовой продукции. Ящиков с коробочками для клубники было с запасом, как и переносных корзин.

Начались ползучие гонки. Албанцы быстро заработали руками. Иван стараясь им подражать присел на корточки и тоже начал сбор. Через час центр вырвался вперёд. Правый фланг немного отставал, а их, левый фланг зарывался всё больше. Бригадир подошёл к своим и наорал по-албански. Те, до этого и так работавшие на пределе, ускорились ещё больше. Иван начал отставать. Его спасло то, что его крайний ряд был меньше заполнен клубникой, встречались даже пробелы, и он держался в общем русле. Гром подошёл сзади и разразился страшным грохотом. Хозяин итальянец стоял на его грядке, позади Ивана и держал в руках красную ягоду. Албанец виновато что то сказал итальянцу. Тот немного затих, но потом снова разразился новой тирадой, сопровождаемой жестами присущими только неаполитанцам. Его ближайшие партнёры зло оглянулись на него.

Перед самым завтраком, около десяти часов, у него уже отчаянно болели ноги. Зато немного приспособился к работе. По команде они побросали ящики и уселись в круг. Иван тоже достал свою пиццу. Быстро поев, растянулся на земле.

Появился хозяин. Албанцы как по свистку повскакивали и в прежнем темпе принялись за работу. Никаких перекуров, отдыхов, разговоров и прочих отвлечений до перерыва не было. Никто не отлучался ни попить воды ни по нужде. И так до обеда. Итальянец несколько раз подходил к его ряду. Иван ожидая неприятностей забывал о том что у него ломит спина, с непривычки болят руки, за ноги было лучше вообще не думать. Но хозяин молчал.

На обеде Иван подошёл к рослому парню и невозмутимо спросил

– Сколько платят? – албанец хотел промолчать но рядом был хозяин и всё слышал

– Пятьдесят миляк в день – нехотя ответил албанец. Иван посмотрел на хозяина, маленький итальянец хоть и выглядел грозно, небритый, с засученными по локоть грязными руками, но он показался ему обыкновенным крестьянином.

Иван не смотря ни на что всё-таки доработал день до конца без замечаний. В конце работы к нему подошёл старший албанец в сопровождении хозяина, отсчитал 50 000 лир. Первые настоящие заработанные в Италии деньги! В пересчёте по курсу это было около 25 долларов. На Украине средняя месячная зарплата составляла около ста долларов. А ему за один день заплатили 25. Чувство гордости, которое начало было его стремительно наполнять запнулось на мысли, что ещё раз попасть на работу ему не удастся.

Концовка которой опасался Иван оказалась простой и приятной. Их привезли на тот же круг, с которого взяли. Бригада вышла из машины и пошла своей дорогой а Иван пошёл на станцию.

Арбайтен

На следующий день, едва      Виталик появился на плацце, сразу подошёл к Ивану.

– Где вчера был?

– На клубнике.

– Ну как?

– Нормально.

Виталик нетерпеливо заёрзал на месте.

– Как нормально? Заработал?

– Заработал – Иван гордо смотрел на своего товарища – пятьдесят миляк, такса.

– Мне говорили что туда не пробиться. – недоверчиво проговорил Виталик.

– Да, попасть сложно. Нужна бригада, человека четыре-пять. – Иван испытующе посмотрел на Виталика, но тот и ухом не повёл. Они стояли рядом в сплошном море людских голосов, шума улиц и вокзала. Солнце мало по малу завоёвывало позиции на небе. С утра было уже не так холодно, ветер заметно потеплел, хотя оставался холодным. Сейчас солнечный свет заливал улицы. Высокие дома словно посмеиваясь смотрели на Ивана глазницами окон, глядя как он ёжился стоя на плацце.

