Денис Ломакин
Ярость

«Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!»

© Мария-Антуанетта.

Глава 1.

– Мразь, ты не достоин жить на этой планете, – сказал Лёша, глядя сверху вниз.

– Почему ты вечно цепляешься ко мне?! – выдавил отличник, тщетно пытаясь остановить кровь из сломанного носа.

Когда у человека ломается нос, то обычно происходит одно из двух: либо кровь может совсем не идти, но на следующий день лицо заплывёт двумя ярко-фиолетовыми фингалами, либо льётся ручьем, пачкая всё вокруг.

– Заткнись! – носок чёрно-белых кед хлестко врезался в скулу. Красная полоса осталась на белой подошве. – Чёрт, еще и обувь мне испортил! Так, значит слушай внимательно, меня жутко бесят такие люди, как ты. Хочешь быть везде первым, но ты просто грёбаная тряпка – даже постоять за себя не можешь. Запомни раз и навсегда: ты не лучший и никогда им не станешь. Зубри дальше свои правила, но пользы от этого не будет. Если дурак прочитает много книг, он станет образованным? Нет, он станет начитанным дураком. Вот и ты, тряпка, если прорешаешь много заданий, то не станешь умнее. Ты станешь тряпкой, которая умеет решать задания. Не попадайся мне больше на глаза, – в отличника прилетел смачный плевок, после чего Алексей и подхалим удалились.

– Круто ты его! Прямо как в фильме каком-то речь задвинул.

– Завали. Метнись лучше в столовке мне пожрать возьми.

– Слушаюсь, сэр! – Федя вытянулся в струнку, по-дурацки отдав честь.

«Ненавижу слабых людей. Он делает вид, что друг мне, но это совершенно не так. Федя лишь спрятался за моей спиной, чтобы избавиться от нападок одноклассников. Очень умно. Впрочем, пока он покупает мне еду, вопросов я к нему не имею…» – рассуждал Лёша, неспешно шагая в свой класс. Он был школьным хулиганом, даже некоторые учителя не решались возразить ему, не то, что ученики. За несколько лет парень всем успел показать, что станет с теми, кто над ним смеётся. Или обсуждает за спиной. Или косо смотрит. В общем, разные ситуации происходили, и расположение травмпункта в этой школе было известно многим не понаслышке. С первого взгляда никто бы не мог предположить, что у Лёши такой взрывной характер. Абсолютно всегда он выглядел опрятно. Выглаженный чёрный костюм, штаны со стрелками, белая рубашка. Без пятен, без складок. Волнистые волосы создавали на голове лёгкий беспорядок. Но что-то в нём было иное, отличающее от всех. Взгляд. Злой и надменный. Он смотрел на людей так, как человек смотрит на надоедливого комара, перед тем, как прихлопнуть. Тонкие обветренные губы никогда не улыбались, словно они окаменели. Однако, несмотря на девиантное поведение, с успеваемостью у Лёши все было в порядке. Он никогда не прогуливал занятия и с завидной регулярностью выполнял домашние задания. Учителя могли бы хвалить его и ставить в пример остальным, но никакого желания на это у них не было. Недолюбливая за дурной нрав, они старались не обращать внимания на юношу. Вдруг, если начнёшь хвалить, тот зазнается и плюнет на посещаемость? А что будет, если ругать его и ставить низкие оценки? Никто не хочет встретить тёмный силуэт у ворот школы в конце рабочего дня. Кто знает, что в голове у агрессивного, молчаливого старшеклассника? Безразличие и отстранённость в данной ситуации – лучшее решение.

Когда Лёша переступил порог кабинета, воцарилось молчание. Он даже не успел дойти до своей парты, как большинство людей вышло в коридор. Остались лишь самые тихие и нелюдимые: те, кто не раздражает своим присутствием «хозяина школы». Издалека послышался топот, который становился всё громче и громче. Через секунду в кабинет влетел Федя, неся ватрушки и пакет сока. Гордо выложив свою добычу на Лёшину парту, он затараторил, с трудом переводя дыхание:

– Вот, самые свежие. Еле всех в очереди растолкал! Ну всё-таки круто ты того очкарика отделал! Чем он тебе насолил?

