Екатерина Боровикова
Темные времена. Книга 3

Пролог

С давних времён в любой многопользовательской игре летом «проседает» онлайн. Настолько, что разработчики не планируют на этот период серьёзных дополнений, ведь даже самые махровые геймеры стараются поменьше времени проводить в капсулах и стремятся к солнышку.

Но это не значит, что виртуальные миры становятся совсем уж безлюдными. Просто серьёзные статики уходят в отпуск, на аукционе выставляется меньше лотов, а текст в мировом чате обновляется гораздо медленней, чем обычно. Изредка может мелькнуть объявление о сборе группы на три, пять человек, и совсем уж невозможно увидеть призыв на десятку и больше.

И хоть данжи Вольхейма в этом году немного подпортили многолетнюю традицию, превратив «мёртвый» июнь в очень активный рейдовый период, к началу июля игроки всё же рассосались по реальным курортам и дачам.

Вот и в таверне «Пьяный кабан» на первый взгляд посетителей хватало, но на второй становилось понятно – у столов заполнен только первый слой, и то не полностью. И это вечером, а не сонным утром.

Доктордруу, Громхильда и Интерстеллар сидели за угловым столиком и изучали заявки желающих вступить в клан. Сообщество Этельгрина давно забыло о травле, многие, очень многие хотели приобщиться к чужой славе, и ограничение в девять тысяч членов клана уже неделю как являлось большой проблемой.

Пьяные кабаны не остановились на достижении «Первое убийство Доктордруу». Они ещё и раньше всех зачистили Королевский дворец, завалив владетеля города, из-за чего их репутация в Этельгрине взлетела до небес, а клановые заработки превысили все мыслимые и немыслимые пределы: игроки-мажоры предлагали сумасшедшие деньги за то, что их «пропаровозят» по последним данжам раньше других. И, хоть слава и длилась недолго, всего несколько недель, пока до самых сложных кварталов не добрались команды других кланов, сердца офицеров грела кругленькая сумма на общем счёте. Доктордруу даже подумывал, что стоит профинансировать постройку кланового замка – функционала, увязывающего всё имущество Кабанов в единую сеть, в которую никогда не придёт Активная Тьма. Останавливали его две вещи: анонс нового дополнения и личное важное дело.

Разработчики объявили, что осенью появится возможность войн в формате «Клан на клан», доступная как раз владельцам замков. Штурмы, баллисты, оборонные рвы, НПС-армии, шпионы, интриги и огромный пласт нового «квестового контента» – это интересно, конечно, но очень, очень затратно. Макс сомневался, что его клан такое потянет, реальные деньги вливать в игру принципиально не хотел, и поэтому пока не делился мыслями даже с самыми близкими соратниками. С текущими проблемами бы разобраться.

«Важным делом» было легендарное задание, доставшееся ему весной при убийстве «самого себя». Доктордруу его всё ещё не активировал, ждал более подходящего момента. Во-первых, подобное развлечение требует огромных, просто гигантских денежных вливаний. Финальным аккордом все вложения отбиваются, да ещё со значительной прибылью, но в процессе придётся хорошо облегчить либо реальный кошелёк, либо клановое хранилище. А во-вторых, прохождение квестовой цепочки скорее всего освободит Вольхейм от Тьмы, и значит, все тамошние рейды и подземелья исчезнут. Слишком уж большая ответственность: геймеры-хардкорщики любят Этельгрин именно за сложные и интересные данжи, и в основном занимаются только их прохождением на разных уровнях сложности, не отвлекаясь на тщательное исследование мира и прокачку репутаций с игровыми гильдиями. Таких людей по статистике процентов двадцать от общего числа, что не так уж и мало.

Макс тоже всегда был хардкорщиком и просто-напросто не мог испортить удовольствие от игры и себе, и другим.

С другой стороны, Вольхейм может прекратить своё существование в любой момент самостоятельно, без всяких усилий геймеров.

Сложный выбор. Фрилиона, к слову, такими вопросами не заморачивался и уже давно сделал своё уникальное задание, благодаря которому неплохо заработал, а главное, активировал те самые грядущие осенью «Клановые войны».

Естественно, разработчики давно планировали ввести дополнение, но они всегда любили давать игрокам иллюзию сопричастности.

– Свекольщик. Лекарь, стопятидесятый, – прочла вслух Громхильда. – Предлагает за вступление три миллиона голды. Что-то знакомое…

– Так он у нас был, – сказал Интерстеллар. – Свалил из клана одним из первых, когда Пьяные кабаны два ноль появились. По-моему, выше посетителя он не поднимался.

– Значит, отказ, – проронил Макс.

– Но Кальну мы приняли назад, – напомнила Громхильда.

– Кальна извинилась, и только после этого уже назад попросилась, – вздохнул главный бармен. – А этот молча деньгами в морду тычет, понадеялся, что мы его забыли. Не люблю таких.

– Обдирщик, девяносто третий, лекарь. Уверяет, что четыре профы вкачаны на максимум, готов работать в клановых мастерских пару дней в неделю.

– Берём, – кивнул Макс.

– У нас четыре места всего свободных осталось, – озабоченно сказала Громхильда.

– Разберёмся. Я перед оффлайном список почищу от тех, кто долго не играет.

– Чистили уже, – буркнул Интерстеллар. – Раз десять.

– Некробалансер. Лазутчик, сотый левел. Пишет, что есть редкие спеллы, готов поделиться некоторыми с главой или с тем, на кого глава укажет. За вступление, естественно.

– Что ни лазутчик, то владелец редких навыков, – хмыкнул Доктордруу.

Больше он ничего не сказал, но соратники понимающе переглянулись и отклонили заявку.

Приятная во всех отношениях, немного неуклюжая и совершенно неопытная геймерша с уникальным заклинанием, которым она обещала поделиться, и благодаря которой Пьяные кабаны обошли на повороте даже самые крутые кланы, исчезла сразу же после прохождения Верхних улиц. И почти неделю в игре не появлялась. А потом, едва зашла в игру, покинула клан и параллельно внесла в чёрный список всех офицеров Пьяных кабанов.

Выяснять, в чём дело, никто не стал: «текучка кадров» в клане – нормальное явление. Правда, Громхильда очень расстроилась и всё порывалась как-нибудь связаться с Полиной, спросить, не обиделась ли та на что-нибудь, но потом решила, что не стоит навязываться тому, кто не хочет общаться. Скрытный Макс по своему обыкновению никак не прокомментировал произошедшее, но с тех пор нет-нет да выдавал что-нибудь этакое, вот как сейчас, например. Самые близкие друзья давно поняли, что исчезновение Хрумгильды главного бармена всё-таки задело.

Глава 1

Поплавок вздрогнул и ушёл под воду, сильно натянув леску. Но я успела вовремя среагировать, так что рыбина, описав дугу, плюхнулась к моим ногам, пару раз дёрнулась и затихла.

Форель. Не просто большая, а прямо здоровенная. Ещё и брюхо подозрительно раздувшееся. Внутри явно не только потроха, но и дополнительная добыча, что не может не радовать.

Я аккуратно вытащила крючок из рыбьей губы и сжала кулак.

Прекрасно. Филе красной рыбы, кисть мертвеца (анимированная) и сорок четыре штучки посредственной икры.

Икра пригодится самой, а филе и сувенир можно продать на аукционе.

Так, наживка будет действовать ещё четыре минуты. На последний заброс хватит.

Вскоре я выпотрошила ещё одну форель, которая, к сожалению, оказалась пустой, если не считать филе, конечно, и убрала удочку в сумку.

Можно было бы ещё одну наживку съесть, но она кончилась. Да-да, никакой ошибки. В Дарк Таймс рыбак наживку не на крючок насаживает, а съедает сам, ради получения специального баффа, который ускоряет клёв или улучшает качество добычи.

И, если честно, я уже замучилась. Больше двух часов рыбачу.

Это моё тайное место. Берег реки густо зарос колючим кустарником, продраться через него можно, конечно, но смысл? Ведь никакие звери не водятся, трава, подходящая для ремёсел, не растёт, месторождений руды не наблюдается. Ни тебе тайных пещер, полных сокровищ, ни подземелий, ни Активной Тьмы.

Ничего и никого. Только колючки, чахлые листочки и густые ветки. И малюсенький, где-то метр на метр, кусочек пляжа, поросший не кустами, а осокой. Я о нём узнала совершенно случайно, когда убегала от ганкеров. Пролетела сквозь заросли, не обращая внимания на царапины, и бултыхнулась в воду. Преследователи лезть в колючки не пожелали и ушли, а я попыталась переплыть речку и утонула.

Так вот, перед тем, как свалиться с берега, траву я как раз и приметила. Да, забраться сюда можно только пожертвовав целостностью шмота, но зато потом сиди себе, рыбу хоть сутками лови и не бойся залётных агрессивных мобов или игроков пэвэпэшеров. С другого берега тоже никто заметить не может, я ведь в полуприседе, в инвизе, а не разгуливаю в полный рост, так что осока прекрасно закрывает обзор всяким разным свидетелям.

Перед тем, как телепортироваться в Дензервар, я развела костёр и приготовила несколько блюд. Для себя Мочёные яблоки и Наживку для рыбалки, на которую как раз ушла выловленная икра, а для продажи Ведьминский котёл с требухой кота и Рубленное мясо волка с корицей. Эти блюда всегда хорошо покупают – первое удваивает количество маны на целый час, второе ускоряет прокачку репутации с гильдиями, городами и чёрт знает с кем ещё аж на сутки.

Да, за эти дни… или недели… мне пришлось вложиться в покупку учебников нескольких новых профессий. И значительно продвинуться в прокачке уже имеющихся. Навыки рыбалки и травничества вообще до максимума подняла.

И всё это по настоятельной просьбе врачей. Или правильнее будет сказать, учёных. Никаких рейдов, никакой активной социальной жизни или пвп, лишь методичная, спокойная деятельность. Ремесло для этого прекрасно подходит.

И квесты ещё. Моя отдушина. Их никто не запрещал, по крайней мере, пока.

… А может, не дни или недели, а месяцы?

* * *

Из-за «спокойного и расслабленного прохождения игры» я столько всего фармлю, в смысле, собираю и произвожу, что с заработком вообще проблем нет. Так что виртуальное золото регулярно конвертируется в рубли и выводится на реальный счёт. Это очень важно.

Буся всхрапнула, я потрепала её между рыжих ушей. Хорошая лошадка.

Вот только почему важно, я не всегда помню. И вообще… что-то с памятью у меня. Хорошо, что дневник когда-то сообразила завести. Правда, как таковая записная книжка в инвентаре не предусмотрена, но в некоторых квестах, чаще всего детективных и загадочных, всегда есть место для заметок. Вот я и воспользовалась парой чистых строк в задании «Исчезновение Ингвара».

Это задание выполнять нельзя, чтобы не исчезла запись.

Это виртуальная игра, а не реальность. Я Полина Быкова. Я болею и участвую в экспериментальном лечении, поэтому всегда онлайн. Я счастливо замужем, у меня двое детей. У семьи неприятности, им нужны большие деньги. Счёт мужа: 893#18Ll78FLJHGO8098UY9394U.

Больше ничего в заметку не поместилось, но, в принципе, и этого достаточно для того, чтобы встряхнуть мозги, когда они закисать начинают.

Сегодня я почти в полном разуме. Даже помню, что с нами живёт свёкор, замечательный дедушка и вообще, хороший человек. Но вот как его зовут…

А дети у меня Вова и Оля. Оля старшая. Муж – Денис. Он работает в космосе.

Так что всё не так уж страшно. Хотя бывают дни, когда я на серьёзных щах думаю, что Этельгрин – самая что ни на есть реальная реальность. Даже индикаторы ресурсов и имена над головами не смущают. Но потом заглядываю в дневник заданий, натыкаюсь на эти строки, и в головушке словно что-то щёлкает.

В Дензерваре, как всегда, людно. Тем более что сейчас ранний вечер, прайм-тайм (хотя раньше, по смутным ощущениям, народу было ещё больше). Игроки снуют туда-сюда, НПС живут своей жизнью, возле аукционного дома стандартное столпотворение, слышна музыка, громкие молитвы, агрессивные крики из подворотен и мирный смех из-за высоких заборов.

Я доехала до нужного перекрёстка, натянула поводья. Буся послушно остановилась. И исчезла, едва я спешилась.

Удобно всё-таки. Ни кормить не надо, ни поить, ни по-настоящему в конюшню вести. Она уже как бы там. Иногда я прихожу туда, в конюшню, угощаю Бусю яблоками или морковкой. Ну и что, что еда транспортному средству ни к чему, анимация всё-таки предусмотрена, поэтому Буся, как настоящая, схрумкивает лакомство и благодарно тычется мне в плечо носом.

Не так тоскливо тогда становится.

