Инна Грун
Не игрушка

1

Ляля

НЕНАВИЖУ!

НЕНАВИЖУ!

НЕНАВИЖУ!

КАК МОЖНО БЫТЬ ТАКОЙ МРАЗЬЮ?! С МЕНЯ ХВАТИТ!

Слёзы застилают глаза, мчу по ночному городу и даже не замечаю, на какой скорости, единственное желание – уехать как можно дальше, скрыться, затеряться так, чтобы ни одна живая душа не смогла меня найти.

Ещё утром я была самым счастливым человеком в мире! Я спешила вечером домой, чтобы сделать любимому мужу сюрприз, а в итоге дома меня поджидал сюрприз от мужа – в лице одной из лучших подруг, правда, ждала она весьма специфично… не на кухне с чашкой чая, а в спальне, устраивая заезд на моем муже!

Я помню, как поднималась в квартиру, как открыла дверь, как вошла – и всё!.. Дальше – как в страшном сне, обрывками. Вот я стою в зале и вижу через открытую дверь нашей спальни, как муж лежит голый на нашей кровати, обхватив руками бёдра сидевшей на нём моей подруги Светки в одном неглиже, трахает её в бешеном ритме, и с каждым его толчком я чувствовала, как мне в сердце вонзают нож, с каждым вздохом рушится мой мир, моя семья, моя дружба, моё доверие, и единственное, что остаётся, боль, рвущая меня в клочья изнутри на мелкие кусочки, не оставляя ничего живого во мне.

Далее следует вспышка ярости, словно на пороховой склад попала искра от короткого замыкания, взрыв разнёс всё, не оставляя и следа от былого здравомыслия. И вот я стою возле кровати с ножницами в правой руке и со Светкиными волосами – в левой, а она с плешью и визгами бежит к двери. Новая вспышка: я лью на мужа масло и поджигаю его – и не слышу, что он кричит, вижу только, как открывается и закрывается его поганый лживый рот и он бежит в ванную, пытаясь по дороге руками сбить пламя, а я вылетаю из дома и бегу к своей машине. Опять вспышка – и вот я монтировкой громлю любимую BMW мужа, но кто-то пытается меня оттащить и вырвать из рук орудие возмездия, я выкручиваюсь и бегу к своей машине, сажусь, резко стартую. Эти вспышки мелькают в моём сознании снова и снова, я не могу остановить эту грёбаную карусель памяти, и каждый раз меня всю пронзает всё большей дозой боли, слёзы льют ручьём безостановочно.

Машину заносит и кружит по дороге, я вцепилась руками в руль до побелевших костяшек пальцев и всеми силами пытаюсь удержать её, в голове только мольба о помощи, глаза застилает пелена слез, сердце разрывает такой тахикардией, что, кажется, сейчас разлетится в клочья…. Видимо, сверху надо мной сжалился кто-то, услышав мой крик души о помощи, так как машина встала посреди проезжей части как вкопанная. Пытаюсь сделать вдох или выдох – ничего не выходит, все органы скрутило тугим узлом и полный ступор.

Откуда-то слева раздаётся голос:

– Девушка, вы как? Есть увечья? Где-то болит? – Неизвестный мне мужик встревоженно смотрит на меня, не моргая.

И только сейчас я осознаю – я жива, всё в порядке. Делаю глубокий вдох.

– Может, врача?

Наверное, я выгляжу как безумная, по крайней мере об этом говорит его выражение лица.

– Нет, всё хорошо, – всё же собравшись с силами, проговорила я

– На вас лица нет, может, всё же вызвать «скорую»? – с недоверием в глазах спросил он.

– Нет, всё в порядке, просто испугалась, я сейчас отъеду, – скороговоркой отвечаю я.

– У вас колесо спустило, пробили наверное, вот и занесло. У вас есть запаска? Давайте заменю.

– Да, спасибо, сейчас только отъеду, пока в меня никто не влетел.

Выруливаю и паркуюсь на обочине.

Сердце выпрыгивает, стараюсь трясущимися руками вытереть слёзы – и откуда только во мне столько жидкости взялось? – на трясущихся ногах вышла из машины, но не смогла сделать и двух шагов, прислонилась спиной к двери, стараясь выровнять дыхание.

– Запаска в багажнике? – раздался сбоку голос.

Я от неожиданности подпрыгнула на месте – совсем забыла про этого мужика, а он стоит в метре от меня, руки в карманах джинсов, с вопросительно приподнятой бровью.

– Да, в багажнике под органайзером, – ответила я

– Я похозяйничаю?

– Да, конечно, спасибо.

– Вам повезло, что я мимо проезжал – здесь и днём-то максимум три-четыре машины проезжает, а в это время так и вовсе никого, – заметил мужик, вытаскивая органайзер и вслед за ним запаску.

Чёрт, и где это я, интересно? Но не спросишь же у мужика – подумает, что больная на всю голову, и в принципе будет прав: нормальные люди так из временного пространства не вылетают. Только недавно вроде восемь вечера было, а сейчас, интересно, сколько? Может, часов одиннадцать вечера?..

– А не подскажете, сколько сейчас времени?

– Пятый час, – взглянув на экран своего телефона, ответил он.

Вот же ж дьявольщина! Не понимаю, как так? Интересно, я хоть телефон прихватила с собой? А сумку с документами? Чёрт! Я что, столько часов гнала без документов? Да нет, не могла! Не помню, может, всё же взяла сумку… Надо машину обыскать. Странно, как гайцы не тормознули! Ладно, вдох-выдох, вдох-выдох, сейчас мужик уедет – спокойно сяду и поищу. Не могла я даже в шоке без сумки выскочить! Или могла?.. Стою жую нижнюю губу, стараюсь выровнять дыхание.

О боги, я же Макса подожгла! Блин! Он же меня найдёт и закопает… хотя нет сначала расчленит живьем и только потом закопает – вот это уже ближе к правде. Светка-шалава мне точно ничего не сделает – побоится огласки, иначе её муж ей не только волосы вырвет, а скальп наживую снимет, голову открутит и ноги повырывает. И зачем я его подожгла? Все мужики изменяют, и он не святой – неоднократно на измене ловила. Конечно, в телефоне, в переписке, не в нашем доме и не в нашей постели, но всё же было! Так почему у меня именно сейчас чеку сорвало? Что за бес в меня вселился? Сама я такого точно не могла сделать, никак дьявол мной руководил.

– Всё готово, принимай работу, хозяйка! – раздался мужской голос сбоку.

Опять подпрыгнула, опять забыла про мужика, вот же чёрт!

– Спасибо, я вам что-нибудь должна? – задумчиво спросила я, прикидывая в голове, сколько может стоить замена колеса.

– Да что вы, нет конечно, всегда приятно побыть рыцарем для красивой девушки, – улыбнулся, оголив свои тридцать два. – Может, я ещё чем-то могу помочь?

– Нет, спасибо, дальше я сама, – настороженно ответила я. Бог знает что у него там на уме, хотелось, чтобы он поскорее исчез.

– Ну, удачного пути.

– Спасибо, – сказала я буквально шепотом от переполнявшего меня напряжения.

Рыцарь поплёлся к своей машине. Уезжая, махнул мне рукой и исчез в темноте, только габариты ещё какое-то время были видны, как два дьявольских глаза.

Так, ну а мне куда? Тихо выдохнула, оглянулась вокруг, по двум сторонам дороги стоит лес густой, облака скрывают луну, так что на расстоянии вытянутой руки ничего не видно, и тишина гнетущая, даже дуновения ветерка не было – от этой картины мороз по позвоночнику пробежал, а по коже поползли мурашки. Быстро запрыгнула в машину и заблокировала двери, включила свет в салоне и стала искать сумку. Слава небесам, я не окончательно умом тронулась, так как спустя пару минут тщательных поисков обнаружила свой клатч под пассажирским сиденьем, а в нём и документы, и карты, и, аллилуйя, мой телефон – только разряжен, но это не беда, в машине всегда шнур зарядки лежит. Установила телефон на зарядку и стала ждать, когда очухается, чтобы хотя бы понять, где я. Ну и куда мне ехать? Домой нельзя, Макс убьёт как пить дать, в мою квартиру тоже нельзя, я уже её несколько лет как сдаю семье с ребёнком, да и найдёт он меня там, к маме тоже не вариант – первым делом меня там будет искать, хотя на пару часов можно заскочить. Впрочем, он меня элементарно по машине и по телефону может выследить, но они мне пока нужны, я без них как без рук. Так, значит, еду к маме, по дороге покупаю новый телефон, где-то в машине должна была валяться корпоративная симка со старой работы, он о ней не знает, а Вотсап можно и с этого номера установить на новом телефоне, это приложение не отслеживается, а сам телефон и машину у мамы оставлю… и куда мне дальше? В гостиницах – не вариант, да и отследит быстро, на съёмной тоже найдёт, да и вообще в любом городе найдёт – тупо по камерам сможет отследить. Яхта! Я же яхту нам купила, я о ней и планировала сегодня рассказать! Он о ней ни сном ни духом, а на воде он меня искать не станет, аллилуйя! А от мамы до яхт-клуба всего три часа езды, можно перебежками на такси добраться. Потом найму адвоката, пусть он разводом занимается, мужа видеть больше не хочу!

Включив телефон и вбив адрес в навигатор, стартанула на поиски ближайшей заправки – бензин практически на нуле. На парах и молитвах доехала до заправки, благо руки уже не тряслись, хотя даже если бы меня всю била дрожь, заспанная кассирша и не заметила бы. Хорошо, что до маминого дома ехать всего четыре часа – значит, интуитивно я в принципе в верном направлении двигалась, хоть и заблудилась немного.

К тому времени как я приехала, мама уже на работу ушла, я же приняла душ, закинула в сумку вещи, которые смогла найти (хорошо, что часто всё, что мне надоедало, к маме отвозила), поставила телефон на зарядку, положила ключи от машины и написала записку: «Мамуля, держи мой телефон заряженным, связывайся со мной по Вотсапу, у меня всё хорошо. С любовью, твоя дочь Ляля» – и оставила на столе, вызвала такси и уехала, по дороге в разных пригородах ещё пару раз сменила машины, доехала до пляжа и уже от пляжа прошла пешком к яхт-клубу. Когда завалилась в каюту, сил уже вообще не было, упала на кровать и сразу же провалилась в сон.