Ваня исподлобья посматривал на соотечественников. Те кружились переходя с места на место, болтали или просто стояли также как он прислонившись к перилам. Он уткнулся в разговорник. Пока не было шума, никто не толкал не отвлекал дело шло весьма неплохо. За раз он выучивал по 40 слов и примерно 120 повторял старых. Книжные буквы входили в память довольно легко. Но вот практика.. Что будет на практике? Уже пора было пробовать свои знания. Он начал придумывать фразы для воображаемых разговоров. Если испытания проводить в магазинах и барах, то вопросы будут примерно следующие: "Здравствуйте, сколько стоит" и дальше в зависимости от того, в какой магазин он зашёл. Или "Здравствуйте, дайте мне чашечку чая" – он усмехнулся своему вопросу. Кто в Италии пьёт чай? Хотя чем чёрт не шутит, стоит попробовать.

Значит ответы будут приблизительно "две миляки" или "триста лир". Дальше придумать ему не хватало фантазии. Он решил попробовать с этих маленьких зацепочек, а в процессе испытаний обдумать продолжения. Часы показывали девять утра. Пора решаться. Иван оторвался от поручня и бодрым шагом направился к выходу с площадки.

Перейдя улицу он сразу оказался в другом мире. Тут царили совсем другие порядки и ценности. Ваня подошёл к ближайшему кафе. Молодой официант в чёрных безукоризненно выглаженных брюках и белоснежной рубашке нехотя повернулся к нему. На клиента он никак не походил. Может быть пришёл просить милостыню? Разнообразные чувства мелькали у него на лице. В конце концов победило равнодушие. Официант отвернулся от Ивана, видимо не найдя в нём ни одной лиры которую тот готов был потратить. Ваню это не смутило. Он решительно направился к официанту.

– Здравствуйте. Сколько стоит чашка чая? – спросил он сам дивясь как криво у него получилась заготовленная и несколько раз отрепетированная фраза. Официант удивлённо посмотрел на посетителя. И выпалил скороговоркой совершенно непонятную фразу. В ней не было ни одного изученного слова. И сам выговор был какой-то странный, нараспев, с переливами не похожими на итальянский язык. Неаполитанский диалект – догадался он.

– Говорите по-итальянски. Я не понял – вежливо сказал Иван. Официант повнимательней пригляделся к нему и снова что-то сказал указав на стойку бара. На этот раз слова были более близки к тем, которые он учил в разговорнике. Иван отошёл от официанта и подошёл к барной стойке. Второй итальянец, за барной стойкой, ещё моложе и ещё меньше чем первый внимательно уставился на него. Иван повторил вопрос. Бармен что-то быстро сказал. Скорее всего перечислил названия чайных напитков. Иван не долго думая повторил первое название.

– Due mille lire (2000 лир) – на этот раз он понял, что сказал итальянец. Он достал две миляки заработанные на клубнике и протянул бармену. Бармен снова проговорил фразу указывая в глубь бара, приглашая его сесть за столик. Едва он опустился на мягкий стул как к нему подбежал первый официант и спросил заказ. Иван повторил наименование и официант удалился. Через пять минут ему принесли чашку обыкновенного чёрного чая. Кажется первый опыт удался, но никаких результатов не принёс. Ивану пришлось выпить чай и выйти на улицу. На второй раз он решил попытаться поговорить в магазинчике, стараясь ничего не купить. В качестве фразы решил поинтересоваться расписанием магазина. Недалеко от кафе он обнаружил подходящий маленький овощной магазинчик. Прямо на улице под навесом стояли ящики с красиво уложенными овощами и фруктами, открытая дверь вела в глубь магазина. Иван сделал вид что присматривает что-нибудь купить. Продавец, пожилой итальянец с черными кудрявыми волосами был одет под стать официантам. Безукоризненно выглаженные штаны, чистенькая белая рубашка, с закатанными рукавами.

– Прего (пожалуйста)… – предложил продавец. Иван немного смутился.

– Какое расписание у вашего магазина – спросил он. Итальянец сначала онемел. Затем немного придя в себя указал на табличку возле входной двери.

– Грация – сказал Иван и невозмутимо двинулся дальше по улице.

Следующим ему попался вещевой магазин. Ваня подошёл к стойке, увешенной футболками, рубашками, майками, яркими кепками, все они были хорошего качества и вероятно довольно дорогими.

