Геннадий Бурлаков
Летопись в письмах маме. Переходный возраст

Вступление

Предыстория книги «Письма жене. Женой не прочитано».

Сколько же это лет прошло?.. Страшно подумать. Кажется целая вечность. И вот так наткнулся на пачку писем, которые писал сам матери для поддержки ее после смерти отца. И до самой ее смерти.

Правда, у меня это время как раз пересеклось с уходом из одной семьи и созданием второй семьи. Я махнул рукой тогда на то, что этично, а что не этично.

Словом, старая семья разрушилась окончательно. И ничего с этим я не мог поделать.

Родилась новая семья, – и с этим я тоже не мог ничего поделать. Потому просто отдался несущему меня потоку и плыл-плыл-плыл, наслаждаясь и самим потоком, и всем тем, что вокруг меня происходило. Мне тогда казалось, что это самые лучшие в моей жизни дни, недели, месяцы. И что это будет длиться вечно.

Вот только забыл произнести фразу: «Остановись, мгновение».

В книге использованы материалы и стихи автора.

1

Привет, МАМА!

Надеюсь, что ты сможешь прочитать мое письмо и дочитать его до конца. Не знаю, как у тебя со зрением, но я поставлю шрифт побольше, чтобы было легче читать. И советую читать его самой, а не с помощью соседей: здесь много неприятной правды как из прошлого, так и из настоящего.

Я только сейчас смог сесть написать тебе, – не мог взяться ни за авторучку, ни за клавиатуру для этого письма после смерти папы. Трудно сказать словами, как сильно на меня подействовало известие об этом страшном горе, которое с нами произошло.

Я был на работе на «скорой» в тот день и час, когда мне сообщили об этом. Если ли бы не поддержка сотрудников, мне было бы значительно тяжелее это перенести. Но они организовали мне и возможность прийти в себя, и возможность позвонить по международной из дома… Помогли взять себя в руки.

Смерть отца была для меня сильным потрясением. Трудно назвать что-то, что столь сильно на меня повлияло бы когда-либо в жизни. Я только теперь прочувствовал скоротечность нашей жизни и непредсказуемость таких событий, и как бездарно мы теряем дни, месяцы и годы на что-то мелкое, несущественное, неинтересное… И раньше уже давно я над этим задумывался, но прочувствовал это только теперь. Живем, ссоримся, обижаем друг друга… ЗАЧЕМ? Что это такого нам дает???

Я не раз и не два предлагал и просил папу переезжать к нам, буквально перед его отъездом из Баку опять говорил ему об этом. Говорил, что не смогу даже на его и твои похороны прийти, если такое случится. Он обещал подумать. Но, видимо, не успел. Получилось, как я и предсказал за несколько месяцев до его смерти.

Мне и сейчас тяжело писать и думать о тех днях, когда я метался по работе, дому и городу, не в состоянии что-то предпринять и почти не в состоянии что-то делать. Встречая поддержку только в лице своих хороших друзей и в лице людей, которые меня, наверно, любят.

Приехать я не мог. Это простая арифметика: 300-350 $ США стоила бы мне дорога в 1 конец, ~ 200 $ обошлось бы экстренное оформление паспорта. Итого 800-900 $ потратил бы только для того, чтобы с пустыми карманами приехать в Ашхабад просто на похороны. А потом многолетняя выплата долга, если бы я эти деньги нашел. (Хватит того, что я отправил папе в Баку 150 $ (плюс стоимость срочного перевода денег, – что-то 30 или 40 $) для его переезда в Ашхабад, и до сих пор не могу выплатить эти деньги. И на жизнь надо, и на прийти в себя.)

У МЕНЯ ТАКИХ ДЕНЕГ НЕТ! Мой реальный заработок в настоящее время, – то, на что я могу надеяться, – в настоящее время составляет менее или в районе 80 $ США в месяц. И то на двух работах и при немерянной нагрузке, в основном ночными дежурствами. Работа на фирме, где я еще работаю днем, не кажется мне чем-то незыблемым, – скорее временное (кстати, прилагаю к письму свою визитную карточку), – потому рассчитывать на этот заработок на длительное время не могу. Правда, зарабатываю почти столько же, сколько ночами в больнице и на «скорой» вместе взятые, но сколько это продлится никто не знает.

Мне было от этой арифметики не менее тяжко, чем от самого факта смерти. Это, видимо, было видно на мне, т.к. все мои знакомые и тем более друзья, а также и сотрудники, обращались со мной как-то осторожно.

Закончилось все это тем, что я плюнул на все и уехал на неделю из города в Прикарпатье. За всю свою жизнь я ни разу не был в отпуске и не отдыхал. Так всегда делал, что вербовался на время отпуска куда-то работать на месяц или на все лето, или во время отпуска неофициально набирал те же дежурства на работе и продолжал работать и в отпуске. И это было первый раз, когда я в отпуске ничего не делал, не работал, ни о ком не заботился. Правда, потратил деньги, заработанные за последний месяц и отложенные давно на покупку нового монитора, но хоть немного успокоился, как мне казалось, до того момента, как я сел сейчас за написание этого письма. Теперь былые ощущения, кажется, опять вернулись. Но уже значительно легче, чем были.

Да. Сочувствие я встретил в лице людей, окружающих меня, но не из числа родных. И это оказалось не менее страшно. Конечно, формально, Юля и Вадим пожалели об отце, но… Словом, не хочу я об этом говорить или писать. Вадим его уже плохо помнил, а Юля оценила эту потерю как потерю, но не как горе, как это чувствовал я. Была ли при этом какая-то душа вложена в слова, которые они говорили, – как хорошее, так и не очень, – я не могу и не хочу сказать., – не знаю.

Но вот главное, что из этой ситуации получается, попробую описать:

Все родные и окружающие понимают, что тебя надо забирать оттуда и как можно скорее. Это все говорили, все понимают. Вот только, как это ни прискорбно, никто с тобой жить не хочет. Ни мои родные, ни я.

Как вариант купить тебе отдельную комнату или квартиру и регулярно навещать еще могут, но все страшатся всевозможных проблем, которые возникнут как в бытовом и социальном, так и в межличностном планах. Особенно в межличностном! У всех оказались еще не зажившими «раны» 20-ти или более летней давности, всем непонятно твое нежелание писать письма все последующие годы. Легче всего рассуждать вслух или за стаканом вина или чая о необходимости отдавать долг родителям, но как это сделать, – никто не знает.

Все согласны тебя принять и присматривать при условии отдельного проживания. Разговор идет о постоянном проживании, а не о том времени, пока это проживание будет организовано. Но…!!!

Однокомнатная квартира может стоить 5.500 – 6.500 $, и это в самых не престижных районах, без евроремонта и пр. «прибамбасов»; отдельно комната в квартире стоит несколько меньше, но все равно это может составить 3.500 – 4.500 $, – этих денег, как ты понимаешь, у меня тем более нет.

Как вариант можно купить за меньшую сумму небольшой домик в пригороде с участком или без. Но это надо искать. Можно еще дешевле в ближайших селах.

Последние годы строительство в городе практически не ведется, а цены на квартиры катастрофически растут. Если 4-5 лет назад было хоть как-то можно представить накопить из моей зарплаты денег на выкуп комнаты у соседа, то теперь это, на мой взгляд, вообще не реально. Но в те годы у меня лежала большая часть нужной суммы (почти 1.000 $ с лишним) и до полной суммы казалось недалеко, то теперь этой суммы тоже нет: когда-то давно я отправил эти деньги по просьбе папы в Ашхабад для вас или для чего-то там еще. Он просил не говорить об этих деньгах тебе, обещал вернуть их, но теперь его нет, и я надеюсь, он не обиделся бы, что я вынужден описывать тебе сложившуюся ситуацию полностью. Как это ни тяжело, но надо посмотреть правде в глаза и понять сложившуюся ситуацию. Именно тогда, потеряв надежду выкупить квартиру полностью (и в этом винят меня и моих родителей, – в отличие от Юлиных, который наоборот дали денег на выкуп другой комнаты), и у меня, и возможно у Юли, опустились руки, и мы перестали откладывать деньги, жестоко экономить, хотя лучше жить из-за растущих цен не стали.

Словом, денег нет. Надежды иметь их тоже нет.

Но помимо этого есть еще несколько проблем, которые я попробую описать. Писать о них не менее трудно, чем о выше сказанном.

Семьи у нас нет. Есть несколько людей живущих волею судьбы вместе, в разные периоды времени и в разной степени не любящие, а порой ненавидящие друг друга. Тянется это давно, еще со времени столь «красиво» организованной свадьбы и последующих за ней событий. Не зря я несколько раз уходил из дома. И возвращался только потому, что на столько очень любил сына, что надеялся что-то исправить. Но права народная мудрость о треснувшей или разбитой чашке.

Не хочу никого винить или укорять в этом, – я и сам за эти 20 лет намучился. Мне и до сих пор больно за те события, за постоянные упоминания о них, за постоянные сравнения меня и моих поступков и теми событиями. Больно за ответно наломанных дров. Больно вспомнить, больно, что они так отразились на всей моей жизни. Но не об этих событиях сейчас речь.

В настоящее время, если говорить образно, я никому не нужный бомж, отверженный, бесприютный и нищий. Причин много, но основная, наверно, та, что за все эти 20 лет мне не удалось наладить взаимопонимание в семье, научить поддерживать друг друга, а не отворачиваться и топить в трудную минуту. Все это общие слова, но сколько событий, случаев, эпизодов было в жизни… Не хочется, да и не надо вспоминать обо всем этом в письме. Романы писать или мыльные оперы, – тогда да, а делиться таким редко хочется даже с близкими друзьями.

Все время, потраченное на «склеивание чашки» оказалось потраченным зря и впустую. Я принял в настоящее время решение, что более это делать и не буду.

И так, бомж. В настоящее время я выписался из квартиры (так было надо, и все было оговорено и заверено клятвенно о последующей прописке), которую когда-то получил, но у меня нет уверенности, что мои близкие меня туда пропишут. В настоящее время я временно прописан у одной своей давней знакомой под Запорожьем, но срок прописки истек, пора выписываться и прописываться опять дома, но ни времени, ни желания для этого нет. В какое-то время может произойти так, что меня просто официально выпишут там, не пропишут здесь, – БОМЖ.

Отверженный. Называю себя так именно в отношении своей семьи. Юля старается как можно суше со мной разговаривать и реже видеться, Вадим только вчера сказал мне в лицо, что я ему мешаю. Особенно это обострилось, когда наш сосед по квартире подселил к нам своего брата, и отношения в семье вообще разрушились вместе с надеждой. Отверженный.

Бесприютный. Мне изо дня в день все труднее возвращаться домой. И от злобного молчания или наоборот криков Юли, от ее провокаций на постоянные скандалы, и от всего того, что все не так складывается. Я все дольше стараюсь задерживаться на работе или изредка все дольше посидеть за пивом с друзьями, но это не помогает. В те несколько дней, что я в месяце не дежурю ночами, мне все-таки надо возвращаться домой. И это доводит просто до нежелания вообще жить, – как в этом городе, как и вообще. Бесприютный.

Нищий. Купить себе комнату или квартиру не могу, – нет денег. Снимать комнату, – тоже. Вот и пришли к тому, что я нищий!

Я никому не нужный В СЕМЬЕ бомж, отверженный, бесприютный и нищий.

(Но это только в семье. На всех работах, в любом обществе меня принимают и понимают. Я хорошо схожусь с людьми, меня ценят, оберегают, если надо. Как пример, много лет планирую уволиться из больницы, неоднократно кидал на стол заявление об уходе, – но меня почти силой стараются удержать там. Так же и на «скорой», где я работаю совместителем, но меня агитируют постоянно перейти полностью работать туда.)

Была надежда на Володю, что он захочет и сможет и вас с папой, и нас отсюда вытащить, поможет уехать или что-то решить. Но теперь, когда столько лет от него нет никаких известий, мне страшно подумать, что я остался один. Последний Б.из этого поколения нашей семьи. И просто ОДИН. И никому мы там не нужны. Карине тем более.

Пришло окончательное понимание, что я никому не нужный бомж, – отверженный, бесприютный и нищий. Одно время я стал сильно опускаться: начал пить, бешено гулял. Но сейчас опять смог взять себя в руки и стал опять приобретать прежний облик. Кое что удалось вернуть от прежнего лоска от жизни в родительском доме, но за последние 20 лет я так много растерял, что до конца вернуть прежний облик можно только при определенных условиях.

И эти условия есть в настоящее время. Это условие – женщина, которую я полюбил. Она была со мной рядом последние 1,5 года, незримо поддерживала меня, «дрессировала» меня по вопросам моего внешнего облика, здоровья, питания, вдохновляла опять на писание стихов и прозы, радовалась в отличие от всех моих родных моим достижениям и изменениям. Она трогательнее всех посочувствовала мне во время смерти папы. Она смогла помочь мне выйти из «штопора», в который я попал в связи со смертью папы, сопровождала меня в Прикарпатье. Я перестал постоянно чувствовать себя, что я никому не нужный бомж, отверженный, бесприютный и нищий.

Я не буду распространяться о ней, точнее ничего не хочу о ней рассказывать, и не ее вина, что я решил окончательно уйти из дома и жить отдельно: не для нее, а для себя!

Мои об этом пока ничего не знают. И я не хочу, чтобы ты, мама, человек с кем я за последние 20 лет первый раз чем-то вынужденно поделился столь дорогим в процессе объяснения сложившейся ситуации, об этом им хотя бы даже намекнула. Это ничего не изменит, но создаст в настоящее время мне массу неудобств и проблем. И не хочу слушать или читать морали по поводу этого!

Главная проблема в том, что жить мне с той женщиной негде! Привести ее в квартиру, где столь «дружественная» атмосфера и без нее, я не хочу! Да и она не пойдет. Снимать квартиру по своему финансовому состоянию не могу. Уехать с ней и начать все строить сначала в ближайшие 4-6 лет невозможно, – ей надо закончить институт.

Все равно я уйду из дома рано или поздно, – может быть давно бы уехал, – но чем уйти одному, считаю, лучше уйти с кем-то. Она почти в 2 раза младше меня и я успею насладиться ее любовью, молодостью, ее задором, теплом души, искренней радостью, просто искренностью и пр. радостями жизни, пока еще могу этим всем наслаждаться. Я так этого хочу! Мне так этого всегда не хватало! ВСЕГДА!

Есть еще очень серьезная проблема. Сегодня я буду звонить к тебе, если смогу дозвониться. Дай бог, чтобы дозвонился. Это важно, т.к. мне придется сказать тебе все, что я сейчас буду писать ниже:

У отца остался долг 4.000 $. Не знаю, знаешь ли ты об этом. Этот долг перед его племянницей Ниной и ее мужем за все судебные издержки в Баку. Я знаю, что его родственников, как и всех остальных родственников по любой линии, ты не сильно любила, но тем не менее…

Не знаю, рассказал ли он тебе об этом, правда ли это, но так мне рассказала Нина. Если это будет подтверждено документально, то я просто не знаю, что и делать. Мне этот долг не под силу даже за всю мою жизнь. Потому я буду от него отказываться, не буду признавать его, если это будет возможно. Покрыть этот долг из имеющегося (оставшегося) в Баку имущества, как я понимаю, не представляется возможным. У меня такого имущества тоже нет. Более того, меня как бы вообще нет. Я тоже могу исчезнуть, раствориться в воздухе, в пространстве. Все равно я никому не нужен.

(Заканчивая письмо уже дома могу сказать, что сегодня до тебя я так и не дозвонился. Теперь попытаться это сделать я смогу только через несколько дней, или неделю. И все потому, что дома я бываю из-за своих всех работ 1-2 раза в неделю.)

Теперь о планах на будущее.

1) Свои личные планы я связываю только с этой студенткой. Если ее у меня сейчас отнять, – мне впору головой в прорубь! И дело не в ней, а во мне и окружающих меня людях. Буду искать работу, жилье, для себя и для нее. Где и как мы или я будем в будущем трудно предсказать. Я не могу сейчас даже сказать, останусь ли я в Украине, а не только в Запорожье. Время покажет.

2) Тебя здесь примут, но только при условии отдельного проживания. Кто за тобой будет ухаживать, – не знаю. Если я буду в городе или поблизости, – тогда я, если меня не будет – не знаю. Грустный факт. Но все это я предсказал 20 или около того лет назад.

3) Оплатить обучение Вадима в институте скорее всего не смогу и не буду стараться. Мне не нравится как он учится в техникуме, как он умничает. Пусть сам заработает на свое обучение, если сможет. Может быть поймет, кто кому мешает, а кто нет.

4) Юля стала получать не плохо, – это сразу же отразилось на наших отношениях, – они стали еще хуже. Но у меня есть уверенность, что она с помощью родителей сможет выкормить пацанов до их совершеннолетия. Может даже сможет этих бандитов и воспитать. Не знаю, время покажет.

5) Страшный долг отца может быть удастся не признать и не платить, или это окажется блефом, – тогда у тебя хотя бы останется квартира, которую он с таким трудом отвоевал. В противном случае бомжевать придется тебе, возможно, в буквальном смысле слова. И помочь тебе я не смогу ничем.

6) В любом случае я хочу исчезнуть для всех и навсегда. Не как Володя, но стать недосягаемым. Для всех!

7) Я даже страшусь подумать, увижусь ли я когда-то с Володей. Я очень надеюсь, что он еще жив, я очень хочу его видеть, но боюсь об этом думать.

И немного о нас.

Мы продолжаем жить по старому адресу, вот только теперь у нас есть сосед по квартире, который курит в комнате и туалете, безбожно кашляет (чем постоянно наводит мысли о туберкулезе), напивается в стельку, водит разных женщин и пр.

Я работаю в больнице и на «скорой» ночами и в выходные сутками, нарабатываю в общей сложности 2.0-2.5 ставки. В настоящее время работаю главным врачом в одной фирме и зам. директора в другой. Продолжаю тянуть свое неработающее предприятие, все никак не могу от него избавиться.

Юля работает там же, получает на ставку в 2 раза больше меня, работающего на 1,5 – 2 ставки. Очень этим гордится, на всех и все в доме плюет.

Вадим в этом году заканчивает техникум. Вопрос об институте остается открытым. Стремлений к чему-то ярко выраженных в нем я не вижу.

Валера учится в школе. Как и положено, учится отвратительно. С первого класса было упущено время и возможность научить его любить учебу и уметь работать, а теперь считаю поздно его поперек кровати пристраивать.

С Юлиными родителями я не общаюсь и не разговариваю уже несколько лет. Просто 1 раз открытым текстом, – надоело скрывать это от ее родителей, брать всю вину на себя, – по телефону назвал причину наших многократных разводов и основную, по моему уразумению, причину разладов в семье лично ее матери. ИМ это не понравилось.