Когда проснулась, на улице было темно, яхта мирно покачивалась на волнах вблизи судна, которое становилось на якорь. Взглянула на часы – десять вечера. Приняла душ, надела лёгкий бирюзовый шелковый сарафан на бретельках и отправилась на поиски кафе. Всю дорогу меня не покидало ощущение надвигающейся катастрофы. Я всё никак не могла понять, как Макс и Светка могли так со мной поступить. Два самых близких человека предали меня, и их предательство соизмеримо с ножом воткнутым в спину, больно и противно от одной мысли о них, о такой подлости я и подумать не могла! Сколько между ними это длится? День? Два? Год? И всё это время они общались со мной, смотрели мне в глаза, как так можно? Это же бесчеловечно! От этих мыслей моё израненное сердце заныло с новой силой, хотя куда ещё сильней? И от этой боли не спрятаться, не скрыться, она словно разрывает изнутри. У меня до сих пор стоит перед глазами картина их сплетенных тел, и, как избавиться от этой картинки в моей голове, я понятия не имею.

На пристани расположилось очень уютное кафе с плетёной мебелью и белыми прозрачными занавесками, которые добавляли комфорта, с моря дул лёгкий ветерок, неся с собой свежий морской воздух; в кафе было достаточно людно, я села за свободный столик ближе к морю и, пока ждала официанта, стала любоваться открывшимся мне видом. Полная луна провела по морской глади лунную дорожку, яхты разных размеров еле заметно покачивались на волнах, и вся эта картина умиротворяла. Я повернула голову в сторону зала посмотреть, не появился ли официант, и утонула в омуте чёрных глаз сидящего за соседним столиком парня. На его полных чётко очерченных губах играла лёгкая улыбка, а в глазах бушевал целый ураган эмоций, и этот чёрный омут мерцал миллионами ярких звёзд, затягивая и погружая меня в бездну безмятежности. Из этого состояния транса меня вывел подошедший официант.

– Добрый вечер, ваше меню, – протягивает мне тонкую книгу в чёрном кожаном переплёте с золотым тиснением и золотой гравировкой «Меню кафе „Бриз“». – Пока выбираете, может, вам принести чай, кофе либо вина?

– Добрый вечер. Да, если можно, капучино, – ответила я, не открывая меню.

– Большой? Маленький? – продолжал допрос официант.

– Большой, – безразличным тоном сказала я, разглядывая золотой логотип на его чёрном фартуке.

– Хорошо. Могу вам порекомендовать сёмгу с лимоном на мангале.

А парень упорный, просто так от меня, видимо, не отстанет.

– Замечательно, с удовольствием попробую сёмгу и салат летний, – ответила я, лишь бы он поскорее исчез: мне, если честно, всё равно что есть, в еде я непривередлива.

– Замечательный выбор, – улыбнулся молодой человек. – Минутку, и я принесу вам кофе.

– Спасибо, – промолвила я, натягивая на лице ответную улыбку.

Молодой человек ушёл в сторону бара, а я постаралась как можно быстрее повернуть голову к морю, чтобы не столкнуться опять с этим дьявольским омутом чёрных глаз, но боковым зрением успела заметить, что он до сих пор за мной наблюдает. Я как можно незаметнее выдохнула и приняла наиболее непринуждённую позу, но сердце успело совершить кульбит и стало набирать обороты под его пристальным взглядом – весьма странная реакция на постороннего человека, ничего подобного я раньше не испытывала, и эта реакция моего тела пугала. Моё безграничное любопытство взяло верх, и я стала аккуратно разглядывать молодого человека. На вид ему двадцать восемь – тридцать лет, белая футболка облегала загорелое накачанное тело так плотно, что казалось, она треснет, если он пошевелится, красивые точеные черты лица, словно высеченные из камня, прямой греческий нос, густые чёрные ресницы обрамляли чёрный омут глаз, и завершали образ греческого бога чёрные как смоль волосы, зачёсанные набок, с выбритыми молниями на висках, – да уж, не иначе как греческий бог, сошедший с Олимпа к нам, смертным.

– Ваш кофе, – сказал официант, ставя передо мной чашку дымящегося напитка с объемной шапкой, посыпанной корицей в виде сердечка. – Сёмга будет готова минут через двадцать.

Я так увлеклась, рассматривая греческого бога за соседним столиком, что не заметила, как подошёл официант, от неожиданности я резко дёрнулась.

– Извините, не хотел вас испугать, – смущённо сказал официант, пряча глаза, как провинившийся ребёнок.

– Ничего страшного, я просто задумалась. – Я виновато улыбнулась официанту, положила сахар, размешала, сделала небольшой глоток кофе и отвернулась к морю, почувствовав, что краснею от создавшейся неловкости.

Сидя в кресле и попивая ароматный кофе, я наслаждалась тёплым морским ветерком и любовалась ночной морской гладью. По причалу прогуливались влюблённые парочки и небольшие компании, негромко играла мелодичная музыка; мне принесли летний салат, состоящий из помидор черри, огурцов и зелёного лука, также восхитительную ароматную сёмгу на листе салата айсберг с ломтиками лимона и украшенную зеленью и помидорами черри. Не успела я доесть последний кусочек сёмги, как рядом с моим столом образовался всё тот же назойливый официант с пиалой тирамису на подносе.

– Вам просили передать комплимент от молодого человека, сидящего за соседним столиком. – Официант повернулся и показал взглядом на греческого бога.

Я поразилась – как он угадал мой любимый десерт? – и постаралась скрыть чуть было не растянувшуюся счастливую улыбку.

– Спасибо. – Я робко улыбнулась одними уголками губ греческому богу, предвкушая наслаждение десертом, он в ответ одарил меня белоснежной улыбкой во все свои тридцать два, при этом на щеках у него проступили ямочки, и приподнял слегка бокал с вином в мою сторону.

Я почувствовала, как от смущения загорелось огнём лицо, стараясь не встречаться с ним глазами, опустила взгляд в тарелку.

– Принесите мне, пожалуйста, счёт.

– Хорошо. Я надеюсь, вам всё понравилось? – спросил официант ровным деловым тоном.

– Да, спасибо, рыба была восхитительна. – Я немного задумалась, а затем спросила: – Подскажите, у вас можно заказать еду на яхту?

– Да, конечно, я сейчас принесу вам буклет с меню и номером телефона, – широко улыбнувшись, ответил он.

– Спасибо. – Я одарила официанта ответной улыбкой и приступила к подаренному десерту.

Как только тирамису, нежный, воздушный, оказался у меня во рту, я от блаженства прикрыла глаза и стала наслаждаться вкусом. Мне кажется, во всём мире не найти лучшего десерта, чем этот. Не успела я глазом моргнуть, как пиалка оказалась пуста, и я от расстройства даже тихонько хмыкнула.

– Может, ещё?

Я подняла взгляд. Передо мной стоял улыбающийся греческий бог. Даже когда он сидел, я заметила, что у него немаленький рост и мощная фигура, но к такому зрелищу я оказалась не готова – в нём, мне кажется, все два, а то и больше метров роста, широкие плечи и узкие бёдра, вся фигура словно высечена из гранита умелым скульптором, и одежда не скрывала, а подчеркивала каждую рельефную мышцу. Я от увиденной красоты непроизвольно сглотнула, а сердце пропустило удар.

– Нет, спасибо. – Я одарила его ответной улыбкой.

– Можно вас пригласить прогуляться по набережной? – не сказал, а буквально промурлыкал он, делая шаг в мою сторону.

– Если честно, я планировала идти спать, день выдался тяжелым, а на завтра с утра у меня запланировано много дел. – Я извинительно улыбнулась, такой напор меня немного пугал и будоражил одновременно.

– Может, тогда я могу вас проводить? – спросил он, приподняв бровь и лукаво сверкнув чёрными глазами.

– Проводить можно, – сдалась я на его милость, – только мне надо дождаться официанта, он до сих пор не принёс мне счёт.

Я посмотрела по сторонам, ища официанта взглядом.

– Он его вам не принесёт, – улыбнулся незнакомец и, смущённо пожав плечами, добавил: – Потому что я его уже оплатил.

У меня от удивления округлились глаза и я дважды хлопнула ресницами.

– Не стоило, я в состоянии сама платить по своим счетам, – проговорила я смущённо.

– Мне это доставило удовольствие, вы же не станете меня лишать такой малости. – Он опять лукаво улыбнулся и протянул мне руку.

– Но только если ради вашего удовольствия. – Я приняла его руку, и, как только наши пальцы соприкоснулись, по всему моему телу прошёл электрический разряд. От неожиданности я дернулась и смущённо опустила глаза, не понимая, что это только что было.

– Меня, кстати, Александр зовут, можно просто Алекс, – сказал он, пытаясь заглянуть мне в глаза.

– Приятно познакомиться, Алекс, а я Ляля, – ответила я, всё также тщательно избегая зрительного контакта.

– Красивое ,редкое имя – Ляля, – произнёс он, словно пробуя моё имя на вкус. – Идём? Ляля, ты в гостинице живёшь или на яхте? Ничего, что я на «ты»?

– На яхте, третий пирс. Да, на «ты» комфортнее, – сказала я, сцепляя руки за спиной.

Мы пошли в сторону моей яхты, мимо нас медленно проплывали влюблённые парочки и шумные компании.

– Лялечка, ты здесь по работе или отдыхаешь? – мурлыча, спросил Алекс.

– Отдыхаю, – задумчиво ответила ему, – но я здесь ненадолго.

– Жаль, и куда дальше планируешь? Или отпуск уже окончен? – продолжал ненавязчивый допрос мой новый знакомый.

А действительно, куда дальше? Я над этим детально ещё не думала, хотя всё равно куда.

– Пока не знаю. – Я пожала плечами, устремив взгляд вдаль на качающуюся на волнах лунную дорожку. – Мы пришли, эта моя.

– «Богиня»? – иронично изогнув бровь, проговорил он.

– Да, название осталось от прежнего владельца. – Я смущенно улыбнулась.

– Тебе подходит, – улыбнулся он обворожительной улыбкой. – «Богиня» для богини, – задумчиво сказал Алекс и повторил: – Тебе очень подходит.

– Я до богини явно недотягиваю, – широко улыбнулась я – Было приятно познакомиться, спасибо, что проводил, я ещё не очень хорошо здесь ориентируюсь.