– Сколько стоит? – взяв одну из них заявил он. Продавец смерил его презрительным взглядом и отвернулся. Ругаться он не смог бы, да и незачем, покупать он ничего всё равно не собирался. Тем не менее Иван настойчиво покрутил футболку одной стороной, затем другой и снова спросил:

– Сколько стоит?

Продавец облокотившись на прилавок тоскливо смотрел на дорогу. Для клиентов было ещё рано а просто так разговаривать он не желал. Иван возмущённо фыркнул и сделав мину удалился дальше. Недалеко от магазинчика итальянская пара громко спорила. Он, высокий толстый черноволосый одетый в белый пиджак и такие же брюки о чём-то оживлённо спорил со своей женой. Так ругаться могли только муж и жена. Ваня пытался различить слова, но кроме "Alloro!" и "Poco poco" ничего не разобрал.

Прогулявшись по улице ещё немного, больше ничего подходящего не нашел. Пора было возвращаться на плаццу.

Когда он подходил к вокзалу длинная колонна уже вытянулась вдаль по улице. Он тоже устремился в том же направлении.

– Пожалуйста все встаньте! – священник устремил свой взгляд на множество людей, собравшихся за столами в зале. Толстые каменные стены, украшенные немногочисленной старой крестьянской утварью производили впечатление что они находятся не в современном мире, а там, в средневековье, когда по этой земле ходили первые апостолы. Чёрная накидка, доходившая почти до пола из грубого холщового материала в которую был одет священник, под стать ему его помощники и помощницы, тоже очень просто, по церковному одетые, усиливали впечатление. Священник немного наклонив голову вперёд ждал. Наконец в зале наступило полное молчание.

– Отче наш, иже еси на небесех… – торжественно зазвучала молитва. Лица людей посерьёзнели. Постепенно собравшиеся люди стали хором повторять молитву на итальянском языке. Иван, захваченный общим деланием, почти помимо воли повторял слова за всеми.

– Да святится царствие твое… – молитва разрасталась, звучала всё величественнее. Иван с изумлением увидел что люди молятся по настоящему. Они были иностранцами в Италии, многие не имели денег даже на хлеб. И получали пропитание в храме. Это было чудо, и оно совершалось каждый день. И помогало людям, попавшим в тяжёлые условия, приехавшим сюда не от хорошей жизни.

– Ибо твое есть царство и сила и слава. Амэн.

Молитва окончилась. Люди зашевелились, садясь на свои места. После такой молитвы не хотелось спешить, шуметь, следить за тем кому достался кусок мяса побольше. Все довольствовались тем, что им принесли.

Уже выйдя из харитаза Иван вздохнул облегчённо. Тёплый ветер подгонял в спину, он резво шагал по дороге. Жизнь возвращалась в привычное русло. На повороте к вокзалу он догнал Виталика. Тот в компании двух незнакомых парней разговаривали о работе.

– Давно тут не был – продолжал разговор высокий рослый парень.

– Как ты вообще выбрался? – спросил его Виталик.

– Хозяин решил сделать выходной – мрачно усмехнулся он. – А я решил навестить плаццу – уже более спокойно продолжал он.

– А-а! Вот и Ваня – обернулся Виталик лицом к Ивану, когда тот положил ему руку на плечо – я за него тебе говорил – сказал он обращаясь уже к рослому парню.

Парень смерил его изучающим взглядом, потом одобрительно кивнув, спросил у Ивана:

– Хочешь пойти на работу?

– Можно – делая вид будто ему не очень интересно предложение ответил Ваня. – А что за работа?

– На стройку.

– Я в стройке почти не разбираюсь.

– Не надо разбираться. Надо месить раствор, таскать вёдра, кирпичи, делать уборку, в общем что скажут. Лопатой махать умеешь?

– Ну, с лопатой я справлюсь – Иван тоже улыбнулся.

– Платят 50 000 лир в день. – и предупреждая возражения Ивана добавил – тут везде такая такса. Нигде лучше не найдёшь. – Парень обошёл разделяющего их Виталика и протянул руку Ивану:

– Андрей – представился он.

– Иван – ответил Ваня пожимая его руку. Они замедлили ход. Андрей начал подробно рассказывать о работе, куда и как приехать. Жить можно было в небольшом хоть и старом но со всеми удобствами домике. Телевизор, стиралка, холодильник, микроволновка, даже своя кофеварочная машина.

