Линдси Бурокер
Эльфийский тангенс

Lindsay Buroker

The Elf Tangent

© The Elf Tangent – Copyright © Lindsay Buroker 2022

© Бойченко Елена, перевод

© Ярослава Кузнецова, иллюстрация на обложке

© Александр Шпаков, художественное оформление

© ООО «Издательство АСТ», 2023

* * *

Глава 1

– «Математические модели создания экономического процветания посредством формирования капитала»? В это просто невозможно поверить, ваше высочество!

Принцесса Алдари-не-Йерет нахмурилась, взглянув на свою телохранительницу с вершины шаткой библиотечной лестницы на скрипучих колесиках.

– Мой отец отправил тебя со мной, чтобы ты защищала меня от всякого сброда, а не шпионила за тем, какие книги я беру.

– Да я и не шпионю. Просто книга такая толстая, что буквы на корешке можно прочитать, даже стоя у стола выдачи. Ты же говорила, что хочешь взять что-нибудь легкое для чтения в дороге. А этот талмуд… уж точно не легкий. Или ты собираешься швырнуть его во врагов, если на твой свадебный караван нападут разбойники?

– Почему бы и нет.

Алдари сняла с полки толстый фолиант, и шаткая лестница еще больше накренилась под дополнительным весом. Пожалуй, эту книгу и правда можно было бы использовать как оружие.

– А еще им можно стукнуть по голове болтливую телохранительницу.

– Очень смешно, ваше высочество. – Тели уперла руки в боки и так скривила рот, что стала похожа на раздосадованную ее дурным поведением нянюшку, а не на верного телохранителя.

Тели не обязательно было кривить рот, чтобы изобразить суровость. Она и так выглядела суровой и даже грозной благодаря булаве, висевшей у нее на поясе, строгим черным брюкам и тунике, а также тугой косе, в которую заплетала свои густые черные волосы.

– Пытаешься шутить? Однажды я умру от смеха.

Угрюмый вид Тели нисколько не испугал Алдари, поскольку они выросли вместе и хорошо знали друг друга.

– Не пытаюсь, а именно шучу, и вполне удачно. Я же вижу, ты едва сдерживаешься, чтобы не рассмеяться. – И Алдари махнула рукой в сторону Тели, которая, несмотря на эти слова, была неподвижна как скала и даже глазом не моргнула. – Да это и понятно. Ведь принцессы славятся своим остроумием. Ты наверняка пишешь об этом во всех своих балладах, которые без конца напеваешь, когда думаешь, что тебя никто не слышит.

– Принцессы славятся красотой, а не остроумием, – ответила Тели, проигнорировав комментарий о своем увлечении поэзией и пением. – Иногда обаянием, грацией и хорошими манерами. Никогда не слышала про остроумных принцесс.

– Грацией? Ничего не путаешь? – Лестница снова закачалась, когда Алдари начала неуклюже спускаться с тяжелой книгой под мышкой.

– Наверное, менестрели редко общаются с настоящими принцессами.

– Значит, тебе повезло: у тебя есть возможность изучать одну из них вблизи, – подмигнула Алдари.

– Ага. – Тели указала на книгу, прежде чем протянуть руку, чтобы поддержать ее. – Если ты собираешься читать это вслух во время нашего путешествия, я точно сбегу, бросив и караван, и тебя на растерзание разбойникам с большой дороги.

Судя по задумчивому выражению лица Тели, обращенного к витражному окну, в которое проникал тусклый северный свет, соблазн улизнуть возник бы у нее независимо от темы разговора.

И Алдари прекрасно ее понимала. Каждый раз, когда она думала о своей скорой свадьбе, у нее от ужаса скручивало желудок. Но она заставила себя улыбнуться и указала на другую книгу.

– А вот эта тебе не нравится?

– «Принципы экономического выживания в древнем национальном государстве Аргодора»? Разве в этой библиотеке нет историй о загадочных убийствах и героических телохранителях, которые раскрывают преступления и защищают королевскую семью?

– Такие книги слишком популярны. Их разбирают сразу, как только они поступают. И потом они постоянно на руках.

Лестница заскрипела, когда Алдари, отталкиваясь от книжного шкафа, приблизилась ко второму фолианту. Сняв его с полки, она передала обе книги Тели, опасаясь спускаться с ветхой лестницы с занятыми руками.

Тели приняла книги, нахмурившись.

– Мне тут вспомнилось кое-что. В прошлом месяце ты опоздала на ужин с высокопоставленными особами из королевства Орат, потому что была поглощена чтением. Разве после этого король не запретил тебе посещать библиотеки?

– Конечно нет. Отец ценит знания и образование.

Ага, ценит. Вот только ему не нравится, что его младшая дочь изучает экономику и пишет статьи, излагая множество идей по решению финансовых проблем их крошечного обедневшего королевства. В жизни все было так, как пели менестрели в балладах Тели: принцессы не должны быть учеными, они должны быть красивыми, и им следует поменьше говорить и побольше молчать, чтобы привлечь внимание принцев из могущественных соседних государств.

Алдари казалось, что она не особенно соответствует этим предъявляемым к принцессам требованиям. Тем не менее она получила предложение руки и сердца от принца Оратского, что сулило заключение с ними союза в обмен на брак с Алдари. И отец согласился. Да и какой у него был выбор, когда воинственная империя Талдар с вожделением поглядывала на их страну с гор Акульего Зуба?

– Значит… – Тели с сомнением посмотрела на книги. – Я сейчас не помогаю тебе нарушить запрет?

– Конечно нет.

Алдари снова улыбнулась, и эта улыбка вышла еще более натянутой. От напоминания о том, что она пошла против воли отца, ей было не по себе.

Что, если он однажды узнает, что она публикуется под тайным псевдонимом? Что, если об этом узнает ее будущий муж? Будут ли за ней более пристально следить, когда она переедет в Орат? Так пристально, что она не сможет заниматься исследованиями и писать?

Алдари стиснула руками лестницу, желудок скрутило от страха, грозившего перерасти в полноценную панику.

– Эхе-хе, – вздохнула Тели. – А я-то все гадала, зачем ты потащила меня через весь город в эту затрапезную библиотеку на Таверн-Роу, где под столами любят спать бездомные пьяницы.

– Затем, что здесь куча полезных томов, которыми никто не пользуется. И, может, вместо того чтобы читать мне лекции о моем своенравии, ты отнесешь эти книги библиотекарю и запишешь их на себя?

– Не получится. Не хочу подпускать к вам всякую нечисть. Вроде того угрюмого эльфа с пятнами крови на доспехах. У него такой вид, будто он явился сюда сразу после битвы с водяными змеями на реке Вечного Тумана.

Алдари развернулась так быстро, что лестница накренилась, и она чуть не упала. Не отрывая взгляда от дверного проема, Тели протянула руку, чтобы вернуть лестницу в устойчивое положение.

– Черт, – прошептала Алдари. – Кажется, это и правда кровь.

В библиотеку зашел эльф, скользнул взглядом по полу из выщербленного известняка и уставился на них пристальным взглядом зеленых, как листва, глаз. Он был высокого роста и казался совсем молодым – чуть больше двадцати. И он был красив, с угловатыми скулами, прямым носом и изящно заостренными ушами, но черная одежда и черные кожаные доспехи в пятнах крови придавали ему мрачный вид. На челюсти виднелась засохшая грязь, на щеке темнел синяк, а по шее сбоку тянулись длинные шрамы – должно быть, на него напал какой-то хищник и едва не лишил жизни. Спутанные пряди длинных светлых волос падали на наплечники, тоже покрытые грязью и кровью. На бедре висел меч, а из-за плеча торчали лук и колчан со стрелами.

– Я сразу узнаю́ кровь, когда вижу ее, – прошептала Тели, положив руку на рукоять булавы. – Меня учили быть твоим телохранителем с рождения.

– А я думала, отец начал обучать тебя лет с десяти, потому что ты завидовала братьям, с которыми он проводил гораздо больше времени, чем с тобой.

– Мне было девять.

Алдари могла бы возразить, но тут вошел еще один эльф. Он был старше и явно закален в битвах, щеку его пересекал шрам. С пояса свисало два меча, светлые волосы были коротко подстрижены и не скрывали угрюмого выражения лица. На доспехах зияли кровавые борозды, что объясняло его мрачное настроение. Он указал на Алдари, с отвращением скривил губы и сказал что-то молодому эльфу на их языке.

– Твои знания и образование помогают понять, о чем они говорят? – спросила Тели, не отрывая от них взгляда.

Клерк за конторкой исчез за дверью и закрыл ее на замок, щелчок которого разнесся по безмолвной библиотеке.

– Я знакома с их системой исчисления и с тем, как они составляют свои уравнения, – отозвалась Алдари.

– Конечно, именно математику они сейчас и обсуждают, – Тели взглянула на дверь в задней части библиотеки. – Нам надо выскользнуть и сообщить о них городской страже.

– Но эльфам разрешено находиться в Делантрии.

Так и есть, хотя за все свои двадцать два года Алдари видела лишь пару эльфов. Время от времени эльфийские наемники, уставшие от Вечной войны, которую их народ столетиями вел на своем континенте, уезжали на юг и находили работу на землях, населенных людьми. Но это происходило редко. А еще ходили слухи, что сами эльфы презирают таких переселенцев и называют их трусами за то, что они покинули родину.

– Разрешено. Пока они не создают проблем.

Молодой эльф направился к ним, а старший скрестил руки на груди и сердито смотрел ему в затылок.

– А от этих двоих несет проблемами, – проворчала Тели.

Алдари не знала, согласиться ли ей с этим утверждением или нет, но на всякий случай слезла со своего насеста. Поскольку она боялась отвести взгляд от приближающегося к ним эльфа, нога у нее соскользнула со ступеньки, и она чуть не сверзилась с лестницы уже второй раз за несколько минут.

И снова Тели протянула руку и поддержала ее.

– Спасибо.

Выглядеть неловкой перед своей телохранительницей Алдари не боялась, но в присутствии незнакомцев она смутилась и покраснела.

– Добрый день, – произнес эльф приятным выразительным баритоном с небольшим акцентом, хотя его речь звучала подчеркнуто правильно.

Остановившись перед девушками, он низко поклонился Алдари, а затем широко улыбнулся, и эта улыбка осветила его лицо, контрастируя с мрачной, запятнанной кровью одеждой.

– Меня зовут ветсел Хок. По-вашему капитан Хок. А это вет-лейтенант Сетвик. Мы представляем компанию наемников Лунного Меча.

Большим пальцем он указал на своего хмурого товарища. Интересно, что старший по возрасту был ниже по рангу.

– Правильно ли я понимаю, что вы принцесса Алдари? – уточнил эльф.

Тели бросила на нее предостерегающий взгляд, и желудок у Алдари снова свело. Следует ли ей солгать?

Несмотря на теплую улыбку эльфа, эти двое выглядели как грабители или похитители. Тели была умелым телохранителем, но, даже если Алдари бросится ей на помощь, сомнительно, что им удастся отбиться от двух опытных эльфийских воинов. Согласно легендам, эльфы были лучшими в мире бойцами – и мужчины, и женщины оттачивали свои умения веками, проведенными в постоянных сражениях.

– Вы ошибаетесь, – сказала Тели, когда Алдари заколебалась. – Это моя сестра – Амма.

Алдари чуть не вздрогнула, но сдержалась. У Тели были черные волосы и темно-карие глаза, унаследованные от матери-островитянки, и она совсем не походила на веснушчатую, голубоглазую и светловолосую Алдари.

– Приемная сестра, – поправилась Тели, вероятно, подумав о том же самом.

– Да, – с готовностью кивнула Алдари.

Она не умела лгать с невозмутимым лицом и почувствовала необходимость присочинить подробности.

– Я – библиотекарь, – добавила она.

Тели снова предостерегающе взглянула на нее. После стольких проведенных вместе лет она хорошо знала, что Алдари не сильна во вранье. Было абсолютно непонятно, как ей до сих пор удавалось держать в тайне, что она пишет под псевдонимом. Об этом не знал никто, кроме наставника Алдари.

– Интересно. А выглядите знакомо, – капитан Хок взялся за подбородок и склонил голову набок, задумчиво рассматривая ее. – Уверен, что уже видел ваш портрет.

– Правда? Королевство у нас маленькое, а я довольно известный библиотекарь. Возможно, вы видели мою фотографию в научных журналах, посвященных исследованиям читальных залов.

Алдари разглядывала его доспехи, задаваясь вопросом, держал ли он в руках хоть один научный журнал. А еще ей было интересно узнать, что за коричневый клок прилип к ножнам его меча. Человеческие волосы или шерсть животного? Она тревожно сглотнула.

– О, да. Должно быть, именно там я и видел ваше лицо раньше. Мы стараемся доставлять на поле боя всю самую свежую периодику, которая издается в мире людей. Особенно ту, которая посвящена такой увлекательной теме, как читальные залы.

Старший коллега-офицер у него за спиной закатил глаза.

– Тогда помогите мне, пожалуйста, найти книгу, госпожа библиотекарь? Амма, да?

Хок снова широко улыбнулся, и его улыбка выглядела очаровательной даже сквозь синяки и грязь, но совсем не успокоила Алдари. Возможно, он был очаровательным головорезом, посланным вести переговоры с подпольными скупщиками краденых вещей – и людей.

– Конечно, – выдавила она, хотя и испытывала искушение извиниться и поспешно ретироваться через заднюю дверь.

Но что, если он сбросит маску притворства и попытается остановить их? Она не хотела, чтобы Тели ранили или того хуже из-за того, что ей придется вступить в бой с эльфами, чтобы выиграть время для побега Алдари.

– Вы чем интересуетесь? Экономикой?

– Мне нужна книга о китобойном промысле. Ведь ваши мореплаватели – известные рыболовы и китобои, не так ли?

Да, с тех пор как империя захватила богатые рудой горы эльфов и отодвинула границу Делантрии на полуостров, китовый жир стал единственным товаром, который они могли добывать и продавать.

– Да, это правда, – только и сказала Алдари, не желая подчеркивать бедность своего королевства.

– Надеюсь, вы знаете, что и где здесь находится? Вы же библиотекарь, причем известный, – улыбка Хока стала вызывающей, и Алдари поняла, что он нисколько ей не верит.

– Носит и раскладывает книги обычно моя сестра… – Алдари повернула голову в сторону Тели. – Но я, конечно, могу подсказать вам соответствующие названия.

– Ваша сестра носит большую булаву. Слишком большую для библиотекаря.

– Это для того, чтобы должным образом наказывать негодяев, которые загибают страницы или сминают корешок.

Алдари медленно шла между книжными стеллажами, и ее взгляд метался по книжным полкам в попытке отыскать нужный ряд. В библиотеке замка она легко могла отыскать что угодно, но, как заметила Тели, в местном хранилище она не бывала и не могла быстро сориентироваться. Однако, несмотря на бедность, вопросам образования в королевстве уделялось достаточно внимания, и в библиотеках имелась стандартная система каталогизации и хранения книг. Она нашла раздел об охоте и рыбалке примерно там, где и ожидала.

– Ваш народ думает заняться китобойным промыслом?

– Возможно, если материал окажется достаточно мотивирующим. У моего товарища есть хобби. Он обожает закалывать некоторых существ пиками. Это такие палки с острыми наконечниками, – ухмыльнулся Хок и посмотрел на своего лейтенанта, который остался у двери, сердито наблюдая за тем, что он, видимо, считал пустой тратой времени.

– Судя по вашему снаряжению, вы, наверное, оба этим увлекаетесь, – сказала Алдари и посмотрела на торчавшие из колчана оперенные стрелы.

Хотя улыбка не сошла с лица Хока, но в зеленых глазах мелькнула тень более зловещего чувства.

– Конечно. Это любимое времяпрепровождение эльфов. На протяжении нескольких последних столетий мы только этим и занимаемся.

Алдари взяла с полки книгу. Это была «История методов китобойного промысла и происхождение двустороннего гарпуна».

– Вот, пожалуйста.

– Отлично. Уверен, это будет захватывающее чтение.

– Моя сестра не умеет выбирать захватывающие книги, – пробормотала Тели, не глядя на нее.

Она, должно быть, решила, что лейтенант более опасен, чем капитан, и потому сосредоточила внимание на нем.

Но Алдари не была в этом так уверена. Хок мог быть красавцем и иметь очаровательную улыбку, но не смог бы так быстро подняться по служебной лестнице, если бы не был умен и компетентен. Очень умен и очень компетентен.

В эльфийском королевстве правил монарх, как и в Делантрии. Но, судя по тому, что она читала, воинские звания у них присваивались тем, кто сумел проявить себя, а не благодаря знакомствам или связям с троном. Впрочем, она не знала, относится ли это к изгоям, которые покинули свою родину, чтобы основать собственные компании наемников. Было в Хоке что-то такое, что заставляло ее подозревать, что он весьма способен. И очень опасен.

– Уверен, вы ошибаетесь, – ответил Хок Тели, – и с нетерпением жду возможности погрузиться в эту замечательную книгу во время моего следующего путешествия.

Он снова поклонился Алдари и направился к двери.

Пока эльфы записывали на себя книгу, Алдари подумала, что надо было им сказать, что как подданные другого королевства они должны заполнить форму и оставить депозит, но передумала. Ей не хотелось делать ничего, что могло бы помешать этим двоим уйти. Зачем они ее искали, она не знала и даже не догадывалась, но не сомневалась, что их визит в библиотеку не был случайностью.

Глава 2

– Уверена, что не хочешь отправиться вместо меня? – спросила Алдари свою сестру – настоящую сестру, – когда они шли через двор замка к каравану из фургонов, ожидавших Алдари, чтобы увезти ее в Орат на свадьбу. Свадьбу с мужчиной, которого она никогда не видела, в королевстве, где никогда не бывала. Почему это ее не радовало?

Шайдена, которая была старше ее на два года и склонна к сарказму, посмотрела на нее на удивление сочувственно. Таким взглядом обычно одаривают престарелых родственников, страдающих смертельной болезнью. Сочувствие не согрело душу Алдари, а, скорее, вызвало у нее беспокойство, и она подумала, что, возможно, Шайдена знает о принце Зерике больше, чем она.

– Не пойми меня превратно, – сказала Шайдена, – но я очень удивлена, что он выбрал тебя, а не меня. Ты неуклюжа, слишком много читаешь и не знаешь абсолютно ничего о том, как доставить мужчине удовольствие. Ты, наверное, и в первую брачную ночь появишься у него в спальне с чернилами на пальцах.

– А при чем тут чернила?

– Да при том. Навряд ли ему захочется видеть, как его мужское достоинство или другие выступающие части тела измажут черным.

Алдари потерла лицо.

– Я умею мыть руки. И не собираюсь касаться его выступающих частей.

– Если это правда, ты точно станешь сплошным разочарованием, а не хорошей женой. – Шайдена изогнула брови. – Поверь мне, прикосновения необходимы. Хотя ты же прочитала столько книг, поэтому, думаю, у тебя есть некоторое представление об основной механике секса.

– В большинстве книг, посвященных репродукции, которые есть в нашей библиотеке, эта тема освещена только касательно животного мира.

Алдари до сих пор помнила, как чуть не сгорела от стыда, когда прочитала о спаривании дельфинов и акул. Ей тогда было двенадцать. С тех пор она держалась подальше от шкафов с такими книгами.

Шайдена покачала головой.

– Просто спроси его, что ему нравится, и делай именно так. Надеюсь, у него нет пристрастия к слишком уж одиозным извращениям.

Алдари не знала, что отразилось у нее на лице – удивление или ужас, – но Шайдена снова бросила на нее этот сочувствующий взгляд.

– Не могу сказать, что мне очень хочется побывать в Орате или уехать туда насовсем, но думаю, принц Зерик точно выбрал не ту сестру.

– Никто из нас не должен ничего знать о сексе. Ты же помнишь, как часто и громогласно заявлял об этом отец.

– Ага. И что мы должны оставаться девственницами до свадьбы, потому что живем в смехотворно отсталые времена, когда мужчины до сих пор считают, что это наиболее желанная добродетель женщины. Да ради бога. За какого бы принца я ни вышла замуж, он будет в восторге, обнаружив, насколько я искушена в «постельных» вопросах. Я и сама разочаруюсь, если у него не будет опыта в таких делах, – Шайдена сморщила нос. – Ясно, что браки по расчету не предполагают романтики, но надеюсь, что мне не достанется какой-нибудь тринадцатилетний юнец, который не сможет найти нужное отверстие.

Алдари чуть не выронила сумку с книгами и упустила заложенный за ухо карандаш. Наверное, ей давно следовало бы привыкнуть к грубости своей сестрицы, но пока была жива мать, она настаивала, что маленькие принцессы не должны говорить или даже думать о сексе. А поскольку Алдари и сама всегда была занята другими темами, то осталась весьма наивной в таких вопросах.

– Ты говоришь про Ксарлорана, младшего брата Зерика? Кажется, ему сейчас четырнадцать.

Алдари наклонилась, чтобы поднять карандаш, и чуть не потеряла один из мешочков со сладостями, которые припрятала для поездки в кармане платья. Бельци, шеф-повар замка, сделал их специально для нее, как делал с тех самых пор, когда она была малышкой. Он плакал, обнимая ее на прощание. Весь день она пыталась не думать о том, что могут пройти годы, прежде чем ей разрешат вернуться домой с визитом, если вообще когда-нибудь разрешат. Но из-за слез и объятий слуг это было очень трудно.