– Ты скромничаешь, – склонив голову набок, сверля меня своим чёрным омутом и слегка прикусив нижнюю губу, тихо проговорил Алекс. – Мне тоже было приятно познакомиться, надеюсь, мы ещё увидимся.

– Возможно. – Я поднялась на борт и обернулась: – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, богиня.

Все переживания и боль последних суток опустошили меня, словно кто-то дёрнул тумблер, и все мои эмоции просто отключились, но в этот момент странный незнакомец поджег спичку и поднес её к угасшему костру эмоций. Его аура стала для меня оазисом посреди пустыни. Пусть и на какие-то незначительные минуты, но я словно глотнула свежего воздуха и благодаря этому этой ночью засыпала, погружаясь в чёрный омут глаз греческого бога.

2

Проснувшись утром, я не сразу поняла, где нахожусь. Для того чтобы вспомнить и осознать, потребовалось время, но как только воспоминания вернулись, накрыло новой волной боли, сжимая сердце и разрывая душу. Ещё вчера вечером я думала, что пустота в душе и голове – это конец, но, оказывается, это только начало.

Я даже не могу понять, от чьего поступка мне больнее – от поступка мужа или от моего собственного. Мы с мужем с самой школы вместе, он моя первая любовь, я была счастливее всех, когда он выбрал меня, самый красивый парень в школе, в тот момент я завидовала сама себе. В нашей жизни было всякое, и многое я ему прощала за эти годы, но одно дело – думать и предполагать, и совсем другое – видеть своими глазами. До сих пор у меня всплывает перед глазами их слияние, и до сих пор мне не верится в то, что я это видела, – может, это был просто какой-то дурной сон, кошмар? Мне не верится, что они могли со мной так поступить, он же клялся мне в любви, всегда смотрел влюблённым взглядом, как после всего он мог пойти на такое? Или я ему просто надоела, приелась, он разлюбил меня и жил со мной просто по привычке? Слёзы хлынули градом, я задыхалась, словно невидимая рука сжала мне горло, боль лавиной нахлынула на меня, сметая всё на своём пути, разрывая в клочья, не оставляя ничего живого. Я обняла подушку, сжалась в комок и, не переставая, заливала слезами постель, пока не выплакала всё до последней слезинки. Сползла с кровати и, шмыгая носом, прошла в душ. Струи тёплой воды смывали с меня боль и отчаяние.

Я не знаю как жить дальше – всю жизнь за меня принимал решение кто-то: сначала мама, потом муж, а сейчас надо взять себя в руки и позаботиться о себе самой. Сазонов меня не отпустит просто так и поджог не простит… зная способности и влияние его семьи, можно только предположить, какой ад на земле он мне устроит, надо бежать, и бежать как можно дальше, выяснить для него моё местонахождение – дело времени, и если быть до конца честной с самой собой, времени у меня осталось не так много и оно сейчас играет не в мою пользу. Рано или поздно душевная боль утихнет, но простить я его уже точно не смогу никогда, да и он меня, наверное, тоже.

Я вышла из душа, высушила волосы, нарисовала на бледном безжизненном холсте подобие лица, надела чёрные шёлковые штаны с заниженной талией и завязками по бокам, под стать им – блузку, на ноги надела лёгкие босоножки, выпила чашечку кофе и направилась в здание администрации. Двое дородных мужчин швартовали белоснежную яхту с флайбриджем. По набережной прогуливались парочки и компании, жизнь у окружающих продолжалась, в то время как моя собственная летела в пропасть.

– Добрый день, меня зовут Анастасия, чем я могу вам помочь? – Блондинка с модельной внешностью дружелюбно мне улыбнулась.

– Добрый день, меня зовут Сазонова Ляля Александровна, я бы хотела нанять капитана, к кому я могу обратиться по этому вопросу? – сказала я, стараясь скрыть свою растерянность.

– Минутку. – Она бегло набрала что-то на клавиатуре. – Виктор Степанович, кабинет 24, готов вас принять, могу я предложить вам кофе, чай?

– Нет, спасибо, – ответила я, покачав отрицательно головой.

Прошла в указанном направлении. Седовласый мужчина лет пятидесяти, добродушно улыбаясь, принял меня, в течение часа мы обговорили все детали, заключили договор и условились, что в 19:00 ко мне придёт для знакомства капитан, Миронов Александр Викторович, и с ним я уже выстрою маршрут следования. На такси добравшись до ближайшего города, встретилась с адвокатом местного разлива – назвать его акулой в этой сфере было как минимум перебор, максимум, на что он тянул, так это на рыбку гуппи, – но с учётом того, что мы с мужем заключили брачный контракт, по условиям которого каждый остаётся с тем, чем владеет, и неважно, приобретено это до брака или во время, детей у нас не было, так что с нашим разводом и аспирант справится, единственное условие – я не хотела присутствовать на бракоразводном процессе, однако адвокат заверил, что это не составит проблем устроить. Словом, я подписала все необходимые документы, вызвала такси и вернулась в яхт-клуб.

Подъехала к клубу без пяти семь вечера. Желудок жалобно бурчал – с самого утра, во рту кроме чашки кофе, не было ни крошки, я готова была съесть целого кабана, но, к сожалению, этот ритуал придётся отодвинуть на потом: впереди ещё встреча с капитаном. Я прибавила шаг и, цокая каблучками, поспешила к своей яхте, моему единственному убежищу на ближайшее время. Уже подходя, зацепилась каблуком за брусчатый настил и полетела лицом вниз, но в этот момент меня сзади обхватили за талию чьи-то руки и впечатали спиной в глыбу мышц, по коже прокатилась лавина мурашек с электрическим разрядом, мочки моего уха и шеи коснулось дыхание спасителя, и я услышала тихий голос с хрипотцой:

– Хотелось бы лицезреть тебя живой.

Я почувствовала в своих волосах его полуулыбку, резко обернулась и буквально столкнулась лицом к лицу с вчерашним знакомым. Мои губы находились в нескольких сантиметрах от его, я сглотнула, ноги буквально приросли к помосту и пропал весь словарный запас, а он, сверкая пучиной своих чёрных глаз, прошептал мне буквально в губы, обдавая мятным дыханием:

– Привет, богиня.

– Привет, меня уже можно отпустить. – Я облизнула и прикусила нижнюю губу.

– Ты уверена? – Он приподнял правую бровь.

– Да. – Как только его руки отпустили мою талию, я сразу же сделала быстрых два шага назад и глубокий вдох. – Какими судьбами?

– Я к тебе, – сказал он, растягивая губы в улыбке.

– У меня сейчас встреча назначена. – Я стала покусывать губу изнутри, подыскивая слова. – Возможно, ты меня вчера неправильно понял… я бы не хотела заводить подобных знакомств… – Я прерывисто вздохнула и уставилась на мыски своих босоножек.

– Я от администрации, однако твой ход мыслей мне тоже нравится, но о нём мы лучше поговорим позднее. – Он лукаво подмигнул, а губы расплылись в полуулыбке.

О-о-о боже, какая же я идиотка, мне сейчас хочется провалиться сквозь землю, щёки загорелись красным пламенем, и ещё, как назло, желудок громко напомнил о себе, издав урчание.

– Ты мой капитан? – спросила я озадаченно.

– Да, – ответил он растягивая губы в широкую улыбку, с ямочками на щеках. – Предлагаю сходить в кафе поужинать и заодно обсудить детали нашего дальнейшего сотрудничества.

– Насчёт поужинать я не против… но обсуждать в кафе детали я бы не хотела… – кажется, это опять звучит нелепо, о боги, Ляля, соберись, одёрнула я сама себя, – в том плане, что мне бы не хотелось обсуждать что-либо при посторонних. Может, мы закажем ужин из кафе ко мне на судно и в спокойной обстановке всё обсудим?

– Как скажешь, твоя идея мне нравится даже больше. Он приобнял меня похозяйски за талию и повёл в сторону яхты, видимо, он всё же неправильно меня понял, но его рука так приятно обдавала меня теплом, дарила такую надёжную опору и поддержку, что я не решилась её убрать.

Мы поднялись на борт. Пока я на камбузе делала кофе, Алекс созвонился с кафе и заказал нам ужин. Мы присели на диванчик в ожидании курьера.

– Так куда, Лялечка, ты бы хотела сходить? – поинтересовался он, сидя вполоборота и закинув левую руку на спинку дивана, во всей его позе скользила вальяжность и непринуждённость.

– Если честно, сама толком не знаю. – Я пожала плечами с задумчивым видом. – Возможно, в Турцию, а по дороге остановиться в пяти городах, по два дня на каждый город. Единственное, хотела обязательно зайти в Крым.

– А конечный пункт назначения какой? – спросил он, приподняв левую бровь.

– Пока не решила. – Я пожала плечами, рисуя пальчиком замысловатые узоры на подоле платья.

– Ясно, значит, полный экспромт, – сказал он, сверля меня своим омутом чёрных глаз с застывшими смешинками.

– Да, как-то так, – смущённо ответила я, понимая, что нормальные люди так, наверное, не делают, они готовятся заранее, но мне надо сейчас и немедленно.

– Кого-то из персонала ещё подобрать надо? Кок, матросы? – спросил Алекс, пропуская мои волосы сквозь пальцы, и от этого лёгкого движения я ощутила мурашки по коже.

– Нет, мне никто не нужен, с этим я и сама справлюсь. Только если тебе нужна помощь в управлении, можешь взять себе помощника, – сказала я, закусив нижнюю губу.

– Яхта небольшая я вполне справлюсь сам, – ответил он, продолжив манипуляции с моими волосами – теперь он накручивал и распускал локон моих волос.

– Виктор Степанович предупредил, что вся бумажная волокита на тебе? – спросила я, стараясь говорить как можно спокойнее.

– Да, для меня это не составит труда, выбор городов, я так понимаю, тоже на мне? – Он задал вопрос, приподняв бровь и гипнотизируя меня взглядом.

– Да, – рассеянно ответила я, потому что понятия не имела, где бы мне хотелось остановиться.

Пришел курьер, принёс ассорти шашлыка, картофель по-деревенски, греческий салат, мясное и сырное ассорти, хлеб. Я попыталась расплатиться, но Алекс мне не позволил – сказал, что он угощает, пришлось уступить. Странная личность этот Алекс – работает капитаном, а на самом часы стоимостью, как его две годовые зарплаты, да и весь облик в целом – Gucci, Prada, по внешнему виду явно на капитана не тянет, как минимум на владельца заводов, пароходов, ещё и внешность, как у модели, и эти повадки вальяжные, хотя это не моего ума дело, но все равно странная личность. Я накрыла на стол.

