Екатерина Матвеева
Вампирский детектив "Пиявка"

I Побег

В тоскливой атмосфере бара с потускневшими на вывеске буквами, сложенными в приятное слово «Отдохни», любой посетитель, задержавшись хотя бы на каких несколько минут, может отдохнуть, но позабыть лишь о таких вещах, как жизнерадостность, оптимизм и яркие краски жизни. Низко свисающие светильники с плафонами зеленого цвета делают все возможное для глаз, чтобы те как следует отвыкли от света и очень скупо, словно нехотя, пропускали его сквозь себя. Бар в своей прошлой и уже всеми забытой жизни имел статус семейного кафе, но затем сменил облик, подстраиваясь под новых посетителей старшего возраста, которых мало интересовали лимонад и мороженое. Только приглядевшись, можно увидеть остатки того доброго и наивного, что в нем было раньше. На серых, наскоро покрашенных стенах местами висят картинки с сюжетами из детских сказок. Когда-то они хорошо подходили к прежней яркой обстановке и создавали атмосферу и уют, теперь же выглядят весьма странно и неуместно. Но из посетителей никто не совершенно не обращал внимания на этот контраст, да и освещение делало изображения незаметными, соединяя их в единую тусклую картину.

На одном из трех потрескавшихся белых подоконников сидит маленький серый плюшевый медвежонок. Он смиренно следит за окружающей обстановкой своими застывшими глазами из черного пластика. Былая суета, отражаясь на блестящей поверхности его глаз и не имея возможности проникнуть внутрь, была вынуждена исчезать мгновенно, не оставляя в нем никаких воспоминаний. Наверное, поэтому у мишки все такой же искренний взгляд, а вот пыль беднягу не пощадила и плотным слоем улеглась на его мохнатую голову и плечи. Рядом с ним давно стоят две бутылки из-под пива, оставленные безответственными посетителями, которые посчитали, что расстояние в несколько шагов до ближайшего столика для них будет слишком утомительным мероприятием.

Несмотря на то, что час уже был послеобеденный, в баре находился только один клиент, глубоко погруженный в размышления. Сначала он сидел в тишине, но затем стал ритмично стучать ногой под столом. Его наружность выдавала в нем представителя высшего звена из цепочки коллектива, которую он представлял. В темно-карих глазах замерла мысль, и взгляд его устремился в центр стола, за которым он сидел. Скрип отворившейся двери и последовавшие за этим шаги разбавили монотонность его пребывания.

− Ну что? Не нашли?  –  своим обычным спокойным тоном задал вопрос Борис севшему рядом мужчине.  После сделал глоток из непозволительно долго задержавшегося в руке бокала. Интервал для спиртных напитков, предназначенный для непрерывного поддержания тела и разума в расслабленном состоянии, давно был нарушен его задумчивостью.

       − Ты был как всегда прав, что не утруждал себя поисками. По тому адресу никого не было. Это бесполезно. Пока сам не объявится или не совершит нападение, мы его не найдем, ─ сказал собеседник расстроенным и уставшим голосом.

− Послушай, мы должны выловить их всех любым путем, чтобы в городе опять установилась тишина и никто не боялся поодиночке ходить вечерами по улице. Хватит нам событий трехнедельной давности, − сказал Борис уже более строгим голосом и манерно покрутил свой любимый стеклянный предмет посуды, а затем последним глотком завершил свою встречу с виски в этом баре.

− Я понимаю, но не знаю, как это осуществить.

      − Руслан, я искренне надеюсь, что ты не станешь худшим работником месяца. Сам же знаешь, что тогда ждет. И помочь я тебе не смогу. Правила есть правила.

− Слава Всевышнему, кто бы он там ни был в настоящий момент, что  у нас в штате есть Арсений. С ним сложно соревноваться и уж тем более обойти его,− на лице Руслана появилась непроизвольная ухмылка, но он тут же приложил усилия по ее устранению.

Борис задумался немного, но все же отставил свой пустой бокал вместе с промелькнувшей мыслью о еще одной порции спиртного. Приподнялся, взял со спинки стула смиренно покоящийся плащ, стряхнул с него еще не высохшие редкие капли, оставленные дождем, и пристально и холодно посмотрел на Руслана:

─ Я бы не был так уверен на твоем месте.

Бар целый день скучал с малочисленными гостями в тишине, и сейчас его единственным посетителем остался Руслан. Слух о том, что проник непрошенный гость уже начал понемногу расходиться по городу. Обычно такие слухи стремительно разгоняются и через несколько дней уже мчатся с огромной скоростью.  Очередную атаку в этот раз отбили легко и оттеснили нападавших на их законную территорию, но один нелегал ускользнул и оставался в пределах города, в котором ему были не рады.

Руслан не мог себе позволить долго находиться в этом хоть и очень приятном для него месте, надо было вернуться в участок. Рабочий день подходил к концу, но обязанности по наведению порядка на улицах города нескромным образом требовали себе все личное время таких ответственных работников, каким являлся Руслан.

 Владелец бара молча подошел с полной рюмкой абсента и двумя дольками лимона в блюдце. Руслан, так же сохраняя тишину, взял рюмку, выпил ее содержимое, съел лимон и покинул заведение. В свое время Руслан оказал неоценимую помощь этому курьеру по доставке алкоголя до жаждущего выпить рта, и тот поклялся каждый раз, когда он посетит его бар, наливать ему бесплатно по сто грамм самого крепкого алкоголя, который был у него в распоряжении. И такая немая сцена разыгрывалась каждый раз при их встрече, не требуя дополнительных словесных сопровождений, и лишь незнакомцу могла бы показаться странной.