Не успела я сделать и десятка шагов, как сквозь меня пронёсся игрок на верблюде. Мы не столкнулись благодаря игровой механике, которая здесь заменяет законы физики, но у меня всё равно скрутило желудок.

Неприятно. Так и не привыкла за это время.

Бергионс, двадцать четвёртый уровень. Пьяный кабан.

М-да.

Настроение, до этого не то, чтобы радужное, но и не сказала бы, что плохое, ощутимо испортилось.

Жалко, что так получилось.

Кроме записей в дневнике заданий у меня есть ещё одна цидулька. В письмах. Весточка от единственного на данный момент персонажа во френдлисте, от Дурчера. Не слишком люблю его перечитывать, но оно тоже помогает поставить мозги на место в случае чего.

Именно в нём в вежливо-приказном порядке сказано, что рейды и пвп для меня под запретом, что спать обязательно, причём в определённое время и в безопасном месте, и что длительные социальные связи развивать нельзя. Последний пункт, правда, к лечению никакого отношения не имеет, это указания юристов. Мол, эксперимент дошёл до той стадии, которую конкурентам даже издалека показывать нельзя. Кто друг, а кто враг, неизвестно, вокруг шпионы и просто любопытствующие с длинными языками, а если произойдёт утечка благодаря моей общительности, с корпорацией за ошибку будут расплачиваться даже мои праправнуки. И праправнуки любопытствующих, кстати, тоже.

В общем, я совсем одна. Пьяных кабанов помню гораздо лучше, чем родных, как и всю жизнь в Этельгрине, начиная от создания Хрумгильды и заканчивая убийством Доктордруу номер два, но именно поэтому не хочу подставлять ребят. Слишком хорошо к ним отношусь. Даже в чёрный список многих внесла, чтобы соблазна не было. Они обижаются, наверное, особенно Громхильда и Доктордруу, но пусть уж лучше так.

К Бусе так сильно привязалась именно из-за одиночества. Можно было бы завести кого-нибудь, собаку, например, или крокодильчика, или хотя бы зомби-кролика, но у меня нет навыка обращения с питомцами.

С другой стороны, кто мне виноват? Можно ведь учебник купить на аукционе.

Вот только он денег стоит.

Борясь с тошнотой из-за наслаивания персонажей друг на друга, я пробралась к аукционисту, открыла окно торговли, забрала заработанное и выставила новые лоты. Почти бегом выскочила из толпы и полезла в карту.

Прошло то время, когда я пользовалась клановым жильём. У меня и клана нет теперь. Приходится выбрасывать голду за аренду гостиничного номера в «Этельгрин инкорпорейтед». Очень маленький, очень закрытый клан, члены которого не интересуются рейдами, не играют в пвп и не гоняются за достижениями. Они просто зарабатывают всеми возможными в Тёмных временах способами. Сеть гостиниц с комнатами на любой срок и кошелёк – один из них.

Путь мой лежал в Радужный город, который совсем недавно очистился от Активной Тьмы. Вот уж не знаю, благодаря чему или кому – если и было Системное объявление, я его пропустила. Или не помню.

Можно было бы, конечно, воспользоваться аукционом прямо там, но Радужный для меня ещё пока совсем неизученная локация. На карте можно увидеть метки важных объектов, но вот добраться до них с первого раза сложновато.

Радужный город, или Рейнбоу сити, расположен на склоне горы. Он многуровневый, с большим количеством подвесных мостов, лесенок, подъёмников и проходов, пронизывающих горную породу. По лору игры неизвестно, кто и когда город построил, возможно, какой-то исчезнувший народ или вовсе сами боги ещё до появления людей. И уж тем более бессмертных.

Мне Рейнбоу очень нравится. Здания высокие, с острыми шпилями, башенками, террасами и витыми лестницами, улочки компактные, но узкими и труднопроходимыми назвать их язык не поворачивается. Есть и помещения «пещерного» типа, тёмные, с давящей толщей камня над головой, но в них в основном находятся всякие склады, караулки, ремесленные мастерские и жилища бедняков.

Гостиница Этельгрин инкорпорейтед большей своей частью занимает солидное, красивое здание башенного типа. Но нижними этажами она как бы вгрызается в гору, так что самые дешёвые номера – это как раз-таки каменные каверны. Холодно, темно, уныло. Даже ковры и гобелены, которыми увешаны стены и устлан пол, не особо спасают, как и маленькая чадящая печка. Но меня устраивает. Тем более что оплата вполне подъёмная, сто золотых в сутки. На верхних этажах, с окнами и огромными каминами, пришлось бы выкладывать пять тысяч в день.

Да уж, не сравнить с бесплатной комнаткой в таверне «Пьяный кабан».

Телепортация перенесла меня к дорожному указателю, от которого до гостиницы меньше минуты пути. Клиентам «низшей ценовой категории» предусмотрено и уважение, и хорошее обслуживание, но вот вход и рецепшен отдельные. Чтобы мажоров не смущать.

Ну полный натурализм.

– Добрый день! – расплылся в улыбке портье, услужливый НПС.

Я машинально кивнула в ответ и зарулила в коридор за его спиной. Вторая дверь слева – моя.

В каменном мешке имелись только ковры и гобелены на божественную тематику, о которых я уже говорила, каменная кровать с относительно удобным матрасом и не слишком тёплым одеялом, небольшая печка, стол, стул и сундук.

Я сбросила в хранилище реагенты, что пригодятся мне в будущем, поужинала мочёным яблоком и флаконом воды и улеглась в постель. Часы интерфейса показывали семь сорок вечера.

Спать мне приходится по установленному графику. Эту неделю, например, с восьми вечера и до часа ночи. Самое странное, что я не могу подрыхнуть подольше или сместить время так, как пожелаю. Однажды попробовала взбрыкнуть, и заснула прямо на Бусе, в дороге. Меня просто-напросто выключило. А потом будто бы включило. То, что меня никто не ограбил за время беспамятства, большое везение. Ведь несколько часов провалялась в придорожных кустах, практически на виду у всех мимо проходящих и проезжающих.

Больше так не рискую.

И снов я не вижу. И отдохнувшей себя не чувствую. Но покорно каждый день укладываюсь в кроватку в соответствии с требованиями лаборатории. Всё равно вырубит в час икс, так зачем мне на этом фоне ещё и конфликт раздувать? Потом неустойку выплачивать замучаюсь.

Я закрыла глаза. Как же тоскливо! Всё-таки одиночество – страшная вещь. Ничто не радует. Ни деньги: я толком и в руках-то их подержать не могу, сразу отправляю родным, которых плохо помню. Ни рост в уровне: вот я уже тридцать седьмой, и что? Вот ну и что? Да, здоровья, маны и хитрости стало побольше, локаций, в которых меня убьёт с полтычка захудалый моб, всё меньше, и? Какая в этом радость, если никто мой прогресс не может оценить? Никто не скажет, мол, молоток ты, Хрумгильда, так держать. Даже в личное созвездие не заглядываю. Смысл? Новых навыков и талантов не заполучила, если профессии не считать, конечно, «билд», то есть, набор способностей, которыми я пользуюсь, вполне устраивает… Чего суетиться?

Может, меня от клинической депрессии лечат? Как-то очень похоже по симптомам. Только задания качества «редкие» и выше хоть как-то скрашивают моё существование.

* * *

Люблю играть ночью. Онлайн небольшой, людей почти нет, ганкеров встретить нереально. Они вообще прайм-тайм предпочитают почему-то.

Путь мой лежал в локацию под не слишком поэтическим названием «Глубокие топи». Рассчитана она на игроков от тридцать четвёртого до тридцать девятого уровня. Больших населённых пунктов нет, есть две махонькие, на четыре двора, деревушки: одна, как водится, рассчитана на нечестивцев, вторая на праведников. Оно и понятно – сплошное болото, кто в здравом уме будет здесь селиться? Хотя пустынной территорию назвать нельзя: и подземелье имеется, и поселения враждебных мобов, и даже хутор, на котором живёт одинокая старуха. Местные НПС шёпотом говорят, что она вроде как ведьма, но я пока не проверяла. Мучаюсь со стандартными квестами «принеси, помой, подсоби, собери».

От дорожного указателя пришлось какое-то время ехать по узкой тропке, петляющей среди бочагов и ям, заполненных водой. Над лужами летали светящиеся точки – блуждающие огоньки, очень злые и кусучие. Хорошо хоть, аггро-радиус у них небольшой: если Буся не ступает копытами в лужи, огоньки на нас никак не реагируют. Днём вместо них здесь толчётся мошкара. Такая же злая и агрессивная.

В деревушке без названия мне осталось выполнить всего два задания. Темновато, конечно, и пустынно – НПС в большинстве своём сейчас крепко «спят», но днём я лучше по болотам побегаю – траву, что здесь растёт, хорошо скупают алхимики.

В первую очередь я зашла в избу старосты, растолкала хозяина (он не выказал никакого недовольства) и вручила мужику голову медведя, которого убила ещё ранним утром, до того, как отправилась на рыбалку. Староста ненатурально разохался, рассыпался в благодарностях и заплатил за «уничтожение медведя-людоеда» сто тридцать два золотых.

Итак, предпоследний квест закрыт, репутация с Глубокими топями подросла на пару пунктов, до «доверия» осталось совсем немного. Жаль, что я не могу по-человечески порадоваться. Словно заморожено всё внутри.

Последнее задание мне выдала совсем юная девушка, которая подозревала, что её мачеха изменяет отцу с тем же старостой. А такое поведение может навлечь неприятности не только на семью, но и на всю деревню.

В Этельгрине немного парадоксальная ситуация с моральными ориентирами, я даже не сразу привыкла. Например, распутство приветствуется праведной богиней Жизни и Любви, а вот среди нечестивых развратников нет. Даже богиня Богатства и Удовольствия против измен, потому что материальный достаток напрямую зависит от крепости и дружности семьи. Ну там, преумножение, наследование, доверие друг к другу и всё такое прочее.

Но что-то я отвлеклась. В общем, избавившись от медвежьей башки и выйдя на улицу, я активировала режим невидимости. И прокралась в амбар, в котором, по идее, должно пройти свидание. Если оно состоится, конечно. Странно – староста дома спит, ни на какую встречу вроде не собирается, но может, у него какой-нибудь средневековый будильник под подушкой?

Внутри пахло травами, а над горой сена в центре помещения горел магический фонарь. Ясное дело, чтобы игрокам удобней наблюдать было. И углы подходящие – тёмные, в них даже инвиз не нужен. И правильно, не все же его качают, а задание может взять любой, хоть лекарь, хоть оборотень.

Я заняла позицию и ощутила присутствие кого-то ещё. Ну как ощутила: уловила движение в противоположном углу. Может, задание не настолько скучное, как показалось поначалу, и там сидит специальный НПС?

Перешла в режим полной невидимости и прокралась поближе. И разочаровалась – никакой загадки, относящейся к заданию, это всего лишь нечестивец тридцать пятого уровня. Путь мудрости. Тоже, видно прелюбодеев ловит.

Перед глазами неожиданно появилась десятисекудный таймер Алчущего клинка Тьмы. Я чуть из невидимости не вышла от неожиданности. Обычно способность активируется за спиной у мобов, которые меня не видят, а это ведь игрок! С другой стороны, я ни к кому ни разу вот так вот не подкрадывалась, поэтому и не знала.

Это что же, я этого паренька ваншотнуть могу?

Пока тупила, десять секунд истекли. И хорошо, я же не какой-то там ганкер.

Я незаметно вернулась на облюбованное место, и голубки, наконец-то, явились.

Во, девчонка права была. Староста и мачеха. Воркуют, обжимаются, как подростки, он рукой в глубоком вырезе платья шарит.

Вы узнали, что в деревне действительно есть любовный треугольник и выяснили, кто его участники.

Всё, дальше можно не смотреть. Надо идти к квестодательнице и надеяться, что полученной репутации хватит на переход к следующей стадии репутации, а значит, и задания поинтересней найдутся.

Голубки завалились в сено. Второй игрок засопел так громко, что даже я услышала. В отличие от меня, он уходить не спешил. До конца досмотреть хочет.

Тьфу ты, детский сад. Чего он там не видел? Тем более что, раз игра допустила его до такого зрелища, аккаунт совершеннолетний.

Ну да это не моё дело. Я аккуратно вышла на улицу и направилась к дому рогоносца.

Глава 2

Квестодательница вылезла в окно и нервным шёпотом спросила:

– Ну? Ну что, бессмертная?

– Задание выполнено, – ответила я, но девушка приложила палец к губам, развернулась и пошла прочь от избы.

– На огороде поговорим. А то отец проснётся, – бросила она через плечо.

– Окей.

Когда мы оказались среди чахлых, болезненного вида посевов всякой разной картошки и брюквы, она, уже не таясь, повторила свой вопрос.

