Даниил Ершов
Упаси Боже жить в эпоху перемен!

Каждый из нас ищет опору в своей жизни. Сформировав сценарий своей жизни, мы стремимся сделать всё, чтобы это длилось как можно дольше, ведь так нам и нашему разуму проще! Поэтому, когда наступают перемены, как желанные, так и не очень, мы их встречаем с какой-то опаской, что ли… Конечно, есть те, кто встречает перемены благодушно. Но и те, и другие со временем привыкают с исходу таких перемен, и то, что ими было введено, становится уже их привычным делом. И наши герои из одного и того же рода готовы продемонстрировать это.

Часть 1.

Конечно, крупномасштабных потрясений в нашей жизни очень и очень много, но одно из первых, что приходит на ум, – это реформы Петра Великого, потрясшие, кажется, почти всё, и наш первый герой через них и проходил.

Глава 1.

Александр родился в 7180 году от Сотворения Мира в Звёздном Храме, в июне¹. Он жил в семье бояр, возводивших свою родословную к одной из ветвей потомков того самого князя Рюрика! И с детства он знал, что у него будет земля, которую он получит по наследству, пусть и её кусок, ведь он не был единственным сыном в семье, по счёту он был третьим ребёнком и вторым сыном в семье, но какую-то опору под ногами он точно обретал.

Александр обучился грамоте, и ведь это ему тяжело далось, ведь учил он ещё церковнославянский, а речь и текст – это были всю жизнь его предков, да и его юности тоже, совершенно разные языки! Точных наук не было, да и справился ли бы гуманитарий, как бы сказали спустя много лет, Александр с ними? Не факт! Впрочем, он хорошо ориентировался на местности, однако лучшего варианта для него не было – карт в его доме не было! Зато он выучил иностранные языки, а именно латынь и французский, потому смог податься в Посольский приказ работать дипломатом.

К 21 году Александр уже полностью, казалось бы, сформировался как человек. Он посещал каждую воскресную службу и – удивительное дело! – справлялся со всеми молитвами, которыми ему, как и прочим мирянам, предписывал монастырский церковный устав, который в приходе, куда ходил Александр, исполнялся полностью². В августе 7192 года³ он справил свою торжественную свадьбу на своей давней знакомой из древнего боярского рода, и уже совсем скоро у них пошли дети, которых они воспитывали на тех же принципах, что когда-то воспитывали и их: язык, обычаи, церковные службы, у каждого будет свой участок земли просто по рождению…

Однако уже совсем скоро стало ясно, что многим из этих традиций приходит весьма неожиданный конец, который не то, что семья Александра, вся остальная страна тоже не ожидала!

Глава 2.

По долгу службы, а Александр устроился в Посольский приказ, он хорошо знал международное положение России. Через неё торговать, конечно, выгодное дело, и к замерзающему Архангельску, главному русскому порту, уже все привыкли, да только роль её была очень и очень невелика. Ведь не решены 3 задачи, доставшиеся от предков: выйти к Балтийскому морю и его ганзейским городам, выйти к Чёрному морю и его круглогодичному судоходству, объединить весь рождённый Русью народ⁴. Но, похоже, само их существование тоже кажется привычным делом, ведь их просто так не разрешить.

Тем интереснее для Александра было узнать, что царь Пётр Алексеевич⁵ вдруг тайно поехал за границу сам вести дела, а ещё постигать иностранную науку! Ведь до сих пор ни один русский царь за границу не выбирался, да ещё так далеко, в Нидерланды и в Великобританию! А уж что началось по возвращении Петра домой из этой поездки!… На этом фоне Александру показалось (и не только ему, кстати): где-то в этой поездке царя подменили! Ведь подлинный русский царь не начал бы так грубо ломать привычные традиции родной старины!

Все знакомые и приближённые семьи Александра знали его привычный внешний вид: пышная борода, практически всегда он ходил в длинной шубе. Так вот, уже с 1 сентября 7207 г.⁶ всё это уходило в прошлое: по принятому незадолго царскому указу требовалось с этого дня носить немецкое платье и сбривать бороды. Сказать, что Александр сильно удивился этому, равно как и его общество, значит ничего не сказать! А раз он служил в Посольском приказе, то ему насильственно сбривали бороду одному из первых! Дома его было очень тяжело узнать: супруга долго не могла понять, а её ли это супруг вообще?… Дети взирали на лицо своего отца и тоже несколько часов не могли признать его. Еле по голосу смогли опознать главу семейства, которому пришлось объяснить, что это такое государь вытворяет. Впрочем, в семье тоже никто не поверил сразу. Впрочем, удивляться нечему, ведь до сих пор так жёстко внутренний уклад никто и никогда не менял, так что близких Александра можно понять.

Впрочем, Александр весь день провёл в глубоком внутреннем кризисе. Его привычный мир без всяких объяснений начал рушиться. Первая идея, закравшаяся в его голову, – это какие-то грехи, что он наворотил, и вот теперь приходит какая-то совсем дикая расплата, только начинавшаяся, как потом оказалось! Александр подумал, кажется, ему пора бежать срочно в церковь исповедоваться, и эта исповедь должна, судя по всему, продлиться столько, сколько длится обычная служба в его приходе! Но чем он отличился? Недостаточно верующий? Но, по отзывам всех, Александр – набожный человек, исповедовался часто⁷, порой и сам пел на клиросе, все службы отстаивал до конца. Возвёл юного царя в кумиры, тем самым переехав одну из заповедей? Но он просто служил верой и правдой своему государю, Александр даже не смог вспомнить ни в семье, ни в Посольском приказе, где это он возводил хотя бы одного из государей в ранг своего кумира, которому он был предан без конца! Это же касалось и отношения к посольскому дьяку⁸ – он ему тоже был предан, но без фанатизма. Первородный грех? Он же снимается крещением, в этом значение таинства. Прелюбодеяние? Александр своей супруге был всегда верен, и это было взаимно… Меж тем, эти же вопросы Александру самому себе приходилось задавать не раз – новые потрясения были ещё впереди.

