Дмитрий Глебов
Кошачий айсберг

Напутствие

«Кошачий айсберг» – это шесть смешных, тупых и шокирующих историй о самых петербургских монстрах!

1. Вершина кошачьего айсберга

Что-то странное происходит в Петербурге с уличными котами. Они сбиваются в кровожадные стаи и нападают на прохожих в безлюдных местах. Об этом случайно узнает журналист Коля и сразу же оказывается в смертельной опасности. Сумеет ли он распутать это дело, спасти красавицу Ларису и отпраздновать победу в одном из любимых баров? Или же его ждет страшная смерть… от адовых кошаков!

2. Восстание петербургских сугробов

Похоже, что в городе трех революций вот-вот произойдет еще одна. На Смольный движется армия оживших сугробов, сжирающая всех на своем пути… Сумеет ли отважный губернатор Петербурга защитить город и его жителей? Или же Северную столицу поглотят… плотоядные снежные монстры!

3. Хорошо быть конем

Аниматоры в костюмах животных заполонили центр Питера и вымогают деньги у туристов за совместные фото. Юрка один из них. Он ходит в образе коня и все его вполне устраивает. Пока вдруг он не обнаруживает, что его плюшевые копыта начинают твердеть, а из горла вырывается лошадиное ржание… Сумеет ли Юрка остановить кровавый кошмар и выбраться из костюма коня? Или хотя бы смыть кровь с копыт, пока ее никто не заметил?

4. Винтажная вещица

Приготовьтесь к встрече с самым портативным убийцей из тех, что когда-либо убивали в Петербурге! Он розовый, блестящий и смертельно опасный. Плюс еще и звучит великолепно. Японский кассетный плеер из 1980-х, который не знает пощады! Пустите его к вашим ушам, и он завладеет вашей душой!

5. Черная лестница

Молодой маньяк Ваня, прикрывающийся левацкими идеями, решает спуститься по черной лестнице после очередного убийства. И оказывается ее пленником… Лестница не знает конца. За ним мчится какое-то кошмарное существо. И только призраки недавно убитых им супругов сопровождает Ваню в этом путешествии… к смерти!

6. Подземная часть айсберга

Финальная точка нашего путешествия от вершины айсберга к его инфернальному основанию… Вот здесь-то и начинается настоящий ад! На арену повествования возвращаются монстры из всех историй сборника «Кошачий айсберг»! Хотите узнать, как связаны все таинственные убийства, и кто за ними стоит? Ищите ответы в подземной части айсберга!

Вершина кошачьего айсберга

Стала петь мышонку кошка:

– Мяу-мяу, спи, мой крошка!

Самуил Маршак

1.

Теплым августовским вечером Олежка возвращался домой. Надо сказать, несколько пьяненький. Ну, а что, в пятницу ведь можно. Тем более неделя была такая себе – куча отчетов, еле успел все разгрести. Работать некому. Вроде взяли нового сотрудника Федю, так тот не умеет ничего. Приходится нянькой за ним ходить, чтобы не накосячил. А он все равно косячит – причем даже там, где это, казалось бы, невозможно. Так и хочется дать с ноги.

А дома Лариска. Что-то происходит с ней, конечно, – характер жуткий стал. Может ПМС. Хотя, если так посмотреть, у нее последние месяца три почти каждый день ПМС. Плюс еще бачок от унитаза сломался. Поэтому Олежка поставил в сортире красное пластиковое ведро с водой. На Ларискином настроении это обстоятельство сказалось понятно как. Хреново сказалось.

Ну не дура ли? Не может понять, что нет у него времени на неделе, чтобы починить эту хрень. Это ж надо съездить в магазин, купить механизм для бачка – старый износился в хлам. По интернету покупать механизм ему не хотелось. Он привык покупать такие штуки по старинке – в магазинах. Чтобы точно ничего не перепутать. А когда он туда поедет? Если только на выходных.

«Вот ей не нравится говно смывать из ведра, так пусть бы сама и купила этот сраный механизм для бачка. Или сантехника вызвала. Целыми днями дома торчит на удаленке, а простейшую проблему решить не может», – вспыхнуло в мозгу Олежки.

От таких мыслей желание идти домой поубавилось. Он остановился посреди своего двора. Задумался. Потом развернулся и двинул в алкомаркет – тот вот-вот должен был закрыться. Взял там стограммовую бутылочку пятизведочного. И стал с ней гулять по парку, отпивая маленькими глотками янтарную жижу. Вставил в уши затычки наушников. Врубил «Металлику». Настроение слегка улучшилось.

Фонари в парке стояли слишком далеко друг от друга, да и яркими их назвать нельзя было. Но спасибо, что есть хоть такие. Их всего года три как поставили. На протяжении 20 лет этот парк вообще никак не освещался. Чего здесь только не происходило в темное время. А теперь стало почти как в Европе – гуляй на здоровье, коньячок поцеживай.

Олежка задрал голову, чтобы посмотреть звезды, но ни одной не разглядел. Их обычно и так сложно заметить, а сегодня еще облака эти дурацкие налетели. Он пожал плечами сделал очередной глоток. Увидел какую-то фигуру впереди. Сгорбленную, в пальто. Она тащила за собой тележку. Ну фигура и фигура. Ну тащит и тащит. Ему было плевать на нее. Других людей в парке не наблюдалось.

Олежке было немного прохладно в футболке и джинсах, но коньяк согревал. Вдруг что-то мелкое прошмыгнуло у него под ногами справа налево и скрылось в кустах. Он остановился, спрятал бутылку в карман и нажал на беспроводной наушник. Рев гитар мгновенно стих. Затем Олежка вынул оба динамика из ушей и аккуратно сложил их в другой карман. Интересно, что это было? Может чья-нибудь шавка? Он пришел к выводу, что все-таки да, шавка, и посвистел, чтобы выманить ее. Почему-то ему захотелось пообщаться с псиной. Может быть даже почесать за ухом, если та не сильно уродливая и злобная.

В кустах кто-то зашевелился, но света от фонаря было недостаточно, чтобы разглядеть собачонку. Тогда Олежка включил фонарик смартфона. И потянулся, чтобы отогнуть ветку кустарника. Но как только он прикоснулся к листве – острая боль ударила ему в спину. Кто-то впился в нее несколькими крючками когтей и яростно вжирался в плоть небольшой пастью, полной острых зубов.

На него напало какое-то животное. Оно забавно кряхтело и фыркало – хотя Олежку эти звуки вообще не забавляли. И это понято – его ведь жрали. Что конкретно это была за тварь он не знал – на затылке у него глаз не было. А были бы, не факт, что он бы разглядел нападавшего в такой-то темени. Единственное, что он точно мог сказать – тварь была сравнительно компактная. Весила килограмм шесть или семь – не больше.

Как ни старался Олежка, никак не мог сбросить зверя – тот держался намертво. При попытке его отодрать, когти, впившиеся в кожу, натягивали ее. А потом эта сволочь поползла по жертве выше – как по дереву. Добравшись до шеи, гадина стала кусать и ее. У Олежки пронеслась мысль – уж не хочет ли это мелкое чудовище перегрызть ему глотку?!

Тогда он решил изменить тактику. Олежка увидел недалеко от себя дерево и со всей силы приложился к нему животным. Потом еще раз. И еще несколько раз. После этого он все-таки смог содрать зверя. Сжимая горло потерявшего сознание хищника в правой руке, он пошел к ближайшему фонарю.

– Что за хрень… – сказал Олежка, разглядев в нападавшем обычного серого кота. – Ты что, бешеный? Ты на кого полез, придурок? Да я тебя по дорожкам размажу, и никакие зоозащитники тебя не спасут!

Сложно сказать, дошел ли до кота-агрессора смысл слов Олежки. Но они как будто зажгли в нем прежнюю ненависть. Кот ожил, зашевелился. И прежде, чем Олежка отреагировал, сделал неожиданный и мощный выпад, вырвался и упал на лапы. При этом кошак умудрился порвать когтями мужчине вены на руке – на траву с пальцев стала быстро капать кровь. Кот угрожающе зашипел. Олежка сделал три шага назад, схватившись за раненную руку.

– Ууууу, зверина! Стой, где стоишь, – внушал он коту.

Но кот продолжал надвигаться – как буря, как оползень, как срок платежа по кредитам. Глаза твари сверкали зеленым пламенем. Олежка выискивал какую-нибудь палку или камень. И тут почувствовал знакомую острую боль. Но уже в ногах. Сначала кто-то впился ему когтями и зубами в правую икроножную мышцу. Потом другая тварь сделала тоже самое с левым бедром. Это были сообщники серого мерзавца.

Олежка закричал и несколько ударил кошака, впившегося в бедро, кулаком – попасть по нему было проще, чем по коту, который грыз икру правой ноги. От ударов животное недовольно замотало ушастой башкой и захрипело. И в этот момент на лицо Олежке прыгнул серый кот, стоявший перед ним. Тот самый, который напал первым.

– Сука! Сука! Только не морду! – взревел Олежка.

Тем временем серый грыз ему лоб, рвал когтями щеки и шею. Мерзкий, густой и прелый запах ударил Олежке в ноздри. Почему-то пахло вовсе не кошками, а чем-то другим, наподобие псины. Но и не псиной тоже. Пахло так, будто псина эта сначала сдохла, потом воскресла и извалялась в гниющей листве. Олежка бил себя по лицу, вернее, по мохнатой тушке, покрывшей его, но это не помогало. Кровь лилась ему на грудь. Он хотел, как и в первый раз, воспользоваться помощью дерева, но не мог его найти, потому что ничего не видел из-за кота. Дышать становилось все сложнее – воздух перекрывало мясистое брюхо животного.

На Олежку набросилось еще несколько тварей. Одна прыгнула на спину, другая на плечо, третья избрала своей целью пах… Затем Олежка упал. Какое-то время он пытался сопротивляться, катаясь по траве. Но с каждой секундой раны становились все страшнее, а крови он терял все больше. Вскоре Олежка затих. Мохнатые комочки сползли с него. И, объединив силы, сопя от натуги, потащили тело в кусты. Причем именно в те кусты, куда Олежка хотел заглянуть с фонариком телефона.

2.

Еще полгода назад Коля работал в приличном СМИ. Но ему там не очень нравилось. Жесткие дедлайны, бесячие редакторы, отсутствие свободного времени. Если что-то случилось в субботу вечером, будь готов отставить недопитое пиво в сторону и мчаться отписывать историю. Если ты уже вышел с работы в пятницу и тут где-то что-то взорвалось – значит твой рабочий день продолжается. Отгулы руководство давать жопилось, а деньги за переработку получилась не ахти какие.