– Ты была права. У твоей мачехи и старосты роман.

– Уверена? – с сомнением протянула девушка.

– Конечно, – усмехнулась я. – Они целовались, обжимались и всякое такое.

– Всякое такое тоже видела?

Странный вопрос, конечно. Любой дурак знает, что обычно дальше следует. Или для игры важно, чтобы геймер посмотрел порносцену от начала и до конца? Так а смысл в этом какой?

– Не хотела сразу говорить, – опустила голову селянка, – но в последнее время у нас люди пропадают, в основном парни и мужчины. Некоторых находят, на болоте, с прокушенной шеей и обескровленных. А мачеха стала какой-то… загадочной. Весёлая, шутит зло, улыбается всё время, и глаза странно блестят в темноте. Иногда. Вот я и подумала: что, если она не просто изменщица, а вампир?

Ёшки-поварёшки! Надо было всё-таки остаться. Пока я расстроенно размышляла, не стоит ли отменить задание, взять заново и переиграть следующей ночью, мимо меня по грядкам протопал парень из амбара со своим экземпляром квестодательницы. Идентичные НПС никак друг на друга не отреагировали. В метре от меня парень и его сопровождение исчезли. Скорее всего, благодаря фазированию «провалились» в другой слой деревни. У паренька теперь личная копия и девушки, и огорода. Наверное, и задание редкое получил.

Зря я про него плохо думала. Он не извращенец, а вдумчивый и терпеливый игрок. А вот я ханжа и торопыга, да.

– Ладно, не страшно, – продолжала между тем моя квестодательница. – Можно и другим способом узнать. Если староста утром, как ни в чём не бывало, появится на людях, значит, всё нормально. Просто отца в известность поставлю о её ночных похождениях. Он её оглоблей поучит, и вся недолга. А вот если староста исчезнет, значит, поеду за болота, в большое село, там большой храм нечестивых богов. Попрошу у них помощи в поимке кровопийцы. А тебе большое спасибо, бессмертная. Ты сделала всё, что могла.

Поздравляем! Задание «Страсти на болоте» выполнено!

Получено 112 золотых

Получено Пучок лука х 20

М-да уж, достойная награда за достойные деяния.

Хотя чего я жалуюсь? За квесты почти всегда дают совсем немного, тем более за стандартные. Смысл заданий не в заработке, а в удовольствии. Словно книгу читаешь, вот только, в отличие от книги, в игре ты можешь в какой-то степени влиять на сюжет и даже чувствовать себя главным героем интересной истории.

Селянка грустно улыбнулась на прощание и ушла. А я осталась стоять посреди упрямых овощей. Упрямых, потому что здесь, на болотах, нужно очень постараться, чтобы вырасти и дать хоть какой-нибудь урожай.

До репутации «достойный доверия» не хватило совсем чуть-чуть. Обидно-то как! Второй шпиён наверняка из-за упорности и любопытства уже перешагнул этот порог.

Я вернулась на деревенскую улицу, хищно повертела головой, потом даже пробежалась по дворам, но так и не нашла ни одного завалящего восклицательного знака. Стандартные квесты того, кончились. Ну и ладно, ну, и не больно-то и хотелось. Может, дальше и не предусмотрено ничего интересного.

До рассвета оставалось чуть больше часа, и я решила пофармить траву, прежде чем определяться с дальнейшими планами. Если не выходить из инвиза, блуждающие огоньки и мега-насекомые меня не заметят.

Руда, алхимическая трава, растения для портных, древесина и прочий «природный материал» имеет свои точки респа. Ну, то есть, всякий василёк появляется в определённом месте локации, колосится, пока его не сорвёт игрок, а через определённый период времени ты видишь тот же василёчек и в том же месте. Я, как достаточно опытный фармер, давно определила, что временной период равен получасу плюс-минут десять минут. Редкие, самые дорогие ресурсы возрождаются два-три раза в сутки.

Так что главное определиться с удобным маршрутом. Чтобы и вражеские мобы не особо агрились, и по горам лазать не пришлось, и точек респа оказалось достаточно. Да, и конкурентов чтобы не было. Пробежался по выбранному замкнутому пути раза три, подгадывая моменты возрождения, глядишь, заработал копеечку.

В общем, я прикинула подходящее на первый взгляд направление и пошла. Вернее, побежала, замедляясь и уходя в инвиз только в опасной близости от блуждающих огоньков. Нет, они не слишком опасные противники, умирают вполне охотно, но задержки в скорости мне не нужны. Да и не падает из них ничего ценного.

Поначалу было тяжело – всё-таки темно, над лужами стоит предутренний густой туман, да и ступни периодически вязнут в болотистой почве, и запахи не слишком приятные. Но потом небо стало светлеть, так что дело пошло веселее.

Я старалась не бежать по прямой, петляла, как заяц, чтобы охватить как можно бо́льшую территорию, но от деревни не слишком удалялась. Количество алхимической травы в сумке методично увеличивалось, да ещё на самом краю бочагов обнаружились залежи серебряной руды. Отличный улов. Буду грести ресурсы лопатой, пока не стошнит.

Но через час точки респа пропали. Я, удивляясь, навернула ещё пару кругов вокруг нечестивой деревни и только потом сообразила, что у меня, скорее всего, появился соперник. Бежит, опережая на пару минут, и собирает, гад.

Вот чую, что это тот самый везунчик из сарая!

Зря я его не убила, когда был удобный момент. Он бы реснулся, конечно, и бегал бы по болоту точно так же, но мне не было бы так обидно.

Я остановилась возле приметного кустика волчьей ягоды у деревенского плохонького забора и ушла в инвиз. Подожду. Хочу удостоверится, что это он. Не знаю, зачем, гоняться за ним и ганкать не собираюсь, но раз уж весь фарм прахом пошёл, почему бы и не да? А потом пойду искать другой маршрут, подальше от деревни. Локация большая, места всем хватит.

Сначала я услышала топот. Потом в предрассветной дымке появился силуэт. Нет, это не тот. Фармер слишком плечистый, парень из сарая чуть компактнее. Хотя могу и ошибаться, много я впотьмах рассмотрела, что ли?

Собиратель приближался. Бежал зигзагом, почти, как я, но как-то более… чётко, что ли? И от блуждающих огоньков, которых уже частично мошкара сменила, не скрывался, наоборот, влетал в лужу, швырял под ноги какое-то АОЕ заклинание и бежал дальше. Мобы даже ответить ничего не успевали, осыпались чёрными крошками в воду. Игрок явно уровнем повыше локации, раз так ваншотает.

Итак, он бежал целенаправленно к точкам возрождения ресурсов, опускался на одно колено, сжимал кулак, выпрямлялся почти что в прыжке и бежал дальше. Я аж засмотрелась, настолько отлаженными были движения, вот только какая-то неправильность цепляла.

Точно! Он опускается на колено и перед теми точками, где ничего не успело «вырасти»! Дурак, что ли?

Вскоре он приблизился настолько, что надпись над головой из красной полосы превратилась в различимые буквы.

Реверх. Нечестивец стопятидесятого уровня.

Что-то знакомое… Может, он в Пьяных кабанах состоял когда-то?

Нет, не то.

Фармер уже добежал до меня и «моего» кустика волчьих ягод, так что я успела его хорошо рассмотреть.

И еле успела подхватить падающую челюсть.

Реверс, Реверз, теперь Реверх… Старый знакомый. Внешность та же, ник на одну букву отличается. Точно, он.

От удивления я забыла об указаниях лаборатории относительно дружеских контактов и вышла из режима невидимости.

– Привет!

Никакой реакции. Мало того, Реверх бежал прямо на меня, словно я пустое место. Хорошо хоть, меч не вытащил.

Я замешкалась, не зная, что делать – защищаться или прятаться. А он просто меня обогнул, как неодушевлённое препятствие. Но недалеко не убежал. Из-за меня, видимо, траектория изменилась, так что он упёрся лбом в забор и прямо так, стоя на месте, принялся перебирать ногами. Типа бежит. Жесть какая.

Мне стало так страшно, так жутко! Я ведь и взгляд заметить успела. Пустой, бессмысленный, хуже, чем у куклы-НПС, которой управляет простейший алгоритм, а не нейросеть.

Мамочки, что это с ним?

– Ты что, ботов никогда не видел? – раздалось у меня за спиной. Я вздрогнула от неожиданности, даже подпрыгнула. Хорошо ещё, что крик сдержать удалось.

К Реверху подошёл давешний нечестивец из сарая, брезгливо схватил его за плечо и развернул. Реверх покрутился вокруг своей оси пару секунд, а потом побежал дальше. Зигзагом, опускаясь на колено перед ресурсными точками.

– Кто это? – почему-то шёпотом спросила я, совсем позабыв, что вне нейтральных поселений нужно бояться и своих, и чужих.

Ихтиендер тридцать пятого уровня, нечестивец, Путь Мудрости, вроде был настроен мирно. Он засопел, совсем как в амбаре, когда я подумала, что он завёлся в предвкушении зрелища, и спросил:

– Ты нуб, чтоле?

– Типа того.

– Ну, бот, – парень, всё так же сопя, нахмурился. Он, наверное, так всегда дышит, когда сосредоточен. – Пустой персонаж.

Я тоже нахмурилась и чуть не засопела, копируя собеседника.

– Бот, понимаешь? – он постучал себя по лбу. – Персонаж, которым управляет не человек, а программа. Простейшая, её любой школьник может создать, если не совсем тупой.

– Ага, что-то вроде НПС без нейросети? – предположила я, вспомнив пустой взгляд Реверха.

– Ну да, принцип похож. Бот заточен на выполнение определённых действий. Например, этот по определённому маршруту собирает траву. Причём руду или тайники с сокровищами игнорирует. Если встречает неожиданное препятствие, тупит. Да ты же видел. Или рыбу ловит. Более сложные могут, например, слабых мобов бить, фармить шкуру или какой-нибудь редкий шмот. Или голду.

– Очуметь. Но это же нечестно! – возмутилась я. – Пока мы, например, с тобой, сами напрягаемся, кто-то просто программу запускает и обогащается!

– Ты девчонка? – спросил вдруг Ихтиендер со странным выражением лица.

– Допустим.

– Тогда простительно. Ладно, объясню. Боты и в самом деле незаконны. За это банят на долгий срок или даже навсегда. Прямо весь аккаунт. Так что запомни – видишь что-то, похожее на бота, кидай репорт. Нейросеть обратит внимание на перса, понаблюдает какое-то время, а потом заблокирует, если это и вправду пустой перс, а не дурачок с плохим синхроном. Правда, забаненный всегда может новый акк создать. Дело ж выгодное, хоть и рискованное. Но вообще, я давно ботов не видел, тем более таких примитивных. Система и без репортов научилась их отлавливать.

Я поняла не все слова, но кивнула и попросила:

– Объясни про репорт.

Он рассказал про функционал жалоб и предложений, помог найти нужную кнопку в интерфейсе и даже посоветовал не уходить с болот, посмотреть на действия нейросети. В образовательных целях.

– Ладно, удачной игры. Я пошёл.

– Подожди. Расскажи, чем квест кончился, ну, с мачехой. А то я до конца не досидела. Она вампир? И вообще, репутацию ты докачал до доверия?

Ихтиендер прищурился, и я поняла, что он не скажет.

– Извини. Просто я профукала концовку…

– Другим персонажем когда-нибудь пройдёшь. Всё, гудбай.

Он ушёл, а я прям расстроилась. Что ж все скрытные такие? Вот что ему стоило рассказать, я ведь всё равно уже ничего не исправлю, и конкуренцию ему не составлю. Хотя всё равно спасибо ему. Мог ведь в драку ввязаться, и вообще, про ботов рассказал…

Он же не виноват, что я прошляпила сюжет, правильно?

Пока мы болтали с Ихтиендером, Реверх успел вернуться к месту моей дислокации. В его действиях ничего не изменилось, так что я не поняла, под колпаком Системы он или ещё нет. Да, собственных дел невпроворот, но очень интересно, что дальше будет. Так что я ушла в инвиз и стала следить за ботом.

Минут через десять Реверх дёрнулся и остановился. Перед ним прямо в воздухе, словно окружающий мир плоский, двумерный и нарисованный, появилась ослепительно белая щель, в которую его всосало, будто макаронину. Я почувствовала какое-то притяжение, будто там, за разрывом пространства, гигантский пылесос. Кажется, если бы я стояла на пару шагов ближе, всосало бы и меня.

Щель закрылась, словно её и не было, а я поняла, что уже несколько секунд пячусь назад.

