Юрий Изотов
О Разуме, его свойствах и переосмыслении структуры общества

Об авторе

Изотов Юрий Германович – российский автор, юрист и учёный, специализирующийся на изучении неоднозначных и сложных вопросов функционирования человеческого общества. Большая часть его работ, куда входят и статьи в ведущих научных журналах, посвящены праву и юриспруденции. Однако, право – это лишь часть нашей повседневной жизни, которая немыслима без других аспектов существования и развития общества. Поэтому, в сферу интересов автора попали не только правовые явления, но и всё общество в целом.

Отличительной чертой исследовательской и публикационной деятельности автора является то, что большая часть работ издаётся им бесплатно и предназначена для широкого круга читателей – как профессионалов, учёных и исследователей, так и тех, кто глубоко не разбирается в сложных вопросах функционирования общества, но хочет больше узнать, как работает окружающий нас мир.

С другими трудами Юрия Изотова читатель может ознакомиться, если перейдёт на его личную страницу в социальной сети «ВКонтакте» или посетит его страницу в интернет-магазине «Литрес».

Страница «ВКонтакте» https://vk.com/id266273635

Страница «Литрес» https://www.litres.ru/author/uriy-germanovich-izotov/

Введение

В последнее время человечество будто сошло с ума. Центр мировой культуры – Париж горит в пожаре, устроенном дикарями с Ближнего Востока и севера Африки. США – флагман мировой науки и остров свободы погружается в пучину невежества и цензуры. В России кричат о войне за мир. Генетики обсуждают на полном серьёзе влияние первородного греха на гены человека, историки наперебой сочиняют мифы, юристы уничтожают право, а «либералы» подобно диктаторам прошлого века кричат о коллективной ответственности, репрессиях и грабеже умных и трудолюбивых граждан своих стран. Безумие! – скажете вы. И в какой-то степени будете правы.

Нам кажется, что мы попали в какой-то сюрреалистичный мир, но больше вопросов вызывает даже не это. Как человек, который сам себя назвал разумным, провозгласил венцом природы, способен творить такую глупость? Может, конец времён близок, и это первые весточки того самого апокалипсиса? Отнюдь.

Я, как и вы, сначала был поражён тем, что происходит в мире, не понимал, почему добрые и умные люди вдруг превращаются в своих антиподов. Но вместо того, чтобы прыгнуть в этот океан безумия и потонуть в его тёмных водах, я остался на берегу и стал наблюдать. Я смотрел на прохожих, слушал их разговоры, я читал новости и слышал как истерят политики и пропагандисты, я изучал всех, с кем контактировал и взаимодействовал. Другими словами, я решил посмотреть на всё это со стороны, как учёный.

Настоящее очень сильно влияет на человека, именно потому, что только оно и существует. Будущего ещё не наступило, а прошлое исчезло. От него осталась лишь информация. История позволяет нам расширить границы нашего краткого существования, взглянуть на тех, кого давно уже нет. Если обратиться к этой великой хранительнице знаний о человечестве, то растерянность по поводу того, что происходит сегодня, очень быстро пройдёт. Испуг на лице сменится равнодушием, а губы невольно проговорят: «что опять?». И действительно, каким бы ужасным не казалось настоящее, история говорит нам, что оно – это лишь обычный эпизод нескончаемого сериала про человечество. Войны, революции, репрессии, безумство толпы – всё это мы проходили не один раз. Всё это было, всё это кончалось и начиналось снова. Если всё это повторяется и повторяется, то стоит ли бояться? Думаю, нет. Но знать об этом нужно. Сами по себе знания не защитят вас от дикаря с куском арматуры в руке, единственное, что мы можем – это вовремя распознать угрозу и устранить её, когда сумасшедший только-только потянется за орудием. В противном случае физическая сила станет последним аргументом в этом деле.

Но чтобы предотвращать безумия и сохранять наше общество здоровым, требуется прочная основа – тот фундамент, на котором можно будет развиваться. Многие наивно полагали и полагают, что этика, мораль, доброта – вот та основа благополучия. Но если вновь обратиться к истории, то не трудно заметить, что именно во имя справедливости, морали и прочих красивых слов совершались самые ужасные преступления, развязывались войны, массово гибли люди в концентрационных лагерях. Но ведь это был обман! – скажете вы, – всё это устроили диктаторы, подстрекатели и прочие злодеи. Это так, но разве кучка большевиков или нацистов смогла бы отправить на тот свет миллионы людей? Конечно, нет. Это как минимум невозможно физически. А та лёгкость, с которой немецкое и российское общество погрузились в кровавое безумие, просто поражает. Злодею не нужно делать всю работу, за него её с радостью сделают те самые добрые люди, которые стремятся к справедливости. Ему достаточно сказать, что кто-то строит против них козни, кушает детей, выкачивает ресурсы и прочую чушь. Естественно, что все эти деяния не могут не вызвать праведного гнева в сердцах добряков, они одевают военную форму, вооружаются пистолетами и автоматами и идут на войну с этими негодяями. Когда же война заканчивается, а земля завалена телами и руинами городов, добрые люди вдруг понимают, что их обманули. Не было никаких заговорщиков, шпионов, никакой американец не хотел их ограбить или уничтожить. Вот и получается, что добрые люди творят куда больше зла, чем самые гениальные злодеи. Вся проблема в глупости.

Доброго дурака легко обвести вокруг пальца. Он с лёгкостью верит во всё, что ему говорят, ведь проверить-то он не может. А обострённое чувство справедливости будет служить ему неустанным мотором. Поэтому только разум и наука могут уберечь человечество от бед, и только они одни могут служить той прочной основой, на которой можно строить человеческое общество. Мораль и этика у каждого свои, равно как и религиозные убеждения и вкусовые предпочтения. Только разум и наука способны адекватно воспринимать мир, в котором мы живём, он существует объективно. Природе всё равно, что мы о ней думаем, и покорить её, по справедливому замечанию английского философа Френсиса Бэкона (1561 – 1626), можно только подчиняясь ей¹.

Общественные законы действуют точно так же, как и законы физики, химии и биологии. Человек не может изменить их, он может только их познать и приспособить для своих нужд. Если учесть, что жизнь человека неразрывно связана с обществом, то знание общественных законов критически важно для него. Именно поэтому я написал эту книгу. Она своего рода вступление к социальной философии – серии книг, которые, я надеюсь смогу закончить. Каждая из них будет посвящена отдельной сфере жизни общества – природе общественных взаимодействий, институтов, систем регулирования, праву, политике и истории развития человеческого общества.

В настоящей же книге я хотел бы провести мост между биологической и психологической природой человека и его социальным поведением. Я расскажу, как работает человеческий мост, почему люди, даже самые глупые, хотят быть умнее остальных, как происходит умственное развитие человека и общества в целом. Такой подход позволил мне отказаться от заезженной и во многом бесполезной концепции деления общества на классы, в зависимости от имущественного положения их челнов или их экономической роли. Вместо этого я предлагаю обратить внимание на механизм мышления различных групп населения. Ведь именно то, как мы мыслим, определяет наше поведение, а вовсе не наше имущество или тяжесть кошелька.

Помимо статичной структуры общества, я показал, как человек может изменить свой класс, используя средства социальной мобильности – город, семью, работу, армию, исправительную систему, систему образования и социального обеспечения, культурные учреждения, книги, интернет, а также путешествия. Все эти средства нам хорошо знакомы, но многие ли из нас задумывались, как они влияют на наш разум?

Чтобы мои рассуждения не казались сугубо теоретическими и оторванными от реальности, я обратился к истории развития четырёх наиболее значимых человеческих обществ – европейскому, российскому, американскому и китайскому. Я рассматривал их развитие с точки зрения новой классовой теории, а не устаревшего деления на формации.

Некоторые вопросы, связанные с функционированием разума, я рассмотрел отдельно. Влияет ли генетика на разум человека? Какие идеи и идеологии основаны на заблуждениях. Какую роль играют представители каждого из классов в революциях? Как игра может способствовать повышению вашего умственного развития? И почему среди интеллигентов так много юристов?

На все эти вопросы я предложил свои ответы. Многим, особенно представителям научного сообщества, может показаться, что я создал ещё одну теорию, попытался опровергнуть устоявшиеся представления об обществе и его структуре, но роль науки в том и заключается, чтобы не только объяснять действительность, но и задавать вопросы и направлять ход научной мысли.

Книга 1. Человек и разум

Глава 1. О человеческом мозге и стремлении к определённости

Мозг – это главное, что есть у человека. Уберите мозг, и останется лишь труп. Мозг выполняет различные функций – координацию движений, фиксацию внимания, запоминание, но всё это есть и у многих животных – обезьян, волков и, даже, рыб. Как верно заметил Чарльз Дарвин, человек отличается от других живых существ лишь количественно, но не качественно². Другими словами, единственное, что выделяет человека на фоне остальных животных – это чрезвычайно развитые мыслительные способности.

Но почему именно у человека способность мышления стала настолько развитой, а у других животных нет? Та же теория эволюции подразумевает, что в процессе своего развития каждый вид приобретает определённые способности, которые помогают ему выживать. У человека это развитый мозг, у хамелеона – маскировка, у семейства кошачьих – острые когти, зубы и гибкое тело. Поэтому развитое мышление человека не стоит воспринимать как аномалию, а его самого как «венец природы». Если приглядеться к другим животным – обезьянам, дельфинам и слонам, то и у них можно заметить умственные способности. Даже больше – они узнают себя в зеркале, а значит, обладают самосознанием³.

Как видно, мышление – это способность присуща многим живым существам, равно как и способность перемещаться, прятаться и т.п. Отличия заключаются лишь в степени развития данной способности, вот и всё. Слабые особи погибали и не могли увековечить свои слабые черты. Сильные особи выживали и передавали свои гены по наследству.

Теперь, когда мы выяснили, что мозг человека и его мыслительные способности – это такой же плод эволюции, как и всё остальное, следует перейти к вопросу о том, как этот самый мозг работает.

Как и животные, человек живёт в постоянно меняющемся мире. Ни ему, ни животным не дано знать, что будет завтра. Над всеми живыми существами постоянно висит Домоклов меч неопределённости. Жизнь животных не разнообразна, кажется даже, что они созданы лишь для того, чтобы родиться, поесть и умереть. Такой образ жизни почти не создаёт трудностей, неопределённость легко снимается инстинктами – страхом, голодом и другими. Иногда детёныши учатся у родителей охоте, да и то эта деятельность связана скорее с подражанием, нежели со сколько-то обдуманными действиями.

Человек же пошёл по иному пути. Вместо того чтобы просто следовать своим инстинктам и природе, он стал изучать и менять окружающий мир под свои нужды – шить одежду, мастерить инструменты, выращивать еду. И чем больше человек менял мир, тем большей неопределённости он подвергался. Когда сеять пшено или чечевицу, как возделывать грядки, какую шкуру лучше использовать для одежды, чтобы не замёрзнуть? Для ответа на эти вопросы уже невозможно было положиться на инстинкты или догадки, требовались знания – достоверные сведения об окружающем мире. А знания – это плод мышления.

Сегодня человек настолько преобразил мир, что неопределённость достигла поистине колоссальных масштабов. Чтобы осознать это, достаточно посмотреть вокруг. Мы живём в домах, которые построены с соблюдением правил безопасности (писаных и неписаных). Мы ходим по улицам, разделённым на полосы для различных видов транспорта. Мы покупаем товары в магазинах, предварительно проверив срок годности и целостность упаковки. И это только наш быт.

Экономическая деятельность вся пронизана изучением риска и его минимизацией: страхование, анализ состояния предприятия, всевозможные расчёты, ставки по кредитам, гарантии и т.д. Достаточно лишь открыть любой учебник по экономике, и понятие «риск» будет уже на первой странице.

Прибегают к устранению неопределённости политики, они проводят социологические опросы, идут на всевозможные ухищрения, дабы узнать действительные настроения общества (сюрпризы на выборах никому не нужны). Избирательные кампании не были бы такими оживлёнными и нервозными для кандидатов, если бы все точно знали, кто одержит победу.

Неизвестность пугает военных. О расстановке и численности сил противника, его планах и многом другом призвана рассказать разведка, а скрыть эти сведения и оставить противника в неведении – контрразведка. Само красивое словосочетание «туман войны» отражает суть страха перед неопределённостью, грозящей гибелью.

В юриспруденции определённость вообще поставлена в ранг принципа – только чётко сформулированная норма способна регулировать поведение человека.

Самым же ярким проявлением стремления устранить неопределённость является религия. Наука пока не может устранить величайший страх человека и ответить на вопрос: что будет после смерти? Поэтому вакуум знаний человек заполняет религиозными представлениями. Не трудно заметить также, что к религии человек обращается чаще всего в те моменты своей жизни, когда он испытывает глубочайшие психологические потрясения (смерть близкого человека, рождение ребёнка, заключение брака). Наука частично заместила некоторые религиозные ритуалы (например, «разговоры с батюшкой» были вытеснены консультациями психолога), однако полностью заменить религию она вряд ли сможет.

Как видно, примеры устранения неопределённости можно приводить бесконечно долго. В любом своём занятии человек стремится устранить риск и использует для этого либо уже приобретённые знания, либо те, которые он приобретает в процессе этого самого занятия (путём мышления).

Таким образом, стремление человека к определённости можно назвать естественным законом.

Глава 2. Парадокс определённости

Если стремление к определённости – это естественный закон, то почему многие люди буквально «тормозят» в своём развитии? Почему люди не исследуют мир дальше и предпочитают остановиться на достигнутом, сознательно допускают наличие неопределённости и риск? На первый взгляд такую ситуацию можно назвать парадоксом стремления к определённости. Но разрешается этот парадокс куда проще, чем может показаться.

Всё дело в том, что мозг потребляет огромное количество энергии и на мышление приходится значительная её часть. Это не трудно заметить, если присмотреться к себе. Например, когда мы болеем, учиться или работать невероятно трудно – вся энергия направлена на борьбу с болезнью и мышлению остаётся не так много. Утром работать и учиться легче, чем вечером. А после «мозгового штурма» так вообще хочется упасть на кровать и ничего не делать. Но попробуйте зайти дальше и написать книгу, например, тогда вы точно поймёте, что слово «думать» во многом сходно со словом «страдать».

Чрезмерная энергозатратность противоречит нашей природе – человеческий организм старается сохранить как можно больше энергии, а не тратить её. Мозг сопротивляется, как может: он соблазняет человека сериалами, лежанием на диване, в конце концов, он может вообще объявить бойкот и «отключиться».

Всё это также естественно, как и стремление к определённости, а значит, в человеке постоянно борются две силы – стремление к определённости и сила лени⁴. И уровень, при котором эти силы уравновешивают друг друга, можно условно назвать уровнем умственного развития человека⁵.

Глава 3. Чем определяется уровень умственного развития человека

Уровень умственного развития зависит от баланса силы стремления к определённости и силы лени. Если «напор» стремления к определённости усиливается, то уровень умственного развития повышается. Если же сила лени преобладает, то умственное развитие замедляется и останавливается.

Изменение баланса не происходит резко, скорее это итог длительного противостояния. Так, усердная учёба, конечно, повысит уровень человека, но очень скоро стремление к определённости столкнётся с достаточно сильным сопротивлением лени. Потому, уровень умственного развития повышается медленно, помере ослабевания силы лени.

Но от чего зависят обе эти силы? Думаю, следует начать с силы лени.

Большинству известна пирамида Маслоу, в основании которой физиологические потребности (еда, вода и т.п.) и потребности в безопасности. Их можно назвать базовыми: пока они не будут удовлетворены, об остальных потребностях (социальных, самовыражении) можно забыть. Сила лени наиболее слаба, когда неудовлетворение потребностей грозит гибелью человека. Если человек находится на грани голода, он думает и думает интенсивно. Решением может стать что угодно – попросить пищу у другого человека, отобрать её, обмануть, в конце концов – украсть. Каждое из этих действий требует пусть и не сильного, но мышления.

В современном мире человек берёт еду в магазинах, но чтобы её получить, требуются деньги, а для этого нужно их заработать. Человек задумывается над этим, ищет подходящую работу, открывает своё дело или занимается другим занятием. И опять, чтобы получить еду, ему приходиться думать.

То же самое происходит и с потребностью в безопасности. Человек стремится быть физически защищённым, как от других людей, так и от погоды. Когда в стране царит порядок, улицы патрулируются полицией, а уровень преступности низок – потребность в безопасности удовлетворяется обществом и человек не сильно о ней задумывается. Но когда страна погружена в хаос, когда новости пестрят криминальными сводками, то возрастает роль самозащиты. Человек ищет информацию о приёмах самообороны, посещает спортивные секции или просто учится по роликам из интернета. Он стремится обезопасить себя своими силами, ибо понимает, что, если выйдет на улицу, может и не вернуться домой.

В пирамиде Маслоу далее следуют социальные потребности (общение, забота, поддержка), потребности в уважении и признании, творческие, эстетические и духовные. Каждый человек удовлетворяет их по-своему. Одни и дня не могут просидеть без компании друзей, другие прекрасно обходятся общением с родственниками или с котом. Одни люди тайком рисуют картинки в тетрадках, другие выставляют свои творения на всеобщее обозрение.

Так происходит со всеми потребностями, и человек постепенно строит вокруг себя пресловутую зону комфорта. Он примерно понимает, что его ждёт завтра, в какой автобус ему садиться и какие продукты покупать в магазине. Но если выдернуть человека из этой скорлупки обыденности, то он экстренно попытается построить новую. Например, переезд в другой город часто сопровождается высоким уровнем тревоги. Он снижается помере того, как человек выстраивает новую зону комфорта – гуляет по городу, находит знакомых, изучает транспортную систему и местные магазины. Одновременно с этим, человек испытывает сильную усталость: его мозг работает интенсивно и нуждается в отдыхе. Переезд – это лишь один из многих примеров того, как разрушение обыденности приводит к сильнейшей неопределённости, а значит, к повышению умственного уровня индивида (человек знает уже два города, может их сопоставить, сказать, где жизнь лучше и т.п.).

Так называемая «зона комфорта» служит внешним проявлением силы лени. Человек живёт в привычном мире, ему незачем познавать новое, он не устаёт от умственной деятельности, другие риск, вроде финансового кризиса, наводнения и т.п. воспринимаются им незначительными. Таким образом, можно выявить связь между удовлетворением потребностей человека и силой лени. Если человек удовлетворён, то у него нет стимула думать, он довольствуется тем, что имеет.

Силу лени мы определили, теперь стоит разобраться, что заставляет человека думать?