– Этот придурок слишком зазнался в последнее время. Я постоянно слышу от учителей, какой он сообразительный и насколько хорошо сдаст экзамены в конце года. Последней каплей было то, что он сказал кому-то, будто умнее меня. Хорошо, что у него нет привычки оглядываться по сторонам, мне было очень удобно тотчас пробить ему промеж лопаток. Выскочка вмиг растерял всю напыщенность, когда летел по лестнице, словно мешок картошки. Ну, а дальше ты видел.

– А он вроде на медаль идёт, да?

– Да, может, даже и выйдет. Но какой ценой? Бессонные ночи зубрёжки пробников, затем такая же учёба в каком-то из институтов. Выучил, рассказал, забыл. Вуаля, свежеиспечённый офисный работник «принеси-подай» готов. Затем жена, дети, сидячий образ жизни, простата и смерть от инсульта за год до выхода на пенсию. Хотя, кому я это всё рассказываю? Сгинь, дай поесть в тишине, – Лёша прогнал его жестом руки, будто царь отзывает челядь после того, как на стол поставили долгожданный ужин.

– Как скажешь… – Федя вышел из класса, согнутый под тяжестью мысли.

«Как можно достичь успеха без силы, хитрости и обмана? – размышлял Лёша, откусывая ватрушку с вареньем. Недаром у нас в учебной программе есть «Приключения Тома Сойера». Главный герой, с помощью хитрости, заставляет детей делать то, что сам не хочет. Например, красить забор. Разве хитрость – это не положительная черта человека? Бесхитростным быть невыгодно в наше время. Пусть другие красят забор, но не я. Конечно, не всем только командовать, некоторые должны и выполнять приказы. Тот, кого я сегодня отделал, из их числа и никогда не изменится, не станет лидером. Тогда пусть знает своё место.»

Прозвенел звонок. Толпа ввалилась обратно в класс и расселась по местам. Несколько минут учителя не было, Лёша как раз успел доесть всё, что принёс ему Федя. Затем дверь распахнулась и громко ударилась о доску. В кабинет вошла классная руководительница с отличником. У очкарика был пластырь на переносице, а ноздри заткнуты красной ватой. Он выглядел карикатурно, большие очки, большой красный нос – вылитый клоун в цирке.

– Кто это сделал? – строго спросила преподавательница.

Молодой человек усмехнулся. Он был горд проделанной работой.

– А-алексей, – протянул отличник, будто собираясь чихнуть. Тонкий палец указал на заднюю парту.

– К директору! Живо! – Лёше показалась, что слюна долетела до его стула.

Ничего не поделать. Встав и разгладив пиджак, он неспешной походкой направился к разъярённой женщине.

– Быстрее! – Лёша хотел было уклониться от новой порции вылетающих капель, но не успел.

Он был частым гостем в кабинете директора. Много разговоров, нотаций и «последних предупреждений» помнят эти стены. Алексей стойко их выслушивал, но продолжал делать по-своему. Поэтому, войдя в большую железную дверь, он сразу сел на своё «любимое место» –̶ удобный, кожаный диванчик. Поздоровавшись с директором, Алексей скрестил руки и приготовился вновь выслушивать никому ненужные слова. Отличник был тут в первый раз и с любопытством оглядывался вокруг, постоянно поправляя свои алые затычки.

– Что на этот раз? – устало спросила женщина средних лет в строгом костюме.

– Избил одноклассника! Словно животное какое-то, только и делает, что дерётся со всеми! На этот раз, прошу наконец довести дело до родителей и полиции. Таким людям не место в образовательном учреждении.

– Успокойтесь, Вера Павловна. Сейчас мы с мальчиками во всём разберёмся.

– Повторяю, до полиции! Пусть не думает, что всё может сойти ему с рук!

– Да-да, идите. Урок уже начался.