 Осенний день был вынужден сдать свою смену вечеру раньше времени из-за совершенно бесполезной и не заслуживающей называться дождем мелкой мороси, нагло набрасывающейся на лицо и одежду.

Руслан быстро дошел до участка и с порога услышал веселый голос Арсения, который без устали делился своими никогда не относящимися к делу, абсолютно бестолковыми рассказами, пребывая как обычно в бодром и  воодушевленном настроении.

− А еще в том сериале у вампиров глаза наливались кровью при одном только запахе…

− Интересно тебе смотреть эти вампирские сериалы? Ты же сам прекрасно знаешь, что на самом деле в жизни такого нет, ─ перебил, смеясь, молодой высокий парень Геннадий.

− Не так… Оттого еще смешнее. Для меня любой вампирский сериал – это сразу комедия, но так затягивает… Интрига в сюжете, умеют же завернуть, что не оторваться. И сам знаю, что ерунда, а перестать смотреть не могу, − Арсений снизил громкость своего голоса до чуть слышного.

«Вот дурак, ─ подумал мимо проходивший Руслан, − кто вообще его слушает, только время тратят попусту».

Борис вышел из кабинета, на двери которого было отпечатано большими буквами его имя, и направился к коллегам, большинство из которых улыбалось, столпившись возле стола Геннадия. Стертые полосы на серых плитках, образовавшиеся от ножек стула, выдавали несдержанный и резкий характер того, кто здесь сидел. В руках  Борис держал лист бумаги с написанными от руки фамилиями.

− Эй, Арсений, собирайся с Русланом на обход, стемнеет через час еще больше, ─ строго прозвучал голос Бориса, разом завершив все звучащие беседы в кабинете, который, надо сказать, был весьма просторным, но и голос Бориса прозвучал очень внушительно, в соответствии с обликом и характером своего владельца. Руслан вздрогнул от прозвучавших слов, в какой-то степени они  ему даже показались неправдоподобными.

− Только не со мной, что мало народу? Может, есть еще те, кому повезло и чудом удалось пропустить пересказ 20 серий той вампирской чуши, что он постоянно смотрит? А может, даже есть такие, кому нравится. Ну может же быть, по идее, и такое… ─ подошел поближе Руслан к Борису с вопросительным выражением лица. − Давай я с Геной пойду, он, конечно, тоже со своими причудами, не без этого, но куда приятнее будет с ним провести время.

− Ты идешь вместе с Арсением, ─ произнес Борис, настойчиво глядя Руслану прямо в глаза.

− Ты меня так наказываешь? Но это не я упустил вчера того упыря, − и на пристальный и раздраженный взгляд Бориса добавил: − Ну в смысле не я один, а ты наказываешь только меня.

Борис не имел привычки повторять свои распоряжения и тем более многократно. Это был тот редкий случай, когда обычно часто звучавшая и настолько же редко исполняемая фраза «дважды повторять не буду» действительно им соблюдалась. Никто в помещении, да и во всем трехэтажном здании не посмел бы перечить ему и переспрашивать, даже если бы действительно не расслышал что-то или не понял его слов вовсе.  Но Руслан и здесь был на особом счету. Борис же продолжил властным голосом распределять пары для дежурства и обхода по городу на приближающийся вечер.

Пребывая все еще в веселом настроении, Арсений,  улыбаясь, легкой, иногда даже переходящей в развязную походкой подошел к Руслану.

      − Ну что, идем? Я же с тобой.

─ Видимо, да, − обреченно вздохнул Руслан, но все равно стал ждать конца списка, который был в руках Бориса, с надеждой, что кому-нибудь, может, не хватит пары, и он-то тут не растеряется. Но чудо не произошло.

Обход предвещал быть одинаково долгим и нудным как для Руслана, так и для Арсения именно из-за выпавшего им жребия идти вместе, так хладнокровно брошенного по прихоти Бориса.

Несколько лет назад мир перевернулся в результате неизвестного заболевания и, как следствие, появления так называемых «вампиров». Невидимый для человеческого взгляда вирус, в отличие от своего размера, всемогущий и разрушительный. Как при таком весе можно иметь такую силу? С таким войском невозможно бороться. Общество людей все еще отставало по развитию от вирусов и не было так совершенно. Оно не смогло столь быстро адаптироваться, как они. Хитрый, приспосабливающийся к разным условиям враг одолел человечество. Непонятно, доволен ли он своей победой или предпримет дальнейшие неожиданные шаги.  Человек, живущий в комфортных условиях, потерял чувство опасности и сдался недругу в собственном жилище, не имея возможности полноценно бороться и не зная о средстве, которое могло бы уничтожить соперника. Вирус не боялся ни чужого богатства, ни влияния и власти, ни оружия. Не было дверей и замков, которые способны были задержать и остановить его.

