Елена Лещенко
Мармыжи

1.Наседка

Дети помахали ручками, бабушка смахнула слезу, пыль за уехавшей с родителями машиной улеглась. Лафа закончилась.

Внуки стояли перед бабушкой, как солдаты на плацу перед генералом армии. По росту: семилетний Вовка, пятилетняя Алёнка и четырёхлетний Игоряшка. Все в белых панамках. Двоюродные братья и сестра, свезённые на всё лето из столицы, на свежий воздух, на плечи семидесятилетней бабушке, в помощь.

Бабушка оглядела свой небольшой отряд и перво-наперво велела внукам снять сандалики:

– Неча обувку переводить! По двору босичком пользительней. А то ж, я вас знаю, вы сандалетки за день-два ухайдокаете, в чём тады в баню аль на станцию идтить?!

Дети поснимали сандалики, сдали их на хранение бабушке. Ступни сразу ощутили тепло курской земли и все её неровности. Алёнка наступила розовой пяткой на камушек: «Ой! Как же это я в том году бегала бо́сая? -подумала она, – И по огороду, и к депо…». Прошлое лето помнилось смутно. Алёнка посмотрела на здание депо, стоящее метрах в трёхстах от их дома. К нему вели рельсы, по обе стороны рельс – горы песка. Поезда приезжали сюда редко. «По-другому стало всё, – продолжала вспоминать Алёнка, – Депо намного дальше стояло. Зачем передвинули?»

– Значит так, – перебила мысли внучки бабушка, – Тута вам не городская жизть. Мне с вами сильно чичикаться некогда. Работать надо. Огород – он ждать не будя. Как пошлёпаешь, так и полопаешь! – бабушка отряхнула сандалики внуков и опустила их в глубину кармана передника, – И чтоб вы не блукали без дела, я вам ваши обязанности растолкую. Айда за мной!

Дети гуськом засеменили за бабушкой, глядя под ноги и стараясь не наступать на камешки и куриный помёт. Шествие замыкала трёхцветная кошка Мурка. В саду стояли ряды яблонь, груш, вишни, земля здесь была прохладная. Бабушка подошла к одной из яблонь:

– А ну-ка, кто дотумкает, что это за деревце? Какой укусный фрукт на нём в конце лета вырастет? Вы его все любите.

– Мандарин! – весело закричал Игоряшка.

– Вот ты хватанул! Мандарин! Тут, что тебе Африка, аль Гвадалупа какая?!

– Гваталапа! Ха-ха-ха! – Игоряшку до слёз рассмешило слово.

Мурка потёрлась боком о ствол дерева.

– Яблонька! – хором вспомнили Вовка с Алёнкой.

– Правильно! Яблонька. Цвела пышно, жаль вы не видали, поздновато приехали. Сейчас цветочки облетели. Гляньте, сколько на ней яблочек завязалось! Это ж всё её детки! И всех напоить-накормить надо. Чтобы к корешкам водичка доходила, земельку взрыхлить иной раз требуется, опосля подкормить-унавозить и поливать хочь иногда, если дождика не будет. Выбирайте себе каждый по яблоньке, за какой будете ухаживать. А потом проверим, чьи яблоки крупнее и вкуснее.

Разгорелся жаркий спор. Всем непременно хотелось ухаживать именно за той яблонькой, у которой стояли.

– А ну, будя балаболить! – надоела перебранка бабушке. – Раз договориться не можете, за эту яблоньку буду я сама отвечать. А вы другие выбирайте!

Когда выбор был сделан, бабушка повела всех на огород. Алёнке непременно хотелось сразу яблоньку полить, но бабушка сказала, что поливать надо «утром али вечером, а не посередь дня!».

Мурка на краю огорода отстала, увлеклась большой зелёной бабочкой – капустницей.

– Вона картопля, ужо цвесть начинает. А тута надо бы моркву проредить. Ишь, как густо повсходила!

Она вытащила из чёрной земли тонкое тельце оранжевой морковки, обтёрла её о фартук, погрызла, – Ай, сладка! Жаль зубов нет.

Дети стояли, открыв рты, им тоже хотелось сладости.