– Приятного аппетита, – накладывая всего понемногу в свою тарелку, сказала я.

– И тебе приятного, в этом кафе очень хороший повар, готовит просто изумительно, – с улыбкой проговорил Алекс.

Шашлык и правда буквально таял во рту, очень сочный и вкусный, мы ели в тишине какое-то время, а я украдкой из-под полуопущенных ресниц наблюдала за ним, он даже ел с налётом аристократичности.

– Оформление документации и согласование маршрута займёт день, максимум два, я так понял, в этом деле ты новичок. – Он приподнял вопросительно бровь, на что я кивнула: – Тогда, надеюсь, ты не будешь против, если я сам лично займусь подготовкой судна и необходимыми закупками.

– Только если тебе не будет сложно, – смущенно сказала я, понимая, что понятия не имею, что надо приобретать на яхту.

– Никаких сложностей, может быть, у тебя есть какие-то предпочтения в еде? – спросил Алекс, вопросительно приподняв бровь.

– Нет, я всеядная, – сказала с улыбкой я.

– Вот и замечательно. Покажешь мне мою каюту? Я завтра с утра перевезу свои вещи.

– Конечно.

Я убрала со стола, засунула грязную посуду в посудомоечную машину и повела его на нижний ярус, где располагались каюты.

– Поскольку, кроме нас, на яхте никого не будет, можешь занять гостевую каюту. – Я распахнула двери соседней от моей каюты, пропуская его вовнутрь. – Надеюсь, тебе будет здесь уютно, справа дверь в гальюн, открыт только вход из каюты, второй закрыт.

– Замечательно. – Он бегло осмотрелся.

Наедине с ним в каюте я почувствовала себя неуютно и постаралась ретироваться на верхнюю палубу. Он последовал за мной. Взглянула на часы – уже одиннадцать вечера, и Алекс, видимо, заметил это:

– Если вопросов и пожеланий нет, я пойду, завтра предстоит насыщенный день.

– Да… конечно… доброй

ночи.

Он резко наклонился и поцеловал меня в щёку:

– Спокойной ночи, богиня.

Не успела я прийти в себя, как он уже спускался по трапу.

– Спокойной ночи, греческий бог, – прошептала я, глядя на удаляющуюся фигуру.

Боже мой, как же я буду находиться вдвоём с ним на судне в открытом море, это же два метра чистого соблазна, его флюиды сексуальности до сих пор веяли по яхте, припорошенные лёгким бризом. Ах, Ляля-Ляля, гони от себя эти грязные мыслишки, ты взрослая двадцатипятилетняя женщина, а ведёшь себя как подросток с играющими гормонами, может, он вообще альфонс какой-то. Закончив с самобичеванием, я пошла в душ, чтобы смыть усталость этого дня.

Как заснула, даже сама не поняла, всю ночь снился эротический сон с греческим богом в главной роли, проснулась я от навязчивого дребезжания телефона.

– Алло, – прохрипела я в трубку сонным голосом.

– Ляля! Ты с ума сошла! Куда ты пропала? Твой псих-муженёк весь город с ног на голову поставил, у меня в квартире шмон устроил похуже ОМОНа! Что у тебя там произошло? Ещё и Светка потерялась, даже на связь не выходит! Ты меня вообще там бслышишь? – Подружка Ася на другом конце наконец перевела дыхание и примолкла.

– Слышу, конечно, только ты так тараторишь, что я и слова вставить не успеваю. – Я накинула шёлковый халатик нараспашку на голое тело, спала я только в трусиках по привычке, и направилась на камбуз варить кофе. – Мы с Максом разводимся, в ближайшее время с ним свяжется мой адвокат.

– Что за глупости, вы же самая любящая пара во вселенной! Какая оса тебя укусила? – Аська жалобно вздохнула.

– Осу Светкой зовут, ужалила в самое сердце – я их застукала в страстном процессе у нас дома, на нашей кровати. – Я подавила зевок и устроилась на диване с чашечкой кофе.

– Глупости какие-то говоришь! Может, тебе показалось? – недоверчиво спросила Ася.

– Что мне показалось? Два голых тела в процессе слияния? – Мой голос поднялся на октаву выше, я нервно выдохнула: – Нет, Ася, не показалось, я бы сама в жизни в это не поверила, если бы собственными глазами не увидела.

– Бред какой-то! Она же твоего мужа на дух не переносила, иначе как психом никогда не величала! Здесь что-то не вяжется, – задумчиво вымолвила Ася.

– Не знаю, что там у тебя не вяжется, я громилы с пистолетом у её виска не заметила, когда она на нём скакала, как последняя куртизанка, – начиная сердиться, сказала я, стараясь не повышать голос.

Я сделала большой глоток кофе, не рассчитала и обожгла горло.

– Ася, не надо искать смысла там, где его нет! Факт измены налицо! И вообще, давай закроем эту тему, мне больно даже говорить об этом, боль усиливается от мысли, с кем именно он мне изменил! Это двойное предательство меня убивает вдвойне! – сердито выпалила я, уже не скрывая негодования.

– Бедная моя девочка, прости. И что ты планируешьделать дальше? Ты же понимаешь, что он тебя просто так не отпустит? Он же одержим своей любовью к тебе. – Я расслышала боль в голосе, когда Аська произносила это.

– Понимаю и, если честно, не знаю, пока на развод подала и уехала, а что дальше будет, время покажет. – Я нервно пожала плечами. – Может, он перебесится, поймёт, что это конец, и отпустит.

– Ох, Ляля, судя по тому, с какими бешеными глазами он мечется и переворачивает город, если его и отпустит, то не скоро. – Ася нервно вздохнула. – Так ты сейчас у мамы?

– Нет, извини, но я даже тебе не скажу, где я, вдруг твой телефон уже у него на прослушке. Со мной всё хорошо, по Вотсапу можешь всегда мне дозвониться, если что.

– Ок, но я Светку всё равно найду и постараюсь выяснить правду, не верится мне, что она по доброй воле с ним была, – упрямо твердила свое Ася.

– Делай что хочешь, я всё равно их не прощу, – отмахнулась я, уже готовая согласиться с чем угодно, лишь бы закрыть эту тему.

– Ладно, не впадай в депрессию и будь на связи, целую в обе щечки, – пропела мне в трубку Аська, посылая воздушные поцелуйчики в трубку.

– Хорошо, целую, на связи, – отбросила телефон в сторону, закинула ноги на стол, закрыла глаза, откинулась на спинку дивана, и полы халатика разлетелись в разные стороны.

– Ва-а-ау! Ради такого шикарного зрелища я готов каждое утро ни свет ни заря вставать! И не только я… – лукаво улыбаясь, прохрипел Алекс

Я подскочила как ошпаренная, запахивая халатик.

– Я… я… что ты здесь делаешь? – заикаясь, пролепетала я.

– Мы вчера договорились, что я утром завезу свои вещи, – улыбаясь во все тридцать два, сказал Алекс. – Ты такая миленькая, когда краснеешь, – с хрипотцой в голосе добавил он, улыбаясь ещё шире, так, глядишь, и рот треснет.

– Извини… забыла… ты давно здесь стоишь? – спросила я, не зная, куда спрятать глаза от смущения.

– Как по мне… так недостаточно… – В его глазах плясали бесенята, но он скорчил разочарованную мину.

Я покраснела ещё больше, не думала, что моя кожа на такое способна.

– Тебе кофе сделать? – смущённо предложила я.

– Не откажусь. – Он присел на диванчик, где ещё недавно сидела я. – Мне нужен твой номер телефона, чтобы я мог в случае необходимости связаться с тобой.

– Хорошо. – Я взяла ручку с листиком и быстро написала свой новый номер, поставила перед ним чашку кофе и протянула лист с номером.

Алекс, беря лист, схватил меня за руку и медленно потянул к себе:

– Лялечка, составь мне компанию, пожалуйста. – И смотрит мне в глаза, словно змей-искуситель, завораживающий свою жертву.

Я села на свободный край дивана, притянув к себе свою чашку кофе. Крайне сложно сопротивляться его мягкому напору, в особенности когда смотришь ему в глаза – эти чёрные омуты парализуют и затягивают, напрочь отключая мозговую деятельность, это меня в нём пугает и одновременно интригует, хочется оттолкнуть и притянуть к себе одновременно.

– Я сегодня сделаю необходимые покупки и направлю сюда курьера, у тебя

будет возможность встретить его? – Он так неожиданно разорвал тишину, что я не сразу смогла понять, о чём это он.

– Да, конечно. – Чтобы спрятать своё смущение и растерянность, я поднесла чашку к губам и сделала небольшой глоток уже остывшего кофе.

– Вот и замечательно, тогда я тебе позвоню заранее и скажу, во сколько ждать курьера. – Он отставил пустую чашку. – Спасибо большое за кофе, мне пора бежать, до встречи вечером. – Он взял мою руку, поднёс к губам и поцеловал мои пальчики: – Тебе очень идёт этот халатик, – с нахальной улыбкой на губах прохрипел он, и пока я прибывала в зачарованном трансе, он успел ретироваться с яхты.

Вылив в раковину остатки холодного кофе, я помыла чашки и завалилась в каюту на кровать с книгой, хотела почитать и абстрагироваться от всего, но, как назло, буквы скакали перед глазами, не желая складываться в слова, а уже прочитанный текст не достигал сознания, и я никак не могла уловить суть прочитанного, в голове кружил хоровод мыслей, не желающих покидать мой разум, засела фраза, которую бросила Ася: «Здесь что-то не вяжется». Я тоже не могу понять, когда Светка успела совершить этот грёбаный шаг от лютой ненависти до страстной любви, но разгадывать эту загадку у меня нет ни малейшего желания, слишком большую боль мне причиняют мысли об этом, и эта моральная боль такой разрушительной силы, что отдаётся во всём теле физически, словно меня избивают кувалдой и дробят все кости, а все внутренности вырывают и наживую разрывают в клочья, хочется кричать от этой боли, а ещё больше всего на свете хочется забыть эту ситуацию и не вспоминать о ней никогда, но память услужливо подкидывает сцены увиденного в спальне, и избавиться от воспоминаний невозможно, единственный момент, когда я о них не думаю и они исчезают из моего сознания, это когда рядом Алекс. Несмотря на то что греческий бог меня пугает, он чудесным образом даёт мне минуты свободы от этой адской боли, разрушающей изнутри, и я ему благодарна за это, хоть он этого всего и не знает. Однако сам Алекс кажется мне личностью странной и загадочной, но самое странное – мои ощущения рядом с ним, так как разум мутнеет и перестаёт мне подчиняться, в голове вместо мыслей остается невесомое облачко, которое парит по закоулкам мозга, не оставляя за собой ничего, кроме невесомости, тело становится ватным и отказывается мне подчиняться, а когда он прикасается, меня словно прошибает сильнейшим разрядом тока от кончиков пальцев до самой макушки, выжигая любое сопротивление на своём пути. Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного, и это меня завораживает и пугает одновременно.

