Наталья Скоробогатова
Аркада

Глава первая

Двадцать лет… Прошло уже целых двадцать лет, а я до сих пор очень хорошо помню тот день. Для меня он начался со звонка в дверь нашей квартиры и крика отца, грозного, с хрипотцой от постоянного курения, такого, какой я слышал в свою сторону очень и очень редко:

– Антон! Подойди сюда! Немедленно!

Что я тогда понимал? Что вообще понимают дети в семь лет? Семь, десять, восемнадцать, двадцать семь… В любом возрасте нам кажется, что уж мы-то совсем не похожи на наших бестолковых ровесников и делаем всё правильно, но разве это так? Сейчас я знаю, что моя жизнь точно такая же, как у большинства, и точно так же, как и они, я далёк от понимания её целей, смысла. Её необходимости.

Я, мелкий, готовый через месяц пойти в первый класс, в синих трусах и одном зелёном в красный горошек носке, собравшемся на щиколотке в неаккуратную гармошку, стоял перед отцом и нашим соседом с четвёртого этажа и соображал, как оправдаться за то, что наделал. Ведь мы всего лишь играли. Я не хотел. Я не думал, что будет так… Не думал.

– За то, что испортил дверь в квартиру Андрея Васильевича, ты сегодня лишаешься поездки в цирк!

Тогда мне показалось, что мир рухнул. Цирк! Я так ждал его. У меня были планы, которыми я делился со всеми во дворе. Рассказывал о них каждому встречному. Мне нужна была фотография с обезьянкой. Такая была у Ленки из соседнего дома. Она постоянно ею хвасталась, и я в ответ хотел сказать ей: «И у меня тоже есть!» Я должен был съесть за раз два стаканчика мороженого. Нет, три! На спор. Мой старший брат Ромка сказал, что это невозможно, и нужно было доказать, что он неправ. Обязательно нужно! И пусть потом я заболею – это важно! И ещё хотелось, чтобы мне купили огромную сахарную вату. Её – просто потому, что такую брали в прошлую поездку, и она осталась самым ярким воспоминанием. Огромную, разноцветную, пахнущую жжёной карамелью и чуть-чуть – клубникой…

Всё это внезапно пропало, словно залитое той огромной тёмно-синей кляксой, которая осталась после нас с Витьком. Но мы были уверены, что банка не разобьётся. Парни с соседней стройки нам сказали, что она очень прочная, из закалённого стекла, и что её невозможно раздавить даже гидравлическим прессом. Мы всего навсего решили проверить, что не просто так отдали за неё свои самые ценные вещи. Я – подаренный дедом барабан, сделанный из старой кастрюли и куска дерматина. Витёк – заводного робота, у которого всего-то не работала лампочка, а остальное было как у новенького.

Мы долго думали, как проверить, а потом решили, что нужно попробовать кинуть во что-то железное. С силой. А в нашем подъезде только та дверь оказалась подходящей, ничем не обитой, а значит – самой крепкой. И чтобы придать банке веса, налил в неё краску – дворник как раз обновлял заборчики вокруг клумб во дворе. Это был почти научный эксперимент!

Почему не нашли вариант на улице? На той же стройке, куда нам, кстати, запрещено было ходить? Я даже сейчас не смогу дать ответ на этот вопрос. Детский мозг устроен так, что взрослому его логику не понять.

Но ни один мой довод не приняли. Я стоял, опустив голову, в тех же трусах и носке, и слушал, как отец обещает соседу, что всё исправит, а потом договаривается с бабой Машей из квартиры под нами, чтобы посидела со мной, пока они будут в городе. Мама качала головой, соглашаясь с отцом и укоризненно глядя на меня. Она всегда во всём с ним соглашалась. Ромка крутил пальцем у виска, а потом, спрятавшись за дверью так, чтобы родители не видели, показал мне язык, понимая, что он уже выиграл в поре. А Лизка не сказала ничего. Младшая сестрёнка в свои два года в принципе ещё плохо говорила. Да и понимала мало что.

Они уехали, а я остался.

Сейчас я часто думаю, а что, если бы мы поехали вместе? Может, ничего бы не случилось? Или случилось, и мне сейчас было бы всё равно, потому что меня бы тоже не стало. Сплошное «бы»… Но говорят, что история не имеет сослагательного наклонения, и в тот день я остался один. А за окном ярко светило солнце и люди толпами шли по улицам – несли транспаранты и флаги, пели песни о дружбе народов и отпускали в синее-синее небо разноцветные воздушные шары.

***

Шум работающих системников и шорох клавиш почти усыплял. Я смотрел в экран перед собой и видел не таблицу с последними отчётами, которые мне прислали на проверку, а что-то постепенно расплывающееся. Давно пора было сходить к офтальмологу и проверить зрение: кажется, мои минус полтора стали превращаться в минус два, если не больше. Но ведь для этого нужно для начала снять трубку и позвонить, чтобы записаться на приём. А я никогда не любил разговаривать по телефону. Проще лицом к лицу. Но если так, то нужно собраться и поехать в клинику, а это время и нервы. Да и отдыхать нужно по ночам, а не книги читать, чтобы потом на работе быть огурцом.

– Эй! Ты чего? Завис, как твой комп?

Я поднял взгляд и увидел перед собой Иру. Она стояла, облокотившись на стойку, отгораживающую моё рабочее место, и смотрела, как я, уткнувшись взглядом в строчки с цифрами на экране, реально завис. Ира, чьи бездонные голубые глаза всегда завораживали меня, а тонкие черты лица были настолько прекрасны, что могли сравниться лишь с произведением искусства. Ира, чья нежная улыбка согревала мое сердце, а звонкий смех заставлял забыть обо всех проблемах. Ира, которая стала мне лучшим другом, но не стала девушкой, потому что однажды я струсил.

– Не, – я провёл ладонью по лицу, смахивая сонливость, посмотрел на неё – да, на ладонь, а потом ткнул пальцем в одну из строк, – просто тут ошибка. Вот сижу и думаю, что теперь делать: то ли забить, но тогда в конце квартала можем пролететь с налоговой, то ли к Петру Васильевичу идти, но он точно не будет рад, что я его косяк обнаружил. В прошлый раз он на меня докладную написал, благо хоть, брат твой понял, что в тот раз не моя вина была.

– Слушай, – Ира обошла стойку и наклонилась над моим плечом, всматриваясь в экран, и меня обдало легким ароматом. Кажется, о таком говорят что-то вроде «морской бриз и нотки жасмина», – ты бы с этим напрямую к Диме и сходил. Васильичу давно пора на пенсию, он уже не вывозит. Вы бы вдвоём посмотрели, и, глядишь, к новому году у нас появится новый главный бухгалтер. А там… Дима хочет расширяться, ему площадки нужны, следовательно, кто-то должен будет ими руководить.

– Да не хочу я! – Кажется, я сказал это немного резко, потому что сидящая за соседним столом через проход Дина, до этого усиленно молотящая по клавишам, замерла и посмотрела на меня. Я покачал головой, показывая, что всё в порядке, и она вернулась к своему делу. Наверное, очередной фанфик пишет, или как они там у них называются.

Да, я вышел из себя, но по-другому просто не смог – эти Ирины разговоры о повышении за последние три года так достали, что просто сил моих больше не было. На самом деле она права, и если немного поднажать, то я вполне могу стать главным бухгалтером, а потом – и руководителем всего финансового сектора. Действительно могу, потому что цифры всегда были тем, что я понимал лучше всего остального, в чём видел закономерности и ошибки, на основании чего умел строить догадки и из чего делать выводы. И логика была моим коньком. Вот только если бы я хотел большего, то после получения диплома остался в университете и сейчас наверняка уже защитил как минимум кандидатскую и писал докторскую, а ещё – руководил кафедрой прикладной или теоретической математики. Но я не захотел тогда и не хочу сейчас.

Быть руководителем – это отвечать не только за себя, но и за других. Жить другими, помнить о них, в любой момент быть готовым сорваться, чтобы помочь им, исправить их ошибки. Я не такой. С самого детства я привык отвечать только за себя, не задумываясь, что мои слова и поступки могут доставить кому-то неприятности. И не потому, что мне плевать на других. Просто я не говорю и не делаю ничего, что может привести к чему-то плохому, и если раньше для этого нужно было думать, то в какой-то момент всё стало выходить автоматически. И теперь я – одиночка. Почти. Если бы не Ира… Она не даёт мне остаться самому по себе. Наедине с собой.

***

– Эй, ты чего? Завис, как твой комп?

Я с трудом оторвался от того, как моего совершенно беззащитного перса – орка тринадцатого уровня – молотит какая-то хтонь, намного его превосходящая, и перевёл взгляд на стоящую передо мной компанию. Их было пятеро: две девчонки и три парня. Все – года на три меня младше. Судя по внешности – явные линейщики или воверы: футболки с персами, лого, серьги, кольца, подвески, словно они не в компьютерный клуб пришли, а на фэндомную тусовку.

– Да? Чем могу? – спросил я, обращаясь, как мне показалось, именно к той девушке, которая задала вопрос. С заплетёнными в мелкие косички русыми волосами, яркими зелёными тенями, почти чёрной помадой и в платье, больше подходившем для приватной вечеринки, она тем не менее выглядела среди этих ребят самой адекватной.

– Нам нужны пять компов с подключением к Линейке, – ответила она, и все они разом рассмеялись, словно не заказ делали, а какого-нибудь стендапера слушали. И да, я оказался прав, эта девушка была у них за главную.

– Выбирайте, – я махнул рукой в сторону почти пустого зала, – у нас сегодня затишье. – И добавил тихо: – Впрочем, как и всегда в это время. – На часах был второй час ночи.

– Любые? – уточнил парень, на футболке которого красовался типичный орк из Варкрафта.

– Любые. Между ними сетка. Если собираетесь играть по ней, я сделаю настройки. И да, час аренды – триста. Пять часов – полторы.

– Мог бы и не уточнять, – заявила «главная», – считать умеем.

– Ну, мало ли. У нас тут всякое бывало. – Я встал и кивнул на экран своего рабочего компа. – Выбирайте побыстрее, у меня тут тоже не пельмени в микроволновке жарятся.

– А я бы не отказался от такой игрухи, – рассмеялся всё тот же парень с орком. – А, Ириш, ты как насчёт пельменей?

– Я Ира, не Ирина, не Ириша, не кто-то ещё. Ира, сколько раз тебе говорить?! – «Главная» развернулась и ткнула пальцем в его грудь так, что попала точно орку в глаз. – Понял?