Выходя из кабинета, Вера Павловна не переставала бормотать: «Бандит! В который раз уже!». Дверь закрылась.

– Из-за чего драка, мальчики? – равнодушно спросила директор.

– Я шёл по коридору, а он накинулся на меня, словно безумный! Затащил под лестницу и избил! Ещё и плюнул на пиджак дорогой… – затараторил очкарик.

– Что значит словно? – улыбнулся Лёша.

– Он даже не отрицает, что имеет проблемы с психикой! Его надо в «дурку»!

– Спокойно-спокойно, обо всём по порядку. Лёша, зачем ты побил Вениамина?

– Я его не трогал. Он упал с лестницы, а я хотел помочь. Даже руки ободрал, пока его поднимал, – парень показал содранные костяшки.

– Врё-ё-ёт! – голос отличника сорвался на фальцет.

– Ладно, Веня, иди на урок, сейчас мы с Лёшей поговорим с глазу на глаз.

– До свидания. – Вениамин гордо покинул кабинет.

– Ох, ну и что мне с тобой делать, Алексей? – спросила директор, массируя переносицу. – От тебя и так все шарахаются как от огня, так почему ты продолжаешь избивать других учеников?

– Не знаю, – пожал плечами он.

– Мы с тобой знакомы давно. Я очень не хочу доходить до крайних мер и привлекать полицию. Это сильно отразится на репутации школы, как и на твоём будущем. Впрочем, ты парень взрослый, сам прекрасно понимаешь, что «зэков» на хорошую работу не берут. Так что у меня есть предложение для тебя.

– Какое?

– Если ты так любишь драться, то приходи на соответствующую секцию. Я рассказала о тебе своему знакомому. Он бывший боксёр, тренер со стажем. Может, хотя бы после тренировок у тебя не останется сил бить других?

– Пожалуй, откажусь.

– Если вопрос в деньгах, то занятия совершенно бесплатны. Мой знакомый позаботится о тебе. Вот адрес. Тренировки каждые среду и пятницу, с 18:00 до 19:30. – директор оторвала листок из блокнота и что-то написала.

– Спасибо, но нет. Не хочу.

– Значит, всё-таки придётся обратиться в полицию?

– Вам кто-нибудь говорил, что у вас прирождённый дар убеждения? Обязательно схожу. – Лёша взял листок бумаги с адресом. Размашистым, каллиграфическим почерком, было написано название какой-то улицы и время.

– Свободен. Надеюсь, что этот разговор больше не повторится.

– Всего хорошего, – Лёша вышел из кабинета и, закрывая дверь, не понял, скрипнули это петли или его зубы.

Отсидев ещё несколько уроков, он пошёл домой. Октябрь выдался холодным, с сильным, настырным ветром, что так и норовил спрятаться под курткой, словно тоже хотел согреться. Листья уже начали желтеть, но красивого осеннего пейзажа не получалось. В этом году они не желали задерживаться на деревьях, их целью было опасть и сгнить под ногами случайных прохожих. Голые ветки деревьев напоминали иглы на фоне серого, затянутого тучами неба. Они хотели его проткнуть, распороть и посмотреть, что внутри. Лёша сильнее запахнул тонкую, изодранную куртку, чтобы хоть немного согреться. По пути зашёл в магазин, где купил кефир, колбасу и хлеб – его ужин на сегодня. Подходя к дому, услышал музыку – праздник снова в самом разгаре. Поднявшись по страшным бетонным ступенькам, ощутил рукой холодную сталь металлической двери без магнита, далее следовали обшарпанные, выцветшие стены, которые когда-то были наполовину белыми и синими, родная картонная дверь – он дома.

Квартира, в которой жил Лёша со своим отцом, представляла из себя маленькую, двухкомнатную каморку. Заходишь и почти сразу же попадаешь на кухню. Узкий коридор, две двери: одна ведет в Лёшину комнату, другая – в отцовскую. В них помещалось лишь самое необходимое: кровать, тумбочка, у Лёши ещё был стол и стул. Не развернуться.