Игорь (ее брат) приезжает раз в 1-2-3 года в гости с семьей. У него все вроде бы хорошо: 2 дочери растут и радуют родителей.

Вот пока и все. Я жду от тебя ответа. Посылаю письмо таким образом, чтобы оно попало к тебе и ни в коем случае не попало назад. Не хочу, чтобы его кто-то читал. Разве что девочке своей когда-то дам почитать. Впрочем, не дам никому.

В любом случае отвечай мне на адрес, который я пишу ниже, – это адрес моей коллеги и моего хорошего друга (с ней согласовано, и она 100% мне все передаст): К. Елена

Постараюсь отсканировать и вложить несколько своих фотографий с выше описанной поездки.

Гена

2

Привет, МАМА!

Получил письмо от тебя через Елену К.. Сегодня поеду (если удастся вырваться с работы на фирме) на глав почтамт.

Еще до получения письма на почте могу сказать, что ты зря не доверяешь Елене (кстати, привет ей я передал и дал прочитать то письмо, которое она мне вручила), т.к. это мой самый лучший друг. Она всегда и во многом меня поддерживала, – сочувствием, советами, просто человеческим отношением. Она неплохо знает сложившуюся в моей семье ситуацию, знает хорошо ту девочку, к которой я потянулся всей душой последние 1,5 года, понимает и принимает меня таким, какой я есть, горячо переживает за меня.

Она не будет вскрывать и читать письма, предназначенные мне! Она их обязательно передаст мне! Она получит и спокойно принесет мне их на работу сразу же и своевременно. (В настоящее время я переадресовываю на нее очень большой поток корреспонденции, и она согласна на это!) А на глав почтамт мне придется ехать через весь город. Мне это очень и очень не только неудобно, но и не ко времени. В течение дня у меня нет ни минуты свободного времени, я часто забываю поесть, попить, ночью дома (если попадаю домой) забываю лечь поспать (поднимаю голову от клавиатуры, – а за окном уже рассвело), – все свободное время занимает работа и мысли о работе. Потому вырваться на несколько часов для поездки куда-то еще мне просто невозможно, и есть шанс, что я буду неделями не иметь возможности попасть на глав почтамт, и при этом гадать и/или вспоминать, когда же я там был в последний раз.

Потому в любом случае прошу отвечать и писать мне на адрес, который я пишу повторно: К. Елене

Еще и потому, что абсолютно непредсказуемо, когда я смогу попадать на почту.

О наших делах.

Вадим с учебой, вроде, определился: хочет поступать на факультет системного программирования в индустриальную академию. Пока это только планы, – ему бы еще закончить техникум!.. Об оплате я ему сказал, что не в состоянии буду платить за него, на что он сказал, что будет поступать на заочный факультет, работать и зарабатывать на эту учебу. Хорошо бы так и было!

Валера спалил мне в обоих домашних компьютерах самые дорогостоящие детали, – пытался взломать или обойти поставленную на них защиту, – после чего обе машинки теперь стоят в бездействии. Куча металлолома! Думаю, а надо ли мне их восстанавливать, если это и не так мне уже и надо? Ну тот, который я планировал на растерзание пацанам, пусть сами восстанавливают, возятся, что-то думают… А свой самый мощный комп проще продать за остаточную стоимость, чем тащить его куда-то с собой (там можно было бы купить новый, и не платить за перевозку этого не очень-то и компактного оборудования!). А деньги мне понадобятся: впереди переезд в другой город, свадьба. ☺

Просто я и не знаю, куда его придется тащить. Я наметил свой отъезд из этого города на конец весны – лето, только не определился еще в какой город. Это определится во многом после того, как сработает моя переписка, которую я переадресовываю на Елену К.. Естественно я ни слова пока не сказал о своем решении дома. Скажу, когда приму его окончательно и целенаправленно, а еще лучше, когда буду уезжать совсем. (В мечтах у меня сказать им об отъезде в письме с дороги, когда я буду уже в пути, но считаю это «перебором».)

Ленка К. в трансе от моего известия о принятом решении об отъезде. В не меньшем трансе будут все, кто меня знает: друзья (многие не мыслят себе, что меня не будет рядом!), заведующая отделением (такого работника она не скоро найдет, если найдет вообще! Да и дежурить в ночное время будет некому!), подружки ☺, сотрудники (ну кто их еще сможет столь оперативно подменить или дать совет?), семья (хотя последнее время они все настойчивее и явно склоняют меня к мысли, чтобы я ушел), шеф на фирме (он настойчиво ищет пути, как меня привязать на долго и основательно, и не упустить ни в коем случае, – так он мне открыто говорит в глаза).

Я только думаю, что мои домашние склоняют к «ушел» скорее потому, что не верят, что я могу такое сделать. И, может быть, больше шантажируют меня, чем реально об этом мечтают. По крайней мере я так хотел бы надеяться.

Ну вот я и получил письмо от тебя на глав почте. Отвечаю по памяти на затронутые там вопросы, т.к. письмо, как ты и просила, порвал сразу же после прочтения.

Переезд мой в Ашгабат невозможен однозначно. Причин слишком много: мои личные, общественные, профессиональные проблемы, планы и амбиции, проблемы нашего с тобой межличностного общения и пр. Да так и для всех будет лучше.

По поводу моих стареющих мужских функций. Зря ты думаешь, что я и она об этом не думаем. Мы это прекрасно осознаем. Но я успею насладиться ее любовью, молодостью, ее задором, теплом души, искренней радостью, просто искренностью и пр. радостями жизни, пока еще могу этим всем наслаждаться. Я так этого хочу! Мне так этого всегда не хватало в семье, с Юлей, с моими теперь уже подросшими детьми! ВСЕГДА!

В принципе, я прошел по стольким женским постелям, что иногда сам удивляюсь, как это у меня получилось, как я это успевал, как потянул чисто физически. ☺ С какого-то времени это стало типа вида спорта для меня, отдушиной, и, как пишут психологи, возможностью самоутвердиться в собственном сознании. Но последние месяцы этот вид спорта стал почему-то неинтересен. Пусть так и будет! Меня это устраивает, я так хочу!

Будет ли моя девочка терпеть мое фиаско в постели, – мы решим сами. Для меня это уже не так важно, как просто ласковое и человеческое отношение ко мне. В любом случае, мне не хочется до конца жизни слушать как рычит Юля, как огрызается Вадим, как хитрит «белыми нитками» и юлит Валера. Я люблю своих пацанов, но очень устал.

На счет «2 головы думают лучше, чем 1» я такого мнения относительно себя не придерживаюсь. И относительно нынешней ситуации в особенности. Мне привычнее самому обдумывать и принимать решение, чем потом о чем-то сожалеть. Да и привык я так за многие годы самостоятельной жизни. И удобно, и проще, и виноватых нет.

Я так давно и долго думал перед тем, как решиться все бросить и уехать. Много лет это все тянется, – сколько же можно? При той нагрузке, которые сейчас у меня со всеми работами, мне приходится выкладываться до предела. Потому самые разные нервные и эмоциональные всплески (типа того, что я только что звонил домой, а Юля на меня «нарычала» в телефонную трубку, как я считаю ни за что) меня здорово выбивают из колеи. Мне все труднее после этого сосредотачиваться, больше сил надо чтобы собраться с мыслями. А работать надо!

Думаю, что если мне удастся уехать куда-то в ближайшие месяцы, я смогу привести свою нервную систему в порядок, отдохнуть, начать жить с новым тонусом, новыми силами раньше, чем по причине усталости и перенапряжения меня стукнет инсульт или инфаркт. Если сейчас я порой набираю дежурств уже хотя бы потому, чтобы не приходить домой, то вдали от дома этой необходимости не будет. И я смогу, быть может, значительно снизить нагрузки. И прожить дольше, – очень мне этого теперь хочется. (А так моя жизнь, очень напоминает медленное самоубийство работой! ☹ Что говорить, если на март я набрал уже 23 дежурства, но и это не предел: если кто-то попросит, – выйду еще.)

Думал об уходе за много-много лет раньше, чем встретил эту свою девочку, потому она ни сколько ни при чем в принятом мной решении. Я хочу приходить отдыхать от работы домой, а не на работу отдыхать от дома, как я всю жизнь делаю. От этого я тоже устал! И давно надоело! Просто теперь у меня есть с кем уйти. Впрочем, было и раньше, почти всегда, – но теперь я особенно этого хочу.

Пожалуй все на сегодня. Пиши, пожалуйста, на адрес Лены К. Очень прошу.

До свидания.

Гена

3

Привет, МАМА!

Сегодня 19.03.2004. Был случайно на главпочтамте, – пока ничего.

Привожу в порядок и буду пытаться продать свой любимый самый мощный компьютер. Оценил его в $ 740. Хотя это и слишком завышенная цена. Есть и желающий его купить, – мой друг, – я даже согласен на рассрочку платежа. Вот только в настоящее время он переехал в частный дом, затеял стройку, а на носу еще ремонт автомобиля. Без такого ремонта ему никак не обойтись, т.к. это – его ноги. Он инвалид первой группы, ноги полностью не работают, потому передвижения по миру происходит с помощью этого автомобиля. Так что обещал подумать, сможет ли он в это лето у меня его купить.

Продать его без существенных потерь стоимости левым и чужим людям не думаю, что возможно. Попытаюсь дать объявление в газете, – может кто-то «клюнет»…

Пока придется брать его с собой, – планирую уйти с мая жить на квартиру. Заберу его тоже с собой. Если что, – придется распродавать по частям или искать какого-то лоха, который купит его целиком не понимая, что он может за эти деньги купить что-то еще.

Моя жизнь очень напоминает медленное самоубийство работой! ☹ Что и говорить, если на март я набрал уже 27 дежурств (но и это не предел: если кто-то попросит, – выйду еще). С 1-го марта домой еще не заходил. Планирую зайти 19-го марта, но ничего наверняка заранее сказать не могу.

В принципе, если считать мою дневную работу в фирме равной 1 ставке в месяц, 1,5 ставки набрал в больнице, ставку на «скорой», то 3,5 ставки – это, в общем-то, предел физически возможной выработки в месяц для нормального человека.

Но это для нормального! ☺ Я себя нормальным не считаю. Если бы я хоть чуть-чуть рвался и хотел попасть домой, я бы, конечно, находил возможность бывать дома и при таком графике. Но мне туда не хочется ни капельки. Только что позвонил другу Славику, договорились, что, может быть, встретимся в городе после работы, отдам ему долг, возможно попьем пива. Но сегодня домой надо попасть «кровь из носу»! Мне надо распечатать подготовленные к печати бумаги, которые я обещал другим людям подготовить на субботу и понедельник, а другой возможности это сделать не будет.

Ну вот, 20.03.2004. получил от Лены К. письма, в том числе и от тебя. Все как в аптеке!

По поводу письма Юле. Я о нем ничего не слышал. Куда ты его отправляла и когда? Если на адрес: 69124, г. Запорожье-124, а\я 7045, – тогда должны получить, но ходим сейчас туда не регулярно, и потому оно, быть может, еще лежит там в ящике. Может потому и ответов нет, и я ничего не знаю. Позвонил сегодня 22-го марта домой Валере, чтобы заглянул в почтовый ящик и проверил наличие почты там. Постараюсь узнать, когда буду дома 23.03.2004., если, конечно, туда попаду.

Дело в том, что 19-го числа, когда было запланировано попасть домой, – я туда не попал. Сначала выпили по 1 бутылочке пива с друзьями, а потом прекратили пить около 03-00 ночи, когда коньяк закончился. Не очень то хотелось попадать домой, да и заночевал у друга не далеко от больницы, куда с утра надо было идти на дежурство, а у друзей меня и покормили хорошей пищей, и нормально дали общаться. А бумаги распечатал у Славика почти под утро. Поспал 1.5 часа, – и на работу!

Теперь ответы на твои вопросы в письме.

Ответов от Юли может не быть годами, – она может писать письмо многие месяцы, думать, забывать о нем, – и вспоминать только тогда, когда получит следующее письмо или Я ей начну что-то высказывать. Тогда цикл написания письма (думать, писать, переписывать, забывать) начинается с начала.

А о том, чтобы не плевать в колодец… Она об этом никогда не думает.

Пацаны вообще писать не любят и не могут.

Я срываться с места и не тороплюсь. Просто сейчас провожу «маркетинговые» исследования рынка медицинских рабочих мест по Украине и бюджетных мест в медицинских институтах. Конечно, если что-то интересное подвернется, – буду думать, но пока ничего не подвернулось.

Учиться в разных городах по мне – даже интересно. Трудности все преодолимы, если бы не необходимость при переводе платить большие деньги на новом месте. А если ты понимаешь, что этот путь труден, то почему пустили меня по этому пути много лет назад? Многое могло быть по другому.

О планах переезда моя девочка знает, сопротивляется, как может. Я ее понимаю: прижилась в этом городе и институте, знает людей и имеет друзей. Но понимает, что жизни нам здесь не дадут. Хоть и молода, но достаточно умна. Как и я прошла хорошую школу нищетой, отчаянием, голодом (были у меня и такие нюансы в жизни, когда ночевал в поликлинике на голой кушетке и на вокзале, – не все же всем рассказывать). Понимает, что такое, когда тебя любят и/или не любят, уважают и не уважают, и пр.

Никакие отсрочки в учебе брать не будем. Нам надо, чтобы она как можно скорее закончила ВУЗ, чтобы стать свободными в выборе места проживания и работы.

О ней подробнее? Пожалуйста!

Т. Елена. Происхождением из села в кировоградской области, – точнее там выросла. А вот родители приехали туда из Баку. (Мать азербайджанка, хотя и с русскими имя-отчество, отец – украинец. Отец умер, мать растила 2-х дочерей одна на свою мед сестринскую зарплату, потом вышла замуж повторно.) Студентка 3-го курса мединститута лечебного факультета.

Маленькая, худенькая, – «карманный вариант» жены: «На одну ладонь посадить, другой прихлопнуть!…» ☺ Настойчивая, гордая, настырная, симпатичная, – боюсь даже сказать «красавица»! (Вот уж поистине, никогда в жизни в красавиц не влюблялся, – а теперь даже более чем красавица и более чем влюбился!) Что-то очень напоминает восточный вариант красоты, утонченный, яркий, нежный и колючий в одном флаконе. Ласковая, нежная, колючая, – если надо, – заботливая, понимающая то, что никогда не понимала в моей работе (читай, службе) не медик. Когда-то поразила брошенная мимоходом фраза: «Я хочу, чтобы моему мужчине было всегда хорошо!» Если учесть, что по жизни только Я старался делать всем хорошо, а МНЕ – «по столько, по сколько», – то разве не понятно, как эта фраза «резанула» по ушам и как запала в душу.

Закончила мед. училище, акушерка, работала где-то у себя до Запорожья заведующей фельдшерском-акушерским пунктом, потом мед. сестрой в пульмонологии у нас в больнице. Потом поступила в мединститут на лечебный факультет, продолжала работать в больнице. В прошлом году ее путь повторила ее младшая сестра, – тоже после училища приехала к нам и поступила на бюджетное отделение мединститута, работает в том же отделении в больнице, где работала и Т. Лена.

Познакомились 3 года назад, когда она приехала в Запорожье и устроилась к нам на работу. Сначала дежурили вместе, когда совпадали смены, потом стали дружить, – правда в пределах работы: пили вместе чай, обедали и ужинали. Я ее кормил всякими «вкусностями», которые ни по заработку, ни по стипендии она себе позволить не могла; она, если могла, кормила меня домашней пищей (борщи, супы и пр. – приносила из общаги или готовила прямо в отделении. Как потом оказалось, после могла неделю ничего не есть, – нечего было, т.к. скормила мне недельный запас, который должна была есть сама), чего я месяцами не видел дома, – в буфете это совсем не то. Впрочем, не только ее я угощал деликатесами, и не только она «прикармливала» меня, хотя и без всякой задней мысли.

Около 2-х лет назад мы стали ближе и роднее, хотя объяснить даже сами себе и понять, что нас толкнуло друг к другу, не можем. Может «встретились 2 одиночества». Может это нормальное развитие отношений. Хотя и у нее был друг до меня (на тот момент она с ним рассталась), да и я не вылезал из чужих постелей ни тогда, ни потом, – даже она кое-что могла знать и/или догадываться. И обижалась страшно! («Тебе что, меня мало?!?») Началось все как симпатии, закончилось дружбой, началось идеалом, закончилось одеялом. ☺ Больше всего она не хотела попадать от кого-то в зависимость, принимать подарки, чьи-то подачки, даже хорошие, от всей души. Долго сопротивлялась моим угощениям, моим подаркам. Даже когда наша дружба перешла во что-то большее. Я изощрялся, чтобы они попадали ей через других людей или такими путями, когда отказаться она уже не сможет. Происходило много смешного, трогательного и приятного, многое такого, чего она не знает и никогда не узнает. Мне было это приятно. Я привык делать ей эти приятности. Видимо и ей было это приятно, – это не только к мужскому сердцу можно пробить путь через его желудок, но и через приятные ощущения к женскому сердечку. На ее упреки, что я трачу на подарки и угощение ей свои деньги, я всегда отвечал, что делая приятное ей, я в первую очередь доставляю удовольствие себе! А деньги для меня никогда не были главным в жизни, – с собой я их не заберу, а за остаток после меня спасибо все равно никто не скажет.

Злится, когда я напоминаю ей нашу разницу в возрасте, стремится сделать все, чтобы я выглядел, чувствовал себя и был моложе, бесится, когда ее принимают за мою дочь. Ведь мы с ее матерью одного возраста (плюс-минус 1-2 года, да и то плюс в мою пользу!).

Она трогательнее всех посочувствовала мне во время смерти папы. Она смогла помочь мне выйти из «штопора», в который я попал в связи со смертью папы, сопровождала меня в Прикарпатье. Да, в такое путешествие она никогда не попадала бы и не смогла бы себе позволить в ближайшие 5-10 лет, если не больше, если бы вообще смогла когда-то. Долго сопротивлялась поездке, когда узнала во что это обойдется мне, а когда поняла, что обратного пути нет (держала в руках билеты) – прыгала как козленок до потолка в буквальном смысле слова. (Я представляю, если бы я взял с собой Юлю или пацанов! Воспринято было бы как должное, как обязанность!!! Куча недовольства, куча упреков, все не так!… Не только не дали бы отдохнуть, но и вымотали бы нервы и физически еще больше, чем дома. И потом по приезду сказали бы мне, что я зря выбросил столько денег на ветер! – Меня поражала всегда особенность этого человека – Юли – так все воспринимать и трактовать.)

