Аскар Тарусский
Живые ветра

ОТ АВТОРА

И снова в бой идет гусар!
Вдали виднеется пожар;
Пред ним стоит смиренный конь,
В бою бесстрашен тоже он!
Сверкают блики от кокард,
От портупей и от петлиц,
А шашка дерзкая на нем
Блистает огненным лучом!
И вот готовы рваться в бой,
Надев свой алый доломан,
Загладив ус и бахрому,
Кричат команду «В бой!» ему!
И, оседлав коня, трубач,
Гусар, как вихрь и стрела,
И мчится в бой его душа!
Зачем? Мой друг, ответь, прошу!
Ты любишь так свою судьбу?
Зачем ты рвешься ветром в бой?
Ведь если вдруг
Лишь злобный звук
Свинца горящего из рук
Пронзит твою шальную грудь –
И дева красная твоя
Не будет слышать от тебя,
Как любишь ты ее глаза?..
И нет ответа от тебя,
Ведь гордый ты, и свет огня
Мундир подобный у тебя…
Ответ мой прост, мой юный друг,
Не славу я ищу все тут
И не люблю я воевать,
Я не хочу здесь погибать.
В бою сражаюсь я за то,
Что ценит каждое нутро,
Борюсь за родину и мать,
За даму дней моих лихих
И за детишек всех родных!
Не страшен мне враждебный вой,
Огонь и сабель вечный бой,
Удары буйных канонад,
И смерть, и мгла,
 Вам не понять…
Боюсь я честь вдруг обронить,
Боюсь я друга хоронить,
Боюсь вернуться не домой,
Боюсь терять я облик свой!..
Гусар наш будет бить один,
И тигр бешеный все с ним,
Пускай он груб, пускай упрям
И гордый стан его велик,
Нет выше силы перед ним –
В бою гусар неотразим!

Я рассказал о том, что сидит глубоко во мне, а может, и в каждом человеке. Только вот кто-то боится осознания и живет, обманывая себя, обманывая свое сердце. Живет, веря в свою правду, в правду, которая окружает его, которая творит его, ибо только наши собственные мысли создают мир, мы сами создаем то, что видим. Но очень часто, как бы печально это ни звучало, наш мир пытаются изменить все – все кому не лень, каждый, хочет принять участие, сыграть свою маленькую роль в творении чужой жизни.

У любой книги есть свои читатели. Вот и моя книга не для всех. В ней я поведал о мире, в котором жил, живу и буду жить. И чем дальше читатель по своим понятиям находится от меня, тем необычнее покажется ему этот рассказ.

Я хочу вас заранее предупредить, что все герои, все события данной книги вымышлены, они – лишь плод моей бурной фантазии. И если вдруг вам покажется, что какой-то герой реальный или какая-то ситуация вам знакома, то вынужден буду вас огорчить – по всей видимости, вы ошибаетесь.

Я никогда не был поклонником долгих и нудных объяснений, описаний чего-либо, и потому мое повествование будет изложено в моей манере, а именно: лаконично и по делу, ибо краткость – сестра таланта. Заранее прошу прощения за ошибки в тексте, если они конечно же найдутся, ведь я все-таки татарин, а татарам – пятидесятипроцентная скидка.

Я искренне желаю вам приятного чтения и доброго, свободного неба над вашей светлой головой.

НАЧАЛЬНАЯ

Не любит тот, кто не любит всегда.

Аристотель

Из дневника Михаила: «Зима, февраль, 20-е число. В этот день я встретил замечательную девушку. Мы ехали в одном вагоне под номером “13”. Поезд шел из Барнаула в Москву, я направлялся в Казань, она ехала до Москвы и дальше в Карелию. Ее имя – Александра. Она поразила меня с первого взгляда, но признаюсь честно, особого значения этим чувствам я не придал, а точнее, не хотел, старался не придавать. Долго ждать не пришлось, и вскоре меня пронзило желание сделать ей приятное, сделать так, чтоб ее светлое лицо озарила улыбка и она подарила мне теплый лучик добра. Я написал стихотворение, нарисовал розу на обратной стороне листа и через пару минут подошел к ней с простыми до безумия словами: „Это вам…“ Я вручил Александре свою записку. Стихотворение звучало так:

Я слышал буйный стук колес,
Он для меня мечтания нёс.
Тебя увидел – замечтался,
Увидел нежность ярких роз,
Твои чарующие взоры
Меня тревожат всё сейчас…
И вновь запутан стал душой
И миг забытую рекой,
Он показался мне святой…

После того как моя записка оказалась в ее нежных руках, я тут же скрылся с её добрых и светлых глаз. Затем, выждав время, собравшись с мыслями, я вновь вернулся к ней. Сердце билось дико. Она поблагодарила меня и, к моему удивлению, попросила разрешения написать под это стихотворение песню. Я был не готов к такому развитию событий и, безусловно, не отказал ей в этом.

Спустя несколько часов я сочинил еще одно стихотворение. Строки писались сами, мою душу наполняла энергия. Как только я собрался отдать ей вторую записку, она опередила меня и сама ко мне подошла, а точнее, подсела за столик. И уже наедине, смотря в её зеленые глаза, я подарил ей второе стихотворение:

Зимой, когда в моих глазах
Мерцает сказка в небесах,
Я погрузился в яркий свет,
Увидел яркий солнца след…
Увидел я твои глаза,
Из уст услышал я слова;
Твой женский, нежный взгляд –
Мечтать нелепо стал опять…
Хочу сказать тебе одно:
Забыть тебя мне не дано…

В ответ она предложила нарисовать мой портрет. Я вновь был обескуражен и просто не смог отказаться от столь лестного предложения. Она рисовала и одновременно рассказывала про мой характер, исходя из черт лица. Она будто бы околдовала меня, как чародейка, как принцесса, как богиня. Портрет был готов через полчаса. За это время я много чего о себе узнал и разглядел её необычную красоту. Она была подобна алому рассвету, золотому закату, очаровывала и манила, таила в себе все прелести природы и божества. Я просто наслаждался её присутствием, её теплотой, её светом. Крайне редко мне доводилось встретить столь пленительное создание.

Когда она вырывала лист с портретом, на обратной стороне листа открылись ранее написанные ей строки. Она сказала: „Что ж, значит, они должны достаться тебе“. Стихи были вот какие:

Ты, раскрывая души стену,

Смотри, где тьма и где ответы.

Ребенок, власть сию прими,

Отпуская зов забытых слов любви.

Моряк-отец в рассеянных туманах потерян,

Молись не скалам, а сердцу своему.

Ответ – живи в любви.

Она подарила мне чувства, которые душа моя давно забыла. Мы писали друг другу стихи, она просила попробовать написать стихотворение не из воспоминаний, а при непосредственной близости, я же не смел, просто не имел сил отказать и написал его:

Я вижу образ и черты,
Душа её во мне играет,
Её харизма и цветы
Меня так сладостно пронзает…
Я вижу: ангел предо мною.
Я вижу: он сидит со мной.
Я очарован красотой,
Душой, фантазией.
Порывы!
Порывы ветра предо мной,
Я поглощён в её сапфиры…
Глаза горят, её улыбка,
Её горящее тепло,
Её душа, как свет и блеск.
Я в океане утопаю…
Я ветер буйный и моря
С могучей силой подымаю…
Мечта пришла и поглотила.
В моей душе есть чудный блеск…
Он озабочен этим видом,
Он хочет жить её душой,
Её прекрасным, нежным бликом.
Я не желаю принимать!
Я не желаю расставаний,
Хотел бы я тебя обнять,
Хотел бы я к тебе прижаться
И вечно это продолжать,
В огне страстей с тобой купаться.
Ты поглотила сердце мне,
И я теперь могу признаться:
Что не хочу тебя терять…
Я не хочу с тобой расстаться…

Стихи я написал быстро, буквально на лету. В ответ она написала стихотворение, но забрала его с собой. Я не мог понять, что со мной происходит. Она знала каждый мой шаг, она знала, о чем я думаю и как я думаю. Она читала мои стихи так, как не читал никто. Она просто покорила меня. На остановке в Тюмени я случайно увидел медную статуэтку скорпиона и решил подарить его ей. Зачем? Я не могу ответить, но я всегда ими интересовался. Оказалось, что она Скорпион по знаку зодиака. Она написала мне еще стихотворение на память и свою песню, которую спела под гитару. Я сказал, что она умеет очаровывать. Из её ответа я понял, что пленяет не столько ее прекрасный образ, а её внутренняя свобода, и это просто потрясающе. Мне не понять её, как я бы ни пытался, как не понять и того, что творилось со мной в те мгновения, которые мы провели вместе. Может, это случайно, а может, и нет. Сейчас я понимаю: пускай даже это в прошлом, но те чувства поистине дороги для меня, как дорога любовь человека близкого, в которого ты влюблен. Да, возможно, я увлекся ею. Любовь на пару часов, любовь с первого взгляда, любовь или что? Вопрос останется без ответа, ведь я не знаю, что чувствовала она. Я просто благодарен ей за то время и чувства, которые она мне подарила. За ценности, о которых она мне напомнила…» Апрельский вечер. Этой весной апрель особо не торопился с теплыми лучами. Он то осчастливит всех ярким солнышком, то утихомирится, и всем надоевшая зима, не зная усталости, вновь покроет белоснежным одеялом замёрзшую землю.

Всё замело снегом: дороги, серые дома, припаркованные машины, голые деревья… В округе воцарилась русская зима. Деревья вновь обрели белые одеяния, и казалось, что они специально укрываются снегом, чтобы не замерзнуть, согреть свои голые ветки. В городах снег засыпал дворы и переулки, засыпал остановки и одинокие киоски, он как будто специально все подкидывал и подкидывал бедным дворникам новую работенку. Машинам хватало и получаса, чтоб утонуть в снегу и превратиться в сугроб. Серые, хмурые от холода, от надоевшей зимы дома засматривались на дико играющий с ветром снег.