Наибольший рост интеллекта наблюдается в раннем детстве. Это связано, во-первых, с низкой базой отсчёта – человек появляется в этом мире лишь с инстинктами, во-вторых, стремлением приспособится к миру, изучить его. Достаточно вспомнить любого ребёнка в вашей семье или семье знакомых, чтобы заметить эту особенность. Сначала ребёнок пробует всё на вкус, изучая физические свойства предметов. Так у него развивается предметное мышление, появляются понятия: твёрдый, мягкий, горячий, холодный и т.д. Затем следует возраст, когда ребёнок чуть ли не каждую минуту докучает родителей вопросами: что это, как работает и т.д.; у ребёнка появляется абстрактное мышление. В первые годы жизни большинство потребностей ребёнка удовлетворяются родителями, они же и передают ему знания, как их удовлетворять в дальнейшем самостоятельно. Удовлетворение социальных потребностей начинается в садике, во дворе и в школе, родители лишь могут подсказать ребёнку, как общаться с другим детьми и взрослыми, сами действия выполняет ребёнок. Именно при общении с другими детьми проявляется так называемая детская хитрость – простые попытки заполучить у других то, что хочется. Ребёнок ищет способы удовлетворить свои потребности, он думает. Поэтому, дети, которые не были в садике или обучались дома, а не в школе, зачастую имеют проблемы с социализацией.

Вся наша жизнь толкает нас вперёд, человеческое общество то и дело вырывает нас из зоны комфорта. Сначала школа, затем университет, потом работа. Всё это новые миры, новые люди, новые условия существования. Когда человек переходит из одного «мира» в другой, он ищет новые знания, спрашивает коллег, сам подмечает особенности нового коллектива. Именно поэтому первый день на новой работе, в школе или университете, всегда является днём наибольшего волнения, которое постепенно проходит по мере получения человеком знаний.

Таким образом, сила стремления к определённости подталкивается самой жизнью, необходимостью получать знания, чтобы удовлетворять потребности. Другими словами, отправь дурака на необитаемый остров, и он вернётся оттуда профессором.

Но не только внешние обстоятельства поддерживают стремление к разуму, да и они не бесконечны⁶. Влияния также имеют и внутренние побудители. Например, индивид увидел умного богатого и счастливого человека и сам захотел таким стать. Сначала он изучает этого «счастливчика», а затем обнаруживает, что тот вовсе не «счастливчик», а герой умственного труда: он много читает, размышляет, экспериментирует. Если стремление стать таким же, как и другой человек служит побудителем, а не скатывается в банальную зависть, то человек будет копировать образ жизни своего кумира и, возможно, ему удастся стать таким же.

Другой побудитель к умственному развитию – конкуренция. В некоторых областях человеческой деятельности крайне важно иметь преимущество перед другими индивидами, например, в предпринимательстве и науке. Проигрыш в гонке ведёт к снижению уровня жизни (уменьшение прибыли, понижение авторитета и гонораров). Чтобы победить, нужно постоянно развиваться, открывать новые знания о мире и использовать их для получения дохода или репутации.

Иногда человека овладевает банальная скука, ему надоедает привычная жизнь, он хочет вырваться из своей «скорлупки». Привычные способы удовлетворения потребностей уже не устраивают индивида, он ищет новые. Например, именно из-за желания «сменить обстановку» люди отправляются в путешествия, изучают новые города. Женщины часто стараются удивить домочадцев новыми блюдами, приготовленными из привычных продуктов⁷. Незнакомые способы удовлетворения потребностей идут бок о бок с неопределённостью, а значит, требуют умственных усилий, чтобы эту неопределённость преодолеть.

Некоторые люди обладают удивительной способностью – стремлением узнать всё, разгадать секреты мироздания и получить от этого величайшее наслаждение. Внешним проявлением такого интереса является любопытство: человек присматривается ко всему, что его окружает, размышляет над тем, что не может увидеть, спрашивает мнения других. Любопытство двигало первопроходцев, колонизаторов, натуралистов, всех тех, кто пытается проникнуть туда, где нарисован жирный знак вопроса. Жажду знаний можно сравнить с неуёмным стремлением становиться всё богаче и богаче, покупать всё новые и новые вещи. И чем больше человек открывает, тем больше вопросов возникает, это в свою очередь вновь подстёгивает любопытство. Однако, и это стремление не может длиться вечно. Когда человеку покажется, что он узнал всё, что нужно в определённой области или, что то же самое, он достиг полной определённости, человек теряет к ней интерес и переключается на что-то другое.

Таким образом, сила стремления к определённости зависит от пяти причин: разрушение зоны комфорта, подражания другим, конкуренции, скуки и интереса.

В итоге, можно сказать, что уровень умственного развития человека определяется соотношением силы стремления к определённости и силы лени. Повышение уровня возможно только, если стремление к определённости превышает силу лени. Одни люди медленно, но верно продвигаются вперёд, другие довольствуются уже накопленными знаниями. Отсюда появляются два типа мышления – прогрессивное и консервативное, которые следует рассмотреть подробнее.

Глава 4. О двух типах мышления: прогрессивном и консервативном

Прогрессивное мышление связано с обретением новых знаний, как самостоятельно, так и с помощью других людей (обучение). Консервативное мышление – это использование уже накопленных знаний и опыта.

Прогрессивное мышление свойственно людям, которые ежедневно сталкиваются с риском: физическим (полицейские, пожарные, спасатели), имущественным (предприниматели, торговцы) и репутационным (политики, государственные деятели, ученые). Несмотря на огромное количество инструкций, правил и руководств, каждый день представителей этих профессий требует максимального внимания и изобретательности.

Так, при тушении пожара, пожарный вынужден быстро соображать: где находятся потерпевшие, как их безопаснее вывести из огня, какую стратегию тушения выбрать. Тушение Великого лондонского пожара 1666 года стало возможно лишь после смелого решения снести целую полосу домов – разрыв остановил огонь.

Инновации являются краеугольным камнем в предпринимательской деятельности. Только благодаря внедрению новых способов производства товаров и их распространения можно превзойти конкурентов и одержать победу в тяжелейшей борьбе за прибыль и долю рынка. С этой целью крупные компании создают целые подразделения, которые занимаются только тем, что изобретают новые продукты. Генри Форд (1863 – 1947) усовершенствовал производство автомобилей, он додумался использовать конвейер, который в начале XX века применялся лишь на скотобойнях. Не трудно догадаться, что такое нововведение позволило снизить цену его автомобилей и сокрушить консервативных конкурентов.

О том, с каким риском сталкиваются военные, говорить, наверное, излишне. Если для обычного солдата «эксперименты» далеко не всегда становятся жизненно необходимыми, для полководца же, наоборот, применение нестандартных решений – это залог победы. Наиболее ярко нововведения в военной сфере проявились в период Наполеоновских войн. Император французов Наполеон Бонапарт (1769 – 1821) помимо нестандартных стратегий и тактических ходов, переоснастил французскую армию. Теперь провизия и личные вещи солдат не перевозились на телегах в тылу войска, а помещались в рюкзаки. Каждый тащил с собой свои вещи. Благодаря этому нововведению армии Наполеона стали гораздо мобильнее армий вражеских государств. К периоду Наполеоновских войн также относится изобретение консервирования продуктов.

Политики и государственные деятели, особенно в демократических государствах, каждый день ходят по лезвию бритвы – один неосторожный шаг, шутка, слово, и ты отправляешься в отставку или теряешь голоса на следующих выборах. Но и столбом стоять нельзя: если бояться говорить – ты никогда не будешь избран. Если ты не будешь шутить, то избиратели посчитают тебя скучным и тоже не будут расположены к тебе. Если ты будешь сидеть в кабинете, как в спасительной скорлупке и отбиваться от конкурентов лишь бумажками, то политические враги рано или поздно, но скорее всего рано, сожрут тебя. В этих условиях, между молотом и наковальней, необходимо уметь изворачиваться, идти на нестандартные поступки, выделяться перед избирателями и пугать политических противников неизвестностью. Только так можно чего-то добиться в политической сфере.

Как видно, прогрессивное мышление – это залог безопасности и успеха. Благодаря новым знаниям, человек переступает через границы своего мирка и захватывает нетронутые богатства, пока другие боязливо поглядывают из окна.

Консервативное мышление свойственно людям боязливым или тем, кого устраивает сложившееся положение. Человек создаёт свою зону комфорта и не стремится выйти из неё. А зачем? Консерваторы, как и прогрессисты, опираются на определённость, только вот первые со временем начинают игнорировать «призрачные» риски, те угрозы, с которыми они не сталкиваются в повседневной жизни. Действительно, зачем рабочему завода изучать валютные риски или риски дефолта по облигациям? Он исправно получает зарплату раз в две недели, что ещё нужно для счастья? Только вот, когда на страну обрушивается финансовый кризис и зарплата уже поступает с перебоями, «призрачные» риски становятся реальными, и рабочий не знает, что делать. Неопределённость обрушивается на него как волна, он тонет в ней, попытки выползти на берег редко оборачиваются успехом. В этом случае, человек вынужден думать прогрессивно или его уровень жизни неизбежно снизится.

Но чаще всего консерваторы не могут быстро превратиться в прогрессистов. Именно поэтому, многие работники держатся за своего работодателя до последнего: они бояться перейти на новую работу, уехать в другой город, сменить профессию. Они сделают это лишь тогда, когда не станет самого работодателя. Примеров тому громадное количество: это и фавориты умерших королей, это слуги в домах умерших или разорившихся господ, это ремесленники выкинутые на улицу «безжизненными машинами» и многие многие другие. Страх неопределённости пугает их так сильно, что они ещё крепче цепляются за свой дырявый плот посреди моря рисков.

Глава 5. О взаимодействии двух типов мышления

Из предыдущей главы может показаться, что прогрессивное мышление – это хорошо, а консервативное – плохо. Однако, не следует в научном исследовании прибегать к категориям нравственности и морали. В науке нет ничего хорошего или плохого, есть только факты и их связи. Прогрессивное и консервативное мышление проявляются абсолютно в любом человеке, поскольку каждый из нас открывает что-то новое (особенно в детстве) и опирается на уже открытые знания в дальнейшем. Прогрессивное мышление невозможно без прочного фундамента из старых знаний. Старые знания когда-то были новыми. То, что казалось раньше чудом техники, сегодня – лишь заурядная часть современного мира.

Каждый человек в различные периоды своей жизни и в различных ситуациях использует как прогрессивное, так и консервативное мышление. Например, мы не придумываем каждый раз, садясь за стол, как держать вилку в руке, мы просто действуем по старинке. Поэтому, можно говорить лишь о том, что в определённых людях преобладает тот или иной вид мышления. Дальнейшее деление людей будет проводиться мной исходя из этого критерия. Я буду условно называть представителей различных типов мышления прогрессистами и консерваторами.

Глава 6. О столкновении двух типов мышления

Отцы и дети, старики и молодые, консерваторы против революционеров, новое и старое, традиционное и новаторское – это лишь малый перечень социальных конфликтов, известных всем нам. Им было посвящено бесчисленное количество художественной и научной литературы, картин, музыки, кино. Но на деле – всё это лишь проявления столкновения прогрессивного и консервативного типов мышления.

В основе всех социальных конфликтов консерваторов и прогрессистов лежит внутриличностный конфликт. Каждый человек в своей жизни сталкивается с тем, продолжить ли ему заниматься открытиями или же остановиться и довольствоваться тем, что имеешь. Этот конфликт не острый он хронический и длится всю жизнь человека, только вот с возрастом во внутриличностном конфликте всё чаще побеждает консерватор.

В самом начале жизни человек не обладает знаниями, он не может быть консерватором. Жизнь заставляет его учиться, думать, развиваться. Сама природа даровала детям большое количество энергии. Со временем напор ослабевает, и человек всё чаще предпочитает старые знания новым. В старости, когда силы человека на исходе, а мозг по естественным причинам разрушается, человек уже не может думать о новом и окончательно останавливается в умственном развитии. Поэтому нетрудно заметить, что образцовые консерваторы – это почти всегда старики, а прогрессисты – молодые.

Межличностные конфликты между консерваторами и прогрессистами возникают из того, что консерваторы опираются на старые знания и живут в известном им мире. Прогрессисты же опираются на новые знания и меняют мир под себя, чем нарушают покой консерваторов. Консерваторы не остаются в стороне, сначала они требуют доказательств, а когда те получены, становятся агрессивными и изо всех сил стараются защитить прежний уклад жизни, ибо в новом они окажутся на вторых ролях, а может и вовсе не у дел.

Для наглядности столкновения двух типов мышления, приведу примеры.

Конфликт «отцов и детей», а точнее следует его назвать конфликтом «дедушек и внуков» или конфликтом поколений, известен всем⁸. Каждый из нас был ребёнком и каждому из нас казалось странным поведение и убеждения наших дедушек и бабушек, их сопротивление всему новому. Сначала мы долго и упорно пытались научить их пользоваться мобильным телефоном, потом, когда «победа», казалось, была одержана, обнаруживаем этот самый телефон в целлофановом пакете в шкафу. А спорить о политике со стариками так вообще задача не из лёгких, они будут держаться до последнего за известных им кандидатов и партии, даже за тех, кого уже давно нет.

Старики – это образец консервативного мышления, их возраст оставляет мало шансов для интенсивной умственной деятельности. Старость мозга, недостаток энергии, частые болезни – всё это не способствует прогрессивному мышлению. Старикам комфортно в существующем мире, они его знают и понимают: на открытие нового у них просто нет сил. Молодые же – наоборот, стремятся вырваться из скучной действительности, превзойти своих родных, достичь успеха. Они полны энергии, каждый день сталкиваются с вызовами в школе и университете. Большинство из молодых, конечно, рано «выдыхаются», но именно из них выходит большинство изобретателей, первооткрывателей, революционеров и реформаторов. Они не хотят жить в скучном зацикленном мире, они стремятся наполнить его чем-то новым, необычным, установить новые правила игры. Всё это пугает стариков. Поэтому и получается конфликт: старики не хотят жить по-новому, молодые не хотят жить по-старому.

Разрешается этот конфликт следующим образом: крайне редко стариков удаётся переубедить, и они соглашаются при поддержке молодых, принять что-то новое. Но чаще всего, конфликт заканчивается смертью стариков.

Политический конфликт между консерваторами и прогрессистами основан на конфликте отцов и детей. Это межгрупповой конфликт. Люди с разным типом мышления объединяются. Консерваторы объединяются из-за страха, прогрессисты из-за желания сокрушить старые порядки. Страх объединяет сильнее, а желание – слабее. Поэтому консерваторы в политике более сплочены, прогрессисты же с трудом могут создать единую партию или движение. Поэтому консервативная политическая политика устойчивее и продолжительнее, прогрессисты с трудом ведут политическую борьбу и часто проигрывают консерваторам. Но итогом противостояния двух типов мышления на политической арене всегда является победа прогрессистов.

Это происходит по двум естественным причинам. Во-первых, ряды консерваторов редеют со смертью наиболее закостенелых их них. На их место встают представители следующих поколений, которые уже подчерпнули что-то новое, по сравнению со своими предшественниками. Во-вторых, совокупность новых знаний становится настолько большой, что игнорировать её уже не представляется возможным. В этом случае консерваторы не могут игнорировать полезные разработки прогрессистов и идут на компромисс. Компромисс этот чаще всего выражается в реформах: появляются новые политические институты, меняется государственное устройство, меняется даже словарный запас политических деятелей. Но иногда случается, что прогресс настолько силён, а прогрессисты настолько смелы, что для естественных реформ не остаётся времени, в этом случае происходит революция – старые институты уничтожаются, а на их месте возникают новые. Такое резкое изменение политического устройства самым пагубным образом сказывается на психическом, имущественном и социальном положении многих слоёв населения.

Конечно, предпочтительнее, чтобы общество избрало путь реформ, при которых старые поколения постепенно уступают место молодым, но плавный переход случается далеко не всегда, потому консерваторам следует ослабить хватку, а прогрессистам напор.

Самым длящимся конфликтом между различными типами мышления является конфликт ценностей. Традиции, нравственные устои, религиозные установки – меняются гораздо медленнее. В этих вопросах поколения менее враждебны. Если вдруг выскочит откуда-то прогрессист и обрушится на догматы церкви или традиции, то его почти сразу разорвут. Такой прогрессист напугает большинство своих сограждан и вряд ли сможет рассчитывать на их понимание. Всё это связано с тем, что религиозные и традиционные ценности прививаются человеку в раннем детстве и изменить их потом будет крайне сложно. Удивительно, но именно в раннем детстве в этой сфере люди становятся консерваторами. Они ходят в церковь, ставят свечки, прикладываются лбом к иконам, носят крестики, и мало кто из них может объяснить, зачем он это делает. «Так положено» – наиболее частый ответ. Но что будет, если сказать, что все эти церковные ритуалы не просто бесполезны, они противоречат Библии или другой священной книге? Правильно – на вас посмотрят как на выскочку и сумасшедшего. Впрочем, об это можно написать целую книгу, здесь же я ограничусь сделанными комментариями.

Поэтому большинство социальных конфликтов проистекают из столкновения прогрессивного и консервативного типов мышления, а вовсе не из имущественного положения сторон или так называемых идеологий.

Глава 7. Об уместности прогрессивного и консервативного типов мышления в различных ситуациях

Несмотря на то, что прогрессивное мышление и прогрессисты делают нашу жизнь безопаснее, комфортнее и счастливее, прогрессивное мышление не всегда уместно, а иногда и опасно.

Так, если хирург при проведении самой типичной операции, например, удалении аппендицита, захочет поэкспериментировать и применить новаторские методы, о которых медсёстрам ничего не известно, то такая простая операция может оказаться летальной для пациента. Рабочий, который вдруг стал по иному использовать свой станок, может остановить всю производственную линию завода, за что премию он точно не получит, хотя его метод и более эффективный.

Новые методы должны не просто пройти предварительное испытание на пригодность и безопасность, но в то же время они должны быть известны всем лицам, которые занимаются совместной работой. В противном случае случится разрыв в действиях и их понимании со стороны участников коллектива, а это может иметь самые пагубные последствия.

Похожая проблема возникает и с консервативным мышлением. Когда мир изменился, и поменялись правила игры, быть ретроградом не просто смешно, но и опасно. Так, прусские войска под командованием князя Фридриха Гогенлоэ (1746 – 1818) потерпели сокрушительное поражение от армии Наполеона при Йене (14 октября 1806), а всё потому, что прусский командующий придерживался устаревшей тактики наступления времён Фридриха Великого (1712 – 1786): он двинул колонны по открытой местности. Наполеон же поступил необычно: вместо того чтобы также двинуть свои войска по полю стройными рядами, он захватил деревушку и укрыл своих солдат за домами. Не трудно догадаться, чем закончилось сражение, когда прусская армия была как на ладони, а французские войска скрыты за домами⁹. Прусское командование применяло старые методы ведения войны, Наполеон же старался перехитрить противника и применял неизвестные ранее манёвры. Неудивительно, что вскоре армия французов захватила Берлин и Пруссия попала под влияние Франции.