– Самое главное – не стоять. Надо всё время работать. Если хочешь куда-то перейти, либо возьми что-то тяжёлое, либо бегом.

Иван недоумённо уставился на него.

– Требования идиотские, но по другому нельзя – убеждённо говорил Андрей – И не смотри что Антонио орёт, неважно за что, просто спокойно стой и слушай. Не огрызайся. – Андрей немного успокоился. Жилы, вспухшие вокруг горла, когда он говорил, понемногу снова спрятались под кожей.

– Первое время будет трудно. Зато если удержишься, будет постоянная работа.

Обрисованная ситуация охладила у Ивана первоначальную радость. Он с сомнением смотрел на Андрея. Было видно что тот не шутит.

– А платит без проблем?

– С оплатой всё железно. Ставку платит вовремя. Не надо ходить клянчить.

– Хорошо. – кивнул Иван – Значит завтра в 7:30 на Вилянове?

– Да. – они подошли к плацце. Народу было больше обычного. Виталик и второй парень скрылись где-то в толпе.

– Ну всё, я ещё пройдусь тут, надо кое с кем встретиться. – Они пожлаи друг другу руки и Андрей тоже исчез в шумном людском море. А Иван, пытаясь переварить услышанное, ещё не понял радоваться ему или огорчаться новой работе.

На его месте стоял незнакомый мужчина. Небольшого роста, сухой, жилистый, одетый по-летнему в футболку с коротким рукавом и джинсы. Лицо у него было немного вытянутое, сплошь испещрённое морщинами, со стороны выглядело, как-будто он улыбался. Это выражение усиливал растянутый рот не то и правда в улыбке, не то это было его нормальное состояние. Иван пристроился рядом, с интересом наблюдая за новым знакомым. Раньше его тут не было. Мужчина живо интересовался плаццей. Затуманенности, покрытой лёгкой маской усталости и безнадёжности в его глазах не было. Вся его фигура, резкие движения показывали что он ещё свеженький. Его ещё не затянула трясина ожидания.

Мужчина скрестив на груди руки разглядывал местную публику. Иван наконец не выдержал и первым начал разговор.

– Сегодня приехали? – мужчина повернул к нему лицо как будто не слыша вопроса, затем после долгой паузы, ответил:

– Да

– Вы с Украины?

– Нет, точнее я украинец, но приехал из Германии – скороговоркой выпалил он.

– Здесь сложно с работой – немного помолчав сказал Иван – много людей и очень мало работодателей.

– А зачем работодатели? – удивился мужчина.

– Как зачем? – теперь удивился Иван – ты им платишь, они ищут тебе работу.

– А вы за работу ещё и платите?! – брови у него вскинулись почти на макушку лба.

– А как же! – никто бесплатно не будет искать работу.

– Ну и ну. – усмехнулся незнакомец. На его лице было снова вспыхнуло удивление, затем проступила глубокая морщина, он мучительно что-то соображал. Затем его лицо снова приняло прежнее выражение. Из толпы к ним вышли Виталик и Михалыч.

– В Германии есть работа? – спросил Иван.

– Есть.

– А почему вы уехали?

– Много полиции. У них всё очень строго. Не жалеют денег на депортацию. Соседи если узнают что нелегал, сразу докладывают в полицию. Те тут же увозят и депортируют.

– У нас попроще. – сказал Иван – полиция нас не трогает.

– Тут нужна рабсила – вмешался Виталик – много тяжёлой работы на полях, полиция почти не смотрит есть документы или нет.

– Да, мне говорили, поэтому я сюда и приехал – ответил мужчина.

– А вы в Германии работали? – спросил Михалыч.

– Конечно – усмехнулся незнакомец.

– А как вы её находили? Вы знаете немецкий язык? – спросил Иван.

– Я знаю только одно слово – Арбайтен.

Незнакомец улыбнулся показывая расставленные широкие большие зубы.