Ветер дул северный; продувая людей, он заставлял их корчиться от холода, поэтому они прятались в помещениях, которые дают хоть какую-то защиту от дикого ветра. Зима знала, что делает, и не щадила никого вокруг. Она напоминала о себе и в тёплых домах, пробираясь в щели и наводя беспорядок.

Кто-то страдал от ветра, от суровой зимы, которой выпал напоследок еще шанс насладиться силой, поиграть со всеми и как следует повеселиться. Но находились и те, кому было холодно далеко не от зимних шалостей. Самый неприятный холод – внутренний, когда внутри разрастаются пустота, ненужность и непонимание…

Такую боль ощущал как минимум один мальчишка, влюбленный школьник. Драганов Михаил Сергеевич – простой парень, его далекие предки были родом из Болгарии, а история последней тянулась от самой Великой Булгарии. Во времена Российской империи его прапрадеды служили российскому царю. Его деды воевали с Наполеоном в Отечественной войне, боролись с фашистской Германией, немало крови пролили они за русскую землю, и потому он считал себя исконно русским человеком, но и не отрицал болгарских корней. Михаил был смугл, среднего роста, коренаст, кареглазый и с чёрными короткими волосами. У него было необычное лицо, он буквально светился, так полон он был жизненных сил. Михаил всегда сохранял жизнерадостный настрой, любил шутить и просто ненавидел скуку.

Сегодня, в этот снежный день, он устал от долгого молчания, от мучительных мыслей, от убийственных чувств влюбленного сердца, которое тревожило его все больше и больше. Он решил признаться и открыть буйное сердце любимой девочке. Миша рассказал ей все, что чувствует, что таит его любящая душа. Он поведал, как сильно она ему нравится, как часто он думает о ней, как стучит его дикое сердце при её появлении, – словом, раскрыл ей, что чувствует его душа. Ожидание ответа было просто убийственным, но он ждал его с уверенным видом, а девочка растерялась и смутилась от этого признания. Она не поверила ему, а может, просто испугалась этих чувств. Что бы мы ни думали, как бы ни рассуждали, однако это останется её тайной.

Девочку звали Настя. Она ответила: его слова пусты, не может он любить её, сердце его неспособно на такие чувства. Все знали Мишу как беспокойного парня – словно ветер, он не мог усидеть на месте. Анастасия же его противоположность. Она не обладала изящными чертами, но природа наградила её необычной, сказочной красотой. Стройная румяная девочка с большими серо-зелеными глазами; её волнистые, темные волосы, её черты были настолько своеобразны и неповторимы, что делали её просто неотразимой, изящной, до безумия милой. Настя отличалась скромностью и хорошим воспитанием; её богатые и интеллигентные родители делали все, чтоб их единственное дитя было счастливо.

Михаил же вырос в неполной семье, без отца, с матерью и бабушкой. Отец бросил свою любовь после того, как узнал, что она ждет от него ребенка. С рождения Миша был хилым и очень часто болел, мать очень боялись за его жизнь. При рождении он был на грани жизни и смерти, и только чудо помогло ему выжить.

Мишина бабушка жила неподалёку от Тархан. Мальчик очень часто гостил у неё и был просто без ума от природы Пензенской области. Обожал цветущие поля, грозные леса, широкие реки и тихие озера. Он часто бывал на могиле великого поэта. Может быть, благодаря этим прекрасным жизненным мгновениям он выздоровел и быстро пошёл на поправку. Мысли, чувства человека таят в себе огромную энергию – они могут исцелить, но абсолютно также быстро и уничтожить человека.

С юных лет Миша вёл дневник, в который он записывал все свои чувства. Только на страницах дневника он мог открыто высказывать всё, о чем думает, все свои мечты и страдания. Со временем это стало его привычкой, и в его дневнике, помимо душевных записей, появятся рисунки, веселые и грустные рассказы, трогательные стихотворения, в нем будут рождаться мадригалы.

Миша достаточно рано начал заниматься спортом, и вскоре подсел на него, как на наркотик. Он занимался гимнастикой, там же первый раз и увидел Настю. Миша безумно любил сноубординг, любил экстрим; если возникал повод для драки, то наш молодой герой ни в коем случае не упускал его. Мальчик желал изучить все, интересовался огромным количеством занятий и попробовал себя во всем. Но страсть к небу, к бесконечному синему пространству, поглотила его – как молодой орленок, он мечтал о первом полете. Он любил небо, обожал высоту. Он мог часами сидеть на какой-то высоте и наслаждаться ею, наслаждаться своей страстью и свободой.

Настя запала ему в душу еще в начале девятого класса, и постепенно, день за днем, месяц за месяцем, он молча влюблялся в нее. Миша записывал в своём дневнике все чувства к ней, и, к его прискорбию, так получилось, что в итоге оправдались его самые страшные, нежеланные мысли. Миша морально готовился к этому, но все же таил надежду на положительный исход. После неудачного признания он не смог забыть любовь к ней – чувство оказалось слишком сильным и уже слишком глубоко засело в сердце.

В личном дневнике Михаил запишет:

«Сегодня я решился признаться ей, а она мне не поверила! Я ещё раз уверился, что надеяться вообще не стоит, я ожидал этого, но все же надеялся, а зря. Зачем я вообще так долго молчал, зачем я мучил себя? Дурак! Я наивно продолжаю её любить. Я хотел бы забыть её, но чувствую, что это у меня не получается. Почему?! Почему я её люблю?!

И когда же это кончится?!»

На этом я завершу наше первое знакомство с Мишей.

Все, что изменяет нашу жизнь, – не случайность.

Оно в нас самих и ждет лишь внешнего повода для выражения действием.

Александр Сергеевич Грин

Летний день. По голубому небу медленно плывут белые облака, время от времени перекрывая путь ярким солнечным лучам.

Городской парк. На скамейке у старой раскидистой ели сидит парень лет двадцати семи. Одет он легко и просто, его короткие черные волосы с небольшой сединой аккуратно прибраны, он слегка загорелый, легкая щетина на лице, а возле правого глаза – глубокий десятисантиметровый шрам. Парень наблюдал за детьми, играющими напротив, и что-то записывал или зарисовывал в старый гранатового цвета дневник. Спустя некоторое время к нему подсел худощавый молодой человек примерно того же возраста. Незнакомец был крашеный блондин с пышной чёрной бородой. Одет он был стильно, по последней моде. На его правом плече красовалась татуировка льва, а в левом ухе болталась серебряная сережка.

– Дружище, есть сигарета? – спросил блондин у соседа по скамейке.

– Не курю, – спокойно ответил тот, не отвлекаясь от

своего занятия.

– ЗОЖ, красава, – сказал блондин.

– После этого он достал из своих штанин смартфон и завис в нем.

– Лишь бы набить свои карманы да брюхо! – вдруг выкрикнул блондин.

Брюнет поднял глаза на блондина.

Последний повернулся к нему и продолжил:

– Чертовы депутаты. Понастроили себе замки, живут, кайфуют, а народ в нищете гибнет!

– И ты гибнешь? – спокойно поинтересовался брюнет.

– Гибну, гнию в этой проклятой стране воров! – ответил эмоционально блондин.

– А где же тогда, по-твоему, лучше?

– Где-где! Везде, только не у нас. В США, в Англии, в Германии.

– Что ж, у каждого свой выбор, своя правда.

– А ты разве так не считаешь?

– Конечно же нет, – спокойно произнес парень со шрамом.

– И президент тебе наш нравится?

– Какая разница, нравится или не нравится? Президент же не девушка.

– Я не в этом смысле. Действия его какие? Страна живет в нищете, деньги уходят непонятно куда, весь мир против России настраивает.

– Ты в нищете живешь?

– Конечно, зарплаты еле-еле хватает. Цены растут. Ни отдохнуть, ни выпить нормально, на море вообще забыл, когда последний раз был.

– А виноват во всем президент?

– Не только он, конечно, но и он в том числе.

– А если бы ты сейчас стал президентом, ты как бы поступил?

Блондин немного задумался.

– Ну, это не мое дело, но могу сказать точно, что принял бы хоть какие-нибудь меры по поднятию экономики и сближению отношений с Европой и миром.

– А можно спросить почему?

– Потому что так будет лучше для России. Ведь Европа сейчас процветает.

– С чего ты это взял?

– Везде об этом пишут, читай в Интернете.

– Интернет – хорошая вещь. А Родину ты любишь?

– Я ее ненавижу. Ведь Родина ненавидит нас, – выплюнул блондин.

– Знаешь, что я хочу тебе сказать. Ты можешь ненавидеть власть, но не любить Родину ты не вправе, ибо, предав Родину, ты предаешь предков, а следовательно, и свою душу.

Блондин вновь призадумался, а затем ответил с улыбкой:

– О чем ты вообще говоришь? Что ты несешь?

Затем он замолчал и через пару минут ушел.

Сильнейшая обида ужалила сердце брюнета. Ему стало обидно за Отчизну. Что же так изменило сознание этого ненавистника, этого ярого противника, этого предателя Родины? Идеология, адским пламенем пожирающая государство. Так страшный змеиный яд уничтожает организм. Неужели совсем не осталось тех, кто готов пожертвовать всем ради процветания страны, ради вклада в благородное дело? Все думают только о себе, о своем маленьком мирке, живут только для себя и винят остальных в своих неудачах, в своих грехах. Легче ведь обвинить, чем сделать; предать, чем помочь.

НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ

До окончания школы оставался год. Это время пролетело быстро, полетом дикого горного орла. И вот наконец настала пора, когда школьники должны были сделать шаг в «большую» жизнь, подобно орлятам, начинающим первый полет.