Проворачивая ключ, Лёша чувствовал вибрацию музыки. На мгновение по всему подъезду разнеслась одна из композиций «Сектора Газа», затем дверь захлопнулась. На кухне во всю разворачивалось веселье. Пьяный отец заливался хохотом в компании своих друзей алкашей. В воздухе стоял запах спирта и перегара. Аккуратно повесив куртку, Лёша хотел проскользнуть в свою комнату незамеченным, но не тут-то было:

– Алексей! А поздороваться с папкой? – крикнул отец – худой, можно сказать, высохший мужчина средних лет. Он сидел на кухне и веселился, покручивая ус.

– Привет, пап.

– Чё как не мужик-то? А за руку со всеми? Как я тебя воспитывал? – заплетающимся языком сыпал вопросами отец.

Ничего не оставалось, кроме как втиснуться в крохотную кухню и помацать шершавые руки пьяниц. В одном из стеклянных взглядов всплыло удивление:

– Слушай, а не ты ли на неделе с Семёнычем…

– Нет. Вы обознались, – сверкнул злыми глазами Лёша и сжал руку с такой силой, что что-то хрустнуло.

– Ай! Да-да, обознался, – смекнул алкаш и тут же принялся слушать чей-то душевный тост, кивая и поддакивая.

Оказавшись в спасительных стенах своей комнаты, Лёша поставил рюкзак на стул, переоделся и лёг на кровать. Прислушиваясь к тому, что происходит на кухне, ненароком вспомнились времена, когда отец не пил.

***

6 лет назад.

На дворе 2017 год. Семья Румянцевых только что переехала в новую квартиру и отмечала очередную выгодную сделку в фирме отца Лёши. За столом, который просто ломился от огромного количества разных блюд, сидели родители двенадцатилетнего мальчика, папин брат дядя Игорь и несколько друзей. Пахло вкусной едой и свежим ремонтом. На фоне негромко играла музыка.

Было то время, когда отец позволял себе выпить только по праздникам и то чуть-чуть, не до заплетающегося языка и сна за столом, нет. Для настроения. Мама предложила Лёше тарталетки со сливочным сыром и икрой. Тот постоянно от них отказывался, они ему казались слишком солёными. Он мирно сидел за столом и слушал взрослые разговоры, смеясь над забавными историями из жизни. Все были такими добрыми и молодыми. Лёша многое бы отдал, чтобы вернуться и прожить заново тот вечер. Дядя Игорь подарил ему новую игрушку – машинку на радиоуправлении. Когда мальчику надоело слушать взрослых, он сразу побежал в свою комнату тестировать подарок.

Безжалостно разрывая картон и освобождая машину из плена коробки, мальчик слышал семейную беседу, доносившуюся из-за открытой двери. В основном пили за новые достижения, вспоминали, как рискнули однажды открыть свое дело и проработать полгода абсолютно без прибыли. Бизнес – самая рискованная игра. Вчера вы еле сводили концы с концами и делились друг с другом последней едой, а сегодня переезжаете в новый трёхкомнатный кондоминиум. Закрытый двор, круглосуточная охрана, шикарный вид с высоты 24-го этажа – сказка.

Машинка описывала «восьмёрки» вокруг ножек белоснежного стула, когда отец и Игорь пошли курить. Они шли по коридору в обнимку и, заглянув в детскую, смешно встали в дверном проёме. Леша повернул голову.

– Нравится мой подарок? – с доброй улыбкой спросил дядя Игорь.

– Да! Спасибо большое!

– Вот! Слышал, «скелетон», мальчики любят машинки! А ты говорил, давай вертолёт, тьфу!

– Дядя Игорь, а почему вы всегда называете моего папу «скелетоном»?

– Да потому что он с самого детства дрыщ! Ты посмотри на него – кожа да кости, я его даже поднять могу, не напрягаясь, – Игорь одним движением перевёл отца в горизонтальное положение и, краснея, держал его на весу.

– Сфоткай! – пропыхтел он.