– Да и вообще, чтобы гарантированно заключить союз, нужно выйти замуж только за одного Оратского принца.

Алдари задумчиво посмотрела на море, едва видневшееся за воротами замка, решетка которых была поднята в ожидании отправления свадебного каравана. Вокруг фургонов расположились вооруженные солдаты, которые должны были сопровождать их через опасный перевал Скайтрейл в горах Акульего Зуба, кто-то пешком, кто-то верхом.

К счастью, среди людей в синей форме была и Тели. Она что-то обсуждала с одним из солдат и хмурилась, склонив голову. Алдари была рада, что с ней отправили ее телохранительницу и давнюю подругу, но она также чувствовала вину, что Тели придется расстаться с родителями, братьями и сестрами, и, возможно, навсегда.

Хотя Алдари еще не уехала, но ее уже захлестнула тоска по дому, когда она представила, что проведет остаток своей жизни в Орате, не имеющем выхода к морю, с мужчиной, который предпочел ее сестре только из-за девственности, а не из-за романтических чувств или общих интересов. Она слышала, что принц Зерик предпочитал охоту и скачки и не любил читать или заниматься исследованиями, и надеялась лишь на то, что их союз будет того стоить и отец Зерика выполнит свои обещания, когда Алдари выйдет замуж за его сына: отправит им оружие, черный порох и целый легион, чтобы сдерживать Талдарскую империю от дальнейшего вторжения в земли Делантрии.

– Будем надеяться, – сказала Шайдена, когда они остановились перед фургоном с вещами Алдари. – Я предпочитаю зрелых красивых жеребцов, которые умеют гладить любовницу так же нежно, как маэстро скрипач касается смычком струн на концерте в Большом Холле.

Из-за угла фургона вышел один из стражников, который выглядел поразительно знакомо: мужчина в черной коже, а не в синей военной форме Делантрии. Поразительно знакомый… эльф.

На этот раз Алдари все же уронила сумку. Что эльфийские наемники делают здесь, в стенах замка?

– Доброе утро, библиотекарь Амма.

Капитан Хок обратился к Алдари с поклоном, поднял сумку и протянул ей. Он умылся, смыл грязь с лица и доспехов, расчесал свои длинные светлые волосы.

– А эта ценительница музыки – еще одна из ваших сестер? – он протянул руку к Шайдене.

– Э-э, – замешкалась Алдари.

– Библиотекарь Амма?

Шайдена уперла руки в боки и приняла надменный вид, который она обычно использовала только тогда, когда хотела отчитать слугу или стражника за нарушение приличий в присутствии королевской семьи.

– Это принцесса Алдари, а я принцесса Шайдена. Кто ты такой и что делаешь в замке? Да еще и с оружием, – она многозначительно кивнула на его меч и лук.

– Я ветсел Хок. Можете называть меня капитаном.

– Я могу вызвать стражу замка, чтобы она выпроводила тебя со двора. Что ты здесь делаешь?

– Возможно, он здесь, чтобы встретиться с отцом.

Алдари взяла сестру за руку, надеясь, что она поведет себя менее надменно. Хотя здесь, в замке, Алдари была в большей степени защищена от потенциальных грабителей и похитителей, чем в библиотеке на дальнем конце города, она не забыла, какое впечатление произвел на нее Хок при первой встрече, и чувствовала, что он очень опасен, как и говорилось в сказках об эльфах.

Когда в поле зрения появился его лейтенант, она чуть не подпрыгнула. Только тогда она сообразила, что среди военных было не менее двадцати светловолосых эльфов в черных кожаных доспехах.

– Принцесса Алдари? – Хок приподнял брови в притворном удивлении. – А когда мы встретились вчера, она представилась другим именем. Что касается других вопросов, сообщаю: я проверяю, насколько крепки фургоны вашего каравана. Если нам придется ввязаться в битву, я бы хотел быть уверен, что первая же выпущенная стрела не пробьет стены и не проткнет пассажира. Как опытный наемник и периодический хранитель тел важных персон могу рассказать вам, как плохо они реагируют на перфорацию.

– Вы будете меня сопровождать?

И только тут до Алдари дошло, почему вокруг, среди военных, так много эльфов, и она почти потеряла дар речи от замешательства. Отец привлек наемников, чтобы они охраняли ее по пути в Орат. Но почему?

Конечно, Делантрия бедна, но не до такой степени, чтобы не найти надежных мужчин, уроженцев королевства, а не тех, кто торгует умением сражаться мечом, у кого нет никаких обязательств служить Делантрии и людям в целом.

– Да, нас наняли, чтобы мы сопровождали вас в Орат, – сказал ей Хок. – И я должен вас проинформировать, что у нас уже есть безбилетный пассажир.

– О чем ты говоришь? – Шайдена хмуро посмотрела на Алдари – ее тоже встревожило появление наемников.

Хок поднял вверх палец, затем нагнулся и указал под карету. Его лейтенант наблюдал за их перепалкой с таким же мрачным выражением лица, как и накануне, положив руки на оплетенные кожей рукояти двух длинных мечей. Он был похож на злодея из романов про убийства, которые так хотелось читать Тели, а не на надежного охранника каравана.

– Отец идет, – Шайдена отступила назад, кивая Алдари, чтобы она пошла с ней. – Сейчас мы его спросим.

– А что же делать с этим безбилетником? – вопросительно изогнул брови Хок.

Алдари собиралась пойти с Шайденой и поговорить с отцом, но любопытство победило, она наклонилась и заглянула под карету. К своему удивлению, она увидела своего десятилетнего брата, который уцепился за нижнюю раму, обхватив руками одну из осей и уперевшись ногами в другую.

– Привет, Роти, – сказала Алдари.

Роти отцепил одну руку, чтобы приложить палец к губам.

– Тсс. Я еду с тобой.

– Чтобы защищать меня в дороге?

– Чтобы увидеть мир! Я хочу приключений. Как дедушка!

– Вряд ли вид из-под кареты будет таким уж захватывающим, и ты не сможешь держаться за оси, когда они начнут вращаться.

– Я бы вышел, как только бы мы остановились на ночь. Как только бы мы отъехали подальше, чтобы караван уже не мог повернуть назад. Ты не должна опоздать на свадьбу. Отец так сказал. Мы же зависим от этих войск. Поэтому тебе придется взять меня с собой, и я увижу горы, в которых полно монстров, и Орат. А потом и весь мир.

– Отец и твой учитель расстроятся, если ты не появишься на дневных уроках, – заметила Алдари. – Ты же наследник престола, в конце концов.

Роти сморщил нос, как будто откусил сырую печень.

– Я хочу быть как дедушка. Он путешествует и пишет нам о всяких приключениях. Вот и я не хочу сидеть весь день на троне. У отца такая скучная работа.

Недовольно хмыкнув, рядом с Хоком присел лейтенант-наемник и вытащил Роти из-под кареты. Роти взвизгнул, попытался лягнуть лейтенанта и замахнулся на него, но эльф держал его на расстоянии вытянутой руки, как котенка.

– Что здесь происходит? – раздался рокочущий бас отца.

Он подошел к фургону – такой же могущественный и царственный, как и всегда, несмотря на то, что его одежда выглядела изношенной и потрепанной по сравнению с одеждой оратских сановников. В аккуратно подстриженной каштановой бороде сквозила седина, а голубые глаза пронзительно смотрели на эльфов. Увидев их, он совсем не удивился – значит, они действительно должны были здесь находиться? Отец не удивился, даже когда увидел Роти, болтавшегося в крепкой хватке лейтенанта, хотя в хмуром взгляде отразилось разочарование в сыне.

Хок похлопал своего лейтенанта по руке и указал на землю.

Старший по возрасту, но младший по званию эльф – кажется, его звали Сетвик – опустил пленника на землю, с крайним раздражением взглянув на своего капитана. Или это была ненависть? А, может, обида, что Хока продвинули по службе, а Сетвика нет? Или Хок взял на себя руководство компанией, потому что победил его в бою?

Алдари мало что знала об эльфийских обычаях и о компаниях наемников. Она могла только догадываться о причине такой враждебности, и это заставляло ее тревожиться. Ведь тот, кто испытывает такое отвращение к своему капитану, может легко предать его. Или покинуть компанию в ответственный момент.

– Безбилетник, ваше величество. – Хок поклонился Отцу.

– Иди домой, Ротлар, – сказал отец. – У тебя сейчас начнутся уроки.

– Я хотел увидеть мир, – прошептал Роти, разглядывая ботинки отца вместо того, чтобы смотреть ему в глаза.

– Увидишь, когда станешь старше.

Роти мрачно покачал головой.

Алдари не могла припомнить, когда отец отдыхал, не говоря уже о путешествии в другую страну, и потому прекрасно понимала чувства младшего брата, попавшего в ловушку судьбы. Но что они могли сделать? Такова была их жизнь – жизнь членов королевской семьи. В ней были определенные преимущества, которыми наслаждались немногие в королевстве, поэтому им не следует жаловаться. Но временами было трудно не чувствовать горечь, что они не могут сами выбирать, что делать и чем заниматься в этой жизни.

– Попрощайся с сестрой и иди найди своего учителя, – велел отец.

Потянувшись к Алдари, Роти намеревался ограничиться кратким объятием, но Алдари обвила его руками, изо всех сил прижала к себе и никак не могла отпустить, потому что тоска по дому вернулась с новой силой. Роти терпел объятия дольше, чем обычно, но затем начал извиваться и вырываться.

– Алди… я не могу дышать.

– Прости, – она заставила себя отпустить его. – Веди себя хорошо, пока меня нет. Не забывай повторять таблицу умножения. Сколько будет семью восемь?

Роти закатил глаза так сильно, что было удивительно, как они не провалились внутрь черепа.

– Пятьдесят шесть. Сколько будет сто семь на девятьсот восемь? – он покосился на нее, но в голосе прозвучал вызов.

– Девяносто семь тысяч сто пятьдесят шесть, – сухо ответила она. – Правильно?

– Не знаю, – признал он.

Алдари вытащила из-за уха карандаш, а из кармана маленькую записную книжку.

– Зачем ты берешь с собой эти штучки для расчетов? – спросил Роти.

– Потому что математика важна. – И Алдари сунула ему в руку блокнот и карандаш. – Если я ошиблась и ты сможешь это доказать, я дам тебе «эльфийское ушко».

Она вытащила один из своих мешочков со сладостями, прежде чем ей пришло в голову, что обычное для леденца название наемникам может показаться оскорбительным. Она осторожно оглянулась и обнаружила, что капитан и лейтенант пристально наблюдают за ней.

– Что, если ты права и я докажу это? – Роти начал записывать цифры на пустой странице блокнота.

– Я все равно дам тебе, м-м-м, конфетку.

Угрюмый лейтенант что-то спросил у Хока на своем языке, указав себе на ухо. Хок, который ничуть не выглядел обиженным, ответил одним словом, пожав плечами.

Это только разозлило Сетвика, который горячо выпалил несколько фраз, указывая на Алдари и мешочек. Она не понимала ни слова, но без труда поняла, что он обиделся либо на название конфеты, либо на что-то еще, что она сделала.

– Какие-то проблемы? – спросил отец тоном, предполагающим, что лучше бы никаких проблем не было.

Его солдаты, обученные обращать внимание на сигналы своего монарха, повернулись в их сторону, чтобы сосредоточиться на нем и наблюдать за эльфами. Они пока не схватились за оружие и, судя по нервным взглядам, которые бросали друг на друга, сражаться с наемниками им не хотелось, но они были к этому готовы, если придется. В этом Алдари почти не сомневалась.

– Никаких проблем, ваше величество. – Хок жестом заставил своего лейтенанта замолчать. – Мы готовы к поездке, и для нас большая честь служить вам и вашей дочери в этом недолгом путешествии.

– Будем надеяться, что оно действительно будет недолгим, – со вздохом пророкотал отец, – и обойдется без происшествий. Но будьте бдительны на перевале, – продолжил он, обращаясь к лейтенанту и Хоку. – Империя Талдар имеет планы на наше королевство, поэтому они, возможно, захотят, чтобы эта свадьба и этот союз не состоялись.

Раньше Алдари больше беспокоилась о жизни с будущим мужем, а после разговора с сестрой еще и о том, что может ожидать ее в спальне, но теперь она впервые осознала, что талдарцы могут попытаться помешать ей добраться до жениха.

– Солдаты Талдара не ровня наемникам Лунного Меча, – заметил Сетвик с более сильным акцентом, чем у Хока. – Если они посмеют напасть на караван, мы с ними разберемся.

– Хорошо, – отец кивнул эльфам. – Спасибо.

Он отвел Алдари в сторону и обнял ее.

– Мне будет не хватать тебя, дочь моя, но я уверен, что ты доберешься благополучно. Наши солдаты умеют и готовы на многое, но для подстраховки я нанял эльфов. У них такая репутация, что, надеюсь, талдарцы побоятся помешать вашему путешествию. Но даже если нет, эльфы смогут защитить тебя.

– Спасибо, отец.

Алдари вспомнила, что сказала сестра об извращениях, которые может практиковать ее будущий муж в спальне, и подумала, не заплатить ли ей капитану наемников, чтобы он сопровождал ее и в первую брачную ночь? Наверное, это был бы не лучший способ начать жизнь замужней женщины.

– Ты будешь писать, – сказал отец. – Часто.

– Конечно. Ты же знаешь, как я люблю слова.

– Знаю. – Он мягко улыбнулся, взглянув на карандаш, который она дала Роти, но вскоре выражение его лица стало серьезным. – Знаю, что ты с самого раннего детства понимала, что твой долг – выйти замуж ради королевства. Но мне очень жаль, что я не могу позволить тебе самой выбрать мужа. – Он понизил голос. – Иногда я чувствую себя таким лицемером… ведь я женился на твоей матери по любви, а не из-за политических хитросплетений и интриг.

– Она часто нам рассказывала эту историю.

– Да.

Отец тяжело сглотнул, и глаза его слегка увлажнились. Даже по прошествии десяти лет разговор о матери вызывал у него печаль.

Алдари стало интересно, сможет ли она когда-нибудь почувствовать такую же привязанность к принцу Зерику. Она надеялась, что, возможно, он не так уж и плох и постепенно она привыкнет жить с ним.

– Но если бы я тогда послушал своего отца и поступил так, как хотел он, выбрав в жены принцессу более благополучного королевства… может, мы бы не оказались сейчас в таком затруднительном положении. – Он схватил ее за плечи и серьезно посмотрел ей в глаза. – Нам нужен этот союз. С ним у нас будет шанс отбиться от империи и сохранить суверенитет. Сохранить свободу.

– Знаю, отец. Я все понимаю.

И тут она решилась. Это было трудно, просто невыносимо тяжело, но она решилась.

– Может, ты прочитаешь несколько статей профессора Лин Дорит, пока меня нет? У нее много интересных идей по улучшению благосостояния королевства и его подданных.

Впервые она упомянула при отце свой псевдоним – она хорошо помнила, как он глумился над «смехотворно мудреными» экономическими теориями, которыми она делилась с ним, когда была моложе, и с тех пор боялась говорить с ним на эту тему.

И он опять усмехнулся:

– Отдать землю простолюдинам и позволить подданным начинать бизнес без налогов?

Ну, по крайней мере, он слышал об идеях Дорит.

– Позволить простолюдинам покупать землю и зарабатывать на этом деньги, открывая фермы, компании и предприятия, где они смогут работать и получать вознаграждение за свою продукцию, и таким образом содействовать их усилиям, – уточнила она. – Нужно стимулировать развитие промышленности. Сейчас, когда китов в наших морях становится все меньше, мы не можем вечно полагаться на экспорт их жира. Вы читали статью профессора Дорит, в которой представлены расчеты нашего будущего процветания, если этот ресурс продолжит истощаться?

– Дорит – наивная ученая без опыта управления страной.

С этим Алдари была вынуждена согласиться, но она не думала, что была так уж неправа. Кроме того, что плохого в том, чтобы внести несколько изменений в законы и посмотреть, сработают ли они? Хуже точно бы не стало.

– Уже совсем рассвело, и вам пора в путь. – Отец отпустил ее. – Береги себя, дочь моя.

– Алдари. – Роти помахал блокнотом. – Ты была права. Смотри, все верно.

Она сумела улыбнуться, забирая у него блокнот и карандаш.

– Рада слышать.

– «Эльфийское ушко», пожалуйста. – И Роти протянул руку.

– Называй его просто конфеткой, – прошептала она, снова взглянув на эльфов и отдавая ему сладость.

К счастью, Сетвик перешел на другую сторону каравана и разговаривал с кем-то из своих людей. Хок все еще наблюдал за ними. Несколько секунд его глаза были прикованы к блокноту и расчетам, выполненным Роти, а затем он перевел взгляд на нее и улыбнулся.

Что-то похожее на торжество мелькнуло в его глазах, как будто он обнаружил то, что искал, но это выражение тут же исчезло, и осталась лишь приятная улыбка.

Он открыл дверцу кареты и подал ей руку.

– Готовы ли вы отправиться в путь, ваше высочество?

Нет, не готова. Алдари с грустью оглядела замок и снова посмотрела на море, отчаянно желая остаться, убежать, спрятаться в своей комнате. Но отец наблюдал за ней, и у нее не было выбора, кроме как кивнуть и сделать шаг вперед.

Она могла бы забраться в карету без посторонней помощи – не настолько она неуклюжа, – но принцесса должна была принять помощь, предлагаемую джентльменом. По крайней мере, так всегда говорила ей няня, поэтому она вложила руку в мозолистую ладонь Хока. Можно ли считать наемника джентльменом, она не знала, но он вежливо помог ей забраться в карету и закрыл за ней дверцу.

Алдари оглянулась как раз вовремя, чтобы снова заметить триумф, вспыхнувший в его глазах, и ею снова овладели сомнения, от которых сжимался желудок. Неужели отец ошибся, пригласив эльфийских наемников сопровождать ее?

Глава 3

Утренние часы прошли без происшествий. Солдаты ехали верхом на лошадях, эльфийские наемники шагали пешком впереди и позади каравана, который двигался на юг по Королевской дороге – древнему мощеному тракту, идущему вдоль моря первые двадцать миль. Алдари ехала в карете, то читая, то болтая с Тели. Телохранительница взяла с собой детектив о загадочном убийстве, но книга лежала у нее на коленях нераскрытой, а девушка смотрела на море, на солнце, сверкающее в волнах. Чувствовала ли она ту же тоску по дому, которая уже измучила Алдари?

Тели что-то бормотала себе под нос. Сочиняла балладу? Или проклинала судьбу? Раньше она рассеянно напевала себе под нос матросскую песню о моряках, сбившихся с пути, которые больше никогда не увидят своих близких.

– Если захочешь, я отправлю тебя назад, – тихо сказала Алдари.

– Ваше высочество? – вздрогнула Тели.

– Не сразу, конечно. Но если я туда доберусь… Ведь у королевской семьи есть свои телохранители… Может, ты мне больше не понадобишься.

У Алдари перехватило горло при мысли о потере Тели и о том, что она останется совсем одна в чужой стране, с мужем и его семьей, которых она никогда не видела и не знала. Но просить Тели бросить все только ради нее было бы несправедливо. Это Алдари всем была должна, а Тели была свободной женщиной, получала от короны деньги за работу, но не была ее собственностью.

– Думаешь, их убогие телохранители смогут заменить меня? – возмущенно хлопнула себя по груди Тели.

– Ни за что не смогут, – улыбнулась Алдари. – Но если ты решишь вернуться домой, я не стану препятствовать.

– Я не оставлю вас там без защиты. Я… – Тели посмотрела в окно и нахмурилась.

Алдари проследила за ее взглядом и увидела капитана Хока, шагающего рядом с их экипажем. Его длинные ноги без труда поспевали за лошадьми, которые тянули карету. Алдари замечала его рядом уже несколько раз. Она надеялась, что это хороший знак, что он внимательно присматривает за ней и следит, чтобы ничего не случилось. Но в голове постоянно вертелся вопрос: насколько лучше слышат эти заостренные эльфийские уши, чем человеческие, и не подслушивает ли он их?

– Он очень сильно вами интересуется, – заметила Тели.

– Видимо, очарован моей несравненной красотой, – Алдари в ироничном жесте провела рукой по всей длине своего бледно-голубого платья.

– Напрасно ты так о себе, – нахмурилась Тели. – Конечно, ты не такая соблазнительница, как твоя сестра, но очень симпатичная. Особенно когда ты внимательна к тому, с кем говоришь, а не витаешь в облаках, думая о какой-то книге.

– Нельзя думать о книге, витая в облаках. Книги обдумывают тщательно и вовлечено.

– Я делаю по-другому. – Тели махнула рукой на свой детектив.

– Возможно, так и есть.

Капитан Хок скрылся из виду, направляясь поговорить с одним из эльфов.

– Может, мне стоит пойти туда и поболтать с наемниками, – сказала Алдари.