* * *

Трава и серебряная руда складировались в сумку, а я всё раздумывала, почему удаление бота так меня впечатлило. Ничего же особенного, просто засекли нарушителя. Прекратили незаконную деятельность, так сказать. Представляю, как сейчас злится владелец аккаунта. И поделом, нужно честно играть! Но, во-первых, визуализация процесса – жуть жуткая. Дыра эта в воздухе… А во-вторых, странно. Насколько я успела узнать Реверса, он не из тех, кто будет ботов заводить. Порядочный, правильный. Можно даже сказать, благородный.

Скорее всего, его аккаунт увели. Бедняга, представляю, что он чувствует. Мне, например, было бы неприятно, словно кто-то напялил твоё нижнее бельё на немытый зад, да ещё без спроса. Или пришёл к тебе в гости и навалил посредине гостиной большую кучу.

Вот так, думая о всяком разном, я незаметно для себя удалилась от деревни и очень удивилась, увидев невысокий, по пояс, заборчик, добротную избу и женщину, помешивающую какое-то варево в котле над костром.

Пухленькая, невысокая, длинное синее платье, кружевной, абсолютно белый передник, деревянные башмаки со скругленными носами, чепчик, из-под которого выбиваются седые, аккуратно завитые локоны, «добрые» морщины и пенсне.

Бабушка Ильза 32000/32000 (НПС) 49 уровень

Травница

Ой, как интересно. Большинство местных кукол не дотягивают до сорокового уровня, а эта вон какая «прокачанная». Серьёзный соперник, если вдруг что. Хорошо, что она дружественная. И не ведьма, кстати.

Но самое главное – над бабулькой висит восклицательный знак. Ура, ещё один квест! Может, репутацию всё-таки получится докачать?

– О, приключенка, ты вовремя, – увидела меня женщина. – Я как раз думала, где бы найти человека, который может помочь. Заходи, заходи, не стесняйся.

Я открыла хлипкую калитку и сделала шаг во двор. В этот самый миг солнце скрылось за тучами, и мне показалось, что у НПС вместо лица голый череп. С пенсне, непонятно как держащимся без носа. Но длилось это ощущение всего одно мгновение. Вот и думай – это предусмотренный игрой эффект или моё воображение чудит.

Воображение. Что-то с этим связано, что-то очень важное…

Нет. Не вспоминается.

– Осторожно! – воскликнула бабушка. – Не наступи!

Я послушалась, опустила голову и увидела клубок змей.

Фу, гадость какая.

– Не бойся. Они безвредные. Простые ужи. Коты на болоте не приживаются, приходится этих разводить. Кушать хочешь?

Я покосилась на варево. Что-то оно не слишком аппетитно выглядит. Бурое, пузырчатое, густое, кусочки какие-то неприглядные плавают…

– Нет, спасибо.

Травница пожала плечами и утратила ко мне интерес. Котёл бурлил, ужи отвратительно шевелились, бабуля молчала. Восклицательный знак висел.

Эх, ты, вредная игра. Неужели нужно гадость какую-то глотать, чтобы квест активировать?

Ладно, уговорили.

– Впрочем, не откажусь. Я ведь не завтракала ещё.

– Вот и правильно, – «ожила» НПС. – Пойдём в дом, у меня как раз каша должна поспеть. На молоке варила.

Фух, отлегло. От обычной каши отказываться нет причин.

Внутри дома было чисто, опрятно и светло. И вкусно пахло травами. Бабушка Ильза убрала печную заслонку, ухватом вытащила горшок и поставила его на стол, потом вручила мне ложку.

Я пожала плечами и попробовала угощение.

Ох, как же давно я не ела такой вкуснятины! В Этельгрине большинство блюд имеют странные названия и ещё более странные рецепты, а здесь простая пшеничная каша, сладкая, сдобренная маслом.

– Нужно сходить к праведникам, отнести заказ тамошней вдове. А потом к нечестивцам тоже заглянуть, к кузнецу, – заговорила Ильза, едва я закатила глаза от удовольствия. – Забрать у них оплату и вернуться. Мне за ужами присматривать надо, не могу отлучиться.

– Подождите, бабушка. Меня ведь к праведникам не пустят!

– Пустят, – отмахнулась НПС. – Правда, только после заката. Ты, главное, оружие не расчехляй и скажи, что от меня. Да ты кушай, кушай.

Вам доступно задание «Последняя ссора»

Принять?

Да/Нет

Глава 3

Бусю не призывала, дошла до деревни нечестивцев пешком: так ресурсы собирать проще. Бывает, лошадь мимо кустика какого-нибудь проносится, приходится возвращаться, спешиваться… только время терять. Нет, оно всё равно быстрее, конечно, получается, но слегка раздражающе.

Дом кузнеца, как и положено, располагался на отшибе. Внешне он почти ничем не отличался от остальных зданий, лишь во дворе стояли наковальня и маленькая плавильня.

Сам кузнец, здоровый длинноусый мужик в не слишком чистой одежде, дубасил по наковальне большим молотом. Над его головой висел знак вопроса.

– Вам тут посылка от травницы, – не стала я тянуть со сдачей задания.

Мужик зыркнул на меня не слишком ласково, и, не прекращая работу, обронил:

– Поставь вон под тот навес. Там же заберёшь ящик, Ильзе занесёшь.

Я кивнула, подошла к указанному месту. Металлический сундучок, украшенный растительными мотивами из металла, синевато подсвечивался. После сжатия кулака он оказался в моей сумке, а вместо него на земле появилась закупоренная бочка литров на пятьдесят, от которой шёл зеленоватый, пованивающий гнилью пар. Как хорошо, что игровые условности позволяют не таскать такие вещи на своём горбу! Если бы пришлось нести бочку «по-настоящему», у меня пупок бы развязался.

– На словах Ильза просила что-нибудь передать?

Я вздрогнула: крупногабаритный кузнец подошёл совсем неслышно, как кот. Ну, или лазутчик в инвизе.

– Нет, ничего такого.

Вопрос над головой всё ещё висит. Странно, бочка доставлена…

– К этой травница тебя тоже послала?

Ничего себе, сколько презрения в тоне!

– Ага.

– Тогда заодно передай, что я всё равно первым буду. Вот тебе, за беспокойство.

Знак вопроса наконец-то пропал, а мой кошелёк потяжелел на десять золотых. Кузнец вернулся к наковальне, а я вышла со двора, посмотрела на часы и задумалась.

Раньше ночи соваться к праведникам не желательно, так что впереди целый день. Можно в другую какую-нибудь локацию переместиться, поискать интересные задания, но лучше не распыляться. Здесь останусь. Травку пособираю, а ближе к вечеру на рыбалку отправлюсь. Причём не на «своё» место, а прямо здесь, в болоте, удочку расчехлю. Вдруг чего интересного выловлю? Территория практически безлюдная, ганкеров вряд ли встречу, и даже если наткнусь, они будут приблизительно моего уровня, а значит, разглядеть меня сквозь режим невидимости не смогут.

Потом в гостиницу, просплю положенные часы, и вернусь. Очень надеюсь, что квест травницы «докачает» репутацию до следующей стадии.

* * *

Проснулась глубокой ночью, словно от тычка в спину. Час. Ровно. Божья прихоть уже несколько раз подряд будит меня в это время, но что поделать – мы не всегда можем управлять своей жизнью.

Огонь в печке еле теплится, так что убранство комнаты скрывается в полумраке. И зябко немного, совсем не хочется вылезать из-под одеяла.

Но пора вставать, всё равно больше не засну. Заказ нужно выполнить, да и ритуал совершить тоже. Перед сном поленилась, а теперь на душе тревожно.

Ведь ритуал – это очень важно.

До аукционного дома добралась быстро и без проблем – по ночам улицы пустынны, так что подъёмники снуют вверх-вниз очень быстро, а мне по склону горы всего три уровня вверх. Забрала наторгованное золото, написала нужный набор цифр в нужном окошке, зажмурилась… А когда открыла глаза, денег в кошельке уже не было. Тревога тут же ушла. Нечестивые боги получили свою дань, а я – временный покой.

Отсюда до дорожного указателя совсем недалеко, так что я поспешила к нему. Мимо с выпученными глазами пробежал бессмертный. Они всегда вот так вот носятся, торопятся неизвестно куда, нервничают, ведут себя по-хамски.

Я тоже бессмертная, вроде бы. По крайней мере, воскресаю на кладбище, как они, и в передвижениях свободна, и в мыслях. Да и жители Этельгрина относятся ко мне уважительно, как к избраннице богов. Вот только когда пытаюсь задуматься на эту тему, в голове всё плывёт. Наверное, мой денежный ритуал как-то с этим связан.

Может, я когда-нибудь сильно разозлила Нечестивых, и теперь отбываю наказание? По той же причине не помню свою жизнь до того момента, как оказалась в плену у хрючкеров. И всё заработанное отправляю неведомо куда, и, пока этого не сделаю, схожу с ума от беспокойства.

Впрочем, всё это лишь мои домыслы. Как дела обстоят на самом деле – не знаю. Может, к моим странностям Нечестивые вообще никакого отношения не имеют. И спросить не у кого, так как меня преследует стойкое ощущение, что заводить дружбу ни с кем нельзя.

Дорожный указатель мгновенно переместил меня в Глубокие топи. Блуждающие огоньки сияли, так что здесь было даже светлее, чем в гостиничном номере.

Я призвала Бусю, оседлала её и шагом направила к деревне праведников. Скорее всего, травница права, и меня не потянут на костёр.

Большинство людей поклоняются либо праведным богам, либо нечестивым. Но это не значит, что они игнорируют другую сторону. Кто же в здравом уме будет в открытую конфликтовать с богами? Очень часто бывает так, что в большой комнате стоит «правильный» алтарь, а где-нибудь в подвале или в амбаре – тщательно спрятанный жертвенник «вражеского» бога. На всякий случай. Даже инквизитор и ведьмак ковена зачастую один и тот же жрец. Днём в светлых одеяниях, ночью – в тёмных. И лишь бессмертные раз и навсегда выбирают покровителей. Это, кстати, ещё одно доказательство того, что я не простушка какая-нибудь – светлые боги всегда ко мне глухи.

С другой стороны, поклонники Праведников иногда предлагают мне подзаработать, а у настоящих бессмертных так не бывает, насколько я знаю. Да, при солнечном свете в «светлой» деревне мне делать нечего, но ведь во время властвования Лун могу даже задание получить!

Ой, лучше об этом не задумываться. Боги могут разозлиться.

На околице я отпустила Бусю, скрылась под покровом тени и любимым полуприседом двинулась по улице в сторону вдовьего дома. Метка на карте не даст ошибиться с дверью.

Вдова почему-то прохлаждалась на улице. Сидела на завалинке и мирно постукивала спицами, вывязывая то ли носки, то ли варежки. Имя над головой жёлтое, вопрос тоже, значит, не убежит, и стражу не позовёт, когда меня увидит. Прекрасно.

А вот днём цвет был бы красным.

Хм. Красивая. Очень молодая. Её даже зовут именно так: «Молодая вдова». И, кажется, я её знаю. Вот только откуда…

Так. Стоп. А не жена ли это Свида? Пленника хрючкеров, который помог мне сбежать, но сам при этом погиб?

Далеко же её занесло. Хотя она говорила, что без мужа её в Пределе Хрючкеров ничего не держит, и что они с ребёнком пойдут искать лучшую долю.

А кем она была там, в Больших Лужах? Праведницей или нечестивицей? Совершенно не помню. Впрочем, какая разница.

Здравствуй, – вынырнула я из невидимости. – Посылка тебе, от травницы.

– Тише, бессмертная! – зашептала вдова, убирая спицы куда-то за спину. – В доме старосты гостит инквизитор, если он узнает, что в деревню забрёл нечестивец…

– Ясно, – я тоже понизила голос. – Спасибо за предупреждение. Куда бочку поставить?

– Пойдём в дом, – вскочила на ноги Вдова. – Только ты, ну, как бы сказать…

– Клянусь Равновесием, что не замышляю зла против праведников этого дома, – произнесла я стандартную фразу.

Женщина удовлетворённо кивнула и повела меня в избу.

Место для бочки нашлось в сенях. Пар от неё шёл не зелёный, а жёлтый, а в остальном ёмкость не отличалась от посылки кузнеца. Даже запах такой же противный.

Вдова пригласила меня в жилую комнату. Поскольку задание всё ещё не засчиталось, пришлось зайти.

Бедность. Так можно охарактеризовать быт вдовы. Нет, даже не так. Более точное слово – нищета. Очень мало мебели, причём вся она грубо сколоченная, не слишком красивая. Брёвна стен покрыты трещинами и плесенью, пол земляной, печка закопченная, какая-то кособокая. Из щели под маленьким оконцем нещадно дует.

Рядом с печкой люлька, в которой мирно посапывает младенец, завёрнутый в чистые, но совершенно ветхие пелёнки.

Странно. Когда я видела эту семью в первый раз, ребёнок был таким же, хотя в этом возрасте дети должны расти не по дням, а по часам.