Так и не удалось выявить закономерность среди людей, подверженных заболеванию. Но вдруг обычным переболевшим мужчинам и женщинам всех возрастов потребовалось употребление крови для дальнейшего выживания. Дело усложнялось еще и тем, что кровь требовалась исключительно человеческая, поначалу всего только раз в неделю. Но при невозможности ее получения или промедлении хотя бы на час на человека нападала сильнейшая жажда. Ученые, склонные присваивать всему сложные имена, естественно, назвали все это со свойственной им мудреностью, но у общества путь до «вампира» был очень короток и неизбежен. Вампиры не приобрели особенных отличий, лишь стали немного сильнее и выносливее, но этот процесс еще полностью не изучен до сих пор. В какой-то момент дело дошло до полномасштабной войны между людьми и вампирами. И пока не произошло полного истребления одной из сторон или всех сразу, решено было разделить территорию на мелкие части и продолжать жить по-отдельности. Но были несогласные, и они не могли смириться с решением судьбы и властей, а те одинаково не спрашивали ни у кого мнения и решили все единолично. Многие от ненависти или личной мести периодически совершали нападения.

 Мелкая моросящая сыпь покрывала одежду и делала ее неприятнее и тяжелее. Руслан отер тыльной стороной ладони свое лицо, смахивая скопившиеся капли.

─ Вот гадость, − произнес он с неприязнью.

Лишь падающий от фонаря свет мог обличать этого преступника и показывать того, кто же виноват в такой неприятной мокроте. Окна множеством холодных огромных глаз с двух сторон следили за прохожими, мирно шедшими по тротуару. В большинстве окон горел свет, но когда владелец по каким-то причинам гасил его, то оно забирало с собой и часть уличного освещения, оставляя в этом месте тоску и грусть.

─ А мы точно всех проверили? – заговорил Арсений. – Может, кого-то пропустили и среди нас есть чужаки?

− Да, всех.

─ И что…?

─ И то!

─ Отлично, мне нравится с тобой разговаривать, ты мне напоминаешь мою тетю Полю.

─ Не думал, что смогу  испытывать симпатию к тому, кого не знаю, но похоже твоя тетя мне нравится больше, чем ты. Помолчи лучше.

Пришло время для одного из тех нагоняющих тоску вечеров, которые зарождают в сердце тревогу, и она начинает нашептывать, что обязательно должно произойти что-то нехорошее. Холод улицы бесцеремонно стучался, и как бы каждый не сопротивлялся и не хотел открывать, но он в итоге заползал внутрь и располагался там хозяином, сжимая душу, диктуя настроение и властно, совершенно эгоистично подчиняя себе мысли и чувства.

Ветер заставлял все вокруг терять спокойствие и двигаться против своей воли в неловком танце, клонясь то назад, то вперед, под неприятную, завывающую музыку собственного исполнения. Повинуясь ему, все вокруг превратилось в один сплошной музыкальный инструмент, на котором он играет, когда и сколько захочет. А, увлекаясь и теряя меру, в разгар своего буйства может и безжалостно сломать пару деталек. Небо владело главными пазлами, оно и придавало эту серую, безнадежную краску всей картине. Без него ничего бы не вышло.

Обрывок черного пакета или пленки зацепился за сук дерева и трепыхался без остановки, словно какая-то птица застряла в ветвях и не находит силы вырваться.

─ Чем ты раньше занимался? ─ сухо спросил Руслан, не демонстрируя особого интереса к своему же вопросу, осматриваясь по сторонам и прислушиваясь к тишине.

─ Я удивлен! Тебе стала интересна моя жизнь? – спросил Арсений, повернувшись к Руслану и пытаясь быстро по лицу угадать его настроение.

      ─ Просто хочу понять, почему ты такой тупой. Почему не развился с годами, как остальные.

Руслан проговорил все очень спокойно и достаточно отстраненно, как и ранее. Он никогда не рассматривал свои речи на предмет содержания в них обидного или оскорбительного материала, да ему и было совершенно все равно, какой след они оставят в душе собеседника. Он ненавидел врать, притворяться, недоговаривать и подобное, что можно красиво замаскировать под этими понятиями и, как следствие, не утяжелял свою совесть.  Его отношения с окружающими никак нельзя было назвать легкими. Руслан говорил всегда искренне, поэтому не испытывал смущения и сожаления за сказанное и никогда не стал бы, если бы от него потребовали, извиняться за свои слова. Арсений, однако же, сделал недовольное лицо и наморщил лоб:

      ─ А я вот теперь не стану отвечать.

─ И не надо, вот и  выполнишь мою просьбу о том,  чтобы  помолчать.

Тишина стала заполнять бездонную емкость темной улицы, и вокруг стало еще мрачнее, только собственные шаги разбавляли нависшую зловещую и очень сильно давящую атмосферу, лишь делая ее немного разнообразнее, но никак не побеждая и даже нисколько не борясь с ней.

Страхи воплощались в тени и мелькали за спиной. Неуловимые и насмехающиеся, они прятались за деревья, дома и разные здания по пути. Наглые, они точно знали, что уйдут безнаказанно за свое преследование и никогда не будут пойманы.

Отсутствие прохожих присоединило к тоске еще и чувство одиночества. А такого душа Арсения уже вынести не могла. В подобные моменты ему становилось нестерпимо плохо, что даже разные обиды и гордость прятались далеко и не обнаруживали себя, сидя очень смирно. Как только все, что мешало дальнейшему их разговору, забилось по разным углам души его, то прерывание тишины стало уже неизбежным.