Так, где же следует применять новые знания, а где следует отдать предпочтение старым? Ответ на этот вопрос зависит от сферы деятельности человека. Нагляднее всего показать, как прогрессивное и консервативное мышление сочетаются на примере компании. Руководству следует придерживаться прогрессивного мышления, оно представляет компанию вовне, потому именно оно играет важнейшую роль в конкурентной борьбе с другими предпринимателями. Перехитрить конкурентов, занять их долю на рынке, сделать зависимыми – всё это требует недюжинного умственного труда и смекалки.

Прогрессивным мышлением просто обязаны обладать сотрудники лабораторий, конструкторских бюро и других подразделений компании, в которых разрабатывается новая продукция. Оно и понятно, пустое копирование технологий конкурентов в лучшем случае приведёт к отставанию от них, в худшем – к судебным разбирательствам. Что касается обычного персонала – сборщиков, слесарей, электриков, то на эти должности можно ставить консерваторов. Более того, чем чаще человек повторяет одно и то же движение, тем лучше оно у него получается и тем меньше продукции попадает в брак.

Примером такой успешной компании можно назвать Standard Oil Джона Рокфеллера (1839 – 1937). В своей деятельности Дж. Рокфеллер прибегал к большому количеству всевозможных ухищрений, уловок, иногда и вовсе к обычному насилию, но одним из ярких примеров нестандартного подхода было строительство первого в мире нефтепровода, по которому нефть с добывающих вышек текла прямиком на его перерабатывающие заводы. До этого все компании использовали железнодорожные цистерны, тем самым ставя себя в зависимость от не менее хищных железнодорожных магнатов. Применение нефтепровода позволило Дж. Рокфеллеру не только вылезти из железнодорожной удавки, но и получить существенное преимущество перед своими конкурентами.

Когда спрос на керосин – основную продукцию Standard Oil, стал падать из-за появления электричества, Дж. Рокфеллер переориентировал свои заводы на производство бензина для нужд новой отрасли американской экономики – автомобилестроения.

В Standard Oil также была лаборатория, где изобретались всё новые способы перегонки керосина, затем и бензина. В компании работали и тысячи обычных рабочих, выполняющих день за днём одинаковые функции. Поскольку в Standard Oil все были на своих местах, она стала одной из самых успешных компаний за всю мировую историю.

Таким образом, ненужно каждый раз изобретать велосипед, человек может и должен пользоваться старыми знаниями. Прогрессистам не стоит давать свободу действий в тех областях, где требуется монотонное повторение одних и тех же движений, а консерваторов следует держать подальше от сфер, где поиск нового – это залог выживания.

Глава 8. Выводы

Человек получил от природы замечательную способность – мышление. Благодаря ему он смог заставить природу работать на него. Но за свой прогресс человек платит большую цену – чем сложнее и разнообразней становится его жизнь, тем больше рисков возникает на его пути.

Стремление узнать и ликвидировать эти риски, иными словами стремление к определённости, постоянно сопровождает человека. Он старается посредством знаний обезопасить себя. С другой стороны активная умственная деятельность неизбежно сталкивается с другой силой – силой лени. Мышление отнимает много энергии, и организм сопротивляется этому.

Точка, где обе эти силы уравновешивают друг друга, определяет уровень умственного развития человека.

Человек в своей деятельности прибегает к двум типам мышления – прогрессивному и консервативному. Тех, у кого преобладает соответствующий тип мышления, называют прогрессистами или консерваторами. Между ними часто возникают конфликты. Прогрессисты хотят жить по-новому, консерваторы хотят жить по-старому.

Оба типа мышления уместны в определённых ситуациях. Так, в тех сферах, где требуется монотонная работа, консерваторы имеют преимущество, там, где нужно интенсивно думать, выигрывают прогрессисты.

Книга 2. Общество и разум

Глава 1. О естественной и умственной эволюции человека

Согласно современным научным представлениям относительно происхождения человека, последний произошёл от человекоподобных обезьян. В плане эволюции, тело человека ничем не отличалось от тел других живых организмов – оно было результатом долгого и постоянного естественного отбора. Если говорить проще, то эволюция заключается в смене формы живого существа. Форма эта меняется в зависимости от внешних факторов – приспособленные особи выживают и дают потомство, неприспособленные погибают и потомства не оставляют. Человек прошёл точно такой же путь, как и другие организмы, форма его тела – лишь результат огромного количества мутаций.

Но такой взгляд на человека представляет несколько усечённую картину. Современного человека внешне можно сравнить с обезьяноподобным существом (что я и делаю, когда вижу некоторых людей – очень увлекательное занятие, попробуйте), но приравнивать их не стоит. Человек получил от природы величайший дар – умение мыслить, а вместе с ним и умение преобразовывать саму природу. Он придумал разнообразные инструменты, которыми менял окружающий мир. Человек не стал ждать миллионы лет, когда у него отрастут крылья, он просто изобрёл самолёт. Такая особенность человека ставит биологическую эволюцию на второй план, а на первый выводит эволюцию умственную.

Антропологи выделяют несколько этапов эволюции человека: австралопитеки – человек умелый – человек прямоходящий – человек разумный¹⁰. Если углубиться в эту тему, то нетрудно заметить, что все эти этапы характеризуются не только внешними изменениями человека и ростом его мозга, они также связаны с научно-техническим прогрессом.

Первым таким достижением является применение примитивных инструментов: камней и палок (2,5 млн. лет назад). Человек прямоходящий примерно за 400 тыс. лет назад освоил огонь и стал применять его для отпугивания животных и приготовления пищи. Время появления величайшего инструмента человечества – языка определить затруднительно, учёные могут делать выводы об этом только по структуре мозга древних людей и строению гортани. Зачатки речевого аппарата наблюдаются у человека умелого (2 млн. лет назад). Предположительно, люди сначала использовали жесты, затем издавали простейшие звуки, потом появились слова – сначала обозначающие конкретные предметы (камень, мамонт), затем – абстрактные (семья, род, враг). Постепенно развитие мозга открыло новую возможность – составлять из слов предложения. Это стало настоящим прорывом: теперь не нужно было каждому явлению придумывать своё слово (так память очень быстро заканчивалась), стало возможным описывать явление несколькими словами¹¹.

Завершением первобытного периода жизни человека принято считать Неолитическую революцию (примерно 10 000 лет назад), при которой человек перешёл от присвоения (охота, рыбалка, сбор плодов) к изготовлению продуктов питания (растениеводство, скотоводство). Все эти изменения постепенно переходили из области естественной эволюции в область умственной. Роль первой со временем падала, второй возрастала.

Естественная эволюция возможна только при наличии двух условиях: передаче и мутации генов. Умственная эволюция также происходит не на пустом месте, для неё нужны два механизма: наследование знаний и открытие новых.

Благодаря наследованию знаний, следующие поколения получают уже готовые знания от своих родителей и от многих поколений, что жили до них. К унаследованным знаниям, человек добавлял свои и передавал их всех вместе потомкам. Этот процесс длится миллионы лет. Сначала знаний было мало, сегодня их огромное количество, процесс их передачи и прибавления не прерывался, а значит, его можно назвать первым естественным законом умственного развития человеческого общества. Отсюда же вытекает второй естественный закон – человечество развивается по пути прогресса. Объём знаний постоянно растёт и растёт постепенно, а не скачкообразно. Увеличение знаний подчиняется скорее геометрической прогрессии, нежели арифметической: каждое новое знание обычно, открывает дорогу нескольким другим, а не только одному. Второй закон умственного развития общества также логично вытекает из уже известного нам стремления к определённости.

Глава 2. О том, как наследуются знания

Наследование знаний было бы невозможным без определённых способов, которыми владеет человек. Первым из них можно назвать наблюдение. Первобытный ребёнок смотрел, как его родители разделывали мясо, мылись в реке или собирали ягоды. То же самое повторял и он. Сегодня ситуация ни сколько не поменялась, оглянитесь и посмотрите, как ваши дети или дети знакомых постоянно норовят сунуть свой нос во взрослые дела и «помочь» родителям.

Но не только дети занимаются «подглядыванием», желание подсмотреть и скопировать присуще и взрослым. Чтобы в этом убедиться достаточно подойти к любому ресторанчику с открытой кухней, чтобы заметить, как ожидающий посетитель с интересом разглядывает блинопёка или сушиста. Наблюдение и подражание – это древнейший способ наследования знаний.

Простое наблюдение – это примитивный способ с весьма ограниченным действием. Он может передать знания о простейших предметах и явлениях. Восполняет недостаток наблюдения язык.

Язык – это система передачи информации. Чтобы показать, как он работает, приведу пример. В голове одного человека есть образ, пусть это будет образ его дома. Этот человек хочет похвастаться другому или просто рассказать ему о своём жилище. Так как передать мысли на расстоянии человек не может, он кодирует образ дома – превращает его в слова, передаёт код (слова) другому человеку посредством речевого аппарата, собеседник принимает код (слова) посредством слуха и раскодирует сообщение – создаёт образ того самого дома у себя в голове.

Язык это очень действенное средство передачи знаний. Он более оперативный, чем простое наблюдение, более информативный и позволяет обратить внимание собеседника на скрытые процессы незаметные человеческому глазу. Приведу пример. Допустим, древний человек видел, как его друга укусила змея, когда тот переходил реку. Через несколько дней, второй его друг тоже хотел пересечь реку. Если бы человек не обладал речью, он был бы вынужден либо физически препятствовать другу, что могло кончиться конфликтом, либо же ему пришлось показывать на своей шкуре, что заросли у реки опасны. Слово устраняет эту проблему, оно рисует образ притаившейся змеи в сознании человека, и тот понимает опасность.

Наиболее примитивным языком был язык жестов. Он позволял передавать лишь простейшие образы и команды. Следующим этапом развития языка стало появление слов, сначала конкретных, затем абстрактных. Со временем, язык усложнялся и пополнялся новыми словами, человек научился из слов строить фразы. Высшим этапом развития языка можно считать научный язык – совокупность слов, которые используются в учёном сообществе. Они отличаются многозначностью, глубиной, интернациональностью. Простому человеку бывает сложно их воспринимать, но на них говорят учёные – люди, целенаправленно занимающиеся получением новых знаний о мире. Чтобы понять различие между перечисленными выше языками, достаточно обратиться к современным языкам. Английский, французский, немецкий, русский языки – это языки, на которых говорит научное сообщество. Они содержат специальные термины, которыми можно обозначить сложные процессы и явления. Если взять язык какого-нибудь африканского племени, то в нём мы вряд ли обнаружим хоть одно научное слово. Оно и понятно, зачем племени научные слова?

Язык со временем получил полезное дополнение – письменность. Благодаря письменности наследование знаний стало возможно не только от предшествующего поколения, но и от людей живших тысячелетия назад. Сегодня полки в книжных магазинах заставлены книгами Сократа (470 – 399 до н.э.), Аристотеля (384 – 326 до н.э.) и Платона (429 – 327 до н.э.). Смогли бы мы получить хоть крупицу их знаний, если бы их суждения дошли до нас посредством «сломанного телефона»? Письменность – это фиксация мыслей на физическом носителе посредством специально созданных графических знаков. Буквы, цифры, иероглифы – всё это те инструменты, с помощью которых мы можем общаться с неограниченным количеством людей как живущих ныне, так и с теми, кто будет жить после нас.

Язык сегодня – это глобальное явление. Границы между национальными языками стираются, слова одного языка проникают в состав другого. Книгопечатание, а затем интернет сделали передачу знаний глобальной. Теперь любой может получить знания от всех людей мира и поделиться своими.

Телепатия. Сегодня телепатия укрыта под толстым одеялом паранаучности, шёпота и смеха. Передачу мыслей на расстоянии считают чем-то фантастическим и ненаучным. Но следует сказать, что руки у науки длинные, но не бесконечные. Наука сильна, но не всесильна. Многие процессы и явления сначала нашли своё отражение в религии, в произведениях фантастов, а затем, стали реальностью. О ненаучности, а значит, ложности, того или иного суждения можно говорить лишь в том случае, если наука предоставила опровергающие доказательства, до этого вопрос об истинности суждения носит подвешенный характер – не доказана его правдивость, но и ложность тоже не установлена. Но, вернёмся к телепатии.

Чтобы описать, как работает телепатия, следует вернуться к разговору двух людей о доме. При простом общении, образ дома дойдёт до слушателя искажённым, в нём, допустим, не будет пары окон, цвет стен окажется не песчаным, а оранжевым и многое многое другое, о чём забыл сказать хозяин дома. Искажение образа – вот главная проблема языка. Многие слова не только имеют несколько значений, но и воспринимаются всеми людьми по-разному. Что уж говорить об оценочных понятиях (хорошо, плохо, жарко, холодно)? Как видно, речь, в качестве средства передачи знаний, страдает существенным недостатком – неточностью. Но что, если не использовать слова, а передавать образы (мысли) напрямую? В этом случае искажения не последует, образ будет передан точно и без изменений. Но как? Пока мы не знаем, но такую возможность не следует списывать со счетов. Восприятие человека неразрывно связано с воздействием внешнего фактора на его нервную систему, поэтому телепатия в той форме какой её представляют в фильмах невозможна.

Однако передача образа возможна посредством технических устройств – средств создания альтернативной реальности. Представим, что один человек надевает, к примеру, шлем альтернативной реальности, представляет в ней свой дом и передаёт шлем другому человеку. Тот его надевает и видит дом в малейших деталях. Можно использовать два шлема одновременно и один компьютер, в котором «собеседники» будут обмениваться мыслями.

Что-то похожее на телепатию мы наблюдаем и сегодня. Все виды искусства, за исключением литературы (она использует слова), являются формой творчества. Один и тот же образ внешне можно выразить по-разному. Возьмём для примера «Рождение Венеры» – картину художника эпохи Возрождения Сандро Боттичелли (1445 – 1510). Прекрасная девушка Венера плывёт на морской раковине подгоняемой её отцом Зефиром к берегу, где её встречает одна из граций. Эта картина основана на мифе о рождении Венеры. То есть этот образ сначала появился в голове у автора мифа, затем он (образ) был облачён в словесную форму. Сандро Боттичелли услышал миф и в его голове возник тот же образ, только искажённый, который он воплотил посредством красок на холсте. Образ, сформировавшийся в голове художника, почти в точности может воспринять любой, кто посмотрит на картину. Передача образа в данном случае будет куда точнее, чем, если бы С. Боттичелли решил написать о нём книгу.

Наиболее развитыми видами искусства являются кино и видеоигры. Они позволяют воспринимать образ не только статичным, но и в динамике. Но на сегодняшний день все виды искусства страдают одним и тем же недостатком – искажением образа. Сколько было взбешённых режиссёров, сценаристов и продюсеров, когда они видели, как их прекрасный образ Венеры, на экране превращался во что-то уродливое?

Разработка технических средств для передачи образов без помощи традиционных форм, позволит передавать знания без искажений, что при современных требованиях к точности просто необходимо.

Глава 3. Дальнейшее умственное развитие человечества

Будущее заботит человека ещё больше, чем прошлое. Конечно, какая большая неопределённость! Фантасты и учёные рисуют образы человека будущего, и каждый пытается быть оригинальным и удивить всех вокруг. Человек будущего – это и уродец с гипертрофированной головой на теле-палочке, и разжирелый студень, которого передвигают маленькие роботы, и красивый статный белокурый ариец, гордо смотрящий вперёд. Главная проблема всех этих образов в том, что человек чрезмерно уделяет внимание изменениям тела или, что то же самое, биологической эволюции. Но биологическая эволюция и в обычных организмах протекает очень медленно, а человек всеми способами пытается ей препятствовать. Гораздо интересней и практичней, на мой взгляд, уделить внимание эволюции умственной. Именно она давно вышла на первый план и именно от неё зависит в первую очередь, какими мы будем в не таком уж и далёком будущем.

В первобытном мире люди обладали небольшим кругом знаний, в основном о выживании. С развитием общества, появлением традиций, религиозных культов, разделения труда и возникновения первых государств, знания стали так велики, что человек разделил их на науки, каждая из которых соответствовала какой-нибудь области жизнедеятельности.

Наука способствовала, с одной стороны, углублению знаний о каком-либо предмете, с другой, – разделила людей. Один ремесленник или учёный, который обладает глубокими знаниями о своём деле, почти ничего не знает о ремесле или познаниях соседа. Земледелец не знает, как успешно торговать, торговец не знает, как правильно полоть землю и ухаживать за животными.

Сегодня умственное разделение настолько велико, что с трудом понимают друг друга даже «соседи» по науке, например, юристы и экономисты. Из-за этого человек старается придумать новые формы общения и совместной деятельности. Например, над одним сложным проектом трудятся представители различных наук, они соединяют свои знания, хотя каждый из них мало что смыслит в работе своих коллег. Требуется координация между специалистами из различных отраслей знания.

Помимо новых форм взаимодействия и совместной работы, создаются новые способы обучения. Всё больше внимания уделяется практике, а не теории, которая разрастается до таких масштабов, что познать её всю уже невозможно. Люди умнеют и глупеют одновременно. Знания дробятся и углубляются. Срок обучения всё время увеличивается, для работы остаётся всё меньше времени. Так к чему может привести эта тенденция?

Человек на протяжении своей жизни проходит три этапа умственной деятельности. Сначала он учится – перенимает знания от других (юность), затем он применяет эти знания и создаёт новые (зрелость), в конце – он пользуется лишь старыми знаниями (старость). Молодой человек с трудом может сделать новое открытие, поскольку не обладает фундаментальными знаниями¹², старый человек не может делать открытия, в силу старения мозга. В итоге, только взрослый человек способен двигать прогресс. Но рамки взрослого этапа постоянно сужаются. Этап юности увеличивается за счёт увеличения срока обучения, этап стрости не меняется – старение мозга начинается всё в то же время (после 50 лет). Получается, что продолжительность этапа зрелости постоянно сокращается. Может случиться так, что человек будет учиться, чтобы только использовать свои знания, а на поиск новых у него не останется времени. Умственная эволюция остановится.

Но всё ли так печально? Думаю, да. В первое время выходом из тупика послужит уменьшение времени образования и отдаление этапа старости. Первое решение достигается посредством внедрения новых методов образования, второе – посредством поддержания активности мозга. Как такое возможно? Для этого нужны открытия в области образования и биотехнологий. Уменьшить срок образования можно посредством улучшения запоминания, тем самым время на повторение материала сократится. Продлить работоспособность мозга можно посредством упражнений и медикаментов.

Гораздо большей проблемой, причём весьма скоро, для человека станет конфликт между биологической эволюцией и умственной. Биологическая эволюция действует крайне медленно, умственная – чрезвычайно быстро. Однажды это приведёт человека к эволюционному тупику. Его мозг, вследствие своего устройства, будет не способен производить и воспринимать новые знания. Люди углубятся настолько, что коммуникации между ними станут невозможны. Мозг человека, его главная ценность, станет его главной обузой. Умственное развитие остановится, новых знаний не будет, а открытия всё чаще будут дублировать уже существующие, но неизвестные учёному, знания.