– Понял! – Парень с орком рассмеялся и сделал пару шагов назад, сдвигая в стороны остальных членов их компании. – Только не бей!

– А давайте устроим дуэль? – подала голос вторая девушка. Мелкая, с двумя синими хвостиками, розовой с блёстками помадой и в типичной школьной форме из аниме, она больше походила на японскую куклу, чем на настоящего человека.

– Дуэль! Дуэль! Дуэль! – тут же начали скандировать все остальные и через пару минут рассыпались по залу, сев так, чтобы не видеть, что делается на остальных экранах.

– Эй, – крикнул я, – так на сколько мне таймер ставить?

– Не знаем! Сколько высидим, за столько и заплатим. Не переживай, Ирка проставляется, она школу с золотом закончила!

Я подумал, что парень с орком сегодня точно огребёт по полной, и оказался прав.

– Я тебе сейчас такую Ирку устрою! – с азартом проговорила «главная» и, не глядя на меня, пощёлкала кнопкой мыши.

Я увидел, что она запускает одну из платформ Линейки и утвердился в другой своей догадке – фанаты. Задроты-геймеры, решившие отметить праздник не бухлом, а любимой игрой. Ну, я их ругать точно не буду – алкоголь вреднее, кто бы что ни говорил по этому поводу.

Настроив занятые ими рабочие места, я вернулся за свой компьютер, но играть дальше не смог – постоянно отвлекался то на их азартные выкрики, то на внезапно возникающую тишину. А то – на «главную», которая с сосредоточенным лицом глядела в монитор перед собой, быстро перебирая пальцами по клавиатуре и почти со скоростью звука передвигая мышь по зашорканному коврику. Она была красивой. Совсем ещё девчонка, с большими глазами, цвет которых я не разглядел и которые не портили даже кошмарные зелёные тени, с курносым носом, покрытым едва видимыми веснушками, аккуратными прикушенными от усердия розовыми губами, с которых она уже съела всю помаду, и чуть выступающим подбородком.

Я потёр свою щёку, на которой уже выступила щетина, и поморщился: такие, как я, не нравятся таким, как она. Кто я? Обычный студент, живущий в коммуналке, подрабатывающий в игровом клубе «Аркада» по ночам и курьером в службе доставки посылок по вечерам, ничего не имеющий за пазухой и никого не имеющий за спиной. Хотя…

Был у меня один человек, которого я не мог воспринимать, как родного, но он легко стал мне старшим другом и помогал, если вдруг в том появлялась необходимость. Правда, я старался его не напрягать и решать свои проблемы самостоятельно. Но вот эта работа в клубе – его клубе – стала для меня почти домом. Лёня. Пронин Леонид Павлович. Директор игрового клуба.

– Опять завис? Слушай, а ты случайно не на этих?.. – «Главная» подмигнула мне, и я понял, что, задумавшись, не заметил, как прошло время, и замотал головой так, что чуть не свалился с кресла.

– Ты что? Я? Не! Я не! Я за здоровый образ жизни! Даже не курю! – Мне показалось, что это вырвалось из меня со скоростью пулемётной очереди, и я резко замолчал, глядя в её василькового цвета глаза. Только потом я понял, что такой оттенок им придавало освещение, но тогда почти утонул в них, таких красивых и глубоких.

– Ясно. Обычный тормоз, – хмыкнула она. – Так что там? Сколько мы просидели?

– Почему «тормоз»? – Я посмотрел на таймер. – Совсем даже не тормоз, просто засыпаю, а мне к восьми в универ. С тебя полторы, вы ровно три часа просидели.

– Понятно всё с тобой. – «Главная» достала из поясной сумки две купюры и протянула мне. – Чек не нужно. И это… – Она замялась, а потом всё-таки произнесла: – Ты извини, я не хотела тебя обидеть.

– Да ладно, – я махнул левой рукой, правой убирая деньги в кассу, – я и не обиделся. Сам понимаю.

– А чего ты в универ? Каникулы же. – «Главная» продолжала стоять, не обращая внимание на то, что остальная компания уже скрылась за входными дверями.

– Практика. Помогаю на кафедре – пишу всякие документы, архив готовлю, ещё всякое. – Я посмотрел на неё и улыбнулся. – Меня, кстати, Антоном зовут.

– Ира, – она протянула мне руку, и я аккуратно пожал её, – но только Ира. Ненавижу остальные варианты.

– А мне всё равно, как будут звать, хоть горшком, лишь бы в печку не ставили, – рассмеялся я, вспоминая присказку уборщицы из нашего детдома.

– Эй, ты идёшь? – В дверях показался парень с орком.

– Да, пять сек! – Ира посмотрела на него и снова повернулась ко мне. – Ты тут как работаешь?

– По выходным все ночи, по будням через сутки. Приходи, я тебе всегда найду комп бесплатно. – Тогда я подумал, что, кажется, поймал за хвост жар-птицу – настолько в груди пекло.

– Ага, приду! – Она забрала из моей руки свою – оказалось, что я до сих пор держал ту в своей ладони – и, махнув на прощание, ушла.

В следующий раз я увидел её первого сентября – на университетской линейке.

***

– Не хочет он! – Ира выпрямилась и развернула моё кресло так, чтобы я оказался лицом к ней. – Я для чего тебя Диме рекомендовала? Чтобы ты тут тух, как утонувший в трясине лось? Мы с тобой уже семь лет знакомы, а ты как был тютей, так им и остаёшься. Тош, – она присела передо мной на корточки, и её стройные ноги тут же покрылись струящейся тканью платья, – ты же отличный парень, хорош киснуть! Давно пора забыть и начать жить.

– Я пытаюсь… – Я попробовал встать, но она надавила мне на колено, не давая.

– Ты не пытаешься, ты делаешь вид, что пытаешься. Значит так, – она встала, – сегодня мы с тобой едем в клуб – Лёня там что-то обещал новенькое показать, – а завтра я тобой займусь по полной. Не нравится мне, как ты себя ведёшь. Начальником он не хочет быть, видите ли. Я тебе покажу, что ты не хочешь, а что хочешь! В пять минут шестого жду на парковке!

Она щёлкнула меня по носу и ушла, задевая полами платья попадающиеся по пути столы и перегородки, а я смотрел ей вслед и думал, что она-то точно знает, что, а точнее – кого именно я хочу.

Глава вторая

Сегодня был короткий день – пятница, но я всё равно задержался и только в пять минут шестого с толпой других таких же трудоголиков, не спешивших по домам, вышел из лифта на подземный паркинг.

Это было огромное разгороженное колоннами просторное помещение, которое не казалось абсолютно серым только благодаря яркому льющемуся с потолочных ламп свету, больше похожему на солнечный. Именно он окрашивал бетон в жёлтый. Места для парковки обозначались номерами, закреплёнными за каждым служащим – поставить сюда постороннюю машину было невозможно, – и большинство из них оказались уже пустыми. В том числе и место под Ирину машину.

Я остановился, не понимая, что делать, огляделся и тут же увидел их обеих. Ира полубоком ко мне сидела на капоте своей ярко-красной Тойоты Камри, стоявшей рядом с выездом – у будки охраны, и что-то читала в смартфоне. Или смотрела. С этого места было не понять, и я подошел так, чтобы оказаться у неё со спины, и заглянул в экран. Там не оказалось ничего особенного, всего лишь переписка с неизвестным мне адресатом.

– Это что? Свидание? – спросил я, делая вид, что мне всё равно.

– Это, – Ира выпрямилась, и наши глаза оказались практически на одном уровне, – наш возможный новый клиент. А ты опаздываешь.

– Да? – Я проигнорировал последнее замечание, обошёл её и нервно дёрнул переднюю дверь машины со стороны пассажира. В этот момент показалось, что приложи чуть больше усилий, и я оторвал бы ту к чертям. – А как же «Буду ждать тебя в “Волчьем логове” ровно в восемь. Целую, ОК»?

– Да, – кивнула Ира, продолжая стоять, глядя на меня, – мне придётся сегодня с ним поужинать. А всё остальное… – Она на секунду замолкла и, не закончив, добавила: – Так что сейчас едем к Лёне, а потом я отвезу тебя домой и поеду в ресторан.

– Она меня отвезёт! – хмыкнул я, кидая рюкзак на заднее сиденье и пристёгиваясь. – Я что, ребёнок? Понимаю, мы бы с тобой были женаты, и ты переживала, что как только оставишь меня одного, я где-нибудь с кем-нибудь загуляю. А так, я что, такси себе вызвать не могу?

– Да не ворчи ты, – Ира села рядом, тоже пристегнулась и вставила ключ в замок зажигания, поворачивая его на полтакта, – ворчун старый! Я за тебя замуж пойду только в одном случае: если ты перестанешь быть тютей, а это невозможно. Так что, – она посмотрела на датчики, повернула ключ до упора, заводя машину, и посмотрела на меня, – не в этой жизни.

– Напугала ежа голой задницей! – ответил я, отмечая про себя, что мне и самому не нравится быть, по её словам, «тютей», но сделать с этим я ничего не могу. Кого-то детский дом превращает в закалённого бойца, а меня сделал вот таким. Да и не был я тютей, если уж на то пошло, просто не любил ввязываться туда, где могли ждать проблемы.

***

Стоило Баранову и Рогову появиться в туалетной комнате, как все, кто был в ней, тут же сбежали, оставляя меня с ними наедине. Я прижался спиной к стене, покрытой старой в некоторых местах покоцанной плиткой, стараясь не дрожать, и подумал, что кричать не буду, что бы ни произошло.

– Мелкий пиздюк! – Баранов схватил меня за руки, вытаскивая в центр помещения, заломил их мне за спину и приподнял над полом, так, что Рогов смог поймать мои болтающиеся на весу ноги. – На кого ты посмел бочку катить, а? Какого ты рассказал всё?

Я замотал головой. Из глаз брызнули слёзы – не от обиды, действительно, зачем полез туда, куда остальные не лезли? Ну, украли они эти деньги из сумки завхоза, и что? Разве это было моё дело? Но руки и ноги, находящиеся в неестественном положении да ещё и сжатые в запястьях и щиколотках до боли, не дали перенести происходящее стоически. Но я не закричал. Только беззвучно заплакал, стараясь не сопеть, чтобы не получить лишний удар под дых.

– Ты сегодня за всё ответишь! Вот посидишь всю ночь и поймёшь, как на меня хлебало разевать! – приговаривал Баранов, пока они вдвоём с Роговым вытаскивали меня в неосвещённый коридор, где ждал третий из их банды – Столяров.