В какой-то момент Колю все достало, и теперь он работал фрилансером. По деньгам выходило примерно то же самое, а напряга было значительно меньше – до известной степени он был сам себе хозяин. Брался за самое разное – то напишет пресс-релиз для небольшой сети бургерных, то наполнит сайт фармацевтической компании внятным контентом. Журналистикой он тоже занимался. Писал для СМИ, с редакциями которых был в неплохих отношениях. Обычно темы Коля предлагал сам.

Так вышло, что в этот день благотворительная организация «Кошкин друг» опубликовала результаты своего исследования. «В каком районе Петербурга больше всего мурлык» или что-то в этом духе. И чемпионом стал район, в котором проживал Коля.

Он до этого делал несколько материалов о «Кошкином друге». Посещал их акции, брал интервью у руководителей. Поэтому сильно сомневался, что исследование было проведено по всем правилам. Ну не умели они работать качественно, что поделать. Это ведь не каждому дано. Зато с грантами у них было все в порядке.

Из хорошего в «Кошкином друге» был еще пресс-секретарь Женя. Благодаря его умениям, навыкам и знакомствам эта сомнительная организация всегда убедительно хвасталась, сколько всего полезного сотворила. Никто и не догадывался, через какое место, коим обладают не только кошки, эта работа на самом деле была выполнена. Все-таки талантливый пиарщик этот Женя.

С другой стороны, Коля последние месяцы с удивлением отмечал, что кошек вокруг действительно стало больше. Так что может, проведенное благотворителями исследование вовсе не такой хлам, как он сперва решил.

Идея материала, который хотел написать Коля, была следующей: «Жизнь в кошачьем царстве. Как жители района относятся к тому, что вокруг столько котов». Попутно Коля планировал сделать фото- и видеоиллюстрации на телефон. Камера в смартфоне у него была годная – рабочий инструмент все-таки. Редактору сайта «Большая деревня», посвященного городской жизни, задумка понравилась – кошечек все любят.

Большинство опрошенных Колей аборигенов признавали, что коты в последнее время расплодились как никогда. Некоторые критиковали блохастых за то, что те постоянно гадят в детских песочницах, разоряют гнезда птиц и ссут на решетки радиаторов – из-за этого в машинах потом воняет их мочой. Другие радовались изобилию кошек, потому что можно целыми днями на них любоваться, прогуливаясь и попивая кофеек. «Столько котов и все разные! Белые, черные, полосатые! Пушистые и почти лысые! Какие хочешь! И пользы от них много – крыс гоняют», – добавляли они.

Один алконавт высказался, что коты его достали, и надо их всех собрать вместе, прибить, а мясо отправить в Африку в качестве гуманитарной помощи. Чтобы Россию стали больше уважать на международной арене всякие сволочи. И что он готов этим заняться бесплатно хоть сейчас – исключительно из любви к отчизне.

Крайне странное впечатление на Колю произвела молодая женщина, которую он встретил в парке. На вопрос, замечает ли она, что котов стало больше, та тихо ответила:

– Важно не то, что замечаю я, а то, что коты заметили вашу активность. Не стоит быть слишком настойчивым в поисках истины. На вашем месте я бы вела себя осторожней.

– О чем вы? – удивился Коля.

– О том, что количество переходит в качество, – загадочно произнесла женщина. – И это новое качество может оказаться весьма опасным для тех, кто не имеет привычки оглядываться и прислушиваться.

После этого она быстро зашагала от Коли прочь. Он с интересом проводил ее взглядом. Вроде вполне себе симпатичная тетка. Блондинка. Сиськи, жопа – все на месте. Только уставшая вся какая-то вся – будто вторую ночь не спит. По возрасту – слегка за тридцать, примерно, как и он сам. И одета нормально. А в голове воробушки скачут. И весло так, главное. Орут, шалят, чирикают.

Впрочем, с той пенсионеркой, которая на вопрос о котах стала грузить его байками про рептилоидов, ей все равно не сравниться. Бабка утверждала, что кошаков стало так много, потому что их взяли на службу инопланетяне. И даже предлагала предъявить какие-то доказательства, что эти кошки съели ее соседку.

– А другую мою соседку они изменили. Она теперь совершенно иначе выглядит. Все та же старая гадина, но совсем другая при этом, – рассказывала среди прочего бабка. – И одевается она иначе. И молчит постоянно – не здоровается даже, сучка. И солнечные очки носит в любое время суток – даже ночью. Вот о чем надо писать статьи, хороший мой! А не о кошках… Кошки – это только вершина айсберга!

Коля еще какое-то время поразмышлял, почему нормальные люди, вроде той тридцатилетней фигуристой тетки, берут и сходят с ума. Не, ну, понятно, почему старухи теряют рассудок – зажились и заняться нечем. А когда кукуха слетает у молодых… Вполне можно сделать на эту тему интервью с каким-нибудь психиатром. С посылом «присмотритесь к себе, вдруг вы завтра тоже того».

Статья о котиках благополучно вышла в «Большой деревне» и спровоцировала ожесточенные баталии в соцсетях. Дискуссия о вреде и пользе котов, а также о том, действительно ли их стало больше, и надо ли что-то в связи с этим предпринимать не утихала несколько дней. Победили, как и ожидалось, фанаты котиков – взяли вверх не аргументами, но численностью.

3.

Спустя неделю или две Коля праздно слонялся по району – не постоянно же над текстами сидеть. Прошелся среди могучих и торжественных сталинок – все-таки умели раньше строить красиво – и свернул в парк. Там зелень кругом, птички поют – вот где надо проводить время. Тем более, что питерское лето такое короткое. Ускользает едва начавшись. Совсем скоро пойдут дожди, потом дожди со снегом, а потом и снег со снегом. Опять город будет не в состоянии вовремя убирать всю эту белую вату. И соцсети наполнятся фотками сугробов и язвительными комментариями в адрес губернатора. А Коля, наверное, сделает какой-нибудь позитивный материал о самоотверженном труде дворников, где покажет их взгляд на происходящее.

Раздумывая об этом, Коля снова увидел ту фигуристую женщину, которая предостерегла его от слишком большой активности при сборе информации про местных котов. Она шла в нескольких метрах впереди и не замечала его. Смотрела под ноги, будто искала что-то. Коля остановился и стал за ней наблюдать. Лицо у нее было растерянное и куда более изможденное, чем во время их первой встречи.

– Добрый день! В прошлый раз я не спросил, как вас зовут… Вы ушли очень быстро, – наконец решился подойти он.

Ему захотелось узнать, что она имела в виду. Хотя, конечно, был риск, что дамочка совсем больная и начнет нести околесицу. А может быть, не так уж ему интересно, что у нее в голове. Просто сиськи ее понравились. Наверное, все-таки, да, в них причина.

От неожиданности она остолбенела, но вскоре узнала его:

– А, это вы…

И пошла дальше, как ни в чем не бывало. Коля нагнал ее. Зашагал рядом. Она словно ждала этого, чтобы продолжить беседу.

– Меня зовут Лариса, – женщина смотрела перед собой, а не на Колю. – У меня муж пропал месяц назад. Ну, в смысле, как муж… Гражданский. А по поводу «пропал»… Это они говорят, что пропал. Но я знаю, что его убили в этом парке. И теперь даже знаю кто это сделал.

– А вы умеете заинтриговать, – сказал Коля, а сам подумал, что видимо, все-таки тетка напрочь поехавшая.

– Вот, посмотрите, – сказала она и полезла в карман. Потом извлекла из него тонкий одноразовый пакет. Развернула. В целлофане лежал беспроводной белый наушник, вымазанный в чем-то бордовом.

– Это его, – продолжила Лариса. – Я нашла этот наушник спустя пару дней после того, как Олег пропал. В этом парке.

– Вы обращались в полицию? – спросил Коля.

Она ответила утвердительно. Только вот помогать там ей не стали. Сказали, что, наверное, забухал где-то. Может, бабу другую нашел. И вообще у них много более важных дел.

Лариса стала часто ходить по маршруту от метро до дома, который так любил Олег. Дорога шла через парк. Здесь под кустом она и увидела его наушник, испачканный в крови. Подняла его и отправилась с ним в полицию. Снова. Ментов эта улика заинтересовала. Ларису попросили оставить наушник в отделении, но она не согласилась. Потому что почувствовала подвох… Слишком быстро к ней потеплели полицейские, даже кофе предложили. Что-то подсказывало Ларисе: если отдаст им эту вещь – больше никогда не увидит ее.

– После этого случая за мной стали ходить коты, – продолжала она. – Не думайте, что я сумасшедшая. За мной действительно повсюду ходят коты. Вернее, один кот, но очень хитрый. И я знаю, что это не просто так. Уверена, что это связано с исчезновением Олега. Смотрите сами: я выяснила что-то о его смерти, обратилась в полицию, и сразу же коты… Совпадение? Вот и сейчас он наблюдает за нами. Вон, у той скульптуры сидит. Рыжий.

Коля осторожно посмотрел в сторону небрежно высеченной из камня толстухи, напоминающей богинь плодородия, которым поклонялись в каменном веке. У ее ног действительно сидел кот. Самый обычный. Рыжий. Сидел и скрупулезно нализывал свое хозяйство. Вообще не обращал на них внимания.

– Он делает вид, что мы ему не интересны, – сказала Лариса, заметив на лице Коли недоумение. – Он поступает так каждый раз, когда я оборачиваюсь на него. Не сомневаюсь, что он причастен к убийству Олега. И сами его действия… Лижет свою… промежность… Вы не понимаете, что это оскорбление нам? Он как будто неприличный жест показывает или говорит что-то матерное…

Коля подумал, что, пожалуй, надо заканчивать этот разговор. Барышня бредит. Выдумала исчезнувшего гражданского мужа, чтобы привлечь к себе внимание. Невинных котиков сюда приплела. И вообще, если муж и существовал, возможно, она его сама и убила. Или еще что-нибудь еще в этом духе. Грудь, конечно, у нее неплохая, но явно не стоит того.

– Мне очень жаль, что пропал ваш муж, – сказал он, стараясь напустить побольше сочувствия. – Надеюсь, что он скоро найдется и все у вас будет хорошо. Рад с вами познакомиться, Лариса. Но, к сожалению, мне надо идти – очень много работы. Знаете, у журналистов всегда такой напряженный график… Та еще профессия!