Миша втайне от матери собрал все нужные документы для поступления в военный ВУЗ. Юные взгляды парня были таковы: защита Родины – благородное и великое дело, истинно мужское дело, дело, приносящее пользу Отчизне, народу. Давняя мечта, стремление долго не заставило парня мучиться при выборе профессии. Мама хотела, чтобы сын учился в гражданском институте, хотела, чтобы он жил спокойной гражданской жизнью, но Миша был совершенно другим человеком – он не желал становиться тем, кем видела его мама. Михаил отличался чрезвычайным упрямством. Он хотел писать свою жизнь сам, без вмешательства других людей, будь то родных и уж тем более далеких. Если он ставил цель перед собой, то добивался ее, несмотря ни на что. Он говорил матери, пытаясь её успокоить:

– Мама, это ведь моя жизнь… Я всегда буду благодарен

тебе за все. Ты знаешь, как сильно я тебя люблю. Ты помнишь, как я с самого рождения хотел летать? Я просто не смогу жить с тем, что оставлю этот шанс, ведь, сколько я себя помню, я всегда хотел летать, ты уж прости меня.

Матери просто не оставалось ничего другого, кроме как смириться с выбором сына и пожелать ему успеха.

С Анастасией Михаил больше не разговаривал, он писал в дневнике стихи, писал, как любит её, но не подходил к ней, лишь изредка позволял себе написать ей анонимное письмо. Миша боялся вновь испытать ту боль, те чувства, те переживания, которые терзали его юное сердце, его молодую душу, этот страх сдерживал надежнее стальных оков. Он боялся этой боли, как поротый зверь страшится кнута.

Миша сдал все экзамены в школе, а именно: русский язык, математику, обществознание, физику и историю. Дождался столь желанного вызова из военного института письмо шло достаточно долго, и это порой заставляло волноваться Мишу. Когда он все же его получил, то был на седьмом небе от счастья. Он радовался, как ребенок, получивший заветный подарок – интересную игрушку. Михаил не успевал на выпускной в школе, так как дата отъезда в институт просто не позволяла ему этого сделать. Уже в конце июня нужно было присутствовать в институте для дальнейшего отбора. Поэтому вечером двадцать второго июня веселый парень, полный оптимизма и задора, отправился в солнечный город Краснодар.

Вечер был теплый, алый диск солнца стремился в закат, дул слабый мягкий ветерок. Мама Михаила поцеловала сына, отпуская его в новую и неизведанную жизнь. Только матери знают, какие непередаваемые чувства они испытывают в такие моменты. Михаил еле сдерживал слезы, заметив слезы матери. Он успокаивал ее, говорил, что все будет хорошо, что скоро вернется в отпуск, что любит ее, что нет лучшей мамы, чем она.

Михаил также прощался со своим детством. Он мог лишь догадываться, что его ожидает. Поезд был проводником – тем, кто доставит его в неизвестную жизнь.

Вагон, в котором пришлось ехать Мише, был плацкартный, старенький, стандартный для российских железных дорог. Пассажирский состав подобрался разношерстный, но все в основном ехали отдыхать. Были студенты, молодые семьи с детьми, бабушки с внуками, вахтовики – в общем, весь средний слой населения Российского государства. Мише досталось верхнее боковое место рядом с мужчиной лет пятидесяти. Мужчина сидел за столом, пил горячий черный чай с лимоном и отгадывал кроссворд, который разгадал почти полностью. Михаил поздоровался с попутчиком, тот ответил тем же.

– Куда едешь, паренек? – спокойно, но громко спросил мужчина.

– В Краснодар, – ответил с улыбкой Миша.

– Прекрасный город, – сказал попутчик, – самое главное, тёплый. – Через недолгое время он добавил: – Ты абитуриент, что ли?

Миша удивился – как он сумел догадаться?

– Да, я еду поступать в летное училище.

– Мечтаешь о прекрасном небе? О полетах?

– Обожаю небо! – воскликнул парень.

– Понимаю тебя, сынок, – с улыбкой отозвался мужчина.

– Видимо, вы летчик? – спросил Миша.

– Было дело – летал. Сейчас же спустился на землю, – отвечал тот.

– А куда едете? – продолжал спрашивать заинтересованный Миша.

– Я еду на вахту. Работаю, после того как на пенсию вышел. Скучно мне, вот и устроился в охрану. Охраняю объект, хожу на охоту да на рыбалку. Надо же чем-нибудь себя занимать. – Мужчина говорил с улыбкой.

– Я тоже люблю рыбалку, но охотиться мне не приходилось – желание было, да вот возможности не было. – После недолгого молчания Миша спросил: – А можно узнать, на каком вы летали самолёте?

– Я не летал на самолёте, я летал на вертолётах, я вертолётчик. Летал на Ми-24.

– Да, знаю такой. – Немного помолчав, Миша вновь

решился на очередной вопрос: – А вы воевали?

– В Афганистане летал, было такое дело.

– Понятно.

Миша не решился продолжить беседу про войну. «Если бы хотел – рассказал бы», – подумал он.

– Страшное дело – война. Но куда деваться, когда

гром грянет? Это наш долг, тем более, парень, есть профессия такая – Родину защищать, – произнес офицер.

– Это точно. – Миша пребывал в легком изумлении.

– Не желаю тебе попасть туда.

– Я стремиться не буду, но если придётся, то пойду, отнекиваться не стану, ведь не по-мужски это.

– Поверь мне, мальчик, это лишнее. О матери подумай, о девушке своей.

Миша немного помолчал и ответил:

– Мама моя поймёт меня, она хоть и говорит порой,

что не надо то, не надо это, а я её не слушаю, не назло, конечно, просто делаю то, что считаю нужным, такой уж у меня дурной характер. А девушки нет вовсе.

– Я тоже так думал в молодости – горяч был, да и удивляюсь теперь, как живой остался. Повезло, видать. А с девушкой так нельзя, должна быть любовь в жизни. Чтоб тебя любили и ты любил. В этом и есть смысл жизни, только в этом счастье, иначе просто не может быть.

– Люблю я, да вот меня не любит, не верит мне. Я и не знаю, что делать: забыть про неё или надеяться на чудо?

– Нужно действовать. Нормальной девушки нужно добиваться. Я вот свою красавицу добивался целый год, бегал за ней, чудил. В итоге женился на ней, и двое пацанов у нас. Везде со мной, люблю их до безумия, потому, может, живым и остался.

– Счастливый вы человек!

– И у тебя всё будет. Не она, так другая, у меня ведь тоже не с первого раза все получилось, первый блин, как говорится, комом. Главное, взаимно. Это и есть любовь. Без женщины никуда, а иначе кто тебе детей рожать будет, кто будет очаг хранить, кто будет ждать тебя дома с работы? Нет, нельзя без жены, я тебе это точно говорю.

Миша задавал офицеру всё новые вопросы.

– А вы верите в любовь с первого взгляда? – спросил он.

– Я вот не знаю, не испытывал подобных чувств с первого момента, – отвечал попутчик. – Изначально просто симпатия, и лишь только потом она переходит в любовь, главное, чтоб не в привыкание. Но знаю одну историю. Историю с моим однокашником в училище. Он родился и вырос на Кавказе, учился он со мной во взводе. Был умным парнем, смелым и гордым. Однажды вернулся из отпуска и рассказал, что влюбился по уши, как он говорил, с первого взгляда. И она, соответственно, тоже. Он говорил про неё только тёплые слова, столько страсти и тепла было в них, но его родители высказались против, так как их семьи враждовали. А на Кавказе, сам знаешь, какие традиции. – И что он сделал? – нетерпеливо проговорил Миша.

– У него было два пути: прекратить с ней общение и оставить все как было или же сбежать с ней и остаться без родителей и родных. Он выбрал второе. Он сбежал к ней через месяц.

– И что дальше?

– Через год мы узнали, что он погиб. Его убил её брат вместе со своей же сестрой.

Миша замолчал.

– Такой вот Кавказ. Парня жалко, хороший был бы вертолётчик.

– У каждого народа свои традиции.

– Это точно. У некоторых племен жен вместе с мужем хоронили.

– Живых? – удивленно уточнил Миша.

– Конечно живых. Вообще путь к современным устоям был очень долгим и трудным, это касается всего, я же тебе поведаю про семейный. Вот слушай. У каждого из нас свой характер, каждый по-своему индивидуален, но есть у нас и общее. У всех людей есть природные инстинкты, которые объединяют не только нас, но и всех прочих живых существ. Инстинкт самосохранения, инстинкт отстаивания своей территории, материнский инстинкт, инстинкт поиска пищи, стадный инстинкт, ну и тому подобные. Это все заложено в нас с рождения, это неотъемлемая часть нашего тела, нашей души. Еще на заре человечества первобытные люди жили племенами, в которых все строилось на инстинктах. Мужчины добывали пищу и охраняли жилище, а женщины растили детей и сохраняли очаг в доме. Мужчина должен быть сильным, и женщины ищут сильных парней, как и их прародительницы много тысяч лет назад. Сейчас ведь мало что поменялось, и инстинкты эти не устранить, но ими научились управлять. Женщина по натуре стервозна, она всегда ищет лучшего и проверяет нас. Вот как ты понимаешь смысл поговорки: «Бьёт – значит любит»?

– Не знаю даже, – скромно сказал Миша.

– Стал бы ты обращать внимание на проблемы чужих

людей, вдаваться в их нужды и потребности? Да нет, конечно. Вот они и начинают нас «пилить» да нести всякую чушь, а ты если не ответишь ей, не заметишь нелепые грубости, то, значит, безразличен к ней как к чужому человеку. Без ругани не может быть счастья, а если говорят, что не ругаются, то лгут или не любят друг друга. Это все инстинкты, друг мой. Но это не значит, что женщину нужно бить, упаси боже, просто если ты не покажешь себя сильным, то она просто тебя воспримет как слабого и недостойного мужчину.

– Дак а зачем же хоронить-то с мужем? Вы так и не сказали.

– Принято было раньше так, что женщина должна хранить мужа, а если он умрет, значит, не сберегла, вот и хоронили вместе в наказание.

– Жестоко, – заметил Миша.

– В некоторых племенах женщин не кормили полноценно, чтоб они не толстели и могли убежать от врага, забраться на дерево – так они продлевали им жизнь, – с улыбкой рассказывал он.

– Это же все дикость.

– Конечно дикость. В пещеру заходил первым кто?

– Это я знаю, – улыбнулся Миша, – женщина.

– Правильно.

– А что еще вы можете рассказать про инстинкты?