Тот, увидев нас, щёлкнул по выключателю, погружая всё вокруг в полутьму, рассеиваемую лишь дежурным светом на лестнице. Глаза резануло от резкого перепада, и если бы из них уже не текли слёзы, то сейчас точно брызнули бы во все стороны. К тому же, я боялся темноты…

Тем временем Столяров вынул из кармана небольшой китайский фонарик – их недавно привезли в наборах от какого-то спонсора – и, подсвечивая путь, пошёл в сторону служебных помещений, стараясь ступать так тихо, как позволял скрипящие под ногами ссохшиеся доски пола. Баранов и Рогов тащили меня следом, стараясь не сипеть и громко не дышать от натуги. Получалось это у них откровенно плохо, и Баранов даже пару раз выругался вполголоса, пытаясь удобнее перехватить мои ноги.

Наконец, они втащили меня в хозяйственный блок и остановились. Из-под двери в дальнем конце коридора лился свет. Но было тихо, и подождав несколько минут, чтобы убедиться, что никто не застукает, Столяров, поковырявшись гвоздём в замке, открыл дверь в кладовку, где технички хранили инвентарь и средства для уборки. Меня поставили на ноги, а после Рогов пинком впихнул в неё, так что я упал на пол – между грязных вонючих тряпок и помятых оцинкованных вёдер. Локоть заныл от встречи с одним из них.

– Аривидерчи, пиздюк! – прошептал Баранов, махнул мне рукой и захлопнул дверь, на которой стоял английский замок, не открывавшийся без ключа. Или, как я понял, отмычки.

Я испугался, потому что резко стало темно – к этому моменту я уже привык к свету фонарика, – но почти сразу вспомнил, как однажды помогал Антонине Васильевне, нашей нянечке, и бегал сюда за пакетом с порошком. Поднявшись, я на ощупь нашёл дверь и, пошарив по стене справа от неё, нашёл выключатель. Щелкнул кнопкой, и под потолком зажглась лампочка, простая, без плафона или абажура. Моргавшая в такт перепадам напряжения.

Заняться было нечем, спать пока не хотелось, изучение полок с кучей средств для мытья полов, стен, окон и посуды оказалось не самым интересным занятием, и я, выбрав относительно чистое ведро, перевернул его вверх дном, сел на него и задумался. Да, по сравнению с остальными в моей группе я был самым мелким, как по возрасту, так и по росту, но это же не навсегда. Надо только подождать. Вот вырасту, стану большим и сильным, и тогда ни Столяров с Роговым, ни сам Баранов не смогут мне ничего больше сделать, а вот я им точно надаю таких тумаков… Но пока нужно было сделать так, чтобы меня больше не трогали. Затаиться. Стать тише воды, ниже травы. Тогда я ещё не знал слово «мимикрировать».

***

– Да ладно ты!

Мы ехали по Пролетарскому проспекту, и Ира со скоростью, превышавшей среднюю, маневрировала в потоке, перестраиваясь из одного ряда в другой, подрезая и не пропуская другие автомобили. Вися

Она так ездила всегда. Если бы я не знал, что она училась на права и получила их сама, то точно решил, что ей в их приобретении посодействовал отец. Олег Степанович руководил одной из самых крупных строительных компаний города и души в дочери не чаял, балуя, как только мог. А Ира не отказывалась, хотя и старалась всегда всё делать сама. Вот такое вроде бы противоречие, однако в их семье оно работало.

– Что «да ладно»? – спросил я, глядя на то, как перед нами проявилась перестроившаяся из правого ряда серая девятка, и наша Тойота плавно ушла влево, едва не врезавшись в чёрную Мазду. Кажется, шестую.

– Не куксись. Я не хотела тебя обидеть. Ну ты же знаешь, что я тебя люблю. Ты мой самый лучший друг, и я просто за тебя переживаю.

– Да я не куксюсь. Или как это? В общем, не кисну. Ты просто тоже меня пойми. Вокруг итак шепчутся, что я на особом счету у начальства, и если вдруг Пётр Васильевич внезапно уйдёт на пенсию, и на его место назначат меня, то что скажут? А я ведь даже не зам его.

Приведённые мною доводы были не первой свежести, я повторял их из раза в раз, но ничего нового придумать не мог. Да и что я мог сказать сейчас, когда в моей голове крутилось только одно: «Я тоже тебя люблю. Ты мой самый лучший друг…»? Друг!

– Опять двадцать пять! Тош, ну, во-первых, у Васильича в принципе нет зама, а во-вторых…

Что «во-вторых», Ира договорить не успела, как не успела и затормозить или свернуть в сторону. Сначала я услышал грохот от столкновения Тойоты с другим автомобилем и стук упавшего с заднего сиденья рюкзака. Одновременно с этим меня тряхнуло и резко качнуло вперёд. Затем ремень безопасности впился мне в грудь, и я невольно подумал, что завтра точно будет синяк. О том, что с Ирой всё в порядке, я знал – она материлась, как сапожник, пытаясь одновременно сбить вздувшуюся подушку безопасности, освободиться от ремня и отодвинуть кресло назад, чтобы вылезти наружу.

– Погоди. – Я выпрямился, убрал её руки, и аккуратно открыл клапан, сдувая воздух из подушки, и нажал на кнопку, чтобы петля ремня выскочила из фиксатора.

– Сука! – не глядя на меня, тут же снова выматерилась Ира, наконец, освободившись и отодвинув кресло назад. – Откуда он взялся?

– Успокойся, – я схватил её за руку, не давая выбраться наружу, – сейчас со всем разберёмся. Давай ты посиди, а я пойду и поговорю?

– Ты? – Она сказала это с такой интонацией, что я понял – даже если я сейчас не просто разрулю ситуацию с аварией, но ещё и получу статус главнокомандующего, в её глазах останусь всё тем же тютей. И сдулся, отпуская.

– Хозяин барин. Хочешь – иди сама.

Ира вылезла, чуть прихрамывая – столько раз ругался на неё, чтобы не ездила на каблуках! – подошла к смятой нами всё той же девятке и постучала в окно со стороны водительского места. Я не слышал, о чём она говорила, но как только пострадавший водитель вылез наружу, решил присоединиться к разговору. В конце концов, с Мишей я договориться мог всегда. И он до сих пор был мне должен.

***

Лёня в тот вечер появился не один, а с парнем, который был ростом с приличного баскетболиста, а габаритами – с медведя.

– Миша, – представился он, подавая мне свою лапу – иначе эту ладонь размером с ковш экскаватора назвать я не мог.

– Тоша, – ответил я, пожимая её.

– Семён он вообще-то. – Лёня подошёл и похлопал парня по плечу.

– А почему Миша? – спросил я, понимая, что вопрос тупой и ответа не требует, но оказался неправ.

– Ну, меня папа хотел Мишей назвать, а мама Семёном записала. Но Миша мне нравится больше, – ответил парень. – Леонид Павлович сказал, мы будем напарниками.

– А, – спохватился я, – так ты мне в помощь?

– Он тебе в помощь, – кивнул Лёня. – Вы тут разбирайтесь, смены сами поставите, а я пошёл, у меня там ещё дела.

До этого момента напарника-сменщика у меня не было, только просто сменщики, и приходилось изучать все премудрости системного администрирования самостоятельно. Другие ребята и девчонки, которые работали в клубе вне моей смены, как правило, все проблемные вопросы оставляли в виде записи в специальной тетрадке: «Не работает сеть на № 15. Выключил. Д.» или «Задолбалась настраивать танчики на тройке, вечно слетают. Ж.» Мне нравилось ковыряться в настройках и железе, но знаний порой не хватало, и я ходил к Лёне с просьбой найти специалиста.

Как оказалось, Миша подрабатывал системным администратором в паре школ и периодически брал заказы на прокладку и настройку частных сетей. Ну и вот к Лёне пришёл – копейка лишней не бывает.

– У меня же мама в деревне, а работы там почти и нет никакой, вот помогаю. А она мне летом овощи присылает, а зимой – закатки, – объяснял он, когда я рассказывал ему, как и что настроено, где хранится документация, и показывал ту самую тетрадку. – Я вообще закончил универ по специальности «программист», но мне не нравится просто сидеть и кодить, я другое люблю.

– По полу и потолку ползать, – рассмеялся я, вспоминая, как периодически приходится торчать под столами, переобжимая кабели.

– Как вариант. Габариты только не те часто. У меня. – Смех у него был густым, раскатистым. Медвежьим. Тогда я подумал, что отец-то у него был прав: никакой Миша не Семён.

***

– …брату позвоню, и он всё решит! – договорила Ира, когда я подошёл к ним и протянул Мише руку.

– Привет, напарник!

– О! – Миша отвёл взгляд от Иры и посмотрел на меня, а после, не обращая внимания на мою руку, сгрёб в охапку, что равнялось у него объятиям. – Тоха! Ты откуда?

– Отпусти! Ты его сейчас задушишь! – Мне показалось, что в голосе Иры появился страх. И немного – недовольство, потому что как же так: она не решила, и тут я появился и наверняка сейчас разберусь со всем. Ну, раз мы напарника моего какого-то стукнули.

– Не задушу, он привычный, – ответил Миша, но руки разомкнул, давая мне продышаться.

– Ты в порядке? Я сейчас Диме позвоню, он всё быстренько решит. – Ира бросилась ко мне, отряхивая мой теперь помятый пиджак и заглядывая в глаза.

– В порядке, – отодвинулся я от неё, – и не надо Димы. Мы сейчас всё решим. Да, Миш? – повернулся я к напарнику.

– О чём вопрос! – пробасил он. – Ты только, – повернулся Миша к Ире, – сходи аварийку включи и знак поставь, а то народ уже ругается.

Несколько объезжавших нас машин действительно уже несколько раз посигналили, а один даже что-то крикнул в открытое окно. Кажется, не по-русски. Или я просто не расслышал.

Недовольно посмотрев на меня, Ира топнула, так, что стук набойки каблука отозвался цокотом подкованного лошадиного копыта по каменной мостовой, и пошла, уже не хромая, в сторону багажника Тойоты. Я улыбнулся ей вслед.

– Твоя? – спросил Миша.

– Нет. Да я тебе про неё рассказывал же. Ну та, которая линейщица. – Я перевёл взгляд на машины. – Ничего так мы стукнулись. Ты чего затормозил-то?

– Да, придурок какой-то всю дорогу меня подрезал. Не знаю уж, что я ему сделал, но он от железки за мной ехал. На чёрной мазде. – Миша недовольно покачал головой. – Сейчас придётся снова в гараж загонять, а я только неделю как на ней катаюсь.