Отложила книгу в сторону – видимо, читать сегодня не судьба. Сходила приняла душ, привела себя в человекоподобный вид, накинула лёгкий сиреневый сарафан без бретелек с воздушным низом и пошла прогуляться по набережной и перекусить. Солнце светило ярко, яхты мирно покачивались на волнах, чайки кружились высоко в небе в завораживающем танце, на набережной разливались звуки мелодичной музыки из-под струн уличного музыканта, вокруг него уже собралась толпа зевак с восхищённо горящими глазами. Я купила рожок мороженого и присела на скамейку под кронами клёна; мимо проплывали потоком случайные прохожие, мороженое утолило жажду, но с разыгравшимся голодом оно справиться не смогло, так что я направилась в уже знакомое мне кафе, заняла столик, который облюбовала в день приезда, и ко мне тут же подоспел официант с меню.

– Добрый день, рады снова видеть вас в нашем кафе, – улыбнулся мне уже знакомый мне молодой человек, протягивая мне меню. – Могу я вам что-нибудь предложить, пока вы выбираете, – чай, кофе, сок, вода?

– Если можно, апельсиновый сок и салат «Цезарь» с креветками, – не открывая меню, проговорила я.

– Сок сразу принести или вместе с салатом? – спросил он.

– Сразу, – не задумываясь, ответила я.

– Хорошо, – растянув губы в дежурной улыбке ответил он.

Официант удалился, а я стала любоваться морем, погрузившись в свои мысли. Вдруг сбоку раздался до боли знакомый голос:

– Ляля Александровна, вот так встреча.

Повернув голову, я увидела секретаршу своего мужа. Сердце подпрыгнуло и застыло в горле.

– Как же тесен мир, вы здесь на отдыхе или по делам?

– К маме приезжала, вот решила прокатиться к морю. – Каждое слово давалось мне с трудом, я в панике пыталась понять, что мне делать и как себя вести. – А вы, Серафима, как здесь оказались?

– Я в отпуске здесь с мужем, вот решили арендовать яхту прокатиться и… – Серафима оборвала речь на полуслове, а моё сердце с грохотом упало в тот момент, когда мне на плечи опустились руки, а моего виска коснулся лёгкий поцелуй.

– Твой вид с утра мне понравился больше, – прошептал мне на ухо уже знакомый с хрипотцой голос Алекса.

В этот момент моё желание провалиться сквозь землю смешалось с острым страхом, а Серафима отмерла.

– Ой, вы здесь не одна, я вам, наверное, помешала, была рада вас увидеть, всего доброго. – И, не дождавшись моего ответа, Серафима ретировалась.

– Что ты здесь делаешь, Алекс? – растерянно спросила я, зная, что у него куча дел на сегодня за пределами яхт-клуба.

– У меня замечательные новости – нам согласовали маршрут и дали зелёный свет, вот зашёл перекусить, – широко улыбнулся, присаживаясь ко мне за столик, сказал Алекс. – Осталось совершить покупки, и можно выходить.

– Сколько это займёт времени? – нервно покусывая губу, спросила я.

– Часа три-четыре… У тебя всё в порядке? На тебе лица нет, – озадаченно спросил Алекс, парализуя меня взглядом.

– Да… всё хорошо, а когда ты собираешься за покупками? – постаралась как можно беззаботнее спросить я.

К столику подошёл официант с моим соком, принял заказ у Алекса, он заказал жарёху, летний салат и американо.

– Я как раз этим занимаюсь, – сказал Алекс, сосредоточенно клацая в телефоне. – Ты манго любишь?

– Да.

– Замечательно, а киви, ананасы, бананы и апельсины? – продолжил допрашивать меня Алекс, с серьёзным видом клацая в телефоне.

– Я же сказала, я всеядная, – ответила я, поморщив носик.

Подошёл официант, принёс мой заказ. Я медленно ковыряла вилкой в салате, аппетит после встречи с Серафимой пропал, в голове кружил круговорот мыслей – она уже наверняка звонит моему мужу, ещё и в красках опишет появление Алекса, а уж в этом деле она профессионал, не зря же с гордостью носит титул главной сплетницы офиса; сколько ему потребуется времени, чтобы добраться сюда? Чёрт! Надо убираться отсюда как можно скорее. Я прерывисто выдохнула.

Алекс оторвался от телефона, ухватил меня за подбородок, приподнял мою голову и заглянул в глаза.

– Ляля, что случилось? Ты уже минут двадцать елозишь вилкой по тарелке с вселенской скорбью, может, я могу чем-то помочь? – встревоженно и слегка раздраженно спросил он.

– Можешь… давай поскорей уйдём отсюда… – прерывисто ответила я.

– Без проблем. – Алекс подхватил меня под локоть и повёл к выходу, по дороге остановил официанта: – Кирилл, запиши на мой счёт и всё то же самое повтори на яхту «Богиня»

– Хорошо, Александр Викторович, – ответил официант, провожая нас взглядом.

– Алекс, я вообще-то имела в виду этот город, а не кафе… – пролепетала я, стараясь не выдать паники, охватившей меня после ухода Серафимы.

– Хорошо, сейчас доставка приедет, перегружу всё на яхту, и можно отчаливать, так пойдёт? – спросил Алекс, пытаясь заглянуть мне в глаза.

– Угу. – Я кивнула в подтверждение, сил даже на ответ у меня не осталось, такое ощущение, словно из меня, как из воздушного шарика, выпустили весь воздух.

Мы дошли до яхты, я спустилась к себе в каюту, упала без сил на кровать и буквально сразу же заснула. Проснулась я оттого, что меня гладят по ноге, открыла глаза и резко села.

– Алекс? – с сонной хрипотцой в голосе воскликнула я.

– На закате спать плохо, – шёпотом ответил он, улыбнувшись: – мы уже в другом городе, стоим на рейде, ждём разрешения для швартовки, вставай, тебе надо поесть, ты же рыбу любишь?

– Да, хорошо, – изумлённо хлопая глазами, ответила я, – только мне умыться надо, я умоюсь и приду.

– Давай быстрее, иначе остынет, – подтолкнул он меня за талию в сторону гальюна.

Быстро умывшись и приведя себя в порядок, я поднялась на верхнюю палубу. Стол уже был накрыт, стояла жаренная на мангале рыба, нарезка помидоров, огурцов и зелени, картофель отварной с зеленью, хлеб и бутылочка белого вина.

– Откуда это всё? – Я изумлённо обвела глазами стол.

– Я приготовил, – улыбнулся Алекс, – нам придётся простоять на рейде до завтра, мест нет, нас ждали только к завтрашнему дню.

– Ясно… мне, по всей видимости, достался лучший капитан. – Я улыбнулась, присаживаясь за стол. – К такому и привыкнуть недолго.

– Я не против, привыкай, я люблю готовить, – улыбнулся Алекс, накладывая мне рыбу.

– Приятно удивил, не ожидала, – сказала я, расплывшись в улыбке.

– Ты просто ещё многого обо мне не знаешь, – сказал он, прикусив нижнюю губу. – Бокал вина?

– Не откажусь, – ответила я, глядя ему в глаза, медленно погружаясь в этот чёрный омут. Может, это на меня так стресс влияет?

Пока я ела, Алекс неотрывно смотрел на мои губы диким взглядом, чем очень меня смущал и заставлял краснеть. Неожиданно он наклонился через стол, провёл указательным пальцем по уголку моих губ, затем облизал его:

– Ум-м… какая сладенькая.

Я как заворожённая наблюдала за его пальцем и губами. Непроизвольно облизав нижнюю губу, я нервно сглотнула и прерывисто вздохнула.

– Спасибо, всё было очень вкусно. – Я встала, стала собирать со стола посуду и загружать в посудомоечную машину. – Уже поздно… спокойной ночи.

– Спокойной ночи, богиня, сладких снов, – с ухмылкой сказал Алекс.

3

Макс

– Господи, Ляля, куда же ты пропала, девочка моя маленькая? – Я поставил фотографию жены на стол и откинулся на спинку кресла, сделав большой глоток виски из бутылки. – Что же я натворил.

Упёрся локтями в колени, обхватив голову руками, вцепился в волосы, с силой потянул их, стал раскачиваться взад-вперёд. Хочется рвать на себе волосы, хочется крушить всё вокруг! Как же я себя ненавижу за эту глупость, я не понимаю, как это могло произойти! Я не понимаю! Я же терпеть не мог эту стерву Светку, а сейчас ненавижу и её, и себя ещё сильней, наша ненависть всю жизнь была взаимна! Что же это было? В какой-то момент я просто стал как одержимый сексуальный маньяк и тупо накинулся на неё, а эта лярва словно только этого и ждала, даже не попыталась оттолкнуть меня! Как же я мог так предать свою девочку, свою Лялечку, мой единственный лучик света в жизни, надо её найти и всё ей объяснить! Дьявол! Дьявол, как я смогу ей объяснить то, чего не могу понять сам!

В дверь постучали и, не дожидаясь моего ответа, настежь открыли. Размашистым шагом в кабинет вошёл мой лучший друг Руслан, приблизился ко мне, молча забрал бутылку виски и сделал глоток.

– Лялю видели на море в кафе «Бриз», – ставя бутылку на стол, проговорил Руслан.

Я резко поднял голову и уставился на него: – Кто? Когда? – Я помотал головой, пытаясь понять сказанное Русланом.