Лёша мигом схватил новый фотоаппарат – подарок на новоселье, сделал несколько фото. Игорь шумно выдохнул и поставил отца на место.

– Ну да, не такой уж ты и «скелетон»!

– Просто кому-то в зал пора записываться, совсем хватку растерял. Лёш, дай посмотреть, что вышло, – улыбнулся отец.

К всеобщему разочарованию, на объективе была крышка.

– Ну как так-то! Ладно, ничего страшного, давай нас по-нормальному теперь «щёлкни», – сказал Игорь, обняв брата и расплывшись в доброй улыбке.

Вспышка. На этот раз всё получилось, и мужчины ушли курить на балкон. Зажав зубами сигареты, они прикурили от одной зажигалки. Пламя облизнуло табак, но, видимо, не удержавшись, обожгло и пальцы Игоря. Александр не придал этому значения, в голове пронеслась лишь одна мысль: «Кому-то сегодня хватит». Они облокотились на холодные перила, выпустив сизый дым прямиком в космос, в звёздное ночное небо. Через несколько минут задумчивого молчания тишину нарушил Игорь:

– Наша жизнь прекрасна, брат.

– Великолепна!

– Вот бы она никогда не менялась…

– И никогда не меняла нас.

Они не видели друг друга, даже не пытались разглядеть. Каждый был в своих мыслях, но оба знали – они счастливы. С самого раннего детства братья держались друг за дружку. Пройдя через ссоры, через взлёты и падения, побывав в различных ситуациях, они всегда оставались вместе. В современном обществе братом можно назвать любого, даже малознакомого человека, это слово совершенно обесценилось. Но они были настоящими, кровными братьями.

Бросив окурки в консервную банку, обнялись, похлопали друг друга по спине и вернулись домой.

***

– Игорёк, иди прогрей мою машину, сейчас я тут документы подпишу и поедем. Когда ты уже на права сдашь? Это просто немыслимо – столько тратиться на такси!

– Не твоё дело, «скелетон». Иди лучше поешь чего-нибудь, а то сил не хватит руль ворочать! – усмехнулся Игорь, крутя на пальце ключи от машины.

– Шутить в КВН будешь, дуй быстрее к моей «Ласточке», она уже вся замёрзла там, – сказал Александр и откинулся на спинку кресла.

– Слушаюсь!

– Слушаюсь и повинуюсь надо говорить, – ухмыльнулся Александр.

– Сань, сейчас сам пойдешь своё ведро греть, нашёл себе тут «шестёрку».

– Да ладно, ладно, не кипятись. Вечером футбол – оставь свою экспрессию до проигрыша твоей любимой команды, ведь мои ребята их точно уделают!

– Это мы ещё посмотрим.

Выйдя из здания, Игорь закурил сигарету. На улице было темно и, когда мужчина делал новую затяжку, огонёк на конце «палочки смерти» слабо освещал лицо. Поправив шляпу, Румянцев не спеша подошёл к машине, проверил колёса, дворники, и, докурив, сел в кожаный салон первоклассного автомобиля. «Такой только у меня и у Майкла Джексона!» – то и дело хвастался его брат, когда кто-то вновь делал комплимент дорогой иномарке. Игорь улыбнулся. Провёл рукой по бархату торпеды и, наконец, провернул ключ зажигания…

Яркая вспышка. Оглушающий грохот, от которого разбилась бóльшая часть окон в здании. «Лексус» перевернулся несколько раз, прежде чем снова встать на четыре колеса, сгорая в ослепляющем жёлто-чёрном пламени. Огненные языки вздымались к небу, бешено тряслись, словно ликуя. Если бы у стоящих рядом машин не сработали сигнализации, то можно было бы услышать треск. Пожирающее автомобиль пламя шептало свою тихую оду смерти.