─ Почему бы им не успокоиться? Да, они теперь такие вот и отличаются от нас, но мы оставили, несмотря ни на что, их в живых, хоть за нами и была численность. Чего они все лезут к нам? Как ты думаешь, возможно, чтобы мы когда-нибудь смогли жить снова все вместе, как раньше?

Хотя Руслан и не был склонен к общению в данный момент, но и настроен уже был не так скептически. Он ответил:

─ Если такое и произойдет через годы, то будет очень много столкновений и жертв, сложно мириться и относиться на равных к тому, кто от тебя отличается и кого ты не можешь понять. Добрый не понимает злого, бедный богатого, низкий высокого… и наоборот. Даже такие мелкие отличия вызывают разногласия, а тут такое…

Темные волосы Руслана и светло−русые Арсения покрылись мелкими каплями. Несмотря на капризы погоды, которая меняла свое настроение очень часто, головные уборы еще никто не носил. А Руслан и вовсе никогда не оберегал свою голову от мороза. Руки пользовались большей заботой и уже были в перчатках, как и шея, укутанная в черный шарф. Руслан прислушался и внимательно посмотрел на Арсения.

─ Ты зачем так делаешь?

─ Как? – искренне не понял Сеня.

─ Ну нагой так противно шаркаешь по асфальту? − скривился Руслан.

─ Не знаю, привычка, наверное, такая.

─ Впервые слышу. И когда эта привычка возникла? Полминуты назад? Конечно, сложно с такими серьезными привычками бороться.

Арсений стал смотреть на свои шаги и стараться наступать мягче и аккуратнее, не совсем понимая, что от него требуется.

─ Ты начал осваивать новую профессию? У нас катастрофическая нехватка кадров во всех областях, ты же сам знаешь, − строго прозвучал голос Руслана.

─ Нет еще, я вчера был занят.

─ Ты что-нибудь полезное делал?

─ Да, всю свою  музыку поделил по жанрам, весь вечер отдал, − сказал Арсений с некоторой долей гордости за проделанную работу.

      ─ Замечательно, когда будет угрожать опасность, то я буду спокоен, зная, что у Сени нет проблем с поиском подходящей песни в этот момент. Нам Арсений-ди-джей не нужен, а к врачу или криминалисту это тебя никак не приближает.

─ А ты зря так. Знаешь, когда под настроение хочешь послушать определенный жанр, а долго не можешь найти, это очень грустно, особенно, когда ты и так пребываешь в печали. У нас ведь нет интернета, телевидения, я даже не уверен, что у нас есть радио. У нас есть хотя бы радио?

      Но Руслан уже давно перестал слушать слова Арсения и просто шел, глядя по сторонам и пристально всматриваясь в темноту.

На пару минут тишина снова вернула свои прежние владения. Черный кот, истинный хозяин этой ночи, не спеша шел по тротуару по своим делам.  Его ничего не отвлекало на пути. Сравнительно небольшой, сравнительно беззащитный, но очень уверенный в себе и бесстрашный, он никого не боялся и ни на что не оборачивался. Капли собирались на его черной шерсти, но не могли попасть на тело. Он то отчетливо был виден, поблескивая мокрыми шерстинками, то местами сливался с темнотой и собственной тенью.

− Слушай, Руслан…

− Нет, все хватит, хоть что-то скажешь, сразу пожалеешь об этом, ─ в голосе Руслана слышалось раздражение, с промелькнувшими пару раз злыми интонациями.

− А знаешь, я подумал, что…

─ Нет, с меня довольно.

─ Это важно, − настаивал Арсений, смутившись от такой резкости со стороны коллеги, который не оставлял места для компромисса. Но у него не было времени ждать, когда его настойка из слов даст нужное брожение.

      ─ Я знаю, что для тебя важна всякая глупая ерунда и ты без нее жить не  можешь, но я это слушать не желаю.

Руслан серьезно относился к любой работе и обязанностям по ее  выполнению, а сложившиеся  препятствия его очень злили. Сейчас их было слишком много, и они охватывали обширную территорию во всех сферах.

            Полчаса еще их ноги отмеряли расстояние разных дорожек, а после  Арсений занервничал, поглядел на часы и решился все же сказать:

      ─ Мне надо отойти по делам, я договорился о встрече, когда не знал про обход, а после забыл предупредить, что не приду.

 Арсений жалостливо посмотрел на Руслана, словно провинившийся ребенок:

− Ты что мне не веришь?

─ Как такому не поверить? Как раз нисколько не удивлен. Иди, меня ты этим не огорчишь. Тем более остался всего час до прихода второй смены.

 Никто не знает, как и почему это произошло, но одной туманной и непроглядной ночью, когда в городе совсем облетели с деревьев листья, а пронизывающий холодный ветер проникал под одежду и добирался до костей, в бреду по улице брела, спотыкаясь, молодая девушка и дополняла песню ветра еще более ужасающей своей партией.

Несколько неравнодушных женщин, чьи сердца были захвачены этим воем, выбежали из своих домов, второпях накинув на плечи верхнюю одежду и обувшись на босу ногу. Девушка же и вовсе была только лишь в белой ночной рубашке, которая отражала свет ночных фонарей и натянулась вплотную на большом круглом животе.