– Гараж?

– Да. У меня знакомый парень держит сервис в гаражах на Митенке. Знаешь, небось?

– Митенку знаю, гаражи – нет.

– Старые, там, где заброшка. – Миша наклонился и ковырнул пальцем вмятину на заднем капоте. – Люблю эту, а Дарья ругается, когда на ней езжу. Мол, если у меня есть Гольф, зачем я на отечественной тарантайке по городу рассекаю. И как ей объяснить, что любовь она и в Африке любовь? Я вон даже себе сиденье сделал так, чтобы комфортно было ногам.

– Женился что ли? – Я удивлённо посмотрел на него. Миша всегда говорил, что останется бобылём – использовал именно это слово – и в конце уедет в родную деревню, будет там картошку сажать и ребятню пугать.

– Ага, сыну три месяца на той неделе исполнилось. – Он расплылся в улыбке и вытащил из кармана смартфон. – Смотри!

С главного экрана на меня смотрела копия Миши, только маленькая, такая же смеющаяся, с распахнутыми во всю ширь глазами.

– На маму совсем не похож?

– Мишка-то?

– И назвал как себя.

– Так кто-то же должен быть по паспорту Михаилом.

В это время подошла Ирина, схватила меня за рукав и оттащила в сторону.

– И сколько вы будете лясы точить? У меня встреча, между прочим, – прошептала она. – А ещё надо комиссара вызвать.

– Ты чего? Мы сейчас быстренько всё нарисуем на всякий случай и поедем с Мишей. И комиссар не понадобится. Да? – Я посмотрел на напарника.

– А то! – Он помахал смартфоном. – Я уже сообщение отправил.

– Куда? – Ира перевела испуганный взгляд с меня на него.

– В ремонт. Пара дней, и твоя ласточка будет бегать, как резвая кобылка! Новенькая, словно только с конвейера! – Миша рассмеялся. – У тебя пакет аварийный-то с собой? Или будем онлайн заполнять? А то я могу, у меня он-протокол подключен.

Глава третья

Гаражи оказались как раз такими, какими я их себе представил. Миша посигналил высунувшемуся в окно сторожки охраннику, перед нами распахнулись светло-голубые железные ворота, мы въехали в них и сразу же повернули налево. Ирина машина следовала за нами, не приближаясь больше, чем метров на десять. Видимо, до сих пор не отошла от аварии. Мне бы следовало сидеть там, рядом с нею, но она сама отправила меня к Мише.

– Пообщаетесь, пока едем. Вы же давно не виделись. А со мной что случится? Правильно – ничего, – сказала она, и я согласился. Я всегда с ней соглашался.

Гаражи, капитальные, собранные из бетонных блоков, стояли впритык друг к другу, не позволяя появиться между собой даже маленькой щёлочке. Где-то ворота в них были закрыты на большие навесные замки, где-то замков и видно не было, а для пары и тех не понадобилось. Вместо гаражей стояли пустые бетонные коробки.

– Хозяев нет, кто-то и снял, – пояснил Миша, заметив мой интерес. – А чего добру без дела болтаться?

Мы повернули ещё раз и выехали на площадку, где вполне могли разместиться машины четыре, и ещё пара проехала бы мимо без проблем. Тут же стояли два раскрытых гаража, в одном из которых в свободной ремонтной яме ковырялся парень чуть моложе меня.

Миша остановил машину, вылез и побежал к нему, во весь голос рассказывая, что произошло. Тут же подъехала и припарковалась рядом Ира, и я пересел к ней.

– Ты как? Всё нормально?

– Нормально, – говорила она спокойно, но я видел, что руки её немного дрожат, и взял их в свои, пытаясь успокоить.

– Всё будет хорошо. Сейчас Миша договорится, и завтра, в крайнем случае – послезавтра ты заберёшь свою ласточку целой и здоровой. – Я потёр её запястье подушечкой большого пальца, ощущая тонкую чуть прохладную кожу, которую хотелось трогать, не останавливаясь.

– Да. Я… Да. – Ира посмотрела на меня, и мне показалось, что ещё чуть-чуть, и она, наконец, позволит себя поцеловать, но в этот момент в водительскую дверь постучали.

– Чего сидим? – радостно спросил Миша, как только Ира опустила стекло. – Вылезай, отдавай ключи. Я уже такси вам вызвал. Если что, банкет за мой счёт, всё-таки и моя вина здесь тоже есть.

– Я так не могу. Ты же не виноват, что тот придурок вёл себя как… – она замялась, подбирая слово, и я закончил:

– Как придурок.

– Именно. – Ира забрала у меня до этого момента остававшуюся в моей руке свою руку и выбралась из машины.

– Тогда потом разберёмся. Мотька сделает, посчитает, и будет видно.

На этом и остановились. Миша остался в гаражах – разбираться с дальнейшим ремонтом, Ира отправилась на своё «деловое» свидание, а я поехал в «IT-Loft».

Было уже почти восемь вечера, когда такси остановилось у высотки, на первом этаже которой располагался клуб. Той самой, которые в настоящее время некоторые презрительно называют человейниками. Двадцать четыре этажа, двенадцать подъездов, больше восьмисот квартир и почти две тысячи жильцов. Лет десять назад она считалась элитной, но теперь стояла между множества похожих, теряясь среди них и погружаясь в пучину серости. Выделяли её лишь муралы с торцов да яркие вывески на первом этаже.

Проследив, как Рено Логан с жёлтыми шашечками на крыше – единственный, приехавший в тот район, где мы оставили Ирину Тойоту – выехал с забитой под завязку парковки перед домом, я перевёл взгляд на вывеску…

***

Я наглаживал пиджак, стараясь не оставить даже маленькой складочки, когда раздался телефонный звонок.

– Привет! – раздался из трубки радостный Лёнин голос. – Ты обязан сегодня приехать!

– А что случилось? – От неожиданности я даже не поздоровался.

– Отмечаем ребрендинг! Жду к шести! – И, не дожидаясь ответа, Лёня положил трубку.

– Ребрендинг?

Я повертел смартфон в руке, отложил в сторону и заметил, что оставил утюг подошвой на рукаве, и та уже начала дымиться. Давно пора было приобрести другой, но я продолжал гладить вещи доставшимся мне от предыдущего хозяина этой квартиры – старым, ещё советским, с табличкой, на которой едва просматривались буквы «ГОСТ» и что-то похожее на «307-68».

Убрав утюг и увидев, что рукав превратился в нечто совершенно не подлежащее восстановлению, я громко выругался и полез в шифоньер – тоже проживший в этой квартире намного дольше меня. Требовалось найти что-то, в чём можно было отправиться на собеседование. Пусть оно и было формальным – с Дмитрием, братом Иры и директором ООО «Геймдизайн», я познакомился ещё год назад, – но выглядеть всё равно необходимо прилично. Да и после в клуб тоже стоит ехать не в застиранной мастерке и джинсах с растянутыми коленями, там наверняка официальное мероприятие намечается, а не тусовка для своих.

Вывески с надписью «Аркада», к которой я привык за почти четыре года работы, больше не было. Над входом висела огромная светящаяся инсталляция – по-другому этот кошмар, собранный из частей старых компьютеров и игровых автоматов, назвать язык не поворачивался – гласившая: «Игровой клуб “IT-Loft”».

– Ну как тебе? – Появившийся в дверях Лёня сиял, словно начищенный пятак.

– Эм… – Я не знал, что сказать, поэтому просто произнёс: – Занятно.

– А то! – Выйдя, он приобнял меня за плечо и потащил внутрь. – Я тут такое устроил! Ты же не был уже сколько… – Лёня замолк, делая вид, что считает. Или действительно считал, и я решил помочь ему:

– Полгода. Диплом писал.

– Вот! А я решил все свои игрушки сюда перетащить. Дома-то уже места не хватает. Да и мелкие подросли, везде лезут, портят. А это раритеты.

Мы вошли внутрь, и я поразился тому, как тут всё изменилось. Старая кое-где облупившаяся мебель, которую когда-то притащили из закрывшейся школы, пропала, а на её месте сверкали под яркими лампами металлические столы с удобными резиновыми вставками и манили комфортом эргономичные кресла. Мониторы, называвшиеся по примеру телевизоров кинескопами, уступили место плоским, кажется, двадцати четырех дюймовым. Системники я отсюда не видел, но судя по отсутствию шума от работающих кулеров, они тоже были новыми.

– Красота? – Лёня повёл рукой, показывая мне всё это, словно я тут оказался в первый раз. Впрочем, в тот момент у меня было именно такое ощущение.

– Красота! Откуда? – повернулся я к нему, понимая, что у Лёни точно на подобный «ребрендинг» денег быть не могло.

– Считай, что получил наследство. Так, – тут же перевёл он разговор и посмотрел на часы, висевшие на дальней стене – электронные, с большим двойным циферблатом, показывающим время местное и московское, – ты приехал раньше, но гости скоро уже начнут собираться. Пойдём, я тебе покажу выставочную комнату, и дальше ты мне поможешь…

***

Я вошёл в клуб, и ко мне тут же подбежала Катерина – смешная девчонка, работающая тут администратором, но почти ничего не понимающая в компьютерах и играх. Обычно она одевалась в стиле анимешных персонажей, и сегодня на ней были розовый джинсовый комбинезон и белые до рези в глазах кроссовки, а на голове – ободок с лисьими ушами, которые ярко выделялись в почти чёрных закрученных мелким бесом волосах.

– Здравствуйте, Антон! – произнесла она, и я поморщился.

– Здравствуй, Катерина. Я же просил не обращаться ко мне на «вы». Леонид Павлович у себя?

– Нет, – мне показалось, что она готова запрыгать на месте и захлопать в ладоши, – он в третьей комнате. Там новую игру установили – с виртуальной реальностью. Он тестирует. Просил, как только вы… – Каерина споткнулась и тут же поправилась: – Ты приедешь, провести к нему.

– Ну, тогда чего стоим? – Я оглядел зал, который был набит под завязку, и добавил: – Идём?

Но нашёлся Лёня не в VIP-игровой, а в своём кабинете. Я обратил внимание, что к висящему на одной из стен постеру сериала «Герои», раритетному, приобретённому на каком-то аукционе, добавился ещё один, с надписью «Пацаны». Рабочий стол был завален документами, а на приставке для посетителей стояли две грязные чашки и пустая тарелка с крошками от печенья.