Офицер немного подумал и ответил:

– Семейный стол. Дружеская беседа, совместный обед у костра. Что может быть лучше, не так ли?

– Ну да, плохого не вспомнишь.

– Вот и слушай. Как ты думаешь, почему мы не угощаем пищей других, незнакомых тебе людей?

– Зачем мне их угощать, если я их не знаю?

– У тебя срабатывает инстинкт. Пища – это добыча. И с давних времен её ели только близкие люди, чужаков отгоняли. Поэтому мы и не приглашаем чужих, а когда кушаем семьей, срабатывает племенной инстинкт, и мы испытываем чувства уверенности и семейного очага. – Немного помолчав, он улыбнулся и продолжил: – Самые приятные чувства – костер, семья, приятная беседа, ну и шашлыки. – Теперь я понимаю.

Он улыбнулся.

Михаил задумался и через недолгое время продолжил:

– А ведь сейчас нет такого, чтоб с женщинами так обращались?

– Конечно же нет. Я ведь сказал, что инстинкты остались, но ими научились управлять, давить то, что делает человека зверем. И как думаешь, что стало самым главным средством?

Миша задумался.

– Религия, друг мой, – продолжил он. – Религия – то, что управляет человеком, сдерживает его, не дает ему совершать то, что не стоит делать. Главные заповеди – не убей и не укради. Не убей – по своим инстинктам человек прирождённый хищник.

Не укради – прирождённый вор: кто-то добывает пищу, а кто-то её ворует, ну или забирает. В общем, в дикой природе все решают сила и проворство, в нашем же, цивилизованном обществе это урегулировалось благодаря религии, которая действует параллельно с законом. Религия – духовная, нравственная подпитка, жизненная мораль и институт. Для общества просто стало необходимо иметь ценности, иметь культуру, и потому они придумали Бога как наивысшую степень доброты и равновесия, а дьявол – все те звериные инстинкты, которые есть у нас у всех. Все помнят, как распалась великая древнеримская империя: вспомни гладиаторские бои, вспомни то, как в Риме жили женщины и высокие слои населения. Всех римлян со временем поглотил мир природных инстинктов, мужчины стали слабыми, ведь воевали наемники, и в итоге их империя распалась, иначе просто не могло быть, а в чем причина? А причина в том, что люди достигли пика звериных инстинктов, они забыли про богов, и потому их уничтожили, женщины не нашли настоящих мужчин в слабых римлянах, государство стало тонуть и рушиться, как старый гнилой дом. И потому создали великие религии, написали Библию, Коран, где указали, как нужно жить, помня о горьком опыте предков. Христианство вобрало в себя все наилучшие заветы и создало максимально выгодные условия существования в цивилизованном обществе.

«Возлюби ближнего своего» – одна из заповедей Иисуса. Она решает все проблемы. Если ты будешь любить ближнего, ценить и уважать, то ты просто не сможешь украсть у него что-нибудь и тем более убить, наоборот, ты будешь ублажать его и делать подарки, стараться сделать приятное. Этого и добивался Иисус. Это гениальная идея. С самого рождения ребенка нужно воспитывать в правильном ключе, этим и занимается религия из века в век. Религия – один из способов урегулирования государства, и, как показывает практика, наилучший. Как ты воспитаешь молодое поколение, так и будет жить государство в будущем.

Поколение – главное для государства.

Михаил задумался, пытаясь осознать все услышанное.

– Значит, Бога нет? – спросил он наконец.

– Каждый выбирает сам. Я, например, верю в Бога. Я просто хочу верить во что-то подобное, верить в то, что дает тебе силы, ведь это тоже своеобразная помощь. Верить нужно. Есть такие ситуации, которые и не назовешь никак, кроме как чудо. Мне рассказывал дед, что он знал парня, с которым вместе воевали под Москвой. Дак этого парня спасла иконка, вшитая каким-то образом в шинель, в которую попала пуля, которая должна была остановить его сердце. Что это? Чудо? Совпадение? Каждый выбирает сам, друг мой. Каждый выбирает сам. Вот я не соблюдаю постов, да и молитв толком не знаю, делаю то, что не следует, не читал Библии. Могу ли я считать себя христианином? Я считаю себя христианином, так как меня крестили при рождении, так как я был крещен судьбой, и вера моя в Бога есть, и потому не важно это всё. Главное, что ты веришь, и это дает тебе силу, помогает тебе в делах, дает уверенность.

Миша обдумывал его слова.

– А как вы выбрали свою жену? – спросил через недолгое время Миша.

– Знаешь, это пришло со временем. Я просто понял,

что не смогу без неё жить. Вот и бегал за ней. Есть такая поговорка: «У купчихи есть муж для обеспечения, приказчик для тела и гусар для души». И это у всех так, а мы должны быть и мужем, и приказчиком, ну и, конечно, гусаром одновременно. Мужик что должен? Вырастить двух детей, построить дом, посадить дерево и защитить свою Родину и любить жену. Все это сделал? Да – значит, молодец, и жизнь твоя будет прекрасна.

После паузы он добавил:

– Женщин невозможно понять.

Мы любим тех, кто нас не любит,
Мы губим тех, кто в нас влюблен,
Мы ненавидим, но целуем,
Мы не стремимся, но живем.
Мы позволяем, не желая,
Мы проклинаем, но берем,
Мы говорим… но забываем
О том, что любим, вечно лжем.
Мы безразлично созерцаем,
На искры глаз не отвечаем,
Мы грубо чувствами играем
И не жалеем ни о чем.
Мечтаем быть с любимым рядом,
Но забываем лишь о том,
Что любим тех, кто нас не любит,
Но губим тех, кто в нас влюблен.

Мой тебе совет, друг мой, – Мишин собеседник улыбнулся, – не нужно думать, нужно просто любить их, любить их и радоваться жизни, ценить каждый момент. Ведь на войне многое решает тыл, а жена – это в своем роде и есть твой тыл.

Миша достал дневник и начал записывать.

Мужчина спросил:

– Друг мой, ты что там делаешь?

– Как же, я записываю все то, что вы мне рассказали.

– Ты что это, писатель? – улыбнулся тот.

– Нет! Что вы! Я просто записываю интересные рассказы.

– А что ты ещё там записываешь? – с любопытством спросил мужчина.

– Пишу свои мысли и иногда стихи.

Миша жадно записывал новый рассказ и одновременно отвечал на вопросы.

– Интересно. А как твоё имя? – поинтересовался попутчик.

– Михаил. А как вас зовут?

– Николай Петрович. Можно просто Коля.

– Очень приятно.

– Взаимно.

Николай Петрович не стал отвлекать Мишу от записей и перевел взгляд на окно, наблюдая, как меняются деревья и как бегут по небу, словно живые, облака.

После того как Миша записал, что хотел, Николай Петрович спросил:

– Тебя назвали в честь великого поэта?

– Да, бабушка настояла на этом.

– Ты прочитаешь мне свои стихи?

– Мои стихи – просто бред, я не думаю, что они будут

вам интересны.

– Прочти, мне интересно.

Миша принялся искать в своих записях стихотворение.

– Стихотворение про одинокого волка…

В лесу холодном и дремучем
Тропой забытою идёт,
Над ним серебряной рекой
По небу свет немой плывет.
Деревья – бывшие все братья
И мгла лесистая кругом,
Идёт один, его страдания
Забыты, изгнаны святым.
И вой – протяжной сиротой,
И миг – пронзительной стрелой,
Открытый – тёмною волной,
Он волк – замерзший и чужой.
Он одинок, он озабочен,
И жизнь заброшена тоской,
К луне серебряной стремление,
Ведь на земле он стал чужой.

– Очень интересные мысли, Миша. Ты талантлив. Быть может, не зря носишь имя Лермонтова, – сказал офицер.

– Спасибо, конечно, но вы мне явно льстите. Я не нахожу свои стихи красивыми. Я лишь вошь по сравнению с Лермонтовым.

– Эх ты, Миша-Миша. – Он промолчал немного и продолжил: – Ты, главное, не забрасывай это дело…

– Посмотрим, как жизнь сложится.

Они замолчали, смотря в окно на бескрайние российские поля.

– А есть у тебя что-нибудь про Россию?

– Есть, конечно. Сейчас прочту.

Он начал второпях искать это стихотворение: – Вот оно.

Моя любимая Россия,
Любви прекрасные слова,
Как мне близки твои узоры,
Как я люблю твои глаза.
Зимою звонкой и крепучей
Мерцают белые леса,
Под солнцем ярким заблистают
Ковров серебряных поля.
Ветра присущие – родные!
Седые песни всё поют,
Зверей чудесная забава,
Их сказкой дети всё зовут.
Когда весной все тают глади
И песни птицы всё поют,
Меня чарует это небо,
Меня волнует этот звук.
Густых полей и гор лесистых,
Морей и рек присущая глава,
И света блеск, багряные закаты,
Так пламенно, чарующе горя.
И осенью все в золото одето,
И алой сказкой цвет леса отдаёт,
Моя любимая Россия,
Люблю я твой блаженный хоровод.

– Красиво. И все же какое у тебя любимое время года? – спросил Николай Петрович с интересом.

– Да я и не знаю. Все времена года по-своему хороши. Я их всех люблю, как тут выбрать? Лето – за его тёплое солнышко, ночные гуляния, купания, за рыбалку с дядей, за свежие ягоды, за леса, которые даруют самые вкусные кедровые орешки, за красивую живую природу. За свежую грозу и дождь, за его зарницы, за чистое небо, за зелёную траву и тени под деревьями, за запах от речки и стрекотание в траве, за игривые полёты ласточек и высокие полёты орлов… Зиму – за мороз, за хруст снега под ногами, за серебро, за Новый год и праздничное настроение, за снегопады и сугробы, за румяное лицо и боль в руках от мороза, когда ты и пуговицы не можешь застегнуть, за долгую ночь, за яркую, как никогда, луну и тихие звезды, за свист вьюги за окном, за весёлые лица детей и их игры… Осень – за золото, за падающие листья и красное небо, за холодные, осенние дожди, за туман, за прощание улетающих птиц, за первый снег и девственный лёд с утра, за этот чарующий осенний воздух. А весну – за звон капели и первые лучи теплого солнышка, за первые цветочки, за косяки птиц и их свободные крики, за первые ручьи свободной реки, за первые грозы, за День Победы, за начало новой жизни. Как-то так.