Похожая ситуация возникла ещё в первобытные времена, когда мозг человека стал главным тормозом для развития языка. До этого человек каждому явлению давал уникальное имя. Но многообразие явлений было столь велико, что новые слова могли появляться только после забытья старых. Человек как бы попал в кольцо – новое слово вытесняет старое, но как тогда обозначать старые явления? Первобытный человек нашёл способ – он стал строить фразы, комбинируя старые слова для описания новых явлений¹³. Проблема была решена.

Отголоском той первобытной проблемы служит незнание современным человеком наименования дальних родственников. Мы предпочитаем описывать их фразой из более простых слов, например, «брат мужа», а не использовать соответствующее уникальное наименование «деверь». Точно также современный человек действует, когда не знает точного названия явления, он прибегает к его описанию.

Но как разрешить новый тупик эволюции? Возможно, в этом нам помогут компьютеры. Их функции почти не отличаются от функций человеческого мозга – они обрабатывают информацию и на основе этого делают новые выводы. В отличие от мозга, их возможности почти безграничны, вычислительную мощность можно увеличивать практически бесконечно. Скорее всего, именно на компьютеры ляжет главная забота об умственном развитии человека. Именно они будут первопроходцами, а человек просто будет пользоваться новыми знаниями. Симбиоз человека и компьютера – необходимость и второй этап умственного развития человечества.

Относительно третьего этапа можно только помечтать. Человеку, наконец, удастся избавиться от своего главного тормоза – мозга и заменить его чем-то другим, более совершенным инструментом. Но что тогда будет с нашими потребностями? Остаётся только гадать. Быть может, человечество вообще объединится в один разум и будет бродить по просторам Вселенной, подобно бестелесному жадному до знаний духу.

Глава 4. Об интенсивности умственного прогресса человечества

Умственный прогресс человечества – не спокойная река, равномерно текущая на всём протяжении истории. На его пути то и дело встречаются валуны, запруды и плотины. Люди стремятся к знаниям, но в этом стремлении часто сталкиваются с препятствиями. Нам не известно, каким бы был мир сейчас, если бы труды учёных не сжигали, правительства или церковь не карали за «вольнодумство», если бы человеческий разум не был скован различными предрассудками или фантазиями. Человек живёт в обществе, и именно общественные институты могут, как способствовать умственному прогрессу человека, так и значительно затормозить его. В этом нетрудно убедиться, если взглянуть на существующие общества. Почему одни из них пользуются всевозможными техническими средствами – компьютерами, автомобилями, самолётами, а другие вынуждены бегать от тигра голышом? Неужели естественный закон прогрессивного развития человечества распространяется на одних, а на других нет? Что мешает одним и помогает другим?

На интенсивность умственного развития влияют следующие обстоятельства: климат и география, нравственность индивида, обычаи и религия, право и корпоративные нормы, общественное мнение и политическая система, а также экономический уклад общества. На каждом из этих элементов следует остановиться подробнее.

Глава 5. Влияние на умственный прогресс общества климата и географии

Влияние климата и географии на умственное развитие общества – достаточно спорный предмет. На каждое правило можно встретить множество исключений. Сегодня, в эпоху развитого транспорта и международных информационных систем, роль этих факторов совсем мала. Однако, раньше, когда уровень технологий был не настолько высок, климат и география оказывали куда большее влияние.

Изучение влияния климата и географии следует начать с описания самих этих условий, в отрыве от реально сформировавшихся человеческих общностей. Это вызвано тем, что каждое общество складывалось в уникальных для него условиях, а строить свои рассуждения от уникальных случаев, значит допустить ошибку.

Климат можно разделить на мягкий, умеренный и суровый. В мягком климате человек почти не испытывает воздействия природы, даже наоборот, она как щедрая мать одаривает его всевозможными благами. Еда растёт на деревьях, земля даёт по три урожая в год, а зима – это всего лишь второе лето. В таких мягких условиях человек почти не сталкивается с затруднениями, а значит, его ничто не побуждает к умственной деятельности. Он не строит сложных домов, не старается повысить урожайность, всеобщее изобилие препятствует развитию торговли¹⁴, а значит и накоплению капитала. Изобилие пищи ведёт к увеличению населения и возможности формировать большие армии. Войны между обществами в мягком климате более масштабные и разрушительные.

Люди, проживающие в суровом климате, наоборот, страдают от нехватки всего. Ведение сельского хозяйства на промёрзшей земле или в пустыне практически невозможно. Это вынуждает местных жителей вести присваивающий образ жизни – добывать пищу охотой или кочевать вместе со стадами. Кочевой образ жизни также требует простоты от жилища, оно должно быть мобильным.

Скудность продуктов питания тормозит рост населения. Жители таких обществ часто живут обособлено маленькими семьями, что усложняет общение с другими людьми¹⁵.

Жизнь в холодном или жарком климате требует повышенного потребления калорий, и человек только и делает, что занимается удовлетворением своих потребностей. На раздумья у него времени почти не остаётся.

Можно сказать, что проживающим в умеренном климате людям сильно повезло. С одной стороны, они не пытаются постоянно выжить, с другой, – климат всё же не даёт им времени расслабиться. Они строят сложные постоянные жилища с системой обогрева и отвода угарного газа. Они имеют два комплекта одежды – для каждого сезона. Отсутствие избытка пищи заставляет планировать своё потребление и изобретать средства хранения продуктов. В таких обществах развита торговля, поскольку ничего нет в изобилии, необходимость заниматься сельским хозяйством, заставляет изобретать новые инструменты, а значит, приводит к развитию ремёсел.

Таким образом, климат в прошлом имел существенное влияние на умственное развитие обществ. Умеренный климат можно назвать самым лучшим – человек вынужден много думать, но не принуждён постоянно искать себе средства пропитания. Дальше идёт климат мягкий. Человек почти не подвергается неблагоприятному действию природы, пища у него в изобилии, но такая природная щедрость не создаёт стимулов для мышления и изобретательства. Самым худшим климатом является суровый. Люди каждый день вынуждены заботиться о пропитании. Они не сидят на одном месте, а мигрируют вместе со стадами. Ограниченность пищи также ведёт к изоляции, что самым негативным образом сказывается на передаче знаний и мышлении.

Если климат оказывает влияние на необходимость думать и изменять окружающий мир, то география действует по-другому. Она влияет на распространение знаний, препятствует или способствует их дублированию. Можно выделить общества изолированные и неизолированные.

Изолированные общества, как правило, не взаимодействуют с другими обществами и развиваются в отрыве от них, самостоятельно. Изоляция чаще всего бывает естественной, например, люди проживают на небольших островах посреди океана, или же живут в долине, окружённой неприступными горами. Непроходимые джунгли, пустыни, бесплодные пустоши также могут стать причиной изоляции общества. Существенным недостатком может стать отсутствие выхода к морю, это означает, что общество может сообщаться лишь со своими соседями. Изоляция препятствует получению знаний от других обществ. Изолированное общество вынуждено самостоятельно открывать новые знания. Это ведёт к сильному замедлению умственного развития и необходимости заново открывать велосипед, вместо того, чтобы просто позаимствовать изобретение у других обществ.

Неизолированные общества имеют огромное преимущество. Внешне и юридически они могут казаться разделёнными, но в плане умственного развития это не так. Они представляют собой как бы одно общество. Если одно из таких обществ открыло какую-то технологию, то она мгновенно будет известна в другом обществе. Отсутствие дублирования освобождает время и ресурсы для новых открытий и усовершенствования старых технологий.

Комбинации климатических и географических факторов приводят к разности в развитии между обществами. Так, те общества, которые существуют в суровом климате и при том изолированы от других – самые отсталые. Общества, существующие в умеренном климате и неизолированные – самые развитые. Такую зависимость не трудно показать на примерах.

Сегодня самыми развитыми обществами являются европейское и северо-американское. Европейское общество возобладало ещё в Древнем мире. Римская империя покорила все средиземноморские земли. Римляне имели выход также к Бискайскому заливу, Северному, Чёрному и Азовскому морям, а также к Персидскому заливу и Красному морю. Римляне налаживали связи со всеми окружающими их обществами, вплоть до Китая, и у каждого из них они переняли большое число изобретений, технологий и других знаний. После распада Римской империи, географические и климатические факторы проявились ещё сильнее. Наибольшего развития достигла империя франков, занимавшая пространство от Испании до Германии и Италии. Скандинавские страны страдали от сурового климата, но близость к другим европейским обществам, а главное, неуёмная тяга скандинавов к путешествиям и торговле во многом сгладили негативное влияние климата.

Общества долгое время проживавшие в изоляции и сегодня кажутся отсталыми. Например, у народов Северного Кавказа и Восточной Сибири до сих пор сильны родо-племенные отношения. Туземцы с островов Тихого океана, африканские аборигены, жители джунглей Южной Америки по праву считаются самыми отсталыми из человеческих обществ.

Самым показательным примером влияния климата и географии является Евразия. Материк напоминает огромный треугольник. Левый угол этого «треугольника» занимает Европа. Климат здесь умеренный, отсутствуют непреодолимые препятствия и люди живут достаточно тесно. Чем дальше на Восток, тем больше увеличиваются расстояния и ухудшается климат, выход к морю теряют всё больше и больше обществ. В центре «треугольника» практически нет жизни – одни лишь бесконечные степи и холмы. Расстояния там настолько велики, что и сегодня приходится несколько дней ехать на поезде или несколько часов лететь на самолёте. На северо-восточном углу «треугольника» расположилась Чукотка. Это изолированный край с суровым климатом. Сегодня продукты в регион завозят по морю, в прежние времена немногочисленные народы были вынуждены вести кочевой образ жизни и заниматься рыбалкой. Юго-восточный угол «треугольника» занимают перенаселённые азиатские общества – Китай, Индия, общества Индо-Китая. Климат здесь мягкий, существуют небольшие препятствия в сообщении, такие как Гималайские горы, но длинная береговая линия и многочисленные реки препятствуют изоляции. Не трудно заметить, что европейский угол с его умеренным климатом и многочисленными путями сообщения является самым развитым. Юго-восточный угол уступает европейскому в развитии из-за мягкого климата, но многочисленные пути сообщения позволили азиатским обществам достичь успехов в изобретательстве и технологиях. Чукотский же угол находится в суровом климате, несмотря на длинную береговую линию, до ближайших обществ, всё равно, почти невозможно добраться. Чукотский угол наименее развит.

Приведённые в этой главе примеры относятся преимущественно ко времени до XX века, когда появились усовершенствованные средства сообщения и глобальные информационные сети. Однако стоит отметить, что даже достижения прошедшего века не смогли выравнять различие в развитии обществ, на которое оказали влияние климат и география.

Глава 6. О влиянии нравственности на умственное развитие человека

Человек живёт в обществе, а значит, вынужден вести себя в соответствии с определёнными правилами. Отношения между индивидами, которые составляют суть общества, развиваются не сами по себе, но под воздействием определённых регуляторов поведения человека. Каждый из них я подробно рассмотрю в последующих главах, здесь же остановлюсь на нравственности.

Нравственность можно считать самым древним регулятором поведения человека. Она является результатом эволюции. Как писал известный русский философ Пётр Кропоткин (1842 – 1921) со ссылками на исследования иностранных естествоиспытателей, нравственность развилась из инстинкта взаимопомощи¹⁶. Согласно нему, люди стремятся помогать друг другу и даже жертвуют жизнью во благо другого человека. Философ также отмечал, что инстинкт этот присущ социальным животным, таким как пчёлы и муравьи.

Чтобы понять, как действует нравственность, достаточно присмотреться к себе и представить, что с вами было, если бы вы, допустим, оскорбили публично доброго человека. После этого вами овладеет странное чувство, будто что-то сжимает ваши внутренности и сковывает сердце. Другими словами, вы почувствуете стыд. Чтобы больше не испытывать это неприятное чувство, в будущем вы откажетесь вновь оскорблять доброго человека.

Стыд действует после аморального поступка, совесть – до него. Если для человека совершить что-то считается аморальным, то он всеми силами будет избегать этого. Совесть и стыд – это психологический механизм принуждения, который присущ каждому человеку, так как он – результат эволюции, а не искусственная особенность.

Но почему одни люди совершают «аморальные» поступки, а другие нет? Ответ на этот вопрос куда проще, чем кажется на первый взгляд. Совесть и стыд не действуют просто так, для этого необходимо, чтобы действия человека шли вразрез с его моралью. Мораль можно рассматривать в качестве свода правил, которые человек сформировал индивидуально для себя. Они могут формироваться путём воспитания – родители учат ребёнка как себя вести, или же индивид сам приобретает их путём размышлений или опыта. Поскольку мораль формируется у каждого индивида самостоятельно, она индивидуальна для каждого человека. Поэтому не существует двух одинаковых моралей, они могут быть сходны, но всё равно различны. Нет также и групповых моралей, национальных моралей, о которых так много говорят недалёкие политики и мошенники.

Чтобы подтвердить сказанное, можно привести простой пример – отношение человека к животным. Казалось бы, что здесь сложного? Но вот, кого следует назвать эталоном: живодёра, мясоеда, вегетарианца или вегана? Живодёры мучают животных, мясоеды их убивают, чтобы есть, но мучить не хотят, вегетарианцы против убийства животных вообще, а веганы ещё отказываются от потребления продуктов животного происхождения (яиц, молока, мёда). Можно увеличить разнообразие – скушаете ли вы лошадь или собаку. Почему нет? И это лишь ничтожная часть нашей жизни – отношение к животным. Можно ли казнить людей? Кому принадлежит ребёнок при суррогатном материнстве? Нужно ли уступать место в общественном транспорте? Кто должен платить за ужин в ресторане? Продолжать можно до бесконечности и никогда мы не найдём двух одинаковых ответов. Всё это говорит о том, что мораль у каждого своя.

Нравственность как регулятор поведения человека имеет громадное влияние на индивида. Она может, как мешать человеку развиваться умственно, так и способствовать такому развитию.

Примеры, когда нравственность может встать на пути разума, часто возникают в сфере изучения новых лекарств и проведения медицинских опытов. Так, современный исследователь вряд ли будет ставить медицинские опыты на другом человеке, даже с его согласия. Риск причинения вреда слишком велик, и идти на него исследователь не будет главным образом из-за своей морали, а не предписания закона. Нацистские и японские врачи, которые проводили ужасающие опыты на живых людях: проверяли их возможности, скрещивали с животными, видимо не соотносились с моралью, точнее сказать, их мораль не мешала им это делать. Такие врачи смогли получить знания, которые не смогли бы получить те, кому мораль запрещала издеваться над людьми. Конечно, оправдывать этих палачей в белых халатах нельзя, но пример этот настолько очевиден, что полезен для понимания действия нравственности.

Другим и более сильным проявлением негативной стороны нравственности является самоцензура. Например, человек, который считает другого индивида исчадием ада, не будет читать его труды, пусть даже знакомство с ними может принести пользу. Например, человек может отказаться от прочтения книги Адольфа Гитлера «Mein Kampf», поскольку справедливо считает автора кровавым диктатором. Однако, изучение этой книги, возможно, позволит избежать повторения печального опыта немецкого общества первой половины XX века. Я уже неоднократно замечал, что критики А. Гитлера и его книги, сами идут по его стопам. И всё это из-за самоцензуры, диктуемой моралью.

Уважение к старшим, уступчивость в споре, стремление к «золотой середине» – всё это примеры того, как мораль пагубно влияет на умственное развитие человека. Уважение к старшим преподносится как принцип, несмотря на то, что уважение – это положительная оценка качеств человека, а не его возраста, к тому же с возрастом, особенно в старости, умственные способности человека всё чаще ставятся под сомнение. Действительно, спросите свою бабушку, куда инвестировать деньги, и та с гордостью ответит, что под подушку!¹⁷ Уступчивость в споре, равно как и поиск «золотой середины» – это лишь попытка сделать салат из хороших и испорченных продуктов одновременно (сами попробуйте, что из этой мешанины получится). Наука не знает компромиссов и «золотой середины», она лишь знает правильные и ложные суждения, достоверные и недостоверные факты. Не может быть истина чуть-чуть неверной.

Примером положительного влияния нравственности на умственное развитие индивида может служить убеждение в правильности обучения и стремления к знаниям. Человек может думать, что наука способна справиться со многими бедами человечества, а он, исследователь, в силах внести свой вклад в развитие общества. Такая моральная установка может значительно усилить стремление человека к знаниям и даже справиться с всесильной ленью.

Таким образом, нравственность присуща каждому человеку, она действует на него изнутри, что оставляет мало шансов избежать её влияния. Она может, как способствовать умственному развитию индивида, так и препятствовать ему.

Глава 7. Влияние религии на умственное развитие человека

Религиозные культы появились значительно позже нравственности, но быстро набрали силу и распространились во всех первобытных обществах. Сначала люди подмечали особенности различных животных, которые казались им полезными (сила, ловкость, хитрость, выносливость). Животные эти стали священными символами рода, им поклонялись как некому далёкому предку и защитнику ныне живущих людей. Священные животные могли содержаться рядом с людьми, но чаще всего первобытные жители ограничивались их фигурными изображениями – идолами. Первый этап развития религий отражал преобладание предметного мышления первобытного человека над абстрактным, а также основной способ получения знаний – наблюдение и подражание.

Второй этап развития религиозных систем связан с появлением богов и культом героев. Люди представляли, что есть много различных богов, которые внешне похожи на них, но обладают необычными способностями – вызовом молний, наводнений и т.п. Боги имели очень много общего с простыми смертными – они ссорились, воевали, любили друг друга, обманывали, подчинялись установленной иерархии. Герои не были богами, но по многим качествам приближались к ним. Можно вспомнить Геракла, который обладал невероятной силой и смекалкой. К героям причисляли не только мифических персонажей, но и реально живших людей. Не трудно заметить, что религиозные системы второго этапа более развиты, чем первобытные культы животных, сообщество богов в них напоминает человеческое общество. Религия стала содержать много абстрактных понятий – правитель, победитель, злодей и др., которых в первобытных культах не было.

Религиозные системы третьего этапа, как правило, монотеистичны. В них существует лишь один всемогущий и вечный бог, который сотворил мир и людей. Такой бог посылает на землю пророков, которые по способностям сильно напоминают героев древности. Переход к монотеизму отражает качественное изменение в умственном развитии общества. Человек теперь не просто наделяет бога некоторыми абстрактными образами (правитель, прародитель), но и качествами вечности, бесконечности и всемогущества. Даже современный человек с трудом может представить, что обозначают эти понятия. Они также напоминают некоторые математические категории, а математика – это вершина абстрактного мышления.