Она пристально посмотрела ему в глаза. Коля ясно считывал в этом взгляде мольбу о помощи, смешанную с разочарованием. Однако он взял себя в руки и поступил по-мужски: сжал губы, еще раз попрощался и зашагал прочь, так и не услышав ничего в ответ.

4.

Впервые Коля заметил за собой хвост спустя три дня после беседы с Ларисой. Он как раз выходил из продовольственного магазина «Семерочка» с рюкзаком полным макарон, тушенки, сосисок, пива и шоколадок. Тот самый рыжий кот, которого он видел в парке, сидел недалеко от входа и демонстративно лизал свои яйца. Коля подумал тогда, что скорее всего это вовсе не тот кот. А какой-нибудь другой точно такой же расцветки. В конце концов Коля живет в самом кошачьем районе Северной столицы.

В следующий раз он заметил кота, когда спускался в метро. Коля опаздывал на пресс-конференцию в ТАСС по поводу массового отравления студентов шавермой, но все-таки остановился у рыжего пирата, сидящего на ступеньках, ведущих в подземку. Тот опять нализывал шары. Это была неожиданная встреча. Обычно здесь стоят пенсионерки и продают петрушку с укропом. Котов здесь Коля никогда не видел.

– Следишь за мной? – строго спросил он.

– Мьяяяя, – премерзко ответил кот, с неприязнью уставившись на него желтыми тупыми глазами.

Времени на дальнейшие расспросы у Коли не было. К тому же он не был уверен, что услышит от собеседника что-нибудь еще, кроме «Мьяяяя». Коля побежал по делам, все еще думая, что это всего-навсего совпадение. Но совпадение интересное.

Потом он ежедневно встречал котяру в разных частях района. Тот исчезал и появлялся как ниндзя в самых неожиданных местах: у почты, у кинотеатра, у Сбербанка. Коля убеждал себя, что вокруг просто очень много рыжих котов. Ну, а почему бы и нет. Завелся какой-то страстный «ржавый» самец и трахает всех кошечек в округе. Они потом рожают от него рыжих безмозглых детей.

Чтобы проверить свою теорию, Коля позвонил пресс-секу «Кошкиного друга»: «Женя, привет! Слушай, а вы когда проводили свое исследование по численности котов, вы случайно не считали по расцветкам?.. Ну, там, сколько черных, сколько розовых… Считали? И скоро будет новый релиз? Отлично! А ты мне не расскажешь по дружбе, сколько в моем районе конкретно рыжих бестий… Нет, ну ты, что. Конечно, не для публикации. Я дождусь рассылки релиза, и только тогда об этом напишу! Ага! Ну, так сколько их? Всего пять штук на район, и это во много раз меньше, чем черных или трехцветных котов… Чуть ли не самая редкая расцветка… Н-да… Озадачил ты меня… Да, не, ничего… Как-нибудь расскажу. Была одна мысль. Не подтвердилась…»

А потом произошло кое-что совсем из ряда вон. Коля возвращался домой за полночь. Играл в настолки с друзьями, засиделся и еле успел на метро. Рыжий ждал его у дверей парадной. Увидев Колю, он двинулся навстречу. Остановился посреди крыльца и уставился на него. Не лизал яйца по своему обыкновению. Не мяукал. Стоял, молчал и пялился самым демоническим образом.

– Ты мне угрожаешь? – Коля выдавил улыбку. Хотя на самом деле струхнул – все-таки это выглядело это жутковато… Особенно с учетом истории Ларисы.

Он близко подошел к коту. И аккуратно, но твердо попытался отодвинуть его ботинком. Кот зашипел, демонстрируя, что не сдаст позиции. После этого все-таки отошел – великодушно дал пройти. Но далеко уходить не стал. Продолжал стоять и смотреть. Коля подошел к двери пятясь и не сводя глаз с рыжего. Затем быстро приложил таблетку ключа к кодовому замку и прошмыгнул внутрь.

«Какого хрена? – спрашивал себя Коля, поднимаясь по лестнице. – Это же всего лишь… кот…». Колени немного тряслись. Он старался убедить себя, что все нормально, но чувствовал, что это не так. Ночью он почти не спал. Ему постоянно чудилось, что в дверь кто-то тихо скребется.

5.

На следующий день Коля с самого утра отправился в парк. Но не для того, чтобы гулять. Он надеялся снова увидеть Ларису. А ее все не было. Вдруг они добрались до нее за то время, что прошло с их последнего разговора? Иногда он видел мелкую оранжевую пушнявую фигуру, непринужденно бредущую по своим делам или занятую интимной гигиеной. «Делает вид, что вчера ничего не случилось», – думал Коля, украдкой поглядывая на зверя.

Наконец он увидел Ларису, быстро пошел в ее сторону, а потом и вовсе перешел на бег.

– Привет! – сказал он, безуспешно пытаясь сохранять спокойствие. – Ничего, если на ты?

– Они сменили кота, который ходил за мной. Теперь за мной ходит огромная дымчатая гадина, – сразу поделилась она. – Вон, смотри, у той скамейки ошивается. Делает вид, что охотится за голубями.

Коля действительно увидел дымчатого кота, который вроде как занимался охотой. Но выходило это у зверюги как-то неуклюже и неубедительно. Было заметно, что голуби его, в сущности, не интересуют. Плохой кошачий актер.

– Твой рыжий ходит за мной… Наверное, они решили поручить меня более опытному сотруднику. А тебя доверили какому-то лопуху. Не знаю, почему так. Может быть, они считают, что я для них опаснее? Журналист и все такое… Четвертая власть. Хотя, какого хрена! Коты ведь не читают новостных сайтов! – Коля говорил и не мог понять, шутит или нет. То есть, он говорил все, как есть. Но сам же себе не верил.

– А ведь я предупреждала, что именно так все и будет. Еще в нашу первую встречу.

– Но ты ведь должна понимать, что это звучало как бред. Коты, знаешь ли, редко попадают в криминальную хронику… Ладно! Был не прав. Теперь надо думать, что делать дальше. И надо ли что-то делать. Может быть, нас спасет только бегство. В Грузию или Монголию – куда-нибудь, где они не достанут нас.

– Давай обсудим происходящее без лишних ушей. И хвостов, – предложила она, покосившись на дымчатого кота. – Мой дом тут рядом.

Хрущевка, в которой жила Лариса, стояла в 10 минутах от парка. Ее квартира была на третьем этаже. Разувшись, Коля пошел в туалет поссать. Лариса в это время поставила на плиту чайник, зажгла под ним газ и начала рыться в шкафу в поисках печенья.

Когда Коля пришел на кухню, сделав свои дела, чайник все еще грелся. Печенья на столе не было – Лариса так и не смогла найти его. Делось куда-то. Главное, лежало больше года, все время мозолило глаза. А тут понадобилось и пропало. Сама Лариса не ела сладкого – следила за фигурой. Олег тоже был к нему равнодушен.

– У тебя там ведро в сортире стоит… Смывать, как я понял. Если что – я его заново наполнил, – сказал Коля.

Лариса разрыдалась. Напоминание о ведре заставило ее окончательно потерять контроль над собой. Сквозь слезы она сбивчиво рассказала, как всю плешь проела Олежке, чтобы он починил этот чертов бачок. И еще бросила ему «Не можешь починить унитаз – значит не мужик». Хотелось его задеть посильнее. Это случилось тем утром, когда они виделись в последний раз. После этого Олежка молча оделся и ушел на работу. И больше не вернулся домой.

– Я была жуткой стервой последние месяцы, – говорила она сквозь слезы. – Не знаю, в чем было дело. Бесило все. Подумывала порвать с Олежкой. Наши отношения зашли в тупик… А когда он пропал… Еще той ночью, когда Олежка не пришел… Я сразу поняла, как люблю его… Если бы я могла все вернуть назад. Хотя бы попрощаться с ним нормально. Но меня даже этого лишили.

– Так обычно и бывает, – сказал Коля. – Наши близкие чаще всего исчезают из нашей жизни без предупреждения. Было бы здорово, чтобы в определенный момент над нами загоралась волшебная лампочка и бархатный голос говорил: «Дети мои, вы видитесь в последний раз. Попрощайтесь друг с другом, но давайте без истерик». К сожалению, ничего такого не происходит.

– Наверное, ты прав, – она шмыгнула носом.

За чаем они поменяли тему и стали говорить о котах. У Коли был тезис, в который он свято верил: коты не могут планировать столь серьезные операции, как слежка и убийство. Для этого они слишком тупые. Им нужен внешний, более развитый мозг, другими словами – человеческий лидер. Во время обсуждения у Ларисы случилась истерика. Она твердила, что ей вообще плевать, кто за этим стоит, главное, чтобы ей вернули Олежку. Коля накапал ей настойки пустырника. Вроде помогло. Через десять минут она снова была готова говорить конструктивно.

– Пойми, – сказал Коля. – Мы сможем прекратить этот кошмар только в том случае, если поймем его причину.

– И что ты предлагаешь? – спросила Лариса.

– Поймать одного из них, – твердо заявил он. – Захватим тварь, и посмотрим, кто придет за ней. Потому что я тебе говорю – в этой истории есть кто-то еще. Кто-то, кто руководит этой шерстяной бандой.

6.

На охоту они вышли тем же вечером. Важно было дождаться наступления темноты, чтобы прохожие не заметили их активности и не начали громко возмущаться похищением котиков. Так и в полиции можно оказаться. А с учетом того, что рассказала о местном отделении Лариса, – такого поворота надо было избежать.

Чтобы зверь не мог нанести серьезные травмы, Коля надел трое штанов Олежки. Из-за того, что гражданский муж Ларисы был выше и крупнее, ему пришлось несколько раз подвернуть штанины. Также он напялил две куртки и защитные очки для строительных работ. Во всем этом обмундировании было жарковато. Но безопасность превыше всего.

Лариса тоже надела двое штанов и плотную кожаную куртку Олежки, под которой была еще одна куртка – джинсовая. К сожалению, охотники не нашли в квартире мешков, в которые можно было бы поместить пойманного хищника. Решено было использовать вместно них наволочки от подушек. Причем сразу несколько, надетых одна на другую – для прочности.