Мне всегда доставляет удовольствие наблюдать за тем, как она радуется все равно чему, как у нее это проявляется внешне: буквально как хороший и чистый ребенок – чисто, искренне. Конечно, первый в жизни набор косметики, первый в жизни набор серьги + цепочка, первый в жизни поход в кафе пусть даже и в дневное время, первый раз попробовать то или иное блюдо, первое в жизни путешествие… Для нее все это было как подарок судьбы! И за все, что она могла, она старалась меня благодарить всем, чем могла: поцелуем, улыбкой, удивлением, радостью, – старалась (и это меня кольнуло очень ярко и болезненно) в ответ на мои подарки сделать мне какие-то подарки. А кольнуло потому, что я прикинул, сколько же эта девочка должна была вообще не есть, чтобы подарить мне на день рождения красивую зажигалку, например, или дорогой набор косметики на Новый год, хотя я был ей тогда никем! А на 23-е февраля в этом году она подарила мне такую красивую чашку!!! А мои вообще забыли мне позвонить на работу (хотя и номер “мобилки” есть) и поздравить с этим праздником, или не захотели, не знаю. (Думаю, что деда они не забыли поздравить!) И это был первый год, когда я “забыл” поздравить Юлю с 8 Марта и днем Святого Валентина. РАБОТАЛ!

Я не могу сказать, что она во всем мне потакает. Эта особа может стать такой злючкой-колючкой, если дело касается моего здоровья, моего внешнего вида, чего-то другого, что касается меня, что только держись! Когда-то я заставил ее пойти в самую дорогую стоматологическую клинику города и нормально начать лечиться (оплачиваю сам!), пока не потеряла кучу зубов, – буквально за руку волочил по асфальту, – так она теперь “не слазит” с меня, пока я не изменю что-то, что и она, и я считаем надо изменить во мне, но я откладываю на потом. Злится, что до окончания ее лечения я отказываюсь лечить сам свои зубы, хотя и понимает, что на двоих денег на лечение не хватит.

(Кстати, когда я пролечил до этого там Валеру, Юлю заела такая злость, зависть и ненависть, что она готова была меня разорвать и съесть живьем! Орала, что она следующая на такое дорогое лечение, а потом Вадим! А обо мне ни слова! А когда я заявил о себе, то получил ответ, что я много на себя беру, что я лично могу и обойтись и что-то еще в том же духе. На предложение самой заработать или наэкономить на это лечение взрыв негодования и злости. А с Валерыными зубами тоже была целая эпопея. Она отказалась изначально платить за его зуб вообще, отправила нас в гос. районную поликлинику лечить за 2 гривны, т.е. даром, после чего его через 3 дня в экстренном порядке прооперировали в челюстно-лицевом отделении по поводу флегмоны нижней челюсти, потеряли чудеснейший коренной нижний зуб – “шестерка” – с удивительно хорошо развитой корневой системой, на которой можно было бы “дом построить”, долго держали в стационаре, куча денег ушла на лекарства. После этого я отвел его к себе на работу в ту самую дорогую клинику, после которой он вообще перестал бояться стоматологов, и в конце концов ездил туда сам без сопровождения. И умолял долечить его именно в этой клинике, хотя когда услышал рассчеты реальной стоимости этого лечения до его начала, сам начал тянуть меня на выход со слезами на глазах. После того, как вылечили 1 зуб и я пошутил, что остальные зубы будем лечить в другой поликлинике дешевле, я увидел такую тоску в его глазах, что пожалел о своей шутке! Вылечили все здесь.)

Она очень и очень понравилась моим лучшим и настоящим друзьям: Ленка К. просто приняла ее как сестру, Славик готов дать мне на квартиру (снимать) и на свадьбу неограниченный и долгосрочный кредит. Другие друзья, с кем удалось уговорить ее познакомиться, просто не смогут мне простить, если я ее потеряю, если не позову их на свадьбу именно с ней, – с другими не просились. И это при всем том, что все они видели рядом со мной много других женщин, все они знают о той невыносимой ситуации в семье, о моем “котячьем” характере. Но и знают, чем стала мне эта девчонка!

Ее сестра сначала восприняла меня неласково, скажем так. Но последнее время я вижу как она оттаивает тоже. Или поверила, или “раззнакомилась”. Даже матери ничего не сказала, пока я не познакомился с ней сам и сам не признался в наших с Леной симпатиях друг к другу (см.ниже).

В феврале, когда Ленке грозила операция на челюсти, приехала ее мать, и мы познакомились. (С отчимом познакомились раньше, когда он неожиданно приехал к ней на дежурство, вместе позавтракали, но он не знал, кто я этой его дочке. Хотя и заподозрил (потом мать рассказывала) что что-то “не так” из-за того, что я очень расхваливал Ленку перед ним.) С тех пор девочка не мыслит меня где-то без нее (где-то с кем-то другой не принимает еще раньше, – обещала порвать обоих!), себя не мыслит без меня буквально, строит планы на ближайшее и далекое будущее, мечтает о скорой свадьбе.

А я ей в этом потакаю. И не только в этом. Правда показал свой характер тоже: когда у нее на работе появились проблемы, которые могли принести проблемы в институте, просто ПРИКАЗАЛ прекратить работать, заставил уволиться с работы и посвятить все время учебе. Всвязи с этим получил возможность не только теперь “прикармливать” ее вкусностями, но практически полностью стал ее содержать. Вот тут для нее был сильнейший удар: гордая, самостоятельная, самолюбивая, свободная птичка полностью оказалась в зависимости от меня, – и не только психологически, – и вдруг стала послушнее, сильнее мне поверила, как мне кажется, хотя характер иногда показывает, если дело касается меня (см. выше). Она до сих пор плачется, что вернет мне деньги, которые я на нее трачу, хотя понимает, что это нереально в ближайшие долгие годы.

Детей не планируем. Ни скоро, ни потом. Я бы очень этого хотел, но финансовые проблемы и так на лицо. И надо скорее закончить институт. В будущем, когда она закончит институт, – а это произойдет через 5 лет (3 года учиться и 2 года стажировки), – надо будет нормально устраиваться, если не удастся это сделать раньше. И я, и еще больше Лена, – оба боимся, что (все-таки мне будет уже под 50 лет) с моим ритмом жизни и работы, с моими пристрастиями к адреналиновым ситуациям я скорее всего не протяну очень долго, и ей придется повторить путь, которым прошла ее мать, – путь воспитания ребенка самой на свою зарплату, скорее всего в такой же нищете. Она долго сопротивлялась даже разговорам об отдаленных родах, потом я подумал и пришел к мнению, что если она хочет пожить для себя, то почему я не могу сделать то же самое. Если что-то, и в первую очередь уровень моих доходов, коренным образом сможет измениться, тогда и я буду думать по-другому. Думаю, что 2 взрослых умных человека смогут к тому времени обо всем договориться.

Теперь относительно моих сыновей и отношений с ними сейчас.

Пробовал и криком, и битьем, и уговорами, и слезами, возмущением и удивлением, просто спокойными рассуждениями, «разборами полетов», совместным анализом ситуаций, запугиванием своего ухода, смерти и пр. Грубость – это не главное. Они просто не управляемые, а Юля потакает им или поддается на их уговоры по разным причинам, или пускает все на самотек. Постоянно действует формула, что я «плохой полицейский», а она – хороший. Испокон века она отводила мне в доме роль следователя, мента, судьи и палача. Чтобы потом было легко и просто все свалить на меня. И во всех коллизиях, происходящих на фоне такого двоевластия, она, естественно, винит меня: мое отсутствие дома неделями (на работе), моих резких выпадов в их адрес (усталость), окончательно выхода их из под ее контроля и повиновения. И наследственность: постоянно тыкает мне судьбой моей семьи, – ваша неустроенность под конец жизни, Володин характер и его мытарства, и многое – многое другое.

Все привыкли, что я приду и все исправлю, всем помогу, все сделаю, все решу. От перегоревшей лампочки до поступления в институт, от скандала до поездки на отдых. И при этом еще будут ставить «палки в колеса», сопротивляться, критиковать, быть всем недовольными.

И ошибиться я, как минер, не могу! Ничего не прощается и не забывается, всплывает во всех конфликтах, спорах, обсуждениях, скандалах, – потом до конца жизни.

Мне это все категорически надоело, и давно. Уговоры, увещевания, воспитание надо бы начинать было с Юли, но теперь, когда личности детей в основном уже сложились, что-либо исправлять считаю поздно. Теперь единственное что может на них повлиять, как я думаю, это мое отсутствие и отказ им помогать во всех мелочных и крупных вопросах. Если я привык с 17 лет полагаться на самого себя, то им тоже надо это дать попробовать.

Ведь доходит до того, что сама Юля их учит тому, что из двух телефонных линий в доме пользоваться и даже избыточно шиковать надо той, которую оплачивает папа, а на той, что мама платит, надо экономить, даже за счет папиной линии и папиных денег. Ладно, когда у меня было достаточно для этого денег, чтобы оплачивать обе линии, но не теперь. И экономить не хотят! И при этом с их линии даже позвонить мне не дает! И демонстративно показывает, как ей трудно. На днях отправила Валеру ко мне на работу на консультацию травматолога и одела как бомжа. Он ребенок, и не понимает, но уже с детства не научился думать о своем внешнем виде. Он даже не знает, что это такое!

Вадим привык одеваться в «секонде», мне ставит в упрек то, что я оделся как «от Диора», потратив на это много денег, хотя я объяснял уровень людей, с которыми я сейчас работаю, и что вообще-то я врач, а не бомж! Что мне приходится работать с такими людьми, уровень доходов которых. – как моих руководителей, так и наших клиентов, – ни в какое сравнение не идет с моими, но я, чтобы не потерять этих клиентов и эту работу должен выглядеть прилично, хотя и скромно одетым. И уж во всяком случае не как бомж! И что мне надоело одеваться, питаться, жить «по остаточному принципу» этой семьи, которая так всегда ко мне относится!

И все долгие годы совместной жизни меня укоряют, что я мало зарабатываю, что я много работаю, сравнивают с кучей соседей и знакомых, – вот только на мой вопрос типа «а ты хочешь чтобы я пошел на завод?» отвечать отказывается: не хочет брать на себя ответственность за такое решение. (Она вообще не хочет быть за что-то ответственной никогда.) Ответ – «надо думать и искать»!

Помощи от нее в чем-то существенном, в том числе и бизнесе не дождался. Только страхи-охи. Только упреки, только жадные взгляды, только отсутствие моральной поддержки.

И в самые трудные дни, когда меня поливали грязью, когда мне нужна была немерянная моральная поддержка, она отрекалась от меня, подталкивала к пропасти, выгребала все и оставляла с пустыми карманами, и считала это правильным! Мотивировала, что ей надо оградить ребенка от всякой грязи, от проблем.

Вообще-то у меня сложилось впечатление, что детей она рожала исключительно для того, чтобы потом прятаться за них, спекулировать их существованием, давить на других с помощью детей, обосновать собственное ничего не делание уходом за ними.

И если бы хоть уход был! А то стирать, готовить, мыть посуду, убирать, учить уроки, ухаживать и пр. она не хочет и не любит, как она недавно заявила. А в те самые трудные для меня финансово годы требовала нанять служанку для уборки квартиры, стирки и мытья посуды в доме. Я не расхохотался только потому, что удивился больше чем взбесился. (В то время я пек хлеб, чтобы экономить на еде, а она требовала служанку!) Только и делала, что смотрела все сериалы подряд, – вот и нахваталась там такой чуши.

Не хочу, чтобы сложилось впечатление, что я перед уходом хочу облить всех грязью! Нет! Просто я обосновываю свое решение, анализирую свое прошлое и настоящее. Так как я его вижу.

Все друзья и даже мало знакомые люди мне говорят, как я это все выношу, хотя сталкиваются только с отдельными проявлениями и пунктами. Кто лучше знает меня и ситуацию, – удивляются, что я столько лет терплю. Я пытался для себя это назвать тем, что мне «нести свой крест», но больше не могу! И зачем?

А было ли что-то хорошее? Наверно, было. Только я не помню. Всякое, что я делал от души извращалось, обсчитывалось, обсасывалось: «Лучше бы деньгами и/или продуктами!» – вот какие были часто ответы, хотя и деньги отдавал, и голодными не были. Подарки принимались часто без души (это в лучшем случае), – она не слушала ни себя, ни меня, а только чужих людей, которые говорили, что этот подарок – это круто, здорово и какой я молодец. «Прозрение» приходило не спустя несколько дней, а через недели, когда у меня перегорали и хорошие помыслы, и горечь за нанесенную обиду, и оставалась только пустота и безразличие. И после разговоров с теми чужими людьми она уже довольная не только не говорила спасибо, а «просто случайно рассказывала мне, что ей сказали там-то и там-то об этом моем подарке». И денег всегда мало, и принесенные продукты, вещи и пр. всегда были не те или не то, что надо!

А если что-то и дарила, то как-то из обязанности, без души. Однажды даже умудрилась спрятать переданный мне заранее подарок от тещи и не вручить его (трусы и майку). А когда я, много времени спустя, нашел это в шкафу случайно, сказала, что это подарок от мамы, но зачем мне эти трусы, если этого у меня есть 2 пары.

Трижды я уходил из семьи до рождения Валеры, но мне было очень жаль Вадима, тогда еще маленького. Вернулся, надеялся, что с рождением второго ребенка станет лучше… Не стало. Хотел дождаться, когда Валера вырастет, но… Не так давно я сказал Юле, что не дам загнать меня в могилу (инсульт, инфаркт), как это сделала ее бабушка своим поведением со своим мужем, на что получил ответ (дословно): «И как же это ты сможешь от этого предохраниться?!?» ☺ Весело? А я расхохотался!

Кстати, я все это не рассказываю никому, – даже себе самому стараюсь как можно меньше об этом напоминать. Друзья видят все сами, а я давно ищу решения всем вопросам и проблемам сам и на стороне.

Несколько лет назад я в сердцах сказал теще только 1 пункт, из-за которого у нас с ней столько неувязок, из-за которого было столько разводов, из-за которого мы не можем найти общего языка, расслабиться и договориться, – теперь я злющий враг ее родителей и несколько лет с ними не разговариваю ни лично, ни по телефону. А мне в тот момент просто надоело терпеть выливаемую на меня грязь, упреки в мой адрес, непонятные требования. И к тому же после возвращения от матери она почему-то частенько и активно начинала вести речь о нашем разводе и пр. Вот я и высказался честно и резко, когда ее мать вдруг начала со мной обсуждать (ни с того, ни с сего позвонила) по телефону вопрос, что «если не можете договориться, то не лучше ли вам разойтись».

Теперь мне хоть и некуда уйти, но есть с кем! Девочка уверяет меня, что мы уйдем не в полную нищету, – и это нельзя назвать нищетой, – и это продлится не всегда! Она готова идти со мной «в шалаш», куда Юля никогда не соглашалась идти. (А полную нищету, как я и эта девочка, Юля не видела!) Думаю, что мы выдержим это и выйдем победителями!

Пацаны, если захотят все понять, – придут сами, если не захотят, – бог им судья. Считаю, что сделал все, что мог, что от меня зависело.

Мальчиком для битья более не хочу быть!

Хочу быть счастлив!

Хочу любить и быть любимым!

(Есть большой шанс, что наша с Леной свадьба состоится осенью, – возможно в сентябре. Идет мной поиск средств для этого торжества, совместный выбор гостей, обмен информацией по возможной организации данного события, выбор свидетелей, и т.п. чепуха, которая сопутствует таким событиям.)

Хочу видеть Леночку в белоснежном платье неземной красоты!

Хочу услышать марш Мендельсона вновь и от всей души, и не омраченный различными родительскими расчетами между собой!

Хочу услышать «Горько» много-много раз.

Хочу увидеть блеск радости и счастья в глазах этой маленькой девочки!

Хочу быть счастлив с этой девчонкой!

Хочу, чтобы она была счастлива со мной!

Хочу быть счастлив! Хочу быть счастлив! Хочу быть счастлив! Хочу быть счастлив!

И БУДУ! БУДУ! БУДУ!

До свидания.

Гена

P.S. «Седина в бороду, бес в ребро?» А я думаю, что от ослепления я далек, от бешенства гормонов в крови уже ушел, юношеская гиперсексуальность мне не грозит при обдумывании и обсуждении этого события, – потому я просто люблю и, если не ошибаюсь, любим. Может быть впервые в жизни!

Долго ли это продлится, – пусть жизнь покажет!

Потому критика от тебя не принимается (спасибо, было!), действительность принимается данная нам в ощущениях, пожелания только положительные!

4

Привет, МАМА!

Сегодня 24.03.2004. Отправил прошлое письмо. Ночевал дома, потому могу сказать, что это письмо, которое ты адресовала Юле – они не получили. В связи с этим хочу уточнить, что писать надо на адрес: абон. ящик + Ф.И.О. (Все равно чье, – мы все равно любой его получим, если оно не заказное). Ф.И.О. указывай обязательно, лучше Юли, т.к. неровен час, что и я не смогу скоро попадать туда. Учитывая то, что почту забирают ТОЛЬКО мальчики, и скрывать от меня никакие письма до этого не пытались, то можно говорить, что информация достоверна. Аренду ящика я продлил и оплатил до конца года, потому можешь переписываться с ними спокойно. Обычно письма оттуда не пропадают.

Дал вчера своей Леночке почитать письмо перед отправкой, которое сегодня отправил тебе. Она была очень мне за это благодарна. Думаю потому, что она получила сама прямые ответы на многие свои вопросы, которые ей не пришлось даже мне задавать, узнала много нового о себе и обо мне, впервые узнала (и удивилась) информацию об отношении к ней моих друзей, очень удивилась тому, что хотя я частенько и молчу, но замечаю значительно больше того, что она думает, что я не замечаю и/или не вижу.

Сегодня идем с пацанами на концерт какой-то там группы тяжелой музыки. Меня позвали для безопасности: концерт молодежный, дураков и «под кайфом» будет, мы думаем, достаточно много. А тут еще Валерка очень просился на этот концерт! Чтобы быть в большей безопасности и пригласили меня. Не думаю, что буду в восторге от этой орущей музыки, но придется идти.

Кстати, не получил информации, дошли ли до тебя и в каком состоянии фотографии, которые я отправлял недавно, еще до получения письма от тебя?

И как дошло, не размазалось ли фото твоей будущей невестки, которое отправил в прошлом письме? Удалось ли его рассмотреть? Конечно, это не самое свежее фото, но то, что было под рукой, а точнее в рабочем компьютере. Есть еще «бумажные» фотографии с нашей совместной поездки, но отсканировать и распечатать в письме их нет возможности. Ладно, когда-то решим и этот вопрос.

Сегодня 25.03.2004. Вчера были с пацанами на концерте группы «Король и шут» во дворце спорта «Юность». НЕ МОЙ СТИЛЬ! 5-5.5 тысяч разгоряченных алкоголем (и, возможно, не только алкоголем) молодых людей сгрудились (точнее, спрессовались) как селедки в хорошо утрамбованной бочке на ограниченном пространстве партера дворца (сиденья сняты), орут, прыгают, поют, бесятся. Лес рук. Огни зажигалок, бенгальские огни. Из всей музыки и вообще из всех звуков, которые производят музыканты на сцене, слышны только низкие частоты. Что они сами слышат (слушатели) – трудно себе представить, хотя подпевают группе.