Религия и наука во многих отношениях очень близки. Обе пытаются превратить неопределённость в определённость и избавить человека от страха неизвестного. Однако способы, которые они используют, отличаются. Наука опирается на достоверные знания, а религия на толкование воли божества и так называемые откровения. Достоверные знания – это знания, которые были получены с помощью научных методов (эмпирических и рациональных), а также прошли проверку и неоднократно подтвердились. Так как наука изучает действие естественных законов, которые действуют всегда одинаково, то и одинаковые выводы можно получить неоднократно. Например, утверждение о том, что брошенный камень упадёт на землю – истинно и научно, поскольку это знание можно проверить много раз и результат всегда будет один и тот же. Но падение камня на землю – это лишь самый простой случай получения и проверки знаний. Куда сложнее проверять другие знания, например, положения теории эволюции, физики чёрных дыр, теорий происхождения Вселенной. В сложных случаях научное знание может корректироваться и уточняться в зависимости от результатов дальнейших исследований.

Но далеко не всё можно узнать с помощью науки, даже сегодня. Наука бессильна без специальных методов (инструментов познания). Поэтому наука пока не может точно сказать – есть Бог или нет, существуют ли другие миры и много чего ещё. Нетрудно заметить, что неизвестность в этих вопросах вызывает сильнейший страх у человека, а вакуум знаний заполняется религиозными представлениями.

Религия как регулятор поведения человека имеет много общего с нравственностью. Каждый человек формирует у себя убеждения, которые бы объясняли определённые аспекты его жизнедеятельности (например, Бог есть / Бога нет, после смерти Рай, Ад / Реинкарнация / Ничего). В соответствии с убеждениями формируются религиозные правила поведения, например, если Бог всеведущ, то незачем лицемерить и пытаться его обмануть показной религиозностью. Религиозные нормы формируются самим человеком, но часто на них оказывают влияние религиозные учения. Поэтому очень часто можно встретить людей, которые сначала крестятся, а потом стучат три раза по дереву. Или «христианин» может носить на теле крестик, а в кошельке иметь целый зоопарк побрякушек для привлечения богатства.

Религиозные нормы обеспечиваются механизмом принуждения – верой. Человек связывает соблюдение или нарушение своих религиозных норм с наградой или карой от божества или высших сил. Самым простым примером действия веры служат страх попасть в Ад и надежда попасть в Рай.

Относительно религии существует два распространённых заблуждения:

1. Атеисты – не религиозные люди;

2. Религия и религиозное учение – это одно и то же.

Первое заблуждение опровергнуть достаточно просто. Атеисты уверены, что Бога нет, а после смерти – пустота. Возможны другие комбинации и представления. В данном случае атеисты ничем не отличаются от всех остальных, кто на такие же вопросы отвечает утвердительно. Атеисты и «верующие» отвечают на одни и те же вопросы просто с различным знаком, они строят позицию на одной и той же вере, а не на знаниях. Ни атеисты, ни «верующие» сегодня не могут обосновать свои позиции с научной точки зрения, а значит, они ничем не отличаются друг от друга. В этой связи можно также отметить, что словом «атеист» люди часто обозначают любого, кто размышляет о Боге не так, как требует его религиозное учение¹⁸.

Если заблуждение относительно сути атеизма – лишь теоретический вопрос, то второе заблуждение о равенстве религии и религиозных учений привело к невероятному кровопролитию, жестокости и лицемерию.

Религиозное учение – это лишь опубликованная система верований одного лица. Другие индивиды прониклись им и решили сами видеть мир в том же ключе. Как и любое другое представление, религиозное учение стало распространяться и усложняться. Например, христианство – это религиозное учение Иисуса Христа, который дал свою трактовку положениям Ветхого завета, а также предложил свои размышления относительно связи человека и Бога. Религиозное учение Иисуса Христа распространили и дополнили его ученики-апостолы, затем его учение распространилось по всей Римской империи, постоянно дополняясь и усложняясь. Неудивительно, что всего три века спустя пришлось собирать первый Вселенский собор (325), чтобы унифицировать невероятно разросшееся и противоречивое учение. Ещё через семь столетий (1054) христианство раскололось на католицизм и православие, ещё через пятьсот лет появился протестантизм. Отсюда видно, что нет никакой единой религии, как нет единой морали, у каждого человека они свои. Религиозные учения по форме ничем не отличаются от этических учений, а значит, религиозные организации не имеют права, да и не могут, принуждать кого-либо к исповедованию их религиозных взглядов¹⁹.

Такой длинный экскурс в историю религии нужен был для того, чтобы правильно определить влияние религии на умственное развитие человека. Традиционный взгляд на религиозное принуждение как принуждение церкви – неверен, религия действует на человека изнутри. Такое воздействие во многом похоже на нравственность, только совесть и стыд уступают место страху перед Богом, кармой или другими высшими силами.

Религия человека и тип его мышления на удивление тесно связаны. Если человек консерватор, то он будет держаться за свои религиозные убеждения до последнего. Если же человек мыслит прогрессивно, то его религиозные убеждения могут меняться. Не трудно заметить, что старики-консерваторы очень часто являются непреклонными в вопросах религии и агрессивно относятся ко всем тем, кто, по их мнению, отклоняется от «канона». Молодые же, наоборот, веротерпимы, и если и придерживаются какого-то религиозного учения, то не сильно вникают в его суть.

Худшее, что может случиться – это когда религиозные убеждения противоречат науке, но человек продолжает их отстаивать. Вместо того, чтобы принять научное знание и на его основе строить дальнейшие рассуждения, человек цепляется мёртвой хваткой в свои предрассудки и более того – пытается силой заставить других делать то же самое. Религия необходима человеку, но она должна отступать перед наукой, так как последняя представляет правильную картину мира и уменьшает риски для самого человека.

Религия, однако, может оказывать и положительное влияние на умственное развитие человека. Убеждение, что Бог создал этот мир, и всё, что в нём есть, создано по его воле, может вызвать интерес к изучению этой самой воли или, что то же самое, естественных законов мира. Так, одно простое убеждение может сделать религию главным двигателем умственного развития человека – он будет изучать этот мир с помощью науки, а всё для того, чтобы познать волю Бога.

Внешнего влияния религия, вопреки распространённой точке зрения, на человека не оказывает. Если религиозная организация осуждает своего члена или подвергает его анафеме (разновидности бойкота), то в данном случае следует говорить о действии корпоративных норм, а не религии; о них пойдёт отдельный разговор.

Глава 8. О влиянии традиций и обычаев на умственное развитие человека

Традиции и обычаи – это правила поведения, которые создаются всем обществом или определёнными социальными группами и этими же группами или всем обществом обеспечиваются. Традиции и обычаи формируются, когда индивиды на протяжении долгого времени совершают одни и те же действия. Они также становятся своего рода компромиссом, поскольку в отличие от нравственности и религии не являются индивидуальными. Многие обычаи первоначально сформировались в области торговли, мореплавания, ведения войны и семейных отношений, именно в тех сферах, где большое внимание уделяется принципам равенства и справедливости. Обычаи и традиции можно условно разделить на: практические и символические. Практические имеют в своём основании пользу, например, передачу преданного с невестой. В условиях аграрной экономики женщины рассматривались больше как обуза, нежели источник дохода (их даже не считали за «души»). Отдавая дочь замуж, отец получал преимущество, а жених, наоборот, возлагал на себя бремя содержания жены. Приданое было способом предотвратить или уменьшить затраты мужа (само приданое было собственностью жены). Другим примером являются всевозможные обычаи войны, например, запрет на жестокое обращение с пленными. Обе воющие стороны понимали, что жестокость, проявленная к вражеским пленным, будет также проявлена и по отношению к их соотечественникам, попавшим в плен. Примерно тот же принцип стал основой для обычая спасения судна, потерпевшего кораблекрушение. Обычаи спасения был своего рода страховкой для всех моряков в их опасном деле.

Символические обычаи были призваны заменить реальные действия. Например, передача ключей от города захватчику означала переход к нему управления. И для этого вовсе не требовалось занимать каждый дом или требовать клятвы от каждого жителя. Они подразумевались.

Механизм принуждения к соблюдению обычаев отличается от рассмотренных выше внутренних механизмов. Так как обычаи и традиции устанавливаются обществом или социальной группой, то и принуждение осуществляется ими же. Так, человек, нарушивший обычай, может быть подвергнут самым разнообразным наказаниям – от порицания и публичного осуждения до избиения, убийства или изгнания. Эти наказания не следует путать с правовыми наказаниями, так как первые устанавливаются не волевым актом какого-то человека или формального коллектива, а формируются вместе с обычаем всем обществом или социальной группой.

Главными недостатками традиций и обычаев являются их длительное формирование и косность. Из-за первого обычаи и традиции не могут быстро приспосабливаться к изменению внешних условий, а из-за второго – действуют даже тогда, когда становятся абсурдными и вредными.

Оба эти недостатка пагубно влияют на умственное развитие человека. Традиции и обычаи – главная опора консерваторов, а значит, главный враг прогрессистов. Можно привести несколько примеров того, как они препятствуют умственному развитию человека.

Латинский язык долгое время оставался языком науки. Изначально пользоваться им было удобно. Учёные из разных стран могли изъясняться друг с другом на понятном всем языке. Постепенно латынь стала сдавать позиции, всё больше научных трудов печаталось на национальных языках. Однако, в университетах это веяние, казалось бы, не заметили и продолжали учить студентов на латыни. Чтобы получить высшее образование по интересующей специальности, требовалось сначала выучить латынь, хотя в дальнейшем она была не нужна.

Сегодня латынь также продолжают изучать. И если для историков, археологов и культурологов она может пригодиться в исследовании материальных свидетельств античной эпохи и Средневековья, то для юристов, после первого курса, латынь умирает навсегда. Попадаются, конечно, те, кто любит щеголять латинскими фразами, чтобы показаться умнее, но на умственное развитие изучение устаревшего языка никак не влияет, даже больше – оно отнимает время от других дисциплин²⁰. Очень часто неспособные к изменениям университеты, а точнее их руководство, пытаются припудрить свою отсталость красивым словом «классика». Хотя последнее означает то, что всегда имеет ценность (а значит, полезно). Помимо того, что студент вынужден тратить своё время на ерунду, преподаватели и активисты, которые также требуют изменений, регулярно сталкиваются с агрессией со стороны своих консервативных коллег, и агрессия эта часто проявляется не в самых этичных формах.

Другой пример, когда традиции и обычаи препятствуют умственному развитию индивида, известен всем, кто учился в школе. Все знают, как учителя и руководство школы порхают над «отличниками», как ставят их в пример, а про тех, кому не удалось попасть в этот «клуб», просто забывают. Они иногда вспоминают об отстающих – чтобы не портили статистику, середина же (а это большинство) часто остаётся без внимания. «Отличники» ставятся в пример, хотя пример этот так себе. Зубрилы, соглашатели, трусы, большинство из них настолько утверждаются в своих умственных способностях, что не утруждают себя дальнейшим изучением предметов. В худшем случае – из среды «отличников» вырастают самые злейшие консерваторы. Всё потому, что они бояться выйти за пределы известных знаний и «опозориться» в глазах учителей и одноклассников. «Середина» же не получает должного внимания, хотя в ином случае многие ученики смогли бы получить более глубокие знания.

Как видно, традиции и обычаи часто тормозят умственное развитие индивида, стараются, если и не остановить его вовсе, но всячески замедлить. Однако, есть редкие примеры того, как традиции и обычаи способствуют прогрессивному мышлению.

Примеры положительного воздействия традиций и обычаев на умственное развитие индивидов привести достаточно сложно, поскольку косность и прогресс вряд ли можно сочетать. Однако есть случаи, когда ситуация несколько меняется. Например, в современных университетах получил распространение обычай проведения руководством встреч со студентами и опроса их мнения об образовательном процессе. В некоторых образовательных учреждениях таких, как НИУ «Высшая школы экономики», опрос студентов и вовсе обязателен (для студентов). Он помогает оперативно выявлять недостатки образовательного процесса и корректировать его как в краткосрочной перспективе, так и учитывать в определении стратегии развития университета²¹.

Таким образом, традиции и обычаи, в основном, препятствуют умственному развитию человека. Более того, они часто используются консерваторами, как орудие борьбы против прогрессистов.

Глава 9. Общественное мнение и его влияние на умственное развитие человека

Общественное мнение – достаточно малоизученное явление и поэтому можно встретить достаточно сложную палитру мнений относительно него. Общественное мнение формируется стихийно и представляет собой оценку индивидами события, процесса или явления. Общественное мнение формируется, как правило, стремительно, и также быстро утрачивает свою силу. Продлить существование мнения можно только путём постоянного напоминания о событии, да и то постоянные разговоры о чём-то быстро надоедают. Помимо какого-то события, для формирования общественного мнения необходим фундамент, а именно представления индивидов, на основе которых и строится оценка. Такими представлениями могут выступать только внутренние регуляторы (нравственность и религия) и знания человека. Я уже писал, что последние индивидуальны, однако схожесть позиций найти не так уж трудно. Например, взрыв бытового газа и обрушение дома часто приводят к сочувствию и гневу в отношении виновников трагедии (кто это – мнения могут разниться).

Сформированная под влиянием внутренних регуляторов и знаний позиция индивида может немного корректироваться под воздействием аргументов других людей. В итоге, сформируется неформальная социальная группа, члены которой не знают друг друга, но занимают одну позицию. Общественное мнение, как внешний регулятор, имеет два вида принуждения – агрессию и «отмену нарушителя». Принуждение осуществляется как одним сторонником общественного мнения, так и несколькими из них или всеми сразу. Агрессия может проявляться в физическом и психологическом запугивании, угрозах, избиениях, пакостях, вообще во всех формах, в каких проявляется агрессия. В современном обществе агрессия воспринимается негативно, поэтому сегодня чаще можно встретить другой способ – «отмену индивида». «Отмена» – достаточно некрасивый термин, но за отсутствием другого и его широкой распространённости, приходится использовать его. «Отмена» является разновидностью бойкота – старейшего средства воздействия на индивида со стороны общества. «Отменённого» индивида сторонятся, с ним не разговаривают и всячески избегают. Это создаёт трудности, особенно когда человек дружелюбен и склонен к общению. Иногда отмена может стать опасной, такая ситуация возможна, когда общественное мнение разделяет большинство индивидов. Тогда человек вынужден покинуть такое общество.

Очень часто относительно одного события может сформироваться сразу несколько общественных мнений. Тогда представители каждого из них будут противостоять друг другу. Общественное мнение, как регулятор поведения, можно легко распознать – раздаются крики, что такой позиции придерживается «большинство». Нередко о таком «большинстве» заявляют сразу несколько общественных групп.

Чтобы понять, как работает общественное мнение на практике, достаточно вспомнить случай конца XIX века – дело Дрейфуса. Французский офицер Альфред Дрейфус (1859—1935) был обвинён в шпионаже в пользу Германии. Юридическая сторона дела сводилась к оценке подложного письма, но суд над Дрейфусом не так интересен, как расколовшееся надвое французское общество. Казалось, что это дело было лишь предлогом, чтобы вывалить наружу всё то, что накопилось в головах у французов. Противники Дрейфуса строили свою позицию на банальном антисемитизме (Дрейфус был евреем), клерикализме и корпоративизме (обвинителями были почти все военные Франции – они «защищали» честь армии). Сторонниками Дрейфуса были социалисты, которые избегали правых позиций²². В итоге, французы помешались на этом чисто юридическом событии. Разрушались семьи, друзья становились врагами, те, кто пытался оправдать Дрейфуса, осуждались и бежали из страны. История закончилась тем, что в итоге Дрейфуса оправдали, а французское общество опозорилось на весь мир и погрузилось в уныние.

Дело Дрейфуса – это лишь самый громкий из примеров, куда чаще общественное мнение проявляется в мелочных вопросах, например, нужно ли убирать листву осенью. Так, в Москве некоторые противники уборки резали мешки с собранной листвой и обратно раскидывали её по газонам.

Общественное мнение, несмотря на относительную краткость своего существования, способно оказать влияние на умственное развитие человека. Так, самым сильным препятствием для человека может стать эффект «большинства». К сожалению, люди в большинстве своём конформисты, и только сила воли может противостоять ему. Эффект «большинства» может породить сомнения – «если все против этого, может я не прав?» Хуже всего, если индивид начнёт подгонять свои размышления под общественное мнение, а не будет думать объективно. Тогда самоцензура будет препятствовать умственному развитию человека.

Общественное мнение может косвенно влиять на умственное развитие. Например, «отмена» индивида может создать препятствия для получения и распространения таким человеком знаний. Индивид может испытывать трудности с получением необходимых для исследования материалов, терять доход, а иногда и вовсе вынужден много внимания уделять физической безопасности.

Примером положительного влияния общественного мнения на умственное развитие индивида может служить общественное одобрение его достижений. Похвалы, гранты и награды могут придать человеку энергии для дальнейших исследований размышлений.

Таким образом, общественное мнение – это внешний регулятор поведения человека. Эффективность этого регулятора зависит от распространённости этого мнения (большинство / меньшинство разделяет его) и принципиальности самого человека.

Глава 10. Влияние корпоративных норм на умственное развитие человека

Корпоративные нормы – это отдельный регулятор поведения человека, отличный от права. Корпоративные нормы устанавливаются как в формальных, так и не формальных организациях. Они представляют собой свод формализованных и известных членам организации правил. К корпоративным нормам можно отнести церковные правила (правила членства в религиозной организации), нормы политических партий, судейского и адвокатского сообществ, различных коммерческих и некоммерческих организаций, клубов, и даже некоторых социальных коллективов, например, заключённых.

Корпоративные нормы могут устанавливаться специальным органом (съездом судей, советом адвокатской палаты, советом директоров компании), всеми членами организации (правила клуба), или они могут возникать самопроизвольно, под воздействием поступков отдельных членов коллектива (правила сообщества заключённых). Нарушение корпоративных норм также предусмотрено. Иногда наказание не формализовано, но подразумевается членами организации (например, боязнь увольнения за споры с начальством). Механизм принуждения осуществляется либо всей организацией, либо определёнными лицами. Например, за нарушение правил религиозной организации наказание применяет коллективный орган (синод и т.п.), а за нарушение норм тюремного сообщества – все члены этого сообщества. Сами наказания могут быть разнообразны, но чаще всего сводятся к простому осуждению (предупреждению), понижению в иерархии, либо изгнанию (анафеме). Анафема, как и «отмена» является разновидностью бойкота, только в отличие от последней она препятствует взаимодействиям индивида в организации, а «отмена» подразумевает игнорирование лишь некоторой совокупностью индивидов, а не всем обществом.

Негативное влияние корпоративных норм на умственное развитие индивида сходно с действием общественного мнения (человек может лишиться получаемой от организации выгоды). Индивид может, как скрывать своё истинное мнение, так и свято верить в разумность правил организации (например, клуба или церкви). В последнем случае влияние корпоративных норм значительно сильнее.