От неожиданности Александр упал с кресла. Приземлившись руками в осколки оконных стекол, даже не заметил, как рассёк ладони в кровь. Он не мог понять, что произошло, казалось, на здание сбросили бомбу – настолько оглушающим был взрыв. Медленно поднявшись, мужчина выглянул из-за пустой рамы и…поседел. Задыхаясь, он ринулся к пожарной лестнице, расталкивая напуганных людей и падая на каждом пролёте. Осколки все сильнее и сильнее впивались в плоть, но Александр не чувствовал боли, не чувствовал почти ничего, кроме животного ужаса. Брат не может умереть. Он дал обещание в детстве, что всегда будет с ним. Вечно. Он не может предать свои же слова. Мужчина выбежал из здания и упал на колени. Тело ослабло, вмиг лишилось сил и формы, когда он увидел на сидении машины догорающие останки Игоря. У Александра было хорошее зрение и чуткий ум. Он видел, что брату ничем не помочь, плоть уже начала отделяться от костей, она дымилась и покрывалась пузырями, стекая словно пластилин. Мертвец раскрыл рот то ли в предсмертном крике, то ли от того, что мышцы челюсти успели сгореть. Александр видел это, но не мог осознать. Собравшись с силами, он бросился к машине. Схватил раскалённую ручку, тщетно пытаясь открыть дверь. Он кричал от боли, от беспомощности, от маленького, но всё же осознания – Игоря больше нет. В памяти проносились моменты, связанные с братом: детские наивные мечты, разговоры шёпотом перед сном, первые разбитые коленки и наклеивающий пластырь Игорь, взаимные шутливые поддразнивания, школьные драки и кабинет директора, купание в Неве в честь окончания института, свадьбы, дети, открытие общего бизнеса и совсем недавний успех, лицо Игоря… его широкая улыбка.

Александр сорвал голос и начал хрипеть. Кожа слезла с ладони, пламя било в лицо, опалило брови и ресницы, но он не оставлял попыток открыть дверь. В какой-то момент его оттащили. Безумный вырывался, снова бежал к машине, пока пятеро мужчин не повалили его и не начали крепко держать по рукам и ногам. Несчастный смотрел на звёздное небо и чёрную линию дыма. Почему-то вспомнилось, что именно такой же ночью, когда ему было шесть, а Игорю одиннадцать, они сидели на крыше сарая у бабушки в деревне. Все спали, кроме них. Когда надоело мечтать, мальчики просто молчали, устремив взгляд в звёздное небо. Старший неожиданно встал и очень серьёзно сказал:

– Я недавно прочитал книжку про рыцарей и узнал, что все они должны давать клятвы и соблюдать их, чтобы быть доблестными и благородными. Как твой старший брат, клянусь, что всегда буду с тобой. Буду защищать и оберегать всю нашу жизнь! Классно я придумал?

– Классно…

Слёзы текли сами собой, сознание медленно уплывало. Александр провалился в забытье.

***

«На бизнесмена Александра Румянцева было совершено покушение. Около трёхсот грамм тротила злоумышленники зафиксировали под дном автомобиля. По роковому стечению обстоятельств в машине оказался родной брат Александра – Игорь Румянцев. Он погиб в результате взрыва. В инциденте пострадали несколько человек, в том числе и сам хозяин автомобиля. Пострадавшим была оказана первая помощь, десять человек находятся в больнице…» – вещали из телевизора.

Александр лежал в палате и смотрел в потолок. В голове было пусто, лишь изредка всплывали вопросы, на которые он не мог ответить. Из глаз снова сами по себе полились слёзы. Увидев это, Элеонора выключила новости.

– Любимый, я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Нам всем очень трудно, но пожалуйста, поешь хоть чуть-чуть, лишь две ложки, разве это много? Тебе нужны силы на восстановление. Скоро выпишешься, приедем домой, отдохнём. Я приготовлю твои любимые котлетки по-киевски. Всё будет хорошо, вместе мы справимся, – нежно поглаживая руку мужа, Элеонора старалась говорить уверенно, но её выдавала дрожь в голосе.

Александр ни на что не обращал внимания. Он не двигался, не моргал, если бы не медленно поднимающаяся грудь, то его легко можно было бы спутать с трупом.

– Мам, с папой всё будет хорошо? Он поправится? – спросил Лёша.