– Поболтать с наемниками? Уж лучше сразу пронзи мне сердце карандашом. Ты же знаешь, что эти эльфы зарабатывают на жизнь, убивая людей, верно? И мы понятия не имеем, чья кровь была на их доспехах, когда они прибыли в город.

– Но их же нанял отец. Уверена, он как следует проверил их и считает, что они заслуживают доверия.

Алдари и самой очень хотелось в это верить, но она то и дело ловила на себе расчетливые взгляды Хока. Хотя нет, расчетливые – не совсем точное слово. Торжествующие – вот что приходило на ум.

– На всякий случай стоит расположить их к себе. Если мы им понравимся, они будут более склонны рисковать ради нас жизнью.

– И как же ты собираешься внушить им это чувство?

– Буду любезной и предложу им конфеты. – Алдари похлопала себя по карману и потянулась к дверце.

– А чего-нибудь другого у тебя нет? «Эльфийские ушки» могут показаться им оскорбительными. Как думаешь, у них есть конфеты, названные в честь наших частей тела?

– Я слышала много историй про эльфов, и во всех говорилось, что они слишком заняты борьбой за жизнь и у них просто нет времени на занятия вроде изготовления сладостей.

Алдари вообще не могла представить себе эльфов, измученных битвами и при этом поедающих конфеты. Ну, разве что Хок. Этот хотя бы умеет улыбаться.

– Непонятно только, можно ли доверять его улыбке, – пробормотала она.

Тели приподняла брови.

– Неважно, – оборвала себя Алдари и полезла в одну из сумок. – У меня есть последний номер ежеквартального журнала с головоломками. Предложу им.

Она вытащила его из сумки и помахала. Этот журнал для нее впервые заказал дедушка на ее пятый день рождения, когда она решила небольшую головоломку, привезенную им из королевства Йи.

– Как думаешь, что им больше понравится: бродилки или крестословица?

– Мы едем уже четыре часа. Неужели там что-то осталось нерешенным?

– Ну, по лабиринтам я пока не проходила. Хотя их вряд ли можно считать головоломками.

Алдари обычно оставляла их Роти. К сожалению, на этот раз она не сможет поделиться с братом.

– Если ты не вернешься через десять минут, я приду за тобой, – покачала головой Тели. – Госпожа Хапро пришла бы в ужас от одной мысли, что ты разговариваешь с наемниками одна, без сопровождающего. Да и вообще.

– Просто в ее обязанности входило охранять нашу добродетель, пока мы с Шайденой росли. К счастью, мы уже не в том возрасте, чтобы нуждаться в сопровождающих.

– Угу, и именно поэтому твой отец попросил меня следить, чтобы никто из солдат не смотрел на тебя неподобающим образом. И наоборот.

Тели положила руку на свою булаву, как будто она уже передумала и решила не давать Алдари и десяти минут.

– Не может быть.

Тели приподняла брови и посмотрела на нее честными глазами.

– Неужели правда? – спросила Алдари.

– Насколько я понимаю, он, конечно, имел в виду в первую очередь солдат, а не тебя, но да, правда. Наше путешествие займет несколько дней, и вокруг нас только мужчины. Поэтому я здесь не только для того, чтобы охранять тебя от бандитов.

– Пошли со мной, – вздохнула Алдари, – поговорим с ними, и ты убедишься, что ничего ужасного не произойдет.

Тели махнула ей рукой, чтобы она уходила.

– Я больше переживаю о всяких напастях, которые могут произойти ночью, когда мы расположимся лагерем на привал.

Подумав, Алдари спрятала журнал с головоломками обратно в сумку, заподозрив, что солдаты предпочтут конфеты, и приоткрыла дверь. Карета двигалась довольно медленно, и она решила, что можно спрыгнуть, не упав и не поставив себя в неловкое положение. Когда она приземлилась, ее поддержала чья-то крепкая рука. Капитан Хок.

– Вы держитесь совсем рядом, можно сказать, на расстоянии вытянутой руки, – заметила Алдари, надеясь, что он не проявит чрезмерную настойчивость и не попытается запихнуть ее обратно в карету.

Она фыркнула про себя, не понимая, почему она использовала слово «попытается». Она все же обучалась самообороне и фехтованию у мастера-оружейника Джерфора, хоть и без особого энтузиазма, а значит, не была совсем уж беспомощной и, несомненно, могла убежать от пьяного матроса в переулке. Но эльфы не были ни матросами, ни пьяницами.

– Вы очарованы, что я так о вас забочусь? – спросил Хок. – Или в ужасе от моей удушающей протекции?

– Протекции? У вас впечатляющий словарный запас для человека, не являющегося носителем языка.

Стоило признать, что и носители языка не все могли похвастать таким хорошим словарным запасом. В замке нашлось бы немного солдат, которые бросались бы такими словами, как «протекция».

– Как руководитель компании наемников, которой приходится работать по всему миру, я должен уметь общаться с любыми работодателями.

Сзади раздался грубый окрик на эльфийском языке. Лейтенант Сетвик. Он шел в хвосте каравана между двумя эльфами, бдительно осматривающими береговую линию, придорожные клюквенные болота и черничные фермы. Эти ягоды были благословением местных крестьян, потому что относились к тем немногим культурам, которые не боялись ни короткого северного лета, ни соленого морского воздуха.

Отцовские конные солдаты болтали друг с другом и не особо смотрели по сторонам, находясь у себя дома. Алдари надеялась, что они будут более внимательны по мере приближения к горам.

– А также с грубыми коллегами, – продолжил Хок. – Прошу прощения, ваше высочество.

Капитан отвесил ей короткий поклон и направился к своему лейтенанту.

Мысль о том, чтобы поболтать с кем-нибудь из эльфов, пугала Алдари, и, кроме того, она не знала, говорит ли еще кто-нибудь из них на хайрике, языке Семи Королевств, но в голове каравана она заметила лейтенанта Сабора, старшего офицера, командующего отрядом солдат ее отца, и побежала, чтобы догнать его. Как и другие солдаты, он ехал верхом, и Алдари стало интересно, почему эльфы идут пешком. Была ли у них на то некая причина, связанная с боеспособностью, например, чтобы закалить тела с помощью такой нагрузки, или просто у них на родине не пользовались лошадьми?

– Ваше высочество? – удивленно выпалил лейтенант Сабор, когда она догнала его. – Что вы тут делаете, да еще пешком?

Он оглянулся на ее экипаж, посмотреть, не объят ли он пламенем, иначе какая еще причина могла заставить ее выйти?

– Найти вам лошадь?

– В этом нет необходимости, лейтенант. Я просто хотела спросить у вас кое-что.

Алдари оглянулась, чтобы убедиться, что поблизости нет эльфов, и снова задумалась об остроте их слуха.

– Да, слушаю вас.

На мгновение Сабор замер, раздумывая не приказать ли одному из своих людей отдать ей лошадь, но потом решил спешиться сам и пошел рядом с ней.

– Если вы об эльфах, то да, я знал о них. Сначала меня немного обидело, что ваш отец счел необходимым такое подкрепление. Простите, ваше высочество, я не высказываю неуважение к королю или короне, но у меня опытные солдаты, и они умеют очень многое. Но этим летом на перевале произошло множество инцидентов, и… Думаю, вы слышали, что мы потеряли несколько деревень в предгорьях. – Он нахмурился, взглянув на нее. – Ваш отец говорил с вами о политике? Знаю, наследник – ваш брат, но…

– Да, я знаю, как сильно угрожают нашему народу и насколько неустойчива сейчас наша независимость.

Алдари удалось сохранить самообладание, чтобы не показаться оскорбленной, – лейтенант не настолько хорошо знал ее, чтобы понять, внимательно ли она следит за событиями в королевстве, или нет.

– Считается, что Лунные Мечи очень хороши. Они помогли защитить королевство Разгизар от пиратов, грабивших их побережье в прошлом году. Наемники разгромили их, если верить рассказам, хотя их было гораздо меньше. Эльфы – удивительные воины.

– Рада это слышать.

Их беседу прервал стук копыт на дороге. К ним галопом мчался всадник в синей форме, и в глазах у него горела тревога. Караван находился между деревнями, и среди болот и фермерских угодий виднелось лишь несколько домов. На широкой дороге за спиной у солдата никого не было видно.

– Это капрал Гомот – наш дозорный.

Сабор снова вскочил на лошадь и выехал навстречу своему человеку.

Если бы Алдари была верхом, она бы поспешила за ним. Соблазн услышать слова дозорного был велик, но ее охватило чувство, что за ней наблюдают. Поэтому она не удивилась, когда оглянулась и увидела бегущего к ней Хока. Он двигался, не издавая ни звука: ни оружие, ни доспехи ни разу не звякнули, пока он легко и плавно скользил по вымощенной камнем дороге.

Она собиралась сказать, что его неусыпное внимание скорее удушает, чем очаровывает, но он просто кивнул ей на бегу и побежал дальше, чтобы присоединиться к отряду впереди. А она-то уже столько напридумывала. Почувствовав себя глупо, она все равно бросилась вперед, радуясь, что выбрала практичные дорожные ботинки, а не сандалии, которые, по словам сестры, хорошо смотрелись с ее платьем.

– Впереди тела, – сообщил разведчик, когда Алдари поравнялась с ними. – Мужчины и женщины, в фермерском доме и вокруг тоже. У всех разорвано горло. Похоже, виноваты ворги, но они тоже мертвы. Там десятки тел животных, сраженных клинками и стрелами.

Алдари посмотрела на него, а затем на поля. Она слышала о мохнатых, клыкастых и рогатых воргах, и в замке над одним из каминов висели две их чучельные головы. Но живых воргов она не видела никогда. Эти крупные хищники обитали в горах, где охотились на волков, медведей и лосей. По крайней мере, именно там им полагалось жить.

– Наверняка в этом районе остались еще ворги, они могут прятаться в кустах. Продолжать путь небезопасно, пока мы не проверим и… – Тут дозорный заметил Алдари и удивленно уставился на нее.

– Продолжайте, капрал Гомот, – попросила Алдари, желая услышать, что он еще расскажет. Например, кто убил воргов? И почему эти существа вообще оказались здесь?

Гомот неуверенно посмотрел на Сабора.

– Ваше высочество, – обратился к ней Сабор. – Не могли бы вы подождать в своей карете? Как только я все узнаю, сразу вам доложу.

– Если я сама послушаю, что расскажет дозорный, вам не придется тратить время на отдельный доклад.

Который, несомненно, будет сокращен, чтобы звучать не так ужасно и, соответственно, не оскорбить ушей принцессы.

– Это может быть опасно, ваше высочество, – сказал Сабор. – Мне бы хотелось, чтобы вы оставались в карете, пока мы не разберемся с воргами и не убедимся, что дорога пригодна для проезда дамы.

Что они собирались сделать? Убрать все мертвые тела с глаз долой и смыть кровь, прежде чем позволят ей проехать?

– Мы не всегда получаем то, что хотим, лейтенант. Продолжайте, пожалуйста. – И Алдари махнула рукой дозорному.

– В этом нет необходимости, – сказал Хок. – Я могу рассказать вам, что произошло.

Солдаты повернулись к нему.

– Это мы убили воргов. Вчера. – Хок указал на себя и своих наемников. – Мы ехали в замок этой дорогой. Было раннее утро, и ворги нападали на людей, которые выходили из дома, чтобы отправиться работать в полях. Их было много, и мы не успели спасти всех. Люди, которым удалось выжить, убежали на соседние участки и не стали с нами разговаривать.

– Почему вы не сообщили об этом, когда прибыли в замок? – спросил Сабор.

– Нас не пускали в замок, пока не пришло время присоединиться к каравану сегодня утром.

Хок дернул плечом и взглянул на Алдари. Они бродили по городу, разглядывали достопримечательности, убивая время, а потом набрели на библиотеку и обнаружили там ее? Маловероятно. Ведь они подошли и поприветствовали ее по имени.

– Это не наша земля, и мы не знаем, что здесь обычное дело, а что – редкость. И я полагал, что люди, которые сбежали, сообщат обо всем куда следует. – Хок вздернул подбородок. – Кроме того, живых воргов здесь не осталось. Мы полностью справились с задачей.

Осматривая окрестности, Сабор выглядел скорее ошеломленным, чем благодарным.

– Вы должны были нас предупредить. Если бы мы знали, что ворги спустились с гор… А почему они спустились с гор?

Сабор махнул рукой на Алдари. Что он хотел этим сказать? Что отец не отправил бы караван, если бы знал, что ей что-то угрожает?

– Ничего бы не изменилось, – твердо сказала Алдари. – Я должна добраться до Ората к концу недели, чтобы встретиться с будущим мужем и его семьей перед свадьбой, которая состоится на следующей неделе. Насколько я понимаю, оратцы назначили дату еще до того, как отец принял предложение. У них скоро большой праздник, и принц Зерик планировал на ком-нибудь жениться.

Может, ей и не стоило говорить все это или намекать, что она не очень довольна своей судьбой – Хок как-то странно взглянул на нее. Возможно, в его стране браки по расчету не были обычным делом. Если так, то она бы ему позавидовала, ведь он мог выбрать себе спутницу.

– Все равно, было бы неплохо знать, что есть дополнительная угроза, – проворчал Сабор.

Не желая, чтобы эльфы сочли ее народ неблагодарным, Алдари повернулась к Хоку:

– От имени Делантрии я благодарю вас и ваших солдат за то, что вы пришли на помощь этим фермерам и рисковали собой, сражаясь с воргами.

– Рады служить.

– Лейтенант Сабор. – Алдари указала на место в стороне от дороги. – Можно поговорить с вами наедине?

– Конечно.

Взглянув на Хока и его заостренные уши, Алдари решила увести Сабора подальше.

– Пожалуйста, направьте вперед дозорного еще раз, – мягко попросила она, – чтобы убедиться, что все ворги мертвы и что в рассказе капитана Хока нет… несоответствий.

– Вы думаете, он лжет? – изогнул брови Сабор.

– Наверное, нет, но давайте удостоверимся, хорошо?

Алдари показалось странным, что эльфы никому и слова не сказали о воргах, когда прибыли, тем более, что погибли люди. Но также возможно и то, что для них иметь дело со стаями хищников было настолько обыденным, что они не сочли это важным.

– Да, ваше высочество.

– И отправьте одного из своих людей назад в столицу, чтобы сообщить об этом. Отца надо обязательно известить, и он, скорее всего, направит войска, чтобы убедиться, что на материке больше не будет нашествий смертоносных хищников.

– Для предстоящего путешествия нам могут понадобиться все наши люди, – возразил Сабор.

– Я уверена, что одного мы вполне можем отправить, тем более что у нас есть эльфы. Если их компания так убийственно хороша, как вы говорите, и если они уничтожили десятки воргов… – Она подняла ладонь к небу.

Выражение лица Сабора было угрюмым, но он не стал спорить дальше, и Алдари была этому рада. Это была ее первая самостоятельная поездка – без остальных членов семьи и без старшего сопровождающего, – и она не была уверена, что мужчины станут ей подчиняться.

– Я прикажу своему человеку быстро отправиться в путь и как можно скорее вернуться, – сказал Сабор.

– Отлично.

Алдари улыбнулась ему, надеясь, что он не решит, будто с ней трудно иметь дело. Ее сестра, скорее всего, осталась бы в карете и предоставила мужчинам разбираться со всеми проблемами, но Алдари предпочитала знать, что происходит, и вносить свой вклад.

– Спасибо, – поблагодарила она.

– Но и вы, ваше высочество, сделайте одолжение, пожалуйста. Пока мы едем дальше, оставайтесь в карете. С задернутыми шторами. – Сабор посмотрел на дорогу впереди. – Вы не должны смотреть на смерть и кровь, чтобы потом не мучиться кошмарами.

– Я поеду в карете, – кивнула Алдари.

Но по поводу штор обещать ничего не стала. Хотя у нее не было никакого желания видеть смерть и кровь, но закрыться от всего этого она тоже не могла. Кроме того, она понимала, что были убиты ее люди. Что, если это талдарцы согнали воргов с гор? Может, случайно, из-за своих горных работ, а может, и намеренно, чтобы еще больше ослабить Делантрию и подготовиться к полномасштабному вторжению?

Именно по этой причине ей могли бы сниться кошмары. Поэтому она должна, хочется ей того или нет, быстро добраться до Ората и пойти к алтарю с принцем Зериком.

Глава 4

На следующее утро караван двинулся в горы, которые когда-то принадлежали королевству Делантрия. Но сейчас вдоль горной части Королевской дороги стояли многочисленные знаки ее принадлежности империи Талдар с указанием нового названия «Талдарский тракт», и тракт этот был ухабист и покрыт многочисленными выбоинами. С тех пор как империя взяла горы под свой контроль, ремонтом дорог никто не занимался. Но они хотя бы не закрыли его для путешественников и не поставили часовых, чтобы им не могли пользоваться граждане других стран.

По обеим сторонам дороги высились вечнозеленые деревья. Ветви иногда простирались над дорогой, заслоняя солнце, и Алдари едва не пропустила знак, извещавший о развилке впереди. Одна из дорог уходила в горы и дальше через перевал, где за горами, на юго-востоке, лежало сердце империи Талдар. Караван же шел на юго-запад, по дороге, ведущей в королевство Орат. Она сначала удивилась, прочитав название третьего пункта назначения: река Вечного Тумана и эльфийский континент Серт.

В любой момент они могли пересечь Делантрийский полуостров, направиться на восток и добраться до этой широкой реки, но в королевстве не было дорог, которые бы вели к ней. Опасности, которые подстерегали путников в реке и эльфийских землях, были хорошо известны. Алдари удивилась, что здесь есть дорога, и задалась вопросом, не по этой ли дороге пришли наемники.

– Я видела пуму, наблюдающую за нами со скалы, – сказала Тели, прижавшись носом к окну, – но никаких воргов, драджкаров, стай лютоволков или кого-то еще, кто мог бы напасть на караван.

– Возможно, мы в безопасности до наступления темноты.

К сожалению, им придется разбить лагерь в тени высоких пиков. Как бы быстро они ни шли, караван не сможет преодолеть горы за один день.

– Возможно, те фермеры тоже так думали, – мрачно сказала Тели.

Серьезное выражение ее лица заставило Алдари задуматься, не видела ли она мельком некоторые тела. Человеческие тела. Они не задернули занавески, когда проезжали мимо фермы, и видели, как солдаты уволакивали трупы воргов с дороги. Жители этой области сжигали их на костре, но Алдари заметила несколько трупов двуногих мохнатых и рогатых существ. Они были крупнее и сильнее медведей гризли. Говорили, что они живут стаями, но она была потрясена тем, как много воргов спустилось с гор на ферму. И она еще раз спросила себя, не мог ли кто-нибудь спровоцировать их на нападение.

На ум пришли старые сказки о ведьмах, чародеях и магии, хотя Алдари никогда не видела доказательств, что у людей есть способности к древним тайным наукам. Даже эльфы, которые якобы изготовили все магическое оружие и существовавшие в мире артефакты, разучились это делать.

Хотя с магией еще можно было столкнуться в странных и иногда гибельных диких местах, ее культивирование превратилось в забытое ремесло прошлых веков. Если воргов и вынудили напасть на ферму, то, скорее всего, с помощью стрел или, возможно, взрывчатки. Всем известно, что талдарцы совершенствуют ручное оружие, используя черный порох, чтобы оно могло конкурировать с пушками на военных кораблях.

– Расскажи мне сказку про смерть и беду, – тихо пропела Тели, – тогда я останусь и в тень не уйду.

Слова показались Алдари незнакомыми, и она уже собиралась спросить, когда Тели их сочинила, но тут до ее ушей донесся топот копыт. Нахмурившись, она закрыла книгу, которую читала, не особо вникая, и прильнула к окну.

В дверь ударили кулаком, испугав Алдари, она вскочила на ноги и ударилась головой о потолок. Тели присела на корточки, схватив в руки булаву.

– Впереди враги, – крикнул всадник в форме. – Оставайтесь внутри!

И умчался прочь. За ним последовали другие конные воины, а также несколько пеших эльфов. Появился капитан Хок, взглянув на них через окно, и на мгновение заколебался, подстраиваясь под шаг кареты, раздумывая, нужно ли ему остаться, чтобы защитить Алдари.

– Вперед, – призвала она. – У меня есть Тели. И книга размером с журнальный столик.

Тели бросила на нее раздраженный взгляд:

– Достань кинжал, ваше высочество. На всякий случай.

Алдари совсем не хотелось шлепнуться в карете, когда колесо попадет в выбоину, и случайно поранить Тели, но все же она вытащила оружие. Вдали в голове каравана раздавался лязг стальных клинков, и руки у нее задрожали, когда она поняла, что на них действительно напали. И вовсе не ворги – у воргов не бывает мечей, – а люди. Солдаты империи? Грабители? Или наемники, подосланные помешать ее свадьбе и союзу с Оратом?

Карета накренилась и поехала быстрее, и Алдари плюхнулась назад на сиденье. Лошади тревожно ржали, взбрыкивая, и кучер ругался, пытаясь их успокоить. Сидя внутри, Алдари его не видела, но без труда представила, как он изо всех сил пытается удержать испуганных животных.

Посреди лязга раздался гул. Пороховое оружие, о котором она недавно размышляла? Если так, то нападавшие почти наверняка были имперцами.