– Твоя бывшая секретарша Серафима сегодня днём видела Лялю, и это… – Руслан замялся и стал перекатываться с носка на пятку, уперев взгляд в стену.

Пауза затянулась. Я не выдержал, подскочил к нему, схватил за рубашку и стал трясти:

– С ней что-то не так? Что с ней?

Я, словно обезумевший, тряс Руслана за грудки, а сердце разгоняло кровь до бешеных оборотов.

– С ней всё в порядке, успокойся, но она там была не одна… – задумчиво уставившись в стену и поджав губы, промолвил Руслан

– С кем она была? – Побелевшими губами спросил я, пытаясь разжать онемевшие пальцы на его рубашке.

– С каким-то мужиком, и, по словам Серафимы, на дружеское общение это не было похоже.

Я с силой оттолкнул Руслана, пытаясь взять себя в руки и случайно не выместить злость на лучшем друге.

– Что ты слушаешь эту тупую курицу?! Ты же говоришь о Ляле! Ты запросил геолокацию этого места? – Я заметался по кабинету, стараясь заглушить свои страхи.

– Да, сейчас перекину тебе. Я с тобой поеду, ты в последнее время невменяем, как бы дров не наломал, – грустно усмехнулся Руслан, засовывая большие пальцы руки в карманы брюк.

– Чёрт с тобой, только водилу вызову, а то я его уже отпустил, – стал быстро набирать в телефоне номер Вадика.

– Вы яхту купили? – вдруг спросил Руслан, изогнув вопросительно бровь.

– Нет, с чего ты взял? – растерянно ответил я, не понимая, к чему он клонит.

– Кафе, в котором она сидела, расположено на территории частного яхт-клуба, – сообщил Руслан, вновь беря бутылку в руки и, поморщившись, сделал большой глоток.

– Кому принадлежит этот клуб? – спросил я, пытаясь припомнить, кто из наших знакомых может владеть яхт-клубом.

– Владелец сменился четыре дня назад, нового пока установить не удалось, старый – Гордан Валерий Викторович, проживает в основном на своей яхте на водах Индийского океана, связаться с ним пока не удалось, – отрапортовал Руслан, сверля меня взглядом.

Да уж, понимания эта информация мне не добавила, только ещё больше вопросов.

– Ясно, спасибо, идём – Вадик подъехал, – сказал я, когда у меня на телефоне высветилось сообщение от водителя.

Мы быстрым шагом направились к выходу.

– Ты бы поспал, ехать всё равно не близко, тебе как раз протрезветь не помешает, – откинувшись на сиденье, сказал Руслан.

– Русь, меня так разрывает изнутри, что я при всём удовольствии заснуть не смогу, – с усталостью в голосе ответил я.

– Может, всё же расскажешь, что случилось? – приподняв одну бровь, спросил он.

– Если бы я ещё сам понимал, что произошло… – в задумчивости смотря в окно, ответил я.

– Не могла же она просто так взять и уйти? – спросил Руслан, явно не собираясь довольствоваться моим уклончивым ответом.

– Она не просто так ушла… я ей изменил со Светкой, она нас застукала… – наконец сдавшись, признался я, понимая, как это бредово звучит со стороны, но факт остаётся фактом.

– Что? Ты, Ляле? С её этой ненормальной подружайкой? Ты же её терпеть не мог! Иначе как стервой не называл! – выкатив на меня изумлённые глаза, проговорил Руслан.

– Знаю-знаю, звучит дико. – Я поморщился. – Сам не понимаю, что это на меня нашло! Светка пришла, сказала, к Ляле, я ради приличия чаем угостил, спустя время у меня в штанах так задымилось, что крышу сорвало напрочь, набросился на неё как оголтелый, опомнился и понял, что натворил, только когда нас Ляля застукала, – выпалил я на одном дыхании, стараясь не вдаваться в подробности.

– Да уж, это залёт, брат, – помотав головой, прошептал Руслан. – Что же это у тебя за чай был такой волшебный, что даже на Светку встал?

– Залёт не то слово. – Я понуро опустил голову. – Обычный чай, мы всегда его пьём, сам лично его заваривал, не могу понять, что это было, хоть ты тресни.

– Светка не могла тебе подмешать что-то? – озадаченно спросил Руслан.

– Да зачем ей это? Они с Лялей и Аськой лучшие подруги с самой школы, неразлейвода были! Да и свою неприязнь ко мне она никогда не скрывала, мы терпели общество друг друга только ради Ляли. – Я пожал плечами. – У мужа её в нашем здании тоже офис, хороший мужик, и она его любила искренне вроде.

– Думаешь, после такого простит? – задумчиво спросил меня Руслан, устремляя взгляд в окно.

– Не знаю… я без неё жить не могу, она меня из петли вытащила, она меня туда и загонит, если не простит, ей сейчас очень больно, я должен ей всё объяснить, ещё не знаю как, но должен. – Я устало откинулся на спинку сиденья. – Она меня заблокировала везде, дозвониться пытался с других номеров, она мой голос слышит – сразу трубку бросает и в блок.

– Её можно понять, может, ей дать время остыть? – спросил Руслан, оборачиваясь ко мне и приподняв бровь.

– Да не остынет она, накрутит себя только ещё больше, выдумает то, чего и в помине не было! – покачав головой, ответил я.

– Даже не знаю что тебе посоветовать в этой ситуации, – задумчиво сказал Руслан, вновь отворачиваясь к окну. – Постарайся заснуть, может, на отдохнувшую голову ясность во всей этой чертовщине появится.

К середине пути меня всё же укачало, и я заснул, снился страшный сон, в котором Ляля тонула, её затягивала тёмная пучина водоворота, а я метался и не мог ей ничем помочь. Проснулся с испариной на лбу, машина парковалась на просторной стоянке элитного яхт-клуба, наручные часы показывали девять утра, я толкнул мирно спящего Руслана:

– Приехали.

Руслан, зевая, потянулся.

– Вадик, иди сними себе номер в гостинице, пока мы делами будем заниматься, тебе надо поспать, – сказал я, протягивая ему деньги на расходы.

– Хорошо, Максим Дмитриевич, – ответил водитель, выходя из машины и потягиваясь до хруста в позвоночнике.

– Русь, идём кофе попьём, заодно с персоналом пообщаемся, – выйдя из машины и тоже пытаясь размять затёкшие конечности, предложил я.

Мы направились в кафе, присели за столик, через пару минут к нам подошёл официант, с дежурной улыбкой протянул нам меню.

– Доброе утро, пока выбираете, могу вам предложить чай, кофе? – спросил официант в чёрном фартуке с золотым логотипом кафе.

– Да, два американо, – сказал я, доставая телефон, открывая фото жены и протягивая его официанту. – Вчера эта девушка была у вас в кафе, посмотрите, может, сможете вспомнить, с кем она была и куда направлялась, само собой, не бесплатно.

Официант взял телефон, задумчиво взглянул на фото.

– К сожалению, ничем не могу вам помочь, у нас здесь поток людей большой, – ответил он, покачав головой и поджав губы.

– У вас же здесь только члены клуба! – удивился я.

– Не только, второй выход ведет на набережную, и поэтому много посторонних. – Он указал рукой в сторону набережной.

– Ясно, а с кем можно переговорить, чтобы по камерам посмотреть? – спросил я, приподняв вопросительно бровь.

– Минутку, я уточню и вам сообщу, – суетливо проговорил официант, удаляясь в глубь зала к барной стойке.

Через пару минут он вернулся с разносом и двумя чашками дымящегося кофе.

– К десяти часам приедет Виктор Степанович, с ним можно будет переговорить по данному вопросу. Могу я ещё чем-то вам помочь? – с услужливой улыбкой спросил официант.

– Ясно, спасибо.

– Принесите мне сырники со сметаной, – сказал Руслан, листая меню. – Макс, может, тоже перекусишь?

– Можно, всё равно ещё почти час ждать, – пожал я плечами, отпивая кофе. – Блинчики с мясом есть?

– Да, конечно, – улыбнулся официант.

– Ну, тогда мне блинчики, – лаконично ответил я, разглядывая публику в

кафе.

– Хорошо, минут десять придётся подождать.

Мы с Русланом одновременно кивнули, и он ушёл.

– Кафешка точно в Лялькином стиле, ей такие нравятся, – улыбнулся я. – Может, она где-то недалеко номер в гостинице снимает, нужно будет проверить.

– Возможно, – пожал плечами Руслан, потягивая кофе. Через некоторое время официант принёс наш заказ.

Когда мы уже почти доели наш завтрак, к столику подошёл седовласый мужик с улыбкой на морщинистом лице.

– Доброе утро, мне сказали, вы хотели со мной переговорить? – вымолвил подошедший мужик, с деловитым видом оглядывая нас.

– Доброе утро, присаживайтесь, – указал я на свободный стул. – Вас, я так понимаю, Виктор Степанович зовут, я Максим, это мой друг Руслан, у меня жена пропала несколько дней назад, наша общая знакомая сказала, что видела её в вашем кафе вчера, ваш персонал по её фото ничего сказать не смог, хотели попросить вас взглянуть на видеозаписи с камер, само собой, отблагодарим за помощь.

– Я бы с радостью вам посодействовал, но, к сожалению, ничем не могу вам помочь. – Он широко развёл руки в стороны. – Три дня назад на территории клуба полетели сервера, камеры не работают все эти дни. Вызвали специалиста, но он должен приехать только сегодня. Если наш персонал её не узнал, значит, она не из нашего клуба. Может, вам стоит поспрашивать на набережной в кафе, может, кто-то её видел и запомнил.

– Понятно, – задумчиво протянул я, – спасибо. Мы пожали ему руку и попрощались.

– Ну что, Макс, идём прогуляемся по набережной? – отодвигая кресло и приподнимаясь, проговорил Руслан.

– Да, только запроси сначала своих безопасников, пусть проверят все записи камер в городе и с особым вниманием набережную, – следуя его примеру, попросил я.

– Уже запросил, уже шуршат, но пока ничего, – ответил Руслан, подход к выходу.

– Серафима не могла её с кем-то перепутать? – спросил я, идя рядом с ним.

– Исключено, она к ней подходила, общалась, Ляля ей сказала, что она к маме приезжала и решила на море заскочить, а затем хлыщ какой-то подошел, в щёчку Лялю чмокнул, ну, Серафима стушевалась и ушла, – смущённо сказал Руслан, наблюдая за моей реакцией.