Женщины, подбежав, одновременно вскрикнули, увидев дергающийся живот девушки с бившимся изнутри ребенком. Одна из женщин взяла себя в руки и стала вести девушку к дому, беспрерывно повторяя, что «все будет хорошо». Оставалось пару шагов до теплого помещения, как бедняга упала на колени на холодную твердую землю и от боли впилась зубами в попавшуюся ей в это время руку женщины. Через минуту и муки девушки, и крики женщины из-за неожиданной «благодарности» стихли, как и ребенок. Он мирно продолжил свою беззаботную жизнь, пребывая в полном спокойствии. Говорили, что на следующий день врач не заметил ничего подозрительного и остался доволен осмотром. Несмотря на весь ужас произошедшего, этому не придали большого значения. Но затем, когда «все началось», те, кто наблюдал за этой жуткой картиной или слышал о ней, считают, что она и стала началом напавшей на город неизвестной заразы.

                                                II Убийство

По дороге к своему рабочему столу Руслана с первых шагов удивил повышенный градус напряжения в кабинете. Обстановка была намного горячее, чем обычно в это раннее время. Все куда-то спешили, из-за чего царил хаос. Кабинет превратился в большой улей, правда, в отличие от пчел, похоже, не все знали, что именно надо делать и в чем заключается их роль в коллективе. Более опытные суетились также, только удерживая серьезность на лице, новенькие знали, что им простительно, и поэтому отдавались чувству тревоги сполна.

Борис, чей путь к выходу проходил как раз в непосредственной близости от Руслана, коротко ему сказал:

─ Надо спешить.

Руслану не нужны были лишние слова с пояснениями, и он тут же последовал за всеми. Он сам был скуп на мелкие подробности и не требовал их от остальных. Все четко и понятно, как он и любил. На лестнице Руслану встретился как обычно никуда не торопящейся Арсений, он рассматривал пуговицу на рукаве своей куртки и, как показалось Руслану, зевал.

      ─ Кого-то нашли, надо идти, − быстро и тихо сказал Руслан.

      ─ Уже? – удивился и как будто бы расстроился Арсений. − Так быстро?

─ По-разному происходит, бывает, что и быстро находят.

 Через полчаса Руслан с Арсением переступили порог квартиры, где уже толпились их коллеги, осматривая и фотографируя все, что на их взгляд казалось странным и важным. Те, кто понимал, что делает и зачем, поясняли остальным, передавая на практике свой опыт. С первого взгляда не было сомнения, что это место преступления.

─ Так… Это точно не самоубийство, ─ сказал уверенно Арсений, еще стоя в дверях.

─ Как проницательно, и дай угадаю: тебе сделать этот вывод подсказала голова, лежащая далеко от тела, − издевательски произнес Руслан, осторожно обходя бедную женщину, но посчитал этого не достаточным и добавил: ─ Арсений, проверь умерла ли она со спокойной душой, посмотри, поделена ли у нее музыка по жанрам.

Руслан вел себя не совсем уместно, но не из-за предвзятости к произошедшему или неуважения к лишенной жизни, а просто не мог устоять перед возможностью «уколоть» Арсения и продемонстрировать непрофессиональность и несерьезность того в важном деле. Хотя и сам он выглядел в это время неоднозначно в глазах окружающих. Но что не сделаешь, а точнее сделаешь только для того, чтобы доказать свою правоту. Арсений проигнорировал выпады в свой адрес и продолжил размышлять.

      ─ У нас ужасно не хватает женщин в городе, а она явно жила одна, хотя и была красивая, насколько я могу определить, ─ и Арсений повернул вбок голову, внимательно рассматривая жертву.

Виталий, один из присутствующих коллег, с горькой ухмылкой подошел к Руслану, но слова его были обращены ко всем, кто мог его услышать:

─ А знаете, похоже, что тот урод, на которого мы потратили бессонную ночь, был замечен на складе, который всего в тридцати метрах от этого места. Только что с соседнего дома сообщили. По крайней мере, прятаться там своим нет смысла.

─ Вот об этом я и хотел вчера сказать! − почти крикнул Арсений.

      ─ Ты болван все это время знал, что он отсиживался на складах? – вскипел Руслан.

─ Нет, конечно. Просто предполагал, что, возможно, он может быть там, ведь склады – это же рай для беглеца.

─ И молчал? – все начало бурлить в душе у  Руслана и выходить невидимым паром.

─ Ты же сам запретил мне говорить,− как маленький ребенок оправдывался Арсений.

─  Я не об этом тебе запрещал говорить, а о всякой ерунде, которую ты, кстати, болтал беспрепятственно!

Разговоры на повышенных тонах привлекли Бориса, который находился в соседней комнате. Он внимательно осматривал большой шкаф для одежды. Ему пришлось оставить свое занятие и идти узнавать, что же такое заставило его сотрудников забыть о пробуждении своей совести. И, соответственно, выступить в роли будильника, раз их собственные не сработали.

      ─ Что случилось?− спросил Борис своим громким голосом.

─ Этот придурок вчера был уверен, что наш разыскиваемый прячется именно на этих складах! − возмущение Руслана уже перешло в крик.

─ Руслан запретил мне разговаривать, ─ недовольно стал объяснять Арсений свое видение ситуации.

─ Так я еще и виноват?