– Надо было отправляться морем, – сказала Тели.

– У Ората нет выхода к морю, – напомнила Алдари, опускаясь на пол кареты, чтобы удержаться на ногах.

Карета теперь катилась еще быстрее, без конца попадая в выбоины и подпрыгивая на ухабах.

– У них есть река.

– С устьем в пустыне, расположенной в другом королевстве. Кроме того, к тому времени, когда бы мы обогнули мыс и прошли через Штормовые отмели, прошло бы несколько недель, а не дней. Да и пиратов в этих водах предостаточно.

– Почему бы тебе просто не проткнуть мне сердце своей логикой и не убить прямо здесь?

– Я просто в восторге от тебя! Или я уже говорила? Ты всегда умудряешься вовлечь меня в фантазии о твоем умерщвлении!

– Это для того, чтобы ты прочувствовала свою вину и хорошо себя вела. – Тели уперлась свободной рукой в дверной косяк и выглянула в окно, пока карета неслась, качаясь на ходу. – Поскольку телохранителям запрещено шлепать принцесс.

– Ха-ха. Очень смешно.

Что-то щелкнуло, и карету так сильно тряхнуло, что их обоих отбросило к задней стенке. Одно из колес сломалось.

Раздался голос взбешенного кучера, приказывавшего лошадям остановиться, но упряжка продолжала тянуть карету, которая яростно раскачивалась, швыряя Алдари и Тели из стороны в сторону. Алдари выругалась и попыталась вложить кинжал в ножны, опасаясь, что поранит себя или Тели, и тут ее резко подкинуло и бросило на пол. Она ударилась головой и плечом о стены, и боль пронзила ее со всех сторон.

– Нам нужно выбираться отсюда! – закричала она, подползая к двери.

Если Хок все еще там, возможно, он сможет защитить их, когда они выпрыгнут.

Тели схватила ее за руку.

– Там они нас легко достанут. Не думай, что тебя оставят в живых.

Нет, Алдари так не думала. Если империя не хотела допустить свадьбы, то ее убийство вполне решит этот вопрос.

– Здесь мы тоже убьемся.

Едва она произнесла эти слова, как снова раздался громкий треск, прозвучавший в замкнутом пространстве, словно гром. Повозка накренилась, скатилась с дороги и кубарем понеслась вниз по склону, Алдари не смогла удержаться и завизжала, потому что пол и потолок быстро менялись местами. Она взлетела в воздух и врезалась в Тели, а затем ударилась о скамейку. Вместе с Тели они с размаху ударились о стену, а потом Тели приземлилась на нее.

В окно дверцы воткнулась толстая ветка, пробив стекло. Через мгновение карета врезалась в дерево и так резко остановилась, что Алдари приложилась головой и прикусила язык. Она задохнулась от боли, а рот наполнился кровью.

Тели попыталась соскочить с нее и рухнула на пол. Нет, на потолок. Пол нависал над ними сверху, а стенки кареты были вмяты внутрь. В воздухе витал аромат хвои, а ветка, пробившая стекло, занимала половину кареты.

По дороге, которая теперь шла в гору от них, простучали копыта промчавшейся мимо лошади. Лязг мечей теперь звучал намного ближе.

Хотя боль пронзала все тело Алдари, она попыталась выглянуть, надеясь хоть что-то увидеть сквозь разбитое окно. Кто побеждал? Живы ли лейтенант Сабор и эльфы?

По лбу у нее стекало что-то теплое. Кровь.

– Оставайся на месте, – прохрипела Тели.

Но Алдари, даже если бы захотела, не смогла бы открыть дверь и выйти, потому что ветка заблокировала их внутри.

– Я просто хочу посмотреть, что происходит снаружи.

– А я просто хочу умереть, – простонала Тели, прижимая руку к ребрам.

Под сиденьем кучера лежали разные снадобья, но добраться до них будет непросто. Алдари не знала, был ли еще там кучер, да и лошади, если уж на то пошло.

Они приземлились так, что Алдари было видно склон, поднимавшийся к дороге, а еще она видела Хока и Сетвика, которые стояли, прижавшись друг к другу спинами, и сражались с окружившими их шестью воинами. Рядом лежали два солдата в синей форме, их оружие уже выпало из рук, глаза были открыты, но остекленело смотрели вверх. Одним из них был лейтенант Сабор, и Алдари боялась, что он мертв.

Крупные косматые и бородатые мужчины в кольчужных жилетах размахивали огромными двуручными мечами и тяжелыми топорами, явно предназначенными не для рубки деревьев, а для отсечения голов. Талдарские горцы. Они нападали с ревом, и их темные глаза пылали жаждой битвы.

Когда эльфов окружили, Алдари не понимала, как они могут победить, но их движения были стремительны, а удары несли смерть – все, как писали в историях об эльфах. Их ноги, руки и клинки двигались так быстро, что Алдари удавалось отслеживать ход битвы только по реакции их противников. Один из шестерых отшатнулся, выронив меч. За ним последовал еще один, и в рядах врагов, окруживших двух эльфов, образовалась брешь.

Алдари начала склоняться к мысли, что верх одержат Хок и Сетвик, но тут со стороны дороги выстрелило одно из этих пороховых орудий. Снаряд попал в плечо Сетвику, отбросив его назад.

На него напрыгнули два воина, подняв оружие и попытавшись воспользоваться преимуществом. Но каким-то образом Хоку удалось заблокировать обоих, а потом он пнул третьего и парировал удар меча, направленный ему в голову.

Алдари изумленно покачала головой. Хок так быстр! Но она опасалась, что этого будет недостаточно.

Кто-то должен остановить стрелка, иначе тот прикончит эльфов.

Она потянулась к дверной ручке, но та деформировалась и не поддавалась. Алдари с трудом повернула ее и толкнула дверь плечом, закрывшись руками от полетевших ей в лицо сосновых иголок.

Возможно, ей удастся просунуть кинжал в щель, и дверь откроется.

– Алдари, – предупредила Тели, – не…

Металл скрипнул, на разбитое окно упала тень, и кто-то сорвал дверь с петель. Огромный, медведеподобный человек зарычал, появившись в проеме. Глаза у него загорелись, когда он заметил Алдари, и воин поднял свой боевой топор над головой.

Алдари среагировала инстинктивно. Ее кинжал все еще был поднят, и она вонзила его в живот врагу, в прореху в кольчуге. Как только оружие вошло в его плоть, она выпустила кинжал из рук и откинулась назад.

Топор упал, вонзившись в ветку и сломанный каркас кареты. Он пролетел всего лишь в нескольких дюймах от Алдари. Тели схватила ее за плечо, затягивая внутрь.

Мужчина взревел, и в этом реве слышались боль и ярость. Он выдернул кинжал, неглубоко пронзивший его плоть, бросил на землю, а затем попытался попасть топором в окно кареты. Ему мешала ветка, но он продолжал наносить по ней удары, пытаясь пробиться внутрь.

Когда Алдари втянула живот и прижалась спиной к деформированной стенке кареты, Тели рванулась вперед, держа перед собой булаву. Она увернулась от летевшего на нее лезвия и ударила своим оружием по запястью мужчины. Он снова взревел, дернувшись назад, но топор, к сожалению, не выронил. Зная, что он продолжит попытки расправиться с ними, Алдари схватила свою тяжелую книгу, чтобы использовать ее в качестве щита или, может быть, дубинки.

Внезапно рев мужчины прекратился, и он застыл, выгнув спину. Только когда из его безвольных пальцев выпал топор, Алдари поняла, что произошло. Человекоподобный монстр повалился набок, а за ним обнаружился Хок с мечом и кинжалом в руках.

На виске у него виднелся свежий порез, из которого капала кровь, а растрепанные светлые волосы были покрыты алыми пятнами. Он выглядел как мстительный повелитель ситхов из мифов, прибывший забрать их в Реку Смерти, но вместо этого он спас им жизнь. Звуки битвы стихли, и вокруг в горах стало очень тихо – умолкли даже птицы.

Алдари откинулась назад, уронив с колен книгу. Они выжили.

Но сколько людей погибло? Она подумала о пустых глазах Сабора и сглотнула, во рту у нее пересохло, а горло сдавило. Из глаз были готовы выкатиться слезы, но она их сморгнула. Ей нельзя раскисать.

– Спасибо, капитан Хок, – сумела произнести она, когда он опустил оружие.

Он внимательно осмотрел Алдари и задержался взглядом на ране, из которой кровь текла ей в глаза.

– Можете доложить, что произошло? – спросила она, вытирая лоб.

– На нас напали около сорока дикарей, горных бандитов – по крайней мере, так они выглядели, – сказал Хок. – Несколько человек выкрикивали друг другу приказы, используя звания. Поэтому, возможно, они и были так одеты, чтобы сойти за разношерстную банду, а на самом деле это, скорее всего, военные. Они были хорошо обучены и сражались как единое целое.

– Вероятно, их направила империя.

– Или кто-то еще, кто против вашей поездки. Или ее конечной цели? – приподнял брови Хок.

– Свадьба должна укрепить союз между нашим королевством и Оратом. Моему отцу обещали, что, как только я выйду замуж за принца Зерика, Орат отправит войска, чтобы помочь нам сохранить независимость Делантрии. Мы подозревали, что те, кто хочет заполучить наше королевство, предпочли бы, чтобы мы оставались слабыми и не могли защититься от превосходящих сил империи. – Она едва сдерживала горечь в голосе.

Подошел Сетвик, держась за раненое плечо рукой, сквозь пальцы сочилась кровь. Он заговорил с Хоком на своем языке, и в его голосе тоже звучала горечь, а может, отвращение.

Хок указал на горную дорогу, превратившуюся в поле битвы, усеянную телами, и что-то резко ответил лейтенанту. Сетвик начал спорить. Голос Хока стал еще резче. Сетвик сердито посмотрел на него, не двигаясь. Хок тихо спросил его о чем-то, глядя тому прямо в глаза.

Алдари очень хотелось понять, о чем они говорят.

Сетвик, наконец, отвел взгляд и отдал приказ своим наемникам.

– Не уверен, выжил ли кто-нибудь из ваших солдат, оставшихся здесь, – сказал Хок Алдари, и его голос и лицо снова стали спокойными.

Что он хотел этим сказать? Что часть войск отца бежала? Алдари нахмурилась при мысли о том, что они отказались выполнять свой долг.

– Мои люди сейчас проверяют, – добавил Хок, – некоторые были ранены.

– Мне очень жаль. – Алдари посмотрела через плечо на Тели, чувствуя себя еще более счастливой, что они выжили. – Не уверена, что могу говорить от имени своего будущего мужа, но точно знаю, что мой отец вознаградит ваших людей за то, что они остались с нами.

Хок грустно улыбнулся.

– Боюсь, не вознаградит.

– Почему?

Сетвик скрестил руки на груди.

– Потому что в королевство Орат ведет вот этот путь.

Хок указал на дорогу, уходящую вправо от расположенной впереди развилки. Все было именно так, как и предсказывал знак, на котором были изображены две расходящиеся дороги. Каждая из них уходила все дальше в горы, но вели они к разным перевалам и в разные пункты назначения. Вторая дорога выглядела немногим лучше заросшей звериной тропы. Извиваясь, она уходила влево, следуя вдоль гор, а не пересекая их.

– Да… – Алдари не смогла сдержать недоумения, прозвучавшего в голосе. – Я прочитала на знаке и видела карты.

– Так вот, мы повезем вас этой дорогой, – и Хок указал на звериную тропу.

– Но почему?

Ведь для них будет более безопасно продолжать двигаться к перевалу. Неужели он думал по-другому? Или существовал еще один путь через горы, где они с меньшей вероятностью столкнутся с солдатами империи?

– Мы похищаем тебя, принцесса, – холодно улыбнулся Сетвик в ответ.

Глава 5

Алдари ехала верхом, запястья у нее были связаны кожаным ремнем, но ноги к стременам не привязали. И, хотя рот кляпом ей не заткнули, кричать было бессмысленно. Кто ее здесь услышит, кроме воргов, волков и, возможно, имперцев, желавших ее смерти? Ей оставалось только молча смотреть на проплывавшие мимо папоротники и сосны, пока мозг рассеянно анализировал узоры в листве.

За ней следовала Тели верхом на другой лошади, но тоже со связанными руками. Обе лошади принадлежали их солдатам – солдатам, которые еще утром были живы, а теперь мертвы. Они погибли, спасая жизнь Алдари, и в данный момент она изо всех сил пыталась испытывать благодарность. Все это время она опасалась эльфов: что-то в них казалось ей неправильным, но она не доверилась своим инстинктам. Не попросила отца отправить их восвояси, потому что она не хочет ехать с ними.

Стал бы он ее слушать? Или отмахнулся бы от ее интуиции так же быстро, как отмахнулся от работы, которую она опубликовала под псевдонимом?

Она тихонько фыркнула и сморгнула слезы – ей не хотелось плакать перед этими людьми, особенно перед самодовольным ублюдком Сетвиком. Он следовал за ней пешим ходом и вел под уздцы лошадь Тели. Хок тоже шел пешком и вел ее лошадь, хотя после одиозного заявления своего лейтенанта он не сказал ей и пяти слов.

Остальные эльфы теперь ехали верхом, оседлав лошадей, которых нашли после битвы. Солдатам они больше не были нужны, а если бы лошадей бросили на произвол судьбы в горах, то они, скорей всего, стали бы добычей хищников. Тем не менее Алдари не могла не думать об этом как о воровстве и задавалась вопросом, не сговорились ли эльфы с имперцами, а может, даже специально организовали атаку, чтобы отвлечь внимание и заполучить, что им было нужно.

А если бы талдарцы не напали, то что бы произошло? Возможно, эльфы дождались бы наступления ночи, перерезали бы глотки спящим солдатам и все равно похитили бы Алдари.

Она оглянулась, жалея, что не может поговорить с Тели. Тропа была слишком узкой, и ехать рядом было невозможно, даже если бы эльфы им позволили. Тели, на щеке которой наливался синяк, внимательно посмотрела на нее и вздернула подбородок, словно ожидая какой-то команды. Наверное, думала, что Алдари предложит ей попытаться бежать.

К сожалению, эльфы отобрали у них оружие. Даже если по какому-то безумному стечению обстоятельств им удастся улизнуть от грозных похитителей, в горах они будут так же беспомощны, как и лошади.

Тем не менее Алдари кивнула.

– Позже, – произнесла она одними губами.

Она понятия не имела, куда везут их эльфы и зачем она им понадобилась, но как только у них с Тели появится возможность, она прикажет предпринять попытку бегства.

Сетвик, который, казалось, контролировал все вокруг, заметил их молчаливый обмен взглядами и фыркнул. Хок посмотрел на Алдари.

Она отвела глаза, снова уставившись на деревья. Первой ее мыслью было вообще с ним не разговаривать, но потом ей показалось, что это глупо. Наоборот, ей следует разговорить его и выслушать все, чем он захочет поделиться. Вдруг это поможет им спланировать побег.

– Зачем вы похитили нас, капитан? – спросила Алдари, заставив себя быть почтительной и обратиться к нему по званию.

Она надеялась, что если будет с ним вежлива, то есть вероятность, что и он впоследствии не будет обращаться с ними чересчур жестоко.

– Если вы собираетесь запросить за меня выкуп у принца Зерика, я сомневаюсь, что представляю для него ценность. И уж точно я не стою крови, пролитой вашими людьми, – или смерти несчастных солдат. – Мы ведь даже не знакомы.

Может, ей не стоило этого говорить. Было бы лучше, если бы Хок считал, что она чрезвычайно ценна. Если он не получит вознаграждение, на которое рассчитывает, то может запросто перерезать ей горло.

– Нас не интересует королевство Орат или его принц, ваше высочество, – отозвался Хок. – У меня есть долг перед моим народом.

– И вашему народу нужна я? – скептически уточнила она.

– Да, вы.

Сетвик резко что-то сказал, предостерегая Хока. Видимо, приказал ему не делиться секретами?

Кто из них тут на самом деле главный?

Хок жестко оборвал его, бросив взгляд через плечо. Он уставился на тропу впереди, затем тяжело выдохнул. Лицо его разгладилось, и он, наконец, посмотрел на Алдари.

– Мне очень жаль, что вам и вашей служанке приходится терпеть неудобства из-за нас. Если все получится, мы вернем вас целыми и невредимыми, чтобы вы могли реализовать свои свадебные планы.

– Служанке? – негодующе выпалила Тели. – Разве я похожа на женщину, которая помогает принцессе принимать ванну и одеваться?

И она замахала своими связанными руками, пытаясь указать на свои черные брюки и тунику – одежду, которая не сковывала движения и уж точно не была данью моде.

Алдари жалела, что тоже не надела брюки и тунику, а поехала в платье, которое теперь выглядело грязной тряпкой.

– Она мой телохранитель. Если бы она была служанкой, то не колотила бы врагов булавой.

– Два дня назад она была библиотекарем, – мягко напомнил Хок.

– Это была ложь, и мне хотелось, чтобы вы нее поверили. – Алдари покачала головой.

– Мы многое изучили перед приездом.

– Изучили что? Как я выгляжу? Зачем? Что-то мне не верится, что у эльфов есть собственный принц и что они хотят, чтобы я вышла замуж ради создания союза с ними.

Хок, чьи движения до этого момента отличались безупречной грацией, споткнулся. Он бросил на Алдари взгляд, который она не смогла истолковать, но быстро пришел в себя: лицо снова обрело безмятежное выражение, и в зеленых глазах мелькнула искорка если не веселья, то, возможно, иронии?

– Нет, ваше высочество, – сказал он. – Эльфы не планируют заключать союз посредством брака с человеческой принцессой.

Он произнес это вежливо, но тут опять вмешался Сетвик со своей грубостью.

– Зачем нашему народу искать союза с жалким королевством рыбаков и фермеров, которые не способны отбиться даже от нескольких воргов?

Подумав о павших от лап воргов на ферме, Алдари не смогла удержаться и побледнела, почувствовав себя оскорбленной.

– Или раздвигать ноги какой-нибудь человеческой девке ради того, чтобы она родила хилого полукровку, – добавил Сетвик.

– Девке?! – взревела Тели.

Алдари прикусила язык, едва сдерживая собственный гнев. Может, ей и стоило выговориться, но если Хок не лгал, а действительно намеревался в конце концов отпустить их с Тели, то ей не следовало сильно злить эльфов, чтобы они не передумали.

– Хватит, Сетвик, – бросил Хок через плечо, и злость погасила свет в его глазах. – Прекрати грубить нашим гостьям.

Сетвик крепче сжал поводья и холодно посмотрел вперед, но не на Хока, а на Алдари. Его переполняла такая же смертоносная ярость, какую она видела в глазах имперского воина с топором, и она едва сдержалась, чтобы не отпрянуть.

Ее решение не злить эльфов казалось мудрым. Она была склонна верить, что Хок сделает, что обещал, и отпустит их, когда закончит… что бы он там ни запланировал. Но в Сетвике она была совсем не уверена. Казалось, он шел и предавался мечтам, как вонзит ей кинжал меж лопаток. Она не понимала, чем так обидела его, но давать ему повод для воплощения его фантазий ей не хотелось.

Сетвик тихо сказал что-то Хоку на своем языке, и тот щелкнул пальцами и посмотрел вперед. Знал ли он, что Сетвик сверлит ему затылок сердитым взглядом? Или что остальные наемники украдкой посматривают на них?

Не желая давать повод для дальнейших споров, особенно когда она чувствовала, что если что-то случится с Хоком, судьба ее будет совсем незавидной, Алдари подавила любопытство и больше не задавала вопросов.

Единственное, на что она надеялась, так это на то, что ей и Тели удастся ускользнуть во время ночлега. Как-нибудь. Если эльфам удастся переправить их через реку Вечного Тумана в свою странную и зловещую страну, которая, по слухам, полна существ гораздо более смертоносных, чем ворги… Тогда им уже никуда не деться.

Глава 6

С приближением сумерек эльфы разбили лагерь вдоль тропы у ручья, извивающегося по склону. Они ехали верхом весь день, и у них с непривычки болели ягодицы и бедра. Да и все тело ныло из-за синяков и ушибов, полученных, когда карета слетела с дороги и кубарем скатилась по склону. Алдари подавила вздох, когда спешивалась, чтобы похитители – особенно Сетвик – не радовались лишний раз, наблюдая за ее страданиями. Хорошо хоть ни она, ни Тели, насколько поняла Алдари, ничего себе не сломали.

Она была бы не против прогуляться, чтобы разогнать кровь, но Хок отвел ее и Тели к валявшемуся в лесу бревну. Пока его люди ухаживали за лошадьми и кормили их, он вытащил из рюкзака кожистые на вид зеленые батончики и воду и предложил им.

– Дайте слово, что не попытаетесь бежать, если я развяжу вам руки, чтобы вы могли спокойно поесть, – сказал Хок.

– Нет, – ответила Алдари, подумав, поверил бы он ей, если бы она сказала «да».

Может, ей так и надо было сказать? Ведь ее долг – сделать все возможное для побега.

– Очень хорошо, – тихо фыркнул Хок.

Он вручил им по сомнительному зеленому батончику и жестом пригласил их сесть на бревно.