– Ну да, у неё мама в трёх часах отсюда живёт, она там машину и телефон оставила, – задумчиво произнес я, представляя, как сворачиваю шею этому хлыщу.

Мы обошли все кафе и гостиницы, но нигде никто её не видел, в гостиницу пришли уже поздним вечером, сели на первом этаже в кафе, как раз Вадик выспавшийся спустился к нам. Уже когда заканчивали ужинать, Руслану на телефон пришло видео с камеры на набережной – Ляля сидит на скамейке, ест мороженое.

– Пишут, что это единственная камера, на которой она засветилась, – просматривая видео, заметил Руслан.

– Перекинь мне, – попросил я.

Руслан скидывает мне видео, и одновременно с этим приходит видео с неизвестного номера. Я открываю его, и сердце холодеет, руки вспотели и затряслись.

– Макс, что с тобой? Ты как полотно побледнел! – вскрикнул Руслан, взглянув на меня.

А я как завороженный смотрю видео, где моя Лялечка спит на белых простынях в одних белых трусиках, и по попке её гладит мужская ладонь, поддевая края большим пальцем, а в наушнике раздаётся голос с хрипотцой: «Какая же сладкая девочка Лялечка… интересно, она громко стонет? В скором времени узнаю… Ну что, Макс, поиграем?» – и видео прерывается. Меня словно опустили головой под воду, я не могу сделать вдох.

– Макс, ты меня слышишь вообще? – Руслан начинает трясти меня за плечо.

– Русь, она у какого-то маньяка! – буквально прокричал я, слыша шум крови в ушах.

– Что за бред!

Я протягиваю трясущейся рукой ему телефон с наушником, и глаза у Руслана округляются.

4

Ляля

Пока стояли на рейде, Алекс радовал меня своими кулинарными шедеврами, видимо, из-за пережитого стресса мой организм впал в спячку, эти сутки прошли мимо меня, я их просто проспала, и голова как в тумане, может, это морская болезнь какая-то? Как только мы пришвартовались, я сошла на берег и пошла прогуляться по набережной, меня догнал Алекс и взял за руку:

– Лялечка, ты куда?

– Прогуляться, а то у меня, кажется, морская болезнь началась, – грустно улыбнулась я, – постоянно в сон клонит и голова мутная.

– Можно я составлю тебе компанию? – обаятельно улыбнулся Алекс, обнимая меня за талию.

– Можно. – Я пожала плечами.

Алекс взял мою руку в свою и стал большим пальцем выводить круги на моей ладони.

– Здесь звёзды такие яркие и небо ясное, кажется, можно протянуть руку и дотронуться.

– Самая яркая звезда сейчас идёт рядом со мной. – Алекс наклонился и поцеловал меня в висок, по коже пробежали мурашки, хотелось его одёрнуть и остановить, но было так уютно и спокойно, что я побоялась нарушить это спокойствие. – Здесь есть очень уютное кафе, где готовят лучший тирамису, давай сходим?

– Давай, Алекс, только у меня просьба: я хочу, чтобы мы ушли из этого города завтра утром.

– Ты же хотела два дня? Изменились планы?

– Да.

– Без проблем, – сказал он, расплывшись в улыбке, – а в остальных городах?

Я задумалась, прикусив изнутри щеку.

– До границы будем останавливаться только на ночёвку, – непроизвольно прикусив нижнюю губу, сказала я, – это же возможно?

– При условии, что ты сегодня со мной выпьешь вина, – сверкнув глазами, ответил Алекс.

–  Видимо, у меня нет выхода, придется согласиться, – прицокнув языком, ответила я, скромно улыбаясь.

Дойдя до кафе, мы заказали себе горячий шоколад и расхваленное капитаном тирамису. На террасе кафе лёгкий тёплый ветерок окутывал словно шелком, десерт был действительно восхитительным. Когда мы вернулись на яхту, Алекс налил вина, на столе стояла тарелка с виноградом, он достал сырную нарезку из холодильника и мёд.

– За восхитительный вечер, – сказал Алекс протягивая мне бокал вина. – Лялечка, а ты сама умеешь водить яхту?

– Права есть, отучилась, но за штурвалом была только с инструктором, – ответила я, улыбнувшись одними уголками губ. – Практики самостоятельного вождения у меня, можно сказать, не было.

–  Я бы мог тебе помочь попрактиковаться, – сказал он, накалывая кусочек сыра на шпажку. Он обмакнул его в меду и поднёс к моим губам: – Открой ротик.

Он провёл сыром по моим губам, оставляя липкий след от мёда, я рефлекторно облизала губы и забрала зубами кусочек сыра, Алекс, который всё это время неотрывно смотрел на мои губы, нервно сглотнул и прикусил нижнюю губу. Я почувствовала, что краснею. Опустила взгляд, развернулась и вышла на открытую палубу, облокотилась на поручень, посмотрела вдаль на спящий город и глубоко прерывисто выдохнула. Спустя пару минут вышел Алекс, встал позади меня и плотно прижался могучим торсом, ухватившись за поручень по бокам от меня, он зарылся лицом в мои волосы и глубоко вдохнул, прошёлся поцелуями по моим волосам до самого уха, прикусил мочку зубами и, поцеловав, прошептал с хрипотцой в голосе:

–  Лялечка, какая же ты сладкая девочка.

По моему телу побежали мурашки, я словно в дурмане откинула голову ему на плечо, он обнял меня за талию и стал медленно поглаживать, обводя рельефы моего тела, осыпая поцелуями мою шею и лицо. Резкий гудок приближающегося судна разрезал воздух и вытолкнул меня из этого блаженного дурмана, я мягко оттолкнула Алекса и, пожелав спокойной ночи, быстрым шагом удалилась к себе в каюту. Сердце колотилось так громко и быстро, что мне казалось, в этой ночной тишине его слышно за сто вёрст. Зайдя в каюту, я трясущимися руками закрыла замок и, прислонившись спиной к двери, постаралась привести своё дыхание в порядок. Оттолкнувшись от двери, я сняла с себя все вещи, прошла в душ и стала под струи прохладной воды; моё разгорячённое тело вздрогнуло, я сделала глубокий вдох и нервно прерывисто выдохнула. Господи, что это только что было? – пронеслось в моей голове, он меня словно загипнотизировал и парализовал, погружая медленно в блаженную негу, мой разум отключился, и если бы не этот гудок… я боюсь представить, чем всё это могло закончиться сегодня вечером. Выйдя из душа, я подсушила волосы полотенцем, надела трусики и легла в кровать. Сон никак не шёл, раз за разом, словно в круговороте, всплывала вечерняя сцена с Алексом, вытесняя любые другие мысли, не давая им прокрасться на подкорку моего мозга, в сон я погрузилась в нежном блаженстве, окутавшим тело, как воздушное покрывало, сотканное из молекул страсти.

Проснулась утром от лучей яркого солнца, заливающих светом каюту, яхту качало на волнах. Умывшись и почистив зубы, накинула халатик и поднялась на верхнюю палубу сделать себе кофе.

–  Доброе утро, проснулась? Там на столе тарелка с сырниками, ещё тёплые, поешь, – сказал Алекс из-за штурвала.

–  Доброе утро, мы давно отчалили?

–  В девять утра. – Он посмотрел на часы. – Только два часа в пути.

Я налила себе кофе, села на диван. Попивая кофе и поедая сырники со сметаной, я из-под опущенных ресниц наблюдала за Алексом. Он был в белой майке, которая плотно облегала его тело словно вторая кожа и контрастно оттеняла его загорелую кожу, мышцы играли при каждом его движении, его чёрные волосы идеально лежали, словно над его прической только что потрудился стилист, его греческий профиль с чётко очерченными бровями правильной формы притягивал к себе взгляд. Никогда раньше не встречала таких красивых мужчин, даже на расстоянии от его вида замирало сердце и сбивалось дыхание. Он обернулся ко мне, и его глаза возбуждённо сверкнули; я как заворожённая в очередной раз погрузилась в эту пучину чёрных глаз.

– Лялечка, так как насчёт практики за штурвалом? – Уголки губ приподнялись в подобии улыбки.

–  Я только «за», но сначала мне надо сходить переодеться.

– Зачем? – Его правая бровь взлетела вверх. – Здесь, кроме нас, никого нет, и тебе очень идёт этот халатик, иди ко мне.

Я пыталась проскользнуть мимо, чтобы спуститься в каюту, но Алекс ловко поймал меня за руку и притянул к себе.

Усадил меня к себе на колени и приобнял за талию, а второй рукой взял мою правую руку, поглаживая большим пальцем мою ладонь, поднёс руку к своим губам и поцеловал пальчики. По месту, где он прошёлся губами, ударила тысяча электрических разрядов, моё сердце забилось в бешеном ритме, а затем он положил мою руку на штурвал.

– Теперь ты капитан, – с улыбкой сказал он, – не забывай следить за приборами.

Алекс переложил свою руку ко мне на коленку и стал поглаживать меня по ноге, при этом осыпая поцелуями мою шею, по телу побежали стаи мурашек, скапливаясь в животе и превращаясь в порхающих бабочек, сердце набирало обороты, по телу разлилось тепло, я попробовала убрать его руку, он ловко перехватил её своей, ухватил меня за ладонь и прижал её к моему животу.

– Не отвлекайся, – прошептал с хрипотцой, улыбнувшись мне в шею, – следи за дорогой.

– Ты меня отвлекаешь, – прерывисто выдохнула я.

– Учись не реагировать на посторонние факторы, – прикусив мочку уха, сквозь зубы ответил он. – Здесь недалеко есть тихая заводь, там всегда тёплая вода, давай зайдём поплавать?

–  Угу, – ответила я, не в силах произнести ни слова, потому что его рука приблизилась к краю халатика, прокралась под него и поглаживала внутреннюю сторону моего бедра.

Он прошелся по краю трусиков пальцем, мои чувственные точки затрепетали и стали пульсировать.

–  Алекс!

–  Не отвлекайся, – хрипло прошептал он, целуя моё оголённое плечо; рука которая меня обнимала, медленно поползла вверх, нырнула под халат и стала поглаживать грудь, мои соски затвердели, как маленькие камушки, с моих губ сорвался еле слышный стон, Алекс крепче прижал меня к себе, я почувствовала, как мне в бедро упёрлось что-то твёрдое. – Здесь сейчас держись правее.