В качестве оружия Коля прихватил железный ломик. Лариса взяла мощный фонарь. Посидев на дорожку, не только из суеверия, но, и чтобы собраться с духом, парочка вышла из дома. Они дважды обошли двор, но не заметили ни одной кошки. Тогда они направились в место, с которого для них начался этот кошмар – в парк. Там тоже не было ни животных, ни людей, если не считать, конечно, той сутулой бабки, которая куда-то шла с тележкой. Вскоре ее силуэт растаял в дали.

Они продолжали идти по парку и тихо обсуждать, что будут делать, если так и не поймают сегодня кота. Коля предложил выходить на охоту каждый вечер – до победного. Вдруг рядом с ними что-то пробежало и спряталось в густые кусты. Что-то подозрительно похожее на рыжего кота-преследователя. Коля пошел к ним, поигрывая ломиком как бейсбольной битой. Лариса осветила листву и тут же приоткрыла рот от удивления.

– Это те самые кусты, под которым я нашла наушник Олежки… – торопливо сказала она.

Коля нахмурился. Он уже готовился отодвинуть ветку рукой, но вдруг остановился. Слишком уж все просто складывалось. Зачем кот пробежал у них под ногами? Чтобы спрятаться в кустах, из которых они смогут легко поймать его? Зачем он вообще бросался им под ноги, если до этого коты возникали из ниоткуда и исчезали в никуда? Это было лишено смысла. Если, конечно, это все не было…

– Посвети вокруг, – попросил Коля.

Она стала светить фонарем и почти сразу поймала его лучом серого кота. Если бы Олежка был жив и находился сейчас с ними, то, разумеется, признал бы в пушистом гадину, которая первой напала на него роковой ночью. И бросился бы к коту, чтобы отлупить до смерти. Кот зашипел. Лариса глубоко вздохнула, чтобы сохранить самообладание.

– Продуманные зверушки, – похвалил врагов Коля. – Видимо, этот кошак должен был напасть на нас, пока мы копаемся в кустах.

– О, боже, тут еще несколько! – воскликнула Лариса.

По меньше мере десять боевых единиц, вооруженных когтями и зубами, приближались к охотникам с разных сторон, то и дело попадая в луч фонаря. Они медленно зажимали Колю и Ларису в кольцо. После того, как у животных не получилось напасть незаметно, они готовились атаковать в лоб.

В этот момент из куста вынырнула хорошо знакомая парочке рыжая морда. Видимо, тварь планировала присоединиться к нападению. Заметив ее Коля обрадовался. Он без лишних прелюдий двинул по рыжей башке ломиком. Кот крянул и лег на траву – либо умер, либо потерял сознание. Коля не стал проверять. Схватил безвольное пушистое тело и быстро бросил его в мешок. Затем скомандовал:

– Валим!

Охотники отбежали метров десять, когда три кота преградили им путь. Коля размахнулся как можно шире, и хорошенько вдарил ломиком по той твари, которая была ближе других. В этот момент он почувствовал себя виртуозным гольфистом. В сопровождении протяжного «мяяяяя» тушка улетела в ночную глубь парка.

Другой кот бросился на Ларису и попытался прокусить ей плечо. Его зубы пробили обе куртки, но не смогли повредить кожу. Тем не менее Лариса истошно заорала.

– Да тихо ты! – сказал ей Коля и «снял» кота метким ударом ломика. Кот свалился на землю и принялся то ли мычать, то ли мяукать – звуки выражали смертельную обиду. Тогда Коля хорошенько зафутболил блохастого куда подальше – в том же направлении, куда улетел его предшественник.

Во время удара третий кот бросился Коле на вытянутую ногу, но оседлал ее уже после того, как его собрат отправился в полет. Это животное тоже получило ломиком, но успело разорвать двое штанов и даже нанести пару царапин. Коля отошел на полшага и снова пнул животное со всей силы – котобол явно начинал ему нравиться. Как говорят в народе: «Кот – птица-гордая».

Однако вокруг было слишком много хищников, и, кажется, со временем их становилось только больше – надо было завязывать с весельем и удирать, пока есть возможность. Коля закинул наволочку с пленником за спину и схватил Ларису за взмокшую от волнения ладонь.

Они бежали как сумасшедшие. Коты не отставали от них почти все дорогу, норовя вот-вот догнать и наброситься. Погоня продолжалась до арки, которая вела во двор Ларисы. Почему-то здесь блохастые остановились, потоптались и разошлись. Лариса заметила это и положила руку Коле на плечо. Ее дыхание было сбито.

– Почему они перестали преследовать нас? – спросила она.

Коля смотрел на котов, разочарованно разбредающихся кто куда. Только один из них продолжал оставаться на месте – серый зверь, который всегда первым бросался на жертву со спины. Он свирепо глядел Коле в глаза, словно вызывая на поединок. Такой взгляд бывает у некоторых особо отбитых гопников.

– Они знают, где нас искать. Наверное, дело в этом, – сказал Коля. Затем он медленно и с достоинством показал коту средний палец.

– Мяф! – бросил в ответ серый.

7.

Коля с Ларисой поместили пушистого пленника в шкаф. Предварительно они прикрутили к дверцам «тюрьмы» две скобы и повесили миниатюрный, но прочный замок, чтобы кот точно не выбрался. Также они просверлили несколько крупных дырок стенках шкафа. Не только, чтобы рыжему лучше дышалось, но, и чтобы можно было смотреть как он там и что делает.

Чтобы кот не умер от жажды, пока проводится операция по выявлению главаря группировки, «тюремщики» поставили ему миску с водой. Первое время заключенный не двигался, потом пришел в себя и стал грозно шипеть.

– Я ему так врезал, что серьезно беспокоился, выживет ли, – признался Коля. – Уверен, что любой другой кот на его месте давно бы сдох. А этот просто неубиваемый.

– Что дальше? – Лариса устало посмотрела на него.

– Дальше мы будем ждать, – вздохнул Коля. – Мяч на их стороне. Приготовимся его отбивать. Да так, чтобы он в рожу их пакостную влетел.

Сказав это, Коля любовно посмотрел на ломик, вспомнив, как покуражился в парке.

Рыжий минут десять бесновался в шкафу, потом затих. Лишь изредка переходил на приглушенное, но яростное рычание. Действуя по принципу «а что, если…» Коля решился на эксперимент: обратился к коту со всем уважением и предложил наладить коммуникацию. Мяуканье один раз означало ответ «да». Два раза – «нет». Однако удовлетворительного результата это не принесло. Кот либо отмалчивался, либо включал злую истерику. Коля интерпретировал это как доказательство своего тезиса – коты слишком тупы, чтобы придумать сложный план без посторонней помощи. Даже внятно отвечать не обучены.

Коля с Ларисой поужинали бутербродами с чаем. После еды уселись на диван. Лариса не сводила глаз со шкафа с котом, а Коля сосредоточенно искал что-то в интернете.

– Тут сказано, что коты не выносят запах цитрусовых, – он оторвался от экрана. – Есть у тебя апельсин, лимон, или что-нибудь вроде? Если найдутся ароматические масла – вообще будет отлично.

Лариса задумалась:

– Вроде ничего такого нет… Хотя…

Она вскочила и побежала в туалет. Да так проворно, что Коля подумал, не случился ли у нее понос от нервов. Вскоре Лариса вернулась с баллончиком в руке – это был освежитель воздуха с запахом красного сицилийского апельсина.

– Можно попробовать, – Коля пожал плечами. Он проверил аэрозоль на коте – пшикнул буквально один раз. И даже не прямо в дырку в дверце шкафа, а рядом. Но даже этого хватило, чтобы животное истошно заорало и принялось биться о стены.

– Огонь, – обрадовался Коля.

На всякий случай они договорились бодрствовать посменно – мало ли что предпримут враги. Первым, до 4 часов, на стуле перед дверью в квартиру сидел Коля. На полу справа стоял апельсиновый освежитель воздуха. В руках у часового был ломик.

От скуки Коля размышлял, над тем, что все происходящее напоминает фильм ужасов, но при этом не является фильмом ужасов. Потому что, если бы это был фильм ужасов, примерно сейчас шла бы сцена безудержного секса. Они с Ларисой должны были сплестись телами, громко стонать и рвать простыни от страсти. Он ласкал бы ее прекрасную грудь… Вместо этого Лариса спит в комнате, а он сидит с ломиком в прихожей. И, кстати, что это за звук? Она храпит? Как Лариса вообще так легко заснула после всего, что с ними произошло сегодня? Ладно, может попозже она ему все-таки ему даст. У нее ведь травма – муж, пусть даже и гражданский, был убит котами. Такое не каждый день случается. Коля опустил ломик на пол и залип в телефоне. В 4 часа он разбудил Ларису.

8.

Около 9 утра они позавтракали пельменями. Одну из них Коля бросил коту в клетку. Однако рыжий, вместо того чтобы сожрать ее с благодарностью, озверел и высунул из дырки лапу, стараясь ухватить Колю за руку. Ничего у кота не вышло. Офигев от такой наглости, Коля снова пшикнул на него «апельсином». Рыжий яростно заметался в ящике. Коля удовлетворенно хмыкнул.

За утро Лариса не меньше 15 раз выглядывала в окна и примерно 10 раз подходила смотреть в дверной глазок. Злодеи продолжали держать паузу.

Около 12 часов у Коли зазвонил телефон. Похитители кота переглянулись. Они не говорили об этом, но оба ждали звонка с незнакомого номера. А еще, что звонивший сходу начнет им угрожать долгой и мучительной смертью, либо просто шипеть и злобно мяукать в трубку. Вышло иначе. Это был Женя – пресс-сек из «Кошкиного друга». Тот, которому Коля звонил, чтобы узнать частоту встречаемости рыжих котов в районе.

– Нам нужно срочно увидеться, – сказал Женя дрожащим голосом. – Чем раньше, тем лучше.

Еще никогда Коля не слышал его таким. Женя относился к пресс-секретарям, которые вечно держатся расслабленно. Некоторые даже обманывались, думая, что Женя все пускает на самотек. Однако у него всегда все было под контролем. Сейчас Женя говорил так, будто его впервые крепко ухватили за одно место. Видимо, так и было.

– О чем ты? – спросил Коля, многозначительно взглянув на Ларису. Он не включил громкую связь, однако динамик работал так, что она могла слышать Женю, приблизив ухо к смартфону. – Хотя бы примерно обрисуй ситуацию. А то я сейчас занят. Не думаю, что смогу выбраться.