И Вадим, и Валера были несказанно счастливы от своего похода туда. Я, – если бы не пиво, которое я изначально влил в себя, – наверно бы не только не выдержал, но и изначально туда не пошел. Входить туда мне не хотелось уже с момента, когда я увидел эту толпу на входе. Толпа лихорадочно «заряжалась» пивом с водкой, т.к. на входе всех поголовно обыскивала милиция, отнимала все железное, заставляла вылить или оставить весь алкоголь, – в холле было достаточно алкоголя на продажу!

Глюки с компьютером продолжались до вчера. Сегодня 06.04.2004.

За это время мне позвонили из дома и сказали, что пришло письмо из Ашхабада. И то, к слову.

Особых происшествий за это время не было. Писать практически не о чем.

За это время выяснилось, что мой любимый и супермощный компьютер угроблен основательно, – более, чем я предполагал. Возможно в результате той «катастрофы», что они мне учудили, возможно позднее. Но я вывез его из дома с помощью одного из друзей и сейчас стараюсь его продать.

Я решил так, что мне все равно надо денег, – скорее всего придется занимать немаленькую сумму. Компьютер мне сейчас доходов не приносит. Если я его оставлю, мне все равно придется зарабатывать и возвращать деньги, но тогда я и в будущем останусь с этим раздолбанным компьютером. А так, если часть денег мне даст сейчас его продажа, то со временем, когда удастся накопить на новый, то это будет НОВЫЙ. Потому и буду его продавать.

Мне из дома звонят только в том случае, если им что-то надо решить или сделать, хотя сделать я могу и хочу все меньше. Слава богу, что, кажется, отучил Юлю звонить по таким поводам, что «кто-то что-то сделал или сказал и не слушается ее», – это здорово злило и выбивало из колеи.

Впрочем ее вчерашний звонок меня как-то даже и не затронул психологически. Я даже где-то с улыбкой сказал ей, что вы за последние 2 недели не позвонили даже узнать, живой ли я, здоров ли я и как живу. «И как же ты живешь?» – был ответ. ☺

А я живу по-прежнему на работе, ищу пути заработать лишнюю копейку.

Сегодня 08.04.2004. Вчера попал домой. Ночевал. Получил с грехом пополам твое письмо, прочитал. Отвечаю в том числе и на него. После прочтения, почему-то так тоскливо стало, что провыл в ванной комнате какое-то время. Юля даже пыталась под настроение что-то с меня сдоить. Не получилось, – обозлился.

О том, что писать никто не любит, а ответно писать никто не хочет или ленится, – это и я уже писал тебе о своих домашних. Потому дело не в обиде или не только в обиде.

Твои бытовые проблемы понятны и объяснимы. Помочь или посоветовать что-то сложно. Разве что пускать квартирантов, которые или деньги будут платить, или ремонт сделают. Многие просто не любят жить в разрухе и сами без всяких условий весело и дружно, даже если жить планируют только год, делают себе ремонт.

Вчера сразу по прочтении твоего письма раздался звонок из Баку. Все тот же вопрос долга, оставшегося после смерти папы. Нина настроена так, что быть может приедут к тебе в Ашхабад и будут уговаривать продать квартиру, купить однокомнатную и отдать долг.

Я не знаю, мне сложно советовать, но она несколько месяцев назад говорила, что брала семейные деньги, а теперь говорит, что занимала у подруг, а те теперь требуют возврата долгов. В любом случае она сказала, что обращалась к юристам, те дали заключение, что сделка купли-продажи была сделана по всем правилам, что придраться за незаконность сделки нельзя. И что потеряно время (0,5 года) в течение которого можно было предъявить претензии. К тому же претензии мог предъявить только тот человек, который участвовал в сделке, и никто другой, а раз он умер, то и делу ход никто не даст. К тому же от тебя, как от иностранки, претензий никаких принимать не будут.

Это, думаю, для тебя ценная информация, т.к. они если приедут, тогда надо задавать какие-то вопросы. Я сказал, что с тобой телефонной связи не получается, а в письме, которое я от тебя получил, ты ничего про эту ситуацию ты не пишешь.

Могу сказать дополнительно только, что мне никто ничего ни про какие долги не говорил.

А сегодня утром еще Вадим (вчера вечером его не было дома, потому мы не виделись) вместо вопроса о том, как у меня дела начал интересоваться, когда я верну домой тот мощный компьютер, и собираюсь ли вообще его возвращать домой. Здорово обидело, хотя ему я ничего не сказал. Просто попрощался, развернулся и ушел на работу. Самое натуральное воспитание его мамочки!

На этом закончу писать, распечатаю сегодня и постараюсь отправить поскорее.

До свидания.

Гена

5

Привет, МАМА!

Сегодня 29.04.2004. Сегодня день рождения моей Леночки. Торт заказал, цветы купил, друзей своих институтских она пригласила. Я знаю, что все это пройдет по-домашнему у нее в общежитии. Минимум алкоголя – чисто для обычая. Легкие анекдоты, искренние пожелания, добрые улыбки.

(Дописываю данный абзац уже после названной выше «посиделки». Все было так, как написал выше. + Она сменила мне рубашку на чистую, – такой беленькой эта рубашка не была ни разу со своего «дня рождения», – просто любо-дорого посмотреть на нее и на меня в ней. Ты знаешь, мне просто до слез приятно было ее одеть, ходить в ней. Это просто чудо как она постирана, не смотря на то, что нет стиральной машинки, – только ручки этой девочки и СМС!)

Прости, что прозевал и всегда упускаю возможности поздравить со всеми прошедшими праздниками, – потому вдогонку поздравляю, как всегда, теперь, спустя упущенное время, задним числом. Поздравляю со всеми прошедшими и приближающимися праздниками!

Письма от тебя после написания прошлых писем не было. Ленка К. передает мне письма, приходящие на ее адрес, а твоих не было.

Дошли ли до тебя и в каком состоянии фотографии, которые я отправлял недавно, еще до получения письма от тебя? И как дошло, не размазалось ли фото твоей будущей невестки, которое отправил в прошлом письме? Удалось ли его рассмотреть?

Вадим еще не закончил техникум, но я сделал так, что он уже зачислен на 3-й курс заочного института (будет 3-курсником с сентября) по специальности «системное программирование». Смог найти такие связи, договориться, – все законно, но без блата такого не сделаешь.

Пришло время сказать, что я окончательно ушел из дома.

11 апреля был достаточно крупный разговор с Юлей и Вадимом, инициатором которого были они сами. Все это они начали ради того, чтобы сказать мне, чтобы я уходил из дома и поскорее. И произнес это Вадим, а Юля подтвердила.

Я не пытался противостоять этому решению, что-то объяснять, что-то выяснять, потому, что сам совместно с ними принял окончательное решение уйти. Не куда-то, не к кому-то, не для кого-то, – для самого себя. Я не обрадовался этим словам, – просто было удивительно, что они это решение приняли достаточно вовремя, чтобы помочь мне в принятии такого же решения.

Причины моего решения в следующем:

Я потерял всякую надежду на исправление ситуации, сложившейся в нашей семье. 20 лет слишком большой срок для этого. Сил и времени за это время вложено много, но еще больше вложено сил, мне кажется, в противодействие моим действиям. Мне стало невыносимо тяжело на все это смотреть последнее время. Мне крайне тяжело морально воспринимать все то, что между всеми нами происходит. Я не вижу путей выхода из сложившейся ситуации. Я устал от наших отношений, от взаимного непонимания, от тотального неверия и недоверия, от террора в семье по отношении ко мне, от отсутствия моральной поддержки и пр. Накопилось большое количество взаимных обид, – количество стало необратимо переходить в качество, – со всех сторон, их и моей. Достигло критической стадии и силы взаимное непонимание. Взаимные претензии стали просто непомерными по оценке каждой из сторон. Попытки честно объясниться и понять друг друга каждая из сторон практически не воспринимает, не принимает, доводит до абсурда.

Пока никакую квартиру для аренды не нашел. По опыту моих знакомых и сотрудников – это большая проблема в городе. Обещали помочь друзья, однако срочно никто не может ничего предложить. Не могу быть уверенным, что квартиру найду за несколько дней, потому как платить за нее много-много денег не могу, – их просто нет в наличии. Я и сам хочу уйти от них, но сдерживает отсутствие жилья. Впрочем, уйти-то я уже ушел, просто вещи еще остались там.

Вещи вывезу к своему другу для временного хранения, раз они так торопятся, что дошли до шантажа, чтобы я только забрал свои вещи. Когда найду жилье, тогда разложу их и приведу в порядок.

Я не остался один. Со мной моя Леночка. Вокруг меня достаточно хороших людей и друзей, готовых предоставить мне кров на ночь, но я не хочу этим злоупотреблять. Именно так я и живу сейчас, – ночую у друзей или в фирме, если не дежурю в больнице, на «скорой». Моя девочка поддерживает меня как может. Дома появляться не хотел, пока не решу проблему со своим проживанием. Просто мне грустно и неприятно встречаться с ними в настоящее время: я не хочу быть просителем там, где я на самом деле хозяин и владелец.

Вадим заявил, что в «моей комнате» живет сосед. Т.е. я виноват, что не выкупил комнату своевременно, когда, может быть, была для этого возможность. Бог ему судья! Конечно, если принять мои слова о том, что Вадим расчищает себе жизненное пространство, то на очереди на выселение сначала Юля, потом Валера. Если они с Валерой в будущем не объединятся.

Однако только ли моя вина в том, что квартира до сих пор, оказалось, не выкуплена полностью? Я очень просил всех их научиться экономить, собирать деньги, а не только учиться их тратить. Ведь могли же мы с Юлей и в самые трудные для нас годы откладывать по 5$-10$-20$ в месяц, – могли бы и дальше так же собирать, иногда даже больше. Но легче ведь питаться колбасой, чем готовить домашнюю горячую пищу. Я с ужасом смотрел как улетают все деньги на «бред», на «туалет», как никто не хочет ничего думать, как тянутся не за теми примерами, которые я приводил, а за противоположными. И не просто смотрел на это, а кричал от ужаса. Ведь денег никогда не откладывалось не только на квартиру, но и на какие-то ожидаемые плановые или неожиданные незапланированные расходы: отдых, болезнь, учеба, другие события и проблемы.

Я попытался вкладывать наличные в компьютер, – ошибся. И в плане возможной поддержки в работе на нем и совместного заработка, и в плане вложений в него денег. Но и наличку в доме было оставлять невозможно, – она ушла бы на те же «бред» и «туалет». И этому было много примеров. Потому и не удалось отложить и накопить на выкуп квартиры, хотя думаю, что если бы было все «по уму», с взаимопониманием и поддержкой, мы этот вопрос решили бы.

Поддержки не находил, всем что-то надо было срочно… Никто не помогал заработать, экономить, – только потребляли, даже залезая в долги. А долги погашать предоставляли мне. Ведь и задолженность за квартплату, которая у нас была, тоже складывалась из того, что мы потребляли больше, чем зарабатывали.

Огромное впечатление на меня произвело то, что они сделали с моей пропиской. Точнее то, что они не сдержали своего слова и умышленно сделали меня бомжом. (Не надо думать, что я не решил эту проблему, – но без их участия!) Это потрясло более всего: я всегда тащил все в дом, старался ни на кого не возлагать существенных проблем, все старался брать на себя. Квартиру получил, старался расширить ее, выплатили долг за квартирную плату.

А то, как они поделили квартиру даже не дождавшись моего окончательного отъезда, – это полный атас! Ну, спасибо за науку. Если бы я такое хоть краем пьяного ума мог бы предположить 15 лет назад, – я никогда и ни за что не вернулся бы к Юле в то время! А заведующий гор. здрав. отделом выгнал бы её с прошлой квартиры на ул. ***, а я бы даже не пошевелился в своем Марганце, ограничился бы перечислением алиментов! И по сей день дышал бы спокойно!

Спасибо, что научили уму-разуму! И себя показали!

Кстати, они сказали по телефону, что хотят затеять ремонт. Тоже стало обидно. Ведь если бы такое было хотя бы произнесено тогда, когда я еще был с ними, то приложил бы все силы для помощи: где-то доставал бы материалы, может кого-то бы нанял для помощи, сам бы искал возможность приложить свои руки, – время проведения всех работ можно было бы согласовать для совместного их проведения. Но они не хотели этот ремонт делать со мной, мысленно надеялись, что я взвалю это на себя и сам один все сделаю. Никогда для этого не было ни денег, ни сил, ни времени. А теперь у них даже без меня, оказывается, есть для этого и силы, и время, и финансы. И стремление! А почему этого не было тогда, когда я был с ними? Я готов был бы их поддержать, а от них поддержки не дождался. Или они стараются сделать теперь все, чтобы «убить» все мои следы в квартире, чтобы ничего не мозолило им напоминанием обо мне, не «подтачивало» мысли и совесть?

07.04.2004. я был дома. Сначала не могли найти письмо от тебя, которое я так ждал, а они его куда-то задевали. Потом под мое гадкое настроение на фоне прочитанного письма Юля (пытаясь воспользоваться этим настроением) попыталась решить ряд вопросов в свою пользу. Утром Вадим вместо вопроса «как дела, как здоровье» начал решать вопрос с возвращением компьютера домой (достойное воспитание своей мамы!). Неужели это так важно?!? Ведь он сам не так давно признался, что «этот аппарат мешает ему жить, заниматься, учиться. Что его надо продать, убрать, изъять!»

Последнее время, – возможно от усталости, возможно возраст пришел, – я стал очень болезненно воспринимать все то, что касается нас всех и лично меня особенно. Особенно несправедливые обвинения! Особенно когда это все исходит от них всех или от кого-то из них по отдельности.

Попытки решения любых проблем встречают непонимание, противодействие, злость. Ведь я пробовал и криком, и битьем, и уговорами, и слезами, возмущением и удивлением, просто спокойными рассуждениями, «разборами полетов», совместным анализом ситуаций, запугиванием возможностью своего ухода, смерти и пр. Но все просто не управляемые, особенно пацаны, а Юля потакает им или поддается на их уговоры по разным причинам, или пускает все на самотек. Постоянно действует формула, что я «плохой полицейский», а она – хорошая. Испокон века она отводила мне в доме роль следователя, мента, судьи и палача. Чтобы потом было легко и просто все свалить на меня. И во всех коллизиях, происходящих на фоне такого двоевластия, она, естественно, винит меня: мое отсутствие дома неделями (на работе), мои резкие выпады в их адрес (усталость), окончательный выход детей из под ее контроля и повиновения. И наследственность приплетает к месту и не к месту: постоянно тыкает мне судьбой моей семьи, – неустроенность моих родителей под конец жизни, Володин характер и его мытарства и исчезновение, связанные с его характером и образом жизни, и многое – многое другое.

Все привыкли к тому, что я приду и все исправлю, всем помогу, все сделаю, все решу. От перегоревшей лампочки до поступления в институт, от междоусобного скандала до поездки на отдых. И при этом еще будут ставить «палки в колеса», сопротивляться, критиковать, будут всем недовольные.

И ошибиться я, как минер, не могу! Ничего не прощается и не забывается, всплывает во всех конфликтах, спорах, обсуждениях, скандалах.

Мне это все категорически надоело, и давно. Уговоры, увещевания, воспитание детей надо бы начинать с Юли, но теперь, когда личности детей в основном уже сложились, что-либо исправлять считаю поздно. Теперь единственное что может на них повлиять, как я думаю, это мое отсутствие и отказ помогать им всем во всех мелочных и крупных вопросах. Если я привык с 16 лет полагаться на самого себя, то им тоже надо это дать попробовать.

И все долгие годы совместной жизни меня укоряют, что я мало зарабатываю, что я много работаю, сравнивают с кучей соседей и знакомых, – вот только на мой вопрос типа «а ты хочешь чтобы я пошел на завод?» отвечать отказывается: не хочет брать на себя ответственность за такое решение. (Она вообще не хочет быть за что-то ответственной никогда.) Ее ответ – «надо думать, и искать»! (Судя по словам Вадима, в сложившейся ситуации сама Юля вновь самоустранилась от принятия решений, мотивируя все известной своей депрессией, – опять пустила все на самотек, переложила принятие решения на Вадима, чтобы потом спустя какое-то время было кого обвинять. Или свалить на Вадима, или на его переходный возраст, или на юношеский максимализм и непонятные амбиции человека с не устоявшимися жизненными принципами и недостаточным жизненным опытом. Или они договорились так действовать, – тонкий расчет? – Этого я никогда не узнаю!)

Помощи от нее в чем-то существенном, в том числе и бизнесе не дождался. Только страхи-охи. Только упреки, только жадные взгляды, только отсутствие моральной поддержки.

(А чего стоят слова Вадима о том, что «мама столько работала, столько бумаг разнесла»! А сколько я людей нанимал со стороны для этих же целей? И что, Юле и Вадиму от той Юлиной работы долгие годы не «капало» ничего в тарелки и пр. места? Я что, все себе забирал?)

Легко воевать с человеком, который заведомо не хочет делать им зла! Они даже подали заявление в милицию, чтобы я не смог ничего им сделать или с квартирой!

Не смотря на «медленное самоубийство работой» они не хотят и никогда не хотели видеть того, что я приносил домой, и только старались придумать, «сколько же я трачу на себя без них». Как эксперимент последнее время я стал подсчитывать, что же я трачу на себя: на питание, пьянки, и пр., и что уходит на все остальные статьи расходов. Я провел статистическое исследование затрат нескольких последних месяцев (с августа 2003 года, если быть честным, и до 28-го апреля 2004). Экономил как мог и на чем мог (особенно на собственном питании) для выплаты долга за лечение Валеры (кто из них это оценил?) и долга за папу (те деньги, что переслал в Баку), для приобретения одежды и пр., но в какое-то время это на столько надоедало, что срывался в пьянку или немотивированные расходы на деликатесы.

Они все укоряют меня в том, что я не участвовал в финансировании семьи с лета прошлого года, что мало давал денег им всем и раньше. Я не согласен с ними, особенно за 2003 год. За 5 месяцев не смотря на тяжелое финансовое положение и дикую потребность в деньгах (не считая тех денег, что я давал Вадиму в долг и так и не получил назад до конца, и того, что мне приходится тратить на содержание своего неработающего предприятия), я выплатил за семью более 2600.00 грн. (Это более чем 1,5 ставки в месяц «грязными».). Когда это все на словах, – это одно, а когда вот так на бумаге, точнее, в электронной таблице, удобной для анализа, так распределены, – это другое.