Они задумались.

И потом Миша спросил у него:

– Николай Петрович, а почему вы решили стать военным?

Он даже и не задумался. Видимо, ему много раз задавали этот вопрос и он уже точно знал, как на него ответить.

– Я, Миша, служил в армии помимо того, что это долг и призвание, что давало мне силу и уверенность – это дети, все маленькие дети нашей Родины, я служил ради них, ради их счастливого детства. Есть в этом деле то, что успокаивало меня и мою душу.

– Да, хоть я вырос и без отца, но детство я помню с лучшей стороны. Мама сделала все, чтоб я радовался, чтоб был счастлив. Когда я приезжал к бабушке в Тарханы, я чувствовал себя как в раю, ни в чем себе не отказывал, было весело. Жаль, что это время не вернуть, я бы многое за него отдал. У меня есть один стишок про детство, который я написал недавно, он грустный, но правдивый – я привык всегда говорить правду, – прочитать?

– Да, конечно.

Миша принялся читать:

– Я не имел отца,
Утраченный младенец.
Я вырос без отца,
И это вечный знак.
Я в детстве не страдал,
Я благодарен, может,
Такая вот судьба,
И в этом нет сомнений.
Я слово не скажу,
И если я увижу
Мой детский, юный взгляд,
Запутанной любви.
Я не смогу любить,
И чувств моих утрата,
Порывы детских вьюг,
Не знающих, как надо.
Я вырос без отца,
И я не обижаюсь,
Я не смогу понять
Предательскую шалость.

– Тревожный стих, – произнес Николай Петрович.

– Это про моего отца, которого я не видел и даже не

интересовался. Я знаю, что у меня есть родная сестра, которая тоже выросла без отца. И с ней я тоже ни разу не виделся.

Я знаю: есть сестра,
У нас один отец –
Запутанный тогда
Угрюмый молодец.
Я знаю: есть сестра
И буду дорожить,
Ведь только я один
Смогу её любить.
Любить ее как брат,
Пускай и далеко,
Но только я один –
Понять так нелегко.

– Что ж, твоей матери было тяжело, но она у тебя большая молодец, так как вырастила такого отличного парня, как ты.

– Спасибо за добрые слова о моей маме. Но я не всегда такой добрый, я иногда бываю вспыльчив и даже сам себя опасаюсь порой. Однако мама тут не виновата – так уж заложено в меня с самого рождения, как вы говорите – инстинкт.

– Да, во всех людях сидит бес, главное, не дать ему совладать над твоим ангелом, – заметил Николай Петрович.

Они замолчали обдумывая сказанное. Поезд как раз проезжал мимо речки, где стоял одиноко тополь. Он склонил свои ветки, будто хотел обнять её. Тополь был старый, вокруг него не росло ни кустика. Он, как заблудший странник, остановился возле речки, чтобы утолить жажду.

Николай Петрович увидел его и сказал:

– Миша, видишь тополь?

– Да, вижу, конечно.

– Сможешь написать стихотворение?

Парень ответил, что попробует, и тут же принялся писать в дневнике. Слова приходили сами собой. И в итоге родился маленький стих, который Миша сразу же озвучил:

– У речки тополь разветвлённый,
Он, как и я, стоит угрюм.
Я в этой жизни одинокий,
Соседом ближним нелюбим.
Тот старый тополь был влюблённый,
У речки ждал любовь свою.
Он слышал смех её и голос,
От ветра ждал её красу.
Он – верный друг его – свободный,
Его он знает так давно,
Он говорил ему про чувства,
Не прятал чувства от него.
Любил он истинно, так нежно,
Но не любил его никто.

– Все не забудешь?

– Да не могу я просто так забыть её, больно уж глубоко она запала мне в душу.

– Знаешь, как я тебе уже говорил, любовь должна быть

взаимной, иначе это не любовь.

– Я понимаю это.

Они замолчали, наблюдая, как солнечный диск медленно спускался за горизонт. В эти моменты небо становилось просто прекрасным, оно пылало в небесном пожаре. Поля казались бескрайними – они были как в сказке.

– Уже смеркается, – проговорил Миша.

– Да, пора отдыхать, завтра будет тяжёлый день.

С утра Миша его уже не увидит. Николай Петрович сойдет с поезда поздно ночью. На столе он оставит старую книгу.

«Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова лежал одиноко на столе. Михаил взял её. На обороте было написано: «Михаил, это моя любимая книга, я хочу, чтоб она осталась у тебя. Будь всегда таким, какой ты есть, не ищи себе “маски”. Мы с тобой ещё обязательно встретимся, и ты подаришь мне свою книгу. До скорой встречи, Михаил».

– Спасибо… – тихо произнёс Миша.

Из дневника юного Михаила: «Сегодня я встретил необычного человека. Может быть, это случайность, а может быть, судьба, ведь ничего не делается просто так. Я еду поступать в летное училище, а он – полковник авиации! Я рад, что встретился с ним, и не забуду этот день никогда. Он подарил мне „Героя», и мне придётся начать писать, чтоб подарить ему уже свою книгу. Я буду ждать встречи с ним».

ВРАГ

Библия учит нас любить ближних, она также учит нас любить врагов – может быть, потому, что это обычно одни и те же люди. Честертон Г.

Уже через сутки Миша доехал до Краснодара и направился в институт.

День был ясным, солнышко светило ярко-ярко, для Миши было непривычно жарко. На улице стояли зной и духота.

Миша решил добраться на такси. Уже при выходе из

главных ворот вокзала ему начали делать различные предложения, цены колебались от 200 до 2000 рублей. Миша же конечно выбрал то, что дешевле. Сказал таксисту, что ему нужно до военного института, таксист ответил, что понял, и они тут же отправились в путь. Миша, доехав до места назначения, расплатился с таксистом, и тот быстро скрылся из виду. Миша не увидел на КПП тех мест и зданий, что запомнил по фотографиям в Интернете. Это заставило смутиться молодого абитуриента, и только после того, как Михаил подошёл к дежурному, он понял, что приехал не туда: таксист привёз его к воинской части внутренних войск. Миша был обманут. Дежурный предложил ему городское такси и подсказал номер телефона. Машина приехала быстро и отвезла его уже туда, куда он стремился изначально.

Первые абитуриентские дни были чем-то необычным. Мало кто понимал, что происходит. Абитуриентов с самого начала старались приучать к дисциплине, к легендарному военному порядку. Уже на этих первоначальных испытаниях некоторые из желающих стать воинами осознали, что жизнь военного не для них. Но герой нашего рассказа не из их числа. Удачно пройдя все первоначальные испытания, которые приготовил для него институт, Миша поступил в высшее военное училище летчиков. Он безумно радовался этому событию, ведь он сделал свой первый большой шаг в своей жизни.

Первый месяц стал подготовительным – курс молодого бойца. Каждому будущему офицеру пришлось проверить себя на прочность еще раз и в гораздо более суровых условиях. Как ни странно, но вновь выявили тех, кто сдался, потерялся в сомнениях, кто не знал или не понимал, что их ждёт.

После КМБ начались курсантские учебные будни. У каждого курсанта был свой характер. Кто-то оказался вспыльчив и жесток, а кто-то – спокоен и мягок. У каждого были добродетели и пороки. Все это выяснилось в ходе учёбы и совместной жизни, долгой и скрупулезной притирки, которая длилась для кого-то год, два, три, а для кого-то и вообще не заканчивалась, виной тому – его скверный характер.

Миша же мог как быстро найти друзей, так же быстро мог и нажить врагов. Он отличался крайней тягой к справедливости, правде и просто ненавидел тех, кто сплетничал или лгал ему. Он мог публично обвинить лгуна или просто человека нечестного в его делах. Он никогда не боялся высказывать все людям в лицо и уважал тех, кто делал так же. Михаил просто обожал находить и наказывать тех, кто любил что-нибудь стащить или кого-нибудь подставить. Может быть, именно поэтому друзей у него было крайне мало как в институте, так и на гражданке, где вообще остался только один человек, которого он мог ещё назвать другом.

Первые два года курсанты учились по общевойсковой программе и лишь в теории изучали полет в небе. Только на третьем курсе после предварительной проверки их будут распределять по определённым направлениям.

На первом курсе их отправили в командировку на учения с задачей обеспечить беспрепятственное выполнение пусков ракет в течение трех дней. Они просто сидели в окопах и сменяли позиции в ночь. В первую ночь без перерыва шел дождь. Он насквозь промочил курсантов, которые, как положено, несли часовую службу каждый на своём посту.

Кому как, а Мише было по нраву сидеть в окопе и наслаждаться сначала просто красотой леса и пением птиц, а потом и свежим дождём. На второй день они продолжали вести усиленное наблюдение, но кто-то уже дремал время от времени, за что и получал звездюлей от офицеров, которые то и дело то стащат автомат, то напугают до смерти. Некоторые офицеры специально проверяли бдительность курсантов. К вечеру позиции сворачивались, и они переходили на новое место, в третью ночь настал ужасный холод, да и одежда отсырела, а костры разжигать запрещалось. Так и терпели, только вот все оказалось зря: наутро на пусковой системе поставили крест, что означало уничтожение. Михаил так и не понял, каким образом он там появился. В итоге учения провалились для ракетчиков, а для спецназа все прошло успешно. Михаил дивился профессионализму диверсантов, а может, все просто, среди своих были предатели, но все же хотелось верить в мастерство российского спецназа.

За первый курс многие уже привыкли друг к другу, поняли, кто из чего сделан, и разбились на компании. У Михаила появилось два друга: Юра Громов и Павел Иванов. Они учились с ним в одном отделении, так же, как и он, активно занимались спортом и быстро находили общие темы для разговоров.