– Когда приехал в Мюнхен, сразу купил себе велосипед и поехал искать работу по деревням. Видишь хозяева что-то делают, спрашиваешь – арбайтен? Если есть работа они тут же тебя нанимают. – оживился мужчина – я там без работы не сидел. У кого-то день отработаю, у кого-то неделю. У одних задержался на месяц. Но потом соседи донесли, пришлось убегать.

Они познакомились и проговорили с ним до обеда. Виталик то приходил, то снова отлучался, иногда вставляя поучительные фразы, на что Николай Петрович лишь презрительно усмехался. Михалыч по большей части молчал. Иван рассказал Николаю Петровичу за Италию, всё что узнал за это короткое время. Вместе сходили на каритаз, потом Иван попрощался с ним и уехал к тётушкам в Морали.

… Иван разогнул спину. Его лицо, всё в поту, выражало крайнее недо-разумение. Он не разумел, не понимал, как можно три часа подряд, без единого перерыва махать лопатой? Почему итальянцы-мастера, хоть и быстро, но всё же с перерывами работают, успевая поболтать, по подшучивать друг над другом, даже посидеть поглазеть в окно со второго этажа на улицу, а они, такие же как они люди, даже с более белой кожей и светлыми волосами, явными признаками высшей рассы не могут передохнуть. Сейчас, торчащий обычно рядом с бетономешалкой мелкий итальяшка, тоже подсобник, куда то ушёл и они с Андреем остались вдвоём. Стояли опустив гудящие от натуги руки и смотрели друг на друга. Андрей тяжело дышал. Он помимо того что загружал бетономешалку, ещё помогал Ивану таскать вёдра с раствором. Иван успевал задерживаться на лестнице, где его никто не видит и отдышаться.

– Завтра на бетономешалке будем по очереди – сказал Андрей. Иван молча кивнул. Из окна снова показалась голова итальянца, который выглядывал специально чтобы посмотреть что они делают. Работники тут же взялись за свои дела. Иван потащил вёдра наверх, а Андрей загружать бетономешалку.

Хозяин показался один раз утром, наорал на Ивана видимо для объяснения серьёзности работы и скрылся. Мастера казалось вообще не обращали на них внимания, но по словам Андрея, основную опасность представляли именно они. Они исподтишка наблюдали за иностранцами и докладывали хозяину любые замечания.

Примерно к одиннадцати появился хозяин. Тоже в рабочей форме. Стройка сразу задвигалась в два раза быстрее. Едва Иван поднёс раствор каменщикам, Антонио срывающимся голосом заорал на Ивана. Кричал он минут пять. На его крик прибежал Андрей. Затем, немного успокоившись он отвернулся от Ивана. Андрей подхватил Ваню под руки и потащил вниз, во двор.

– Я не понял, чего он орал? – спросил покрасневший от нервного напряжения Иван.

– Ничего, сказал чтобы немного меньше ложили цемента.

– А зачем надо было кричать?

– У него такая форма общения – спокойно ответил Андрей – я тебе говорил, что на это место он найдёт себе десять человек, а у тебя есть работа?

– Нет

– Потерпи. Если выдержишь неделю, потом привыкнешь. Да и Антонио будет меньше орать.

Они вышли на улицу. В ворота стройки въехал крутой джип.

– А вот и настоящий хозяин приехал – облегчённо сказал Андрей – Это Филиппо, хозяин стройки.

– А ты чему радуешься? – спросил Иван глядя на просветлевшее лицо товарища.

– Теперь они до обеда будут ходить с Антонио, можно немного расслабится.

Антонио выбежал навстречу Филиппо с очаровательной улыбкой, мягким заискивающим голосом произнося приветствия. Филиппо невозмутимо кивнул в ответ. Лесть лестью, однако дело прежде всего, читалось на его хоть и не злом, но стогом лице. Антонио развернув огромный чертёж принялся что-то объяснять Филиппо, и они скрылись в доме. Андрей посмотрел на часы. Было пол первого. Он воткнул лопату в гору песка.

– Всё, пока сверху не крикнут делать новый замес, больше мешать не буду.