Корпоративные нормы могут способствовать умственному развитию. Например, в кодексах профессиональной этики адвокатов и судей содержатся положения о необходимости повышения квалификацию членов этих профессиональных сообществ. Так, пункт 3 части 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката обязывает последнего: «постоянно совершенствовать свои знания самостоятельно и повышать свой профессиональный уровень…»²³. Пункт 4 статьи 11 Кодекса судейской этики устанавливает, что «судья должен поддерживать свою квалификацию на высоком уровне расширять профессиональные знания, совершенствовать практический опыт и личные качества, необходимые для надлежащего исполнения своих обязанностей. В этих целях судья должен использовать как возможности самостоятельного обучения, так и систематически проходить переподготовку в государственной системе повышения квалификации»²⁴.

Как видно, профессиональные сообщества требуют от своих членов постоянно заниматься повышением своей квалификации, в противном случае, на них могут быть наложены дисциплинарные взыскания, вплоть до исключения из профессионального сообщества и лишения профессионального статуса.

Таким образом, корпоративные нормы наравне с другими регуляторами поведения человека влияют на его умственное развитие.

Глава 11. Право и его влияние на умственное развитие человека

Право – последний и самый значимый регулятор поведения человека, который следует разобрать в этом сочинении. О значимости права для современного общества говорить излишне – достаточно вспомнить, что чуть ли не все сферы человеческой жизни так или иначе урегулированы правом.

Относительно существа и природы права сложилось достаточно много теорий, которые можно свести к двум подходам – право выражает интересы определённых социальных групп, которые пришли к власти и навязывают свою волю. Это трактовка марксистов получила наибольшее распространение. Она как бы фиксирует право таким, какое оно есть, описывает его. Другой подход связан с тем, что право должно следовать общественной морали, божественным законам и т.п. Этот подход предписывающий. Изъяны обоих подходов обнаружить не составит труда. Описывающий подход рассматривает право в отрыве от жизни и исходит из странного предположения, что право существует само по себе и не имеет цели. Такой подход можно сравнить с изучением кражи в отрыве от права собственности – кражи покажутся нормой. Предписывающий подход сущностно правильный, но отправная точка его представителями постоянно выбирается неправильная. Например, религия и мораль, как я уже объяснил выше, не могут служить основой для права, поскольку они индивидуальны, а право не может обеспечивать систему мировоззрения одного человека, угнетая других.

Думаю, что следует исходить из биологического устройства человеческого организма и естественных свобод человека, к которым относятся жизнь, потребление, труд, мировоззрение, познание и самозащита. Эти естественные свободы присущи абсолютно всем людям и могут стать фундаментом для объективной теории права. Последнее лишь регулирует реализацию естественных свобод²⁵.

Чтобы понять то, как право регулирует поведение человека, следует обратиться к истории его появления. Опять же следует обратить внимание читателя, что изложенная ниже точка зрения не единственная, но я считаю её наиболее обоснованной и логичной.

Человеческое общество долгое время существовало без права и государства. Немногочисленные отношения людей регулировались сначала нравственностью и религией, затем обычаями и традициями. Каждый регулятор поведения человека появлялся не случайно. Нравственность и религия – это результат эволюции, обычаи были придуманы человеком, чтобы урегулировать более разнообразные отношения в разросшемся обществе, где каждый человек не был знаком с другими и не мог полагаться на их честность. Право, я думаю, появилось по той же причине – увеличение численности населения и усложнение общественных отношений уменьшили эффективность обычаев. Потребовался новый регулятор поведения индивидов, причём такой, который зависел от третьего лица, не участвовавшего в отношениях. Если в обычаях принуждение осуществляет «обиженная» сторона или узнавшие о проступке индивиды, то в праве принуждение осуществляет государство, которое гораздо сильнее отдельных индивидов, а значит, эффективней может принуждать к исполнению правил. Помимо этого, право конкретно и фиксировано, оно исходит из понятного источника – государства, а не абстрактного «общества», как обычаи. Определённость права также выгодно отличает его от обычаев и делает эффективней. Такие особенности права смогли преодолеть трудности, вызванные увеличением численности населения и усложнением отношений.

Этот подход можно назвать демократическим. Я скептически отношусь к так называемому «общественному договору», но признаю возможность добровольного создания государства и права. Они формировались постепенно на народных собраниях. Представителями на таких собраниях были, как правило, не все члены общества, а скорее главы семей. Побудителем к организации народных собраний могла стать угроза войны. У объединённого общества больше шансов победить, чем у разрозненных семей. Постепенно такая форма решения общественных вопросов стала неэффективной. Сбор всего общества каждый раз был затруднителен, поэтому люди предпочли однотипные вопросы решить один раз, а в дальнейшем просто ссылаться на первое решение. Так и появилось право. Решения собраний нуждались в исполнении, а для этого требовались специальные лица – надзиратели. Преступников сначала судили на народных собраниях, а затем люди посчитали, что это могут делать опять же специальные лица – судьи. Постепенно и само народное собрание сузилось до небольшой группы наиболее уважаемых людей.

Демократический подход наиболее полно проявился в Афинском государстве и республиканском Риме. Он отражает связь между естественными процессами – увеличением численности населения, затруднением в организации и проведении собраний и соответствующими изменениями в праве и государстве.

Демократический путь свойственен больше торговым обществам и вряд ли может считаться универсальным. Другой путь создания права и государства – деспотический. Он также основан на естественных свойствах человеческого организма. Одни люди более агрессивны, другие – миролюбивы. Агрессивный человек мог собрать группу и силой заставить остальных людей подчиняться ему. Даже в демократических Афинах и царском Риме появлялись тираны. Суть деспотического пути заключается в том, что право здесь – это инструмент тирана против остального общества. Тиран не может установить свою власть посредством обычаев, ему нужно самому управлять поведением людей. Право с такой задачей прекрасно справляется – оно оперативно, отражает волю законодателя и даёт возможность силой обеспечить её исполнение.

Третий путь появления права – психологический. Как и в случае с деспотией, одни люди склонны подчиняться, другие подчинять. Только в этом случае главную роль играет не сила, а авторитет. После того, как возникла необходимость в праве, общество решило доверить решение вопросов самому уважаемому (обычно самому старому) своему члену или группе уважаемых индивидов.

Каждое общество по-разному пришло к созданию права и государства, тем не менее, везде право, как регулятор поведения человека, одинаков. Право всегда результат волевого акта законодателя (народного собрания, сената, монарха), что отличает его от обычая. Оно формализовано и опубликовано в письменном, иногда устном, виде. Принуждение осуществляется должностными лицами, назначаемыми законодательным органом. Как видно, право не может существовать без государства (без него оно не появится, и не будет обеспечиваться), но и государство без права существовать не может хотя бы потому, что невозможно осуществлять власть над другими без установления правил для подчинённых.

Теперь, когда небольшой экскурс в теорию права завершён, следует перейти к вопросу о его влиянии на умственное развитие индивида.

Как и все изученные до этого регуляторы поведения человека, право может влиять на умственное развитие двояко: оно может способствовать ему, а может препятствовать.

Примером положительного влияния права на умственное развитие человека может служить введение в стране обязательного школьного образования. Наиболее плодотворное время для получения новых знаний и осуществления усиленной умственной деятельности – молодость. Чем старее человек, тем меньше сил остаётся у него для обучения. Поэтому это драгоценное время следует использовать, а не лениться, и обязательное школьное образование, пусть и через силу, но положительно способствует этому.

Умение читать, писать и считать являются основными, благодаря этим навыкам человек включается в общее информационное поле человечества, может получать и передавать сведения другим людям. Получить эти навыки можно и в домашних условиях, однако, как показал опыт многих государств, до введения системы обязательного школьного образования, подавляющая часть населения была безграмотной, то есть не обладала этими навыками. Неграмотный человек – это изолированный человек, он может получать знания лишь от своих родителей, то есть опираться исключительно на умственное развитие предков, или же использовать устное общение, эффективность которого сравнительно мала. Помимо трёх обязательных навыков, в школе приобретаются социальные навыки – методы общения с другими людьми. В школе ребёнок учится удовлетворять социальные потребности, пытается конкурировать с другими детьми, всё это способствует его умственному развитию.

Система обязательного школьного образования – это хорошо, но причём здесь право? Ответ кроется в самом слове «обязательное». «Родители обязаны обеспечить своим детям получение школьного образования (9 классов)» – отмечено в Конституции Российской Федерации²⁶. Подобные нормы содержатся и в правопорядках других государств. Обязательность, принудительность – всё это проявления публичной власти и права. Если бы школы работали для желающих, то с одной стороны – не все бы дети стали их посещать, с другой, – государственное финансирование школ было бы также «добровольным». В последнем случае, при наступлении любого кризиса расходы на школы бы урезались, а родителям пришлось бы восполнять дефицит из своего кармана, из-за этого посещение школ уменьшилось бы по чисто экономическим причинам.

Другим примером, пусть и не однозначным, положительного влияния права, можно назвать признание и защиту интеллектуальных прав. Любое произведение науки, литературы, искусства, изобретение, полезная модель и многое другое являются объектами правовой охраны. Что это значит? С одной стороны, закон требует ото всех признавать автором произведения или изобретения гражданина, трудом и творчеством которого было создано такое произведение или изобретение, с другой, – устанавливает искусственную монополию на результат интеллектуальной деятельности. Не секрет, что книги пишутся, а изобретения создаются не просто так, хотя их и можно рассматривать, как выход творческой энергии; в большинстве случаев они создаются для славы автора и его дохода. Так, право называться автором повышает самооценку человека и способствует дальнейшим умственным усилиям с его стороны. В награду автор получает признание и влияние.

Монополия на результаты интеллектуальной деятельности носит исключительно коммерческий характер. Только автор может распоряжаться результатом своего интеллектуального труда. Например, я, как автор, могу своё произведение передать издательству по лицензионному договору (аналог аренды), а могу продать его. За это я получу определённую сумму денег. Так зачем же нужна монополия, если монополия – это плохо? Ответ даёт сама природа интеллектуальной собственности. Интеллектуальная собственность – это информационный продукт, а любую информацию очень легко скопировать. Интеллектуальная собственность – это вовсе не предметы: книги, картины, устройства: они являются лишь материальными носителями, интеллектуальная собственность – это произведения литературы, искусства, изобретения. Само различие в названиях говорит о том, что охраняется не материальный носитель, а то, что на нём. Для примера далеко ходить не нужно. Возьмём книгу, которую вы держите перед глазами. Если она печатная – то это книга (вещь), текст на ней – это произведение литературы (информация). Если сам носитель (книгу) скопировать можно только на специальном типографском оборудовании, то текст скопировать никакого труда не составит. Как раз для того, чтобы препятствовать такому простому копированию и была установлена монополия. Автор уверен, что его труд так просто не размножить и за каждую копию придётся платить. Монополия – это исключительно правовое изобретение, она создаёт имущественные стимулы для продолжения научной и творческой деятельности²⁷.

Таким образом, систему интеллектуальных прав можно назвать примером положительного влияния права на умственное развитие человека.

Существует множество примеров, когда право препятствовало умственному развитию человека.

Худшим эпизодом правления российского императора Александра III (1881 – 1894) было принятие небезызвестного циркуляра о кухаркиных детях (1887). По новому закону, устанавливалась плата за получение образования в университетах и в гимназиях. По задумке авторов этого печального закона, высокая плата за обучение должна была отрезать неимущие слои общества (крестьян, прачек, лакеев и др.) от получения образования²⁸. Закон появился не просто так, он был одним из средств борьбы с революционными настроениями общества. Большинство революционеров были студентами и детьми бедняков, предполагалась, что если выгнать их из университетов, то революционное бурление пойдёт на спад. Нетрудно понять к каким последствиям привёл этот закон. Широкие слои населения были отрезаны от получения высшего и среднего образования, дети лакеев, прачек и кухарок не могли получать новые знания и делиться своими. Правда, для «гениальных» детей было сделано исключение, но кто считался «гениальными» и как их находили?

Закон не только не препятствовал революционным настроениям, а, напротив, придал им новую силу. Что касается его влияния на умственное развитие российского общества, то ответ понятен: большие слои населения не могли получить продвинутые знания, они маргинализировались и, в конечном счёте, именно дети прачек отправили российскую монархию на свалку истории.

Приведу последний пример пагубного влияния права на умственное развитие человека. Это цензура.

В демократических государствах цензура запрещена. Соответствующий запрет содержится и в Конституции России. Цензура – это проверка информационных материалов на соответствие их определённым критериям, обычно, на соответствие государственной идеологии. Нетрудно догадаться, что цензура – это не просто нарушение естественных свобод человека, она также является препятствием для свободного обмена знаниями между индивидами. Цензура действует двояким образом. Во-первых, она не допускает публикации сочинений противоречащих государственной идеологии, во-вторых, она ограничивает творческую деятельность людей. Если с первым следствием всё более-менее понятно – новые, противоречащие государственной идеологии открытия, не могут быть восприняты обществом, то на втором следствии следует остановиться подробнее.

Цензура не бывает сама по себе. Она лишь часть карательной машины авторитарного государства. Человек может писать всё что угодно, но если его «труды» обнаружит тайная полиция или другой карательный орган, то они станут одним из доказательств неблагонадёжности человека. Репрессии, страх, цензура, устрашают людей, и такое устрашение проявляется как в абсолютном отказе человека от рассуждений на определённую тему: «всё равно не опубликуют, а может, и вовсе посадят», так и в относительном отказе – придание своим идеям «правильного» вида. Чтобы прочитать такой труд, требуется не только хорошо владеть предметом исследования, но и уметь дешифровать сказанное.

Цензура вмешивается в нормальный обмен знаниями между индивидами, разделяет их, препятствует рассуждениям на определённые темы, потому цензуру можно считать одним из самых страшных препятствий на пути умственного развития человека.

Отдельно следует рассмотреть вопрос о неправовом обществе, точнее об обществе, где право формально присутствует, но не действует в силу его вытеснения другими регуляторами поведения. Обычно неправое общество неразрывно связано с авторитарным государством, которому, с одной стороны нужно поддерживать власть диктатора, а с другой, – придавать ей легитимность. Придание правомерного вида политическим действиям требуется для предотвращения всеобщего беспорядка и волнений. Легитимность несколько снижает неразбериху и устанавливает правила поведения, бесчеловечные, но понятные. Если диктатор или его подчинённые начинают нарушать и эти подразумеваемые правила, то индивиды будут руководствоваться не ими и уж тем более не правом, а своей моралью и защищать себя будут в силу своих личных способностей – хитрости, ума, ловкости и физической силы. Именно такими переходами от права к неправу и от неправа к нравственности объясняются многие революции и перевороты. Так, если лидер государства хочет установить свою диктатуру, то в условиях демократического государства он будет подменять понятия, вводить расплывчатые формулировки в законы и формальные основания для ограничения прав индивидов. Постепенно такой лидер станет диктатором, но социальных потрясений не произойдёт, право будет вытеснено правоподобным мутантом, однако, понятным гражданам. Если диктатор по каким-либо причинам заскучает и решит сотворить какую-нибудь глупость, то он сам же нарушит свои околоправовые нормы и приведёт общество к дезорганизации. Я уже писал, что мораль у каждого своя, поэтому в обществе, где нет ни права, ни неправа, каждый будет поступать по-своему.

Разрушение права приводит, с одной стороны, к уменьшению возможностей для самореализации индивида и проявлению его негативных черт, с другой, – он будет вынужден оглядываться на сиюминутное мнение диктатора и мнение его даже самых мелких подчинённых. В случае разрушения неправа и перехода к нравственности, индивид может почувствовать себя свободнее, и такой переход благоприятно скажется на его индивидуальном умственном развитии, но разобщит всё общество и приведёт к трудностям в передаче знаний.

Таким образом, право имеет даже большее влияние на умственное развитие человека, чем другие регуляторы общественного поведения. Несмотря на это, право – это лишь внешняя система принуждения, оно не может залезть внутрь человека и направлять ход его мыслей. Благодаря этому, многие светлые идеи смогли пережить мрак диктатуры и расцвести в демократические времена.

Глава 12. Влияние политического устройства общества на умственное развитие человека

Разговор о влиянии политического устройства на умственное развитие индивида логично вытекает из рассуждений о праве. Право и государство – две стороны одной медали и существовать друг без друга не могут. Как я уже отметил, право, а значит и государство, должно регулировать реализацию индивидами своих естественных свобод. Для этого и только для этого нужно государство. Но поскольку теория сильно расходится с действительностью, государство часто становится лишь орудием в руках определённой группы людей, которая пытается реализовать свои интересы или, что то же самое, угнетать других граждан. Функционирование и устройство государства – это вопросы политической сферы жизни общества. Часто публичная власть становится не обязанностью, а привилегией и за неё борются всевозможные политические организации – партии, движения и т.п. Есть организации и индивиды, которые не хотят непосредственно обладать политической властью, но стремятся повлиять на политиков, например, НКО, общества защиты прав инвалидов, потребителей, профсоюзы, объединения предпринимателей и др.

И чисто политические организации и неполитические постоянно взаимодействуют. Политический процесс протекает в определённых рамках – политических институтах (замещение должностей, правотворческая и правоохранительная деятельность, решение вопросов регионального и местного значения и др.) Каждый институт представляет собой определённую сферу политической жизни, где участник политического процесса может достичь своих целей. Самый простой пример – выбор главы государства. Каждый из реальных кандидатов стремится быть избранным на эту высокую должность и тем самым получить власть. Если глава государства избирается неким политбюро, то здесь уже действуют другие законы – подковёрная игра, кулуарные соглашения и т.п.

Совокупность способов и методов осуществления политической власти в обществе принято называть политическим режимом. Именно это слово можно часто встретить в популярной литературе или в новостях. Обычно выделяют два политических режима – демократический и авторитарный. Однако следует сделать оговорку. Демократия может пониматься в двух значениях: как «власть большинства» и как политическое устройство, основанное на свободе и конкуренции. На деле же это совершенно разные политические режимы, поскольку власть большинства – это верный признак популизма и неверного понимания государства, как инструмента обеспечения естественных свобод каждого человека, а не угнетения большинством меньшинства или наоборот. Чтобы не путаться в терминах и верно определить природу каждого режима, для «власти большинства» я буду использовать термин «демократический популизм», а для политического устройства, основанного на свободе и конкуренции – «либеральная демократия».