Глава 3.

Вскоре Александр вместе со всей страной был потрясён изменением летоисчисления. 7208 год объявлен 1700-м, а Новый год переехал с 1 сентября на 1 января, по европейскому образцу. Александр в очередной раз удивился: что, он теперь родился в году, число которого намного меньше??? Кажется, даже то, что день его рождения не изменился⁹, его даже не обрадовало. Гораздо больше, впрочем, его удивило то, что в тот же год после смерти патриарха Адриана его преемника царь Пётр не дал избрать! Это уже посягательство на уже совершенно глубинные основы жизни Александра, ведь он был человек глубоко набожный. После этого ему оставалось задать себе ещё один вопрос: что за безумие накрыло государя? Ведь, как гласит клир, за действие главы государства несёт ответственность весь вверенный ему народ! Надо сказать, что признаки чего-то подобного прослеживались: царь пьянствовал вовсю, иноземный табак зачем-то ввёз, да ещё колокола велел вскоре на пушки переплавлять, что для Александра выглядело уже совершенно явным перебором!

Со временем, похоже, для Александра тема «царь ненастоящий» стала, похожее, идеей фикс. Тем более, что страну и общество опять трясло, и опять, и опять… Он уже в упадническом настроении принял и свой перевод в Посольскую коллегию с её организацией в 1702 г.¹⁰, и переезд в Санкт-Петербург… Но здесь начинаются его новые тяготы, заставлявшие Александра думать: почему столько кар идёт именно ему, если грешит царь, а искупать это должен был по идее весь народ, а не только он??? Ведь ему, будто нарочно, достался дом, построенный на болоте. Там и фундамент еле установили, дом трясся, когда экипажи проезжали, а уж когда наводнения в городе начинались, то дом Александра и его семьи затоплялся в числе первых. К тому же в его мыслях было вернуться если не в свои владения на более-менее адекватной почве, то хотя бы в Москву, во вторую столицу. Однако к этому моменту разница между боярином и дворянином, между поместьем, дававшимся за службу, и вотчиной, передававшейся по наследству в том числе и Александру и по идее должной отойти и его сыновьям, которых к этому моменту было 5, плюс 3 дочери, полностью стёрлась. К тому же в 1714 г. вышел указ о единонаследии, по которому Александр мог назначить наследником только одного, а остальные должны были идти служить и получать свои земли уже как служащие своему царю и своему государству! Это стало заключительным ударом по моральному здоровью Александра. Он уже не знал, что ему делать, и служба в Посольской канцелярии, а затем и в Коллегии иностранных дел, куда его в 1718 г. перевели, держала его хоть как-то на плаву. Уже остались совсем какие-то песчинки надежды остались, что удастся вернуть назад хоть что-то.

Такой песчинкой Александр видел царевича Алексея, естественного наследника престола. И почва-то была, ведь он, хоть и учился в Германии и был под Нарвой и Полтавой, на главных кампаниях своего отца, его преобразования принять не смог, чем изрядно нервировал царя Петра. И смерть царевича Алексея в том же 1718 году, явно от пыток, окончательно склонила Александра к варианту, что это на царя нашло безумие. Реформам он сопротивлялся уже исключительно изнутри, но не больше – боязно стало, а принять их, по всей видимости, и не пытался.

Оставалась, правда, совсем уж последняя надежда, ведь у Алексея остался сын Пётр, родившийся за 3 года до кончины своего отца. Но устав «О престолонаследии»¹¹, вышедший в 1722 г., казалось, похоронил эту надежду окончательно, ведь сам теперь уже император Пётр I мог назначить своим наследником того, кого считал необходимым. И лишь после этого Александр, кажется, забылся уже совсем окончательно. При этом кто-то свыше удерживал его ещё в добром здравии. Впрочем, объяснить это явление стало некому: перед священником надо было исповедоваться минимум раз в год всем ещё с 1718 г., к тому же все даже намёки на попытки государственного переворота надо было отправлять государю, чтобы тот разобрался с тем, кто собирался такое затеять. Ну и так, мелочи – на воскресных проповедях зачитывали каждый новый закон или указ государя, дабы доходил до каждого, произносились речи в честь государя, присутствие на церковных службах стало делом обязательным уже по закону, священники ведут метрические книги, где всё фиксировали… О новоявленном Святейшем Синоде Александр отозвался изнутри так: получается, Церковь теперь встроена в государство! И искренне открыться теперь больше некому – государство теперь повсюду!

К старости лет, до которой Александр дожил, он никакой внутренней опоры уже не имел. Перемены, резко изменившие образ жизни высших кругов, он так и не смог принять и искал причины, за что ему такие казни египетские. Единственным объяснением он видел грехи государя и кару за них, пошедшую на весь его подданный народ. Но лишь когда он утратил всякую надежду, наконец-то что-то начало смягчаться. В 1727 г., когда ему исполнилось 55 лет, он наконец-то смог вернуться в Москву, потому что туда перебрался императорский двор того самого сына царевича Алексея, императора Петра II. Ещё спустя год он вышел в отставку по старости лет, до которой вообще очень редко кто доживал. Видимо, какие-то гены долголетия были у Александра, и они впредь переходили каждому его потомку, без исключения. А в конце 1730 г. наконец-то был отменён указ о единонаследии, и каждый сын, как и раньше, вновь наследовал хоть что-то от своего отца. Это хоть как-то укрепило моральное состояние Александра, но не более того – в возрасте 62 лет он скончался в своём имении.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.