– Да. Всё наладится, папа обязательно выздоровеет.

***

Через несколько недель его выписали. Огромные волдыри с бурой жидкостью успели сойти на нет, оставив после себя рубцы красной кожи. Лицо полностью зажило, лишь брови, как и ресницы, всё ещё были редкими и почти прозрачными. Ладоням досталось больше всего. Полоса от раскалённой ручки заживала особенно долго, и теперь, после лечения, будет всю жизнь напоминать о тщетной попытке спасти брата. Вернувшись домой, отец закрылся в своём кабинете. Несколько дней он ни с кем не разговаривал и всё время сидел там, изредка выбираясь на перекур. Когда мужчина вышел – от былого жизнерадостного человека не осталось и следа. Став тенью прошлого себя, он походил на призрака. С ним нельзя было разговаривать об Игоре – сразу срывался в истерику, плакал, начинал задыхаться. Потом появилась водка – лучшее лекарство от душевных терзаний. Только выпившим, он мог хоть как-то воспринимать окружающую действительность.

Элеонора была очень умной и красивой женщиной, одной из тех, про которых неуверенные мужчины говорят: «Я такую не потяну». Она полюбила Александра простым парнем, ещё до карьерного взлёта. Закрываясь тихими вечерами в одной из роскошных комнат, Элеонора пересматривала старые фотографии и тихо плакала, осознавая, в какое ничтожество с каждым днём превращается её некогда уверенный, улыбчивый и сильный муж. Но так устроена жизнь, что на каждого человека с бедой всегда найдётся свой утешитель. Первому остаётся лишь сделать выбор: принять или отвергнуть поддержку. И Элеонора её приняла.

Александр проходил лечение в частной медицинской клинике. Богатые люди тратят баснословные деньги на то, чтобы заботой об их здоровье занимались самые квалифицированные врачи. По роковой случайности, когда Элеонора вышла в коридор, чтобы не показывать сыну свои слёзы, директор больницы делал обход. Коренастый мужчина с морщинкой меж бровей и роскошной бородой, заметил одиноко стоящую у окна убитую горем женщину, беспомощно обнявшую себя за плечи, и его сердце дрогнуло. Так они и познакомились. Потом выпили вместе кофе после очередного визита семьи к Александру. Чистая формальность – врач должен морально поддерживать своих пациентов и их родных. Позже мужчина подкинул Элеонору с сыном до дома – так ведь комфортней, чем на такси? Уже после выписки мужа пригласил женщину на ужин, просто для того, чтобы та немного развеялась и ненадолго оставила семейные проблемы. Из всех этих «просто» сложился роман, в котором Элеонору любили и ценили больше, чем дома. Когда мужчина предложил переехать к нему, она долго не решалась, но всё-таки согласилась. Ей было очень нелегко оставлять мужа, с которым они прожили вместе целую жизнь, но помочь ему она ничем не могла. Элеонора звала сына с собой, но Лёша категорически отказался от переезда. Не поняв и не простив ее поступка, он решил остаться с папой, на которого равнялся всю жизнь.

Как отважный рыцарь мальчик стал бороться с алкоголизмом отца. Лёша вставал по будильнику рано утром, выкидывал или раздавал алкашам на улице бутылки с «лекарством», чтобы отец осознал, что может обойтись и без этого. Но папа этого не понимал или не хотел понимать. Проснувшись, он молча искал бутылку и, если не находил, шёл в магазин. Там они почему-то не заканчивались. Возвращаясь, выпивал и только после принятия «дозы» делал что-то по дому. Из-за длительного отсутствия главного директора все дела в компании приостановились, возникающие вопросы никто не решал, контрагенты перестали обращаться за услугами, сотрудники отказывались работать – компания обанкротилась. Все активы были проданы с молотка, но и они не смогли погасить бездонную пропасть образовавшейся задолженности. Кое-как спасали ситуацию деньги Элеоноры, которая присылала определённую сумму каждый месяц, чувствуя свою вину перед сыном и груз ответственности за его судьбу.