Алдари осторожно опустилась на поросшую мхом кору и понюхала то, что, по-видимому, было едой. Измельченный и спрессованный растительный материал с вкраплениями более темных кусочков сильно пах землей и лесом.

– Что это? – спросила она.

– Батончик из мха.

– Из мха? Я и не знала, что он съедобен. – И Алдари уставилась на кожистый брусок.

Тели, которая все еще стояла, резко выбросила вперед руку с батончиком, будто он собирался ее цапнуть. Лошадь, которая паслась рядом, заржала, и ее ноздри дернулись, когда она повернула голову к еде. Если бы Тели не была такой голодной, ее батончик вполне мог оказаться во рту у лошади.

После долгого и трудного дня Алдари и подумать не могла о том, чтобы отказаться от еды, какой бы сомнительной она ни была. Желудок жалобно заурчал.

– Многие мхи съедобны, – кивнул Хок. – Большинство, правда, не очень питательны, но мы выращиваем несколько видов, которые богаты белком и долго хранятся. Такие батончики очень удобно брать в дорогу. В эти мы добавили клюкву, чтобы придать им более приятный вкус.

– Напомните, чтобы я взяла у вас рецепт перед тем, как покину вас, – сказала Алдари. – Не сомневаюсь, что батончики с клюквой и мхом будут пользоваться спросом на праздновании Дня Солнцестояния.

– Кажется, вы издеваетесь над нашей едой, – изогнул светлые брови Хок.

– Вы так проницательны для похитителя.

– Потому что мох держит меня в тонусе. А что обычно едят ваши люди?

– Рыбу и картошку. Мы же находимся довольно далеко на севере, поэтому вегетационный период у растений короткий. А картофель – одна из немногих культур, которая хорошо растет и хорошо хранится зимой.

Потом до нее дошло, что большая часть страны эльфов лежит даже севернее Делантрии. Неудивительно, что они питаются мхами.

– Картофель? – переспросил Хок. – Разве он не ядовит?

– Только в сыром виде. Но не настолько, чтобы отравиться до смерти. Обычно он вызывает некоторое, м-м-м, расстройство пищеварения.

– У мха нет таких последствий, – самодовольно ответил лейтенант.

Мимо прошел Сетвик и, взглянув на них, произнес что-то пренебрежительное на своем языке.

Возможно, что у людей варварские кулинарные обычаи.

Несколько раненых в бою эльфов лежали на земле и стонали. После битвы Хок, должно быть, боялся, что в том районе на помощь неприятелю придут дополнительные силы, поэтому не разрешил сделать остановку, чтобы люди могли обработать раны. Однако теперь седовласый эльф с коричневой кожаной сумкой, в которой, видимо, были лекарства, двигался меж наемников, задавая вопросы и осматривая раны.

Алдари видела его во время битвы, и его умение обращаться с мечом впечатляло. Даже не верилось, что он был лекарем.

– А вам нужна медицинская помощь? Можно позвать лекаря Мевлета.

Хок взглянул на Алдари. У нее на макушке запеклась кровь от удара о стенки кареты.

Там у нее была шишка и рана, да и все тело болело, но Алдари покачала головой, не желая, чтобы один из ее похитителей осматривал ее.

– А я бы приняла обезболивающую пилюлю, – пробормотала Тели, неуклюже опускаясь на бревно, поскольку связанные руки затрудняли даже самые простые действия. – Или пять. У вас есть корень вэйвар?

– Вэйвара нет, но есть похожее средство. – И Хок что-то сказал лекарю.

Мевлет хмыкнул и кинул Хоку две упаковки какого-то снадобья, а затем опустился на колени перед молодым эльфом, который с гримасой боли снимал с себя доспехи. Хок поймал упаковки и вручил одну Тели и одну Алдари, хотя она ничего не просила.

– Если кому-то совсем плохо, у него есть магические целебные зелья, – сказал Хок. – Но про вас он, должно быть, думает, что вы вряд ли умрете, поэтому передал вам лекарство, которое притупит боль. Он считает, что этого будет достаточно.

– Повезло нам, – сказала Алдари.

– Повезло нам, – улыбнулся Хок и приложил руку к груди.

Он еще не открыл тайну, для чего им понадобилась человеческая принцесса.

Тели развернула оба пакета, обнаружив внутри серый порошок, издающий запах дробленых камней.

– Выглядит заманчиво.

– Это высушенные и толченые ягоды аславара с нашей родины. – Хок сел на бревно рядом с Алдари. – Сильнодействующий порошок. Примите только половину и посмотрите, поможет или нет. Если боль не пройдет, можно принять вторую дозу, но после нее можно заснуть.

Алдари посмотрела на него, мысленно желая, чтобы он ушел. Похитители за целый день не оставили их ни на минуту одних, и ей не удалось поговорить с Тели. Она не совсем понимала, о чем они будут договариваться, поскольку не могла придумать ничего стоящего, кроме как дождаться, пока их похитители заснут, а потом захватить коней и бежать.

Она изучала лошадей, стараясь по виду определить, какие из них наиболее сильные и выносливые.

Поскольку она и Тели были легче эльфов, возможно, лошади, которых они выберут, смогут скакать быстрее. Но мысль о том, чтобы вслепую мчаться ночью по горной тропе, пугала ее. Она также сомневалась, что эльфы улягутся спать, не оставив часовых.

Алдари коснулась порошка языком, сморщилась от прогорклого пепельного вкуса и не смогла удержаться от кашля. Даже дробленый камень был бы лучше. Она подумала, что порошок можно заесть батончиком из мха, но вряд ли это улучшит вкус. Поэтому она выхватила у Тели фляжку с водой и глотнула, по щекам у нее потекли слезы.

Несколько эльфов засмеялись, и их голоса прозвучали удивительно музыкально для закоренелых убийц.

– Боюсь, наше лекарство редко бывает приятным, – сказал Хок.

– Вы же сказали, что это изготовлено из ягод? – с трудом выдавила Алдари. – А ягоды должны быть сладкими, чтобы птицы их ели и распространяли семена. Это способ выживания вида. А эти… они такие горькие. Удивительно, что они до сих пор не вымерли.

– А, вы про это. Думаю, лекарство изготовлено из семян этих ягод.

Алдари снова заставила себя коснуться языком порошка, стараясь принять предложенную половинную дозу.

Тели смотрела на нее в темнеющем сумраке.

– Может, мне лучше потерпеть, а не мучиться, глотая это.

– Да оно не так уж ужасно, – кашлянула Алдари и сделала еще глоток.

– Да, глядя на твой радостный румянец, мне так и хочется поскорее припасть к этому целительному источнику.

– Он не просто уменьшит боль, – пояснил Хок, – а повысит естественную способность вашего тела к самоисцелению.

Алдари передала фляжку Тели.

– На, порадуй себя.

Пока Хок жевал свой зеленый батончик, а Алдари безуспешно мечтала, чтобы он ушел, вокруг них кипела бурная деятельность. Работали все наемники, которые не были ранены. Сетвик тоже работал, устанавливая растяжки и другие средства защиты, о которых Алдари могла только догадываться в тусклых сумерках. Она попыталась запомнить, где их размещают, поскольку они могли не просто предотвратить вторжение, но и легко воспрепятствовать побегу, и заметила, как наемники смотрят на Сетвика, задавая ему вопросы, как послушно кивают, выполняя его приказы. А вот у Хока никто ничего не спрашивал.

– А вы точно здесь главный?

Алдари по чуть-чуть откусывала от уголка батончика. Он тоже был ужасным на вкус, как она и опасалась, только чуть менее горьким, чем лекарственный порошок. Может, ей следует просто выковырять из него клюкву?

– Точно. Вет Сетвик – мой заместитель, и я делегирую ему обязанности, а сам праздно слоняюсь по бревнам, развлекая себя беседой с хорошенькими дамами. – Хок помахал своим пайком в воздухе. – Привилегии руководства. А в человеческих землях разве не так?

Пусть Хок и улыбался, не обращая внимания на мрачные взгляды Сетвика, он тем не менее внимательно наблюдал за ней. Прикидывал, поверила ли она ему? Несмотря на мелькнувшую на лице улыбку, зеленые глаза смотрели пристально. Каким-то образом ему удавалось удерживать ее взгляд, заставляя чувствовать его постоянное внимание, думать, что она важна для него. Но почему?

– Наверное, – Алдари подумала о лейтенанте Саборе и других погибших солдатах и вздрогнула, – вы вступили в сговор с империей Талдар и организовали их нападение на караван, чтобы вам было легче нас похитить?

– Мы этого не делали, – без колебаний ответил Хок. – Мы знали, что в горах есть люди, которые могут представлять угрозу, потому что именно этой дорогой мы шли к вам в королевство. Но мы не договаривались с ними.

– Но все время планировали похитить нас.

– Похитить – да. – Хок взглянул на Тели, но указал на Алдари. – Мы собирались усмирить и связать ваших солдат ночью. К несчастью, все пошло не по плану. Нам жаль погибших.

Его голос звучал искренне, но Алдари больше доверяла своей интуиции. Кроме того, она почти не знала Хока и не могла читать его мысли. К тому же этот почти незнакомец был эльфом. Хотя они улыбались и смотрели так же, как люди человеческой расы, возможно, их мимика имела совсем другое значение. А может, Хок был опытным лжецом.

– А зачем я вам? – спросила она. – Вы не ответили мне в прошлый раз. Это невежливо с вашей стороны.

– Прошу прощения, ваше высочество. Откуда взяться вежливости у наемников? – Хок изобразил поклон сидя.

Прошло несколько долгих секунд, и Алдари поняла, что и на этот раз не дождется ответа на свой вопрос. Она издала раздраженный звук, и ей захотелось швырнуть в него батончиком.

– Как только мы доберемся до Серта, я смогу поговорить с вами более открыто, – миролюбиво добавил Хок.

Алдари не планировала задерживаться в компании эльфов так долго, но чувствовала, что дальнейшие расспросы ни к чему не приведут. Чего она действительно хотела, так это поговорить с Тели. Наедине.

– Чтобы ваши наемники не возмущались, что у вас есть привилегия бездельничать с дамами, – сказала Алдари, – может, вы пока разожжете для нас костер? Становится прохладно.

У нее было ощущение, что Хок держался поближе к ним, чтобы быть уверенным, что они не сбегут или не станут мишенью для имперских лучников, скрывающихся в лесу, а вовсе не потому, что у него была привычка расслабляться, пока другие эльфы работают.

– Костер разводить нельзя. Это все равно что включить маяк, по которому нас будет легко обнаружить.

– Думаете, здесь есть кто-то, кто будет искать нас среди ночи?

Едва она договорила, как поблизости завыл волк. Или еще какое-то животное. Возможно, ворг или другой крупный хищник, рев которого прокатился дальше по склону холма.

– Огонь может отпугнуть диких животных.

– С животными мы точно справимся.

– Мы не справимся. – Алдари подняла свои связанные руки.

– Я вас спасу.

– Потому что я вам нужна для чего-то.

– Да.

– Но вы не скажете мне, для чего.

Хок взглянул на Сетвика, который, казалось, всегда был поблизости.

– Мы отведем вас к эльфам, которые все объяснят. Я мало знаю. Ведь я воин, а не ученый.

– А вам нужен ученый? – Алдари взглянула на Тели, но та только пожала плечами и подняла брови. – А что заставляет вас думать, что я вам подойду, Хок?

Она вспомнила математическую задачку, которую просила решить своего брата, и то, как внимательно Хок наблюдал за ними, когда они обсуждали решение. Но умение умножать в уме не делало ее ученой. Это могли делать многие люди, в том числе любой учитель. Она много лет изучала математику и экономику, но откуда эльф из другого королевства мог это знать? Даже ее собственная семья не знала, что она пишет под псевдонимом, так что это не могло быть связано и с опубликованными ею статьями. Кроме того, какое эльфам дело до экономики человеческих королевств?

– Вы выглядите умной, – ответил Хок, снова улыбаясь.

Он просто льстил ей, чтобы не отвечать на вопрос, однако это вызвало лишь раздражение. Но было в нем некое плутовское обаяние, и потому, когда он улыбался и смотрел ей в глаза, она не могла злиться всерьез. Скорее, наоборот.

Она нахмурилась и отвела взгляд, не желая признавать, что испытывает к нему влечение. Ее похититель мог, несмотря на все заверения, вступить в сговор с людьми империи, чтобы ему было легче похитить ее. И если это так, то смерть лейтенанта Сабора и других солдат на его совести. А если не так, то он все равно похитил ее, прервал ее путешествие и помешал ее свадьбе. Свадьбе, которая должна была скрепить союз, так необходимый ее народу.

Тели подавилась и закашлялась, запивая лекарство водой из фляги, половина которой пролилась ей на тунику.

– Не согласна, что я умная? – спросила Алдари. – Или попробовала порошок?

– Ужас. Лучше потерять сознание и умереть в горах.

– Ничего, постепенно привыкнете, – сказал Хок и позвал лекаря, чтобы попросить у него еще одну упаковку порошка.

Наверное, и у него после боя ныло тело. К тому же весь день он провел на ногах. Когда лекарь бросил ему упаковку с порошком, Хок высыпал себе в рот сразу все ее содержимое, хотя сам предупредил их, что начинать лучше с половины дозы. Видимо, у него был очень тяжелый день: и битва с горцами, и похищение, и длительный переход по горной тропе.

– Аккуратнее с порошком, а то еще заснешь не вовремя, – сказал ему Сетвик. – Если их люди хорошо обучены, сегодня вечером у нас будет компания.

– Сомневаюсь, – ответил Хок.

– Это ты позволил уйти тому человеку. – Сетвик хлопнул по ножнам одного из своих мечей и перешел на свой язык.

– Мы пришли за принцессой, – ответил Хок, решив продолжить на человеческом языке, – а не за тем, чтобы убивать их народ. У нас и без того достаточно врагов.

Алдари нахмурилась и выпрямилась. Кто же ушел? Один из солдат ее отца? Если он благополучно пройдет через горы и доберется до гарнизона на материке, возможно, тамошние войска смогут направить спасательный отряд? Тот, который успеет их нагнать до того, как они достигнут реки Вечного Тумана.

– Остальные уже были мертвы, – сказал Сетвик, следуя примеру Хока говорить на их языке, чтобы пленницы понимали, о чем речь. – Если бы и этот солдат напоролся на нож, никто бы и не узнал, кто виноват.

От признания Сетвика, что он хладнокровно убил бы солдата, сердце у Алдари застыло, но она нисколько не удивилась. Он мрачно уставился на нее, и ей пришлось бороться с желанием прильнуть к Хоку. Хотя он был не спасителем, а похитителем, и ей нужно было сбежать и от него, и от других.

– Мы здесь не для того, чтобы убивать кого-то. Мы убиваем только в целях самообороны, как это было сегодня. Или для того, чтобы защитить ее. – Хок махнул головой в сторону Алдари. – Я знаю, что ты кровожадное животное и бросил наш народ много лет назад, но сейчас ты согласился участвовать в этой миссии.

В глазах Сетвика вспыхнула ярость, кулаки сомкнулись на рукоятях парных мечей, кожа на костяшках пальцев побелела от напряжения.

– Я не бросал наш народ. Я ушел на человеческие земли работать.

– Ты очень опытный и умелый воин, и ты был нужен нам, чтобы защищать наши границы и оттеснять врагов.

Сетвик снова переключился на свой язык, чтобы ответить, но его руки все еще сжимали оружие. Хок остался сидеть на бревне, спокойно поедая свой зеленый батончик.

– Разумно ли подстрекать его? – прошептала Алдари, снова беспокоясь, что у них с Тели возникнут проблемы – большие проблемы, – если Хок погибнет, а группу возглавит Сетвик.

– Неразумно, – Хок небрежно откусил от батончика, не сводя глаз с Сетвика. – Он чрезвычайно хороший воин.

– Я участвовал во многих битвах и сражениях, – сказал Сетвик.

– А не лучше ли было вернуться домой и помогать нашему народу?

– Я вернусь, как и обещал королю. Я дал слово, но не дави на меня, Хок. – Сетвик опустил оружие, хотя челюсти все еще были сжаты, и для того, чтобы разжать руки, ему потребовалось видимое усилие. – Если ее люди нас догонят и нападут сегодня ночью, нам придется убить их. И это будет твоя вина, потому что ты намеренно позволил уйти одному.

– Не догонят. До границы и ближайшего лагеря осталось полдня ходу. Встанем пораньше и к полудню доберемся до реки. Через реку они за нами не последуют.

– Будем надеяться, что ты прав.

Сетвик ушел в лес, исчезнув во мраке.

Из-за надвигающейся тьмы Алдари больше ничего вокруг не видела, в том числе и наемников. Она не кривила душой, когда говорила, что становится прохладно. Ночи здесь холодные, а снег в горах шел даже летом. Она крепко обхватила себя руками, мечтая об одеяле. Но эльфы путешествовали налегке, и она сомневалась, что у них есть такая роскошь.

Поскольку они спешили покинуть место нападения, ей не разрешили взять ничего из вещей с места падения кареты, даже книги. Хоть они и ценили ученых, но, видимо, не настолько.

– А вы двое – молодцы! Хорошо сражались сегодня, – сказал Хок, удивив Алдари. – Когда я услышал, что бойцы с топорами сорвали дверь с петель, я думал, что не успею добраться до кареты. Как же я удивился, когда, покончив с горцем, увидел дыру от кинжала у него в животе.

– У меня сработал защитный рефлекс, – пробормотала Алдари, полагая, что она не должна приписывать себе этот дикий удар. – Просто повезло.

– А я не полагаюсь на везение, – сказала Тели. – Мой удар булавой был точно просчитан.

– Вот почему она телохранитель, а я принцесса, – слегка пихнула ее локтем Алдари.

– Мы взяли ваше оружие с собой, – Хок указал через плечо.

К его рюкзаку была привязана булава Тели и кинжал Алдари.

– Когда мы доберемся до нашей земли, я развяжу вам руки и верну оружие.

– А что, если мы воспользуемся им для побега? – спросила Алдари.

– Как только мы доберемся до наших земель, я расскажу вам о них, и уверен, что вам не захочется бродить там в одиночестве.

– А вдруг, как только вы отдадите нам оружие, мы разобьем вам голову, когда вы отвернетесь? – спросила Тели.

– Уверен, принцесса так не поступит, – сухо ответил Хок. – Насчет вас не могу утверждать.

– Хорошо, – сказала Тели.

Он усмехнулся и встал, но остановился, чтобы дотронуться до плеча Алдари. Она хотела было отстраниться, но замерла, когда он заговорил, и его голос был серьезен и полон решимости.

– Я знаю, ваше высочество, что ни мы, ни наш народ вас не волнуют – у вас нет на то причин, – но вы нам нужны. Если ученый, с которым я работал, прав, вы можете помочь нам сделать то, что мы пытались и не смогли сделать на протяжении столетий.

Он опустил руку и исчез в темноте в том же направлении, что и Сетвик.

– Как ты думаешь, что это значит? – прошептала Тели.

– Что они сделают все возможное, чтобы мы не сбежали, – вздохнула Алдари.

Глава 7

В горах что-то грохнуло, по склонам прокатился тяжелый гул, и Алдари снова уставилась на уходящую вперед тропу. Все утро она оглядывалась назад в надежде заметить отряд королевских воинов, которые вот-вот выскочат из зарослей, чтобы спасти их. К сожалению, эльфы шли довольно быстро, и Хок выглядел уверенно, когда говорил, что они доберутся до реки раньше, чем сбежавший солдат успеет добраться до своих и сообщить о похищении. К тому же, чтобы сформировать спасательный отряд, потребуется время.

Ночью Алдари спала плохо – мало кому удалось бы хорошо отдохнуть со связанными руками на голой каменистой земле. Она часто просыпалась, и каждый раз Хок оказывался поблизости. Кроме того, поодаль она заметила эльфов, стоявших на страже в тени. Им с Тели не представилось ни единой возможности для бегства.

Она продолжала думать, как можно было бы создать такие возможности, но ничего толкового в голову не шло. Все, чего ей хотелось, – это угадать, сколько миль они прошли, и подсчитать, сколько им еще предстоит пройти до реки.

В горах грохнуло еще раз, и ее лошадь тревожно запрядала ушами, вздрогнула, но продолжила идти ровной поступью. Самой Алдари этот звук тоже не понравился.

– Что это было? Пушка? – спросила Тели.

Она снова ехала позади Алдари, но сегодня ее лошадь вел за поводья другой эльф.

Удивительно, но лошадь Алдари по-прежнему вел сам Хок. Несмотря на его разговоры о привилегиях начальства, эту свою обязанность он не перепоручал никому. Некоторые эльфы, в том числе лекарь, который утром вручил им еще одну упаковку своего ужасного обезболивающего, ехали верхом по очереди, но Сетвик и Хок продолжали идти пешком.

– Взрывчатка, – пояснил Хок. – Недалеко от этой тропы находится шахта.

Сетвик пробормотал что-то мрачное на своем языке. На этот раз ответ Хока прозвучал как согласие. Они оба посмотрели на покрытый осыпью склон, в ту сторону, откуда раздался грохот, и покачали головами.

– Шахта империи? – спросила Алдари.

– Да.