Уже за год, проведённый в училище, Миша изменился, он стал жестче и хладнокровнее, его характер менялся. Он видел людей со стороны, он видел их гнилые черты, и это печалило его как молодого человека. Его ожидания не оправдались. Он понимал всех, он понимал офицеров и их требовательность, он понимал, для чего они это делают, он понимал смысл их действий, когда другие бесились и в спину бранили их. Но даже из числа офицеров были такие, которые ставили свою честь под удар, и Миша просто не хотел это принимать, он даже не пытался разобраться в них, так как не хотел огорчать себя еще больше. Его мнение менялось ровно так же, как и его характер. Офицеры, которые должны были служить примером, стали его противоположностью, следовательно, курсанты воспитывались неправильно. Он начал всё больше и больше понимать слова Николая Петровича о звериных инстинктах, он видел их. Людей интересовали только деньги и развлечения, лишь единицы знали меру. Он начал замечать за собой такие же мысли, но он давил их, как блох, он ненавидел лгунов, воров, сплетников, он ненавидел тех, кто говорит в лицо одно, а за спиной льет помои, он видел это, он понимал это. Михаил становился взрослее, детские взгляды забывались, как забывалась доброта к людям, лишь единицы были достойны её.

К концу первого курса Михаил накопил определённую сумму денег, около десяти тысяч рублей (тот, кто учился в военном институте, должен понимать, как это нелегко). Он хотел купить подарок матери. В ночь перед самым отъездом он обнаружил, что денег не было, они исчезли вместе с кошельком. Половина роты уже уехала, и найти вора было просто нереально. Каждый из курсантов мог зайти ночью и стащить кошелёк. В итоге Михаил приехал домой без желанного подарка. Он ехал в свой первый летний отпуск, но особой радости не испытывал. Драганов запишет у себя в дневнике: «Сегодня я прикупил маме розу на оставшиеся у меня деньги, ведь у меня украли все мои накопления на подарок для матери. Кто бы это мог сделать? Да много кто, почти каждый из курсантов мог пойти на столь низкий поступок, но я хочу сказать, что я найду его рано или поздно, кто бы он ни был, он будет наказан! Я не прощу!»

Миша, приехав домой, узнал, что Анастасия переехала, но, к счастью, найти ее новый адрес не составило особого труда. Михаил не стал долго думать и решил встретиться со своей первой любовью и вновь признаться в своих анонимных письмах.

Идя к Насте, он думал только о том, что говорить ей, как начать разговор, репетируя его мысленно, но, как оказалось, все приняло иной оборот, дела пошли не по плану. Когда он увидел перед собой молодую принцессу, сердце юного рыцаря замерло, а способность говорить пропала напрочь. Девушка приятно улыбнулась, когда увидела его красное лицо, и начала разговор сама. Она спросила, как у него дела и чем он занимается. Ответ был короткий, он особо не вникал в подробности, ибо он не хотел говорить много лишних слов и тратить на это время. После своего ответа, недолго думая, признался ей, что все последнее время писал ей он, что все стихи были написаны им, его чистой душой, его влюбленным сердцем. Анастасия сказала ему, что поняла это сразу, сказала, что ждала каждый раз новое письмо и переживала, если они не приходили. Она призналась, что безумно хотела увидеть его, хотела поговорить, хотела попросить прощения за тот ответ, который дала ему несколько лет назад. И не была она удивлена тому, что он пришел к ней, ибо душа ее верила и надеялась.

В этот отпуск Михаил испытал настоящее счастье, он испытал на себе любовь. Он просыпался и безумно радовался новому дню, он, как никогда прежде, хотел жить. Он дарил, он давал, он делал, он любил, и все ради одной девушки, ради той, которую он полюбил всем сердцем. Анастасия пообещала ждать его, пообещала любить, ценить и верить.

Одно из стихотворений Михаила для Анастасии:

Рассвет прекрасен лишь с тобой,
Ведь самый нежный лучик – твой,
Он очень важен для меня,
Ведь в нем живёт моя душа…
Ты заставляешь сладко жить,
О, как хочу тебя любить,
Хочу смотреть в твои глаза,
Хочу я слушать лишь тебя.
Нет в этом мире ничего,
Чтоб ближе стало мне оно,
Тебя люблю сильней всего…

По возвращении в училище Михаил надеялся встретиться с Николаем Петровичем, чтоб рассказать ему, что он поступил в военный институт и обрел любовь, он хотел поделиться с ним своей радостью, но надежды не оправдались.

Когда он вернулся в институт, то первым делом принялся искать вора. Он спрашивал всех, но все попытки были тщетны.

Он знал людей, которых уже уличили в подобных поступках, но они боялись его и вряд ли решились бы на такую дерзость. Тихо было целый месяц, и только спустя сорок два дня к нему подошёл курсант из соседнего взвода. Он сказал ему, что видел, как Иванов в ту ночь был с какимто кошельком. «Смотри, Рома, если ты меня обманул, то тебе не поздоровится!» – ответил на это Михаил. «Зачем мне тебя обманывать, Миша, я и так еле решился на это, я ведь знаю, что он твой друг, но все же я подумал, что лучше тебе знать правду», – сказал он. «Ты правильно решил», – ответил Миша.

Наш герой не стал ходить вокруг да около, он подошел к Павлу и спросил у него:

– Паша, ты меня, конечно, извини, но все же я хотел спросить у тебя, только я прошу, говори мне правду. Обещай!

Тот побледнел и в недоумении сказал:

– Говори, что хотел.

– Ты мои деньги стащил?!

Павел молчал. Его черты выразили сожаление.

– Отвечай же!

Павел сквозь зубы ответил:

– Прости, я верну…

Он опустил голову. В глазах Михаила появились гнев и обида, он не знал, что делать. Он чуть было не сорвался, но его сдержало что-то. Через недолгую паузу Михаил ответил:

– Не нужно мне ничего от тебя!

Михаил ушёл, ему было противно видеть его. Он прежде не испытывал подобных чувств. Он не стал никому говорить про него, даже Юрий не знал, а Павел уже через месяц стал общаться с другой компанией, как будто ничего и не случилось.

Из дневника Михаила:

«Угрюм и бледен он сидит,
Устами слов его молчание,
Тумана загнанных жар-птиц,
Свободы брошенного ада.
И взор усталый у него,
Он затаился на мгновенье,
И злобы, боли на него
Упала силою надменной.
Он понимает, что его
Предали близкие им люди,
Душа растеряна давно,
Наивно верила в спасение.
За что предали вы его?
Он верил в вас, он был уверен,
Теперь считает он врагом
Людей, зверей и прочих тварей.

Я не испытывал таких чувств прежде. Я просто не могу представить, как можно быть таким. Кто их порождает и что ими правит? Неужели такие, как я, рождаются для того, чтобы терпеть их? Терпеть предателей, лгунов и прочих тварей?»

Михаил продолжал писать письма, отправлять эсэмэски, рисовать различные иллюстрации, звонить по вечерам Анастасии, он писал, говорил ей о своих чувствах, и она отвечала ему взаимностью. Непонятная для него сила управляла им, но он всегда бесконечно радовался этому, ему нравилось делать Насте приятное и получать лучи добра в ответ… Если счастлива она, то счастлив был и он. Даже ситуация с Павлом быстро забылась, испарилась в пустоте.

Я думаю, что все это дела любви. Из писем Михаила:

Не плачь, не бойся, не грусти
Любви прекрасной не уйти…
Когда мы встретились с тобой
С моей заветную мечтой,
Я был уверен в красоте,
В любви изящной и судьбе.
И каждый день я говорю:
«Люблю тебя! О, как люблю!»
За все, мой свет, благодарю,
Я лишь тебя одну так жду.
Не плачь, не бойся, не грусти,
Все лучшее все впереди,
Лишь бы горел наш только луч.
Назло тревогам и дождю,
Любовь в разлуке сберегу.

В начале зимы Юра уговорил Михаила пойти с ним в увольнение. Курсанты пошли гулять по зимнему Краснодару. Было тепло. Снега не было. Зима в Краснодаре обычно бесснежная. Курсанты решили сходить на бильярд. Там оказалось много народа, присутствовали и молодые девушки, которые обычно приходили сюда со своими парнями. Напротив их столика играли девушка и парень. Девушка была красива, лет двадцати, фигуристая, с русыми длинными волосами; вместе с ней играл парень, на вид старше её лет так на пять.

– Как думаешь, это её парень? – спросил с улыбкой Юра.

– Возможно, – ответил Михаил, старательно пытаясь прицелиться в шар.

Юра, немного помолчав, продолжил:

– Узнать бы.

– Подойди спроси, в чем проблема?

– Да нет проблем.

Он задумался.

– Миша, подойди ты, а? – скромно попросил Юра.

– А ты что? – поинтересовался Михаил, радуясь закатанному шару.

– Да как-то неудобно… – промямлил он.

– Давай так, кто первый шар загонит, тот и подойдёт к этой красавице. Идёт?

– Хорошо.

Первым закатил Михаил. Юра, может, и специально, а может, от нервов не смог как следует приложить кий.

– Что ж, ладно, – улыбнулся Миша.

Михаил без церемоний поздоровался с обоими и подошел к девушке:

– Могу ли я узнать, как вас зовут, мадемуазель? – спросил он, улыбаясь.

Девушка улыбнулась и ответила:

– Кристина.

– Очень приятно, Кристина, а меня зовут Михаил.

– Взаимно, – ответила Кристина, продолжая улыбаться. – Любите играть в бильярд? – поинтересовался он.

– Не особо, если честно. Меня мой брат уговорил. – Она оглянулась на брата. – Он большой любитель этого дела.

Парень подошёл к Михаилу и представился:

– Дмитрий, брат Кристины. Очень приятно.

– Взаимно, Дмитрий, – ответил он и продолжил: – Позвольте представить вам моего друга… Юра, иди сюда!

Юра подошёл и поздоровался. Миша познакомил их.

– Вот и отлично, будем знакомы, – подытожил Михаил.

Их разговор продолжился за игрой.