Лёня, насвистывая мелодию из «Убить Билла», так усердно стучал по клавиатуре, что мне показалось – ещё немного, и она рассыплется под его пальцами. И даже не оторвался от экрана монитора, чтобы поздороваться, лишь спросил:

– А Ира где?

– На свиданку поехала. – Я уселся в кресло для посетителей, удобное, почти такое же, как у меня на работе, и прикрыл глаза.

– Не с тобой.

– Не со мной, – кивнул я. – Сказала, что по работе.

– Она и по работе должна с тобой ездить. Когда вы уже… – Лёня не договорил, потому что в дверь постучали, и он всё-таки отвлёкся от экрана, прекратив уничтожать клавиатуру. – Что?!

– Можно?

В дверь просунулась голова мужчины, возраста которого я не смог бы назвать. Ему одинаково можно было дать как тридцать, так и сорок или пятьдесят. Почему-то подумалось, будто черты его лица специально смазаны, но я решил, что во всём виноват чуть приглушённый свет. Лёня часто так работал, а иногда и вовсе выключал, ссылаясь на необходимость сохранения зрения. Хотя, по моему мнению, так он его только портил.

– А, Леонид Олегович! Входите. – Лёня поднялся, вышел из-за стола и по своей привычке похлопал мужичину по спине. – Знакомьтесь, это Майский Антон Иванович, мой старый друг. А это, – Лёня кивнул на вошедшего, – Зимин Леонид Олегович, разработчик новой игры, которую мы с сегодняшнего дня тестируем. Он сам лично настраивал её в третьей комнате.

– Не сам, моя сотрудница, – поправил его Зимин, но Лёня не обратил на это внимания.

– Очень приятно. – Я тоже поднялся и пожал бледные до известковой белизны пальцы Зимина. Они оказались холодными и неприятными на ощупь.

– Мы с Антоном первые тестеры. К нам должна была присоединиться ещё одна девушка, но сегодня не смогла, – пояснил ему Лёня.

– Надеюсь, что всё-таки у неё получится, – кивнул Зимин, и губы его растянулись в улыбке так, что их стало почти не видно.

«Какой он всё-таки странный и мерзкий», – подумал я, не понимая, откуда взялось последнее слово, ведь то, что Лёнин тёзка показался мне неприятным, не делало его автоматически и мерзким. Но избавиться от этого ощущения не получалось, и я просто отошёл, стараясь больше на Зимина не смотреть. Сделал вид, что кормлю рыбок в стоящем в углу кабинета аквариуме.

– Так что там? – обратился к Зимину Лёня, увидев мою реакцию.

– Всё готово. Я перепроверил, больше никаких проблем нет. Если что, вы всегда можете вызвать меня. В любое время. – Он достал из кармана и подал Лёне визитку. – Кажется, я ещё её у вас не оставлял?

– Нет. Отлично! – Лёня забрал пластиковый прямоугольник и сунул его в карман. – Пойдём смотреть?

– Я бы с удовольствием, но, к сожалению, сегодня не получится. – Зимин покачал головой, и лицо у него сделалось совсем неживым. – У сотрудницы, которая проводила настройку, возникли проблемы с обновлением, и нам срочно нужно вернуться в контору. Это никак не повлияет на игру, но если что-то пойдёт не так…

– Я тут же звоню вам! – закончил за него Лёня и положил руку на карман с визиткой. – Тогда удачи вам с кодом!

Он подал руку. Зимин пожал её, а после повернулся ко мне:

– И вам удачи в прохождении. Уверен, что у вас всё получится!

– Буду на это надеяться, – кивнул я, но с места не сдвинулся.

Внимательно посмотрев мне в глаза – я заметил, что его какие-то неживые, – Зимин развернулся и вышел из кабинета, а я выдохнул и снова уселся в кресло для посетителей. Лёня подошёл и встал, нависнув надо мною. Любой другой на моём месте сжался бы в комок, но я с этим приёмом был знаком и даже не поморщился.

– Что? – спросил он, поняв, что надавить на меня не получается.

– Он какой-то странный, – пояснил я, стараясь не произнести слово «мерзкий».

– Обычный он. Это ты сегодня странный. Приехал один, хотя обещал привезти Иру…

– Это не я обещал привезти её, а она – меня, – поправил я Лёню.

– Одна ерунда. Сидишь тут, строишь из себя невесть кого.

– Я же сказал, что мне очень приятно с ним познакомиться.

– Сказал он. – Ещё раз глянув на меня так, словно я тут главный вредитель, Лёня прошёл и сел за стол, снова уставившись в экран монитора. – Иди пока погуляй. Я сейчас тут доделаю срочный отчёт для проверяющих, чтоб моему бухгалтеру с его кишечным гриппом долго и здорóво жилось, и после пойдём тестировать.

– А что там? – Я встал и обошёл стол, вставая так, чтобы видеть, чем занимается Лёня. Потом отодвинул его вместе с креслом в сторону, забрал мышь и клавиатуру и начал просматривать отчётность.

– Ты чего? – возмутился он.

– Ничего. Я в этом в любом случае лучше тебя понимаю. Иди тести игру, а мне оставь документацию. И запрос от проверяющих. Кто там, кстати?

***

Когда я нажал на кнопку «Проверить и отправить», часы в правом нижнем углу экрана показывали без пятнадцати час ночи, а я не переставая зевал последние минут сорок. Сверившись со списком отчётности, которую требовалось предоставить, я кивнул сам себе и встал, ощущая, как сильно затекла спина. Даже на работе я обычно вставал каждые минут сорок, чтобы пройтись и размяться, а тут сидел, даже ни разу не сходив в туалет. Да и чашка кофе мне сейчас точно не помешала бы.

Выйдя из кабинета, я отправился на поиски Лёни и, к удивлению, нашёл его не в VIP-игровой, а в музее – обычной комнате, где вдоль стен было расставлено одиннадцать старых аркадных автоматов. Один из них – гоночный – как раз и был занят.

– Ты уже потестил что ли? – спросил я, подойдя к Лёне и глядя, как он умело проходит одну из трасс «Формулы-1».

– Ага, – поворачивая руль, он наклонился, словно вписывался в поворот на настоящем гоночном болиде. – Побродил по бесконечному уровню. Посмотрел. Но ты же знаешь, – Лёня снова всем телом «вписался» в поворот на экране, – я такие игры не особо люблю.

– Бесконечному?

Болид Лёни разорвал финишную ленту, и автомат громко заиграл вступление из «Smooth Operator». Лёня снял руки с руля и повернулся ко мне.

– Стандартно же. Три варианта прохождения: аркада, квест и бесконечная.

– Почему не в квест, мне понятно, – я зевнул, открыв рот так, что в него мог влететь рой мух, – но пару аркадных-то пройти мог. Самых простеньких уровней.

– Не, я лучше тут погоняю, а ты домой езжай. Уснёшь тут, мне потом тебя тащить на себе.

– Ой ли? – скривился я. – А то ты таскал? Вызовешь такси, водителю заплатишь, и доволен. И кто игру тестить будет, если я сейчас уеду?

– Езжай. Завтра приедешь. Мне надо Боббика к ветеринару свозить, а ты скажешь Матвею, что я пустил в третью без оплаты.

– Смешно.

Мне действительно было смешно, потому что я уже и не помнил, когда платил в этом клубе. Кажется, вообще никогда, даже в тот первый раз.

***

Я пошарил в кармане и достал несколько мятых купюр. Пересчитал. Получилось триста пятьдесят рублей. Этого хватало бы или на два часа игры, или на то, чтобы перенести курсовую из тетради в электронный документ, и распечатать. Выбор стоял простой. Точнее, его не было совсем: курсовую нужно было сдать уже завтра, а деньги на неё дополнительно я мог заработать только дня через два.

– Извините, – пока я мялся, к мужчине, сидевшему за столом администратора, подошёл лохматый парень примерно моего возраста, – там у вас комп гудит так, что кажется, сейчас взлетит. Как бы не рванул!

– Ого! – Мужчина, не дожидаясь моего решения, встал и отправился следом за лохматым.

Прошла минута, и я услышал сначала грохот, а потом громкое:

– Вот хрень! Да чтоб тебя на том свете черти драли! – и чуть не расхохотался.

– Что там? – спросила у меня девушка, которая только что вошла.

– Да, кажется, у одного из компов кулер полетел, – ответил я. – Но это навскидку. Так-то надо системник открывать и смотреть.

– Ничего себе! А ты разбираешься в компьютерах?

В её глазах я заметил интерес и как всякий ещё вчерашний мальчишка «распушил хвост».

– Конечно! Я был лучшим в школе. И сейчас на курсе. А тебе нужна помощь?

– Мне нужна, – прервал нас мужчина, подошедший к своему столу и усердно тычущий в кнопки мобильника. – Кулер, говоришь?

– Наверное. – «Хвост» мой тут же опал, превратившись в ощипанную гузку. Девушка тихо отошла в сторону и застыла, разглядывая нас двоих.

– Проверить сможешь? А то мой специалист трубку не берёт.

– Наверное, – повторил я.

– Что нужно?

– Крестовая отвёртка и свободное место с розеткой. Если у вас такое есть… – Я посмотрел на забитый почти под завязку зал.

– Найду. А если сделаешь, сочтёмся. – Мужчина сунул мобильник в карман. – Пошли. Кстати, меня Лёней зовут. И на «ты», ненавижу, когда мне выкают.

Глава четвёртая

Звонок прервал такой приятный сон, и я, ругая того, кто приходит так рано, встал с кровати и потащился к двери. Проигнорировав глазок, я открыл её и увидел на пороге Иру. Заплаканную. С размазанной по щекам тушью и искусанными губами.

– Ты чего? – Я поймал её, еле стоящую на ногах, буквально втащил в квартиру, усадил на пуфик у обувной стойки и захлопнул дверь.

– Я не знаю. – Она шмыгнула и громко разревелась.

– Ир, ну чего ты? Что случилось? Он тебя обидел? – Я только в этот момент обратил внимание на то, что она в другой одежде, не той, в которой вчера отправилась на «свидание».

– Нет. Он – нет… – Ира замотала головой. – Это всё сон. Я не знаю… Приснилось…

Она всхлипывала через слово, и я метнулся на кухню, достал из холодильника бутылку воды, принёс и заставил Иру сделать несколько глотков. Видимо, это пошло на пользу, потому что она задышала ровнее, а потом подняла глаза и посмотрела на меня.

– Мне приснилось, что я убила маму…

– Что? Ир, ты чего? – Я присел перед ней и сжал её ладони. Горячие, словно у неё была высокая температура. – Ты же сама сказала, что это просто сон. Сон, и ничего больше.