Она оглянулась и встретилась глазами с Тели. Если эти имперские солдаты охраняют горняков и слышали, что нападение их людей на караван не увенчалось успехом, то, если они заметят Алдари, могут попытаться захватить ее.

– Когда мы шли к вам, мы проходили мимо шахты ночью, – сказал Хок. – Она как бельмо на глазу, и, видимо, из-за нее животные покидают эти земли.

Алдари подумала о ферме, на которую напали ворги, – возможно, их не специально согнали с гор, а они сами спасались от шума. Даже если это было сделано непреднамеренно, это не значит, что Талдарская империя тут ни при чем.

Через несколько минут по лесу разнесся злобный рев. Грохот взрывов звучал в стороне и доносился из-за хребта, у подножия которого они шли. А рев был слышен с тропы впереди. Эльфы заговорили друг с другом, некоторые посмотрели на Сетвика.

Хок что-то произнес командным тоном, и наемники замолчали. Алдари догадалась, что он приказал продолжать двигаться вперед, но быть наготове.

Тропа вилась по предгорью, усеянному валунами и каменистыми осыпями, затем резко сворачивала и устремлялась вверх по склону. Вскоре их группа уже двигалась по гребню хребта. Эльфы сохраняли бдительность, внимательно смотрели по сторонам, держа руки на оружии. Некоторые сняли со спины луки и ехали верхом или шли с наложенными на тетиву стрелами.

– Что это? – спросила Тели, подняв связанные руки и указав на глубокий ров длиной с милю, вырытый – или устроенный с помощью взрывчатки – в склоне горы. Рядом протекала река, и были установлены мельницы для измельчения камня. Вокруг суетились люди – крошечные, если смотреть с вершины хребта. Они трудились над извлечением руды.

Пока никто из них не заметил отряда эльфов, но Алдари чувствовала себя уязвимой на открытом пространстве. Она надеялась, что тропа скоро снова вильнет вниз и они смогут скрыться за склоном.

– Это и есть шахта, – ответил Хок. – Люди разрушают гору, чтобы добыть железо и драгоценные металлы из камня.

Когда Делантрия контролировала эту часть гор, они тоже занимались добычей полезных ископаемых, но их люди не делали ничего настолько масштабного. Они просто рыли штольни, а не взрывали огромные ямы.

– Должно быть, им нужна руда для изготовления оружия, – тихо сказала Алдари. – Они готовятся к вторжению.

Хок посмотрел на нее.

– Империи Талдар нужна Делантрия – то, что от нее осталось, что они еще не захватили, – чтобы иметь выход к Каспирскому морю. Нам нужны могущественные союзники, чтобы предотвратить их вторжение. Единственная надежда нашего народа – моя свадьба. Если мы не получим помощь Ората, наше королевство падет в следующем же году.

Алдари сомневалась, что Хок откажется от своей миссии из-за тяжелого положения, в котором оказалась она, но все же надеялась, что он поймет, что на карту поставлено очень многое и что с его стороны было эгоистично похищать ее.

– Если не будет свадьбы, Орат не поможет? – переспросил Хок.

– Нет.

Алдари не вникала в подробности всех переговоров и сделок, которые ее отец пытался заключить в последние годы, не только с Оратом, но и с королевством Йи, а также с некоторыми другими крупными островными государствами. К сожалению, мало кого заботило, сохранит ли Делантрия свою независимость. Для других народов не имело значения, кто правит полуостровом, а отец не хотел предлагать китовый жир за бесценок. Это был единственный товар в королевстве, который был нужен другим. И ее народ не мог позволить себе расстаться со своим основным источником дохода. Он мог позволить себе расстаться только со своими дочерями.

– Если они так поступают, значит, они плохие союзники, – заключил Хок.

– Они станут хорошими, как только две королевские семьи будут связаны узами брака.

– Вы в этом уверены? – скептически уточнил Хок. – Если они не станут помогать вашему народу из-за того, что произошла непредвиденная ситуация, то разве можно быть уверенным, что они помогут, заполучив вас?

– Можно, – твердо ответила Алдари, хотя раньше она уже думала, что помощь, предложенная ими в период между помолвкой и свадьбой, уж слишком невелика.

Тем не менее ей не понравилось, что иностранец, который ничего не знает об их народе, засомневался в рациональности их договоренности с Оратом.

– Да и выбора у нас почти нет. Разве что ваш народ решит пересечь реку Вечного Тумана и предложит нам помощь.

– Ваши люди не помогли нам, когда мы просили о помощи, – произнес Сетвик, не оглядываясь назад, а просто продолжая внимательно осматривать окрестности с наполовину натянутым луком. – Так почему же мы должны прийти к вам на помощь сейчас?

– Когда вы обращались к нам за помощью? – спросила Алдари, думая, что она бы запомнила эльфийских послов.

– Много веков назад, – ответил Хок, когда они спустились с хребта и снова вошли в лес.

В шахте раздался еще один взрыв, а впереди снова послышался рев – теперь уже ближе.

– Много веков назад? – Алдари повторила шепотом, не желая привлекать внимание того, кто рычал впереди.

Это прозвучало странно и задело Алдари за живое.

– Да.

Неужели Хок действительно осуждал ее королевство за то, что произошло за несколько поколений до рождения ее отца и всех остальных? Собственно говоря, у ее народа и теперь не было ресурсов, чтобы помочь эльфам решить их проблемы, если бы они обратились к ним за помощью. Возможно, так было и раньше.

– Ни одно из человеческих королевств не пожелало рисковать. Никто не захотел отправить войска в наши земли, чтобы помочь нам. В конце концов мы перестали просить. И поэтому сейчас вынуждены брать сами. – Хок протянул к ней руку.

– Ну, так поступать нехорошо. Особенно сейчас, когда…

Снова раздался рев, на этот раз из-за деревьев всего в нескольких десятках ярдов от них. Эльфы развернулись в этом направлении, лучники подняли орудия и начали стрелять по лесу.

Алдари мельком заметила коричневых мохнатых существ на двух ногах. У них были медвежьи головы, волчьи морды и рога. Ворги. Как минимум четверо.

В качестве укрытия существа использовали деревья, и большинство стрел вонзались в стволы, а не в покрытую шерстью плоть. С тропы впереди послышался новый рев.

Лошадь Алдари дернулась, нервно заржала, широко раскрыв глаза, и посмотрела на воргов.

Хотя Хок обнажил меч, но поводья не отпустил. Пока его солдаты стреляли, он ласково разговаривал с лошадью, пытаясь ее успокоить.

Лошадь Тели за спиной у Алдари поднялась на дыбы. Тели выругалась и схватилась за луку седла, пока эльф изо всех сил пытался удержать лошадь на месте за поводья.

Сетвик стоял впереди всей группы и хладнокровно стрелял в лес. Он попал в одного из воргов, когда тот перебегал от одного дерева к другому. Стрела вонзилась тому в шею, и он зарычал от боли, но все же сумел прыгнуть в укрытие.

Убить этих крупных существ было трудно. Кроме того, их все прибывало, словно они собирали силы в лесу, чтобы атаковать.

– Надо сразиться с ними сейчас, – сказал Сетвик Хоку. – Пока их не стало еще больше.

– Надо оставить кого-нибудь с принцессой, – сказал Хок.

– С ней останешься ты.

– Оставь еще двоих.

С другой стороны тропы кто-то натужно ухнул, и в лучников полетел огромный валун.

Они успели разбежаться в стороны до того, как валун упал, взметнув комья земли. Камень наверняка весил несколько сот фунтов. Неужели его швырнуло одно из этих существ?

Два эльфа развернулись и выстрелили в том направлении, откуда вылетел валун, и в это же время впереди на тропе появилось еще больше воргов. Они окружали группу. Алдари оглянулась. Путь назад пока был свободен.

Когда несколько лучников обнажили мечи и побежали в лес к воргам, ей пришло в голову, что это их шанс бежать, которого она так долго ждала. Талдарские горняки заняты работой и навряд ли заметят убегающих пленниц. Если им с Тели удастся не просто удержаться на лошадях, но еще и направлять их, они смогут обогнать эльфов, особенно если в сражении будет ранено много людей Хока.

– Пригнитесь! – выкрикнул Хок и взмыл вверх.

Алдари прижалась к шее своей лошади, когда он взмахнул клинком, попав по длинному древку, летящему к ней по воздуху. Копье.

Она замерла, когда его клинок разрубил древко, и обе половинки с лязгом упали на землю. Копье летело прямо ей в голову и запросто могло убить ее. Она даже не подозревала, что дикие звероподобные ворги умеют пользоваться инструментами и изготавливать оружие.

Когда эльфы подтянулись и вступили в бой со своими мохнатыми врагами, со всех сторон понеслись полные боли стоны и крики. Наемники дрались так же быстро и проворно, как и прежде, но воргов было так много, что Алдари подумала, что одной проворности будет мало.

Ее лошадь встала на дыбы, напуганная битвой не меньше, чем лошадь Тели. Сердце в груди Алдари быстро колотилось, когда она попыталась обхватить лошадь за шею, чтобы удержаться в седле, но со связанными запястьями она могла только ухватиться за луку седла и наклониться вперед. Чтобы не упасть, она крепко сжала ноги.

Хок натянул поводья, чтобы заставить лошадь опуститься, что-то напевая ей вполголоса и одновременно наблюдая за лесом по обеим сторонам тропы, высматривая летящие копья.

– Развяжите нас, – попросила Алдари, подняв связанные руки. – Пожалуйста. Иначе я не смогу защитить себя. Я и в седле с трудом держусь.

Она хотела соскользнуть вниз, но даже это было сложно сделать со связанными запястьями. Тропа была узкой, по обеим сторонам валялись валуны и росли деревья.

Хок внимательно взглянул на нее.

– Обещаете не пытаться бежать?

– Да, – раздраженно отозвалась Тели.

– Нет, – ответила Алдари.

Даже сейчас она не могла заставить себя солгать.

– Но если вы развяжете нам руки и вернете нам оружие, то, может, и мы сможем вам помочь – или, по крайней мере, не будем обузой.

Ее внимание привлекло движение – к ним летело еще одно копье. На этот раз оно пронеслось над головой, слишком высоко, чтобы угрожать жизни, но Алдари бросила на эльфа многозначительный взгляд.

Хок помедлил, еще раз огляделся по сторонам, затем вытащил нож и перерезал путы.

– Очень хорошо. Да сохранит вас Охотник.

Алдари не поняла, что это значит, но кивнула, когда Хок отвязал булаву Тели и ее кинжал от своего рюкзака. Вручив клинок, он отдал ей и поводья лошади.

– Спасибо.

Алдари схватилась за оружие, хотя не могла себе представить, как будет драться с одним из этих могучих воргов, имея в руках только кинжал.

Эльф, удерживающий лошадь Тели, что-то спросил у Хока, когда тот развернулся, чтобы разрезать путы Тели и отдать ей булаву, но в этот момент в сторону Алдари полетел валун, и Хок не ответил. Он снова бросился к ее лошади, чтобы оттолкнуть ее с дороги, но Алдари сама дала лошади шенкелей, и та рванула вперед.

Валун пролетел у нее за спиной и врезался в дерево. За ним пронеслись два ворга, подбежав к Алдари и Тели с поднятыми когтистыми лапами, напоминавшими человеческие руки.

Навстречу неповоротливым существам ринулся Хок. Эльф, охранявший Тели, сделал шаг, словно собравшись бежать на помощь, но, похоже, понял, что Алдари и Тели останутся без охраны.

– Иди помоги ему! – рявкнула на него Тели. – Иначе вашего капитана разорвут в клочья.

Эльф покачал головой, то ли потому, что ему приказали не оставлять их, то ли был уверен, что Хок справится с двумя воргами, но в этот момент из-за деревьев выскочили еще два огромных мохнатых существа, присоединившись к первой паре. Они взревели и подняли копья, направляя их на Хока.

Эльф выругался, отдал приказ на своем языке, который наверняка означал «оставаться здесь», и побежал на помощь своему капитану.

– Это наш шанс, – прошептала Тели.

Из-за рева воргов и криков эльфов ее слов почти не было слышно.

Она была права. Со всех сторон кипела битва. Воргов становилось все больше, и похитители были полностью поглощены сражением.

Тем не менее, когда Алдари подняла поводья, намереваясь развернуть свою лошадь и вернуться туда, откуда они пришли, Сетвик хмуро посмотрел на нее. Хок, хотя и сражался с двумя первыми воргами, тоже оглянулся. Как бы они ни были заняты, эльфы все равно помнили о своих пленницах.

Алдари кивнула Тели, но подняла палец. Если бы они подождали еще пару мгновений, эльфы, возможно, перестали бы оглядываться на них так часто. Хок, возможно, поверил бы, что Тели говорила правду и они не собирались бежать.

Наблюдая за их боем, Алдари желала, чтобы Хок и Сетвик полностью погрузились в бой и перестать обращать внимание на пленниц. Ворги были более восьми футов ростом и невероятно сильны – на месте эльфов Алдари бы с них глаз не спускала.

Один из воргов схватился за ствол дерева, расшатал и, с корнем вырвав из земли, поднял над головой и швырнул его в эльфов. Но Хок и другой наемник только отскочили в сторону, легко избежав громоздкого снаряда. Они тут же прыгнули назад, вонзив клинки в мохнатого монстра. Они сражались, прыгая и уклоняясь от ударов, которые раздробили бы кости эльфов, если бы достигли цели. Хок при этом часто оглядывался назад. Проверял Алдари и Тели.

Хотя это и раздражало Алдари, она не могла не восхищаться умением Хока сражаться. Все эльфы были невероятными мастерами боя: они прыгали и уклонялись от ударов в воздухе, совершая такие поразительные кульбиты, которые вряд ли удались бы людям. Алдари восхищалась этим, но это и пугало ее, особенно когда она осознала, что даже если спасательный отряд и нагонит их, он будет разгромлен. Если только ей не повезет, и ворги не ранят и не перебьют большинство эльфов только за счет численного превосходства.

Она не могла заставить себя желать Хоку смерти, даже если он и организовал их похищение, но она не пролила бы и слезинки, если прикончат его лейтенанта.

– Алдари, – рявкнула Тели и указала на тропу впереди.

Алдари оторвала взгляд от битвы, проклиная себя за то, что выпала из реальности, залюбовавшись мастерством эльфов – мастерством их похитителей. На тропу выскочили четыре ворга, собираясь атаковать. Они взревели и бросились в сторону Алдари и Тели.

– Давай, – прошептала Алдари, взглянув на Хока, который на мгновение отвлекся на сражение и не оглядывался на них. – Вперед!

Она боялась, что лошади снова встанут на дыбы и не будут их слушаться. Но желания лошадей полностью совпадали с желанием девушек. При первом же толчке они развернулись и рванули назад по тропе к хребту – в единственном направлении, где не было воргов.

Они неслись на максимальной скорости. Если бы не лошадь Тели впереди, лошадь Алдари могла бы скакать еще быстрее.

Алдари пригнулась пониже, вцепившись в шею лошади, пока та мчалась по каменистой тропе так быстро, что ей было страшно за свою жизнь. Но, возможно, это было к лучшему. В лицо ей дул ветер, звуки битвы за спиной стихли, и Алдари даже поверила, что им удастся уйти.

Пока лошади несли их к хребту, она думала о горняках и задавалась вопросом, смогут ли они с Тели затеряться среди этих людей. Навряд ли. Они были такими же врагами, как и эльфы, – возможно, даже хуже. Для чего бы ни понадобилась эльфам Алдари, она нужна им живой. А с империей совсем другая история.

Впереди из-за валуна выскочил ворг и приземлился на тропу. Он взревел и взмахнул копьем.

Обе лошади мгновенно остановились как вкопанные, и всадницы не успели подготовиться. Алдари пригнулась, отчаянно пытаясь удержаться в седле, но ее лошадь встала на дыбы, и она кувырком полетела вперед, молясь о том, чтобы не переломать при приземлении все кости, не свернуть шею и удержать в руках кинжал.

Сначала она ударилась плечом, потом покатилась вниз, все ее тело пронзила боль. Где-то неподалеку кричала Тели, которая тоже неудачно приземлилась. Она находилась ближе к воргу, чем Алдари, и он сосредоточился на ней, пока лошади, сойдя с тропы, мчались вниз по склону.

К Тели несся огромный ворг, и из-под его лап с грохотом разлетались камни и осыпь. Алдари быстро вскочила на ноги, но из Тели будто вышибли весь воздух, и она никак не могла прийти в себя. Ворг, топая, устремился к ней и занес копье для броска.

– Вставай! – закричала Алдари и метнула кинжал, молясь, чтобы тот попал в цель.

Лезвие скользнуло по лапе ворга, почти не поцарапав. К счастью, этого оказалось достаточно, чтобы отвлечь существо от копья. В эту секунду Тели почти пришла в себя и откатилась в сторону. Ей удалось удержать свое оружие. Подняв булаву над головой, Тели закричала и устремилась к воргу.

Швырнув в ворга кинжал, Алдари осталась безоружной и, оглядевшись, схватила по камню в каждую руку.

Ворг заметил несущуюся к нему Тели и направил копье ей в голову. Какими бы сильными ни были эти существа, их движения были не такими быстрыми, и она успешно уклонилась от атаки, сделала выпад и ткнула своей булавой воргу в пах.

Он взревел и уронил копье, чтобы попытаться схватить ее. Когда Тели отскочила, Алдари швырнула один из камней. На этот раз она не прицелилась, и снаряд пролетел мимо его головы. Хотя Тели была быстрой, огромный кулак задел ее, едва не свалив с ног.

Алдари швырнула второй камень. Он попал воргу в затылок, но, казалось, существо этого почти не заметило. Ей нужно было более смертоносное оружие.

Она кружила вокруг поля боя, пытаясь отыскать среди камней свой кинжал. Тели поднырнула под лапу с копьем, занесенным для очередного удара, и сделала выпад. Ее вторая атака была направлена в колено ворга, которое треснуло так громко, будто она ударила металлическим оружием по валуну. Существо взвыло, но боль не помешала ему броситься на Тели.

Она попыталась отскочить за пределы досягаемости, но руки и ноги ворга были такими длинными, что он все-таки схватил ее, оторвал от земли и стал трясти.

Тели закричала и врезала ему ногой по челюсти и булавой по запястью, но даже если ворг и почувствовал боль, она его не остановила. Только удар по колену причинил ему настоящий вред.

Алдари, наконец, заметила, как блеснул среди камней металл – ее кинжал.

Она побежала и схватила его, затем повернулась, обдумывая, где у этих мохнатых монстров может быть наиболее уязвимое место. Ворг продолжал трясти Тели, будто он собирался швырнуть ее так же, как его соплеменники швыряли валуны. Алдари побежала к нему. Она понятия не имела, где находятся его жизненно важные органы, но бросилась вперед и изо всех сил вонзила кинжал в поясницу. Такой удар ворг должен был почувствовать.

Монстр взревел и бросил Тели на камни, а затем развернулся лицом к Алдари. От его резкого движения кинжал вылетел у нее из рук, и она выругалась, отступая так быстро, как только могла. Но убежать от него ей вряд ли бы удалось, а другого оружия у нее не было.

Когда он рванулся к ней, сбоку что-то пролетело. Стрела.

Она вонзилась глубоко в глаз ворга. Снаружи торчало только дрожащее зеленое оперение. Но даже этот смертельный удар не сразу повалил монстра. Он откинул голову и взревел, подняв оба кулака к небу.

По покрытому осыпями склону зацокали копыта, и Алдари обернулась. К ним мчался верхом Хок, низко пригнувшись к шее лошади. В руках у него уже был меч, а не лук. Не останавливаясь, он схватил Алдари за руку и подтянул в седло.

– Тели! – закричала Алдари, боясь, что Хок умчится, бросив ее телохранительницу.

Хок, не замедляясь, уложил Алдари себе на колени и продолжил ехать. Он обогнал бушующего ворга, но вскоре развернулся и пришпорил лошадь, чтобы набрать скорость. Ворг, ослепший на один глаз, со стрелой, торчащей из черепа, поднял копье и вновь обратил внимание на Тели.

Она присела, держа на изготовку булаву, и тут ворг бросил в нее копье. Из своего неудобного положения Алдари не видела, что произошло, но выбитый глаз, должно быть, повлиял на точность, поскольку копье не попало в Тели. Она появилась в поле зрения Алдари с оружием в руках.

Но Хок верхом на лошади добрался до врага первым. Он приподнялся в седле, одной рукой удерживая Алдари от падения, а второй нанес могучий удар мечом, пронзив шею ворга, его мышцы и плоть, чтобы достать до артерии.

В отличие от Алдари ему удалось вонзить клинок не слишком глубоко, и он смог его вынуть. Развернув лошадь, он готовился нанести еще один удар, но ворг пошатнулся и рухнул на каменистый склон – из шеи у него хлестала кровь.

Тели шагнула вперед и выдернула кинжал Алдари из спины противника. Когда Хок замедлил ход, Алдари поняла, что звуки битвы в лесу стихли. Она обмякла и посмотрела в мрачные глаза Тели. Они упустили свой единственный шанс сбежать. А после этой неудачной попытки их похитители будут бдительны как никогда.