Демократический популизм появился естественным образом как форма самоуправления общества. Первые государства представляли собой общие собрания и небольшой круг должностных лиц, ответственных за соблюдение этих решений²⁹. Все вопросы решались сообща, а победа доставалась тому, кто наберёт большинство голосов сограждан. Этот этап политической истории принято называть прямой демократией. Постепенно государственные вопросы становились всё сложнее, появлялись всё новые и новые должности, государственный аппарат разрастался. Граждане самостоятельно решали наиболее простые и значимые вопросы: войны и мира, политического устройства, изгнания соотечественников. Решение более сложных вопросов граждане предоставили специальным должностным лицам (судьям по незначительным и частным спорам, заведующим памятниками и общественными местами). Одновременно с этим возрастает роль армии, но она управлялась скорее не профессиональными военными, а известными политиками. Постепенно государственный аппарат разрастался и уже входил в оппозицию собранию граждан. Поскольку ни древние римляне, ни древние греки не смогли изобрести представительной демократии (институт выборов народных представителей), произошёл разрыв между государственным аппаратом и гражданами. Народное собрание сдавало позиции: граждане не могли самостоятельно решать сложные вопросы, а должностные лица всё больше использовали эту зависимость в своих целях. Конфликт между обществом и государственным аппаратом вылился в два следствия – перовое появился авторитаризм, при котором государственный аппарат подчинил себе общество; второе – аристократическая или олигархическая демократия. При последней, обществом управлял узкий круг знатных или богатых лиц, но не состоявших в одной партии или дружеских отношениях.

Изначальное отсутствие одного сильного властителя, разобщило верховную власть. Политические группировки боролись за посты сначала тайно, затем явно. С ростом городов (а демократии обычно существовали в торговых городах) у властителей появлялось всё больше конкурентов. Набравшие силу торговцы и ремесленники стали теснить аристократию и крупных купцов. Всё чаще слышались требования о проведении выборов в высшие органы власти. Власть постепенно дробилась и становилась менее однородной. С ростом грамотности, стало возможным проводить всенародные выборы. Философы обосновали наличие у каждого человека неотъемлемых прав и свобод, государство стало пониматься в качестве слуги, а не господина. Должности стали занимать наиболее конкурентоспособные индивиды, появилось многообразие идеологий и свобода слова. Так демократический популизм постепенно перерос в либеральную демократию.

Авторитарные режимы появляются двумя способами. Первый – в условиях популизма диктатор захватывает власть путём плебисцита (референдума). Второй – обычный силовой захват власти.

Разобравшись с появлением демократического популизма, либеральной демократии и авторитарных режимов, следует перейти к принципам их функционирования.

Демократический популизм строится снизу вверх. Для занятия высшей государственной должности требуется заручиться поддержкой широких слоёв населения. Для этого кандидату необходимо всеми силами привлечь избирателей: заверять, обещать, обличать оппонентов, представлять программу и т.п. Но победа на выборах оказывается лишь половиной дела: нужно не только получить власть, но и удержать её. Непопулярные меры, слишком явное предпочтение интересов одной группы населения перед другой, может повлечь политические скандалы и отставку провинившегося лица. И это правило распространяется не только на избранных лиц, но и на всех сотрудников аппарата. Всё общество демократического популизма построено на конкуренции за большинство, если одна политическая группа получает преимущество над остальными, то она формирует государственные органы, но такое возвышение не может быть вечным, почти сразу активизируются другие политические группы и правящая теряет свои позиции.

Если основа демократического популизма – конкуренция за большинство, то суть либеральной демократии – конкуренция за право считаться лучшим. При либеральной демократии власть получает тот, кто отличается от остальных личными качествами и способностями или, что то же самое, власть предоставляется по результатам положительного отбора. Можно сказать, что демократический популизм основан на количественном критерии, а либеральная демократия – на качественном.

И при демократическом популизме и при либеральной демократии государству отводится служебная роль. Государство – это слуга, а не господин, что отвечает его утилитарной природе³⁰. Правда, при демократическом популизме государство – это слуга большинства, а при либеральной демократии – каждого гражданина.

Суть авторитарного режима прямо противоположна и заключается в том, что государственный аппарат подчиняется одному человеку (автократия) или коллегиальному органу. Обществу же в таком политическом устройстве отводится второстепенная роль. Граждане обслуживают авторитарный режим или, по крайней мере, не вмешиваются в государственные дела. Часто человек при авторитарном режиме является лишь ресурсом.

Власть в авторитарных обществах строится сверху вниз. Во главе государства стоит диктатор, он формирует государственный аппарат, который, в свою очередь, контролирует общество. Вся политическая система такого государства направлена на то, чтобы диктатор удержал власть. Назначение на должности осуществляется не в порядке конкуренции, а при демонстрации верности. Очень силён отрицательный отбор, он же и становится главной причиной падения авторитарных режимов.

Так как при авторитарном режиме общество служит государству, что противоестественно, государство постоянно находится в состоянии войны с обществом и стремится держать его в подчинении. Репрессии, цензура, лишение гражданства, пропаганда «правильных» идей – всё это способы борьбы государства с обществом.

Авторитарные режимы бывают двух видов – автократии, в которых диктатор обладает абсолютной властью, например, диктатура Франко в Испании (1936 – 1975), режим Пиночета в Чили (1973 – 1990); и коллективные – в них верховная власть принадлежит узкому кругу лиц, а диктатор выступает лишь первым среди равных. Самой известной коллективной диктатурой является советская (власть принадлежала политбюро, а генсек мог быть смещён с должности). Персоналистские автократии менее живучи, они обычно погибают со смертью диктатора. Коллективные авторитарные режимы управляются органом, а не одним человеком, значит, теоретически, они бессмертны: умершие члены заменяются новыми.

Авторитаризм может перерасти в тоталитаризм. Отличие между двумя режимами заключается в том, что при авторитаризме государство заботится лишь о своей безопасности, а при тоталитаризме – следит за поведением между гражданами. Например, разговоры «на кухне» или ворчание на режим авторитарное государство не заботят – ворчат и ладно, главное, чтобы на митинги не выходили. Тоталитарное же государство даже частные разговоры стремится контролировать – отсюда и название режима «тоталитарный», что означает полный.

Поняв суть политических режимов, следует перейти к вопросу об их влиянии на умственное развитие индивида.

Либеральная демократия наиболее полно соответствует второму естественному закону умственного развития общества, а именно прогрессивному характеру такого развития. Либеральное общество полностью построено на конкурентной борьбе, победить в которой может только лучший. Чтобы стать лучшим нужно долго и упорно трудиться, особенно умственно. Конкуренция также ведёт к постоянной ротации власти при сохранении политического устройства общества. Худшие замещаются лучшими – отсюда и прогресс.

Постоянная ротация власти непосредственно связана с многообразием идеологий, политических организаций, свободой слова, запретом на насилие и цензуру. Человек в либеральном обществе может свободно получать и распространять информацию, публиковать своё мнение, не боясь быть репрессированным. Множество источников информации позволяет соотносить их, смотреть на предмет исследования под разными углами, принимать достоверные выводы и отвергать ложные. Всё это способствует умственному развитию человека.

Другим важным следствием либеральной демократии является её привлекательность. В страну, где права человека стоят на первом месте, где существует развитая экономика, где каждый может реализовать себя, наблюдается значительный приток квалифицированных работников, учёных, предпринимателей, в целом – прогрессивно мыслящих людей.

Демократический популизм – это переходная стадия между либеральной демократией и авторитаризмом, так как при нём положительный отбор заменяется отрицательным, конкуренция – квотами, а свободы – общественным мнением.

Демократический популизм широко развит сегодня в странах западной Европы, особенно на волне неконтролируемой миграции из стран Ближнего востока и Африки. Популисты стараются привлечь новых «граждан» на свою сторону – раздают им паспорта, выплачивают пособия, всячески охаживают. Содержание либеральных ценностей подменяется. В итоге, даже наука загоняется в рамки «политкорректности».

В условиях демократического популизма создаётся много препятствий для умственного развития индивидов, однако остатки либеральных институтов и, прежде всего, многообразия (плюрализма) всё ещё позволяют свободно развиваться умственно.

Авторитарные институты противоположны демократическим, поэтому и действуют они противоположным образом. Необходимость подчиняться «правильной» идеологии, вседозволенность вождя и его чиновников, репрессии и страх – являются очевидными препятствиями для умственного развития человека. Я подробно на этих особенностях уже останавливался при изучении влияния цензуры, здесь же ограничусь лишь тем, что современные авторитарные режимы приобретают характер информационных автократий, то есть политических режимов, при которых власть диктатора обеспечивается созданием и поддержанием нужной информационной картинки в телевизоре. Внешне такие режимы выглядят даже лучше, чем демократические, но в действительности же прекрасная картинка – это лишь результат пропаганды и не более. Поддержание нужного информационного поля требует однотипности новостей и идей, противоречащие «правильной» идеологии взгляды должны быть выдавлены и забыты. Поскольку знания – это информация, то и они подпадают под цензуру, что точно не способствует умственному развитию человека.

В авторитарных режимах можно найти лишь одно свойство, которое при определённых условиях может способствовать умственному развитию человека. Это благосклонность диктатора к учёным. При Иосифе Сталине (1922 – 1953) и последующих генсеках КПСС учёное сообщество было в почёте, Советский Союз достиг успехов в изучении космоса и ядерной физике. Однако, если взглянуть глубже, то можно заметить, что такой «почёт» оказывался лишь двум категориям учёных. Первые работали на нужды оборонной промышленности, где приоритет науки над идеологией был ясен всем – ракете на идеологию плевать. Примером такого учёного из сферы обороны можно назвать Андрея Сахарова (1921 – 1989) – создателя водородной бомбы и известного критика советского режима. Вторая категория – это выслуженцы – учёные, которые своими трудами всячески нахваливали существующий режим. Примером такого ученого был советский историк Евгений Тарле (1874 – 1955) и многие другие. Но назвать их труды научными достаточно трудно.

Те же из учёных, кто не был согласен с политикой партии или утверждением, что существуют науки «буржуазные» и «небуржуазные», подвергались репрессиям и удалялись из научной среды. Ярким представителем таких учёных был Николай Вавилов (1887 – 1943).

Авторитарный режим создаёт меньше препятствий для умственного режима – диктору всё равно, что там делают граждане, только бы они не мешали ему править. Поэтому при авторитаризме много проблем возникает у гуманитариев, которые изучают общественное устройство и никак не могут обойти стороной вопрос правильного государственного устройства. Технические же специалисты испытывают куда меньше давления.

Тоталитарный режим внушает страх абсолютно всем. Одна «правильная» идеология, тотальная цензура, репрессии, шпиономания – всё это создаёт большие трудности для человека. Индивид вынужден всегда подвергать свои размышления самоцензуре, следить, какие книги он покупает, какими источниками информации он пользуется, особенно – что говорит или публикует. Немаловажным препятствием при тоталитаризме выступает также политика изоляции, которая разрывает связь тоталитарного общества с другими обществами.

Таким образом, политическое устройство и политический режим оказывают серьёзное влияние на умственное развитие человека. Самым благоприятным политическим устройством является либеральная демократия, она отвечает второму естественному закону развития общества – прогрессивному развитию. Самым пагубным является тоталитарный режим. При нём человек боится думать, не то, что говорить.

Глава 13. Экономическая система и благосостояние человека и их влияние на умственное развитие индивида

Экономическая жизнь людей на протяжении всей истории была неодинаковой. В первобытные времена человек мало чем отличался от животных в вопросе поиска пропитания и удовлетворения физиологических потребностей. Примерно 10 тысяч лет назад он догадался приручать животных и выращивать пищу рядом с домом.

После того, как человеческая популяция увеличилась, а пищи стало меньше³¹, появилось неравенство в доходах и размере имущества. Состоятельные семьи сами могли не трудиться, а нанимать безземельных соотечественников или сдавать им земельные участки в аренду. Одновременно с разделением общества на землевладельцев и земледельцев (свободных и рабов) появился другой класс людей – торговцы. Неравномерность урожаев и уникальность отдельных продуктов (вино в Средиземноморье, шёлк в Китае и т.п.) привели к необходимости профессиональных менял, которые помимо всего прочего доставляли бы товары из одного уголка известного мира в другой. Иногда обменом жили целые общества, особенно те, кто земледелием особо не занимался, так называемые талассократии (например, финикийцы). Земледельцы нуждались в простейших инструментах, войны – в оружии и доспехах, богатые семейства – в украшениях и предметах роскоши. Удовлетворять эти потребности был призван класс ремесленников.

Крупнейший класс населения – земледельцы был зависим от землевладельцев, оба класса составляли костяк традиционной экономики. Торговцы и ремесленники были малочисленны и играли больше служебную роль.

Переход от традиционной экономики к капиталистической был вызван возвышением класса торговцев. Торговля, как род занятий, был весьма прибыльным и зависел больше от знаний, нежели случайностей – погоды, войны. За многие века торговцам удалось накопить солидные капиталы, которые стали основой банковской системы. Семейства землевладельцев постепенно слабели и разорялись, торговцы же – скупали земли и усадьбы, теснили землевладельцев в экономике. Но политическая власть всё ещё принадлежала землевладельцам. Противоречия между властью и капиталом вылились в буржуазные революции, по итогам которых землевладельцы утратили власть.

Накопление торговцами и банками огромных капиталов сделало возможной другую революцию – промышленную. Замещение неэффективного ручного труда машинным привело к многократному увеличению и разнообразию потребительских благ. Повышенный спрос на рабочие руки привел к перетоку рабочих из сельского хозяйства на фабрики.

Бешеная конкуренция и стремление выжать всё из железных чудовищ и их мягкотелых придатков привели к возникновению рабочего вопроса. Ужасающие условия труда, отрущёбливание городов, взрывной рост преступности привели к необходимости регулирования трудовых отношений или, что то же самое, поиску баланса между интересами капиталистов и рабочих.

Но некоторые философы пошли дальше и видели в кризисе отправную точку, за которой рабочие должны были заместить капиталистов и работать сами на себя. Новая теория предполагала, что в скором времени общество станет бесклассовым, государство как инструмент угнетения одного класса другим исчезнет за ненадобностью, а люди будут производить столько, что всем всего будет хватать. Такое гипотетическое состояние общества было названо коммунистическим, а переход к нему – социализмом.

Достижение коммунизма было возможно (по представлению теоретиков этого учения) только после того, как рабочие совершат революцию и избавятся от угнетателей-капиталистов. В некоторых странах такие революции произошли (Россия, Китай, Куба), их рыночная (капиталистическая) экономика была насильно изменена на плановую – государство решало что, как и сколько производить.

Социалистический эксперимент закончился неудачей, и многие государства, пусть и с огромны отставанием, но вернулись в лоно капитализма. Однако, существуют попытки построить экономического мутанта, так называемую «смешанную экономику». Она в целом укладывается в определение капиталистической, но государство в такой экономике является главным субъектом – работодателем и потребителем, а потому самостоятельно может влиять на экономические процессы.

Понятно, что каждая экономическая система по-разному влияет на умственное развитие индивида. Следует рассмотреть их все.

Первобытная или присваивающая экономика сегодня существует лишь у небольших изолированных и неразвитых обществ. Например, у туземцев островов Тихого океана, джунглей Амазонки и Африки, аборигенов Австралии. Суть присваивающей экономики я уже описал – человек почти ничего не производит, а питается лишь тем, что сможет добыть. Присваивающая экономика – это своего рода соревнование между человеком и животным – кто кого перехитрит. Но и умственный уровень человека в таком соревновании лишь немного превосходит уровень животного. Индивид в основном наследует немногочисленные знания от предков – как шить одежду, как охотиться на зверей, какие ягоды можно собирать, а какие нет. Востребованность знаний в присваивающей экономике небольшая, а существующее половое и возрастное разделение труда почти не играет роли.

Поскольку традиционная экономика предполагает существование четырёх классов, условия труда представителей которых сильно различаются, следует рассмотреть влияние каждого класса на умственное развитие его членов.

Земледельцы самый многочисленный и наименее развитый класс. Типичный земледелец не далеко ушёл от своих предков собирателей, а в некоторых областях так и вовсе сильно уступает им. Вся жизнь земледельца – это цикл: весной посевная, в конце лета – жатва. В промежутках между этими значимыми событиями земледелец занимается домашними животными и делами по дому. Главный принцип жизни земледельца – подражание предкам. Крестьянину незачем придумывать что-то, его благосостояние не зависит от ума, скорее от погоды и количественных характеристик труда (площадь обработанного участка земли). Труд земледельцев неконкурентный, крестьяне не могут увеличить своё благосостояние, опередив соседа в сельском хозяйстве. Помимо этого многие земледельцы оказались в рабской зависимости от землевладельцев, а значит, были приписаны к земле, что означало изоляцию от внешнего мира. Таким образом, образ жизни крестьянина ничем не способствовал его умственному развитию, даже наоборот, эффективно укоренял консерватизм мышления.

Землевладельцы же жилы на доходы от земли (ренту), были профессиональными военными и занимались политикой. Фиксированный источник дохода освобождал землевладельца от необходимости трудиться ради пропитания и предоставлял много времени для более возвышенных занятий. Военное дело неоднозначно влияло на разных индивидов. Кто-то участвовал в военных действиях без воодушевления (долгое время это было обязанностью), другие смотрели на войны, как на социальный лифт и способ обретения славы. В последнем случае дворянин должен был либо думать прогрессивно, чтобы выиграть кампанию, либо уметь выставить себя в хорошем свете. Оба этих варианта требовали прогрессивного мышления, а значит, способствовали умственному развитию человека. Политика стала основным занятием дворян достаточно поздно – когда сформировались абсолютистские режимы, а короли содержали многочисленные дворы. До этого политикой занимались преимущественно крупные феодалы. Искусство придворной игры можно назвать проявлением величайшего мастерства, хитрости, уловок и требовало огромных знаний. Любой неверный шаг мог стоить головы, и только самые искусные игроки могли стать фаворитами королей и фактически управлять государством.

Таким образом, землевладельцы имели много времени и средств для повышения своего умственного развития. Военное дело и политика требуют внимательности и образованности, что самым благоприятным образом сказывалось на умственном развитии дворян.

Ремесленники создавали новые предметы своими руками. Подковы, мечи, доспехи, гвозди, замки и многое другое – это результат ручного труда ремесленников. Но чтобы руки могли изготовить все эти предметы, ремесленник должен был знать, как их создать. Процесс обучения ремеслу растягивался на годы. Мастер вплоть до своей смерти хранил секреты и передавал их только самому умелому подмастерью (обычно сыну). Процесс обучения связан с повышением умственного развития индивида, а сложность ремесленных изделий иногда требовала глубоких знаний.

Самыми искусными ремесленниками, если ремесленниками их вообще можно назвать, были архитекторы. Постройка зданий требовала не только умения держать в голове макет будущего строения, но и знать действие геометрических форм, распределение нагрузок, свойства материалов, искать источники финансирования, руководить рабочими, уметь находить общий язык с привередливыми заказчиками, решать логистические проблемы, менять проект, достраивать здание за предыдущим архитектором и много чего ещё. Не удивительно, что архитекторы стали объектом сплетен и преклонения, даже появилась легенда о вольных каменщиках – масонах, которые не просто знали, как строить здания, но и вообще – устройство Вселенной.