Я не шикую и сейчас, но реальные расходы на мое питание вне дома таковы (и они не могут быть меньше без домашних «тормозков»), что они никак не укладываются в те 20-40 гривен, что мне всю мою жизнь Юля выделяла на дорогу и питание на месяц (этой суммы едва хватало на дорогу по самому дешевому тарифу, по которому по городу практически и не поездишь). Иногда только питание в месяц занимает 150 гривен, иногда 300 гривен без деликатесов. Все зависит от многих факторов.

Получается, что я эти деньги тратил и раньше, добывая их правдами и неправдами, – когда больше, когда меньше, – но никто их не видел, не учитывал, не брал во внимание (и не понимал что эти деньги я не брал из домашних денег, т.е. из той зарплаты, которую я им отдавал), хотя их можно было бы значительно уменьшить, если бы брал питание из дома, если бы в холодильнике не была всегда «торичелева пустота». И вырученные из такой экономии деньги тоже попадали бы в семейный бюджет. И меньше было бы, наверно, срывов на дикие пьянки с друзьями, меньше напряженность в семье. Хотя для напряженности, я думаю, поводы обязательно бы нашлись.

На сегодняшний день я погасил почти все личные долги перед всеми, остались текущие мелочи, – я вышел «на финишную прямую». Появился «свет в окне». Никто из них не принял ни материального, ни морального участия в этом моем почти годичном марафоне, – только старались «ставить палки в колеса». Теперь бы вздохнуть, но придется платить за съем квартиры, когда найду и сниму.

Помогать им в ближайшее время я не планирую, – мне надо постараться устроить свою жизнь как можно скорее, а это потребует много денег. В любом случае знаю, зная Юлино извращенное восприятие окружающего, что любая помощь в ближайшие месяцы будет ими и ею истолкована как «подлизывание», как призыв «перейти на ее сторону», как авансы на будущее, или что еще хуже – как должное. А я ничего этого не хочу!

Не планирую еще и потому, что мне надо остыть от нанесенных мне обид. А что будет в будущем, – время покажет. Уверения Юли о том, что алименты на Валеру она с меня не потребует, как-то трудно принять на веру. Если она вдруг что-то надумает, или возникнет какая-то трудность, или кто-то что-то скажет, или вдруг взбредет в голову идея что я шикарно живу, или зависть и ревность к тому человеку, с кем я буду жить, – все очень легко переиграется для удовлетворения собственного эго.

Мне кажется, порой, что кроме денег и имущества их ничего более не интересует. Старался следовать их примеру, однако становится так гадко, что… Словом, гадко!

Словом, забираю компьютер, видеомагнитофон, радиотелефон, электродрель (ту, что вы когда-то мне подарили), кое-что из инструментов, фотоаппараты, медицинское оборудование, одежду, свои золотые изделия (перстень, цепочку, обручальное кольцо) и пр. Кстати, после того, как я попросил их собрать именно все это, они перестали меня терроризировать срочностью вывоза вещей, – видимо этими предметами им хочется еще попользоваться, пока есть время и возможность с ними не расставаться.

Отдыхал я всегда меньше каждого из всех них. И среди года, и в течение недели, месяца, и в отпускной сезон. Мои отговорки, отказы от отдыха в пользу зарабатывания денег принимались с удовольствием с начала всех времен всеми ими! Я молчал, что это мне тяжело, и никто из них об этом не задумывался. И я завидовал им тихой доброй завистью. И радовался за них! И молчал! Это только последние годы я стал об этом громко говорить, но ничего не исправлял.

Одна из причин наших разногласий в том числе и потому, что я без регулярного и летнего отдыха уставал и устаю до такого предела, что мне на днях диспетчер на фирме сказала, что я дохожу порой до того, что я не понимаю в какие-то моменты того, что она мне говорит, самые простейшие вещи. И это там, где не надо принимать коренным образом важных решений. А каково мне и рядом работающим со мной людям в приемном отделении, в терапии и других отделениях, на «скорой»? Мне стоит порой огромных усилий в больнице и на «скорой» сосредоточиться, настроиться, заставить себя что-то делать – от усталости.

Отдых в Карпатах, может быть, кажется моим домашним такой же немотивированной затратой, как и мои пьянки, но я впервые в жизни за свои 42 года понял, какой я же был дурак, что добровольно отказывался от этого все эти годы, – отдавал Юле свои путевки, отдавал деньги, а сам пахал, пахал, пахал! Благодаря этому отдыху в Карпатах я смог выжить, смог доработать до сегодняшнего дня, смог погасить долги. И при этом не свихнуться.

Из-за отсутствия любого отдыха я мало общался с ними всеми. Мы почти никуда вместе не ходили. Максимум того, что я себе позволял, – это сон. Но дома был еще и «наркотик» в виде компьютера, который тоже «крал» у меня и эти крохи сна и приносил дополнительное напряжение. Это тоже одна из причин, почему я не хочу оставлять им дома никакой компьютер.

В любом случае напряжение между нами в семье наросло до такой степени и давно, что когда я приходил домой, то получал дополнительное напряжение, а на работе пытался отдыхать и расслабляться (не напиваться, а без алкоголя расслабить нервы, поспать, – на работе я не пью никогда), чтобы не «сойти с дистанции». Это тоже приводило к неприятностям на работе, добавляло проблем дома.

Да, я всегда говорил, что работать мои родители меня научили, а отдыхать нет. Но это можно было бы исправить. Никто этого не хотел. Юле это было удобно! Более того, все наши совместные мероприятия и походы обставлялись таким образом, что потом я о них только жалел. После похода всех вместе в оперетту (приезжали питерские артисты, пацанам страшно этот поход и сама оперетта понравились) Юля тут же, по дороге домой заявила, что это зря выброшенные деньги, и лучше бы я их отдал им наличными (билеты достаточно дорогие, особенно для моей зарплаты, хотя куплены были тоже не с заработной платы). Любой поход куда-либо становился всегда пыткой из-за Юлиной неорганизованности, спешки, опозданий. Складывалось впечатление, что мне это больше всех надо, я злился, и в конечном итоге уставал больше, чем отдыхал. И я каждый раз клялся, что организую это в последний раз!

Все друзья и даже мало знакомые люди все эти годы спрашивали меня, как я это все выношу, хотя сталкивались только с отдельными проявлениями и пунктами моей жизни в семье, с тем, что на поверхности. Кто лучше знает меня и ситуацию, – удивляются, что я столько лет терплю. Я пытался для себя это назвать тем, что называется «нести свой крест», но больше не могу! И зачем?

А было ли что-то хорошее? Наверно, было. Только я не помню. Всякое, что я делал от души извращалось, обсчитывалось, обсасывалось: «Лучше бы деньгами и/или продуктами!» – вот какие были часто ответы, хотя и деньги отдавал, и голодными не были. Подарки Юлей принимались часто без души (это в лучшем случае), – она не слушала ни себя, ни меня, а только чужих людей, которые говорили ей, что этот подарок – это круто, здорово и какой я молодец. «Прозрение» приходило не спустя несколько дней, а через недели, когда у меня перегорали и хорошие помыслы, и горечь за нанесенную обиду, и оставалась только пустота и безразличие. И только после разговоров с теми чужими людьми, после их увещеваний, «квохтаний», похвал в мой адрес, она уже довольная подарком не только не говорила спасибо, а «просто случайно рассказывала мне, что ей сказали там-то и там-то об этом моем подарке».

И денег всегда мало, и принесенные продукты, вещи всегда были не те или не то, что надо!

Дважды я уходил из семьи до рождения Валеры, но мне было очень жаль Вадима, тогда еще маленького. Возвращался, надеялся, что с рождением второго ребенка станет лучше… Не стало. Хотел дождаться, когда Валера вырастет, но… Не так давно я сказал Юле, что не дам загнать меня в могилу (инсульт, инфаркт), как это сделала ее бабушка Катя (мать тещи) своим поведением со своим мужем, на что получил ответ (дословно): «И как же это ты сможешь от этого предохраниться?!?» ☺ Весело? А меня это здорово задело! Почему ей в угоду я должен ложиться в могилу раньше положенного мне срока? Ведь я так мало жил и видел в этой жизни, стольким поступился для них!

Кстати, я все это не рассказывал никому, – даже себе самому стараюсь не вспоминать, как можно меньше об этом напоминать. Друзья видят все сами, а я давно ищу решения всем вопросам и своим проблемам сам и на стороне. И душевное общение, и радости, и понимание, и ответы на свои вопросы, советы… А теперь и любовь, и дружбу, и поддержку. И самое интересное то, что нахожу!

Оказывается, что Юля с тобой в один из твоих приездов говорила о тех событиях, которые происходили во время подготовки к нашей с ней свадьбы (предшествующих свадьбе, во время и после свадьбы), что ты ей рассказала правду о тех событиях.

И почему-то более 10 лет она не рассказывала мне, что она говорила об этом с тобой более 10 лет назад, что она уже знает правду о событиях после нашей свадьбы, знает чья вина и в чем! Ведь я не знал об этом разговоре, продолжал мучиться невысказанностью, недоговоренностью, нерешенностью этого вопроса, необоснованностью обвинений в мой адрес! Может это ей было удобно или ее родителям? И рассказала ли она об этом разговоре с тобой своим родителям? – Не знаю, не уверен! А если рассказала, – тем более подло, что я об этом ни от кого из них так и не услышал ни слова!

Мне и тогда, и теперь некуда уйти, но терпеть больше не могу! Тем более, что подобное «предложение» уйти с их стороны не было для меня неожиданным, – они давно выталкивали меня из семьи! Неожиданным стала та стремительность, с которой они стали это делать. Я уйду не в полную пустоту, – это нельзя назвать пустотой или нищетой (а полную нищету Юля, как я, не видела – она всегда была ограждена мной и своими родителями от такого: не ночевала на голой кушетке в поликлинике, на стульях на вокзале как я, не голодала из-за полного отсутствия денег!), – и это продлится не всегда! Уверен, что я выдержу и это, и выйду победителем! А какими победителями выйдут они все из этих всех последних событий? Не будут сейчас и/или спустя годы вспоминать с омерзением в своей душе эти события? – Но это уже их проблема. Главное, что победа останется за мной, – и наяву, и в душе!

Мальчиком для битья более не хочу быть! Ни для Юли, ни для ее родителей, ни для кого.

Для себя я решил, что не вернусь к ним никогда.

Они, может, думают, что я стану изгоем, отшельником, но ошибаются. Рядом со мной после моего ухода останутся все мои друзья, даже из числа их соседей. Рядом со мной останутся все те, кто мне верил и верит, кому я нужен, кто нужен мне. Я всегда жил жизнью одинокого волка, но жизнь – такая не предсказуемая штука, что это тоже может поменяться, если я кому-то поверю. Всем смертям и всем назло! И Леночка самый вероятный кандидат, для того, чтобы быть со мной в ближайшие годы.

Я ни от кого из них не прячусь, не отрекаюсь, но для того, чтобы я понял кого-то из них им придется понять меня. Я продолжаю любить своих мальчиков, но жить с ними всеми больше не могу и не хочу. И их последнее заявление только направило и укрепило меня в этой уверенности. Это принципиально, это окончательно, это обдуманно. Если раньше я метался в поисках решения, то теперь я его нашел с их помощью. И решился принять это решение. Спасибо им!

Пусть живут теперь так, как им всем хотелось, – без меня. А я буду сам устраивать свою жизнь.

И пусть жизнь сама расставит все на свои места.

Грустное получилось послание! Ну что ж, какова жизнь! И жизнь с ними в том числе!

Теперь о Лене. Меня неоднократно спрашивают мои знакомые и мои друзья, а не использует ли эта девочка меня, не пользуется ли она моей многолетней психологической травмой и семейной драмой в сочетании со своей молодостью, чтобы как-то «продержаться на плаву», не погибнуть в этом зверином мире, получить возможность и поддержку для окончания института.

Я много и достаточно серьезно об этом думаю, но не могу наверняка ответить на этот вопрос. Не думаю, что она может быть такой искусной актрисой, чтобы играть со мной столько времени, чтобы столько времени и так тонко развивать отношения, как они происходили.

В любом случае, если это даже и так, я поживу с ней столько, сколько получится, – и если она тоже исчезнет, то пойду дальше своим путем, если в этом появится необходимость. Будет обидно и больно, но это уже не так, как было обидно и больно в прошлой семье. Там я строил что-то большое, мощное, капитальное, вечное. А здесь имею возможность экспериментировать, жить для себя. Конечно, я и здесь буду строить на совесть, но, наученный горьким опытом, буду заранее настраиваться на худшее. Не в смысле жить с оглядкой, а просто быть готовым к такому повороту событий. И не потому, что, обжегшиеся на молоке, дуют на воду. Просто для того, чтобы сохранить свою душу в целости и неприкосновенности.

Хотя я ей пока безоглядно верю.

До свидания. Гена

6

Привет, МАМА!

Сегодня 27.05.2004. Писем от тебя все еще нет. Это наводит на определенные размышления, вызывает удивление. Я прошу, пиши хотя бы раз в месяц, хотя бы 2-3 строчки, – хотя бы для того, чтобы я знал, что все в порядке. Просто, исходя из того опыта, что я приобрел в отношениях с вами всеми, я знаю, что подобная политика всегда была в действии в нашей семье. Мне всегда было трудно понять: это невысказанная обида на что-то и поза в связи с этой обидой, или что-то случилось, или просто нет денег на конверт с маркой. Ты уж скажи (напиши) честно, что это, – мне так будет проще и понятнее. И в соответствии с этим «скажи» (напиши) и будем развивать и/или строить наши дальнейшие отношения и переписку.

Я не люблю и никогда не любил, когда кто-то, пусть даже и близкие родственники, «надув губы» сидят в стороне и всем своим видом хотят дать понять всем, что они недовольны, оскорблены, обижены и т.д. Но понять чем и почему недовольны никто не может – типа сам догадайся. Ненавижу такие ситуации и сцены! Ни в жизни, ни в письмах! Уж этого в жизни я «наелся досыта» еще с детского возраста! Всегда старался их разрешить, напрямую и открыто. И на моей памяти сохранилось много таких ситуаций, связанных с тобой в частности и родительским домом вообще. Это и гнёт, и неприятная память. И гадкий осадок на душе. И непонятно, кому «надувшийся» человек старается сделать хуже, и кому на самом деле делает это «хуже». И для чего – тоже непонятно!

Поэтому давай договоримся так, что после этого письма я временно прекращаю писать «в пустоту» и жду твоего письма для написания следующего своего письма. И буду писать в соответствии с тем, как и сколько буду сам получать писем от тебя. Исключение только в том случае, если я получу твое письмо после этого письма, если даже данное письмо по моим расчетам еще не дошло. Это не ультиматум. Ведь я даже не знаю, получала ли ты мои последние письма, или я их на самом деле посылаю «в настоящую пустоту». Переписку я возобновил не для того, чтобы, как и раньше нервничать и психовать, что месяцами нет писем. Не для того, чтобы думать изо дня в день «по нарастающей» что там случилось, что послужило причиной молчания: обида или болезнь. Я не хочу возврата этих мыслей и чувств. И переписку, можешь обижаться или нет, я возобновил не потому, что мне это очень надо, а потому что понимаю, что это надо тебе в первую очередь, особенно после смерти папы. Я даже не настаиваю на продолжении переписки, и если не хочешь вести переписку со мной, то можешь на это письмо не отвечать. Я все пойму сам. И довольно скоро пойму – понятливый стал, пора уже по возрасту стать понятливее! Можешь, конечно, обидеться, – только на кого и для чего? Не знаю только, будут ли тебе писать твои внуки… У них своя жизнь! ☹

Пойми только сама, что я эти слова пишу не со злости и не от обиды, – я давно перестал брать что либо близко к сердцу, – «дурного в голову, тяжелого в руки, грязного в рот». Просто, как я уже писал в одном из прошлых писем, или в прошлом письме: не хочу больше быть мальчиком для битья!

Может быть тебя не утраивает размер шрифта, который использую для печатания писем? Может тебе их трудно читать? –Так ты напиши, – я могу использовать шрифты любых размеров и начертаний (см. этот абзац ☺ – это только капля в море ).

Кстати, ты так ничего мне и не написала (и я не дождался ответа) по поводу того, получила ли ты ранее, уже давно отправленные тебе, фотографии, по поводу моих писем с информацией о Леночке, ответов на ряд моих вопросов. Это твое молчание связано с этими пунктами моих писем? Или ты игнорируешь мои вопросы? Навеваются много интересных и неприятных мыслей подобного рода в связи с твоим молчанием. Я всегда был достаточно прямым, просто не всегда это показывал, – а теперь просто горю желанием и требую прекратить всякие «ломания» и начать общаться и говорить прямо и честно! Или тебе трудно писать?

Последние недели ознаменованы для меня тем, что я чувствую себя просто великолепно. На душе полный покой, никто меня не дергает, не «канючит», не старается вывести из себя. Я спокойно работаю большую часть времени, занят своими проблемами по работе, проблемой поиска жилья. Я не эгоистичен, но такого спокойствия я давно не испытывал. И хочется продолжения этого состояния, спокойствия!

Лена помогает мне, как может: кормит борщами, тушеной картошкой, куриными супчиками, и пр., стирает мне рубашки, «терроризирует» чисткой зубов и внешним видом. Мечтает, что, когда будет жить со мной отдельно, а не сама в общежитии, то будет жарить рыбу, блины, пирожки, делать вареники и пельмени, изгаляться в приготовлении различных блюд, печь хлеб, пироги и торты. Делать это все в общежитии проблематично, потому что на запах такой пищи «случайно» «прилетают» соседи и друзья-студенты по этажу, и от приготовлений на целую неделю может ничего не остаться. И хорошо если сам успеешь наесться, или даже донести такую вкуснятину из кухни до своей комнаты. Она мне так и говорит: «Чего я буду кормить ту же Юля (соседку по комнате) или мальчиков из параллельной группы этими борщами, супами, курятиной, блинчиками, другими вкусностями, если у меня есть ты и я хочу этим всем кормить тебя и есть сама!?» Особенно, если вспомнить, что та же соседка Юля практически не готовит.