Первое время в доме появлялся кто-то из друзей и знакомых, пытаясь поговорить, закодировать, спасти. Но не нужно быть гением, чтобы понять – всё, это конец. Отцу никто и ничто не может больше помочь. Был бы Игорь, может, и вытащил бы его из бездны, в которую Александр провалился. Всегда вытаскивал. Но брата больше не было, а бездна была. Всепоглощающая и бесконечно голодная, она с каждым днём забирала отца все дальше и дальше от Лёши, а тот ничего не мог с этим поделать. Прошло время, и мальчик сам понял, что проиграл в этой битве. Но что ему было делать, когда в школе стали появляться первые слухи о том, что его отец алкоголик…

***

Настоящее время.

Тогда, помнится, их погнали с уютного кондоминиума за неуплату. Деньги, которые присылала мама, не могли покрыть все расходы на жильё. Скромных сбережений хватило лишь на то, чтобы снять маленькую квартирку на окраине города. Отец быстро договорился с хозяином, правильно расставив акценты в разговоре. Он умеет слушать людей и слышать то, что можно выгодно использовать в своих целях. Но, к сожалению, таких навыков хватает только на бытовые вещи, в социуме он больше не способен долго общаться с кем бы то ни было. Как вообще взаимодействовать с обществом, если реальной жизни не существует? Если реальность – это тот момент утром, когда болит голова, тошнит и хочется плакать. Зачем тогда в ней находиться? Может, такие вопросы отец обсуждает с друзьями? Впрочем, по хрюкающему смеху одного из алкашей – не скажешь. Закрыв глаза, сразу представляешь свиное рыло вместо обычной заплывшей головы одного из Семёнычей, Палычей и Василичей.

После вечернего душа, с которым в этот раз повезло – вода была не сильно ржавая и не напоминала своим цветом какао, Лёша вышел в коридор и крикнул гуляющим, чтобы те вели себя потише. Они сначала воспротивились, но, увидев тело парня, будто высеченное из камня, передумали спорить. Закутавшись в одеяло с головой, Алексей закрыл глаза, и мысли начали медленно путаться в голове, сплетаясь в один сплошной комок из образов и картинок. Затем наступила темнота. Через мгновение наступит и новый день.

Глава 2.

Ранее утро. Лёша проснулся от противного звона будильника. Выключив звук, уставился в потолок. Прислушался. Вроде тихо. Веселье на кухне уже закончилось, даже музыку не забыли выключить. Лёша любил порядок – аккуратно выглаженный чёрный костюм висел на стуле. Рассматривая своё отражение в тёмном окне вместо зеркала, парень поправил воротник. На улице только начинало светать. Слабые лучи осеннего солнца растворялись в серых петербургских тучах. С каждой минутой пейзаж проявлялся всё ярче.

Живот громко заурчал. Аккуратно сложив тетради в потрёпанный рюкзак, Лёша поставил его на стул и вышел из комнаты. В узком коридорчике по дороге на кухню распластался один из собутыльников Александра. Тот самый, что так громко смеялся вчера. Хрюкал как свинья, если быть точнее. Сейчас он мирно спал, обнимая недопитую бутылку, и посапывал, будто младенец. Лёшино лицо передёрнула гримаса брезгливости, когда он перешагивал тело пьяницы. На кухне, положив голову на стол, спал отец. Сидя на стуле и прислонившись к стене, храпел второй алкаш. Лёша сделал два бутерброда с обветренной колбасой и запил кефиром. Другой еды в доме не было. После этого парень зашёл в ванную, почистил зубы и причесался. Накинув потрёпанную куртку и не забыв про рюкзак, вышел из квартиры. Уже проворачивая ключи в замке, Лёша услышал еле различимый голос, искажённый эхом.

– Сколько раз тебе повторять? Сомни, потом прожги, проверь булавкой, накрути. Засыпь, смело подожги и только потом тяни понемногу. Когда затягиваешь – сразу не выдыхай. Держи-держи и «фу-у-ух». Всё. Чё сложного-то?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.