– Бабушка, а разве можно немытую морковку есть? – удивилась Алёнка.

– Немытую из магазина нельзя, а обтёртую со своей землицы можно. Я ж сюды никаких хирбицидов не кидаю.

Бабушка повыдергивала детям по морковке. Морковь и правда была сладенькой.

– От своей земельки никакая хвороба не пристанет!

Бабушка показала, как надо прорежать морковку, и дело заспорилось. Скоро детворе это дело наскучило, и бабушка их отпустила гулять, но чтоб со двора ни ногой!

Дети вышли с огорода, прошли мимо сада, вошли во двор. Идти, казалось, долго. Ну, и усадьба у бабушки! Как только вошли во двор, Вовка предложил:

– А давайте в курятнике яиц наберём! На солнце их запечём и бабушку накормим!

– А разве куры нам их отдадут? – засомневалась Алёнка.

– А кто их спрашивать будет? – смело ответил старший брат.

В курятнике был полумрачно и тихо. Разномастные куры с петухом гуляли по двору. Только одна большая пёстрая курица сидела на гнезде, она наклонила голову и с подозрением уставилась на вошедшую троицу.

– Вы, давайте, на нижних полках шуруете! Ты на левых, ищешь, ты на правых, а я на верхних посмотрю, – распорядился Вовка.

Алёнка покопалась в соломе, но ни одного яйца не нашлось. Наверное, их бабушка уже все собрала.

Вовка задумчиво поглядел на сидящую квочку. Та нахохлилась и неодобрительно заквохтала.

– Под этой курицей точно яйца есть! Я по её глазам вижу. Видите, как смотрит?!

Вовка протянул руку к гнезду, но квочка распушила крылья и неожиданно зашипела. Мальчишка отпрянул. Игоряшка рассмеялся.

– Ха-ха-ха!!! Курица Вовку победила!

– Не хорошо это. Это её яички, а мы их хотим своровать, – нахмурилась Алёнка.

– Мы не воруем, а берём! – поправил старший брат. – Она себе ещё наделает.

– Видишь, она не хочет отдавать! Значит, воруем. Пойдём отсюда!

– Конечно, не хочет. У неё мозгов-то нет. Сидит, греет яйца. Не понимает, что они от тепла тухнут. Их надо в холодильник убрать. У тебя дома, куда мамка яйца убирает?

– В холодильник.

– Вот, видишь! Надо бабушке помочь. Она бы и сама их забрала, да не увидела.

Доводы были весомыми. Вовка присел и попытался подобраться к курице снизу незамеченным. Но курица блюла. Только он протянул руку к гнезду, как она распушилась, закудахтала: «Куд-куда?!!», и попыталась клюнуть мальчишку. Тот отскочил в сторону.

– Видали, какая огромная?! Почти с Игоряшку ростом! Представляете, какие у неё большущие яйца?! Не зря она их так защищает.

– Она их не отдаст, – тряхнула косичками Алёнка.

– Да. Так не получится.

– Надо палку брать, – сквозь смех подсказал Игоряшка, – Без оружия ты её не победишь!

– Точно! Молодец! – обрадовался подсказке старший брат.

Вовка вышел в солнечный двор и зажмурился. Солнце накаляло утоптанный двор, стрекотали кузнечики, от огромной липы шёл тонкий сладкий аромат. Под её тенью куры с важным петухом копошились в траве, не подозревая, какая подлость сейчас учиняется в их домике. Мурка сидела у стола и вылизывала лапу.

Вовка взял у сарая метлу и вернулся в курятник. Успокоившаяся за это время пеструшка, снова раскинула крылья, предупреждающе зашипела. Вовка махнул метлой, пытаясь смести птицу с насеста. Пеструшка взметнулась над полкой и, кудахтая, полетела прямо на обидчиков. Дети, с визгом, гурьбой кинулись вон из курятника. Наседка за ними. Вовка бросил метлу, Алёнка споткнулась о неё и проехалась коленками по твёрдой земле. Куры заквохтали, петух воинственно закукарекал, Мурка подскочила, выгнула спину, шикнула на упавшую возле неё Алёнку и вскочила на скамью. На переполох примчалась с огорода бабушка.