Лену в соседке раздражает, так же как и меня в Юле раздражало, когда соседка оставляет после себя немытую посуду на потом под предлогом нехватки времени или сил на настоящий момент, скорее всего в расчете на то, что не терпящая подобного Лена, в конце концов, сама схватится и помоет эту посуду. Раздражают валяющиеся по комнате пусть даже и в небольшом количестве личные вещи. Раздражает Ленку то, что Лена с сестрой притаскивают из дома (и/или мама передает им через междугородные автобусы и поезда) полные сумки с картошкой, консервацией, продуктами для повседневной еды, а та же соседка Юля везет из дома полные сумки шоколада, коробок с конфетами, – чтобы ручки не болели в дороге, чтобы не надорвать спину и ножки. Конечно, она может позволить себе, например, купить все, что ей надо, но ведь когда та же картошка или консервация лежат под руками, ее, на мой взгляд, быстрее приготовишь и съешь, чем когда их еще надо купить и принести из магазина или с рынка. И тогда проще перекусить колбасой или сметаной. Или сидеть на голодной диете с целью похудеть, и при этом полакомиться, если у тебя есть «вкуснятина». То же и с уборкой комнаты. Нельзя сказать, что соседка вообще не убирает, но делает это значительно реже, чем Лена. В связи с этим, я уже посмеялся, что знаю, кто от нашего переселения больше всех пострадает! ☺ Конечно Юля, – соседка по комнате, – и мальчики – соседи по этажу.

Все это, конечно, мелочи, но из них складывается мир в душе и в отношениях с окружающими, а через такие чувства и гармония со всем окружающим миром, внутренний комфорт или дискомфорт.

Совсем недавно Леночка проговорилась в моей (и бывшей ее) больнице о наших отношениях и планах на будущее. А может, и не проговорилась, а сказала сознательно, – не знаю. До этого о наших отношениях из всей больницы знала только К., + сестра самой Леночки, и + еще один наш молодой доктор с женой из числа не болтливых. Больше никто и не догадывался, хотя все знали, что мы давно дружим.

В настоящее время у нас почти пропала необходимость скрываться от ее бывших и моих настоящих сотрудников, – всем стало известно, что это у нас серьезно. Тем более, что я всем еще раньше объявил, что ушел из дома и ищу себе квартиру. Это убавило проблем при «организации» наших встреч, нет необходимости врать и искать отговорки для объяснения, почему девочка появилась в то время, когда я дежурю, и угощает меня свежим борщом или готовит пищу прямо в отделении, хотя сама давно у нас не работает. За то теперь у ее бывших и моих настоящих сотрудников по пульмонологическому отделению есть много интересной пищи для обсуждений и пересудов! Это так интересно порой наблюдать со стороны! ☺

Ленка говорила мне вчера, что на днях в своем общежитии примеряла первый раз свадебный наряд невесты, что ей это одеяние очень понравилось, что она в этом наряде очень понравилась присутствующим девочкам. И до-во-о-ольная !!! И вдохновленная! И полна планов посмотреть и примерить еще огромное количество таких нарядов где только это будет возможно! И выбрать самое-самое подходящее!

Я по мере возможности помогаю Лене с учебой: распечатываю ей что-то для занятий, таскаю для нее бумагу и пр. Но от всего этого она не так довольна, как от известия и ожидания, когда мы будем жить вместе! Прямо таки бредит этим все время!

Ходили с ней на днях в один достаточно дорогой и престижный кинотеатр города. Да-а-авно я не был в кинотеатрах! Тем более такого класса и качества! Ходили с ее однокурсниками, смотрели какой-то фильм (название заковыристое, – не помню) про вампиров, – фантастика в стиле фэнтэзи. Хоть я и не люблю фильмы про вампиров, но этот фильм больше не про собственно процесс их питания и гастрономические наклонности, а именно красивая сказка о борьбе добра и зла. От того, что зло представлено в виде вампиров, а добро – мифическими супергероями, никак не повлияло на красочность фильма и удовольствие от его просмотра. Словом, мне понравилось, Ленке тоже, и мы договорились сходить на следующий фильм.

Жду не дождусь, когда я найду квартиру, смогу забрать из дома компьютер и видеомагнитофон, и покажу ей и сам посмотрю другие шедевры современного и старого мирового кинематографа.

Тем более, что мы договорились, что сразу после переселения на квартиру мы идем и подаем заявление о регистрации брака. Это, пожалуй, самое интересное событие, ожидаемое на ближайшие дни.

Удивительное умиротворение в настоящее время в моей душе. Если честно, то я уже и не помню, когда мне было в жизни так спокойно, просто и хорошо на душе, – наверно никогда! Меня никто не может вывести из себя, как ни старается. Не смотря на погоду, усталость, неустроенность, проблемы.

Даже несколько звонков Юли ко мне на работу не смогли меня очень сильно вывести из равновесия. Бывшая жена сначала один раз театрально заявила, что она меня отпускает, что позвонила со мной попрощаться навсегда!!! Потом позвонила сказать, что она любила и продолжает меня любить, что не может без меня жить. Что ей очень тяжело морально одной без меня! Что она хочет знать точно и правильно, люблю ли я ту женщину, кто со мной сейчас рядом (не потому, что знает что-то о Лене, а, скорее всего потому, что понимает, что «свято место пусто не будет»!). Что она хочет знать точно и честно, когда и сколько мы знакомы с этой женщиной. Ну и так далее. И т.п. И пр.

О наших прошлых отношениях говорила много и бурно, с оговоркой на свое участие в развале семьи попыталась преимущественно меня обвинять в очередной раз в черствости и пр. грехах при совместной жизни. Я попытался сказать ей, что «собака бывает кусачей только от жизни собачей», но, кажется, она это пропустила мимо своих ушей. Продолжает «передергивать карты», старается свалить вину на все прошедшие события на кого угодно, только не видит там не только своей вины, но и своего участия в процессе.

Если честно, то, на сколько я знаю, она порядком достала мою теперь уже бывшую соседку Лену с 7-го этажа (думаю, ты ее помнишь) своими стонами, своей депрессией, своими рассуждениями, жалобами на жизнь, на судьбу и на меня. Соседка Лена даже попыталась навести у нее хоть какой-то порядок дома: что из старых вещей надо и можно выбросить, что надо и можно переделать, в чем надо и можно навести порядок. Лене она говорит теперь, что она делает ремонт для того, чтобы я вернулся в более благоустроенный дом, чтобы мне было после моего возвращения хорошо, – лучше, чем было раньше. Боюсь только, что все это такое же позерство, как и все остальное, и игра на публику. Лично я всему этому не верю: это или минутный порыв, или поза, или желание выдать желаемое за действительное. Практически Лена-соседка пережила или переживает сильнейший прессинг с ее стороны, устала от нее до такой степени, что даже позвонила ее маме, чтобы та как-то повлияла на Юлю, приструнила, одернула, сделала замечание или внушение, и Юля прекратила Лену терроризировать этими ежедневными длительными пессимистическими и упадническими разговорами. Результатов пока толком не знаю.

На вопрос соседки Лены, а не думаю ли я, что надо что-то вернуть назад, я буквально расхохотался, т.к. не поверил, что Лена это сказала всерьез. Уж она-то знает, на сколько это было тяжелое «заболевание», и подобная радикальная хирургическая операция была жизненно необходима. А отрезанные орган, как и осколок разбитой чашки, назад приживляется с большим трудом, или отторгается со временем. Собственно такой процесс (отторжение отрезанного ранее) мы и наблюдаем сейчас.

(Вот уж поистине, в одной истории столько похожих имен – 2 Юли, 3 Лены, – что обязательно надо уточнять, о какой Юле или Лене идет речь. И самое интересное, что на самом деле их еще больше, если вспомнить еще и тех, кто часто или временами бывает рядом из числа наших знакомых и/или друзей, и о ком не было необходимости упоминать в этом письме!)

Приезжал Игорь с Дальнего Востока с семьей, Юлин брат. И Юля, и ее мать старались категорически не дать нам поговорить, встретиться, словом пообщаться. Но мы с ним сначала поговорили по телефону (случайно), потом случайно встретились. Он мне сказал, что не намерен рвать наши с ним отношения только потому, что я ушел из дома. В наши отношения с Юлей он никогда не вмешивался, крайне редко задавал вопросы, старался держать полный нейтралитет. Слушал, что мы сами говорим. Хотя за последние годы понимал, что наша совместная жизнь превратилась в кромешный ад. Он ничего не сказал о принятом мной решении окончательно уйти из дома, от семьи, ничего не стал спрашивать в ответ на мои слова, хотя молчаливо понимает, что так дальше нам с Юлей жить нельзя. Только в ответ на мой вопрос, хочет ли он, чтобы я ему написал и дал адрес для дальнейшей переписки, не задумываясь, дал утвердительный ответ. Он и раньше придерживался мнения, что наши отношения с Юлей – это наши отношения, а наши с ним отношения – это наши отношения. Мне всегда нравился этот сначала мальчик, потом парень, а теперь мужчина своей рассудительностью, спокойствием. Если он не принимает чью-то сторону, то это не значит, что он осуждает или оправдывает, – это просто нейтралитет, чаще оправданный на мой взгляд. И теперь только слушал.

Началась моя новая эпопея моих отношений с моей семьей. Устами и руками Вадима Юля теперь старается задержать выдачу мне моих личных вещей. Думаю, что она их рано или поздно выдаст, но думаю, что нервы постарается потрепать достаточно. Хотя с их слов все собрано и готово для транспортировки. Мне, например, предложили, что они будут выставлять вещи в подъезд, а я буду их выносить в машину. Что в квартиру они меня не пустят, что Вадим мне не доверяет, что я что-то не то возьму!.. Словом очередной маразм. Обиднее всего это слышать от Вадима, но я и это переживу как-нибудь.

Как когда-то их всех ограждал от всего неприятного, мерзкого, гадкого, так теперь и Леночку, я стараюсь оградить от всех событий подобного рода, или хотя бы от душераздирающих подробностей. Для того, чтобы душевный покой и комфорт не нарушался по таким мелочам.

Продолжаю серьезные поиски работы с предоставлением жилья. Мне помогают это сделать мои друзья и будущие родственники. В связи с тем, что подобное сочетание (трудоустройство врачом с предоставлением жилья) в нашем городе практически невозможно, делаю расчет на поиск работы с предоставлением жилья по Украине, чтобы уехать из этого города. Конечно, переселившись в другой город, я потеряю наработанные связи, знакомства, знание ситуации в учреждениях здравоохранения г. Запорожье, но это не страшно. Если мне дадут служебное жилье, я смогу не задумываться о том, что завтра или через несколько месяцев мне придется снова искать жилье, болтаться как сейчас по больницам, друзьям, фирме, искать, где можно переночевать сегодня, завтра, после завтра. А наработанные связи, знакомства, знание ситуации в учреждениях здравоохранения – дело наживное в любом другом городе.

Надеюсь, что в ближайшее время этот поиск работы увенчается успехом, и что я уеду устраивать свою жизнь где-то в другом месте. Думаю, что только единицы из числа моих друзей будут знать точное место моего пребывания после отъезда из города: я не хочу, чтобы груз моих настоящих проблем в ближайшее время достал меня и окружающих меня людей по новому месту работы и жизни. Я и Юлю предупредил, (вопрос, услышала ли она) что может случиться так, что я исчезну в неизвестном направлении, и никто не будет знать, где меня искать. Мобильный телефон, если честно, планирую, будет продолжать работать, т.к. для частных лиц в настоящее время не представляется возможным вычислить место в городе и стране, где я в то или иное время «снял трубку», из какого города звоню сам. Так мои друзья и моя бывшая семья при необходимости смогут мне сообщить что-то, а я сам буду решать, отвечать ли мне на этот звонок, продолжать ли мне этот разговор или нет.

В любом случае пиши мне пока на адрес К. Елены, – она, если что, перешлет мне эти письма или передаст их моей Леночке. Когда у меня будут другие координаты, и я захочу их кому-то сообщить, – я их обязательно сообщу. И эти координаты не надо будет, кому-либо сообщать, если я этого сам не попрошу или не разрешу. Такая будет договоренность с друзьями, так же договоримся и с тобой.

После того, как я устроюсь на новом месте, – надеюсь, что это произойдет в ближайшие месяцы, я начну строить жизнь заново. Строить спокойно, без суеты и довлеющих от прошлой жизни проблем. Леночка окончит институт и приедет жить и работать ко мне. Видеться будем в ближайшие 3 года, конечно, очень редко, но мы договорились, что мы это потерпим. Больше всего, как я смотрю, это угнетает не меня, а Ленку. Она уже заранее, как мне кажется, начинает страдать и скучать только от мысли, что меня не будет рядом. Но это уже, как говорится, «следующая серия».

Подразделение на фирме, где я работаю днем, не выполнило в этом месяце план. Это прогнозируемое ранее состояние, и дальше будет еще хуже, если мне не дадут денег на рекламу. Однако, судя по разговорам с администрацией, этого не произойдет. Потому существование моей настоящей дневной работы в фирме, как и существование самой фирмы, может прекратиться. Я потеряю большой «кусок» месячного заработка, изменю тогда свои графики работы в больнице и на «скорой», чтобы чаще бывать дома по ночам (надоело, если честно, жить постоянно на работе!), и начну искать себе новую подработку.

Это тоже одна из причин, чтобы искать себе «новой доли» «в чужих краях», – если при параллельном существовании фирмы и моих государственных работ как-то выжить было можно, то без этого заработка на фирме станет значительно «печальнее». Особенно при отсутствии собственной квартиры.

В любом случае, даже если я и уеду раньше, чем фирма прекратит свое существование, – это не страшно. Т.к. если будет интересное предложение по новому месту работы, то цепляться еще несколько месяцев за уже не гарантированный в будущем заработок с риском потерять то интересное предложение я не буду. И по новому месту работы я найду, как пристроиться, где заработать, подработать, – конечно, не сразу, но со временем.

Кстати, Леночка (а вместе с ней многие, в то числе и муж К.) просто диву дается, как я умудряюсь везде крутиться, постоянно зарабатывать деньги, везде искать и часто находить свою выгоду, постоянно ловить удачу. По-моему, ей это не только удивительно, но и радует. Я ведь не сижу на месте! И не жду, как другие, какой-то призрачной премии от работодателя, а стараюсь сам себе эту премию сделать. Она уже убедилась, что когда я говорю, что деньги будут, – то это так и есть. Она для совместной жизни, наверно, планирует только мои официальные заработки, а получается так, что я последнее время даже не трогаю больничных денег (больница нам перечисляет зарплату на пластиковую карточку) и они просто накапливаются «на карточке» на осень, как на сберкнижке. А живем мы на мои левые заработки и на заработок на «скорой». Но и эти «левые» заработки – иногда даже хочется пойти в банк и тоже внести «на карточку». (К счастью, я уже рассчитался с теми долгами, о которых писал в прошлых письмах! Это первая зарплата с августа прошлого года, с которой мне кроме, текущих платежей, – например, за мобильную связь, – ни за что не придется никому возвращать долги. Это так благотворно влияет на мое самочувствие!)

Вот пока и все! Жду письма для того, чтобы вновь продолжить с таким трудом восстановленную переписку между родственниками в бывшей когда-то единой и нерушимой советской стране!

Кстати, от бакинских родственников никаких известий не было? У меня не было, а у тебя? Как здоровье, как квартира? Как вообще вся твоя жизнь?

Если тебе хочется что-то написать моей Леночке, то можешь писать, – я ей твои письма даю читать. И свои тоже. Так что она в курсе того, что я тебе, а ты мне пишем. Не всегда со всем согласна, правда. ☺

До свидания. Гена

7

Привет, МАМА!

Сегодня 01.06.2004. Писем все нет и нет. Последнее письмо к тебе ушло 29.05.2004. Решил пока писать (накапливать) для будущего письма то, что по мере происходящих событий происходит. После получения твоего письма мне не придется вспоминать, что написать, что было за прошедший период времени, – только добавить ответы на текущие твои вопросы из твоего письма, – и можно распечатывать готовое письмо. ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺ ☺

Как я и предполагал, Юля уже отказывается от своих слов и действий, что это она «вытурила» меня из дома. Она теперь говорит, что сделал это Вадим, а она с этим была не согласна, что она просила перерешать все по-другому. И я виноват, что это не было сделано по-другому. Перед ней и перед Вадимом!

А 2 или 3 дня назад она пришла ко мне в больницу на дежурство для того, чтобы «поговорить». Я отказался разговаривать с ней или с кем-то из них до того момента, когда она отдаст мне вещи. И что я до этого времени вообще не хочу что-либо с ней обсуждать. Не смотря на это, она попыталась что-то говорить, что-то высказывать в мой адрес. Требовала рассказать правду о моих былых изменах, о моей прошлой и настоящей жизни на стороне, о том, кто и сколько времени рядом со мной теперь. Для чего это ей надо – не знаю. В любом случае такую информацию я давать ей не собираюсь! Тем более что кроме обвинений и мольбы вернуться она ничего нового и конструктивного не произнесла. (Конструктивного в плане хотя бы путей возвращения, решения наших проблем или примирения. – Только психопатические высказывания в мой адрес.) Даже обещает прописать меня, но вновь без права распоряжения жильем или участия в решении судьбы имущества. А такое одолжение мне ни с какого боку не надо!

А позавчера у нас с ней состоялся телефонный разговор. Я позвонил спросить, когда можно забрать мои вещи из дома. Она стала много-много говорить, как всегда обвинять меня в том, что между нами произошло, повторяться в своих высказываниях. Словом, в том, что между нами произошло, она продолжает винить меня. И, если и не делает из себя «непорочного» ангела в данной ситуации, то и виноватой себя не чувствует и не видит. Потом она всю ночь стала звонить в ординаторскую к К. Елене, вести разговоры с ней обо мне и о себе, о наших с ней отношениях. Заключение, которое сделала измученная этими всенощными звонками К.: человек достаточно серьезно болен, ей нужна достаточно квалифицированная помощь, и ведение с ней каких-либо дискуссий по телефону или лично не имеет никакой перспективы. Она просто не слышит и не помнит того, что ей говорят, часто сама не помнит того, что говорила сама только что или давно. Помощь нужна срочно и высоко квалифицированная.

(Зато все, что касается материальных благ, схватывает мгновенно, – точь-в-точь, как ее бабушка! Когда я сказал, что по необходимости – надо много стирать своего белья, медицинских костюмов, постели и пр. – буду вынужден купить себе стиральную машинку, она прореагировала мгновенно: «Так купи ее мне, и я буду тебе стирать!» О том, что у нее есть хоть и старенькая, но очень хорошая машинка, которой пользовались последние годы больше я, чем она, Юля помнить не хочет. Более того, потребовала купить ей машинку-автомат, и не из дешевых, а когда я сказал и уверил, что покупать стану машинку типа «Малютка», то потеряла интерес к этому вопросу!)

Я и сам это понимаю и знаю, но ничем помочь не могу. Вернуться к ней после того, что произошло в последнее время, даже если бы у нас с Леной не было никаких отношений, просто не захочу и не смогу. Даже если бы я и вернулся, то на долго ли хватило бы этого стресса, – могу точно сказать, что очень не долго был бы мир в этой семье, да и то в виде военного перемирия. Характер человека после 40 лет никуда не спрячешь и уже не изменишь! Денег, чтобы помочь ей в лечении, дать не могу, – их у меня нет, – да и почему я должен лечить ее, если она для меня сейчас уже никто? Для этого у нее есть родители, родственники, любимый старший сын, в конце-то концов! – А я в ее психических проблемах виноватым себя не считаю, – думаю, что это давно начали проявляться наследственные факторы. Просто я не хотел в это верить, видеть, да и какой толк, если бы я попытался это кому-то сказать? Стал бы врагом еще больше!