Интересно, как такое может быть?

Не знаю, что такого опасного для богов в размышлениях о взрослении детей, но я вдруг резко «поплыла». Вдова потеряла чёткость, комната замерцала, а мебель стала безликой, бесцветной и словно нарисованной. Меня затошнило, в черепушке послышались еле различимые голоса. Ещё немного, и я потеряю сознание. Плавали, знаем.

Ну уж нет. Я заставила себя не думать о малыше и завертела головой, разыскивая алтарь. Надо же как-то переключиться? Да и интересно немного, кому конкретно поклоняется Молодая Вдова.

О, нашла. В дальнем углу небольшой столик, накрытый кружевной скатертью, на ней венок из колючих веток, оплывшая свеча и ломтик чёрного хлеба. Значит, она возносит молитвы Богу Бедности и Аскезы, так что вся её нищета – напускная. В том смысле, что она не вынуждено в плохой избе живёт, а вполне сознательно.

Ох уж эти праведники!

Помогло. В голове прояснилось, а окружающий мир обрёл нормальные очертания.

Пока меня штормило, хозяйка дома терпеливо ждала: молча стояла возле печки и переминалась с ноги на ногу. Но, как только я тряхнула головой и улыбнулась, включилась в диалог:

– Я тебя узнала, приключенка. Ты сообщила мне о смерти Свида и сохранила его наследие для нашего сына. Второй раз помогаешь, хоть мы и по-разному относимся к Тьме. Спасибо за посылку, наконец-то я смогу утереть нос этому гаду.

– Кузнецу из соседней деревни?

Вдова кивнула, подошла к люльке и поправила пелёнку:

– Тебе нужно вернуться к травнице и сообщить, что работа сделана. Ильза тебя наградит.

Вопросительный знак всё никак не исчезал.

– Кстати, про кузнеца. Он просил передать, что будет первым всё равно. Не знаю, о чём это, но…

– Говорю же: гад, – спокойно перебила меня женщина. – А знать подробности тебе ни к чему. Вот, отнеси Ильзе. Мы с ней договаривались.

В её руках материализовалась вязаная шаль, тёмно-вишнёвая, пушистая и даже по виду очень тёплая.

Я сжала кулак, вещь переместились в сумку.

– Передавай Ильзе привет. А этому ничего не передавай, если встретишь.

Ребёнок в люльке закряхтел, Вдова утратила ко мне интерес. Поскольку вопрос над её головой наконец-то пропал, больше в избе меня ничего не удерживало.

На улице всё ещё царила темнота. Я стала невидимкой и прошлась по деревне – вдруг в каком-нибудь домике мелькнёт восклицательный знак? Всё-таки ночь, праведники в это время готовы к беседам с такими, как я. Инквизитора не боюсь – ну вот что он мне сделает? Казнит? Так всё равно оживу.

Похоже, я действительно избрана богами. Бессмертная. Или моё самомнение чересчур высокое, и боги меня наказывают именно за него.

Улица «поплыла», я усилием воли заставила себя прекратить размышления на такую скользкую тему, и отправилась к бабушке Ильзе.

* * *

Триста сорок золотых и бесполезный для меня учебник травничества оказались в кошельке, едва я сообщила заказчице, что посылки доставлены. И вопрос над её головой исчез, и божественная информация о том, что задание завершено, появилась перед глазами. Да ещё и репутация повысилась со всеми Глубокими топями. Приятно.

– Благодарю тебя, приключенка, за помощь, – сказала Ильза, с явным удовольствием укутываясь в принесённую шаль. – Всего хорошего.

– Бабушка, а вы не знаете, почему кузнец и вдова друг друга не любят? – торопливо спросила я, пока она не ушла в дом. До рассвета ещё два часа, бродить по ночному болоту такое себе удовольствие. По опыту знаю, что могу остаться во дворе, и никто меня не прогонит, но ждать солнца молча и в одиночестве слишком скучно.

Травница поправила пенсне и по-доброму усмехнулась:

– Интересно? Что ж, пойдём. Я тебя травяным чаем напою и всё расскажу. Всё равно спать уже нет смысла ложиться.

Восклицательный знак не появился. Скорее всего, никакой практической пользы от этой беседы ждать не приходится. Но в тепле всяко лучше сидеть, чем здесь в темноте, в компании ужей и блуждающих за забором огоньков. В общем, от чайку я отказываться не стала.

Но сначала Ильза пристроила сундучок возле кровати, полюбовалась на него, склонив голову набок, пробормотала что-то вроде «прекрасная вещица, наш кузнец очень талантлив», а потом захлопотала по хозяйству. Я сидела за столом и наблюдала, как она вытаскивает из печки остроносый чайник, а из комода румяный хлеб и сливочное масло.

Прямо не чаепитие, а поздний ужин. Или ранний завтрак.

Травница поставила угощение на стол, села напротив меня и наконец-то завела рассказ:

– Я служу Равновесию. Поэтому одинаково отношусь к жителям обеих деревень. А они меня, кстати, побаиваются, ведьмой за глаза называют. Обидно немного, но зато ерундой от важных дел не отвлекают, обращаются, только если действительно помощь нужна. Тебе мёд в чай класть?

– Не надо, спасибо. И так вкусно.

Чай действительно оказался замечательным. Не знаю, из каких травок он собран, но бабушка Ильза в растениях толк точно знает.

– Вдова появилась в Глубоких топях прошлым летом. Праведники её с радостью приняли, потому что она отличная рукодельница. Они ей овечью и собачью шерсть несут, она её прядёт и что-нибудь вяжет. Нет, все бабы в Глубоких топях мастерицы, но вдовушка из других, далёких мест, в которых совсем другое плетение нити распространено. И узоры. Ой, что-то я не о том говорю. Так вот. Осенью мы отмечаем праздник урожая, целую неделю. В это время сельчане забывают о разногласиях и развлекаются вместе. Вот на празднике кузнец её замуж и позвал. До этого присматривался, но не заговаривал, боги-то разные! А она отказала, очень резко, при всех. Мол, не собирается за нечестивого выходить, покровителей менять не хочет, и вообще, он старый, некрасивый и грубый, не чета её покойному мужу. Кузнец обиделся, наговорил в ответ всякого… Вот, с тех пор и не терпят друг друга. И так это всех достало, что явился к ним гонец Равновесия и потребовал прекратить изводить друг друга и окружающих. Мол, кто вырастит самую большую тыкву, тот и прав. А другой извинится, при всех. Ну, вроде как это будет их последний спор, последняя ссора, иначе и вдова, и кузнец должны будут покинуть Глубокие топи. Так они заказали у меня удобрение, ускоряющее рост, потому что сроки посевной давно прошли, а бросать обжитые дома не хочется.

Тьфу ты. Я думала, в бочках что-то серьёзное, а это всего лишь овощная подкормка. И ради чего время тратила? А с другой стороны, на что я рассчитывала? При слабом доверии никто серьёзных дел не предлагает. Боги только несколько минут назад отметили, что в этих местах я заработала доброе имя.

– И сама бы им варево отнесла, но у нас тут люди пропадают, а я всё-таки не молодуха. И не ведьма, чтобы там ни говорили. А у тебя вон, посох за спиной, боги присматривают, вот и…

– И много исчезнувших?

– Точно сказать не могу. Сначала путники, которые оказываются в Топях проездом, стали деваться куда-то. Ну, а потом и до местных докатилось. Пятнадцать человек домой с болот не вернулись. Вон, даже инквизитора вызвали.

– Да, я знаю, что у старосты праведников жрец инквизиторский ночует.

– Только он всё равно не выяснит ничего, – пожала плечами травница. – Пожертвование возьмёт, всё пиво из деревенских запасов выпьет и вернётся в город ни с чем. Мы по-другому справимся.

И тут у неё над головой появился восклицательный знак. Я подобралась и даже недопитый чай отставила в сторону.

– Понимаешь, бессмертная, есть у меня кое-какие мысли, – заговорщицки склонилась над столом бабушка Ильза. А местных привлекать не хочу. Праведники за такое дело не возьмутся, а нечестивцы могут пропасть, как и остальные. А тебе бояться нечего. Ну как, возьмёшься?

– А покровители? Если соседские склоки сам бог Равновесия разбирает, неужели он не может помочь в таком серьёзном деле? Или, например, Богиня Смерти, или Бог Света. Да любой!

– Понимаешь, – смутилась травница, – гонец Равновесия не совсем гонец и не совсем божественный. В общем, это я расстаралась, по просьбе старост обеих деревень. Скандалы эти надоели всем до ужаса. Так что пришлось отправить к склочникам одного бессмертного, он, как ты, работу искал. Объяснила, что и как соврать и всякое такое. Ну? Возьмёшься помочь?

Глава 4

Естественно, к расследованию загадки Глубоких Топей я приступила не сразу. Оно понятно, что в таких делах каждая минута на счету, ведь можно получить на руки ещё одну жертву, а то и несколько. Но куда я могу деть тот странный зуд в душе, который заставляет меня не только жертвовать деньги богам, но и зарабатывать как можно больше? Он не всегда меня преследует, бывают дни, когда я живу сама по себе, ощущая полную свободу, но вот сегодня этот «зуд» появился под конец беседы с травницей. Я чай даже не допила, а уже почувствовала острое желание собрать стог травы, сшить несколько комплектов тканевой брони для начинающих бессмертных или выловить пару сотен рыбин из любого ближайшего водоёма. Или лужи.

Так что я попросила бабушку Ильзу поторопиться. Она скомкано закончила рассказ о странных исчезновениях и замолчала. Позже мне это обязательно аукнется, боги помогают, благословляя карту метками, подсказывающими, куда идти и что делать, только в случае, если я терпеливо выслушиваю заказчика от начала и до конца. Как будет в этот раз, непонятно.

Но утром мне даже как-то всё равно было. Почти весь день я провела, прыгая от одной местности к другой через дорожные указатели: рвала траву, копала руду, убивала в огромных масштабах животных, чтобы содрать с них шкуру. Забив сумку до самой последней ячейки, телепортировалась в Радужный город и надолго засела в гостиничном номере, превращая собранное сырьё в ткань и выделанную кожу, а затем рукодельничая.

Лучше всего на аукционе расходится женское нижнее бельё, что на самом деле удивительно. Броню, конечно, тоже покупают, да и стоит она дороже, особенно если это всякие комплекты с бонусами, увеличивающими количество маны, здоровья или хитрости, но наибольшую прибыль я получаю, торгуя кружевными трусиками новобрачных, пеньюарами из паучьего шёлка или лифчиками из крапивы. Бессмертные не только с Тьмой сражаются или друг с другом, не только выполняют всякие поручения нормальных людей, но и просто, как бы это сказать, живут. По этой же причине я изредка, когда найду нужные ингредиенты, готовлю «булочки счастья», «мороженое радости» и «сливовый самогон». Подобная еда не насыщает, не даёт каких-нибудь преимуществ в бою, а просто поднимает настроение. И её покупают! Можно даже сказать, расхватывают, как горячие пирожки. Другое дело, что для того же самогона нужна жемчужная пыль, которую можно добыть из рудных жил только при наличии профессии ювелира, так что я покупаю её на аукционе. А поскольку деньги в моём кошельке не задерживаются, делаю это очень редко.

В общем, ближе к вечеру я, наконец-то, освободилась. Забрала на аукционе заработанное золото, выставила новые лоты, совершила ритуал, полюбовалась на практически пустой кошелёк и почувствовала, как напряжение отпускает. Наконец-то можно вернуться в топи.

* * *

Как и ожидалось, боги не стали помогать. На карте ни одной конкретной метки, лишь большой круг, захватывающий почти всё болото: обозначение приблизительной области, к которой стоит проявить интерес.

Я напрягла память, вспомнила, что Ильза упоминала приметное дерево. Именно возле него пропала последняя известная жертва. Может, там какие-то улики сохранились?

Отпустила Бусю и пошла пешком. Травница сказала, что это где-то к юго-западу от деревни праведников, слева от дороги.

Естественно, шла я медленно, не пропуская ни травинки, ни былинки. Мерзкая мошкара ровно гудела, иногда прямо перед носом, но и я не лыком шита, не зря считаюсь виртуозом заклинания невидимости, так что насекомые меня не замечали.

Блуждать пришлось долго, ориентиры травницы оказались довольно расплывчаты. Например, с юго-западной стороны деревни расходились две укатанные дороги и штук пять тропинок, причём одна из них метров через сто раздваивалась. И слева от какой из них искать нужное место?

В итоге я рассудила, что «дорога» – это именно дорога, а не пешая тропка, и дело пошло веселей. Вскоре я наконец-то увидела нужную ель.