– Это не телефонный разговор, – ответил пресс-сек. – Помнишь ты спрашивал о рыжем коте? Так вот, я узнал кое-что новое про него. Это необычный кот. Настолько необычный, что пипец. Он является частью истории. Жуткой истории, которая касается тебя напрямую. И не только тебя, но и безопасности всего города. Чем раньше ты придешь, тем больше у нас будет времени, чтобы что-то предпринять. На кону каждая минута. Приезжай в наш штаб. Я больше не могу говорить! Они могут ворваться сюда в любую минуту! Кажется, кто-то идет…

Женя повесил трубку.

Коля быстро объяснил Ларисе, что это был за хрен. Рассказал о «Кошкином друге» и исследовании численности котов в районах города. Поделился своими опасениями, что, видимо, дело действительно плохо, раз Женя звонит в таких чувствах.

Коле не хотелось оставлять Ларису одну – наедине с рыжим «зеком» и в ожидании возможного нападения. Однако Женя мог обладать ценными сведениями, полезными в борьбе с котами. В конце концов, Коля мог управиться часа за полтора, если ехать на метро – штаб организации «Кошкин друг» располагался не так далеко.

Лариса сказала, что рискнуть стоит. Коля задумчиво кивнул. Он не мог, а скорее не хотел самостоятельно принимать решение – ехать или нет. Подсознательно он понимал, что это большой риск. Если бы инициатива исходила от него, и что-то в его отсутствие пошло бы сильно не так, наверное, он не простил бы себе. Они договорились, что Лариса будет писать каждые 15 минут. Не важно, что. Даже слова «норм» будет достаточно.

Коля вышел со свертком газет – внутри был завернут ломик, который он не хотел светить на улице и в метро. Лариса дала ему свой комплект ключей от квартиры, чтобы Коля мог быстрее войти, когда будет возвращаться. Ей они все равно были не нужны – никуда уходить до его возвращения она не собиралась.

На улице Коля оглянулся – вокруг не было ни одного кота. Только какая-то старуха плелась рядом с соседним домом, таща за собой скрипучую тележку. Она относилась к породе одиноких бабок, которые постоянно подкармливают котов. Еда для них как раз и была в тележке – так проще обходить многочисленные подвалы, в которых живут эти твари. Кошатница выглядело нелепо и жалко. Одета не по погоде – старенькое осеннее пальто, на голове вязанная шапка. При этом ее глаза были закрыты солнцезащитными очками, хотя день был пасмурный. У Коли возникло чувство, что он видел эту старуху много раз прежде. Возможно, они соседи, и она живет в его доме, но в другой парадной.

«Вот из-за таких как ты, мымра, блохастые и расплодились», – подумал Коля и плюнул себе под ноги. У него не было времени на то, чтобы разглядывать старуху, и вспоминать, почему она так хорошо знакома ему. Надо было спешить.

Через 15 минут он уже несся по эскалатору метро. В этот момент пришло первое сообщение от Ларисы – он замедлился, чтобы прочесть ее лаконичное «пока все норм». Потом снова ускорился. Поезд подошел быстро. Ехать было всего три станции.

Когда Коля подошел к зданию, на первом этаже которого располагался штаб организации «Кошкин друг», он получил еще одну весточку от Ларисы – «снова норм». Мысль о том, что она в безопасности, успокаивала его.

9.

Женя открыл почти сразу, как Коля постучал. Это был рыхлый, лысеющий блондин с плохой кожей. Они расположились в комнате для переговоров. Посреди стоял длинный стол, вокруг стулья. На одной из стен висела доска для письма маркерами – на ней была нарисована мордочка кошечки с большими мультяшными глазами, длинными ресницами и бантом. Судя по всему, рисовала девочка-активистка. Такие «диснеевские» картинки обычно рисуют девочки.

– Эти коты… – Женя сразу перешел к делу. – Они теперь не просто коты. Они – солдаты армии. Их генералы – кошатницы. Кошатницы – это ключ ко всему… Я не знаю откуда эти твари, но, кажется, не с нашей планеты. Они выглядят как обычные бабуськи и никто не замечает их. Иногда кто-нибудь сердобольный даст им сто рублей на корм кошечкам… Они пользуются этим и натравливают котов на людей. Те убивают горожан и прячут их тела в укромные места. Потом за трупами приходят кошатницы, запихивают их в свои маленькие тележки, увозят и делают из них кошачий корм. Я не знаю, как тела помещаются в этих тележках – даже не спрашивай об этой. Видимо, какая-то инопланетная технология. Тела сжимаются в тележках… Корм для кошек, который они производят, совершенно особенный. Он обладает гипнотической силой. Для котов он как наркотик. Из-за этого кошачья армия постоянно расширяется… Они уже почти полностью захватили район, в котором ты живешь, и собираются заграбастать весь город… Но ты ведь и сам об этом уже знаешь, не так ли?

На протяжении всей тирады Женя выглядел глубоко запуганным. Однако, когда он произносил последнее предложение, левый уголок его рта слегка приподнялся. Коля этого не заметил. Ему было не до того – он вспомнил старуху кошатницу, которую встретил недалеко от дома Лариса. Если Женя прав, значит враг всегда ходил рядом с ними, поскрипывая своей тележкой. А они просто не замечали его. Коля решил, что сразу же после разговора с Женей позвонит Ларисе и предупредит ее о кошатницах.

– Мне известно, что коты – это не просто коты, как ты выражаешься, – сказал Коля. – И я догадывался, что они слишком тупы для заговоров… Но вот кто ими управляет, я не знал… Кошатницы с другой планеты… В это невозможно поверить… Как и во все остальное… Сумки, в которые они запихивают трупы… Откуда у тебя такие сведения?

– Из первых уст, дружище, из первых уст, – сказал Женя совершенно спокойно. После этого он встал и принялся энергично ходить по комнате. —Знаешь, впервые я столкнулся с кошатницами совершенно случайно… Мы ведь работаем по всему городу, и в каждом из районов есть свои стихийные активисты, которые кормят мурлык всякой дрянью. В основном этим заняты старухи. Но кошатницы твоего района стояли выше их всех! Я был потрясен их организацией… Они начали с одного двора. С одного двора, Карл! Кажется, это была одна единственная старуха. Я не знаю точно, как она оказалась в Питере. Да это и не важно, – продолжал Женя. – Так или иначе, но я сразу осознал, что «Кошкин друг» с их помощью может добиться многого. Что мы сделаем кошачью революцию. Сначала в городе, а потом и в стране. Ты когда-нибудь слышал о благотворительной кошачьей организации, которая стала правящей партией в ядерной державе? Я тоже не слышал. На Америку я и не засматриваюсь, там сложнее все… Но Россия – это реальная цель. Мне представился удивительный шанс, который выпадает один раз в два тысячелетия… или реже. Короче, плох тот пиарщик, который не мечтает стать Геббельсом. Согласен со мной?

Коля медленно встал и схватился за газетный сверток. В этот момент дверь открылась и в помещение для переговоров важно вошли четыре почти одинаковых старухи с тележками. У них были похожие лица, испещренные морщинами, и совершенно одинаковая «униформа»: пальто, вязанные шапки и солнцезащитные очки из коллекции 1970-х годов.

И тут на телефон Коле пришло сообщение от Ларисы. Его текст высветился на экране блокировки. Чтобы прочесть его, Коле достаточно было мгновения: «Пришел мент. Говорит, что Олега убили старухи, но их уже поймали». Как же это было невовремя! Разумеется, ему нужно было немедленно ответить Ларисе – предостеречь ее, чтобы она не вздумала открывать дверь. Но как он ответит, когда старухи подходят к нему все ближе?

Коля вскочил на стол и принялся размахивать перед собой свертком газеты с ломиком:

– Не подходите, твари!

Старухи от неожиданности отступили. У Коли мелькнула мысль, что это, конечно, забавно выглядит. Ведь старухи точно не знают, что в свертке ломик. Выглядело все так, что орудием журналиста в борьбе с врагами стала газета. Ничего нового.

После небольшой паузы одна из старух наклонила голову и двинулась на Колю. Он со всей силы огрел ее «газеткой» по лбу. Тот проломился. Коле пришлось применить усилия, чтобы извлечь ломик обратно – тот окунулся во что-то вязкое и прилип. Из образовавшейся дырки в башке полился густой зеленый гель. Старуха сделала три шага назад. Остальные, увидев, что Коля смог сотворить при помощи зарегистрированного печатного СМИ, пребывали в нерешительности.

– Ты не понимаешь, Коля, за котами будущее! – вновь заговорил Женя. – Тебе стоит присоединиться к нам – хорошие пропагандисты всегда нужны! Оглянись вокруг. Наша эпоха – это интернет. А интернет немыслим без котов. Картинки с ними нравятся всем, даже тем, кто в реальной жизни кошек терпеть не может. Коты-коты-коты. Мы коммуницируем друг с другом с помощью мемов с котами – без них наше общение уже немыслимо!

Кажется, он хотел еще много всего наговорить, но Коля прервал его ударом ломика в колено. Женя упал, обхватив ногу. Перекатываясь на спине из стороны в сторону, он рыдал и матерился. Нападение на союзника вывело старух из ступора.

Кошатница с пробитым лбом встряхнула головой и вновь пошла в наступление. Удивительно, но от удара солнцезащитные очки не слетели с ее лица. Теперь зеленая жижа почти полностью заволокла их стекла. Но это, казалось, нисколько не мешало ей.

Коля понимал, что не сможет долго сдерживать монстров. Тогда он достал из внутреннего кармана куртки освежить воздуха с запахом красного сицилийского апельсина и принялся распылять его как безумный, с соответствующим криком: «Аааааа! Ссссууукии!». Химическая атака оказалась весьма эффективна. Нет, инопланетные старухи, к сожалению, не умерли в конвульсиях, но зато быстро зашаркали прочь из кабинета, беспорядочно размахивая руками, словно отгоняя невидимых мух. Конечно, Коля не был уверен, что кошатницы ненавидят запах цитрусовых также, как и коты. Это был эксперимент. И Коле пока некогда было размышлять, какие выводы можно сделать из его результатов.

На Женю «апельсинка» не подействовала – он по-прежнему стонал на полу. Его прыщавое лицо блестело от соплей и слез. Когда все старухи вышли, а освежитель воздуха закончился, они с Колей остались одни в помещении для переговоров. Значит, можно и поговорить.

– Не пора ли принять цианид, Геббельс, – насмешливо бросил Коля, выбил окно ломиком и выпрыгнул на улицу.