Иван потянул вёдра наверх. На втором этаже на одной половине помещения перегородки были сделаны там уже работали штукатурщики, и тамже стояли Филиппо с Антонио. На другой половине, работали каменщики куда Иван таскал вёдра. Мастера побросав инструменты весело шутили. Молодой итальянец, который выглядывал из окна, скорчив злую мину вылупился на Ивана, Иван внезапно посерьёзнел, как будто превратился в каменную статую. Он и на Украине не любил стукачей и подхалимов, а этот парень только и делал что подносил вёдра которые таскал Иван и следил за ними. Итальянец что-то прочитал в лице Ивана и попятился к своим. Перед мастерами всё ещё стояли четыре не израсходованные ведра и он понял что до обеда больше работы не будет. Медленно спустился во двор к Андрею. Они вдвоём зашли в подъезд в тенёк.

– Скоро начнётся лето – сказал Андрей – вот жара будет!

Они присели на ступеньки, глядя на пыльный двор, разбросанный по двору строительный мусор, аккуратные стопки кирпичей, поддоны с цементом, ждали сигнала на обед. Наконец на втором этаже послышался говор спускающихся итальянцев. Ребята выскочили на улицу.

– Манджаре! (кушать) – бросил через плечо проходящий мимо итальянец и собрав пальцы в щепотку несколько раз засунул их себе в рот, подтверждая жестом слова. Микроавтобус на котором они приехали на стройку стоял на улице недалеко от ворот. Итальянцы шумной толпой отправились обедать в бар. Андрей и Ваня присели рядом с "Фольцвагеном". Действительно, солнце уже припекало не на шутку. Пора призадумываться о загаре. Иван вспомнил что у него кожа нежная к солнечным лучам, и если прозевать момент и предварительно не прокоптить себя лёгким загаром, кожа будет слазить несколько раз. Андрей в два укуса закончил свой бутерброд. Достал бутылку воды и принялся хлебать. Опустошив почти две третьи протянул Ивану.

– Не. Я к воде отношусь скептически.

– В жару надо пить воду! – Андрей говорил с таким убеждением, словно это была прописная истина. Иван возражал.

– Не надо.

– Можно получить обезвоживание организма.

– Можно приучить свой организм меньше использовать воду – ответил Иван, но всё же взял бутылку и отпил несколько глотков.

Андрей не стал спорить. Ему было лень. Они сидели на траве прислонившись спинами к забору и он блаженствовал вытянув ноги и руки вдоль тела. Потихоньку ритм успокоился, мысли из головы ушли и он задремал. Иван вытянулся на траве и смотрел на синее сине небо.

– Аллоро! – внезапно раздался крик. Из бара вышел итальянец и глядя на них странно махал руками.

– Что такое? – спросил Иван.

– Хозяин приглашает в бар. Хочет угостить кофе.

Андрей поднялся и быстрым шагом направился к бару. Иван тоже встал.

Помещение внутри оказалось гораздо просторнее чем можно было предположить снаружи. Барная стойка сплошь уставленная стаканчиками, стопочками, блюдцами располагалась в глубине бара, посередине. Почти все столики были заняты. В зале царил шум и гвалт, сигаретный дым плотной завесой висел в воздухе. Недалеко от стойки сложив вместе два стола сидели их знакомые. Антонио, строя гостеприимные мины, подал им два напёрсточка наполненных тёмно коричневой, почти чёрной жидкостью. Иван взяв свою с изумлением заметил, что кофе был густым и тягучим словно машинное масло. В голову сразу полезли нехорошие мысли. О том что много кофе пить вредно, что оно сильно повышает частоту сердечных ударов. Он нерешительно посмотрел на кофе, потом на Андрея. Тот поднял чашечку и сделал крошечный глоток.

– Пей – улыбнулся он.

– Сильно крепкий – осторожно ответил Иван.

– Ничего, все пьют и ты пей.

Итальянцы за столом выстреливали фразы скороговорками соревнуясь друг с другом. Кто говорил быстрее и громче, тот овладевал общим вниманием.