– Да, сон. – Ира кивнула. – Но такой реальный.

– Каким бы реальным он ни был, это всё неправда. Ты маме звонила?

– Да. – Кажется, она начала приходить в себя, потому что повернулась так, чтобы посмотреть в зеркало, висевшее сбоку от пуфика, и вздрогнула, увидев отражение. – Это я? Я в таком виде ехала по городу? – В голосе прозвучал такой ужас, что я невольно улыбнулся.

– Ну вот, теперь это точно ты. – Поднявшись, я потянул её за руку, заставляя тоже встать. – Иди приведи себя в порядок, а я пока приготовлю что-нибудь на завтрак, – в этот момент я понял, что до сих пор торчу тут в одних трусах, – и оденусь. А потом ты расскажешь, что это был за сон.

Ира отвернулась, почему-то смутившись, словно никогда не видела меня раздетым, повернулась так, чтобы сесть ко мне боком, и потянулась расстегнуть застёжки на босоножках. Воспользовавшись этим, я ушел в спальню. Нет, обычно я не встречаю гостей раздетым, но когда раздался звонок, всё ещё находился в полусне и проснулся окончательно только когда увидел Иру. А бросить её в таком состоянии на пороге и уйти, чтобы натянуть штаны, я не мог.

Когда Ира вошла на кухню, я уже разбил в сковородку четыре яйца, поставил её на огонь и достал из холодильника помидоры и брынзу для салата. Она умылась и сейчас без косметики выглядела не хуже, чем с ней. Я иногда даже думал, а зачем она красит и без того чёрные и длинные ресницы и яркие розовые губы? Однажды даже спросил, но нарвался на такой непонимающий взгляд, что ответа не потребовал.

– Яичница? – Ира пододвинула табуретку и уселась боком к столу, поставив на него локоть и опершись спиной о стену.

– И салат. – Я дорезал помидоры и взялся за брынзу. Она любила это сочетание, и у меня всегда хранилось и то, и другое – на всякий случай. Хотя за всё время нашего знакомства Ира бывала у меня всего три раза. Этот – четвёртый.

– Это хорошо, а то я вчера толком не поужинала, а сегодня не до завтрака было. – Погладив рукой, которая до этого лежала на колене, живот, она скривилась.

– Таблетку? – спросил я.

– Да нет, это нервное. Ты же знаешь, что я могу сутками не есть.

– Когда работаешь. Но сейчас совсем другая ситуация. – Я выключил газ под сковородкой, достал тарелки, разложил по ним яичницу и салат и поставил их на стол. – Вилки достанешь? А я пока чайник включу. Тебе какой? Зелёный или чёрный?

– Белый.

Мне показалось, что в её голосе прозвучала насмешка, но я открыл шкаф и, порывшись, достал упаковку с белым чаем.

– Вот, – я показал его ей, – на день рождения подарили.

– Наливай, – со вздохом кивнула она, понимая, что посмеяться надо мной не получилось.

Хотя, я даже не знаю, какой чай она могла попросить так, чтобы у меня его не было. На моём рабочем столе всегда стояла кружка, в которой плавал одинокий пакетик. Поначалу это был простой зелёный, но после коллеги начали дарить мне на разные праздники большие упаковки «настоящего индийского», привезённого со Шри-Ланки, маленькие пакетики «того самого, из Китая, который пахнет рыбой», нелегально пронесённого через таможню «жёлтого»… Про жёлтый, кстати, я тогда не сказал, что его уже давно разрешили к продаже. У меня где-то даже синий был.

Я молча дождался, пока закипит вода в термопоте, заварил чай, разлил его по чашкам и поставил рядом с тарелками. Выставил на стол вазочку с «Метеоритом» и увидел, как удовлетворённо сверкнули Ирины глаза. Потом сел и произнёс:

– Рассказывай.

***

Ира приехала в ресторан, опоздав на целых десять минут. Как ни странно, того, кто её пригласил, до сих пор не было. Но столик оказался зарезервирован, и она просидела за ним почти час, пока не устала пить воду и смотреть на часы. В очередной раз покачав головой на предложение официанта сделать заказ, Ира машинально попросила его принести счёт, на что тот рассмеялся, сказав, что вода у них бесплатная.

Подумав, что завтра выходной, и будет неплохо провести его с родителями, которых она давно не видела, Ира вызвала такси и поехала за город, где находился их дом. Когда-то на этом месте стояла маленькая развалюшка, принадлежащая бабушке, и Ира с Димой проводили у неё все летние каникулы. Потом бабушка умерла, отец развалюшку снёс и на её месте возвёл приличных размеров коттедж, благо, это была специфика его деятельности.

Когда Ира приехала, родители спать ещё не собирались. Они сидели на террасе. Мама вязала, глядя в планшет, на экране которого шёл очередной детективный сериал. А папа обрезал свои любимые кусты, растущие по периметру участка. Ира никак не могла запомнить их название, но то, как они разрастались за лето, а потом, в сентябре, пышно распускали большие белые соцветия, превращало их дом в нечто сказочное.

Поздоровавшись с папой и обняв маму, Ира поднялась в свою комнату, решила, что ужинать не будет, и легла в кровать. Здесь, за городом, ей всегда было уютно и тепло, словно она всё та же девчонка десяти лет, которая первой неся на руках кошку ворвалась в этот дом под крики мамы:

– Ира, сначала Ваську пусти! Ваську сначала!

Но ей было не до глупых суеверий. Она наконец-то будет жить в своей комнате, а не делить её с Димкой. И у неё будет свой стол, свой компьютер, всё своё! Думая об этом, Ира уснула.

Проснулась она словно от толчка в плечо. Болезненного. Настолько, что Ира, поморщившись, потёрла то место, куда её словно бы битой ударили, и открыла глаза. В комнате было темно, это значит, что ещё даже трёх ночи нет. В это время года у них в четвёртом часу уже светать начинало.

С улицы раздались шаги, словно бы кто-то шёл по дорожке. Встав и ещё раз потерев плечо, Ира выглянула в окно, но никого не увидела. Даже горевший обычно над крыльцом фонарь оказался выключен.

«Лампочка перегорела что ли?» – подумала Ира и решила спуститься на кухню – почему-то очень хотелось пить. Ну и что-то зажевать тоже, день без ужина – то ещё удовольствие, а у мамы в холодильнике всегда было что-то вкусное.

Она вышла в коридор и обратила внимание, что из-за двери родительской спальни не доносилось ни звука. Это показалось странным, потому что папин храп часто будил её даже в собственной комнате, настолько громким, почти богатырским он был. Но, возможно, он просто лёг удобно или наконец-то нашёл лечение.

Кивнув этим мыслям, Ира прошла к лестнице и только начала спускаться, как услышала, что кто-то словно скребётся во сходную дверь. «Ветки, – подумала она, – больше не буду те обзоры ужастиков смотреть…» И в этот момент звук превратился в грохот, и дверь, которую почти не было видно в темноте прихожей, словно содрогнулась.

– Мама! – испугавшись, крикнула Ира, а после закричала на весь дом: – Пап! Папа! Мама!

Но никто не отозвался. На втором этаже по-прежнему было тихо.

Дверь снова содрогнулась под ударами, и Ире показалось, что ещё один раз, и та рухнет. Заметавшись по прихожей, она всё-таки вбежала на кухню, щёлкнула выключателем, но лампа не зажглась. Тогда Ира на ощупь принялась вытаскивать ящики со приборами и кухонными инструментами, не понимая, что хочет найти. Ложки, вилки, столовые ножи – всё казалось не тем и летело в разные стороны. Не найдя ничего подходящего, Ира огляделась и в неровном лунном свете, падающем в незашторенное окно, на магнитной ленте над раковиной увидела папин большой разделочный нож.

И в этот момент раздался треск, и ей показалось, что дом содрогнулся. Резко повернувшись к двери, Ира увидела в ней тёмный силуэт, похожий на человеческий, но вместе с тем какой-то странно нереальный, словно бы расплывающийся. И он очень чётко выделялся на фоне неосвещённой прихожей.

«О боже!» – подумала Ира, и в этот момент силуэт поднял руку, показывая на неё и что-то говоря. Слов она не разобрала и, понимая, что иначе живой не останется – а этот демон наверняка убил родителей, – Ира метнулась к нему, целясь ножом туда, где у людей находится сердце. Лезвие вошло в грудь так, словно вместо плоти там был воздух. Хотя, скорее всего, именно так оно и было.

Демон громко выдохнул и начал оседать на пол. Решив, что хоть она скорее всего смогла убить его, но нужно быть осторожной, Ира сделала несколько шагов назад, и тут в кухне зажёгся свет. Перед ней на пороге кухни с ножом в груди лежала мама. В чёрном банном халате, капюшон которого был накинут ей на голову.

Ира закричала… и проснулась.

***

– А потом я проснулась, и никого дома не было, только записка, что родители поехали в больницу. Что-то у мамы случилось, но они решили меня не будить… – Ира снова всхлипнула. – А вдруг это я? Ну, понимаешь, есть же такая штука…

– Никаких штук нет, – перебил я её. – Ты маме звонила. Что она сказала?

– Что всё нормально, простой невроз. Застудила нерв.

– Ну вот и всё. Всё в порядке, никаких монстров, никаких ножей и прочих ужасов. Это был просто сон. – Я протянул руку, взял её вилку, наколол на неё дольку помидора и протянул ей. – Ешь. Сейчас позавтракаем и поедем к Лёне. Я вчера так и не посмотрел, что там за игра новая.

– А если…

– Никаких «если»! В конце концов, кто тут из нас тютя?

Шмыгнув, Ира забрала у меня вилку и принялась за еду, а я смотрел на неё и вспоминал свой сон. Вот его я бы ей точно не рассказал.

Глава пятая

– Ты снова здесь? А выходной? – Я удивился, увидев на входе Катю.

– Привет! – отозвалась она из-за стойки администратора и пожала плечами. – Так получилось. Ты же тоже здесь.

– Ну, я хотя бы дома ночевал, а ты, судя по всему, тут так и торчишь со вчерашнего дня, – кивнул я на стопку картонных стаканчиков из-под кофе на её столе.

– Стёпка заболел. А Леонид Павлович сегодня выходной. – Катя потянулась и достала из ключницы брелок с висящей на нём электронной картой. – Велел дать тебе ключ от третьей комнаты.

Я взял его и повертел в руках. Мы по привычке называли VIP-игровую третьей комнатой, потому что раньше она была одной из четырёх, в которых сразу организовали собственные локальные сети без подключения к интернету. Будучи администратором, я ни разу не входил туда и не пускал гостей. Ими занимался только Лёня. Включая все происходящие поломки. Что там происходило, я не знал, да и, если честно, знать не хотел.