Действительно, мимо не пройдёшь. На болоте деревьев-то и нет почти, а те, что рискнули вырасти, невысокие, с перекрученными стволами и чахлые. А эта красавица высокая, ровная, пушистая и ярко-зелёная – такая, какой и должна быть ёлка. Хоть бери да развешивай игрушки и фонарики. Замечательный праздник, всегда его любила. И дети его любят…

Какие дети?!

Отпустило так же быстро, как и накатило. Лучше сосредоточусь на дереве.

В общем, пушистую красавицу я заприметила издалека и ещё минут десять до неё добиралась, обходя лужи и особо вязкие участки почвы.

Ёлку явно берегли и уважали: вокруг ствола кто-то выстроил невысокий заборчик. Вот на нём, словно гирлянда, и висели кишки, уже немного подсохшие. Самое интересное, таким лакомством не заинтересовались ни насекомые, ни дикие звери.

Странно. Да здесь в течение нескольких минут после убийства должна была собраться вся мошкара болот! И волки: даже один волк за пять минут сожрёт такую вкуснятину без остатка. В том, что это убийство, сомневаться не приходится. Вряд ли с человеком произошёл несчастный случай, после которого он сам так живописно развесил свои внутренности.

Я обошла ёлку, приглядываясь к земле. Рыжая хвоя ровным ковром лежала вокруг, никаких следов на ней разглядеть не получилось. Ну что ж, всё-таки придётся воспользоваться зельем травницы. Очень не хочется глотать всякую гадость, но Ильза уверяла, что варево абсолютно безвредно.

Я полезла в сумку, достала небольшую бутылочку из тёмного стекла, вытащила пробку, зажмурилась и сделала маленький глоток.

Фу, гадость какая. Во рту разлилась горечь, кончик языка онемел. Но могло быть и хуже, так что нечего жаловаться.

Открыв глаза, я подошла к кишкам и, брезгливо сморщившись, дотронулась до них пальцами. Хорошо, что перчатки мои не промокаемые и легко стираются.

Небо резко заволокло тучами, громыхнул гром, с неба ливнем хлынула вода.

Юный охотник, совсем мальчишка, упорно тащил волокушу. Его поход на болота явно был удачным: шесть уток, две лисы и почти полный туесок клюквы. Сильный дождь мог бы испортить добычу, но паренёк накрыл её своим кожаным плащом. Вода насквозь промочила одежду, под ногами чавкало, над головой громыхало, но охотник был счастлив. Он предвкушал, как маленькие братья и сестра обрадуются ягодам, как скупо похвалит отец, как мама радостно всплеснёт руками и примется потрошить птицу. А вечером семья поужинает уткой в ягодном соусе.

Завтра охотник сам, лично, снимет с лис шкуры, отнесёт их кожевеннику, а тот выделает их за умеренную плату. Возможно, такой подарок впечатлит родителей Греты, и они наконец-то дадут согласие на помолвку.

Погрузившись в мечты, фигуру, преградившую путь, он заметил слишком поздно. И даже не успел толком разглядеть, человек это, животное или магическое создание. Яркая вспышка света, дикая боль в животе, и сознание охотника погасло навсегда.

Я потрогала плащ. Абсолютно сухой. Значит, это действительно было видение, и дождь шёл тогда, несколько дней назад, а не сейчас. Хорошее зелье, молодец, травница.

Бедный мальчик. Жениться собирался, планы на жизнь строил, и всё кончилось в один миг. А самое обидное – я так и не выяснила, кто или что за этим всем стоит. Может, ещё раз зелья глотнуть? Вдруг воспоминание прокрутится ещё раз, и я успею рассмотреть убийцу хотя бы немного?

Я снова сделала маленький глоточек. Ещё меньше, чем в первый раз.

Красивый, широкоплечий мужчина, до боли знакомый и очень близкий, впился зубами в румяный окорок:

– Расскажи поподробней, как ты в Тьму вляпалась. Миха офигеет от зависти.

– Ай, – махнула я рукой. – Лучше ты. Как Оля? Как дедушка? Что у папы?

Мужчина пожал плечами:

– Да ничё. Оля без изменений. Медик тот, судебщик, ну, молодой, которого ты покусала, каждую неделю приходит, калибрует чего-то. Достал. Дед пару раз его чуть не послал, потому что по инструкции они раз в месяц должны заглядывать. Но с папой потом что-то пошушукались, так дед теперь молчит. Только морщится, как видит «гостя». А этот… голову в плечи втягивает и шмыгает в детскую. Я сначала терпеть его не мог, но потом он скидку оформил через своё имя, и нам, прикинь, хватило Ольке на собаку виртуальную.

Что это было? Чьё видение?! Красивый мужчина явно не житель Глубоких топей, слишком дорогая броня, слишком уверенный взгляд. Больше на бессмертного похож. Да и в беседе участвовала я, лично, а не наблюдала за разговором со стороны. И чувствовала сильную любовь к этому человеку, причём не плотскую, а такую, такую, ну… тёплую, нежную. Хотя… может, здесь не одного человека убили. Травница мне только три места преступлений назвала, остальные жертвы исчезли неизвестно где и неизвестно как. Может, раньше паренька под ёлкой убили двух путников. Говорила ведь Ильза, что всё началось с приезжих. А то, что я смотрела на мир глазами неизвестной женщины, случайность. Или побочный эффект от лишнего глотка зелья. Больше не буду так рисковать, тем более что я видела не ель и убийство, а какую-то комнату, возможно, гостиничный номер. То есть, заглянула куда-то не в то место и не в то время.

Так что дальше нарушать указания травницы не буду. Один глоток в час, не больше.

Я оставалась возле ёлки ещё какое-то время, пока тени не удлинились, предрекая скорое наступление вечера. Поковыряла носком сапога хвою, даже через заборчик перелезла, пошарила под разлапистыми нижними ветками. Нашла дохлую птичку. Вот только имеет отношение пернатая к смерти юного охотника, или умерла по своим причинам, независимо, так сказать, понять так и не смогла.

Что же. Здесь я вряд ли найду ещё подсказки. Нужно идти дальше.

* * *

Продолжить получилось только на следующий день. Вчера так и бродила по болотам, разыскивала приметный бочаг, «слева от деревни нечестивцев, в двадцати минутах ходьбы, там, где много гибискуса». Во-первых, я не совсем точно знаю, как выглядит гибискус, во-вторых, двадцать минут ходьбы каких именно? Моих, лошадиных, пожилой Ильзы? Напрямик или при кружении среди бочагов и луж?

Я бы нашла, конечно, но пора было отправляться в гостиницу, спать. Поначалу хотела напроситься в гости с ночёвкой к травнице, но она куда-то пропала вместе с ужами. Котёл со двора унесла, на дверь повесила огромный замок. Так что пришлось телепортироваться. Проснулась, как обычно, в час ночи, сбегала на аукцион, провела ритуал и вернулась в Топи.

Пока не нашла подходящее под описание место, собрала целый ворох травы, встретила рассвет и дважды удачно избежала столкновения с бессмертными.

И вот она, небольшая лужица глянцево поблескивающей болотной воды. Над поверхностью толкутся мошкара и блуждающие огоньки. Чем выше будет подниматься солнце, тем больше комаров и мух, тем меньше призрачного света. В конце концов, насекомые полностью заменят ночных жителей топей.

Ярко-красные цветы с гигантскими, но очень нежными лепестками окружали бочаг. Не знаю, гибискус ли это, но на всём болоте такой заметной красоты больше нету. «Ресурсные», то есть, полезные в хозяйстве растения всё больше скромные, не слишком заметные, мелкие. Этот королевский цветок, кстати, я сорвать не могла. Боги явно создали его лишь для красоты.

Нужно найти что-то, указывающее на убийство.

Пошарила в цветах и нашла. Опять внутренности. Только в отличие от предыдущих, «еловых», эти никто на ветвях не развешивал, просто свалил кучей. Из-за близости воды и тени, которую давал гибискус, кишки не подсохли, а совсем даже наоборот. Ещё пару дней, и они совсем сгниют. Фу.

Было ещё кое-что интересное. Моя секретная способность видеть скрытое слегка подсвечивало воду. Скорее всего, здесь какой-то тайник, непонятно только, он имеет отношение к заданию или сам по себе?

Забыв о потрохах, я принялась рыскать по округе, разыскивая какую-нибудь длинную ветку. Естественно, ничего подходящего не нашлось, это в лесу от палок деваться некуда. Ну что ж, тогда займусь делом, а с тайником разберусь позже.

* * *

Старый вор в очередной раз огляделся и окончательно успокоился. Никто за ним не следил, никто не кричал «ограбили». Да и кому это делать? Подменить золото оказалось проще простого, обошлось без свидетелей. Торговец специями попросился на постой к кузнецу, вся деревня собралась во дворе, чтобы послушать рассказы о странствиях. Польщённый таким вниманием путешественник заливался соловьём, хвастался прибылью, звенел монетами, не отказывался от хмельного угощения и под конец вечера напился вусмерть. Сельчане уже в который раз за многие годы обсудили открытие таверны, чтобы вот такие вот заезжие отдыхали в более комфортных условиях, да ещё и с прибылью для деревни, но дальше разговоров, как обычно, дело не пошло. Спать гостя отправили в кузницу, и пьяный дурак даже дверь не запер. Так что пробраться внутрь, порыться в мешках, вытащить золото и заменить его медными заклёпками из ремесленных ящиков было делом техники. А подобной техникой старик владел виртуозно, не зря долгие годы считался лучшим в гильдии воров. Когда руки стали подводить, вор решил завязать с преступлениями и обосновался в Глубоких Топях. И вот, спустя долгие годы честной жизни не удержался: очень уж раздражающе пьяный путник хвастался деньгами.

Вор обвязал горловину мешка крепкой верёвкой, блуждающих огоньков отогнал простым заклинанием, известным любому местному жителю, вбил среди гибискусов колышек, закрепил на нём верёвку и опустил золото в воду. Когда торговец уедет, можно будет вернуться и забрать добычу.

Довольный собой, старик поднялся с колен и услышал приглушённое ворчание. Замирая от страха, обернулся и увидел волка, стоящего на задних лапах. Вор едва доставал головой до клыкастой пасти. В следующую секунду вместе с яркой вспышкой пришла резкая боль.

Так-так-так. Всё понятно. На людей нападает животное, причём не совсем обычное – я никогда не видела таких огромных волков. Может, оборотень? Но оборотнями могут быть только бессмертные, я, конечно, утверждать не берусь, но вроде бы так оно и есть.

Очень интересно. Нужно идти на третье известное место убийства. Может, сведений станет больше.

Вот только сначала тайник обшарю. Я опустилась на колени, раздвинула цветы и тут же увидела колышек и верёвку. Странно, всего несколько минут я точно так же шарила руками по земле, но, кроме гниющих внутренностей, ничего не нашла. Впрочем, не зря боги на тайник моим же талантом указывали.

Я потянула за верёвку. Мешок действительно оказался очень тяжёлым и большим, подсвечивался синим. Значит, его содержимое можно взять. Я сжала кулак, и боги сообщили:

Вы получили: 698000 золотых

В кошельке приятно звякнуло.

Ничего от них не скроешь. Люди почему-то думают, что боги живут своей жизнью, лишь изредка обращая взор на копошащихся в земле последователей. Но я-то знаю, что это не так. Они всё знают, всё видят, всё запоминают.

Ну, или это я такая особенная. И остальные бессмертные.

Сумма очень, очень большая. Возможно, я даже себе могу оставить немного, на жизнь. Остальное, естественно, завтра утром отдам во время ритуала. Они ведь даже точное количество золотых знают, так что нет смысла пытаться прятать какую-то часть, жадничать.

Итак, вернёмся к поручению травницы. Дальше мой путь лежит к волчьей норе. Приятно то, что я знаю, где она находится, наткнулась несколько дней назад, когда руду и траву собирала. Долго разыскивать не придётся. Правда, не представляю, кто назвал то место «норой». Высокий холм, поросший волчьей ягодой, несколько узких лазов, земля вокруг устлана костями мелких животных. Близко я не подходила, чтобы не ввязываться в неравный бой – по моим ощущениям, на холме и под ним живёт огромная стая в несколько десятков, а может, и в сотню голов.

Вот где-то там, недалеко от «норы», и произошло ещё одно преступление. Вроде бы даже самое первое.

Глава 5

Наконец-то я вижу труп целиком. Другие найденные жертвы давно как полагается похоронены, это только потроха никто трогать не стал. И вот этого несчастного не тронули. Оно и понятно – лежит, бедолага, прямо на «крыльце» волчьего дома. Это я в невидимости подобраться смогла, и то страшновато, что заметят, а жители деревень рисковать не стали, понадеялись, что убитого утилизируют животные. Но волчки почему-то побрезговали, как внутренностями мальчика-охотника и старого вора.