Руслан не на шутку гневался и терял самообладание, но Борис отвел его в сторону, хотя ему очень не хотелось делать это на виду у всех, и тихо сказал:

─ Если бы ты был хоть немного мудрее и слушал все, что тебе говорят, а не считал себя умнее всех, то знал бы, что иногда Арсений способен высказывать нечто разумное, просто это надо отделять и вылавливать из его безудержного потока мыслей.

─ Я не мусорщик, чтобы копаться в его отходах.

      ─ Я хочу, чтобы ты понял: я считаю, это и твоя вина тоже, что мы его вчера не поймали. Опять. Месяц приближается к концу, и ты не забывай, в шаге от чего ты находишься.

Затем Борис вышел на середину комнаты и уже громким голосом обратился ко всем работникам:

─ Наш беглец мог быть неподалеку от этого дома вчера вечером, так что, возможно, это его рук дело. Шкаф женщины был заперт на ключ, и, похоже, его проломали изнутри, сейчас его будут изучать и обследовать тщательным образом. На данный момент мы можем рассмотреть, как вариант, что преступник забрался в него и прятался, в итоге случайно или специально жертва закрыла его там. Затем убийца выбил дверь шкафа и сделал то, что мы наблюдаем сейчас, скорее всего, запланированное заранее. Женщину, кстати, звали Мария, она работала учителем в школе. На этом пока все.

Руслан немного остыл и стал осматривать сперва женщину, затем окружающую ее обстановку, Арсений же решил провести пока время с пользой во второй комнате, которая, на его счастье, была в квартире.

Арсений с проворством крота перекопал все доставшееся ему помещение, заглядывая в каждую тумбочку и на каждую полочку. С уверенностью можно сказать, что даже целому семейству кротов было бы тяжело с ним соревноваться. Иногда он просто отходил и смотрел на интерьер или какой-нибудь предмет мебели. Определенно, его самой яркой чертой характера была способность быстро забывать обиды, и теперь, после очередной перепалки, ему не терпелось прощупать почву у второй стороны конфликта и убедиться, что на этой почве никакого едкого сорняка не проросло. Крутя в руках статуэтку не то феи, не то балерины, он решил озвучить свои мысли вслух и  подошел к Руслану:

─ Девушка ждала этой встречи.

─ С чего ты так решил? И поставь все, что взял, на место,− с каким-то оттенком брезгливости произнес Руслан.

─ Красивая вещь, а ей она все равно уже не понадобится, − спокойно ответил Арсений, и его рука со статуэткой медленно опустилась в карман коричневой куртки.

─ Ты, как маньяк, с каждого  места преступления забираешь себе что-нибудь на память.

─ Ну, если вещь понравилась, почему бы и не взять.  Я посмотрел ее шкаф. Платье, что было на ней, самое лучшее из всех. Насколько можно его рассмотреть в тех участках, где нет крови, и насколько я могу судить о красивых женских платьях. Я бы надел именно его на важную встречу. Важную не в смысле устроиться на работу или сходить к врачу, а именно с мужчиной, на свидание, которое очень ждешь. Не знаю вот только, планировала ли она его быстро снять, ведь на нем неудобная боковая молния. В этом плане я бы взял синее в цветочек. Оно, конечно, совсем не эффектное, но избавиться от него можно за пару секунд.

─ Надеюсь, ты его не примерял, для того чтобы сделать такой важный и полезный вывод.

─ Нет, этого не понадобилось, я и так понял. Но, если надо, я согласен на любой следственный эксперимент.

─ У меня такое чувство всегда, что над тобой уже где-то проводили какие-то эксперименты. По крайней мере, мне легче думать, что ты жертва какого-то страшного опыта, и поэтому тебя надо жалеть и не относиться к тебе серьезно.

Просторная квартира с идеальным порядком, оформленная в светлых тонах, омрачалась лишь безжизненным телом своей хозяйки, лежащим мирно на полу. Смерть прикоснулась к ней своей кистью и покрыла все тело бледной краской. Никогда ее рука больше не дотронется ни до чего в этом уютном помещении. Никогда глаза ее не посмотрят на любимый парк, расположившийся сразу за окном. А ноги ее не пройдут босиком по бежевому мягкому ковру, лежащему в спальне возле кровати. Она любила стоять и разглядывать все, что происходило за окном, ответно улыбаясь смеху, доносящемуся от прохожих. А какой приятный теплый свет при восходе солнца озарял всю комнату! Но это все в прошлом, теперь же она присоединилась к лишенным всяких чувств телам и служила для всех присутствующих горьким напоминанием о том, что в любой момент может все закончиться. Красота ее никогда не подвергнется испытанию временем, не отложится в морщинах опыт, а глаза не отразят часто затрагиваемые эмоции. Облик застынет в памяти близких в самом лучшем виде, недостатки сгладятся, а достоинства приумножатся, он будет неясный и нечеткий, но сохранит красоту. Поступки и решения ее в памяти других отшлифуются до блеска и станут идеальными.

Арсений задумчиво подошел к окну, но через полминуты резко отскочил в испуге.

─ Вот черт!

─ Что там такое? ─ быстро подбежал Руслан, поняв, что голос Арсения непривычно испуганный.

─ Голубь, откуда-то взялся и  так резко.

Бедный голубь ходил по подоконнику, нетерпеливо переступая своими голубиными ногами. Он не собирался улетать и чего-то ждал.

─ Я думаю, что она кормила его в это время каждый день. Вот он и прилетел по привычке, ─ заметил Руслан.