А потом сделали ремонт. Одну комнату превратили в комнату отдыха для персонала, хотя какой тут персонал? Директор, два администратора да приходящий специалист по компам. Ну и уборщица Валентина Матвеевна, которая жила через дорогу – в старом квартале. Во второй, самой большой, организовали музей. В четвёртой Лёня сделал свой кабинет. Ну а третья стала VIP-игровой. Её бронировали разные богатеи, которым дома не давали отдохнуть в виртуальной реальности; ну и иногда в ней же проводили тестирование игровых новинок. Как, к примеру, сейчас.

– Чего это она тебе тыкает? – спросила Ира, как только мы вошли в комнату, и я закрыл за нами дверь.

– Ревнуешь? – вопросом на вопрос ответил я.

– Да. – Ответ Иры был таким внезапным, что заготовленная мной фраза о том, что мы с ней просто друзья, повисла в воздухе невысказанной, а я застыл с открытым ртом. – Рот закрой, – произнесла Ира, – муха залетит. Так чего?

– Я попросил. – Отмер я. – Не люблю же, когда выкают.

– Только если поэтому! – Она погрозила мне пальцем и подошла к стойке с полками, на одной из которых лежала большая коробка с надписью «Аркада» и изображением виртуальных очков и сенсорных перчаток. В правом верхнем углу надписи красовался логотип игры – тёмно-синяя клякса с глазами. – Это та игра? – Ира кивнула на коробку.

– Похоже. Я же её не видел, вчера весь вечер и часть ночи Лёне отчёты бухгалтерские делал. – Я подошёл и открыл коробку.

– Он тебе хоть за это заплатил? – Достав из неё одну из перчаток, Ира покрутила её в руках, а потом натянула, защёлкнула браслет на запястье и аккуратно подтянула ремни, фиксирующие сенсоры на ладони и пальцах. – А ничего так, удобно. Почти не ощущается. Чур, я первая!

Я был не против. Тем более, что она, кажется, забыла про сон, о котором напоминала вплоть до входа в клуб, и сейчас в её глазах горел азарт первооткрывателя.

Сняв коробку с полки, я перенёс её на подставку-консоль под большим экраном, который использовался в качестве монитора, и подал Ире вторую перчатку и очки. Под ними оказалась книжка-описание игры, и я, усевшись в одно из кресел, стоящих рядом, начал читать.

– Аркада – жанр компьютерных игр, основной особенностью которых является быстрый и вместе с тем интенсивный игровой процесс. Игра, инструкцию по которой вы держите в руках, выдержана в классическом стиле, но вместе с тем в неё внесены элементы элементы квеста, а также ролевых игр. Особенностью «Аркады», именно так названа игра, является отсутствие чёткого игрового сценария. Каждый игрок выстраивает свой путь в игре самостоятельно.

Я поднял взгляд от инструкции и посмотрел на Иру, которая уже включила системник и ждала его полной загрузки.

– Каждый сам – это интересно, – она потёрла мочки ушей кончиками пальцев так, что те тут же зарделись, – только как они этого добились? Или там будет один сюжет, просто с разными вариантами прохождения? Но тогда это не аркада, а квест.

– Кстати, Лёня вчера как раз говорил, что тут аркада, квест и бесконечная игра.

– И во что он играл? Поди в квест пару раз забился? – В этот момент на экране развернулось рабочее поле, в центре которого появился значок, дублирующий логоип «Аркады».

– Нет, по бесконечной прошёлся и забил. Сказал, что ему неинтересно. – Покачав головой, я посмотрел, как Ира натянула на лицо очки и тоже подтянула ремни-фиксаторы.

– Запускай, – прозвучала от неё команда, и я поднялся, а потом снова сел.

– Чего это? На тебе сейчас виртуалка, сама не можешь?

– Дубина! – хохотнула она. – Это для игры виртуалка. А тут пока простая Линка стоит. Запускай, говорю.

Я встал, подошёл к консоли и, используя тачпад, пару раз щёлкнул по значку игры. На экране появился большой логотип, ниже – описание и выбор варианта. Я заметил, что указатель, который был оформлен в виде руки в перчатке, щёлкнул по бесконечной игре, и покачал головой.

– Ты сейчас тут просто так бегать собираешься?

– Да. Посмотрю, что и как, потом пройдусь по аркаде. Если что, квест оставлю тебе, – ответила Ира, не поворачиваясь в мою сторону.

– Ладно тогда, – кивнул я сам себе. – Пойду тогда схожу в зал, тоже во что-нибудь поиграю, не сидеть же тут, пока ты там гуляешь.

– Иди.

Ну а что я хотел? Что она сейчас снимет очки и попросит, чтобы я остался с ней? Раскатал губу. И вся эта её показная ревность всего лишь попытка подстебать меня и мои к ней чувства. Не верю, что Ира о них не знает, если знают все вокруг.

***

В последующие три часа я пару раз заглядывал в игровую, чтобы посмотреть, чем занимается Ира, но та продолжала сидеть перед экраном, периодически поводя руками и не отвечая на мои вопросы. Ощущение было, что она полностью переключилась с реального мира на виртуальный, и именно он стал для Иры настоящим.

Устав в какой-то момент от бесполезного времяпрепровождения – а занимать бесплатно место, на которое были клиенты, не стоило, – и просто проголодавшись, я собрался и пошёл в кафе, находившееся в соседнем доме. Иру звать не стал – она всё равно не реагировала.

Торопиться я не стал. Плотно пообедал, почитал ленту в Новограме, обнаружив, что Лёня, оказывается, уехал за город на дачу. На выложенном видео Боббик – шустрый спаниель с доверчивыми грустными глазами – был вполне здоров и прыгал вокруг мангала, выпрашивая кусок шашлыка. Мысленно обозвав его хозяина жуликом, я посмеялся над ещё несколькими видео и попросил у официанта завернуть мне с собой ещё кусок пирога с капустой и яйцом. Не знаю, что в нём нравится Ире, но она его любила больше других. Я же предпочитал пироги с капустой. Желательно тушёной.

Когда я вернулся, захватив по дороге из стоящего на входе автомата большой стакан капучино, Ира уже сидела в другом кресле, а очки и перчатки лежали на консоли.

– Ну что? – спросил я, подавая ей кофе и пирог.

– О! А я как раз думала, дождаться тебя или пойти пообедать в одиночку. – Она потёрла живот, который громко заурчал. – Яичницы было мало. К тому же, когда в виртуале ты ешь, в реале есть тоже хочется.

– Ты ела в виртуале?

Я взял перчатки и начал прилаживать их на свои руки. Мои пальцы, мужские, были намного крупнее Ириных, и фиксаторы пришлось ослабить сильнее, чем они были после неё. Она встала, отставила стакан на стол, положила туда же пирог и принялась помогать мне.

– Что молчишь? Рассказывай. – Я взял очки, но надевать пока не стал. – Я же должен знать, что там будет.

– Да я, если честно, не поняла. – Ира снова села в кресло и распаковала пирог. – Когда подключилась, сначала мне предложили выбрать вариант игры.

– Это я помню. Дальше что? – Я невольно подгонял её, потому что хотелось побыстрее заняться тем, что любил – игрой.

– Ну, я выбрала бесконечную. И вот тут началось что-то странное. Знаешь… – Она замолкла на несколько секунд, словно думая, о чём рассказать, а потом продолжила: – Я даже не поняла, что оказалась в игре. Это было так реально. И просто невозможно где-то в виртуальном мире.

– Почему?

– Потому что это был домик моих дедушки и бабушки. Тот, где я проводила все летние каникулы, пока училась в начальной школе. И сад. Настоящий, до последнего сучка на дереве. Там даже сердечко было, – на этом месте я увидел, что Ира покраснела. – Я вырезала его на соседском заборе в знак любви к мальчику, который там жил. Не поверишь, но я уже не помнила, как его зовут, а тут вдруг имя проявилось настолько реально, будто и не забывала никогда.

– И как?

– Что?

– Как его зовут?

– Мартын. Представляешь! Ну кто такое имя запомнит? Оно не очень редкое. Вот у тебя есть знакомые Мартыны? – Я отрицательно покачал головой. – Вот и у меня нет. Точнее, есть один, из детства. И всё.

– А дальше?

– Дальше? Я гуляла по деревне. Бабушка кормила меня манной кашей с комочками, как я люблю, и яблочным пирогом. Ароматным и очень вкусным. Потом приехали родители, и мы отправились домой.

– Но твоих бабушки с дедушкой уже нет, – непонимающе уставился я на неё.

– Нет, но знаешь, мне там было лет восемь. И Мартыну тоже. Мы играли у него во дворе – в песочнице. Он строил замок, а я таскала ему воду, чтобы песок не рассыпался. Я же помню этот момент. Даже то, как вернулся с работы его отец, пьяный и не очень довольный, обсмеял нашу постройку, а потом наступил на неё своим сапогом. И я ревела, и Мартын ревел. А потом он принёс ещё воды и начал строить заново, потому что бросать что-то из-за того, что оно кому-то не нравится – это вообще ничего не делать.

Ты понимаешь, ощущение было такое, будто вокруг всё настоящее. И это когда-то происходило, но понимаю я это только сейчас, там, в игре, об этом не помнишь. Если бы не звонок отца, я бы до сих пор в ней торчала. И знаешь, – Ира поставила кофе, который почти полностью допила за время нашего разговора, и подалась вперёд, – я снова туда хочу. Это как вернуться в детство. Там же так хорошо было… Даже если грустно и обидно.

Она замолчала, и я понял, что сейчас в бесконечную игру заходить не стоит. Во всяком случае пока. Сначала надо пробежаться по аркаде и квесту, а уже дальше будет видно.

– Доедай пирог, а я тоже её гляну. Протестирую то, до чего ты не добралась. – Я натянул очки, зафиксировав их на голове, и опустил на глаза. Перед взглядом тут же появилась картинка с выбором варианта игры. – Если что, – добавил я, прежде чем выбрать квест, – через пару часов вытаскивай меня. Не хочу застрять, как ты.

– Ладно, – услышал я Ирин голос, – я пока пойду поброжу вокруг. Видела недалеко новый магазин косметики.

– Всё бы вам косметика, – хохотнул я и ткнул пальцем в строчку меню «Квест».