Животные жили своей жизнью: взрослые либо дремали на солнышке, развалившись среди кустиков с красными ягодами, либо мусолили разнообразные кости; щенки бегали друг за другом, повизгивали и кувыркались через родителей. Какие-то особи уходили, какие-то приходили, большей частью без добычи. Но вот стая притащила небольшого оленя, бросила его у одного из входов, и хищники, позабыв об остальном, принялись трапезничать.

Меня они не замечали. Только одна волчица с седоватой шерстью периодически нервно вскидывала голову и принюхивалась. Чует, что рядом чужой, хорошо, что не видит. А то и я бы лежала, как этот олень. И не факт, что успела бы добежать от кладбища до того, как меня сожрут. Вон их сколько, голодных, собралось.

Так. Прежде чем хлебать зелье, нужно подготовиться. Во время виде́ния я буду беззащитной, ещё и велик риск вывалиться из невидимости в самый неподходящий момент. Точно сожрут.

Сначала осмотрю труп просто так, глазами. Что там говорила девочка, которая пыталась поймать мачеху на измене?

Надо заглянуть в память. Есть у меня то ли подарок, то ли проклятье богов – красная нитка на запястье. Если её тронуть и особым образом потянуть, перед глазами разворачивается прошлое. Дословное. Только отползу чуть подальше, чтобы не рисковать.

* * *

Как? Как это можно было забыть?! Какие боги, какие жертвоприношения? Это игра, просто-напросто игра, а я игрок, как и остальные бессмертные!

Кошмар. Просто позор. Едва я заглянула в логи и увидела набор канцелярских фраз и столбы цифр, на меня «накатило». Очень неприятно, жутко и страшно, словно падаешь в пропасть. И на этот раз я игнорировать ощущения не смогла, хоть и старалась. Слишком много информации, слишком она математическая, логичная, «небожественная». Логи смыли ощущение реальности происходящего словно из брандспойта.

Чтобы окончательно удостоверится, я залезла в журнал, в квест-записку.

Это задание выполнять нельзя, чтобы не исчезла запись.

Это виртуальная игра, а не реальность. Я Полина Быкова. Я болею и участвую в экспериментальном лечении, поэтому всегда онлайн. Я счастливо замужем, у меня двое детей. У семьи неприятности, им нужны большие деньги. Счёт мужа: 893#18Ll78FLJHGO8098UY9394U.

Ужас. Жесть. Идиотизм. Самое обидное, что вспомнить жизнь вне игры я так и не могу. Может, именно поэтому меня иногда заглючивает? Наверное, я пациентка психиатрического отделения, например, страдаю от амнезии.

Зато теперь стало понятно, что за сцена в гостинице мне привиделась. Тот мужчина – мой сын. Ваня.

Нет, Вова! Вовка, хороший мой, золотой мальчик.

Блин, помню, что люблю его, помню, что он замечательный, но сколько ему лет, как он выглядит и вообще, как мы жили, не представляю.

Ох, хорошо, что я от волков подальше отползла. В таком состоянии вряд ли осталась бы незамеченной.

Плакала я долго. Ну, как плакала: выла, как те самые волки. Слёз в виртуальности не дождёшься.

* * *

Сухие рыдания принесли свои плоды – стало гораздо легче. Да, у меня проблемы, но, судя по записке, я активно от них лечусь. Рано или поздно всё кончится. А пока надо как-то жить в этом фальшивом мире, который, если до конца быть честной, мне нравится. Вот только однообразие убивает.

Последние дни… или недели… я столько занималась фармом ресурсов, что от одной мысли про удочку начинает тошнить. К тому же в тайнике старого вора оказался мой почти что недельный заработок, так что гнаться за голдой нет смысла. Лезть в подземелья запрещает лаборатория, друзей у меня нет, просто сидеть где-нибудь и думать тяжёлые думы – никакого интереса. Только и остаётся, что задания выполнять. Они неплохо помогают отвлечься. Или увлечься, если сюжет лихо закручен. Отдохну день или два, и опять примусь за работу. Ведь если я не помню реальность, но знаю, что семья нуждается в материальной подпитке, значит, это очень важно. Так что я повздыхала ещё несколько минут, немного поупивалась жалостью к самой себе и вернулась к холму.

Нейтральными были только самые маленькие волчата. А красных имён каких только не нашлось. И просто «волки», и «седые волки», и «волки равнин», и «хищники предгорья», и «волчки», и «матёрые охотники». Словно здесь живут все волкообразные мобы Дарк Таймс. Ну, или почти все.

Волчица, седая которая, оказалась элитной и именовалась «матерью стаи». Интересно: она одна здесь такая, или внутри горы ещё парочка найдётся?

Самое странное, что холм даже не является данжем. Активной Тьмой здесь и не пахнет: просто мобы, просто локация, ни тебе арки с телепортом, ни предупреждающих знаков каких-нибудь, ни толпы игроков у входа. Вряд ли там, в глубине, можно что-то ценное найти, так что геймеры, скорее всего, особо холмом не интересуются. Слишком много возни с местными компьютерными куклами, а толкового выхлопа фиг дождёшься.

Вот как так получается? Я ведь в неадекватном состоянии тоже видела надписи над головами, как и индикаторы здоровья. И воспринимала их, как должное. Чудное всё-таки устройство – мозг. Готов любую дурь сожрать, лишь бы она вписалась в его представлении об окружающем мире. Или проигнорировать, если вписать никак не выходит.

Итак, труп. Единственный доступный мне. В логах сохранилась фраза девушки из деревни про то, что пропадают представители мужского пола, а у тех, что нашли, прокушены шеи и крови нет.

Насчёт крови не знаю – мужчина, лежащий передо мной, был с лицом синюшного тела, слегка раздувшийся. Запакован в добротные латы, значит, точно не местный. На каждой пластине доспехов небольшое клеймо в виде раскрывшей крылья птицы. Знак одного из правителей, вроде бы какого-то южанина, хотя мертвец светловолосый, больше на северянина похож.

В области живота нагрудные пластины словно бы разрезаны. Или распилены, или разорваны, но последнее вряд ли – мало у кого хватит силы разодрать металл.

Хотя… волчара из видения про вора смог бы. Наверное.

А в животе дырка. Внутренностей нет, и я почему-то уверена, что их никто не съел. Надо бы поискать вокруг, но что-то совсем не хочется.

И горло. Оно скрыто доспехами, и логично предположить, что убийца до него не добрался, но проверить стоит.

Морщась, я протянула руку к мертвецу и замерла: волчица вдруг оставила в покое оленью тушу, подошла ко мне совсем близко и нервно забегала рядом, едва не задевая мохнатым боком. Ну и нюх у неё!

Разочарованное животное через минутку успокоилось и вернулось к прерванной трапезе, а я наконец-то добралась до шеи, правда, пришлось немного повозиться с шейной пластиной.

Ха, забавно. Шея абсолютно целая, хоть и синюшная, точь-в-точь, как лицо. А вот железяка, которую я верчу в руках, исцарапана чем-то острым. Словно кто-то хотел добраться до содержимого консервной банки с помощью клыков, но не смог.

Не зря игра подсунула мне данного товарища. В почти целом виде. Здесь явно будет самая важная подсказка. Пришло время зелья травницы.

* * *

Лапирд, шестой наследник барона, не мог претендовать на земли отца ни в каком виде. К тому же прошлым летом жена старшего сына барона принесла тройню, и по закону Этельгрина у этих внуков прав гораздо больше. Так что Лапирд копил с тех самых пор, как ему исполнилось десять лет, откладывая в сундук половину ежемесячного содержания.

Когда ему исполнилось шестнадцать, он смог нанять себе дружину. Правда, совсем небольшую, в шесть человек, но это были настоящие сорвиголовы, с которыми не зазорно и в Активную Тьму отправится. Так что Лапирд попрощался с семьёй, повесил на шею знак Бога Света, подаренный матерью, и отправился на север, где, по слухам, Тьма поглотила большое поселение уже много лет назад. Бессмертные почему-то не слишком охотно сражались с ней, а значит, у родовитого бессребреника был шанс обрести славу, почёт, а в случае удачи – свободную, никому не принадлежащую землю.

Кто же знал, что наёмников тоже нужно выбирать с умом. Есть те, для кого слова «честь» и «честность» не пустой звук, а есть…

Впрочем, поначалу Лапирд не догадывался о своей судьбе. Ничто не предвещало беды, в седельных сумках позвякивали остатки сэкономленных денег, а у сердца, под бронёй, лежало рекомендательное письмо от отца. Письмо надлежало отдать правителю, чьи владения граничили с территориями Активной тьмы. Старый друг барона мог помочь провизией, лекарями и советом.

Вот только в Глубоких топях наёмники избили своего работодателя, надругались над ним, перебили обе ноги, забрали письмо, деньги и бросили среди болот, думая, что он мёртв. Единственное, что не тронули – божий знак. Небольшой сияющий шарик на нитке. Решили, что незачем привлекать лишнее внимание истинных властителей Этельгрина.

Но Лапирд очнулся. И смог бы выжить, если бы пополз на восток, в сторону деревни нечестивцев. Но юноша двинулся на юг. Переломанные ноги причиняли ужасные страдания и к тому же не давали подняться и оглядеться. Приходилось нелегко. Он полз очень долго, с трудом, ломал ногти о коряги, отбивался от злобной мошкары и старался не попадать в поле зрения блуждающих огоньков. Несостоявшийся юный правитель глотал злые слёзы, до крови кусал губы и еле сдерживал стоны боли. Единственное, что придавало ему сил – мысль о возмездии. А ещё его изнутри пожирала обида на богов. В какой-то момент он даже стал молиться, но не своему Светлому покровителю, который предал, а Тьме. В какой-то момент ему даже показалось, что Тьма ответила – привиделась прекрасная обнажённая женщина с длинными чёрными волосами и печальными глазами. Она присела на корточки и поцеловала его в лоб, ласково, как матушка. Но, когда Лапирд моргнул, женщина исчезла. Амулет на шее сильно нагрелся, но тут же остыл, оставив после себя лишь ожоговый волдырь на груди.

А потом юноша попал прямо в объятия волков: его путь привёл к логову. Возможно, добыча впервые сама приползла к хищникам, но это и не важно – звери не растерялись. От Лапирда остались только кости. Голову мать стаи утащила вниз, в своё логово, чтобы слепые молочные щенки знали запах человечины. Нечасто такой обед попадается, а будущее поколение должно понимать, кто на болотах самый опасный и в то же время самый вкусный. Именно так амулет Света попал в глубины холма, чтобы долгие годы там проваляться.

* * *

То, что «видение», а точнее, прокрученное передо мной видео, было отвратительно натуралистичным, мягко, очень мягко сказано. И мальчишку насиловали и избивали «без купюр», и плакал он, ползая по кочкам так, что моё виртуальное сердце разрывалось от жалости, и ели его, рыча от удовольствия, вблизи и неспешно. А главное, я не могла закрыть глаза или скипнуть, в смысле, промотать запись.

Мерзкое, ужасное и совершенно бессмысленное в своей подробности зрелище. Очень надеюсь, что этот квест восемнадцать плюс. Не всякий взрослый захочет такое разглядывать, что уж о детях говорить.

Иногда я забываю, что местные сценаристы слегка повёрнуты на омерзительных сценах.

И вообще. При чём тут история сына барона? Товарищ в латах явно не он. «Моему» мертвецу хорошо за тридцать, он бородат и, как бы это сказать, цел. Никто его не ел, ну, разве что содержимое брюшной полости подевалось куда-то.

И почему «видение» так долго и настырно показывало мне амулет? Как он лежит в углу пещеры, тускнеет, покрывается трещинками, как его периодически пробуют на зуб щенки нескольких поколений, как цепочка покрывается грязью и свалявшейся шерстью и через годы превращается в толстую шерстяную нить? А дальше вообще интересно получилось – один из щенков заигрался, запутался в этой нитке-цепочке, да так и не смог от неё избавиться. Молодой волк рос, нить натягивалась на могучей шее, пока не вросла в кожу. Снаружи осталась только бусина.

К чему это всё? Непонятно.

Ох, чувак в латах, кто же ты такой? Даже смерть твою не показали.

Наверное, нужно всё-таки внутренности искать.

Я стала наворачивать круги вокруг холма, заглядывая под каждый куст волчьей ягоды и расковыривая кучи и кучки костей. Большей частью животных, но попадались и человеческие. Потом поднялась на пологую вершину и принялась копошиться там. Мать стаи практически всё время была рядом – ходила, нюхала, недовольно скалилась, но рассекретить меня всё никак не могла.

Наконец-то старания мои были вознаграждены. Искомое нашлось под одним из кустиков.

Зелье снова пить не пришлось – бафф всё ещё не спал, так что я просто тронула кишки пальцем.