─ Восемь утра. Значит, мы знаем, что она всегда была дома в это время.

      ─ Твою голову всегда посещают удивительно бесполезные выводы, причем даже правдивость их никак нельзя проверить.

Арсений недовольно отвернулся, не желая соглашаться с подобными высказываниями в свой адрес.

─ Ладно, ─ немного смягчился Руслан, ─ пойдем к соседям, спросим, что они видели и слышали.

Арсений смиренно вышел на площадку и, не говоря ни слова, позвонил в квартиру, расположенную напротив. Его рука только слегка коснулась звонка, лишив их визит настойчивого тона, заставляющего владельца в спешке открыть дверь. Но, несмотря на это, им быстро отворил молодой парень, который похоже все это время держал свои уши в непосредственной близости к входной двери и использовал на полную возможности своего слуха.

      ─ Здравствуйте, ─ сказал Руслан довольно грубо, насколько возможно резко произнеся это достаточно дружелюбное слово. ─ Обладаете ли вы какой-нибудь важной информацией, по которой мы сможем найти убийцу вашей соседки?

─ А я так и подумал, − тихим, но в то же время очень уверенным голосом произнес сосед и  добавил, пока не нашлось желающих его перебить: ─   Что именно это и произошло.

      ─ И отчего же?  Кого-то видели? – не питая больших надежд и очень равнодушно осведомился Руслан.

─ Н-е-е-ет, ─ протяжно произнес сосед. ─ Просто так всегда тихо у нее было, а сейчас смотрю: проходной двор, не иначе.

 В этот момент на лице соседа показалось какое-то недовольство, а последнее слово и вовсе прозвучало с надменно−возмущенными нотками в голосе.

─ Это что же получается? К ней никто не заходил никогда? – удивился Руслан.

─ Это только значит одно, что я не был свидетелем ее гостей, да и занят всегда.

─ Чем? ─ не вытерпел Арсений.

─ Я писатель, − и без того тягучий самодовольный голос парня стал еще более выраженным, своим звучанием прибавив хозяину гораздо больше лет, чем угадывалось по его лицу. Но ни тон голоса, ни манера разговора не могли бы заставить Руслана отнестись к свидетелю серьезнее из-за ярких пестрых цветов, в обилии расположившихся на его халате. Бедные, уставшие глаза Руслана не могли вынести такого скопления ярких красок в одном месте, а тем более, если дело касалось одежды.

─ А что вы написали? Может, я читал или слышал? ─ заинтересованность Арсения возросла после услышанной информации.

─ Точно не читали и не слышали, − категорично отрезал «цветастый» собеседник.

      ─ Но все же. Что написали?

─ Пока ничего, только готовлюсь.

─ Так, значит, пока еще не писатель, ─  раздраженно высказал Руслан свое мнение.

─ Я предпочитаю, чтобы меня относили все же именно к разряду  писателей, потому что ничем другим я не занимаюсь в данное время. Я готовлюсь к созданию большой аллегории на наше новое общество.  В каждой эпохе был такой творец, и вот я ознаменую своим произведением наше столетие. Сюжета как такового нет, это скорее набор несвязанных пересечений разных персонажей.

─ Вот так сразу и метите пролезть в историю, ─ Арсений поднял брови кверху, отнесшись к словам одновременно и серьезно, и насмешливо.  Руслан же еще при первых словах «цветастого» о грандиозных писательских планах отошел в сторону.

─ Может быть, ведь это будет удивительное, тонкое произведение, где всем героям, в том числе зверям и даже насекомым, будут отведены отдельные роли, а деревья и цветы станут олицетворять определенные события и качества. Я даже могу рассказать начало. Оно удивительно хорошо получилось. По полю, усеянному ромашками, одиноко идет рыжий пес. Он олицетворяет…

─ Достаточно, ─ прервал его Руслан, потеряв терпение.

Арсений, усмехаясь, отошел от двери навстречу старшему коллеге.

─ А я хотел послушать…

─ Тогда создай кружок фанатов отстойной литературы и ходи слушать его каждый вечер после работы, а хочешь и вместо работы, все больше толку будет. Может, его арестовать?

─ За что?− не понял Арсений.

─ Носить такие вещи безнаказанно нельзя, моему зрению нанесен непоправимый урон, оно уже никогда не восстановится и не станет прежним.

      ─ Ну что, может, здесь больше повезет? – и Арсений позвонил в следующую квартиру, находившуюся на общей площадке.

Не так сразу, но все же достаточно быстро дверь открыла пожилая женщина безобиднейшей наружности.

─ Здравствуйте, − уже вежливее произнес Руслан. − Вы видели кого-нибудь или что-то подозрительное? Это бы помогло найти убийцу вашей соседки Марии.

Женщина полностью высунула голову из-за двери, но ни одного шага из квартиры не сделала и прошептала:

─ Я знаю, чьих рук это дело.

─ Ничего себе! Вот это нам повезло! И чьих же? – ободрился Руслан.

      ─ Это очевидно, − лицо женщины выражало удивление.

      ─ Посвятите нас, мы не настолько проницательны, ─ улыбаясь попросил Арсений, не оставляя времени для слов Руслану.

      ─ Призрака, − уверенно и все с такими же наивными глазами сказала женщина.