– Ой, Божечки мои! Вы что ж это, саранчата, тут утворили?! Ай-я-яй! Клушу с насеста согнали, поганцы этакие! Вот я вас самих метлой этой! Куды почесали?!

Мальчишки задали такого стрекоча, что остановились только далеко за калиткой на полдороге к депо.

Алёнка сидела на земле и горько рыдала. Коленки были содраны в кровь, а сердечко стучало от пережитого страха. Квочка никак не могла успокоиться, ходила в центре собратьев и жаловалась им на хулиганское поведение приезжих сорванцов. Те неодобрительно кудахтали.

– Ох и задали мне задачу! Как теперь наседку на насест возвернуть, а? И ты туда же, Алёнка! Ты же девочка! Должна пример подавать, окорачивать братьёв от шалапутства! А ты с ими туда ж, в баловство! Это ещё хорошо, кочет у нас в этом году новый, смирный. А прошлогодний вас ещё и шпорами бы разодрал за клушу. Ну, да ладно, пойдём коленки мыть!

– Зелёнкой будешь мазать?! – с подозрением посмотрела Алёнка на бабушку сквозь слёзы.

– Буду.

– Не надо зелёнкой! Она щипучая!

– Ничё, моя зелёнка натуральная, не щипучая.

Мальчики, глядя, что гнаться за ними бабушка не стала, вернулись во двор, но держались на всякий случай поодаль.

– Ничё, унучка, потерпи трохи! – бабушка лила из кувшина воду, смывая грязь с Алёнкиных коленок. Девочке было больно, болячки щипали, она морщилась, но терпела, принимая это, как наказание за шалость.

–Ты мне скажи, Бога ради, зачем вы у курятник-то попёрлись?

– Мы хотели яички в холодильник положить. А то, что ж они в тепле лежат? Они так стухнуть могут.

Бабушка рассмеялась:

– Вот вы городские! Жизни совсем не видите там, на этажах своих. А откель, как ты себе разумеешь, куры-то берутся?

Вопрос поставил Алёнку в тупик.

– Из цыплят вырастают, – предположила она.

– Воот! А цыплята откеля?

Это был уже слишком сложный вопрос.

– А цыплята из яичек вылупляются. Яички – это домики для цыплят! В них должно быть всегда тепло, но нежарко. Вот и сидит несушка днём и ночью, греет яички.

– А что ж теперь, цыплята в домиках замёрзнут?!

– Там поглядим. Если их мамка не успокоится, мы её силком на яйца посадим, а сверху корзинкой прикроем. Она и затихнет.

Квочка, явно услышав угрозу, посмотрела правым глазом на хозяйку и добровольно направилась к курятнику.

– Смотри, бабушка, квочка пошла цыплячьи домики греть!

– Ну, значит, не пропадут яйца, скоро цыплятки вылупятся.

– Правда?! – обрадовалась Алёнка, – А когда? Завтра?

– Завтра! Ишь ты шустрая какая! Думаю, через недельку повылупляются.

– Недельку?! – огорчилась внучка, – Так долго ждать?!

Бабушка ласково посмотрела на неё:

– Да разве ж это долго? Тут жизнь вон, минутой пролетела, а неделька – это так, моргнёшь и нет её.

Мальчики, поняв, что гнев бабушки прошёл, подошли ближе, встали у калитки, понурив головы.

– Ну а вы что, басурманы, чаво насупились?! Ну-тка, Вовк, тама коло скамейки подорожник должон рость. Травка такая, с ладошкой схожа. Набери пару листиков поболе да без дырок, неси сюды!

Мальчики наперегонки бросились выполнять просьбу.

Бабушка отобрала два листочка, промыла их, помяла в руках. Приложила один из них к ранке, обвязала Алёнкину ножку длинным лоскутом, оторванным от старой ночнушки. Такой же компресс сделала на другой ножке.

– Вот такая у нас зелёнка. Натуральная!

– И вправду зелёная, – улыбнулась Алёнка, – и не щиплется!