Он со всех ног побежал к метро – надо было успеть к Ларисе. Видимо, они специально выманили его, чтобы она осталась одна. Отбежав на безопасное, как ему казалось, расстояние, он достал из кармана телефон и позвонил ей – она не взяла трубку. Тогда Коля надиктовал голосовое сообщение: «Ни в коем случае не открывай полицейскому – он точно в сговоре с врагами».

Лариса была онлайн, но не ответила и на голосовое. Когда Коля был уже в метро, на телефон пришло сообщение. Но не текстовое и не звуковое. Это была картинка с очаровательной кошечкой, накрашенной человеческой косметикой – фотография, очень распространенная в соцсетях. Никаких пояснений. Ничего, кроме портрета кошечки, чем-то напоминающего тот рисунок на доске в переговорной комнате организации «Кошкин друг».

10.

Коля прибежал быстро, как мог. Дверь в квартиру Ларисы оказалась не заперта. Рыжего кота нигде не было, как и Ларисы. Зато на полу в кухне лежала старуха в полном обмундировании – пальто, шапка, очки… Сначала Коля подумал, что Лариса оглушила ее, отбиваясь. Но что-то в этой старухе было не так. Ее лицо не было таким морщинистым, как у остальных. А самое страшное – оно было похоже на…

Он метнулся к старухе, сорвал с нее шапку, попытался снять очки – последнее было сложнее всего, так как они врастали своими дужками в кожу. Вот почему они не слетели с той кошатницы, которой он проломил лоб! Когда он наконец снял очки – за ушами у старухи потекла кровь.

Это действительно была Лариса. Но другая, изменившаяся. Ее кожа была свежее, чем у других кошатниц, но с момента их утренней встречи Лариса постарела лет на 30… Ее глаза были закрыты.

– Проснись! – закричал Коля и в отчаянии принялся хлестать ее по щекам. – Говорят тебе, проснись!

Тогда Лариса открыла глаза и посмотрела на Колю. Он понял, почему старухи носили солнцезащитные очки – чтобы скрыть желтые радужные оболочки глаз и овальные зрачки. Чтобы спрятать кошачьи глаза. С каждой минутой Лариса все более превращалась в старуху.

– Я не знаю, как помочь тебе, – произнес он, едва сдерживая слезы.

– Я не хотела открывать ему дверь… Но он показал второй наушник Олежки… – с трудом сказала она, будто оправдываясь. – Я все равно не открыла дверь… Тогда он открыл ее сам – ключами Олежки…

– Понимаю… Но что теперь?

– Теперь ничего… Теперь мышонку нужно бежать… Кошка уже идет по следу, – Лариса сомкнула веки.

Если бы она сказала что-то вроде «добей меня», наверное, он бы исполнил ее волю. Но сейчас Коля не стал ничего с ней делать. Просто вернул очки на место, в надежде, они врастут в кожу обратно. Вдруг ей будет лучше в новом состоянии? Возможно, она почувствует себя частью большой и дружной кошачьей семьи. Что, если все кошатницы – глубоко счастливые люди? Он ведь не мог исключать этого. А значит, он не будет лишать ее жизни. Новой старушечьей жизни.

Лариса сказала ему бежать. И он побежал. Но вскоре понял, что не знает куда. Тогда он остановился на перекрестке и заплакал. Ему было жалко Ларису, жалко себя, и, в конце концов, просто страшно. Кажется, у него вот-вот случился бы срыв, если бы не звук, который Коля услышал… Это был тонкий приближающийся скрип. Обернувшись, он увидел старуху. Кошатница медленно ковыляла к нему с тележкой. Тележка скрипела. Рот старухи был перекошен от ненависти. Судя по всему, это была не Лариса. Но точно Коля сказать не мог. «Пойду-ка я домой», – решил он.

11.

Коля влетел в свою квартиру, и запер дверь на оба замка и цепочку. На всякий случай, он также навалил на дверь гору мебели. А сам уселся перед компом. Времени у него было мало, он знал это. Но Коля успеет. Он обязательно успеет все написать. Свой последний текст. Свой лучший текст. Свой самый важный текст.

Коля писал и прислушивался. Пальцы колотили по клавишам с бешеной скоростью. Вскоре он уловил за дверью шарканье старушечьих ног. Услышал, как поднимается тележка с кошачьей едой по ступенькам. Пауза – стук, пауза-стук, пуза-стук. Услышал, как грозно мурлычут коты, следующие за своими инопланетными командиршами.

Старуха поднялась на его этаж и принялась настойчиво звонить в дверь. Конечно, Коля и не думал ей открывать – вот ведь наивная. Тогда кошатница стала яростно колотить дверь ногами. Кошки в это время истошно орали и царапали дверь снизу, стараясь не попасть при этом под ботинки своего начальства. На шум вышел сосед по лестничной клетке. Это был Александр Петрович – строитель, примерный семьянин, здоровый мужик в растянутой футболке и замызганных шортах. Он был главным блюстителем порядка в парадной. Александр Петрович в свое время отучил соседей-курильщиков смолить на лестнице. А это было не так уж легко – без драк не обошлось.

Атака на дверь в квартиру Коли внезапно стихла.

– Слышь, мать, чего затеяла-то? Чего бузишь? – крикнул Александр Петрович.

Прошло несколько секунд, и он вновь подал голос. Только на этот раз он кричал гораздо громче:

– Не приближайся ко мне, я милицию позову!

Удары, проклятия, предсмертный крик и мягкий звук падающего на цементный пол тела.

Старуха и коты продолжили ломиться к Коле. В это же время возобновился и знакомый нарастающий ритм: пауза-стук, пауза-стук, пауза-стук. Это шло по лестнице подкрепление – еще две старухи с котами. Когда они поднялись на этаж и присоединились к штурму, дверь затрещала, из косяка полетела побелка.

Коле было не до того. Ему нужно было писать. Успеть изложить все факты, какими бы неправдоподобными они ни казались. О заговоре, об убийствах, о Ларисе, об Олежке, о кошатницах, а теперь еще и о соседе по лестничной клетке. Он должен отправить текстовый файл коллегам. В чатик в мессенджере, где обмениваются сообщениями и контактами городские журналисты. Должен успеть. Это будет самый серьезный удар по коварному врагу – ломиком, обернутым в мощь новых медиа. Даже если ему не поверят, история об инопланетных кошатницах заставит присмотреться к ним всех – от властей до общественников. Тогда у Петербурга и всей России появится шанс на выживание – а это уже не так мало.

Наверное, голосом рассказать эту историю можно было быстрее. Записать на диктофон и отправить. Звучало бы даже достовернее – под звуки надвигающейся гибели. Но, что поделать, Коля не радийщик. Вся его жизнь – это текст. И если уж эта жизнь, видимо, подходит к концу, он имеет право выбрать, как именно открыть правду. Каким каналом воспользоваться. И если ему хочется сделать это при помощи набранных на клавиатуре символов – почему нет.

Вскоре удары обрели новую мощь – количество старух у двери вновь увеличилось. Теперь они выбивали ее вшестером. «Им бы пойти драммерами в рок-группу», – подумалось Коле. Дверь не выдержала – они сорвали ее с петель и бросили вниз по лестнице. Та с грохотом упала на ступени. Почему никто из соседей не позвонил в полицию? Хотя, возможно, полицию вызвали. Просто она вроде как задерживается. А на самом деле и не думает приезжать.

Единственной преградой на пути старух была гора мебели. Конечно, она не сдержит их надолго. Надо заканчивать текст и отправлять уже! Пофиг на ошибки и опечатки. Кошатницы принялись раскидывать и ломать мебель, освобождая вход.

Первыми в квартире оказались коты – пользуясь своими мелкими размерами, они просочились в щели меду шкафами. Побежали в комнату, где сидел Коля.

Но не смогли войти – разумеется, он не забыл запереть дверь. Взбешенные звери разгонялись по коридору и влетали в нее со всей дури, разбивая мордочки в кровь – но результата это не приносило. Только представьте – простая деревянная дверь, закрытая на замок. Даже странно. Адовые кошаки, а выбить ее не могут. Коля улыбнулся. На самом деле все объяснялось несогласованностью их действий – они влетали в дверь не все разом, а по одиночке. Он с самого начала говорил, что блохастые слишком тупы для сложной командной работы.

Коты жалобно замяукали, призывая старух на помощь. Вот уже и кошатницы оказались в квартире и медленно ковыляли по направлению к комнате, где сидел Коля. Их тележки сталкивались и сцеплялись между собой, мешая передвигаться в узком коридоре, но старухи все равно не бросали их.

Коля продолжал остервенело стучать по клавиатуре. Ему оставалось совсем немного. Буквально пара последних предложений.

Восстание петербургских сугробов

Белый снег так ненужно и сказочно

Танцевал у подъездных дверей

Белый снег, неподкупен он, кажется

Вам хотел пожелать теплых дней

Из песни Юры Шатунова

1.

Витя уже не мог бежать быстро. Дыхания не хватало. Ноги гудели. Ему стало казаться, что шарф слишком сильно сдавливает горло, душит его. Тогда Витя сорвал с себя шарф. Дышать будто бы стало легче. После этого он продолжал двигаться еще несколько минут – перебирать кроссовками, утопающими в серой снежной каше. Толкать вперед свое одетое в черный пухан и спортивные штаны тело. Потом, когда сил бежать уже не было, он остановился и огляделся. Никто его не преследовал. Витя поднял голову к темному зимнему небу и сделал глубокий вдох.

Всего полчаса назад ничто не предвещало беды. Если бы кто-то сказал ему тогда, что совсем скоро его жизнь изменится и никогда больше не станет прежней – Витя дико заржал бы ему в лицо. И назвал бы прорицателя каким-нибудь хлестким матерным словечком. А Даня бы добавил кое-что от себя – в бранном богатстве русского языка он ориентировался еще лучше, чем Витя.

Они с Даней, два веселых студента питерского вуза, возвращались вечером из кино. Веселились, толкали друг друга. Изображали голоса и поведение преподавателей. Получалось очень похоже по их мнению. Хоть в КВН сценку ставь. Затем играли в снежки. Им было классно без всякого алкоголя и разных других веществ. Оба они занимались спортом и вели здоровый образ жизни. Были активистами студенческих организаций.

Нельзя сказать, что учились они блестяще, но руководство факультета многое им прощало. У ребят было по несколько наград за участие в добровольческой деятельности, победы на городских чемпионатах по армрестлингу. К тому же оба были большими патриотами страны и города. Время от времени декан факультета Павел Павлович подходил к особо суровым преподавателям, чтобы шепнуть за спортсменов доброе словечко. Мол, ребята очень позитивные и яркие, сил на учебу не всегда хватает – сделайте-ка им скидочку.