И еще думаю, что происшедший дома 11 апреля разговор между нами всеми, Юля рассчитывала, как вариант, припугнуть меня, или поиздеваться, или показать свое превосходство, или черт знает, что еще показать. Мне кажется, что она не воспринимала всерьез сложившуюся ситуацию, что она думала, что террором и угрозой потери всего имущества она сможет меня удержать. Ошиблась, и теперь не может поверить в свою ошибку или простить ее себе или мне. Как ей можно поверить в то, что я бросаю все имущество, квартиру и ухожу? Такое у нее, наверно, просто не сможет никогда уложиться в сознании.

И не думаю, что это «психическое» состояние у нее только от сложившейся ситуации. Если покопаться в анамнезе, то ее бабушка (тещина мать) вела себя с мужем и окружающими аналогично и закончила свою жизнь в психиатрической клинике. Юля из года в год все больше нагнетала обстановку в семье, в наших с ней отношениях, то ли не задумываясь, то ли от своего характера, то ли из-за усугубления своего заболевания. Да, теперь я, хоть и не хочется, все больше склоняюсь к тому, что это не столько и не только характер, сколько психическое заболевание. А в случае ее госпитализации в психиатрию ее родственники постараются в глазах детей и др. людей обвинить меня во всех смертных грехах!

В конце прошлой недели по всему городу праздновался последний звонок. Я в силу сложившихся семейных обстоятельств не участвовал в этих событиях. Грустно, но ничего не поделаешь. Знаю от Юли, что у Вадима планируется в ближайшее время в техникуме защита дипломной работы, но когда и как – не знаю ничего. Тоже следствие развития наших отношений. Ничего не поделаешь, – судьба! Я уже это пережил, да и не 1 раз!

Сегодня день рождения Наташи, – родной младшей сестры Леночки. Я заказал торт (созвонился, что он будет мне доставлен в срок, и уже получил его на руки), пойдем вместе с Леной и ее друзьями к Наташе на встречу этого события у нее в общаге, где должны собраться Ленкины и ее друзья. Планируется маленькая «посиделка» типа той, что была в день рождения самой Лены. Почти или в том же составе. Так что, поел борща – и на день рождения!

А борщ сказочный! Даже в холодном виде! – Она оставила мне его в холодильнике на фирме, когда дежурила здесь в последний раз. Одну банку я уже приговорил на «скорой», – заехал вчера по дороге и забрал с собой банку, – а вторую начал сегодня и закончу завтра, скорее всего.

И торт сказочный! 2 килограмма этого торта на 7 человек (голодных студентов и меня – все без обеда, а некоторые и без завтрака) в прошлый раз хватило для того, чтобы наесться до тошноты под бутылку вина на всех и компот. Сейчас заказал точно такой же! И уже послал сообщение на все «мобилки» заинтересованных лиц, что торт уже у меня. Пусть народ порадуется в ожидании этого чуда!

Кстати, вот график моих дежурств на июнь, – достаточно напряженный, как ты можешь заметить:

Так уж получилось, что в этом месяце дежурств по приемному отделению у меня нет. Это и к лучшему: различной мороки много, отдыха мало, усталости и ругани со всеми смежными службами, самими пациентами, родственниками, и пр. несоизмеримо больше. Потому я не особо и люблю, когда приходится дежурить по приемному покою, хотя любая работа – есть работа. Если за нее платят деньги, то ее надо исполнять, надо работать. А когда и на каком терапевтическом посту сегодня дежурить, – мне, в отличии от некоторых наших врачей, совершенно безразлично. Я потому иногда со смехом называю себя «универсальным солдатом». ☺

Сегодня 02.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера, как и предполагалось, посидели с Леной, ее сестрой Наташей и их друзьями на дне рождения Наташи. Все было прекрасно! Чистые и добрые люди, не испорченные разными проблемами межличностного и семейного характера, искренние улыбки и смех, тишина на душе. Я отдыхал эти 2-3 часа, что я там был! Самая красивая в этой компании – моя Леночка. Конечно, у каждой девочки, что там присутствовала, есть какие-то свои достоинства, прелести и так же недостатки: например, дурманящая притягивающая молодость, смазливые симпатичные личики, эротические попки, аппетитно стоячие груди, красивые разительные фигурки, тонкие изящные точеные ножки, иногда слегка заигрывающие дразнящие или горящие любопытные взгляды (тайком от Ленки, – знают, что спуску никому не даст! – порвет на части обоих! ☺). Вот только при взгляде на Ленку мне кажется, что ее фигурка с одной стороны самая пропорциональная, без необходимости маскировки одеждой невыгодных частей, с другой стороны просто несравнимая ни с одной другой. Словно точеная статуэтка в греческом музее, словно изображение на картине в Эрмитаже, – до тонкостей филигранно подобраны и схвачены все те женственные и девичьи тонкости, которые так привлекают мужчин, и в то же время ничего нет лишнего. А те платьица, и наряды, которые на ней великолепны, на ее сестре совсем так не смотрятся, – мы оба вчера на это обратили внимание.

И, зная уже некоторые характеры и нравы присутствующих, могу сказать, что более всего мне нравится Ленкин характер, хотя и не во всем. Но даже «трудные» черты ее характера мне почему-то во многом милы и приятны. А характер ну уж очень трудный и своеобразный!

Сегодня планируется переезд наш с Леной на квартиру. Уже позвонил хозяевам, – нас ждут. А сама Леночка ждет просто с таким нетерпением, что просто диву даюсь! Да и я тоже никак не дождусь этого момента, как она останется со мной одна на квартире: такая домашняя, такая ласковая, такая колючая, хозяйственная, нежная, озорная, дурачащаяся… Словом, эпитетов и характеристик можно назвать много-много!.. Чувствую себя как мальчишка, ждущий первой брачной ночи!☺

Возьмем на первые вечер и ночь самое-самое необходимое имущество из ее общаги, из моего офиса, – остальное купим по дороге, и, позднее, перевезем более аккуратно. Сегодня нам хватит совсем немного. Я бы взял еще вина или шампанского, но знаю, что ей на завтра надо много учить, – конец учебного года предполагает много всяких зачетов, итогов, сдачей, и пр. Так что, если она откажется от вина и/или шампанского, – тогда перенесем празднование этого всего на более позднее время. Никуда этот праздник от нас не денется!

Сегодня 03.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера мы въехали с Ленкой на новое место жительства, начали устраиваться. Это времянка в частном секторе из 2-х меблированных комнат, кухня, ванная. Туалет на улице. Горячая вода только на плите в ведре. Холодная вода в кране, сток есть. Пока поживем в этой квартире, потом, надеюсь, найду что-то лучше. По имеющимся доходам и это достаточно дорого!

Не впервые, но провели время вместе на новом месте ни от кого независимо. Купили кучу всяких мелочей для самостоятельной отдельной жизни. Правда, я был на столько вымотан физически, что не во всем мог ей помочь, – засыпал на ходу. Познакомил ее немного с поселком, где когда-то много лет назад работал участковым терапевтом. Посмотрели магазины, – новые и старые, хотя и не все. Побывали на местном рынке. Прикупили продуктов на вечер.

Успели получить поздравления от некоторых друзей с началом совместной жизни. Народ искренне за нас порадовался, мечтают приехать к нам в гости. Выпили с хозяйкой квартиры шампанского.

Сегодня поедем покупать стиральную машинку типа «Малютка», без которой нам, как мы считаем, будет трудно, – стирки будет много: постель, носильные вещи, моя рабочая одежда и пр. Вещи громоздкие, выстирать их руками будет крайне проблематично.

Очень надо купить свой холодильник, но даже не знаю, когда на это будут деньги. Боюсь, что в ближайшее время денег будет катастрофически не хватать на многие вещи. Рассчитывать приходится только на то, что я буду зарабатывать на всех моих работах.

Сегодня 04.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера купили стиральную машинку «Агат» с реверсом. Недорогая, простенькая, компактная. Емкость 27 литров, загрузка белья 2 кг. Типа «Малютка». Конечно, она далека от совершенства по современным меркам, далека от того, к чему я привык, и что хотелось бы самому. Не знаю, на сколько ее хватит, но на какое-то время должно хватить. Если бы можно было прогнозировать постоянные доходы, можно было бы через 1-1,5 месяца постараться и купить что-то лучше, но останавливают ряд отрицательных факторов: размеры, что затрудняет хранения в перерывах между рабочими состояниями, тяжесть и размеры при доставке, место в ванной комнате, и пр. А нужна сегодня, а не через месяц, – стирки будет много: постель на «скорой», носильные вещи, моя рабочая одежда и пр.

Ленка довольная, как мне показалось, словно киска после большой миски сметаны. Прямо таки не дождется, когда я передам ей достаточный объем белья из перечисленного выше для стирки. Я и сам бы хотел в числе первых ее лично испытать, но, возможно, это не судьба. Будет испытывать сама, без меня.

После бешеного ритма дежурств и неустроенных ночевок за последние все месяцы никак не могу прийти в себя, – тем более, что для отдыха даже на квартире было пока только несколько часов. Как ни стараюсь в меру возможности расслабиться на работе, – отдыха не хватает. Из-за нехватки возможности отдохнуть происходят срывы, которые невозможно себе даже представить в другое время.

На один из таких срывов во время дежурства, грозящем вылиться в разборки с прокуратурой, мне сегодня указала моя нач. мед. по больнице. Указала почти со смехом (в другие времена просто уволила бы), что сначала здорово удивило, а потом получило объяснение: накануне наш доктор, Лянной Андрей Вильевич, говорил с ней и рассказал, что собирается уйти при малейшем нажиме со стороны администрации. И что меня заберет с собой (не забывай, что только на июнь на мне «висят» 20 дежурств). И что я тоже нахожусь на грани, и готов на написание заявления об уходе в любой момент. После чего разбегутся все остальные, в том числе и те, кто пытались на меня или него наехать больше всех из числа наших же сотрудников приемного отделения. Неприкрытые дежурства лягут на нее, и ей тоже хоть стреляйся! «Гена! Нас стали ценить и любить!» – смеялся этот доктор сегодня утром с иронией.

Ленка позавчера впервые увидела, как при крайней усталости я могу что-то делать практически «во сне», – например, настраивать мобильный телефон ничего не соображая и не ориентируясь в окружающем. Мне кажется, что она ни в тот момент, ни потом не поняла, что это было. После того, как я ей на другой день попытался объяснить свое состояние, она, как мне кажется, так и не поверила, что я не притворялся, когда не мог оторвать голову от подушки и туловище от постели, когда она заставляла меня что-то ей помочь. Или сделала вид, что разозлилась.☹

Сегодня 07.06.2004. Писем все нет и нет. Днем 04.06.2004. на занятиях на Ленку «наехали» ее институтские друзья и потребовали показать наше новое место жительства, куда мы переехали 02.06.2004. Словом, группа в составе 8 человек ее друзей вместе с нами посетили наше новое жилье. Всем очень понравилось. Думаю не удивительно, т.к. эти друзья уже как минимум 3 года живут в общежитии по 2-3-4 человека в комнате (туалет и душ на 5-6 человек, т.е. на 2 комнаты). И знают, что есть условия и похуже в других общежитиях: туалет на этаж бог знает на сколько человек, душ по часам на 2 этажа. Живут так, как семейные, так и чужие люди. Потому «2-х комнатная квартира» на двоих супругов им, наверно, показалась королевскими условиями. Тем более, что я не пожалел алкогольных напитков, и они были еще и «подогретые». Ну и пусть Ленка тешится, – потом что-то придумаем поинтереснее, если удастся и когда удастся.

06.06.2004. Леночка позвонила мне в середине дня на дежурство и сообщила, что вывезенные от меня из больницы в тот же день рано утром грязные вещи: постель со «скорой помощи», носильные вещи, 3 смены моей рабочей одежды (все это вместе большая-большая сумка) уже постираны. Новая стиральная машинка ею уже опробована в действии и ей понравилась. Пыталась даже покрасить мои медицинские рабочие костюмы в зеленый и халаты в синий цвета (в соответствии с теми цветами, которые у них были ранее), но что-то там не так получилось, как она хотела. Словом, мне все это очень приятно и вовремя, т.к. эти костюмы и халаты уже псиной, по-моему, воняли за последние несколько месяцев непрерывной носки, а отдать их стирать в прачечную больницы не хотелось: они мне уже 1 раз их «постирали», после чего костюмчики потеряли 50% своей жизни. Сама по себе стирка заняла на так много времени, особенно если сравнить с тем, сколько бы это заняло времени и сил при ручной стирке. Потому Ленка позвонила буквально через несколько часов после расставания со мной такая довольная!!!

Сегодня 08.06.2004. Писем все нет и нет. Сегодня навалилось множество проблем, как по предприятию, так и в личной жизни. Вот сижу, решаю. Приходится встречаться с людьми, принял 2 доктора на работу. Регулирую графики.

Вчера вечером опять разговаривал с Юлей по телефону с работы, – вынужден был выйти на связь из-за решения вопроса вывоза моих вещей из дома. Диагноз «Аффективное состояние», о котором мне уже говорила К., с вытекающими из него проблемами, упреками, разговорами и пр., на мой взгляд, подтверждается. Это если не говорить о более серьезном психическом заболевании, о котором уже тоже как-то шла речь.☹ И чего только она мне не наговорила: и о прошлом, и о настоящем, и о будущем, – в основном придуманное ею самой и «высосанное из пальца». Просто диву даюсь, как в одном человеке может столько «хорошего» сразу уживаться. Мне каждый раз все страшнее с ней говорить, все страшнее оставаться из-за нее в этом городе. Боюсь, что в какой-то момент времени она станет просто неуправляемой и может натворить много такого, о чем потом все, и она в том числе, будут жестоко жалеть всю оставшуюся жизнь. Проблема еще и в том, что ее действия будут рассматриваться не в разрезе ее характера, ее заболевания, состояния, а в ключе моей вины перед ней и перед всеми. А при чем здесь я?!? Если даже идти по пути обвинения всех без исключения, то до абсурда наши отношения довели мы все, и почему я должен быть виноватее всех? Особенно если я беру на себя окончательное «страдание и неустроенность» как результат всех событий, исключительно, чтобы сделать легче переход на новое состояние всех нас и чтобы не травмировать всех участников события и окружающих нас людей!

Ленка ходит с руками синего цвета: она после стирки попыталась покрасить мои костюмы и халаты в соответствующие им цвета. Не столько прокрасились халаты и костюмы, сколько ее бедные ручки! Мне их так жаль, что нет слов, как это описать!

Сегодня 10.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера был достаточно трудный по многим параметрам день, а на сегодня предстоит еще и «переезд», точнее перевоз моих вещей из дома на квартиру, которую я снял и о которой рассказывал ранее. За машину договорился (нанял), друзья подъедут помочь быстренько вынести вещи из дома и погрузить в машину (машина нанимается почасово, потому надо ее быстро загрузить, отвезти, разгрузить, чтобы не платить лишние деньги). Ленка будет встречать меня там, на квартире. Представляю, как она сегодня будет «шерстить» мои вещи, как покритикует их на предмет, надо или не надо что-то из этих вещей выбросить или пустить на тряпки, а что-то восстановить, перестирать и носить дальше (она давно на это «точит зубы»). Да и правильно, т.к. старья скапливается неимоверное количество, место занимает, мысли «портит», а пользы не приносит и вряд ли когда-то принесет.

Ради этого «переезда» я даже на сегодня «продал» ночное дежурство, что уже вчера вечером повергло в шок тех моих сотрудников, которые об этом узнали, и кто хорошо знает меня.

Сегодня 11.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера перевозил свои вещи из дома на квартиру, которую начал снимать для проживания. Да-а-аа! Юля поиздевалась, как только могла! Зная, что перевозка вещей, – муторное и достаточно дорогостоящее дело, тем более дорогое и по деньгам, и по затрачиваемым силам, она постаралась создать мне максимум проблем во время перевозки. Коробки, которые она собрала для меня, рассыпались в руках или были почти неподъемными. Основная масса коробок была забита таким дерьмом, что просто уму непостижимо! Например, огромный чемодан, если видела у нас темно коричневый, в который, наверно, может даже поместиться 10-12 летний ребенок, она битком набила старыми рваными носками, майками и трусами, – аж раздулся, бедненький (сколько же лет и для чего надо было все это хранить и собирать?). И сопроводила это все язвительной запиской и своими стихами о своей любви. Основная часть коробок была забита старыми вещами, которые она прекрасно понимала, что носиться они не будут никогда. Или донельзя рваное одеяло, засаленную до предела подушку, как будто политую маслом специально.

Словом использовала меня как «устройство» для вывоза мусора. Тем более что у нас перестали во всем доме функционировать мусоропроводы!☺ Ну ничего, когда-то надо было избавиться от этого хлама!

Я понимаю, что бумаги она не стала выбрасывать, т.к. не знала, нужны ли они мне, но все вышеперечисленное, – просто мрак! Главное, знала, что у меня оплата машины почасово, и постаралась упаковать дерьмо так, чтобы я не мог его распаковать на месте погрузки, посмотреть и решить необходимо ли мне это везти, а ценные вещи или вообще не положила и спрятала, или разложила где-то по дому так, что я метался в поисках этих вещей и попытках их на скорую руку собрать и упаковать. Например, не положила ни один из спальных мешков, – ни тот, что вы когда-то подарили, ни тот, что мне когда-то подарила Лена К.. Разложили на столе компьютер в разобранном виде, так что мне для его перевозки пришлось спешно «скидывать до кучи», чтобы не везти каждую деталь в руках. Вспомни, что это было в условиях жуткого дефицита времени! Очень пыталась уговорить меня по телефону, не забирать электродрель, которую вы когда-то привезли из Ашхабада и подарили мне. Но когда я увидел, как она собрала вещи, – я просто был взбешен!

После разборки моих вещей и их сортировки выяснил (я, конечно, еще все оставшееся, не выброшенное вчера, проверю в более спокойном состоянии) оказалось, что она не вернула кучу новых моих вещей: брюки, рубашки, трусы, носки и пр. Было бы понятно, если бы эти вещи были хороши для детей, но ведь нет у них таких размеров! Брюки не вернула ни летние, ни зимние. (Я, в надежде, что они ко мне должны были вернуться, не покупал летние брюки и парюсь уже в жару в теплых зимних штанах.) За то положила почти в каждую медицинскую и немедицинскую книжки мои старые фотографии, где я сфотографирован с кем-нибудь из женщин!