      ─ А-а-а,  понятно. Призрака, значит. Скажу только вам по секрету, у нас тоже была такая версия, просто мы хотим быть уверены на все сто процентов, − разочарованно  сказал Руслан.

─ Я видела его и раньше в черной накидке. Да и не просто так, он именно ее увел  за собой.. Марию… вы поняли? − поспешила пояснить соседка.

Но никто ничего не понял из этого загадочного уточнения.

      ─ Значит, все-таки призрак, а чей? Ну, знаете, еще арестуем не того, будет нехорошо, − покачал головой Руслан.

─ У меня такое чувство, − нахмурилась женщина, − что вы относитесь к моим словам несерьезно, а я повторяю вам, что видела несколько раз его своими глазами.

─ Вы нам очень помогли, мы так все и запишем, − сказал быстро Арсений и отвел в сторону Руслана.

 − Ты серьезно станешь женщину доводить?

─ Странное скопление неадекватных людей в одном месте. Будет время, надо отправить кого-нибудь замерить здесь радиацию, что-то же влияет на их мозг, и сильно. Это же точно жилой дом, а не больница для душевнобольных? Причем достоверно известно, что они нормальные были, по крайней мере, совсем недавно. Опрос же проводили, переписывали всех, и они ничем не отличались.

─ Куда сейчас, в участок? – спросил Арсений, выходя на улицу.

      ─ Да. Здесь уже делать нечего.

─ Так и там нечего, кое-какие базы есть, но и те неточные. На восстановление времени нет.

─ Да, особенно у тебя, по вечерам ты очень занят.

Арсений часто жалел о том, что искренне делился любой информацией из своей жизни, особенно с Русланом. Но все же это никак не меняло его отношение к имеющейся не самой лучшей черте характера и манере поведения. А привычка заставляла его снова и снова говорить о том, в чем обязательно будут попрекать неоднократно в будущем, причем в очень близком.

Утро выдалось удивительно ясное, и о вчерашнем мрачном, дождливом вечере напоминал только мокрый асфальт с многочисленными лужами на нем.  Несколько осенних цветов, благодаря своим ярким краскам, сразу привлекали внимание, хотя им сильно досталось за эту ночь. Ветер заставил их пригнуть свои головы к земле, а дождь смешал с грязью. Но все равно они радовали глаз, за неимением более приятных объектов. Арсений на них внимательно посмотрел и сказал:

─ Знаешь, у девушки в вазе стояли увядшие цветы.

      ─ Очень ценная находка, как и всегда.

─ Вероятнее всего, что ей их подарили.  Цветы не такие засохшие, как были наши, когда про них забыла Ира. Воды приблизительно столько же. И цветы похожие. У нас тут небольшой выбор букетов, − Арсений приостановился и сделал вывод: ─ Я думаю, им недели три. Она их приняла, значит, симпатизировала поклоннику, и он, следовательно, ей. Что же такое между ними произошло? Сосед говорит, что все было тихо. И тогда вообще непонятно, если женщина не кричит и не устраивает скандалов, то желание отрубить ей голову уменьшается в разы.

─ А я смотрю, ты тонкий знаток по данной части. В платьях разбираешься вон как! Что это у тебя там уже за крикливые женщины в жизни были?

─ Сестренка младшая, с детства сильно плакала и кричала, и я все время ненавидел ее за это. А теперь ее нет, и я скучаю даже по нашим ссорам, − сказал Арсений, растеряв часть своего хорошего настроения при этом ответе, и значительно помрачнел.

Руслан постарался следующие свои слова произнести как можно мягче:

      ─ Она не пережила столкновение?

─ Пережила, ей повезло. Но она на той стороне, а я здесь,− вздохнул Арсений,  и обреченность в его голосе вырвалась на свободу.

      ─ Ты жалеешь, что вы стали разные?

─ Не знаю, не хочу над этим думать. Как есть, так и есть. Все равно ничего не изменить уже.

Арсений отвернулся и стал что-то рассматривать на другой стороне дороги или просто делал вид, что там появился интересный предмет, достойный внимания. Но Руслана отчего-то заинтересовала эта тема разговора, и он продолжил:

─ А если со временем найдут способ искусственно меняться и по собственному выбору быть вампиром или человеком?

      ─ Я бы уже оставил все как есть. Мы все равно за это время стали слишком разные. Уже было столько ненависти и зла с двух сторон, и этого не исправить. В любом случае нужны будут годы, чтобы все забыть. А ты?

      ─ Что я? – не понял Руслан и удивился такому вопросу.

─ Таким и прежде  был? Или раньше был нормальным? – с  раздражением спросил Арсений.

─ Я считаю, что я сейчас вполне нормальный.

─ Это тебе кажется.

─ Для тебя, наверное, все странные, кто ведет себя серьезнее малого ребенка.

Они дошли до трехэтажного кирпичного здания, где находился участок, который никак не был обозначен, но в маленьком городке все это место и так знали. Каждый этаж выполнял свою уникальную функцию. На первом собирали и обрабатывали информацию, пытаясь хоть как-то упорядочить данные о жильцах города. На третьем была лаборатория для исследований, а посередине находились работники, которые пользовались услугами тех и других. Там, в просторном большом помещении, работали и  Руслан с Арсением и другими коллегами. Железная серая дверь с грохотом открывалась, впуская и выпуская всех желающих. Еще на лестнице им встретился раздраженный коллега Геннадий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.