Глава 8

Отряд спустился с гор и попал в объятия густого тумана. Алдари смотрела на деревья по обеим сторонам тропы, отмечая, как ухудшается видимость. В таких условиях к ним может подкрасться еще одна стая воргов, прежде чем их кто-нибудь обнаружит.

Однако в данный момент она чувствовала себя в безопасности. К счастью, она больше не лежала на коленях Хока – когда он вернулся к своим наемникам с ней, перекинутой поперек седла, это было унизительно. Сейчас она сидела перед ним на лошади, и он придерживал ее одной рукой за талию, чтобы она не спрыгнула и не сбежала.

По идее, она должна была счесть этот жест слишком фамильярным и раздражающим, но после столкновения с воргами признала, что это ее успокаивает. За последние два дня ее чуть не убили, причем дважды, и оба раза ее спас Хок. И хотя рациональная ее часть постоянно напоминала, что она попала в переделку с воргами только потому, что он и его люди похитили ее, это не мешало испуганной и эмоциональной части Алдари радоваться тому, что он и его меч будут защищать ее жизнь от любых угроз.

За ними следовал еще один эльф, точно так же удерживая Тели. Во время битвы он был ранен, поэтому его усадили на лошадь, но меч его был обнажен, а сам он был готов, как и Хок, защищать свою пленницу.

Алдари периодически оглядывалась назад, на Тели, которая, судя по недовольному выражению лица, совершенно не оценила такую защиту, в отличие от своей принцессы. В битве с воргом она чувствовала себя вполне уверенно. Алдари была сильна в написании статей и решении математических задач, но в бою это не особенно ей помогло.

– Скоро мы доберемся до реки, – сказал Хок прямо ей в ухо.

Раньше Алдари никогда не приходилось ездить на лошади с мужчиной, и теперь ей представилась возможность познакомиться с ним поближе в прямом смысле. Из-за вынужденной близости было трудно не заметить твердые мускулы его рук, тепло кожи сквозь одежду и то, как их тела перемещались относительно друга друг при движении лошади. Она не позволяла себе испытывать влечение к похитителю, но продолжала ловить себя на мысли, что ей хочется откинуться назад, прижаться к его сильному телу, чтобы снова пережить эти ощущения. Она подумала, что бы она сделала, если бы он удерживал ее чуть менее профессионально, а рука поднялась чуть выше.

Попросила бы его убрать руку, заверила она себя твердым кивком. И сказала бы ему, что лучше идти пешком, чем ехать в объятиях похитителя.

Но он держался очень профессионально, был вежлив и учтив. Его дыхание щекотало ей ухо, легкой волной катилось по коже, вызывая странное легкое покалывание.

– Вас ждет судно? – спросила Алдари, возвращаясь к более прозаичным вещам. – Или нам придется перебираться вплавь?

– Плавать в реке Вечного Тумана было бы неразумно.

– Там действительно водятся чудовища?

Она слышала множество историй о смертоносных речных змеях, несущих смерть, которые иногда нападали на рыбацкие лодки, подбираясь к ним вплотную в густом тумане, всегда висевшем над рекой, ломали лодки и пожирали команду. Но в этих же водах можно было встретить и пиратов. Они нападали на торговые суда, выходившие из портов на западной стороне полуострова, а затем скрывались в тумане, спасаясь от возмездия.

– А вы не знаете? Она же огибает ваш полуостров с восточной стороны, – произнес Хок.

– Наши корабли не ходят по этой реке, а большинство городов расположены вдоль западного побережья.

Потому что об этой реке рассказывают столько страшных историй. Потому что никто не хочет жить так близко к эльфийскому континенту, к земле, якобы кишащей монстрами, которые пьют кровь живых существ и охотятся на старушек и детей. В монстрах не было ни капли милосердия или человечности. Даже магия, которая, по слухам, пронизывала весь континент, была жестокой, заманивая путешественников в зыбучие пески и черные дыры или в пасти смертельно опасных хищников.

Алдари повернула голову, чтобы посмотреть на Хока, задаваясь вопросом, насколько все эти россказни соответствуют действительности.

Даже эльфы, покинувшие родину, редко говорили об этом.

Утром он сказал, что их народ когда-то обращался за помощью к людям, и это удивило ее. Эльфы всегда казались закрытыми и вели себя отчужденно, будто считая себя лучше человечества. Она даже представить себе не могла, что они могут просить о помощи, но она с ними практически не общалась и потому не знала, что было правдой, а что мифом. Хок не казался ни закрытым, ни отчужденным.

– Да, там водятся большие речные змеи, которые могут уничтожить целый корабль. А еще существуют магические течения и водовороты, и они тоже опасны для тех, кто плохо знает реку. – Хок вздохнул. – Эта река проклята точно так же, как и наша земля.

Его зеленые глаза наполнились печалью, и Алдари захотелось извиниться, но она напомнила себе, что он – не друг, которого она должна пытаться утешить.

– Мне рассказывали, что так было не всегда, – сказал Хок, – но туман существует уже целую вечность. Никто из живущих сегодня не помнит времен, когда его не было. За исключением, возможно, некоторых Искаженных. Если их не достанет клинок, они будут жить вечно. Если их существование, конечно, можно назвать жизнью. Проклятие не дает им перейти в другой мир и обрести покой.

Он покачал головой, и грусть превратилась в полное уныние.

Алдари снова захотелось утешить его, поднять руку и коснуться его щеки, как будто это могло унять его боль.

Стиснув зубы, она повернулась вперед, разозлившись на себя из-за этих своих желаний. Ей нужно было сосредоточиться на том, как сбежать, а не на жалости к похитителям. Да, горы опасны, но у нее есть долг перед королевством. Кроме того, ей и Тели не придется долго оставаться в одиночестве. Им просто нужно как следует спрятаться и продержаться, пока за ними не прибудет поисковый отряд, а он обязательно придет.

– Не пытайтесь сбежать, пока мы на реке, – мягко сказал Хок, словно прочитал ее мысли.

По телу Алдари пробежала дрожь, когда она задалась вопросом: а вдруг он действительно на это способен? В легендах говорилось, что эльфы утратили свою магию, но давным-давно они обладали огромной силой и выставляли на поле боя таких магов и колдунов, которые могли в одиночку переломить ход битвы. Вдруг потомки тех старых магов все еще обладают остатками магической силы?

– Я не рассказывал вам об этом, чтобы не пугать, – продолжил Хок, когда она не ответила. – Река действительно опасна. Если вы попытаетесь сбежать вплавь, вас могут убить. Змеи хоть и питаются рыбой, но очень любят полакомиться плотью животных, людей или эльфов. Они не могут передвигаться по суше, но у них длинные шеи. Однажды я видел, как кто-то, стоя на берегу на коленях, наполнял флягу, и в этот момент змей набросился на него, утянул под воду и убил, я даже не успел добраться до него, чтобы помочь. В итоге на поверхности осталась только фляга.

Эта история вызвала у Алдари новый приступ дрожи, но она решила не показывать свой страх и сделала вид, что не очень верит в его рассказы.

– Значит, я должна сбежать до того, как мы доберемся до реки.

– Видимо, да, – тихо фыркнул Хок. – Но разве вы не боитесь воргов? Мне кажется, что из-за этих шахт они стали агрессивнее, чем обычно. В прошлом Сетвик много раз ходил через эти горы, и он говорит, что никогда раньше не видел, чтобы ворги сбивались в такие большие стаи для нападения.

– Не могу сказать, что не боюсь… – утверждать обратное было бы глупостью, а не смелостью, – но у меня есть долг, капитан. Как я вам и говорила.

– Вы хотите рискнуть жизнью, чтобы выйти замуж за этого принца, который не собирается помогать вашему народу, пока не получит трофей в вашем лице?

Алдари стиснула зубы, рассердившись, что ее назвали трофеем, но была вынуждена признать, что это правда.

– Да, рискну. Чтобы заключить союз, в котором так отчаянно нуждается мой народ.

Хок ответил не сразу. Ей хотелось убедить его в том, что он поступает неправильно, несправедливо и подвергает опасности все ее королевство.

– Не рискуйте своей жизнью, не надо, – наконец произнес он. – Как я уже сказал, я буду защищать вас, и как только наша миссия будет выполнена, я верну вас вашему народу. Если мы добьемся успеха… – его голос был полон тоски и боли, а рука сжалась вокруг талии Алдари, будто он боялся потерять ее и, следовательно, потерять все. – Если мы добьемся успеха, я сам сопровожу вас в замок вашего принца, и горе любому животному, человеку или эльфу, который попытается встать у нас на пути.

Он произнес эти слова так серьезно, так искренне и с таким пылом, что она не могла не обернуться на него снова.

– Обещаю, – сказал он с решимостью в глазах.

Когда их взгляды встретились, ее нутро сжалось от незнакомого чувства нервозности. Или предвкушения? Она снова почувствовала порыв не только утешить его, но и помочь решить проблему. Порыв, который она все время отодвигала в сторону. Ей очень захотелось помочь, особенно после того, как она узнала, что раньше люди человеческой расы отказывались помочь эльфам. Правда ли это? Она не знала, но поймала себя на мысли, что хочет верить его словам. Уже дважды она видела, как храбро он сражался, рискуя своей жизнью ради нее. Он не позволил своим наемникам преследовать бежавшего солдата. Он не хотел убивать того, кто не заслуживал такой участи. Да, он похитил ее, но он не был похож на отвратительного бандита, на головореза, который собирается потребовать выкуп и получить деньги. Он казался благородным человеком, то есть эльфом, которым движет отчаяние.

– Что вам нужно и чем, по-вашему, я могу помочь? – спросила она в третий раз.

Первые два раза Хок ей не ответил, но сейчас он открыл рот, и Алдари подумала, что, возможно, он решился.

Но им опять помешал лейтенант, который подошел к ним и отвлек его.

Сетвик покосился на них, на то, как близко они сидят друг к другу, на руку Хока, крепко обнимавшую ее.

– Думаешь, если уложишь ее в постель, это убедит ее помочь нам?

– Что? – Брови Хока взлетели вверх, и он отдернул руку от Алдари. – Конечно, нет.

– Хорошо. Потому что у нас достаточно проблем и без отвлекающих факторов. И потом, она… – Сетвик скривил губу, глядя на Алдари, – человек.

– Явно низший вид, – сухо ответил Хок.

– Вот именно. Поэтому не стоит… – И дальше Сетвик переключился на эльфийский, но голос его звучал по-человечески уничижительно.

Сетвик шагал совсем рядом с их лошадью, и Алдари вполне могла пнуть его. Или хотя бы попытаться. Судя по тому, что она видела, Сетвик был таким же умелым бойцом, как и Хок, и, скорее всего, увернулся бы от удара.

Хок вздохнул и щелкнул пальцами.

– Беги, Сетвик. Скажи водоходам, пусть готовятся к спуску. Чем скорее мы вернемся домой и решим нашу задачу, тем лучше.

Сетвик посмотрел на Алдари и лишь потом повернулся и побежал по тропе. Он сказал что-то, обращаясь к эльфу, шедшему впереди. Вероятно, проинструктировал его, что делать, если Хок вдруг начнет обниматься и целоваться с человеком. Не то чтобы объятия и поцелуи должны были обязательно случиться. Если не принимать во внимание, что они едут на одной лошади – вопреки ее желанию, – Алдари не могла вообразить, что такого увидел Сетвик, чтобы поверить в это.

– Как вы, несомненно, заметили, – сказал Хок, кладя руку себе на бедро вместо того, чтобы снова обнять ее, – Сетвик взял на себя функцию дипломата в нашей группе. Он здесь, чтобы убедиться, что вы всей душой полюбите эльфов и будете рады помочь нам.

Алдари задумалась, стоит ли ей упомянуть, как ей хотелось пнуть его.

– А на самом деле какова его роль в вашей компании? Кажется, он не любит вас, много критикует и даже грубит. Разве командиры не осуждают такое поведение своих подчиненных?

– Он отличный воин и ветеран.

– Который много критикует и грубит.

– Да, и что? Мне его выпороть? Так вы поступаете в человеческих армиях?

– Я не была в военных походах, поэтому не знаю. Думаю, в человеческой армии командир возложил бы на него дополнительные обязанности, например мыть полы и чистить картошку.

– Интересно. Было бы забавно посмотреть, как Сетвик моет полы, но их в лесу не наблюдается. – Хок посмотрел по сторонам сквозь деревья. – Но он мог бы сделать метлу из сосновых веток и расчистить тропу от всех этих шишек, разбросанных по земле.

Алдари поймала себя на улыбке, но тут же вспомнила, что не должна веселиться. У нее возникло ощущение, что дипломатом в компании был все же Хок. Может, поэтому он и руководил компанией. Хотя она и представить себе не могла, чтобы правителей, привлекающих наемников, волновало, харизматичны их бойцы или нет.

Она уже собиралась вернуться к заданному ранее вопросу о том, зачем она понадобилась эльфам, но тропа исчезла, уткнувшись в россыпь валунов, и глухой стук копыт превратился в цоканье. Нет, то была не россыпь. Это была река с каменистыми берегами.

В животе Алдари беспорядочно запорхали бабочки. Они прибыли к реке Вечного Тумана.

Глава 9

Паром со скрипом плыл по реке, покачиваясь то влево, то вправо. Корпус был покрыт такой толстой броней, что судно сидело в воде низко. Вдоль поручней между перевернутыми спасательными шлюпками стояли гарпунометы, и Алдари едва не налетела на один из них, когда они поднимались на борт. Туман был таким густым, что на расстоянии десяти футов уже ничего не было видно.

Алдари и Тели стояли у перил, а воины Хока тихо разговаривали с четырьмя эльфами-водоходами, которые ждали их на берегу. Лошадей на борт не взяли. Их, наверное, заберут спасательные отряды, которые прибудут слишком поздно, когда уже ничего нельзя будет сделать.

Когда они отплывали, Алдари бросала отчаянные взгляды на лес, тщетно надеясь, что солдаты отца появятся из-за деревьев и отобьют их, но никто так и не пришел. Девушек посадили в шлюпки, и гребцы доставили их к парому, работающему от двигателя. Судно пыхтело и шипело, выпуская пар, который приводил в движение большое гребное колесо, расположенное сзади.

Алдари не знала, принадлежало ли это судно эльфам, или они его украли. Но она не стала спрашивать, потому что ее охватила неодолимая тревога. Они были все дальше и дальше от берега, растворяясь в тумане, который, возможно, скоро поглотит их навсегда.

Казалось, такая же отчаянная тоска охватила и Тели. Баллада, которую она тихо напевала, звучала в навязчивой минорной тональности и вызывала у Алдари мысли о похоронах и кладбищах.

Выждав момент, когда рядом не оказалось эльфов, Тели прекратила петь.

– Все еще обдумываешь план побега? – прошептала она Алдари на ухо.

Алдари посмотрела через плечо. Хок наблюдал за ними, но при этом разговаривал с одним из лодочников, который, видимо, докладывал ему обстановку. Поэтому они с Тели могли пошептаться наедине, не опасаясь чужих ушей. Не совсем наедине, конечно. Как только они поднялись на борт, Сетвик в компании одного из эльфов начал патрулирование. Положив руки на рукояти оружия, они нарезали круги по палубе. Якобы следили за угрозой на воде, но Сетвик почти не спускал глаз с Алдари и Тели, окидывая их долгими оценивающими взглядами, когда проходил мимо.

– Обдумываю, – прошептала Алдари, – но если хотя бы половина того, что мы слышали об этой реке, правда – а Хок сказал, что в ней полно змеев, – мы едва ли осмелимся прыгнуть за борт, чтобы доплыть до берега. Да и непонятно, где тут сейчас берег.

Алдари понятия не имела, как капитан судна ориентируется в таком тумане. Она предположила, что по течению, но не верилось, что это надежный ориентир. Люди говорили, что река берет начало из источника в центре, но при этом половина потока несла воды на северо-запад, к Каспирскому морю, а другая половина – на юго-восток, к заливу Танджири.

– Хок сказал? – Тели подняла брови. – И ты ему веришь?

– Верю или нет – это неважно. Наши люди говорят то же самое. Его информация не противоречит нашим слухам.

– Вы об этом говорили, пока ехали верхом и ты не сводила с него восхищенного взгляда?

Алдари подавила стон. Так она и знала. Неужели все остальные тоже заметили, как они смотрят друг на друга, и теперь думают, что между ними возникли странные романтические отношения? Но почему? Они ехали на одной лошади, и это единственная причина, по которой их лица находились рядом.

– Ничего подобного. Не было никаких восхищенных взглядов. Я просто слушала, что он рассказывает.

– А он в это время держал тебя в объятиях?

– О чем ты? Он просто удерживал меня, чтобы я не сбежала. Твой эльф делал то же самое.

– Ага. И щупал, и терся об меня всякий раз, когда у этого ублюдка появлялась такая возможность, – проворчала Тели.

– Ты серьезно? – нахмурилась Алдари.

Как только слова вырвались наружу, она пожалела, что спросила. У Тели была склонность к сарказму, а иногда она любила преувеличить, но сейчас… Алдари сомневалась, что она стала бы так поступать в данном случае.

– Конечно, я серьезно, – ответила Тели. – Он был так возбужден, что у него в руках женщина. Навряд ли они приходят к нему по доброй воле.

– Я скажу Хоку.

Алдари оттолкнулась от перил, но Тели схватила ее за руку.

– Не стоит. Кроме того, как ты думаешь, что он сделает?

– Он несет за них ответственность. Он может наказать своего солдата или, по крайней мере, сделать так, чтобы это больше не повторялось.

Если Хоку нужна их помощь, он ее получит. Алдари высвободила руку из хватки Тели, решительно сжала челюсти и зашагала к эльфам.

– Не знаю, заметила ли ты, но он похитил нас, ваше высочество, – шептала Тели, следуя за ней. – Любой, кто так поступает, – злодей. Зря ты не читаешь художественные книги в перерывах между трактатами по экономике, иначе бы знала, что злодеи – подлые, мерзкие и злые.

– Об этом я догадывалась и без книг про убийства.

– Уверена? Судя по тому, как ты ведешь беседы с нашим похитителем, ты слабо разбираешься в подонках.

Когда Хок и остальные посмотрели на них, Тели замолчала, хотя недовольное выражение ее лица никуда не делось.

– Наемник, который ехал с Тели, моей телохранительницей, касался ее неподобающим образом, – произнесла Алдари.

Тели простонала, может, из-за унизительной ситуации, в которую попала, а может, из-за выбранной Алдари формулировки.

Хок нахмурил брови, кажется, в замешательстве. До сих пор он понимал все, что она говорила. И сейчас ей было трудно поверить, что он не понял смысла произнесенных ею слов, но он непонимающе взглянул на Тели. Алдари надеялась, это не потому, что он считал, будто его воины могут делать со своими пленницами все что угодно. В это было бы трудно поверить. Ведь он приказал своему лейтенанту вести себя повежливей.

– Он схватил меня за грудь, – пояснила Тели. – Дважды.

Наверное, надо было сразу все объяснить более простыми словами, потому что замешательство тут же исчезло с лица Хока.

– Ясно.

Он всмотрелся в туман – на другой стороне парома никого не было видно, а если там кто и стоял, то выглядел расплывчатым пятном.

– Вун Фелеран, – крикнул он и переключился на свой язык.

К нему подбежал молодой эльф, охранявший Тели. У него были светлые волосы, короткие, но взлохмаченные, и зубы как у кролика. Выглядел он лет на восемнадцать, но вид имел далеко не невинный. Возможно, дело было в черных кожаных доспехах и оружии, но такого выражения лица не было ни у кого из наемников.

Как только Хок начал что-то грозно ему выговаривать, эльф Фелеран поднял обе руки вверх, сделав вид, что не понимает, в чем его обвиняют. Хок задал отрывистый вопрос. Фелеран отрицательно покачал головой, но Хок сурово прищурился, и тот заколебался. Наконец, он указал на Тели и выразил какой-то протест. Возможно, он считал, что пленницы не заслуживают уважения.

Хок начал говорить что-то медленно, раздельно и четко. Фелеран поник под его взглядом и склонил голову, бормоча что-то вроде: «Да, капитан». Хок повысил голос и повторил то же самое для всех остальных наемников, а может, и водоходов.

Хок коротко взглянул на Алдари, и она подумала, что сейчас он и ей задаст вопрос, но он махнул рукой одному из лодочников и что-то спросил у него. Брови эльфа взметнулись в удивлении, он кивнул, а затем повел Фелерана к сооружению на корме парома, где находился паровой двигатель.

– Приношу вам извинения за поведение моего солдата, – сказал Хок Тели. – Видимо, я плохо объяснил, что вы гостьи, а не заключенные, но в любом случае его поведение было недопустимым.

К ним с хмурым лицом приблизился Сетвик, который до этого делал обход.

– Можно ли нас действительно считать гостями, если нас похитили? – пробормотала Тели, обращаясь к Алдари.

– Если это заставит их лучше относиться к нам, то я соглашусь быть гостьей, – сказала Алдари.

Снова появились лодочник с Фелераном, который нес ведро и швабру. Он взглянул на Хока и по его кивку начал мыть палубу.