После пары игр молодые люди отправились в кафе по просьбе голодного Михаила, после чего разошлись. Юра еле-еле решился спросить у Кристины номер телефона.

Когда они вернулись в училище, Юра не мог не говорить о Кристине, и Михаилу вскоре надоело его слушать.

– Ну ты и зануда, – иронично сказал Миша.

Юра промолчал.

Вечерами Юра звонил Кристине, но разговоры были короткими. Кристина отвечала на вопросы Юры, но особых взаимных страстей не показывала. Напротив, Кристина очень часто писала Михаилу в Интернете, однако тот не стал говорить об этом Юрию.

– Миша, скажи, тебе нравится Кристина? – как-то спросил Юра.

– Красивая девица, тут уж не поспоришь.

– Да, красивая. – Юра задумался. – Думаешь, я ей нравлюсь?

– Ты с ней виделся один раз, как тут можно судить… Ты же с ней еще разговариваешь – значит, нравишься, – ответил Миша, не желая обидеть друга.

Кристине понравился Михаил, и только одному Богу известно, зачем она общалась с Юрием, зачем давала ему надежду, – может, такова женская натура, этого я не знаю и сказать, к сожалению, не смогу.

На следующее увольнение Юра снова пошел вместе с Михаилом. Кристина на этот раз была одна. С первых же минут она обращала внимания только на Мишу и улыбалась только ему, а Юра делал все, чтоб угодить красавице, заполучить ее внимание.

Когда Юра отошел, Кристина сказала Мише:

– Миш, ты мне нравишься. – И замолчала. Её нежный взгляд смотрел на Михаила.

Он немного подумал и сказал:

– Зачем?

Глаза Кристины заблестели. Немного прождав, она убежала. Миша не стал её останавливать. Когда пришёл Юра, Михаил сидел один, задумавшись о чем-то.

– А где Кристина? – спросил Юрий.

– Она сбежала. Сказала, что я ей нравлюсь, и убежала… Юра поменялся в лице.

– Зря ты надеялся, Юра, ты ей не нравишься. Девушкам прежде всего нравятся уверенные в себе парни. Юрка, будь уверенней. Это всё, что я могу сказать тебе.

Юра стоял молча. Видно было, что он расстроился и был зол на Михаила.

– Ты только не злись, друг, все будет хорошо. Не она, так другая, главное, быть уверенней, а не надеяться в сторонке и думать попусту, – сказал Михаил.

После этого Юра перестал общаться с Мишей, перестал обращать на него внимание. Миша пытался заговорить с ним, но все было тщетно.

– Эх ты, Юрка, – говорил ему Миша, когда тот молча

проходил стороной, не отвечая на приветствие.

Спустя месяц Миша встретился с Юрой в умывальной комнате и вновь пытался заговорить:

– Юра, прости ты меня, если зол, если чего плохого тебе сделал.

Юра молчал.

– Ответишь мне или нет, а?

– Если ты будешь ко мне лезть и унижать меня, то тебе несдобровать, – сквозь зубы ответил Юра.

Миша рассмеялся, думая, что тот пошутил.

Юрий не стерпел и в порыве ярости ударил в затылок Михаила, и тот упал, ударившись головой об раковину.

Михаил лежал на полу, потеряв сознание. Юра побледнел, он растерялся, выбежал из комнаты и закричал, зовя дежурного по роте. Вскоре вызвали «скорую помощь», у Миши, как оказалось, было сотрясение мозга.

Михаил запишет у себя в дневнике: «Что лучше? Сладкая ложь или горькая правда? Конечно же правда. Как жаль, что ее принимают так больно и серьезно.

Я лежу в больнице, у меня сотрясение мозга, меня ужасно тошнит, болит голова, и я стал хуже видеть… Это все ладно, я даже не обижаюсь на Юрия, может быть, и виноват, что сказал ему правду, хотел как лучше, а получилось то, что получилось. Обидно, что для него нелепая мечта стала выше, чем наша дружба. Я чувствую себя одиноким и начинаю, признаюсь честно, привыкать к этому. Главное, чтобы ни мама, ни Настя не узнали, надеюсь, что им никто ничего не сказал…

Я вырос в сумрачном лесу,
Не видел солнечного света,
Мне все твердили клевету,
Я ненавидел их за это!
Стремился выйти к небесам,
Стремился к солнечному свету,
Я одинок, забытый сам…
Не верил я своим глазам…
Когда я вышел в белый свет,
Мне каждый злым всегда казался,
Я недоверчив стал к словам,
Но справедливости держался.
Все, кто пытался обмануть,
Залить глаза мои презренно,
Я вспоминал всех тех в лесу,
Но их простил сейчас за это.
Пускай! Я буду одинок,
И тварь земная мне присуща,
Я научился принимать,
Кто правдой лживой притворился!..

Я чувствую, как становлюсь злее, я всё меньше доверяю людям, а многих и вообще не понимаю».

На восстановление ушло два месяца, за все это время Михаил написал рассказ, сочинил стихи о детстве, вспоминая приятные мгновения, продолжал жадно писать стихи для Насти. Из писем Михаила:

Скажи, любимая, прошу,
Скажи, как любишь ты мечту,
Скажи, как любишь ты меня.
Ты подари мне свет огня…
Твое лишь нежное тепло
Согреть способно мне нутро,
Способна дать лишь только ты —
Ты ангел мой, мои мечты…
Скажи, любимая, что ждешь,
Что веришь искренно ты мне,
Что не один я на земле,
Что я с тобой всегда, везде…
Скажи, так просто про себя,
Скажи, скажи, прошу тебя.
Мне очень важно это знать,
Ведь все в словах не передать…
Я тонко чувствую тебя
И не пойму порой себя,
Моя красавица, пойми —
Мне важно знать, что любишь ты…
Мне чувства все твои важны,
Ведь мысли вечной чередой
Терзают ум порой и мой…
Скажи, что думаешь, прошу,
Скажи, что хочешь, не молчи,
Мне очень важно точно знать,
Что хочешь мне ты рассказать;
Тебя безумно я люблю
И потому так говорю,
Ведь радость я хочу лишь дать,
Чтоб ты дарила и цвела
Любви прекрасная черта…
Любить я буду лишь тебя,
Одной мечтой живу всегда…

Но в ее ответах уже не было той энергии и той любви, которая звучала прежде. В итоге через недолгое время Анастасия напишет ему, что не может так жить, ей нужны присутствие, забота и любовь, она сказала ему, что любит его, но одной любви мало… Как принял это Михаил? Думаю, что лучше я отвечу на этот вопрос его стихотворением, которое он напишет позже:

Ну вот и все – закончилась любовь,
Душа моя закрылась от всего навеки,
Такая мерзкая, отравленная кровь,
Мечта моя сгорела с ней в рассвете…
Я помню все – я искренно любил,
Я ждал, я верил, я боготворил,
Я в каждый миг был рад, что я живу,
Я в каждый миг был рад, что я люблю…
Теперь лишь боль, обида рвёт нутро,
И сердце верное, противное оно,
Незримое, коварное дерьмо…

Два месяца шло разбирательство инцидента в умывальной комнате, и Юрия признали виновным и отчислили из института. Михаила в больнице он не навестил ни разу.

Михаил прошёл ВЛЭК, и в итоге шёл разговор о его переводе.

– Ну что, Драганов Михаил Сергеевич, у вас в результате сотрясения упало зрение, что не соответствует требованиям к курсантам нашего института, – говорил ему доктор.

– И что вы предлагаете?

– Можно решить, конечно, но это будет стоить…

Доктор хитро улыбнулся.

– Сколько? – недолго думая, ответил Михаил. – А впрочем, нет! Не буду я вам платить.

– Твоё решение, – удивлённо пожал плечами доктор.

Михаила перевели в сухопутный институт, где он явно чувствовал себя не в своей тарелке.

Наш герой лишился своей мечты. Мечта стать военным летчиком осталась в прошлом. Михаил смирился с этим, как бы это ни было больно. «Судьба вывела меня на этот путь, она же меня и скинула с него», – говорил Михаил.

За эти годы он изменился. Он видел людей, как и все люди, по-своему и делал определенные выводы по каждому из них. Из дневника Михаила:

«Мои детские воспоминания бесценны. Как жаль, что я увидел этот мир, лучше бы я всегда был ребенком. Я ожидал совсем другого, я не ожидал увидеть это. Я не раз встречал то, что заставляло меня разочаровываться в людях, с каждым разом всё больше и больше я разочаровывался в них. У меня сложилось своё мнение, как и у любого другого человека.

Любое общество, любую группу можно рассматривать как механизм, состоящий из различных шестерёнок. И каждая имеет свой характер и свою функцию. И самое главное – механизм не может состоять из одинаковых деталей, это просто невозможно, и потому это закономерно, что люди разделяются на определённые ранги по своим качествам, по темпераменту, характеру, по умениям. Как человек изначально поведет себя, такую нишу он и займет, так и будет жить в этом обществе. Играть роль вожака или исполнителя, лидера или раба – это абсолютно везде, в каждом живом обществе.

Я видел, как из нас делают исполнителей, когда должны были сделать лидерами и организаторами. Нам внушают неправильную идеологию, нам вбивают её те, кем мы должны будем стать. Но это неправильно. Система была нарушена, и её не обратить просто так. И какие же причины? Я думаю, что лень и безразличие, потеря цели, большинство думает только о себе, они любят только себя, они любят себя и губят, не понимая этого. Главная ценность – это деньги, все желают только их, все цели денежные, люди теряют истинный смысл жизни, они теряют свой живой облик, облик человека. Им просто безразличны другие, как и они сами по большому счету.

Люди обленились, люди перестали ценить и стремиться. Если потеряна цель, то и потеряна жизнь, страсти к жизни уже не будет. Она растворится в рутине. День за днем, день за днем. И каждый из таких людей, не понимая этого, думает, что всё нормально, ему просто лень делать что-то. „Зачем? Ведь и так все хорошо!“ – говорит он. И такие люди учат нас, они нас воспитывают, они хотят сделать нас такими же, как они. Они вокруг нас, и слабый человек ломается, дух его слаб, он принимает их идеологию. А сильный человек держит свою цель, он стремится к ней, он жаждет её, несмотря ни на что. Я знаю таких людей.