В один момент Даня опустил перчатку в сугроб, чтобы собрать очередной снежок, а затем влепить его Вите в морду. А то до этого Витя как раз отправил ему круглую порцию снега прямо в лоб. И Дане хотелось отмщения.

Вдруг Даня закричал и задергался. Он орал так громко и истерично, что Витя остолбенело уставился на него. И почти сразу же заметил, что в облике Дани кое-что изменилось… У друга больше не было кисти правой руки, а из запястья хлестала кровь. Витя не сразу осознал, что случилось. Мозг сопротивлялся новым сведениям, которые выдавала реальность. А она, сволочь такая, настойчиво впихивала в него картинки-факты, словно родители кормили ребенка: «Эту ложку за маму… Эту – за Михаила Боярского… Сыночек, ты ведь так любишь народного артиста России Михаила Боярского… Вот и съешь за него ложечку, а то он расстроится и заплачет».

Мозг Вити давился, плевался, но все-таки постигал происходящее. Руку Дане откусил сугроб, в который тот только что опустил ладонь, чтобы зачерпнуть снег. Сугроб этот был необычный. Не часто ведь увидишь у кучи снега широкую пасть, усеянную большими прозрачными ледяными зубами. Окровавленный рот бездонно зиял в чем-то вроде головы – в приплюснутом конусе над округлым туловищем. Над пастью блестели два черных глаза, расставленных ассиметрично – один почти у пасти, а другой, можно сказать, на лбу. И выглядели эти зенки так, будто маленькая собачка забралась на сугроб и нагадила в двух местах. Периодически какашечки моргали и бросали грозные взгляды.

Туловище монстра походило на заготовку для крупного снеговика. В диаметре оно было чуть больше метра. Вместе с головой рост монстра составлял где-то метр сорок – метр пятьдесят. Руки и ноги у чудовища отсутствовали.

Глядя на осиротевшее запястье своего товарища, Витя вспомнил, как часто они с Даней соревновались – чья рука окажется мощнее. Они мечтали когда-нибудь стать лучшими армрестлерами России и тратили на тренировки массу времени. А теперь какая-то снежная сволочь, взяла, да и отожрала у Дани все эти мечты. Целую часть жизни отожрала. Возможно, самую главную ее часть. Эти мысли не советовали моменту, поэтому Витя тряхнул головой, чтобы прогнать их. Сейчас надо было думать о том, как помочь другу.

– Витя! Витя!! Моя рука! – умоляющим голосом повторял Даня и медленно шел к нему, сжимая кровоточащее запястье.

Он будто нес большой красный цветок в подарок своей избраннице. Полоски слез на щеках Дани сверкали в уличном освещении, губы тряслись. Он не знал, что творится у него за спиной – все его внимание, понятное дело, было отдано кисти руки, точнее, ее отсутствию… Тем временем сугроб проявлял все новые таланты. Мало того, что он умел с легкостью перемалывать зубами человеческие кости, так он еще был способен передвигаться!

Сугроб дернулся с места и поплыл по заснеженному асфальту вслед уходящей жертве. Витя заметил это и закричал:

– Даня! Он за тобой! Эта тварь за тобой!

Даня обернулся, но было уже поздно. Сугроб приполз к нему, качнулся маятником вниз, и впился зубами в левую ногу студента чуть ниже колена. Раздался громкий хруст. Половина левой ноги Дани – от колена и до ступни – исчезла в пасти чудовища, сверкнув напоследок светоотражающим узором кроссовки. Монстр принялся с явным удовольствием пережевывать человеческую ногу.

Даня упал на спину. Кричал, просил Витю помочь ему. Но Витя застыл в шоковом состоянии. Он пришел в себя только спустя несколько секунду. Бросился к другу, схватил его здоровую руку и попытался оттащить подальше. Они отдалились от монстра метра на четыре, когда тот окончательно прожевал ногу, проглотил ее, рыгнул и снова поплыл на них.

Сугроб подполз к Дане словно огромный снежный слизень и прыгнул ему на живот. Затем склонился над ним кошмарной неваляшкой и распахнул пасть. Пара секунд и Даню с трудом могла бы узнать родная мать – ведь вместо лица у него было кровавое месиво, из которого торчали светлые кости черепа. Сугроб-неваляшка вернулся в свое нормальное положение и принялся жадно пережевывать то, что совсем недавно красовалось на вузовском сайте в разделе «Наши спортивные достижения» – лицо Дани.

Витя с криком бросился прочь. Он убегал все дальше, пока окончательно не выбился из сил. С его стороны это была напрасная трата ресурсов. Ведь сугроб не стал его преследовать – ему еще было чем закусить.

2.

Несмотря на середину декабря, магазин «Солнечная улыбка» вообще никак не был украшен к Новому году. Если не считать сезонных товаров, тут и там развешенных на полках: сверкающего дождика, красных колпаков и оленьих рогов. Подобным образом дела обстояли во всей сети магазинов косметики и товаров для дома «Солнечная улыбка». Руководство в этом году решило не заморачиваться с декором. Вместо этого оно обязало все точки включать одну и ту же музыку – сборник инструментальных новогодних хитов. Так сказать, для атмосферы. Но хитов этих было отчаянно мало – всего шесть штук. И гоняли их раз за разом. Выключать эту бадягу сотрудникам магазинов было строго запрещено.

– Да сколько можно это терпеть! – возмутилась продавщица-кассирша Верка, когда снова заиграла особо раздражавшая ее мелодия. – Маша, давай вырубим эту хрень! И включим что-нибудь нормальное – «Сектор газа» там, «Гражданскую оборону», «Бригадный подряд», «Юго-Запад»… Да я даже на «Короля и шута» согласна! Тебе ведь нравится, «Король и шут», да, Маша?

– Верунчик, ты сама прекрасно понимаешь, что мы не можем выключить эту музыку. За это дают штрафы. Сейчас во все магазины проверки ходят, – отозвалась Машка, выставлявшая на полку шампуни.

– Да пофигу! – настаивала Верка. – Если будет проверка – скажешь, что это исполняющая обязанности начальника сделала! Свалишь все на меня – делов-то!

Маша никак не стала это комментировать. Ей не нравилось, что директор магазина, уезжая куда-то по делам, всегда назначает главной Верку. А Верка потом всячески это подчеркивает. И вообще непонятно почему никто не замечает, что Верка регулярно подбухивает после работы вот уже несколько лет. И скрывает следы возлияний щедрым слоем косметики. «Наверное, поэтому она здесь и работает, чтобы покупать тональник по специальной цене для сотрудников. Ей этого тональника нужны тонны», – думала Маша.

– Ладно, я покурить, – бросила Верка, накинула пуховик и вышла на улицу. Ей Маша взаимно не нравилась. Она считала ее семейной клушей, которая только и делает, что водит свою тупую дочку по кружкам да варит своему жирному мужу борщи. Не читает, не ходит на концерты, не смотрит нормальных фильмов, не слушает страшных историй в исполнении интернет-диктора Владимира Князева. С Машей даже поговорить не о чем.

Затянувшись, Верка посмотрела на дорогу. Почему-то сегодня по ней мчалось особенно много машин полиции. «Опять что ли проходит какой-то митинг несанкционированный?» – озадачилась она. Докурив, Верка сплюнула и вернулась в магазин. До конца смены оставалось еще часа три. А потом она купит себе бутылочку дешевого краснодарского каберне, запрется в своей комнате в коммуналке, включит спокойную музыку, зажжет ароматические свечи и вечер пройдет за-ме-ча-тель-но.

3.

С какого-то момента магазин «Солнечная улыбка» стали заполнять люди. Но это были не обычные посетители. Они искали не мыльные наборы в подарочных упаковках. Они искали спасения от снежных монстров. И рассказывали истории своих встреч с ними.

Например, студент Витя на полном серьезе утверждал, что сугроб слопал его лучшего друга Даню. Сначала Верка думала, что их с Машей разводят. Что это какой-нибудь блогер решил устроить флэшмоб в крупной сети магазинов косметики и товаров для дома. Возможно, блогеру даже заплатили их конкуренты.

Однако людей становилось все больше. Некоторые из них были с увечьями – у одного мужика не хватало уха, у молодой бабы не было половины пальцев на левой руке. Впервые оказалась востребована аптечка, пылившаяся несколько лет в подсобке магазина.

– Почему чертова скорая помощь не отвечает! – в который раз возмущался посетитель магазина лет пятидесяти, одетый в клетчатое пальто.

Верка стояла в дверях магазина и смотрела на то, что происходит на улице. Все больше людей бежало с криками. Машины мчались как бешеные. А потом она впервые заметила плотные округлые фигуры сугробов, которые гнались за горожанами. Каким-то образом они довольно быстро скользили по снегу, хотя никаких ног, колесиков или коньков Верка у них не замечала. Наконец у нее на глазах один из монстров откусил голову невовремя поскользнувшейся пенсионерке на другой стороне улицы. Просто нагнулся и откусил голову растянувшейся на земле женщины. Так легко, будто это было не человеческое тело, а туловище бисквитного «медвежонка Барни».

Вскоре люди исчезли с улицы. Некоторые из них убежали и спрятались, другие – были съедены. Тогда сугробы заинтересовались горящими витринами магазина «Солнечная улыбка» и поползли к нему. Заметив это, Верка захлопнула стеклянную дверь и щелкнула замком. Снаружи была еще железная шторка, которая ночью защищала вход от хулиганов и воров. Но для того, чтобы опустить ее… правильно – надо было выйти на улицу. А Верке этого не хотелось.

– Уважаемые гости, магазин «Солнечная улыбка» закрывается! – сказала она. – Мы очень рады, что вы выбрали именно наш магазин и находитесь сейчас с нами. Если кому-то нужно выйти на улицу – я готова дать ему такую возможность. Но решение нужно принимать прямо сейчас.

В магазине повисло молчание.

– Я так и думала, – кивнула Верка. – Правильный выбор, дорогие гости!

4.

К магазину приблизились трое сугробов. Первый из них самоуверенно поплыл к входу и впилился лбом в стеклянную дверь. Он явно впервые в жизни столкнулся с невидимой преградой. И теперь пребывал в замешательстве, разглядывая группу людей в магазине. Вертел своими какашечными глазами то так, то эдак, открывал и закрывал пасть, демонстрируя ряды кривоватых, но острых и часто посаженных зубов.