* * *

Молан испортил свою судьбу где-то здесь. Проблема в том, что случилось это пятнадцать лет назад, когда он, молодой и глупый, поддавшись влиянию более старших товарищей, обидел и убил молодого паренька, полного надежд. И ведь поначалу Молана даже совесть не мучила! Зарвавшихся выскочек и глупцов нужно учить, а тот мальчишка как раз и был таким.

А потом Молан женился. Супруга попалась покладистой, тихой и вроде бы здоровой. И рожала исключительно сыновей, правда, мёртвых. Похоронив троих, Молан отвёл жену в храм богини Любви и Жизни и провёл ритуал отречения. Раз жена настолько порченная, пусть отмаливает.

Затем была вторая жена, а потом третья. Десятки любовниц. И только через пятнадцать лет и двадцать мертворождённых до Молана дошло – его наказали боги. Дело не в женщинах, дело в нём. Пришлось снова идти в храм, первая жена, ставшая к тому времени уважаемой жрицей, едва скрывая презрение, посоветовала ему очистить жизненный путь.

«Все грешат. У многих грехи пострашнее твоих. И большинству они никак не мешают. Но бывает минута, когда на человека смотрит кто-то из богов. И, если совершить нечто недопустимое в эту самую минуту, можно навлечь на себя наказание. Думай, Молан: когда на тебя смотрели? Почему наказание именно такое?»

И он сразу вспомнил заносчивого барчука. И понял. И вот теперь он бродит по болоту, ночует у нечестивцев, чтобы не гневить светлых богов своим присутствием среди праведников, и пытается вспомнить, где пятнадцать лет назад они с товарищами бросили труп.

Молан хотел найти его, похоронить по всем правилам, а затем вымолить прощение. Но с каждым днём надежда совершить задуманное таяла.

Бесцельные походы по топям в конце концов привели его к волчьему логову. Молан не хотел связываться с голодной сворой, поэтому торопливо ушёл, пока его не унюхали.

И практически нос к носу столкнулся с матёрым волком. Животное не стало проявлять агрессию, даже попятилось, не желая в одиночку противостоять человеку, закованному в металл, но потом вдруг вздрогнуло, остановилось и шумно принюхалось.

Молан, медленно вытаскивая меч из ножен, тоже попятился. Он очень надеялся, что волк всё-таки не станет нападать. На шум обязательно заявятся остальные звери, всё-таки логово совсем недалеко. С огромной стаей даже опытный мечник справится с трудом. С другой стороны, на нём тяжёлые доспехи, которые попробуй ещё прокусить. Все зубы обломаешь. Ничего зверьё ему не сделает.

Решившись, Молан напал первым. И зря: волк взвыл, как показалось воину, торжествующе, и прыгнул вперёд. Его звериное тело увеличилось на глазах, шерсть почернела, а глаза налились красным.

Последнее, что увидел Молан – небольшой шарик чёрного цвета на груди животного.

Глава 6

Итак, что мы имеем? Тьму с материнскими повадками, личную вещь мученически погибшего человека и зверя, который стал с данной вещью единым целым. И это не оборотень, так что я была права по поводу того, что данная специализация доступна только геймерам. Волк не превращается в человека, он просто, ну, как бы это… В общем, большой, злой и сильный. Этакий чудовищный шерстяной мститель, полумагический хищник. И у него зуб на мужиков. Возможно, если бы чудак в латах не заявился в Топи, волчок так и остался бы простым, обычным зверем. Но вот, бусина среагировала на одного из убийц Лапирда и превратила животное в монстра. Возмездие свершилось. А остальные жертвы – это вроде продолжения банкета.

Не знаю, есть ли в этой лохматой черепушке остатки мыслей и эмоций юного барона, или так далеко сценаристы не закапывались в сюжет, но надеюсь, по мере продвижения по квестовой цепочке информации прибавится.

Вы узнали, кто и почему убивает мужчин на болотах

Следующий этап задания: выследить и убить чудовище

Дополнительно: поговорить с бабушкой Ильзой

Ну, дополнительный пункт можно не выполнять. Хотя, по моему опыту, лишним он обычно не бывает. Возможно, травница, выслушав рассказ о моих похождениях, даст какую-нибудь подсказку, облегчающую поиск. Но теоретически, наткнуться на волка-психопата я могу и без этого.

Да и Ильзы дома нет. По крайней мере, не было, когда я заглядывала к ней в последний раз. Хотя обычно НПС привязаны к определённому месту, и их исчезновение продиктовано какой-нибудь внутриигровой логикой. Возможно, тогда мне нельзя было с ней говорить, а сейчас она готова к диалогу, раз уж условия задания предлагают посоветоваться.

В общем, решено. Сейчас попробую поискать лохматое чудо-юдо здесь, у волков, а если уж не найду, отправлюсь к Ильзе. Чтобы зря не бегать.

Я спустилась к подножию холма и стала прикидывать, какой из многочисленных лазов мне подходит. Снаружи я давно брожу, нужного волка так и не увидела. Возможно, он под землёй. Хотя, конечно, мог вообще уйти от стаи, всё-таки не совсем зверь. Его свои же прогнать могли.

Все входы казались слишком узкими. Не застрять бы… И вообще, может, я зря это затеяла? Не все геймеры могут похвастаться максимально прокачанным инвизом, а мобов здесь вагон и маленькая тележка, так что любой другой игрок получил бы очень много проблем, пытаясь влезть под холм. Ему пришлось бы прорываться с боем и не факт, что удачно. Не зря ведь к Ильзе предлагают сходить, может, у неё наводка на какое-нибудь другое место? Более подходящее.

Я так увлеклась думами, что не заметила, как мать стаи подобралась совсем близко и наткнулась-таки на моё невидимое тело. Я вздрогнула, а моб торжествующе взвыл, и ей вторили остальные.

* * *

Уже несколько минут я не пользовалась режимом невидимости. А смысл? Игра решила, что после того, как мать стаи меня рассекретила, все волки в округе должны «прозреть». Может, вроде как по запаху теперь вычисляют, не знаю точно. Но факт таков: как я ни пытаюсь «спрятаться на виду», зверюги набрасываются на меня безошибочно. Так что пришлось забыть о скрытности, принять бой, и это было…

Это было чудесно. Мне давно стоило ворваться в какую-нибудь толпу мобов и устроить геноцид в режиме нонстоп: вся злость и ощущение бесполезности бытия смыло компьютерной кровью, а в груди разжалась пружина. Пожалуй, я впервые до конца осознала, зачем люди идут в виртуальность. Даже на ганкеров буду теперь смотреть по-другому: кто его знает, из каких ужасных бед состоит реальная жизнь разбойника, засевшего в кустах локации-песочницы, и какое именно напряжение он снимает, убивая чужих персонажей. Уж лучше так, понарошку, чем по-настоящему устроить стрельбу в каком-нибудь магазине.

Волки нападали толпой, скалили зубы, норовили добраться до горла, причём все сразу, так что здорово друг другу мешали. Многие прыгали со спины, поэтому я вертелась юлой и, практически не целясь, швырялась огненными шарами с помощью Ожога. Естественно, параллельно подлечивалась Жизнеотсосом, дубасила направо и налево посохом, рявкала «утопни, быстро», разливая под ноги зверью Тёмную топь и каждые три минуты быстро сжимала левый кулак, кастуя Гнилую волну. Не представляю, как бы справилась без заклинаний по площади, но и с ними пришлось нелегко, даже умерла несколько раз. И упрямо возвращалась к волчьему логову, благо, могилы находились не слишком далеко.

Всё-таки как хорошо, что в игре не испытываешь боли!

Стоп. Что-то не то. С болью не так просто. Почему мне кажется, что на самом деле…

Но развить мысль не получилось: в бой наконец-то вступили Матери стаи. Или стай? Увлёкшись заданием, я не сообразила, что за мной таскается не одна волчица, а целых три, просто подходили они по очереди. Ну, или две не замеченные ранее вылезли из-под холма на призыв сородичей.

Три элитницы. Три злобные, сильные твари, которыми, судя по поведению, управляли достаточно сложные алгоритмы. Когда площадка перед холмом усеялась лохматыми трупами, а напор мобов поредел настолько, что мои мана и хитрость перестали сливаться в ноль слишком уж часто, Матери завыли не призывно, а горестно. Так, что даже у меня сердце защемило.

А потом они взяли меня в кольцо, причём прыгать напролом, в отличие от своих детишек, не стали, а закружили, вызывая ассоциации с хороводом.

Обычные мобы резко исчезли. В запале не заметила: то ли они просто-напросто закончились, то ли разбежались. Со стороны холма послышалось недовольное рычание. Вот тогда волчицы и вступили в бой.

Оказывается, всё, что было до этого, полная ерунда. Разминка, так сказать. С волчицами тактика «круши всех направо и налево» не работала. Едва я сосредотачивала взгляд на одной, вторая прыгала мне на спину, а третья норовила впиться зубами в правое или левое плечо. Как только я поворачивалась, чтобы защититься, та, первая вступала в бой, а «задняя» или «боковая» отскакивала на безопасное расстояние.

Я и до этого вертелась, как заведённая, но сейчас у меня вообще голова закружилась.

Уровень здоровья уменьшался медленно, но неотвратимо. Самое обидное то, что укусами волчицы повесили на меня какой-то дебафф, который свёл к нулю все мои попытки вылечиться. Ни Малое лечение, ни, что самое обидное, Жизнеотсос, не срабатывали. Как и зелья лечения.

Они тоже медленно умирали, но у меня это получалось гораздо быстрее.

Не представляю, как можно справиться с тремя элитниками разом.

* * *

Я предприняла ещё четыре попытки, после каждой из которых приходилось возвращаться назад с кладбища. В холме кто-то, впрочем, я догадываюсь, кто, безостановочно ворчал, волчицы не собирались сдаваться, и всё это тянулось так долго, что обычные мобы даже ресаться стали потихоньку. И всё-таки одну Мать стаи удалось заковырять – они-то тоже в процессе боя не отлечивались. Но за то время, что я бежала с кладбища, они успевали восстановить своё здоровье до ста процентов. Если честно, убийство случайно получилось. Просто повезло – криты от заклинаний чаще всего срабатывали именно на этой волчице. А может, нейросеть, видя мучения игрока-лопуха, немного подшаманила, чтобы помочь. Всё-таки для превозмогания есть реальная жизнь, которую я не помню, но знаю, что там попробуй ещё везение за хвост ухватить. А виртуальность должна дарить ощущение победы даже самым распоследним неудачникам.

Надо уходить. Здесь бы пригодились друзья – даже вдвоём это сборище блохастых можно раскатать довольно быстро. Вот только у меня френдлист пустой.

Придётся, наверное, квест отменить.

Я решила поступить, как настоящий воин. В том смысле, что с поля боя не побежала: пусть уж догрызут до смерти в последний раз, воскресну на кладбище, а там уже думать буду, что делать.

И тут вылез Он. Сразу нападать не стал – замер, словно статуя, у подножия холма.

Красавец. Здоровенный, как бык, но всё-таки волк. Шерсть чёрная, глаза красные, зубы огромные, уши острые и всё такое прочее.

Тёмный Мститель 70000000/70000000, уровень 40 (элит.)

Ну и ну. Это ж с какой радости у него столько здоровья?! Я же его до конца света убивать буду, да так и не убью! Я такое только у рейдовых боссов видела, и то, предназначенных для игроков стопятидесятого уровня!

Но почему он не выбрался раньше? Может, потому что присматривался? Или я по логике игры должна была всех давным-давно уконтропупить и притопать в логово своими ножками, и в какой-то момент нейросети надоело ждать? Или из-за приближающегося заката – в горячке боя я даже не заметила, как подступил вечер. Целый день потратила на расследования и сражение, скоро спать, а я…

Вот никогда не стать мне имба-игроком. Кто же пялится по сторонам во время драки? Это только я так могу.

В общем, пока я разглядывала Мстителя, волчицы скооперировались, напали одновременно и убили.

Я всё-таки вернулась. Но драться не стала – воскресла, ушла в скрытность, потом сразу же провалилась в режим невидимости и что есть духу побежала прочь.

Вряд ли я с таким здоровяком справлюсь вот так, с наскока. Не зря игра советует пообщаться с травницей. Вот только время поджимает.

Я неслась к перекрёстку то не скрываясь, то уходя в невидимость, чтобы не особо терять скорость: всё-таки на бегу я цепляла паки блуждающих огоньков, а в драку ввязываться не было никакого желания. Когда их становилось слишком много, я уходила в инвиз, и противные существа вскоре «отваливались».

И всё-таки я не успела: сон нагнал меня прямо у указателя. Хорошо хоть, после телепорта, а не до него – на болоте моё виртуальное тело могло попасться на глаза голодным мобам, а то и вообще ганкерам. Проснулась бы, а в сумке ни вещей, ни больших денег из тайника вора. И я на кладбище. А так свалилась в городе – безопасно, спокойно, защищённо.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.