Глава шестая

Перед глазами замелькали кадры, в которых я с удивлением видел знакомые мне места и ситуации. В какой-то момент мелькание замедлилось, и передо мной оказалась комната. Точнее, я оказался в комнате – той, из которой приехал сюда сегодня утром. В моей квартире.

Я огляделся. Да. Вон на комоде стоит неполный флакон с одеколоном. Давно выдохшимся, но таким любимым. И рука его выбросить не поднимается, потому что подарила Ира на прошлый день рождения. Мой, понятное дело. И постель не убрана. Как встал, чтобы дверь открыть, потом оделся и поехал в клуб, так всё и осталось. И даже тапки валяются – один на другом, – снимал их, встав на подпятники, и бросил.

– К-хм! – раздалось от окна, и я посмотрел в ту сторону.

Там, постепенно проявляясь, зависла в воздухе большая электронная голова. Виртуальный помощник же, точно! Ну, собственно, что-то такое я и ожидал, в подобных играх всегда есть те, кто ведут игрока от первой до последней локации. Да и объяснить механику кто-то должен, не всегда она та же, что и в большинстве квестов.

– Да? – спросил я, внимательно разглядывая голову.

Разных оттенков синего, она словно бы принадлежала живому существу, но при этом было в ней что-то ненастоящее, электронное. На меня смотрели огромные абсолютно круглые глаза, больше похожие на чёрные дыры, но сине-голубого цвета. Без эмоций, без движения. Отметил я и абсолютно симметричные нос и рот. И мозг, прикрытый странной и такой же симметричной пластиной.

Голос Головы оказался электронным, с режущими слух нотками и скрипом, больше похожим на скрип тормозов старого паровоза.

– Антон, я рад приветствовать тебя в квесте «Аркады». Сейчас ты находишься на обучающем уровне, и мы вместе пройдём его, чтобы в дальнейшем ты мог играть самостоятельно, обращаясь ко мне лишь в исключительных случаях.

– Хорошо, – я кивнул, – рассказывай.

– Итак, – Голова пролетела мимо меня, и я обратил внимание, что с неё будто бы льётся что-то синее. Но оно не пачкало ничего, а растворялось в воздухе, не долетев до любой из находящихся ниже Головы поверхностей, – сейчас мы находимся у тебя дома. Твоя задача – успокоить гостью и приготовить для неё завтрак.

Мы вышли из комнаты, и в настенном зеркале, висевшем в прихожей, я увидел, что одет ровно так, как и утром: пузырящиеся на коленях синие джинсы и видавшая виды белая футболка с растянутым воротом. Хмыкнув, я вошел за Головой на кухню и увидел сидящую у стола зарёванную Иру.

– Ну не реви, – голосом и с интонацией мультипликационного Карлсона произнёс я и открыл холодильник, доставая из неё грохотку с яйцами.

– Яичница? – спросила Ира.

– И салат, – укладывая на рабочий стол рядом с грохоткой помидоры и брынзу.

Я стоял спиной к ней и повернулся, услышав тихое:

– Хорошо. – Это было странно, потому что утром Ира такого не говорила. Точнее, о том, что это хорошо, говорила, но не так. Если я правильно помнил, она сказала, что не ела с вечера, и поэтому хорошо.

– Хорошо, – раздалось скрипучее, и я повернулся к Голове. – Пауза, – произнесла она, и пузырьки масла, закипавшего на сковороде, словно бы превратились в застывшую плохо обработанную эпоксидку, а звук его закипания мгновенно пропал.

– Что? Я сделал что-то не так? – Я наклонил голову вбок, всматриваясь в омуты глаз Головы.

– Нет, Антон, ты всё сделал правильно. Ты увидел несоответствие происходящего тому, что было на самом деле. За это ты получаешь одно дополнительное сохранение. Обрати внимание на правый нижний угол.

– Угол чего? Комнаты? – задал я вопрос, потому что передо мной не было экрана, на угол которого я мог посмотреть, ничто не ограничивало мой обзор.

– Просто наклони голову вниз и поверни её вправо, – пояснила Голова.

Послушавшись, я увидел висящую в воздухе иконку в виде Большой Советской Энциклопедии. Толстенная большеформатная книга с бордовой обложкой и золотыми тиснеными буквами на той. Помню, когда был маленьким, такую папа подкладывал под меня на табурет, чтобы я мог нормально сидеть со всеми за столом.

– Это Энциклопедия, – подтвердила мои мысли Голова. – Ткни в неё пальцем.

Я поднял руку, увидев, что сейчас она не выглядит настоящей – по ней прокатывались волны обновляющихся пикселей, – и пальцем тронул Энциклопедию. Передо мной тут же открылась книга, точно такая же, как и во многих квестовых играх. На первой странице я смог прочитать все пункты, которые в неё записывались: «Правила квеста», «История», «Жизни», «Счёт».

– Выбери пункт «Правила квеста». – Подлетев к Энциклопедии, Голова зависла слева от неё.

Это была игра, и сейчас я следовал её правилам, поэтому сделал то, что велел виртуальный помощник. Страницы перелистнулись, и я увидел текст, оформленный в виде энциклопедической статьи.

– В данном разделе ты сможешь узнать цель уровня.

– А тут будут уровни? Это не единая история? – удивился я.

– Это единая история, но она состоит из уровней. Завершение каждого уровня даёт возможность перехода на следующий.

– То есть когда я перехожу на новый уровень, для начала стоит прочитать то, что написано в данном разделе, так? – Я уже понял, что прав, но в текущий момент быстро читал задание для данного уровня, поэтому тянул время. Всё-таки даже обучение имеет целью не только показать, в какую кнопку ткнуть, но и перейти от него к самостоятельной игре. И вот тут было то, о чем не сказала Голова: чтобы начать квест, я не должен был успокаивать Иру или готовить завтрак, мне следовало отправиться в клуб.

– Да. Теперь вернись на первую страницу.

Послушавшись, я машинально перелистнул левую так, как сделал бы это с обычной книгой, и тут же оказался в начале.

– Выбери пункт «История», – не обратив внимание на то, что я не воспользовался кнопками, скомандовала Голова.

Я посмотрел на список и, предполагая, что если у неё сработала голосовая команда на постановку паузы, то и другие должны работать, произнёс:

– «История».

Страницы перелистнулись, и я увидел запись: «Звонок прервал такой приятный сон, и я, ругая того, кто приходит так рано, встал с кровати и потащился к двери…» – а под ней – моё фото в трусах у входной двери, поворачивающего рычаг замка. Запись заканчивалась зачёркнутой репликой Иры: «Хорошо», – и многоточием. Видимо, сюда вносились те действия, которые подтверждались или не подтверждались игрой. Только у меня тут же возник вопрос: но игра-то началась не с моего пробуждения, а с того, что я стоял посреди комнаты и пялился на комод. И это было странно.

– В данном разделе, – не обращая внимание на меня говорила Голова, – записано всё, что происходило на текущем уровне. В случае необходимости ты сможешь зайти и проверить свои действия.

– А как насчёт того, что тут записано, а на самом деле не происходило? – всё-таки не удержался и задал я вопрос.

– Такого здесь нет. – Виртуальный помощник покачал головой, что выглядело очень нелепо – похоже на старую куклу неваляшку. Доказывать обратное я не стал, но запомнил.

– Мне это понятно. Давай дальше. «Жизни», – не дожидаясь команды от Головы произнёс я.

Страницы снова пришли в движение, и когда остановились, я увидел список своих квестовых жизней. Пока их было всего две. Первым пунктом шла та, которую я получил, войдя в игру, вторым – заработанная в результате обнаружения ошибки.

– В данном разделе будут отображаться полученные и израсходованные в процессе прохождения квеста жизни, – пояснила Голова то, что мне и так было понятно.

– А если я потрачу все? – спросил я.

– Игра закончится, – ответила она.

– Ясно. – Я кивнул и произнёс: – «Счёт».

Открылась абсолютно пустая страница.

– Почему? – Я непонимающе смотрел на неё, не зная, как реагировать. Обычно в таких разделах хотя бы имя игрока обозначали, здесь же не было ничего.

– Если ты спрашиваешь о том, почему тут пусто, то всё просто: ты ещё не начал игру. – Голова подлетела так, чтобы оказаться между мной и страницей. – Твоё имя появится на этой странице тогда, когда ты закончишь первый уровень.

– Ясно, – снова произнёс я, не зная, как на это реагировать. А если я не закончу уровень? Если я потрачу на него все жизни? Получится, что меня не будет в списках тех, кто играл в «Аркаду»? Сплошные вопросы. – Ладно, как мне вернуться в игру?

– Произнеси слово «продолжить» или нажми на кнопку в правом верхнем углу. Чтобы закрыть Энциклопедию просто произнеси слово «закрыть», – ответила Голова, а Энциклопедия свернулась и пропала.

– Отлично! Продолжить!

Голова тут же пропала, масло на сковороде зашипело, зашкворчало, подгоняя меня быстрее разбить в него яйца, что я и сделал.

– Таблетку? – спросил я у Иры.

– Да нет, это нервное. Ты же знаешь, что я могу сутками не есть.

– Когда работаешь. Но сейчас совсем другая ситуация. – Я выключил газ под сковородкой, достал тарелки, разложил по ним яичницу и салат и поставил их на стол. – Вилки достанешь? А я пока чайник включу. Тебе какой? Зелёный или чёрный?

– Белый.

Диалог этот казался странным, словно дежавю, но вместе с тем был настоящим, и я, выслушав рассказ Иры о её сне, проследил, чтобы она всё доела, потом быстро вымыл посуду – просто потому, что именно так всё сделал сегодня утром, – а после переоделся, и мы вышли из моей квартиры.

«Обучающий уровень пройден! Вам доступен первый уровень!» – тут же повисла поперёк лестничной площадки надпись, я, глубоко вздохнув, произнёс:

– Перейти на первый уровень, – и передо мной снова замелькали всё те же кадры.

Глава седьмая

От резкой потери фокуса закружилась голова, и я с трудом пришёл в себя, стараясь не вывалиться из кресла, ощущая, как меня поддерживают сильные руки.

– Пришли в себя? – спросил высокий мужчина, которого я видел в первый раз. Если бы кто-то попросил описать его, я предложил бы ему открыть любой американский детективный фильм середины прошлого века и посмотреть на главного героя. Такие же резкие, даже угловатые черты лица, взгляд, проникающий вглубь тебя, тонкие губы, двух-трёхдневная щетина… Но главное, та же самая одежда: белая рубашка, классический серый костюм, темно-бежевый плащ, чёрные ботинки, а на голове – шляпа-федора. Шляпа в помещении…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.