Он взялся за штурвал, продолжая ласкать грудь левой рукой.

–  Здесь показывает глубину, ты можешь видеть подводные неровности и траекторию движения. – У меня в голове была вата, а по телу пробегали разряды возбуждения, у меня никак не получалось сконцентрироваться и понять, что он мне говорит. – Видишь, уже можно бросить якорь.

Алекс заглушил мотор, и нажатием кнопки мы сбросили якорь и стали на рейд.

–  Идём купаться? – поцеловав меня в волосы и поправив халатик, спросил он.

–  Да… только купальник надену… – ответила я, стараясь ровно дышать, быстро вставая и направляясь в каюту.

Закрыв двери каюты, я сделала глубокий вдох-выдох, Ляля, что ты творишь? По-хорошему надо было оттолкнуть Алекса, но я растаяла, как мороженое, в его руках и растеклась лужицей у его ног, мне совершенно не хотелось, чтобы он останавливался, никогда в жизни не испытывала ничего подобного! Моё сердце было готово выпрыгнуть из груди, я покрылась мурашками, по телу разлилось небывалое тепло и скопилось внизу живота, пуская импульсы возбуждения по всему телу, я была готова отдаться прямо на капитанском кресле! Да уж, охладить свой пыл в воде явно не помешает, размышляла я, надевая купальник. В дверь тихонько постучали.

–  Лялечка, у тебя всё в порядке? – раздался из-за двери голос Алекса.

–  Да, уже выхожу, – ответила я, открывая дверь.

–  Идём.

Алекс ухватил меня за запястье и потянул к плавательной платформе, подхватил на руки и вместе со мной прыгнул в воду.

Я ушла под воду, всё тело кольнула прохлада, а затем меня окутало теплом, словно это было парное молоко. Я вынырнула, огляделась по сторонам. Спустя пару секунд я увидела Алекса в паре метров от меня, он провёл рукой по голове, отбрасывая волосы с лица, весь в каплях воды, он выглядел ещё красивее – ну и как мне сопротивляться ему? Когда мне самой хочется на него наброситься! Я нырнула, затем всплыла и, раскинув руки, легла на воду, наслаждаясь солнцем и тёплой морской водой. Рядом послышался всплеск, я посмотрела в ту сторону – ко мне подплыл Алекс, ухватил меня за лодыжку и потянул на себя, усадил меня к себе на талию, придерживая за попку одной рукой, а второй обнял меня за спину, притягивая к себе.

–  Попалась, русалка, – дерзко улыбнулся Алекс, – теперь никуда тебя не отпущу.

Мы были так плотно прижаты друг к другу, что между нами не поместился бы и лист бумаги, наши губы находились в сантиметре друг от друга.

–  Ляля, ты меня с ума сводишь, – сказал он мне и прерывисто выдохнул, затем приблизился ещё ближе, ухватил меня за нижнюю губу, слегка прикусил, затем прошёлся языком, зализывая укус.

Раздвинув мои губы языком, он ворвался, словно ураган, сметая всё на своём пути, стал покусывать и целовать сначала верхнюю, затем нижнюю губу, затянул мой язык к себе в рот, посасывая его, как леденец, играя с ним своим языком, я закинула свои руки ему на плечи и зарылась пальцами в его волосы, ответила на поцелуй, и наши языки закружились в ритме бешеного танца, Алекс поглаживал мою попку, поддевая пальцем мои бикини, тысячи микроволн пронзали моё тело, скапливаясь в низу живота в тугой узел, готовый взорваться в любой момент. Он прошёлся пальцами по моим потаённым складочкам и стал ласкать нежно и томительно, моё тело выгнулось дугой в его руках, с моих губ сорвался тихий стон, подхваченный его губами.

– Лялечка… маленькая моя… какая же ты сладкая, словно нектар… – прошептал Алекс мне в губы хрипло и прерывисто. – Я хочу тебя, малышка…

Я буквально задыхалась от нехватки кислорода, но не могла остановиться, отдавая себя всю без остатка. Я услышала громкие всплески воды и резко вырвалась из дурмана, окутавшего мой разум и тело, отстранилась от Алекса, тяжело дыша.

–  Тс… Ляля, это дельфины. – Повернув меня к себе спиной, Алекс указал рукой на проплывающий косяк дельфинов.

Он, тяжело дыша, улыбнулся мне в волосы.

–  Какая красота! Впервые вижу так близко дельфинов! – с придыханием воскликнула я.

–  Давай попробуем подплыть поближе?

–  Алекс, я боюсь, не надо, давай лучше вернёмся на яхту.

–  Трусиха, – озорно улыбаясь, прошептал он.

Поднявшись по трапу на платформу, я вытерлась полотенцем и, накинув купальный халатик, направилась загорать на флайбридж. Всё тело зудело от неудовлетворённой жажды – да уж, так и согрешить недолго! Не могу понять, что со мной происходит, рядом с ним я неспособна контролировать ни себя, ни своё тело! Оно словно начинает жить своей жизнью, разум отключается, и единственное, что остаётся, это необузданное желание, страсть, которые поглощают меня без остатка и лишают какой-либо силы воли; меня пугают и поглощают мои инстинкты, пробуждённые этим греческим богом, его прикосновения успокаивают и одновременно рождают во мне целый ураган эмоций и желаний.

Алекс поднялся ко мне, присел на край лежака и стал массировать мои ножки.

– Лялечка, идём дальше? Или продолжим с того места, на котором нас прервали? – прошептал он, целуя и покусывая меня за попку.

–  Идём, – стараясь сдержать стон, каким-то чужим голосом ответила я.

Он разочарованно вздохнул.

–  Слово богини для меня закон, – всё так же шёпотом сказал он, целуя меня в макушку, – через два часа будем в Крыму, заодно сходим там перекусить.

–  Хорошо.

5

Макс

Меня всего трясло, хотелось рвать и метать, хотелось разгромить всё вокруг. Что этот ублюдок собирается с ней сделать?! Где мне её искать?! Бедная моя девочка! Это я во всём виноват!

Руслан силой запихнул меня в машину:

– Успокойся, Макс, мы её найдём, сейчас отправимся к Диме-фээсбэшнику, он наверняка сможет нам помочь!

–  Русь, как мне успокоиться, когда моя девочка в руках какого-то психа! – Я упёрся головой в водительское сидение, схватившись за виски.

–  Паникой делу не поможешь, нужно мыслить трезво, она есть на записи, наверняка их кто-то видел.

–  Русь, на одной! Только на одной камере из всех камер этого грёбаного городка! И ни одна живая душа её не видела!

–  Ну не могла же она сквозь землю провалиться! Найдём.

–  Вдруг он ей причинит боль либо изнасилует?!

–  Макс, ты сейчас ведёшь себя как истеричка и сам себя накручиваешь! Угомони свои таланты!

–  Может, на самолёт, будет быстрее.

–  Нет, ближайший рейс только в пять утра, мы к этому моменту уже на машине доберёмся.

–  Когда ты успел это узнать?

–  Пока расплачивался за сломанную тобой мебель в ресторане и возмещал причинённый моральный ущерб, – фыркнул Руслан, отворачиваясь к окну.

–  Прости.

–  Да ничего, пацана, в которого ты стул запустил, жалко.

–  Я не хотел же в него попасть, это случайно вышло.

–  Да норм всё, держи себя в руках, иначе так и разориться недолго на одних только возмещениях ущерба.

–  Постараюсь.

–  И это мне сейчас говорит человек, который пытается лбом пробить сидение, – хмыкнул Руслан.

–  Чёрт, Русь тебя ещё на стёб хватает!

–  А что мне остаётся делать, когда у моего братишки крышу сорвало?

–  Да не сорвало у меня ничего, может, только немного, – сказал я, откинувшись на спинку сиденья.

Вадик гнал, выжимая из машины максимум, остаток дороги прошёл в молчании, прибыли в половину пятого утра, до девяти утра я, как тигр в клетке, метался по офису, не находя себе места, Руслан дремал в кресле, в девять утра прибыл Дима, мы описали ему ситуацию, показав видео из парка и запись, которую прислал мне этот псих.

–  Ну, что я могу сказать, – задумавшись, протянул Дима, – подать официально в розыск не получится, нет доказательной базы, но неофициально по своим каналам я клич кину, если она где-то засветится, мне сообщат; есть один следак хороший, может, поможет, я как с ним переговорю, сообщу результат, но это, к сожалению, пока единственное, чем могу вам помочь. Макс, тебе его голос точно незнаком? Может, кто из конкурентов?

–  Нет.

–  Жаль. Узнать бы, как он выглядит, возможно, помогло бы прояснить картину, – сказал Дима, закуривая очередную сигарету.

–  Серафима видела её в этом кафе с каким-то парнем, это, конечно, неточно, но, возможно, это он и есть.

–  Дай ей мой номер телефона, попробуем с ней составить фоторобот.

–  Хорошо.

–  Мне пора, ребята, как будут новости, я вам сообщу, так что на связи.

–  Спасибо.

–  Да пока не за что.

Распрощавшись с Димой, набрал Серафиму, попросил помочь составить фоторобот парня из кафе, в подробности вдаваться не стал, хотя слышалось по ней, что её прям подмывает устроить мне допрос с пристрастием, но тем не менее удержалась и согласилась помочь.

–  Макс, езжай домой, приведи себя в порядок и поспи.

–  Я здесь себя в порядок приведу, у меня для этого все условия в офисе есть, я лучше поработаю.

–  Только без глупостей, держи меня в курсе, если что – звони, я приеду.

Проводив Руслана, принял душ, переоделся в чистое и, включив комп, сел работать.

6

Ляля

Придя в Крым, заказали ужин на яхту – после ситуации с Серафимой спускаться на берег и где-то гулять у меня желания не было, а Алекс ни на чем и не настаивал, он вообще быстро поел и ушел по своим делам. Оставшись одна, я решила созвониться с Аськой и мамой, стала искать телефон; помню, что последний раз я с Аськой общалась и оставляла его на диване. Разобрала весь диван, но нигде я его не нашла, обыскала всю свою каюту, всю верхнюю палубу, весь флайбридж, хотя я не помню, чтобы я сюда с ним поднималась; к двум часам ночи я без сил упала на диван и задумчиво уставилась в потолок. Куда я его могла деть? Не помню, хоть ты тресни, куда я его с дивана убрала!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.