Я видел настоящих офицеров. И они тоже помогают мне не сойти с моего пути, они помогают мне идти к моей цели. Когда человек идет, он спотыкается, не спотыкается только тот, кто стоит на месте. Нужно быть сильным и идти к своей цели, идти к ней и жаждать её.

Я никогда не обижался, я просто делал выводы по каждому из них. Обижаться вообще не стоит. Зачем? Я видел, как нас всех обманывают, кругом один обман, каждый из нас лжет каждый день, каждый божий день. И лишь единицы знают и понимают меру, знают, когда и где это лучше сделать. Кто-то это делает для себя, а кто-то делает для блага, бывают такие ситуации, когда лучше стоит приврать.

Но все же лучше истина, какая бы она ни была, она лучше, чем ложь. Государство вынуждено обманывать граждан ради того, чтоб удержать контроль и порядок. Идет информационная война. Через СМИ нам говорят то, что выгодно для государства, нас дурачат в благих намерениях. Нас воспитывают и говорят то, что мы хотим слушать, что нам нужно слушать, а истина останется в глубокой тайне. СМИ – сильнейший наркотик для мозга. Он действует для власти, он работает на нее. Истина бывает очень горькой, нужно научиться её принимать. Все те, кто пытался открыть истину, были наказаны… Писатели, журналисты, режиссёры – все, кто хотел открыть истину, были закрыты, их уста заклеили, их руки связали. Сколько погибло на полях сражений Второй мировой войны, как выиграли эту вой ну, какой ценой, сколько погибло настоящих патриотов? Миллионы молодых сердец остановились навек. „Победа любой ценой!“, „Наши жены еще нарожают!“ Правильно ли это? У каждого свои ценности, и каждый выбирает свою дорогу, но кто вправе отнять жизнь? Когда можно решить все по-другому… Выиграть бой не кровью, а тактикой и сохранить жизнь солдата. Кто будет судить? Может, оно и лучше, может, иначе быть не могло? Это точно судить не мне. Я готов покориться, но мне обидно, мне обидно за мою державу… Я надеюсь, что эту рукопись буду читать только я, ведь я пишу для себя, я пишу, чтоб не забыть…

Опять пустые разговоры,

С концами не свести концы…

Нас учат честной жизни воры

И благородству – подлецы…

Каждый человек рожден со своей ролью, и главное – найти её. Я видел парней, которые по ошибке поступили в училище. И их большинство. Кто-то пришёл ради денег, ради хороших перспектив и квартиры, кто-то пришел, так как посчитал, что это круто, что это дело настоящих мужчин, и захотел просто проверить себя, кто-то насмотрелся фильмов и переиграл в игры, кого-то отправили родители, а кто-то, наоборот, сбежал от них, кто-то думал, что таким образом откосит от армии, а кто-то хотел получить адреналин, отправившись на войну, – у каждого были свои причины, и лишь единицы шли в армию и знали точно, что это призвание, это их судьба, что лучшего ремесла для них нет, и они отдаются этому делу полностью, отдаются честно, несмотря ни на что. Как было бы прекрасно жить, если бы все люди осознавали свое предназначение, все делали то, что должны, с максимальной отдачей и честностью, делали так, как нужно! Если бы каждый просто выполнял свое дело так, как должен выполнять! Что было бы тогда? Только тогда была бы гармония, только тогда жизнь была бы жизнью. Но, увы, это просто невозможно. Мир неспособен так жить. Мне больно смотреть на машиниста, который должен был стать первоклассным хирургом, или видеть хирурга, который должен был стать великолепным художником. Люди занимаются тем, чем не хотят, и это одна из главных проблем. В мире не всё так прекрасно, как пишут в сказках и говорится в книгах, и понять это дано не каждому, да и лучше не понимать вообще, чтоб не сойти с ума…

Я всегда буду любить свою Родину, любить её, как мать. Ведь Родину, как и мать, не выбирают. Какой бы она ни была, она всегда будет мной любима; какой бы плохой и ужасной она ни была, она моя и она единственная».

КАВКАЗ

Смелым помогает судьба.

Вергилий Публий Марон

Из дневника Михаила:

«Что же такое жизнь? Для чего мы живем, или всё же мы просто существуем? Есть ли разница между „жить“ и „существовать“? Каждый человек строит свою жизнь сам, каждый из нас смотрит на мир своими глазами, и потому ответы на эти вопросы будут у всех свои. Я давно принял для себя как за основу, за мой фундамент несколько жизненных позиций. Я принял понятия, которые считаю наиболее правильными, и делаю всё, чтобы они стали моей сущностью, моим составляющим, частью меня. Благородство, верность, мужество, стойкость, настойчивость, спокойствие, разум и решительность – эти понятия стали для меня границей, они ведут меня, они творят меня, день за днем я пытаюсь развивать их, стараюсь стать как можно лучше, прежде всего для себя, ведь все победы начинаются с победы над самим собой. Я бросаю себе вызов и всегда иду вперед, иду, несмотря ни на что, и добиваюсь поставленных целей. Засыпаю с мечтой, а просыпаюсь с целью, к которой иду.

Многие люди боятся изменить жизнь, изменить судьбу и потому останавливаются – потому что им страшно, а ведь бояться нужно остановиться. Если человек уверен, все его цели будут достигнуты. Поражение – если ты с этим смирился. А в противном случае это просто временная неудача. Отчаяние всегда должно разжигать еще более сильную энергию для преодоления проблем. Страх и разочарование – главные враги человека, и с ними нужно бороться не на жизнь, а на смерть, решительностью и действием нужно биться с демоном, который засел внутри каждого, и побеждать, идти вперед и не думать о прошлом, ведь прошлое не вернется, нужно мудро распоряжаться настоящим и строить планы на будущее.

В жизни каждого есть два пути: смириться с настоя-

щим или взять на себя ответственность за изменение своей жизни к лучшему до тех пор, пока не будешь удовлетворен своим настоящим. А если ты устал, то просто ляг и умри – у меня нет по этому поводу слов. Всегда и везде нужно действовать, оценивать обстановку, принимать решение и идти. Человек, как любое оружие, без работы ржавеет и со временем становится бесполезным. Меньше громких слов – больше тихих действий. Лучше удивлять результатом, чем постоянно рассказывать о своих планах.

Длинный язык всегда был врагом человека, поэтому нужно учиться его контролировать. А также учиться нужно и управлять своими эмоциями. Человек, не умеющий контролировать свои эмоции, подобен кораблю без руля, обреченному разбиться на куски о первую попавшуюся скалу. И всегда, чтобы из себя что-то строить, нужно из себя чтото представлять.

Если соединить тело, разум и дух воедино, человек бу-

дет непобедим. Каждый день развивать свое тело, разум и искать свой огонь, свою душу. Душа – это твоя любовь, это то, что заставляет тебя действовать и развиваться, как ничто иное. Нужно всегда и везде стремиться стать лучше, развивать в себе любовь – лишь мелкие души лелеют дух ненависти. Эти три вещи делают человека счастливым, делают его живым. Любовь – это огонь, он греет душу, побуждает её на действия, он делает её счастливой. Любовь способна на всё, она делает любого человека полноценным, всё в этой жизни создано для двоих, мы живем ради своей второй половины, а без неё мы просто существуем, мы существуем без целей, без идей и без мечты, без свободы и без счастья. Каждому нужно понимать, что жизнь – не зебра из чёрных и белых полос, а шахматная доска, где все решает твой, и только твой ход.

Границ нет, есть только мир, который создаем мы сами».

Общевойсковой институт, куда перевели Михаила, находился в Казани. Казань – старый город, старше Москвы, столица Республики Татарстан. Относительно других городов достаточно многонациональный, в основном в нем живут татары и русские, украинцы, башкиры, чуваши, марийцы, различные народности Республики Дагестан, Кавказа, белорусы, как, впрочем, и в любом другом российском городе, но, помимо них, есть еще арабы, африканцы, индусы, китайцы, евреи и множество других народностей.

Погода была почти как в Пензе, но отличалось непостоянством: зимой мог идти дождь со снегом, а летом порой бывало очень холодно на протяжении нескольких дней. Местные встречались различных вероисповеданий: были крещеные ещё со времен Ивана Грозного татары и принявшие ислам русские – в общем, город напоминал российский Иерусалим. Прекрасный белый кремль украшает этот старый город, а в нем стоит мечеть Кул-Шариф и совсем рядышком церковь – это всё, как и для многих других российских городов, обыденность. Как в Казани, так и в Татарстане множество исторических мест, да и просто красивых и радующих душу просторов.

Михаилу нравился этот город, он любил ходить в увольнение и гулять по улицам, а особенно ему нравилась вечерняя Казань. В училище были курсанты со всей России, от Калининграда и до Владивостока, единственным же другом ему стал Тимур Шакиров – парень из Тобольска. В его жилах текла кровь одной из самых загадочных национальностей не только России, но и всего мира. Будучи татарином, он, тем не менее, отличался от местных татар, себя Тимур называл сибирским татарином. Об этом, быть может, я еще расскажу, а может, поведает и он сам. Тимур был темноволосый, среднего роста, коренастый, его лицо являло собой смешение азиатских и европейских черт. У Тимура были огненные глаза. Они сразу и без особых проблем нашли общий язык, и, как ни странно, Михаил стал доверять ему. Тимур, так же как Миша, был вспыльчив, но добр по жизни, отзывчив и честен. Тимур любил свой край, он мог часами рассказывать про него, про то, как там холодно зимой и жарко летом, как прекрасна сибирская тайга и как изящны сибирские животные, как злы и назойливы тобольские комары. Казань чем-то напоминала ему Тобольск – там, так же как и в Казани, стоял кремль, такой же белый и неприступный. Михаил читал ему свои стихи, которые нравились последнему; Тимур даже сам пытался писать – вот, например, его стихи про любимый город:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.