Алдари задумалась и вспомнила, что совсем недавно они говорили о наказаниях и она предложила заставить провинившихся убираться. Это воспоминание вызвало у нее легкую улыбку. Этот солдат, возможно, заслуживал более сурового наказания – и получил бы его, если бы был солдатом в армии отца, – но она почувствовала облегчение, что Хок поверил Тели, а не отмахнулся от обвинения. Она почти не сомневалась, что Сетвик бы такое проигнорировал.

Лейтенант какое-то время смотрел, как Фелеран моет пол, и его хмурый взгляд потемнел. Он взглянул на Алдари и Тели и задал вопрос Хоку. Ответ Хока был кратким и спокойным, но хмурый взгляд Сетвика из темного превратился в кромешный мрак.

– Ты наказываешь моих солдат из-за них? – указал Сетвик на Тели. – Мы рисковали жизнью, чтобы защитить их.

– Я всего лишь исправляю недостойное поведение наших солдат. Вун Фелеран не сильно пострадает от этого наказания.

– А ты уверен, что он виновен?

– Сначала он это отрицал, а потом признался. Он думал, что с ней можно вести себя так, потому что она – человек.

Спокойствие Хока испарилось, и он бросил сердитый взгляд на своего лейтенанта.

Алдари не знала, почему они перешли на ее язык, но теперь их перепалка ее совсем не радовала, потому что она понимала, о чем они говорят. Она не жалела, что высказалась от имени Тели, но ей совсем не хотелось разжигать огонь неприязни, всегда тлевший между этими двумя.

– Не знаю, зачем он начал лапать эту человеческую женщину, – произнес Сетвик, – но не думаю, что это преступление.

– Если бы он прикоснулся к эльфийской принцессе, то поплатился бы жизнью, – холодно ответил Хок.

– Она – не эльфийская принцесса, и вообще не принцесса. Он лапал служанку.

– Телохранительницу, – возразила Тели, но ее никто не слушал.

– Да она должна радоваться, что ему вообще захотелось ее пощупать. – Сетвик скривил губы, взглянув на нее пренебрежительно. – Мне так и думать об этом противно.

– Но она не радуется, – заметил Хок.

– А ты почему так переживаешь из-за этого? Они нам не союзники. Им нет дела до нашего народа. И они доказывали это много-много раз. – Сетвик перевел взгляд на Алдари, как будто она совершила преступление или напала на него лично. – У нас есть причина, по которой нам пришлось их похитить. Но мы даже не знаем, есть ли в этом смысл и действительно ли она та, кто нам нужен.

– Она – та, кто нам нужен, – твердо сказал Хок.

– Почему ты так уверен?

– Советница короля… провела исследование. – Хок взглянул на Алдари. – Чему равен квадратный корень из пяти тысяч сорока одного?

– Семьдесят один, – Алдари пожала плечами, зная ответ без всяких вычислений.

– И что это доказывает? – спросил Сетвик.

– Что она умнее тебя.

Хок натянуто улыбнулся. Сетвик плюнул на палубу и зашагал прочь.

Алдари лишь недоуменно посмотрела на Хока. Что за математическая задача могла быть у эльфов, которую они не могли решить? И почему они думают, что ей это удастся?

– Вун Фелеран, – крикнул Хок, подзывая его пальцем.

Молодой солдат поспешил к нему со шваброй в руках. Хок указал на плевок и что-то произнес по-эльфийски.

Солдат покачал головой и усердно протер палубу. Хок похлопал его по плечу.

Сосредоточившись на солдате, Хок не заметил, что Сетвик остановился и наблюдал, вскипая из-за того, что его воин вынужден выполнять черную работу. Алдари, опасаясь за Хока, почти заставила его обратить внимание на лейтенанта, но Сетвик развернулся и ушел в туман.

Она потерла лицо. Ей не хотелось провоцировать между ними свару или разжигать вражду. Уж точно не сейчас, когда их с Тели дальнейшее существование зависело от Хока. Другие эльфы не были столь враждебно настроены по отношению к ним, как Сетвик, но она видела, как наемники со всех ног бросались исполнять его приказы. Если Хока не будет поблизости и Сетвик прикажет им убить Алдари и Тели, то они, без сомнения, это сделают. Конечно, Сетвик умелый и опытный воин и вполне может сделать это сам. Возможно, даже получит удовольствие.

Алдари задрожала не только от холодного тумана.

– Можно поговорить с вами? – тихо спросил ее Хок.

– Да.

Алдари была рада предлогу отойти подальше от остальных наемников.

Они с Тели подошли к перилам, и Хок последовал за ними. Из воды выпрыгнула рыба – или что-то более крупное, – но туман скрыл детали, когда она нырнула обратно. Туман скрывал все. Когда они подошли к реке, был, наверное, полдень и ярко сияло солнце, но здесь стояли вечные сумерки.

– Можно поговорить с вами наедине? – Хок взглянул на Тели.

– Я не горничная и не няня, – нахмурилась Тели. – Но это не значит, что я оставлю принцессу Алдари одну и не буду стоять на страже ее невинности.

– Что? – спросил Хок, и Алдари поняла, что слова, принятые в ее культуре для обхода грубых выражений, связанных с сексом, ему незнакомы.

– Ничего, – быстро ответила Алдари.

Ей не хотелось, чтобы Тели пустилась в объяснения. Что, по ее мнению, могло случиться здесь, на пароме, у всех на виду? Да и вообще. Алдари знала, что ей можно и что нельзя, и была не из тех, кто бросается на мужчин, даже если бы ее и не ждал будущий муж.

– Вы можете доверять моей телохранительнице, капитан. Я ничего от нее не скрываю.

– Она знает все ваши секреты? – Хок вопросительно приподнял брови.

Алдари было закивала, но тут ее осенило. Он мог знать не только о том, что она увлекается математикой – он может знать ее псевдоним. Псевдоним, который никто, кроме ее наставника, не обнаружил.

Как эльфы из королевства, которое никогда не взаимодействовало с ней, могли узнать об этом? И зачем им это? Они были втянуты в бесконечную войну, и лишь некоторые из них покидали свой континент. Но она не понимала, как экономика или математика могут решить их проблемы.

– Дашь нам минутку, Тели? – спросила Алдари.

– У тебя есть от меня секреты? – отшатнулась Тели.

– Разве это запрещено? Уверена, что и ты не рассказываешь мне обо всем, что происходит в твоей жизни.

– Да, но ты делишься со мной всем. Даже своим ужасным пристрастием к чтению. На самом деле ты мне только об этом и рассказываешь. – Тели почесала челюсть. – Думаю, обычно мы болтаем как раз об этом, а не о том, что ты пишешь в дневнике.

– Принцессы не болтают. Они красноречиво излагают свои мысли на важные для них темы.

– В прошлом месяце, когда мы должны были наслаждаться концертом, ты целый час читала мне лекции по анализу гармонии.

– По гармоническому анализу, и я не понимаю, к чему ты сейчас об этом? Чтобы опровергнуть или поддержать мою точку зрения?

– Да? А по-моему, ты вполне уверена, – покосилась на нее Тели.

– Простите мою грубость, – кашлянул Хок. – Но я бы предпочел поговорить до того, как мы прибудем на место.

В его тоне сквозило веселье, так что, вероятно, он вовсе не был таким уж нетерпеливым.

– Ладно, ладно. – Тели подняла руки и попятилась.

Она отошла примерно на десять футов и исчезла за пеленой жуткого тумана.

Алдари присоединилась к Хоку у перил. Воду внизу было едва видно. Потянулись долгие секунды, а он все смотрел в туман. Собирался с мыслями или обдумывал, что он может ей рассказать? Ранее, когда он начал отвечать на ее вопрос, зачем она эльфам, Сетвик остановил его.

Какие тайны он хотел ей раскрыть? Ее охватило тревожное предчувствие: что бы он ни сказал, это изменит ее мнение о похитителях и она захочет им помочь. Захочет, но сможет ли? Нет. Сейчас, когда будущее ее народа зависит от ее своевременного прибытия на свадьбу, это невозможно.

Глава 10

Где-то вдали звякнул колокол, но туман, казалось, приглушал даже звуки. Зачем он звенел? Указывал путь парому, идущему к далекому берегу? Или это был еще один корабль на окутанной белесой пеленой реке?

– Мы приближаемся к середине пути, – сказал Хок. – Здесь есть магический колокол, который звенит вечно, словно маяк, – он служит звуковым ориентиром для редких судов, рискнувших отправиться в плавание в этих водах.

– А, понятно.

Слева от них раздался еще один звук, нечто среднее между ревом и воплем. Он прозвучал где-то далеко, но волоски на руках у Алдари все равно встали дыбом.

– А это что?

– Змей.

– Звучит безумно.

– Голодный змей.

– Надеюсь, человеческие люди и эльфы вызывают у него изжогу, и он раздражен, поскольку что-то более вкусное по реке не плавает.

– Судя по прошлому опыту, мне кажется, эльфов они считают роскошным деликатесом. Насчет людей не знаю.

– Знаете, некоторые мужчины лгут женщинам об угрозах, желая, чтобы они чувствовали себя в безопасности просто потому, что ничего о них не знают.

– Вы бы предпочли, чтобы я солгал вам? – уточнил Хок.

– Думаю, нет. Хотя до сих пор вы не были со мной откровенны.

– Знаю. – Хок оперся локтем о перила и повернулся к ней лицом. – Вы совсем не похожи на принцессу в моем представлении.

– А вы не похожи на похитителя. А вот ваш угрюмый лейтенант очень похож. Он источает злодейство.

– Я обязательно сообщу ему об этом.

– Может, вам не стоит ссориться с ним. Каждый раз, когда он смотрит на вас, в его глазах горит желание воткнуть вам кинжал в спину.

– Он этого не сделает. А если и сделает, то нападет не со спины – он вонзит кинжал мне в сердце, глядя прямо в глаза.

– Какие вы все мрачные.

– Наш мир сделал нас такими. – Хок наклонил голову, всматриваясь ей в лицо. – Не знаю, почему я думал, что вы окажетесь надменной и лишенной чувства юмора. Принцесса Гисифея… была дружелюбной и остроумной. Мы все оплакивали, когда ее забрали у нас в прошлом году.

– Забрали? Ее унесла болезнь? – Алдари подумала о своей матери, которой не было с ними уже десять лет. – Или роды?

– Искаженные. Она подумала, что стоит рискнуть и высвободить свою магию, чтобы исцелить изуродованную землю вокруг нашего оплота – последнего оставшегося у нас города и убежища. Но они почувствовали это, пришли и забрали ее к себе. У нас не хватило сил остановить их. – Хок коснулся длинных шрамов у себя на шее.

– И теперь она мертва?

Алдари вдруг запереживала, что эльфы похитили ее, подумав, что она может заменить принцессу, которую они потеряли, но это было глупо. Ведь эльфы, совершенно очевидно, считали людей ниже себя, и Хока больше интересовали ее математические способности, а не происхождение.

– Не знаю. – Хок снова печально посмотрел на воду, звон колокола становился все громче. – Иногда Искаженные убивают людей, но иногда забирают их к себе, особенно тех, кто обладает сильной магией. И тогда они меняют их, обращают в Искаженных – безумных врагов, нападающих на себе подобных. На нас. И мы вынуждены убивать их, чтобы защитить наш народ. Мы знаем, что вступаем в схватку с теми, кто когда-то был нашей родней, но выбора у нас нет. Если мы не будем сражаться, они уничтожат нас всех, и ничего не останется ни от нашего народа, ни от нашего наследия, а значит, умрет и наша… робкая надежда на лучшее будущее.

– Как же они обращают эльфов в Искаженных? Вы говорили о магии? Я думала… В наших книгах написано, что вы больше не владеете магией, а вы говорите, что ваша принцесса владела?

– Мы наделены магией от рождения. Магия – это наша суть, наша природа. Но сила магии у всех разная. А еще нам приходится подавлять ее, ибо магия привлекает Искаженных толпами. Несмотря на то, что мы сражаемся с ними и время от времени одерживаем победы, они после обращения в Искаженных становятся бессмертными. В наших лесах есть Искаженные, которые были эльфами еще при жизни близнецов, когда Залазар проклял нашу землю восемьсот лет назад. – Хок закатал рукав, чтобы показать широкий кожаный наруч с темно-серым металлическим овалом сверху, который закрывал половину предплечья.

Алдари уже видела такие штуки у него и других наемников и предположила, что это защита от случайного удара тетивой, тем более что носили их только на одной руке.

– Этот браслет подавляет мою магическую силу. – Хок коснулся металлического овала. – Он называется рышар. Все наши люди носят такие украшения. Это единственный способ помешать Искаженным связать нашу магию со своей, выманить нас из-под защиты наших городов и обратить в себе подобных.

– Звучит ужасно. Мне жаль. А почему этот эльф – Залазар, вы сказали? – проклял ваш народ? И как один человек смог причинить столько вреда? Или он был богом? – Алдари знала, что у эльфов было несколько божеств, но не знала сколько, и верят ли они, что такие существа когда-то жили среди них.

– Близнецы не были богами, хотя Залазар, возможно, считал себя таковым. – Хок фыркнул и опустил рукав, закрыв браслет. – Как я уже говорил, эльфы обладают магией по своей природе. Мы с рождения наделены силой. Давным-давно нас учили в школе, как пользоваться этой силой, точно так же, как учат письму и арифметике. Но почти в каждом поколении – иногда через поколение – рождается кто-нибудь, обладающий огромной силой, в разы превосходящей норму. А это часто развращает такие души или приводит их к мысли, что они настолько великие, что должны занять место наших королей и королев и властвовать над всеми и вся. Так случилось и с близнецами.

Зедарон не был таким негодяем. Он был настолько поглощен своими исследованиями и разработкой всевозможных изобретений, что ему и в голову не приходило использовать свою силу для подчинения других. Но Залазар хотел свергнуть короля, хотел, чтобы ему все поклонялись. Особенно ему хотелось покорить дочь короля – Седенру. Она была прекрасна и обладала дивным голосом. Когда она пела, все вокруг замирали в благоговении. У нее было очень много молодых кавалеров и поклонников. Когда король позволил ей самой выбрать жениха и выйти за него замуж, Залазар пришел в ярость. Вот тогда он и наложил на нашу землю проклятие, превратив всех, кто его окружал, в Искаженных, жаждущих распространять свою магическую болезнь. Он сказал, что исцелит их, если король отдаст ему дочь, но король отказался и послал всех своих лучших воинов и магов сражаться с Залазаром. Но это только сильнее разозлило его, и он превратил их в новых Искаженных и снова отправил разрушать наши города. Хуже того, он использовал свою магию, чтобы вызвать извержение вулкана в землях каньона. В то время там находилась наша столица – прекрасный город из кристаллов, построенный между скалами. Там стоял королевский дворец, наши великие библиотеки и хранилища культуры и мудрости. Только благодаря многим жертвам король и его дети спаслись, прежде чем потоки лавы хлынули по каньону и погребли под собой город.

В ужасе от того, что выпало на долю их народа и города, Седенра сказала королю, что уйдет от мужа и отдастся Залазару. Король не хотел, чтобы она так поступала, но она все равно сбежала. К несчастью, она погибла на пути к Залазару: ее убили монстры, которых он сам и создал. Когда король узнал об этом, он впал в такое отчаяние, что покончил с собой, оставив нашу землю проклятой на эти восемь столетий. Все это время мы воюем с Искаженными. По иронии судьбы, если бы мы могли позволить нашей силе развиваться и могли бы тратить время на изучение древних знаний и практик, то мог бы родиться кто-то с большими магическими способностями, кто-то, способный снять проклятие, но риск слишком велик. Что и продемонстрировал случай с принцессой Гисифеей.

Хок сделал паузу и несколько раз моргнул, глубоко вздохнув, прежде чем продолжить:

– Нужно потратить целую жизнь, чтобы научиться использовать свою силу, а Искаженные появляются сразу, как только чуют магию.

– Мне жаль, – снова сказала Алдари, и ей захотелось предложить что-нибудь полезное. – Искаженные могут существовать только на вашем континенте? Ваши люди могли бы, например, отправиться изучать магию в другое место, а затем вернуться, чтобы помочь родине.

Хок грустно посмотрел на нее.

– Нет, не только на нашем. Просто люди не обладают магией, и поэтому Искаженных не тянет на ваши земли, но если наши люди выйдут без рышара, – он поднял руку с браслетом, – то притянут Искаженных, которые последуют за ними. И хотя их притягивает только магия, они будут убивать всех на своем пути. Они ужасны. Залазар сделал их такими, чтобы напугать короля и заставить отдать ему дочь.

Алдари прислонилась к перилам, в ужасе от этой истории, от мысли, что эти Искаженные могут прийти к ним в королевство и начнут бессмысленно убивать ее народ. Хотя она еще не знала, как они выглядят, она была уверена, что они хуже воргов.

– Это наша проблема, – отрезал Хок, – и наш народ давно поклялся сделать все возможное, чтобы не выпустить эту заразу за пределы наших земель, не дать ей выплеснуться и уничтожить мир, чтобы ни один эльф не выходил за пределы страны без рышара. В прошлом некоторые пытались поступать по-своему, но мы отправляли своих людей, чтобы выследить их. – Он махнул в сторону своих наемников. – Эльфам, которые больше не могут сражаться, разрешено уходить, но не разрешено забирать с собой силу.

От этой мысли у нее все застыло внутри почти так же сильно, как и от остального им сказанного. Эльфы, которые охотятся на себе подобных ради блага всего мира… Об этом даже думать было страшно. Алдари заглянула в глаза Хоку, пытаясь понять, лжет он или нет. Инстинкты подсказывали ей, что это правда, но насколько она могла доверять своему похитителю?

– А почему вы думаете, что я могу что-то сделать со всем этим? – спросила она.

– Второй близнец, Зедарон, который был занят своими исследованиями и экспериментами и не обращал внимания на зверства Залазара, ближе к концу увидел, что происходит. У него был большой особняк и лаборатории в столице, защищенные всевозможными магическими минами-ловушками, поэтому он был изолирован от Искаженных. Но когда полилась лава, разрушая его собственный город, он, наконец, осознал масштаб угрозы. Перед смертью Седенры и самоубийством Залазара Зедарон вступил в схватку со своим братом и попытался заставить его остановиться, но каким бы могущественным он ни был, он был ученым, изобретателем и никогда прежде не использовал свою магию в бою. Залазар победил его, но не убил, сказав, что пощадил брата, поскольку этого хотела бы их мать. Зедарон удалился в свою лабораторию, чтобы залечить раны и подумать, что можно сделать. Он считал, что если не смог победить брата грубой силой, то сможет создать что-то, что исправит деяния брата, чтобы Искаженные пришли в себя и чтобы снять проклятие с нашей земли.

Он отправил королю послание, объяснив, чем именно он занимается. К сожалению, это было последнее послание, которое получил король. Прошли месяцы. Принято считать, что Залазар узнал, что задумал его брат-близнец, и убил его. Все, что мы знаем сегодня, это то, что Седенру убили, Залазар погиб, Искаженные остались, а Зедарона больше никто не видел. Король послал воинов в особняк Зедарона, чтобы проверить, жив ли он или, по крайней мере, найти то, над чем он работал. Они надеялись, что у него получилось. Но они обнаружили, что столица почти полностью уничтожена и даже лаборатория Зедарона исчезла – погребена под лавой, как и все остальное.

Когда Хок сделал паузу, Алдари едва сдержалась, чтобы не повторить, как ей жаль. И ей на самом деле было жаль. У ее народа тоже были проблемы, но теперь они казались ей простыми по сравнению с тем, что пришлось переживать эльфам на протяжении столетий.

– Как я уже сказал, столица была построена из кристаллов, стены и башни были созданы с помощью магии, – продолжил Хок. – Многие считали, что часть их остались нетронутыми под застывшей лавой, и на протяжении веков в этот район отправлялись многочисленные экспедиции, чтобы найти затерянный город, попытаться проложить путь к особняку Зедарона в надежде, что ему все-таки удалось создать средство, которое могло бы вернуть Искаженных в их прежнее состояние и положить конец проклятию. Это всегда было опасно, потому что в тех землях всегда было много Искаженных, но несколько месяцев назад группе археологов удалось раскопать часть старого города. – Хок потер шею, задержавшись пальцами на шрамах. – Они нашли то, что, по их мнению, было домом Зедарона, но вы же помните, как я говорил, что он защищен ловушками? И они все еще там. Это простые ловушки – головоломки, основанные на математических задачах, в том числе одна большая, встроенная в скалу, которая, как мы думаем, открывает вход в дом. Мы считаем, что тот, кто сумеет решить эту головоломку, сможет войти в дом Зедарона.

– О, – выдохнула Алдари, когда, наконец, поняла, для чего она нужна эльфам.

Она хорошо разгадывала головоломки и умела решать их быстрее, чем кто-либо другой. Но как об этом узнали эльфы? Ее экономические теории, полностью подкрепленные математическими расчетами, публиковались под псевдонимом. Поэтому можно было бы поверить, что на них наткнулся какой-нибудь ученый эльф. Но она никогда не публиковала книги с решенными ею головоломками. Это было просто хобби.

– Откуда вы знаете, что я хорошо разгадываю головоломки? И почему вы думаете, что у меня получится решить головоломку, придуманную эльфом?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.