Когда подползли другие сугробы, он повернулся к ним и стал издавать какие-то звуки. Словно бы втолковывал что-то. Они отвечали ему. У чудовищ были низкие гудящие голоса, похожие на звуки смартфона, вибрирующего на деревянном столе.

– Они что-то задумали! – сказала Верка смахнув ладонью осветленную челку с глаз. – Последи за ними, Маша. Я проверю, заперт ли черный вход.

Верка сделала всего несколько шагов, когда крик Маши заставил ее обернуться:

– Верка, смотри! Они подходят все ближе!

Посовещавшись, сугробы стали ломиться в магазин. Лидер группы бился в дверь, в то время как двое его товарищей врезались в витрины. Они влетали в стекла гигантскими снежками. Вскоре к троице подползли еще двое сугробов. Каждый из них после короткого обсуждения ситуации стал помогать сугробам, атакующим витрины.

– Нам всем капец! – закричал огромный мужик в коричневой дубленке, когда по стеклянной двери поползли первые трещины. – Выпустите меня отсюда немедленно!

– Соберись, тряпка! – прикрикнула на него Верка. – Мы будем защищаться. Вот, держи!

Она дала ему, Машке и остальным покупателям по комплекту для самообороны. В него входили баллоны лака для волос и зажигалка. Но этого ей показалось мало. Закипела командная работа. Продавщицы-кассирши вместе с посетителями разлили по пластиковым ведрам все растворители, какие только были в «Солнечной улыбке». По мнению Верки, они горели лучше всего остального. Потом в ход пошли другие спиртосодержащие жидкости – духи и туалетные воды. Также обитатели осажденного магазина наполнили ведра маслами для массажа. Масло тоже могло хорошо полыхнуть.

Сначала следовало вылить сугробу в морду содержимое ведра, затем поджечь его.

– Нажимаете на кнопку баллона, подносите зажигалку под струю и превращаете ее в адское пламя. Всем понятно? – спросила Верка.

Люди энергично закивали.

Когда твари разбили стекла и начали проникать внутрь – их ждал горячий прием. От огня морды сугробов стали плавиться, обнажая что-то вроде ледяных черепов, которые тоже плавились, но не так быстро. Чудовища кричали от боли своими низкими голосами, но вели себя при этом по-разному. Видимо, в зависимости от своего характера. Кто-то пятился, кто-то продолжал наступать, получая все большие травмы.

Самый упорный сугроб довольно долго пытался цапнуть мужика в коричневой дубленке, пока его поливали огнем со всех сторон. И вдруг замер – остановился и завалился на бок в луже жидкости, оставшейся после его таяния. От прежних объемов тела монстра осталась лишь четверть.

И все это происходило под популярные западные рождественские мелодии, которые продолжали разливаться по магазину из небольших динамиков, подвешенных к потолку.

В процессе огненной битвы с монстрами загорелось несколько полок с товарами. Студент Витя заметил это вовремя – пламя еще не успело широко распространиться. «Где у вас огнетушители?!», – закричал он Верке.

– В том углу, – сказала она, указав направление кивком.

Парень бросился к огнетушителю и столкнулся с сугробом. Тварь внезапно вынырнула из-за стеллажа с женскими прокладками и тампонами и оскалилась.

– Да чтоб тебя! – сказал Витя и шлепнулся на задницу, поскользнувшись на воде от растаявшего сугроба.

Зажигалка и баллон лака выпали у него из рук. При этом баллон откатился на пару метров, а зажигалка шмыгнула под стеллаж – достать ее Витя не мог. Пухлое тело монстра нависало над ним. Зубы твари словно бы шевелились в безразмерной пасти от предвкушения. Но тут на помощь студенту пришла Верка и плеснула сугробу в физиономию жидкости из ведра. А потом подпалила чудовище из баллона.

Горящий сугроб заметался по магазину и, прежде чем сдохнуть, поджег еще пару полок. Но Витя был наготове с огнетушителем. Когда студент погасил все горящие полки, снежная атака была окончательно отражена. Конечно, на улице было еще полно этих гадов, но сейчас обитатели «Солнечной улыбки» могли перевести дух.

И тут все услышали пронзительный вопль Маши:

– Верка! Черный вход! Они прут с черного входа!

– Да какого ж хрена! – скривилась Верка. – Так. Теперь ты, ты, ты и ты, – она указала в том числе и на Витю, – идете вместе со мной к черному входу. Возьмите оставшиеся ведра и новые баллоны лака из коробки. Покажем этим гадам!

5.

Галина вместе с мужем Иваном приехала в Петербург из Новосибирска. У них не было здесь знакомых, поэтому они остановились в одной из недорогих гостиниц на окраине города. По правде, Иван не очень хотел тратить свой отпуск на Питер. Он бы с большим удовольствием отправился на дачу под Новосибом. Там хорошо. Там баня и разные деревья. И нет всей этой городской суеты. Но все-таки Иван решил сделать подарок супруге и стоически согласился на поездку в Северную столицу.

Галина составила для них с мужем богатую культурную программу. Купила билеты в театр, запланировала походы в музеи и храмы. Иван мужественно сносил все эти развлечения, которые казались ему скучными и бессмысленными. И даже ничего не сказал о том, что вообще не понимает балет и считает его чем-то вроде морально устаревшего вида гимнастики. Хотя формы чернокожей балерины ему понравились – надо отдать ей должное. Конечно, странно было ее видеть среди белых российских танцовщиц – это немного ломало шаблоны. «Наверное, поэтому ее и взяли в труппу. Чтобы все удивились и на какое-то время перестали зевать», – догадался Иван.

Галина прекрасно знала мужа за десять лет совместной жизни. Он мог долго терпеть то, что ему не нравится, но рано или поздно взрывался и выкидывал номера. Поэтому каждый вечер она вознаграждала его за терпение походом в какой-нибудь паб. Вот и сейчас они вышли из одного из таких заведений. Направились к метро, но спустя несколько минут заметили, что заблудились.

– Я ссать хочу, – заявил Иван. – Давай свернем в тот двор.

Галина была не в восторге от мысли, что ее муж будет обоссывать центр культурной столицы. Но рассудила, что паб уже далеко. А каких-то альтернатив в виде платных сортиров или ресторанчиков она не видела.

– Хорошо, – разрешила она.

Они свернули во двор. Прямо над ними горели ряды окон, и в окнах этих кипела жизнь. Люди готовили пищу, выпивали, украшали квартиры новогодними гирляндами. Справлять нужду у них на виду Ивану не хотелось. Не то, чтобы ему самому было бы сильно неприятно, если кто-то увидит, как он мочится. Но он понимал, что супруге это может не понравиться. Иван любил Галину и старался не расстраивать ее без повода.

Тогда они свернули в арку, которую обнаружили справа. А потом прошли несколько метров и свернули еще раз, обогнув здание. И уже здесь Иван нашел подходящее местечко, скрытое от глаз посторонних.

Он отошел от супруги на несколько метров и принялся поливать мочой сугроб у стены. Галина в это время включила смартфон и запустила приложение – электронную карту города «ТриГис». Как вдруг она услышала полный ужаса и отчаяния крик Ивана.

Спустя час после случившегося она сидела на полу магазина «Солнечная улыбка». Ее лицо было забрызгано красным. Галина раскачивалась взад-вперед и рассказывала незнакомому парню, который сидел рядом, свою историю:

– Мы приехали сюда из Новосибирска. Гуляли по городу. И мой муж захотел писать. Он решил сделать это в одном из дворов. Нашел подходящее место, где никого не было. Расстегнул штаны… А потом закричал. Сугроб, на который он писал… он откусил ему… откусил… ему… – женщина закрыла ладонями глаза и затряслась в рыданиях.

Студент Витя, тот самый незнакомый парень, находившийся рядом с Галиной, положил руку ей на плечо. Он не знал, что сказать. Как утешить ее. Возможно ли это вообще сейчас? Просто положил руку ей на плечо. От этого она зарыдала еще сильнее, но убирать ладонь он не стал. Вите тоже хотелось плакать – он вспомнил своего мертвого товарища Даню.

Через минуту или две Галина начала успокаиваться. Достала из кармана фетрового пальто носовой платок в цветочек, вытерла слезы и высморкалась.

– Я филолог по образованию… – снова заговорила женщина. Но голос ее звучал иначе. Он стал тверже и, можно сказать, веселее. Витя даже подумал, уж не лишилась ли она рассудка от горя. – Так вот, я филолог… И, знаете, что интересно… Я только сейчас подумала… слова «сугроб» и «гроб» этимологически родственные… Не правда ли, странно? Я раньше никогда не думала об этом… Может быть разгадку этого кошмара стоит искать в происхождении слова «сугроб». Может быть, наши предки оставили нам скрытое послание в этом слове… Предупреждали нас, что их нужно остерегаться.

– Я не знаю… – ответил Витя, который действительно не мог сказать ничего путного по этому поводу. По русскому языку у него в школе был трояк.

И тут они услышали крик Маши:

– Верка, смотри! Они подходят все ближе!

Витя понял – надо брать себя в руки. И отбиваться от атакующих магазин монстров. Он поднялся и направился к пока еще целой стеклянной двери, отделявшей людей от плотоядных сугробов.

Уже после этого были баллоны с лаком, зажигалки, ведра с растворителями и жаркая встреча снежных гостей магазина «Солнечная улыбка».

6.

Так уж повелось, что снегопад в Петербурге регулярно превращался в бедствие. Вопрос был только в том, сколько оно продлится. Одно дело, когда у тебя пару дней выпадает 20 миллиметров осадков, дует лютый ветер, бесчинствует метель, падают деревья, застревает общественный транспорт, а пробки достигают своего ярко-красного пика. Это еще можно пережить. Но когда такая история длится неделю или две – терпеть это становится все сложнее. В этот раз снегопад продолжался 16 дней.

Несмотря на обещанные щедрые премии работники коммунальных служб выдохлись. И устали не только они – маленькие ловкие импортные тракторы то и дело выходили из строя – их не успевали ремонтировать. А снег все продолжал падать на Петербург – как земля на крышку гроба. В конце концов снегопад прекратился. Синоптики божились, что это надолго. Власти Петербурга молились, чтобы это действительно было так.

Но сразу же после этого сугробы взяли, да и ожили. И вовсе не для того, чтобы самостоятельно добраться до снегоплавильного пункта и превратиться там в грязноватую водичку. Они открыли глаза, увидели людей и посчитали их весьма аппетитными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.