Иван наконец поднял чашечку и отпил глоток, получилось сразу половину. Кофе проникло внутрь, медленно опускаясь к животу явно показывало свой путь. Достав до желудка дало первую реакцию. В голову ударил фейерверк чувств. Когда волна схлынула, Иван решительно допил чашку до конца. Вторая вспышка прошла заметно мягче, но гораздо более шире. Оставляя после себя ещё более заметный след во впечатлениях. Следующим отреагировало сердце. Он в первый раз почувствовал как оно бьётся и где оно находится. Хотелось выскочить на улицу и бежать, бежать, пока не закончит колотить сердце.

Компания шумно заговорила, итальянцы встали со своих мест направляясь к выходу. Иван и Андрей вышли последними. Едва хозяин уехал как к ним подскочил Антонио и снова начал кричать темпераментно размахивая руками.

– Кричит надо работать – угрюмо произнёс Андрей. Иван спокойно взял вёдра и потянул наверх. Антонио схватил его за плечи, развернул и начал орать прямо в лицо. Скорее всего ему не понравилось то что его не дослушали до конца. Иван поставил вёдра и стал спокойно выслушивать. Антонио взбесился ещё больше. Он поднял вёдра, сунул в руки Ивана и, непереставая орать, с силой толкнул в сторону подъезда. Лишь когда Иван скрылся в доме, Антонио успокоился.

Иван принёс вёдра с раствором, взял пустые и быстрым шагом направился вниз.

Антонио стоял возле подъезда и как ни в чём не бывало, весело болтал с другим мастером.

– Вот козёл – сказал Иван подойдя к Андрею.

– Тише, он злится когда говорят не по-итальянски. – Иван ещё более непонимающе посмотрел на Андрея. – Как ты тут работаешь?

Андрей пожал плечами. Впереди оставалась большая часть дня, а сил казалось не хватит и на час. Круговерть снова закрутилась в быстром темпе. Иногда кто-то из итальянцев подходил и говорил что-то поднести или унести. Маленькое разнообразие словно глоток воздуха вливал новые силы.

Он с удивлением обнаружил что несмотря на жару, во рту остался крепкий вкус кофе, и этот вкус не давал разрастись жажде. Пить не хотелось совсем. Андрей сбросив майку стоял повернувшись голой спиной к солнцу, обливаясь потом переводил дух. В работе снова установилось затишье. Предательский страх прокрадывался в душу не давая возможности посмотреть по сторонам и немного передохнуть используя паузу. Несмотря на это Иван поднял голову и обвёл взглядом двор. итальянцы попрятались кто куда. Не слышно было ни стука инструментов, ни разговоров. Кажется Антонио снова отлучился. Молодой итальяшка тоже не показывался. Они постояли с Андреем возле бетономешалки пока перемешивался замес. Поднявшись на этаж Иван и там никого не обнаружил. Лишь спустя примерно час потихоньку снова началась работа.

 Уже в самом конце дня, случилось непоправимое. Иван, обогнув здание, подошёл к бочке с водой чтобы смыть пот и грязь. Наклонившись над водой, умылся, а когда разогнулся увидел красную от негодования физиономию Антонио. Первые секунды он молчал не в силах произнести ни слова, затем разразился гром. Что он говорил, что ему не понравилось, Иван уже даже не пытался понять. Ему было абсолютно всё равно. Мышцы настолько устали что он еле шевелил руками и ногами. В голове шумело. Он даже не смотрел на Антонио, продолжая мыть руки. Когда всё стихло Иван не спеша пошёл к бетономешалке.

Когда они возвращались назад, садясь в машину Андрей сказал:

– Антонио тебя уволил.

– Я так и думал – устало улыбнулся Ваня.

– Надо было умываться после работы.

– Но я всё таки доработал день.

Машина взрагивала и качалась от резких движений Антонио. В такт ей раскачивались и пассажиры.

– За день он тебе заплатит – убеждённо говорил Андрей – это точно. Но вот завтра на работу не возьмёт.

– И не надо. – К усталости добавилось незнакомое до этого чувство безнадёжности. За эти дни, прожитые в Италии он уже столько пережил, что все ранее прожитые годы словно стёрлись. Остались лишь последние переживания. Сколько надежд было перед поездкой! Сколько мечтаний. Ему казалось что здесь, в Европе можно запросто заработать несколько тысяч долларов за год и приехать домой в отпуск похвастаться перед друзьями. На деле все оказалось совсем не так. Каждая миляка давалась с таким трудом что поневоле задумываешься, стоит ли оно этого?