За то вернула мне постель «с тиграми», которую я дарил ей несколько лет назад на День Святого Валентина, вернула пеньюар, который дарили ей то ли на свадьбу, то ли чуть позднее. Самое интересное, что пеньюар этот она почти никогда так и не носила, – может, пару раз одела и все! Всунула какую-то посуду, – я еще не разбирал тот ящик, не знаю какую. Тоже, надо понимать, как возвращенное, наверно… Только что и в связи с чем только, не могу понять. Вот только более-менее ценные или хорошие вещи постаралась спрятать, или «натравить» Вадима, или просто не положить их. Например, из моего списка, что я ей когда-то передавал, она не вернула книги по компьютерам, спальные мешки, кое-что из инструментов, мою амбулаторную карту, многие фото принадлежности, и многое-многое другое.

Интересно, если бы я не хранил сознательно, особенно в последнее время, свои документы в сейфе, – сколько бы времени я их от нее добивался получить, и в каком бы виде получил, и получил ли бы вообще? Так хоть мои документы целыми остались! И то золото, что принадлежит лично мне (обручальное кольцо, перстень-печатка, цепочка, которую я носил еще в институте, школьная золотая медаль) потому тоже сохранилось и вернулось к своему настоящему владельцу! Как чувствовал, что она такое отчудит, или просто знал уже ее злобный характер! И показала она его во всей красе! Честно говоря, я прятал это все не по причине, что у меня это украдут, а для того, чтобы не искать каждый раз по дому, – надоело ходить за всеми и умолять вспомнить, кто и куда мог засунуть тот или иной документ или что-то еще. И не увезли ли это к маме, и не выбросили ль по ошибке в мусор и т.д. А так был бы прекрасный повод и отличная возможность для очередного шантажа!

А еще свалила вместе мои еще пригодные к носке рубашки, грязные «стоячие» носки, трусы и пр. грязное белье, так что оно все равномерно теперь пропиталось достаточно специфическим запахом, учитывая, что пролежало все в завязанном узле, куче или ящике достаточно времени до того, как я это вывез и распаковал. Удивляюсь, как она еще не завернула мои сапоги и туфли в какие-то хорошие вещи.

Тебе эта ситуация ничего не напоминает из моего прошлого?

Хорошо еще Ленка видела не все из того, что я перегружал из чемодана в коробки для мусорного ящика. Хотя уже насмотрелась на все остальное перед этим.☹ Не знаю, кому Юля хотела сделать больнее, – на мой взгляд, должна была бы учитывать и то, как на нее саму посмотрят совершенно незнакомые ей люди, увидев эту кучу тряпья и хлама. И какие мысли возникнут в связи с этим, и какие выводы сделают! В записке мотивировка этого хранения такая, что даже противно вспоминать. Только одна мысль и приходит: душевно больной человек, – и неряшливый, и необъяснимо держащийся за вышедший из строя хлам, и нечистоплотный. Мне, по большому счету, теперь все равно, что о ней подумала Лена, – впрочем, часть своих мыслей она мне высказала, – но как себе представляла это все сама Юля, не понимаю. Она думала опорочить меня, а сама подхлестнула желание стать еще лучше, чем я стал на настоящее время. И облила грязью саму себя. (И знаешь, мне смешно, гадко, больно и противно, что я столько лет сам так жил.)

Конечно, если брать жизненный курс на то, чтобы не покупать мужу ну совершенно ничего, из крайне необходимого, как это она всегда делала: носки, трусы, майки, рубашки, брюки, верхняя летняя и зимняя одежда – обойдется, гад! – тогда передать подобную гору хлама вполне объяснимо.

Перечитал все, написанное сегодня о вчерашней перевозке вещей и свои мысли, – самому и смешно, и противно. Хватит на сегодня подобных мыслей и всего прочего подобного!

Сегодня 14.06.2004. Писем все нет и нет. За эти дни практически не было времени не только о чем-то думать, но и головы поднять: работал, дежурил по стационару. Вчера созвонились с Юлей. Разговор опять вокруг ряда вопросов: с моей стороны о получении остальных вещей, с ее стороны о получении информации обо мне. Возвращать какие-либо вещи еще она отказалась, мотивируя тем, что их или нет в наличии, или (например, спальный мешок) он подарен не мне, а всем нам. Почему-то о тех подарках, которые дарились ее родителями, она не упоминает. Как предсказала Лена К., шансов на возврат чего-либо еще практически равен нулю. Я теперь тоже так думаю. Ну, да и бог с ним. Я не хочу и не буду ни на чем настаивать более, ни о чем с ней разговаривать на эту тему. «Достало» меня все это разбирательство! Мне легче «поголодать» и купить все это снова, – к тому же будет возможность носить совершенно новые вещи, – чем торговаться с Юлей о каждой отдельно взятой шмотки. И нервы будут спокойнее, и здоровье целее!

Сегодня 18.06.2004. Писем все нет и нет. Все эти дни был занят так, что не было времени писать тебе письмо. Да и что писать, если не отправлена вся предшествующая информация? К тому же с обеда 16.06.2004. и до вечера 17.06.2004. мы с Леной были дома у моих друзей. В принципе, нас пригласили «на уху», но в первый же день застолья мы столь плотно объелись дополнительными блюдами, которые приготовила Марина-«мышка» – хозяйка квартиры, – что до приготовления и потребления ухи уже не могло быть и речи. К тому же мы задержались за разговорами до 05-³⁰ утра, после чего смысла уезжать домой тоже никакого не было. Пришлось «заночевать» у них, а с утра после завтрака ждать и готовиться к приготовлению и потреблению ухи, что тоже, включая употребление самой ухи, затянулось до самого вечера. Домой попали вечером с раздутыми болящими животами и едва дышащие от переедания. Потому вчера мы уже ничего не готовили, а только съели немного орешков с шоколадом и ведро мороженого перед сном. На большее нас уже не хватило.

Марина-«мышка» и ее муж Сергей-«слон» – из числа приглашенных на нашу свадьбу, на осень. Они предложили и вручили нам немного посуды, которую они уже не планируют использовать (купили новую, красивее или просто другую), а выбросить просто на свалку или отдать бомжам жалко. К тому же, со слов Мышки, она хорошо помнит о том времени, когда они со Слоном, так же как и мы, начинали “на ровном месте с нуля” и любую тарелку, чашку, ложку, чайник и пр. надо было покупать. А на все мелочи далеко не всегда хватает времени, денег, сил и памяти. Как например я уже неделю не могу вспомнить купить домой соль, вспоминаю об этом тогда, когда что-то готовим, и потому готовим, когда попадаем домой, без соли.☺ Но никто от этого еще не умер!

Оригинальная пара: Марина-мышка небольшого росточка, весит 37 кг (на 5 кг меньше Лены), подвижная как ртуть; Сергей-слон огромного роста, косая сажень в плечах, атлетическая фигура, вес и подвижность соответственно размерам, внешность бандита с обритой наголо головой из сериала, работяга, добряк и весельчак. Выглядят они рядом именно как слон и мышка.

Мои сотрудники на разных работах отмечают, что я здорово изменился: стал ходить чистенький, беленький, постриженный, наглаженный, спокойный, довольный, респектабельный и пр. Говорят, что помолодел. Отмечают, что изменился в лучшую сторону. Сказали, что это заметили не только они, но и начальство в больнице и на “скорой”. Лянной Андрей Вильевич – врач приемного покоя – так и сказал: “Вот что значит НОВАЯ МОЛОДАЯ жена!”

А Ленка, – виновница, создательница и вдохновительница этого преображения, – мурлычет от удовольствия, восторга и радости и клянется всеми святыми, что это только начало. У нее в планах купить для меня огромный список вещей: костюмы, рубашки, туфли, куртки и пр., и, самое главное, НОВЫЕ ОЧКИ. Говорит, что меня никто после окончательньго переодевания не узнает и все будут в восторге. И я этому верю. Мне уже позавчера незнакомая женщина (жена Руслана) на описанной выше вечеринке у друзей дала ~35 лет и очень удивилась, что ошиблась почти на 10 лет. Конечно, одеждой и уходом сделать мне внешность 25-летнего невозможно, но я никогда не думал, что можно вот так здорово убавить годы просто чистой отглаженной хорошо подобранной к моей внешности рубашкой. Приятно, когда спустя несколько десятилетий жизни за тобой так заботятся, стремятся сделать тебя лучше, покупают тебе вещи без скандала. Даже наоборот: скандалят, когда я жалею и экономлю деньги на себя и на свою внешность.

Эта мелкая редиска давно прозвала меня Хомячком, Хомяшей, Хомяшенькой, Басучком, Барсученькой. (Так меня еще никто не называл; и объяснить с чего пошли такие названия то ли на самом деле не может, то ли не хочет.) Во время вечера наши друзья узнали это и начали «прикалываться» (по-доброму), типа предлагали купить в зоомагазине клетку для хомячков с «бельичим колесом» внутри, чтобы спасти меня от гиподинамии и чтобы я сбросил вес. А вдогонку за мной внутри колеса пустить ротфеллера, чтобы я не разлеживался в клетке, а тренировался, «жир спускал».

А сегодня с утра еще и выяснилось, что мой товарищ и друг Слава Белый (это не кличка, а фамилия!), участвовавший в той вечеринке, тоже ушел из семьи в тот же вечер, когда вечеринка закончилась. ☺. Это, если честно, предполагалось и готовилось давно, – характер и желания его жены во многом перекликались с Юлиными. Плюс Славик последние годы еще и пил. Причины и следствия (жена+пьянка) совершенно перепутались. А теперь глянул на нас с Ленкой, выслушал в очередной раз по телефону при нас слова жены о том, чтобы уходил, – и решился. Благо ему – не как мне: не надо искать жилье, – есть его комната в квартире бабушки. Там теперь и живет с того вечера.☹ ☺ И все его вещи заключались в 2-х – 3-х пакетах (с носками и трусами, как он всегда смеялся), компьютере и 2-х курточках. Он, в отличие от меня, всю совместную с семьей жизнь жил по квартирам, потому имуществом не обрастал. А подаренные или купленные им телевизоры и видики никогда не хотел тащить за собой.

Сегодня 22.06.2004. Писем все нет и нет. Все мои выходные дни прошли в больнице на дежурстве. Надоело! И достаточно утомительно сидеть безвылазно в больнице в течение столь длительного времени. Даже если ничего не делать. А делать приходится: много было вызовов во все отделения по поводу повышения АД и связанных с ним ухудшениями. Одни сутки из этого времени со мной была и Лена, – сидела занималась. А сегодня у нее достаточно сложный экзамен: патологическая физиология. Дрожит, как осиновый лист на ветру. Обещала после экзаменов заехать ко мне на работу. Для снятия у нее стресса, может быть, пойдем заказывать обручальные кольца. Или подавать заявления в ЗАГС. Посмотрим, – просто погода сегодня достаточно прохладная, и накрапывает дождик. Одним словом, «нелетная». Но, может быть, развиднеется?

Вчера воспользовался тем, что Ленка ночевала в общаге, – готовилась к экзамену и к раннему подъему, – и что было «окно» между дежурствами, и что делать ничего от накопившейся усталости было просто невозможно, – пошел к товарищу (Игорь Ж.). Мы с ним не виделись, наверно, около 1.5-2 года, хотя живем в одном городе, и даже работаю я в том же районе, где он живет. Но он инвалид 1 группы, – после производственной травмы много лет назад у него с годами перестали работать ноги, все хуже работают руки. Посидели, попили пива, поговорили на разные темы, поужинали. Пригласил его с женой Наташей на свою свадьбу (воспринято с радостью и энтузиазмом!), о чем немедленно сообщил по «мобилке» Леночке. Словом, немного отдохнул. Потом пришел домой, почитал немного детектив и лег спать. Боже, какая это прелесть: своя постель, – после узкой и жесткой больничной кушетки в течение бог знает скольких ночей в месяц, а точнее в течение бог знает скольких месяцев почти непрерывных дежурств и работы днем и ночью!

Не думай только, что все свободные часы и вечера я провожу в пьянках. ЭТО НЕ ТАК! Просто за последнее время, особенно за последний год, из-за работы я так мало общался с друзьями, что они все очень соскучились и рады меня видеть. Очень рады все, в том числе, и изменениям в моей жизни. Например, вчера Игорь вспоминал, как он не хотел и отказывался общаться с Юлей, как она его «грузила» совершенно не нужной ему информацией о нас, обо мне, о ней, о детях, и т.п.

Утрясен и утвержден график дежурств по больнице на июль 2004 года. Привожу выписку из этого графика, – благо печатаю их сам и чаще всего сам и составляю, так что вставить в письмо – дело техники:

Итого на следующий месяц

21 дежурство по больнице! Передал этот свой больничный график на «скорую», – должны в свободные ночи поставить еще 4-6 дежурств там. Так что это график еще не полный, – туда еще в свободные ночи будут добавлены ночи на «скорой помощи». И не надо забывать, что почти весь рабочий день я на фирме безвылазно, – если не смотаюсь «в наглую» домой под каким-то благовидным предлогом. Как бы сильно я ни захотел, но и днем домой мне так же трудно попасть, как и ночью. На счет «молодой жены дома» могу сказать, что все равно Ленка после отработки практики поедет домой, веселиться с другими девочками мне, почему-то, не хочется, к тому же надо деньги зарабатывать на осень на свадьбу, – а их понадобится достаточно много! Да и привык я жить и работать в таком режиме! А дома особо-то делать нечего одному, хотя Лена и утверждает, что работы по дому очень много! Ну, хотя бы компьютер надо, наконец-то, запустить и привести в порядок (это уже я говорю!).

Сегодня 23.06.2004. Писем все нет и нет. Буквально сегодня утром мне моя заведующая приемным отделением 9-й больницы вновь высказала, что я здорово изменился, похорошел, привел себя (внешний вид, одежду и пр.) в порядок, преобразился, стал респектабельнее, опрятнее, красивее. Отметила: «Чувствуется, что Ваша бывшая жена, в отличие от настоящей, на Вас и Ваш внешний вид вообще не обращала внимание. – Потому это так здорово видно даже «невооруженным глазом», бросается в глаза, радует глаз». (Я еще Лене этого разговора не рассказал, – она прямо таки мурлычет от таких слов и клянется, что это только начало!) Заведующая сказала также, что очень рада за меня (по поводу молодой жены) и даже чуточку мне завидует! И что каждому в жизни надо использовать такой шанс, если он дается, если получается его использовать. У многих такой шанс, может быть, и был, но они его не использовали.

Ленка продолжает сдавать экзамены в институте, – летняя сессия. Вчера сдала очередной экзамен (по патологической анатомии, – теперь готовится к фармакологии), после чего заехала ко мне в фирму, мы пошли к ювелиру договориться за обручальные кольца (ох и писку Ленкиного довольного наслушался, – а глазки просто лучились счастьем и радостью!!!) (Интересные сейчас предложения по кольцам: самые разнообразные рисунки, формы, с камушками и без них.), после чего поехали на квартиру. Жалко было уходить оттуда на работу, но такова моя жизнь.

Дополнительно к этим «обручалкам» хочу заказать ей колечко и сережки, – тоже у ювелира с формой и рисунком «под заказ» в виде комплекта. Все это укладывается в вес того обручального кольца, которое у меня осталось от прошлого брака (помнишь, надеюсь, тех «мастодонтов», которые вы когда-то покупали нам с Юлей к свадьбе?). Считаю, что жалеть что-либо (деньги, золото) бессмысленно, – живем 1 раз! В конечном итоге, это мое имущество и я могу распорядиться им так, как я считаю нужным. И никто из окружающих меня людей не в праве делать мне на этот счет замечания или давать советы (только в качестве совещательного голоса, да и то только доброжелательного!).

Кстати, во время так называемой «дележки» имущества, а точнее, когда я потребовал и заставил привезти от бабушки мое золото, Вадим вполне серьезно заявил, что золотая цепочка, которую вы ему дарили в далеком детстве, – его личное имущество и делать с ней он может все, что сам сочтет нужным. Пытался наложить руку и на мою цепочку под предлогом, что это было подарено Валере, но мне удалось убедить его тем, что она была ношенная (видно, что хорошо загрязнена, аж «позеленела»), а никто из них не мог столь длительное время ее носить, – только я. (Кстати, напиши, напомни мне, была ли подарена Валере когда-то, – или приготовлена к подарку, – аналогичная цепочка?) Очень понравилась Вадиму моя печатка, но, не смотря на то, что глаза его горели, он ничего сказать не смог. Так мне, по крайней мере, показалось.

И Ленке эта печатка тоже очень понравилась. Чувствую, что она, рано или поздно, заставит меня ее носить. В принципе, а почему бы и нет? Живем 1 раз, вещь приятная и красивая, но лежит без использования и никому столько лет не приносит удовольствия (под влиянием Юли?). Буду носить!

Сейчас договариваюсь за регистрацию брака на сентябрь. Выбираю, какой ЗАГС выбрать для этого торжественного события, – есть варианты: городской или районный одного из районов города. Выбираю как по антуражу, так и по доброжелательности персонала, по цене, по тому, как можно с ними договориться за цены на их услуги, за сроки регистрации. Надо еще получить копию свидетельства о разводе, которое надо предъявить при подаче документов при регистрации следующего брака.

Сегодня 24.06.2004. Писем все нет и нет. Развивающаяся простуда после того, как я несколько дней назад попал под сильный дождь и частично промок, хотя был под зонтиком, дала сегодня ночью на дежурстве на «скорой» о себе знать капитально! Теперь сижу на работе в фирме и «умираю»! Надо бы уйти домой, но ничего не могу поделать, т.к. заменить меня в фирме сегодня некому. Точнее я сегодня заменяю диспетчера, – должна была выйти Ленка, но в связи с экзаменационной подготовкой и отработкой практики выйти не сможет, никто другой заменить ее тоже не смог, – потому я попал «под раздачу». Пью витамины, кофе, – стимулируюсь, одним словом, чтобы продержаться до глубокой ночи, пока не закончится рабочий день диспетчера. Надеюсь, а точнее уверен, что меня хватит на это! ☺ Правда, пришлось отказаться от сегодняшнего ночного дежурства в больнице, – но это не беда! Главное, что его удалось обеспечить дежурантом: договорился с моим сменщиком (выйдет за меня), за что моя заведующая была мне очень благодарна.

Сегодня 25.06.2004. Писем все нет и нет. Вчера дежурил до полночи на фирме, а потом решил заночевать там же, предварительно предупредив Лену, чтобы не волновалась. А почему бы и нет? Ленки дома нет, простынь на фирму я привез. На улице накрапывал дождь, прохладно было. Зачем мне домой? А так, посидел с компьютером, почитал книгу, поспал. В помещении тепло. К утру простуда несколько уменьшилась, чувствую себя на утро на много легче, – можно теперь на ночь выйти в больницу на дежурство. ☺

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.