– Посиди чуток, нехай кровь уймётся, тады уберём. Вот и платьице загваздала. Сымай, простирну. На солнышке в миг высохнет.

– Бабушка, а почему твоя зелёнка совсем не щипучая!

– А потому, как природная! Природа же она добрая! У неё от любой хворобы лекарства найдётся. Когда к ней по-доброму, она так же, добром отвечает. Вот вы на клушу с метлой пошли, она на вас сиганула. Вы её с гнезда шуганули, а природа вам цыплят за это не подарит.

– Подарит-подарит! Клуша-то вернулась!

– Ну, это она по доброте душевной. На первый раз прощается. Да и разве можно таскать без спросу что-либо? Эдак незаметно и вором можно стать. Береги платье снову, а честь с молоду! Наперёд надо думать, к чему ваш поступок приведёт. Ясно?

– Ясно, – ответил бабушке недружный хор её внучат.

– Ну, а раз ясно, то я теперича на огород пойду, работу доделывать, а вы что б тут не хулюганили! Алёнке надобно посидеть маненько. А ты, Вовка, как самый старший, за порядок отвечаешь! Никуда не лезьте! Вот на приступочке здесь садитесь, да книжку почитайте! В сенях на полке возьми! «Тимур и его команда» называется. Сиди, читай малы́м вслух! А я, как на огороде управлюсь, приду, вам картошечки в чугунке, на летней печке сварганю, обедать будем. Вот тах-то вот.

Солнце приближалось к зениту. Дети сидели под навесом на крылечке и читали книгу. Лето стрекотало, обещая быть бесконечно-долгим…

2.Ложкой по лбу

Есть хотелось неимоверно. Пятилетняя Алёнка, семилетний Вовка и четырёхлетний Игоряшка сидели в засаде и наблюдали, как соседская дачница Валентина кормит своего годовалого малыша куриным супом. Аромат доносился до детских носов. Из-за сиреневого куста было видно, что в тарелке в курином бульоне плавают кусочки курочки, картошки и немножко морковки. Валентина расталкивала в тарелке картошку, набирала в ложку суп вперемешку с мелко нарезанной курочкой, и приговаривала: «Открывай, Сашенька, скорее ротик! Ах, какой супчик вкусненький! Ну-ка, давай за маму!..» Малыш сопротивлялся, мотал головой и пытался слезть с мамины коленок.

– Какой противный ребёнок! – высказалась, сглотнув слюну Алёнка, – Такой суп есть не хочет!

– Вот и хорошо. Пусть не ест. Давайте дождёмся, когда они уйдут и съедим этот суп! – предложил старший брат.

– Там ложка одна. Чур, я первый! – Забил очередь младший брат.

– Хорошо, – согласился Вовка, – Потом Алёнка, потом я.

– Что-то не уходят никак, – прошептала Алёнка. В животе недовольно забурчало.

– Вовка! Алёнка! Игорёк! – раздался бабушкин голос со двора их дома, – Куды вы запропостилися?! А ну, айда домой!

Дети переглянулись и стали задом отползать из укрытия. Бабушка появилась у калитки соседки: Сидящая на цепи собачонка залилась лаем.

– Цыц, ты, окаянная! – вздрогнула от неожиданности бабушка, – Валюха, ты моих сорванцов не видала?

– Не, баб Лен. Не видала.

– Где ж их нелёгкая носит-то? Как бы опять в какую шкоду не влезли! С огорода пришла обед сготовить, гляжу, а нет никого, ушилися куда-то, вот бегаю по соседям ищу их.

– Не, здесь не было. Я уж полчаса тут, Сашеньку кормлю. Думала, может он во дворе, на воздухе лучше поест. Замучилась с ним. Ест плохо.

Карапуз, воспользовался минуткой, слез с маминых колен и пошагал к бабушке. Солнце пронизывало крону берёзы, под которой стоял стол и лавка, пятна солнечного света перемещались в такт движения лёгкого ветерка.

– Ничо, не переживай! Поест, как оголодает. Ты его разочек не покорми! Пусть учуе, что такое голод. Так в следующий раз сам метать ложкой в рот будет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.