Фольцваген нёсся по деревушке по проходной улице в сплошной колонне таких же ещё не старых но уже далеко не новых машин, которые составляли класс рабочих автомобилей. Или по-другому автомобилей для работы. Антонио молчал всю дорогу. Рабочие тоже не проронили ни слова. В Вилянове на станции перед тем как Иван выйдет из микроавтобуса Антонио молча сунул ему в руки деньги. Иван захлопнул дверь словно закрывая ворота в ту жизнь, из которой только что вышел. Из кабины донёсся негромкий говор Антонио. Андрей выскочил из микроавтобуса и возбуждённо крикнул:

– Ваня, возвращайся, Антонио берёт тебя на работу!

Иван обернулся, посмотрел на серую от пыли машину, на перепачканного, Андрея и покачал головой.

– Нет, скажи ему что я не буду у него работать.

Лицо Андрея вытянулось от удивления. Он помолчал, потом махнул рукой и снова скрылся в микроавтобусе.

Дневной свет потерял свою силу. Вечерняя прохлада граничившая с холодом, говорила что лето ещё не наступило. Деревья зеленели яркой листвой. Как они росли? Стволы торчали прямо из бетона. Ни единого клочка земли. Всё было закатано в бетон или асфальт.

Электричка резко и в тоже время плавно. Затормозила, остановившись точно в конце платформы. Немногочисленные пассажиры шустро по вскакивали в вагоны и она снова ринулась дальше. Здесь, в Италии, казалось всё, даже поезда не медленно ползали как в Союзе, кланяясь не только светофорам, но зачастую даже просто столбам, а носились как гоночные автомобили.

Ваня зашёл в вагон. Почти две трети мест были пусты. Он опустился на свободное сиденье и принялся смотреть как с быстротой молнии мелькают столбы линии электропередачи. Работа всё ещё не отпускала его, держала цепкими лапами нервы не давая успокоиться. Постепенно это напряжение сверху объяла ещё большая усталость.

Он поднял глаза и через сиденье впереди увидел пару сидевшую к нему лицом. Такие же полные тоски и какой то безысходности усталые глаза, смотрели на него напротив. Было в них что то до боли знакомое, близкое. Нет он никогда их не видел раньше, их объединяло другое более общее чувство, которое бывает у людей на чужбине.

 Он осмотрелся. И с удивлением обнаружил что в вагоне вообще нет итальянцев! Несколько арабов, семейная пара черноволосых не то румын, не то албанцев, и трое украинцев. Он снова посмотрел в окно на мчащиеся наперегонки с электричкой машины, на пролетающие красивые частные двух-трёх этажные дома. Почти все они были новыми, выкрашенными яркими белыми красками, современными. Многие котеджи имели свои бассейны, мансарды, гаражи. Он отвлёкся от пейзажа и подумал о тётушках. Какой переполох будет, когда он снова появится у них на пороге в ресторане. Вчера его проводили минимум на месяц.

– Ты заезжай к нам, не забывай! – говорила тётя Вера

– Тут место для тебя всегда есть – подхватывала тётя Люба. Их печальный вид действительно выражал участие. Он улыбнулся, представив себе их встречу. Всё таки как бы он мало ни пожил у них, фактически только ночевал, но квартирный вопрос стал явно выходить на передний план.

На следующий день, как обычно он прибыл на вокзал первым. Всё тело гудело, но в душе царила свобода!

Первые соотечественники как обычно показались к восьми утра. Полные тётушки на Украине обычно с авоськами, деловые, энергичные, куда-то спешащие по важным делам, здесь имели немного потерянный вид. Словно их вытащили из привычного мира и поместили в совершенно незнакомый. Где они никому не нужны. К десяти показались уже устроившиеся, приспособившиеся, нашедшие своё счастье и начали делиться впечатлениями. Гарибальди вошла в обычный ритм.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.