Но если вернуться к «классическому» ремесленнику, то стоит также сказать о конкуренции. Ремесленники, в отличие от земледельцев, могли влиять на качество своего труда, а значит, их благосостояние целиком зависело от их знаний и умений. Однако, ремесленники сознательно стремились ограничить конкуренцию, они объединялись в цеха и гильдии, препятствовали выходу на рынок новых ремесленников, следили за ценами и поведением друг друга. Полезный эффект конкуренции такими действиями сводился к нулю.

Другим препятствием для умственного развития ремесленников был характер их труда. В основном они просто копировали изделия и почти не усовершенствовали их. На характер труда также повлияло ограничение конкуренции и желание ремесленника поскорее начать зарабатывать на своих знаниях.

Таким образом, ремесленники, в зависимости от ремесла, обладали преимуществами над земледельцами, но многие эти преимущества, в частности конкуренцию, они сознательно игнорировали. Тем не менее, начало своей жизни они проводили в ученичестве, а значит, повышали свой уровень умственного развития.

Торговля – дело прибыльное, а значит, высококонкурентное. Торговцы, как и ремесленники, предпринимали попытки зафиксировать статус-кво и ограничить конкуренцию, но это у них получалось редко. Большие прибыли были следствием больших рисков. Купец должен был постоянно следить за ценами на отдалённых рынках, придумывать, как собирать и передавать информацию из одного поселения в другое, как торговать в кредит и в то же время не разориться. Помимо чисто торговых рисков, он должен был озаботиться безопасностью в пути для себя и своих товаров: большинство разбойников и бандитов промышляли именно вблизи торговых маршрутов. Можно добавить к этому списку ещё всевозможные происки конкурентов, и получится сложнейшая профессия. Пользуясь современным языком, торговец должен был «уметь вертеться».

Сам характер торговли вынуждал торговца постоянно повышать уровень умственного развития – придумывать всё новые и новые приёмы работы с покупателями, продавцами, государствами, а главное – быть на шаг впереди конкурентов. Многочисленные риски подстёгивали стремление к определённости. Именно торговцы сделали очень много изобретений, которые относятся не только к чисто торговой деятельности (ценные бумаги, деньги, кредит, страхование), но и к перевозкам (судоходство), логистике (торговые пути, перевалочные пункты, фактории). Более того, благодаря торговле осуществлялся обмен знаниями между отдалёнными уголками человеческой цивилизации. Например, Великий шёлковый путь связывал две громадные империи древнего мира – Римскую и Китайскую, благодаря ему западный мир узнал о компасе, порохе, бумаге и книгопечатании. Торговцы были не просто самыми образованными и умственно развитыми людьми традиционной экономики, города в которых они жили, были центрами умственного и культурного развития человеческой цивилизации (Флоренция, Венеция, Генуя и др.).

Ещё одним сословием традиционного общества являлось духовенство. Его представители отказались от «мирского» и посвятили свою жизнь служению Богу. Стоит отметить, что роль священника в жизни общества постепенно менялась. Изначально, это были шаманы, наделёнными «сверхъестественной силой» и «умеющие общаться с духами» – на деле же просто люди, знающие полезные свойства растений и умеющие лечить простейшие заболевания. В последствие, священники осознанно стали заниматься наукой, а точнее теологией с небольшой примесью естественных наук. Университеты создавались священниками, девизом Оксфордского университета и по сей день является «Dominus illuminatio mea» («Господь просвещает меня»). Всё обучение велось на латыни, наука во многом развивалась в монастырях. Священники имели два важных преимущества – много свободного времени и имущественную состоятельность. Кончено, день монаха или священника был наполнен молитвами и отправлением церковных служб, однако оставалось достаточно времени для изучения священных текстов (это было обязанностью) и размышлений над мироустройством. Монастыри и церкви при всей декларируемой скромности, были богаче даже многих королей. Эти ресурсы церковь тратила помимо всего прочего на создание и покупку книг, благотворительность и содержание приходских школ. Священнослужители и монахи могли не беспокоиться, что умрут с голоду, и могли всецело посвятить себя делам духовным.

Таким образом, традиционная экономика значительно отличалась от присваивающей или первобытной. Разделение труда было существенным, что означало наличие многообразия профессий и умственной специализации. Однако, самый многочисленный класс общества – земледельцы в своём умственном развитии ушёл не так далеко от дикарей.

Буржуазные революции привели к власти капиталистов – торговцев, ремесленников, банкиров. Научная революция сокрушила влияние церкви. Промышленная революция завершила переход общества от традиционного к капиталистическому.

Старые классы всё ещё сохранялись, но их влияние на экономику общества становилось всё меньше. На первый план выходили рабочие и владельцы капитала – капиталисты.

Рабочими часто становились бывшие крестьяне, которые уходили на заработок в город. Зарплата на фабриках пусть и была нищенской, но всё равно она была выше, чем в деревне. Жизнь рабочих разительно отличалась от жизни крестьян. Они жили в городе, то есть не были в изоляции от других классов общества. Они не подчиняли свою жизнь временам года, их труд был монотонным и повторялся изо дня в день. На рабочего не возлагалось никаких других задач, кроме одного или нескольких физических действий, освоить которые мог и ребёнок. Рабочий проводил на фабрики чуть ли не всё своё время, для многих завод стал домом в прямом смысле этого слова. До принятия законов о рабочем времени и охране труда рабочие, наверное, были ещё менее развиты умственно, чем крестьяне. Им просто не оставалось времени на обучение и размышления, их мир – это ряд станков, гудящих и дымящих, а их труд – это простое физическое действие, которое могло выполнить и животное. Усугублялась ситуация ещё тем, что родители для получения дополнительного заработка сдавали в наём своих малолетних детей. Дети не получали должного образования, даже церковного, были неграмотными и кроме кирпичной коробки завода ничего не видели. Всё это крайне негативно сказывалось на умственном развитии рабочих.

Карл Маркс (1818 – 1883) полагал, что ограничение времени труда поможет побороть неграмотность рабочих, он верил, что они в освободившееся время будут заниматься самосовершенствованием. Но оптимистичное предположение обернулось удручающим провалом – рабочие лишнее свободное время предпочли проводить за кружкой пива, а не за книгой.

Постепенно с помощью законов ситуацию удалось немного выправить – детский труд был запрещён, и дети были обязаны посещать школу. Первоначальный дикий капитализм был ограничен трудовым законодательством. Но вовсе не государство смогло преобразить рабочий класс. Это сделали сами рыночные силы. Современная капиталистическая экономика разительно отличается от эпохи дикого капитализма. Появились многочисленные профессии, требующие глубоких знаний или хотя бы среднего школьного образования. Офисный работник, как и его предшественник – фабричный рабочий, тоже делает однотипные действия, но для этого нужно долго учиться. Сегодня тоже существуют профессии, где работник может не обладать квалификацией – грузчик, уборщик, дворник, охранник, уровень умственного развития у представителей этих профессий также низок, но всё же немного выше, чем у рабочего XIX века.

Капиталисты объединили в себя торговцев, банкиров, ремесленников, промышленников и представителей других профессий, где уровень дохода напрямую связан с размером капитала и умением им управлять. Жизнь капиталиста гораздо разнообразней жизни рабочего и не только за счёт свободного времени и средств. Сама возможность быть капиталистом связана с умением управлять капиталом в условиях высокой конкуренции. Промышленники, торговцы и банкиры соревнуются между собой, придумывают стратегии борьбы с конкурентами, предлагают потребителям новые товары, стараются расширить своё дело и получить прибыль больше, чем у соседа. Всё это требует постоянного внимания и расширения своих знаний, что самым благоприятным образом сказывается на умственном развитии индивидов. Помимо этого влияние на умственное развитие оказывает сама сущность капитализма, как постоянно развивающейся и усложняющийся экономической системы. Успешный капиталист должен постоянно учиться, отслеживать изменения и внедрять новшества. Появилась даже специальная наука – экономика, которая помогает понять всё новые и новые хозяйственные взаимодействия.

Многие думают, что капиталист может пустить всё на самотёк, а капитал будет работать на него. Но капитал и имущество – это не одно и то же. Если можно так сказать, капитал – это работающее имущество, и чтобы оно работало и приносило прибыль, требуется долго и внимательно искать способы его приложения. Если капиталист решит забросить своё дело и вложиться во что-нибудь попроще, например, в государственные облигации, то он постепенно начнёт терять капитал из-за инфляции, в то время как его конкуренты будут использовать более эффективные возможности. Но чаще случается ситуация, когда капиталист вкладывается в какое-нибудь предприятие, и оно ему надоедает. Он постепенно перестаёт контролировать ситуацию, а ушлые управляющие и работники пользуются этим. В итоге, капиталист теряет капитал и может даже сам стать рабочим.

Таким образом, капиталистическая экономика, с одной стороны, создаёт стимулы для умственного развития капиталистов, с другой, – большинство рабочих из-за монотонного труда быстро превращаются в консерваторов и останавливаются в развитии. Другим положительным влиянием капитализма на умственное развитие индивидов выступает большое предложение образовательных услуг и товаров для самообразования. Любой человек может купить книгу или пройти обучающий курс, да просто – посмотреть в поисковике интересующую информацию. Но это будет косвенным влиянием капитализма, поскольку оно не связано с характером труда.

Социализм или плановая экономика изначально рассматривался, как переходный период между «загнивающим» капитализмом и светлым коммунистическим будущим. Марксисты видели в таких переходах эволюцию общества, то есть были уверены, что процесс этот вполне естественный. Переход от капитализма к социализму должен был произойти в результате пролетарской революции, как произошёл переход от феодализма к капитализму в результате буржуазных революций. Кризис, в который погрузились феодальные государства Европы в конце XIX – начале XX века только усилил революционные настроения в обществе. Но в реальности теория марксистов оказалась вывернутой наизнанку – социализм сменил феодализм (в России, Китае), а капиталистические страны социализм не восприняли или ввели лишь незначительные его институты. Примечательно, что первой о социалистическом пути развития объявила самая реакционная страна Европы – Россия.

Изначально социалистический эксперимент был проверкой марксистской теории на практике, и многие революционеры искренне верили в эти идеи. Но почти сразу те, кто пришли к власти в результате революции, поняли, что тотальное регулирование экономики может помочь им удержать власть. Достаточно быстро крылатая фраза «кто не работает – тот не ест» была преобразована в более близкую к действительности: «кто не подчиняется – тот не ест». Поэтому плановая экономика идёт бок о бок с некоторыми авторитарными и всеми тоталитарными режимами. Она лишь инструмент политической власти и только.

Суть плановой экономики или социализма заключается в том, что все экономические решения – что производить, как производить и т.п., принимаются централизованным государственным органом. В СССР таким органом был Генплан. В отличие от капиталистической экономики, информация о необходимых индивидам и предприятиям товарах поступает производителям не через изменение цены, а административным путём. Сначала предприятия составляют список нужных им товаров, затем все эти списки направляются в Генплан, тот их анализирует и спускает уже другие списки – что и сколько производить. Обычные граждане довольствуются тем, что могут купить в магазинах за получаемую ими зарплату.

Такой механизм получения и обработки информации – а информация является главным компонентом любой экономики, – является фатальным недостатком плановой системы. Проблемы с информацией возникают везде. При направлении информации в Генплан, руководители предприятий склонны преувеличивать нужные им товары. В самом Генплане при анализе информации естественно возникает много ошибок. При отчёте о выполнении плана, руководители предприятий опять искажают информацию, чтобы показать себя в лучшем свете. А если продукции удалось выпустить меньше, чем нужно, то это никто не заметит – ведь на бумаге всё в порядке. Умножьте все это на постоянную изменчивость человеческих потребностей и получите огромную проблему.

Из-за проблем в информационном механизме плановой экономики она постоянно испытывает дефицит одних товаров и профицит других. Очень часто дефицит возникает даже в предложении продуктов питания, граждане вынуждены вести подсобное хозяйство и делать заготовки на зиму. О разнообразии потребительских товаров в таких условиях и говорить не приходиться.

Я не стану затрагивать другие проблемы плановой экономики (вернее следовало бы её назвать чиновничьей экономики) вроде коррупции, кумовства, панибратства, – они есть везде, но при капитализме эти недостатки достаточно быстро выявляются, а зарвавшиеся руководители отстраняются.

Описав суть плановой экономики, следует перейти к вопросу о её влиянии на умственное развитие индивидов. В Советском Союзе было много анекдотов о политике и социализме, но одни из них отражает сущность любой экономики (кроме первобытной): «при капитализме человек эксплуатирует человека, а при социализме – наоборот». Действительно, при плановой экономике декларируется, что рабочие никем не эксплуатируются, а труд их направляется пролетарским государством. Получается, что рабочие работают как бы сами на себя. Однако, государство – это абстрактное название для коллектива чиновников, не более того. Вся выборность в органы власти при социализме носит формальный и безальтернативный характер, иного авторитарное, и уж тем более тоталитарное, государство допустить не может. Формируется класс номенклатуры – тех самых чиновников, которые занимают формальные должности и, по сути, ничем не занимаются. Поскольку на жизнь чиновников большее влияние оказывает политическая сфера и правила карьеризма, нежели характер труда, в этой главе номенклатуру рассматривать не стоит.

В отличие от капитализма, при социализме отсутствует класс предпринимателей, их функции выполняет государство или, что то же самое, чиновники-аналитики. Труд чиновников-аналитиков, равно как и труд изобретателей, рационализаторов и новаторов, а также учёных требует серьёзных умственных усилий, открытия новых знаний, а значит повышения умственного развития. Труд «синих воротничков» и крестьян (колхозников) связан с повторением одних и тех же действий и не требует умственных усилий, а значит, и умственный уровень представителей этих слоёв населения не повышается.

Как видно, влияние труда в социалистической экономике почти ничем не отличается от влияния труда при капитализме. Однако, косвенное влияние названных экономических систем отличается куда сильнее. Так, при плановой экономике существует система распределения – работник направляется туда, где он нужен, а не где хочет применять свои умения и способности. В социалистических странах часто распространена «барщина» или, что то же самое – отбывание общественных повинностей. Например, работники умственного труда вынуждены убирать картошку с полей. В данном случае отнимается время от умственных занятий. Уровень потребления в плановых экономиках значительно ниже, чем в рыночных, а значит, индивиду остаётся меньше возможностей для саморазвития (меньше книг, меньше образовательных ресурсов и т. п.). При социализме существуют также ограничения на профессии. Например, невозможно встретить при социализме философа, он должен либо работать где-то ещё, либо сидеть в тюрьме за тунеядство как Иосиф Бродский (1940 – 1996). Нет также представителей «свободных» профессий, вроде публициста или блогера, всех тех, кто получает доход от самостоятельной деятельности.

Косвенное влияние социализма куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Любая плановая экономика неэффективна по сравнению с капиталистической, в ней не остаётся места для самостоятельной деятельности, а значит, и конкуренции. Дефицит благ создаёт существенные затруднения в получении знаний, а распределительная система и «общественная нагрузка» препятствуют производству новых.

Таким образом, плановая экономика в целом оказывает негативное влияние на умственное развитие индивидов, хотя некоторые из них (изобретатели, конструкторы, рационализаторы, «синие воротнички») не испытывают её прямого влияния.

Влияние экономической системы на умственное развитие индивида значительно, но гораздо сильнее на него влияет уровень благосостояния человека. При любой экономической системе можно найти людей богатых, обеспеченных и бедных. Иногда можно услышать мнение, что богатые более умные, чем бедные, и что существует зависимость между уровнем благосостояния и уровнем умственного развития. Однако, это не так. Существуют и глупые богачи и умные бедняки. Хотя, я признаю, что беднякам гораздо сложнее поднять свой уровень умственного развития, в то время как богатые обладают для этого куда большими возможностями. Рассмотрим подробнее то, как благосостояние человека влияет на его умственное развитие.

Бедняки – это люди, которые способны удовлетворять лишь свои базовые потребности. Они имеют либо незначительный размер дохода, либо получают его время от времени и часто вынуждены из-за этого влезать в долги «до зарплаты». Бедными люди становятся по двум причинам – объективной и субъективной. Объективными причинами можно назвать внешние негативные факторы – мошенничество, ограбление, банкротство бизнеса из-за экономического кризиса, пожар, уничтоживший имущество и другие катастрофы. Субъективная причина зависит от самого индивида, например, он боится поменять профессию и тем самым повысить доход, пристрастие к азартным играм и алкоголю, излишняя щедрость или негативное отношение к имущественной стороне жизни («антимещанство»). Все эти причины влияют только на уровень благосостояния человека и не влияют на его умственный уровень.

Существуют индивиды, которые свой скромный заработок тратят на книги, работают охранниками на складе и пишут книги. Другие и вовсе стали бедными из-за своего ума. Так, известный изобретатель Никола Тесла (1856 – 1943) внёс существенный вклад в развитие электротехники, выиграл в «Войне токов» и обошёл, наверное, самого известного изобретателя всех времён Томаса Эдисона (1847 – 1931). Однако, учёный закончил свою жизнь достаточно бедным человеком³². Пример Николы Теслы показывает, как учёный и изобретатель может творить чудеса в научной сфере, оставаясь полным дилетантом в вопросе личных финансов. Но случай Н. Теслы это скорее исключение, правило же более прозаично.

Бедность, с одной стороны, мешает умственному развитию – человек из-за недоедания получает недостаточно полезных веществ, отчего мозг работает не так активно; ограниченность средств препятствует покупке новых книг и закрывает путь во многие университеты. Также у бедняка почти не остаётся свободного времени для самообразования. С другой стороны, – бедность создаёт условия, из которых человек хочет вырваться, изменить жизнь (психологический момент) и вынуждает индивида придумывать новые способы удовлетворения своих потребностей.

Люди среднего достатка, как правило, образованы, обладают достаточными средствами для покупки книг и учёбы в университетах. Их профессия обычно требует долгого обучения и подготовки. С одной стороны, – люди среднего достатка не отвлекаются на поиск пропитания, с другой, – они имеют все ресурсы, чтобы продвинуться в обществе. Перспективы и отсутствие нужды – лучшие условия для умственного развития.

Богатые люди могут заработать своё состояние самостоятельно, и тогда им пришлось приложить немало умственного и физического труда, а могут получить своё состояние по наследству. В последнем случае велик соблазн остановиться на достигнутом. Дети богатых людей могут обучаться в самых лучших и престижных университетах, однако, они вынуждены конкурировать со своими сверстниками в области роскоши. Зачастую, богатый, но глупый – основной портрет ребёнка богача. Родители-богачи, особенно те, кто достиг своего состояния собственным трудом, стремятся всеми силами сделать из ребёнка себе замену. Они хотят, чтобы он продолжил семейное дело, вырос успешным и уважаемым человеком, не растратил семейное состояние. Такое стремление родителей имеет большое положительное влияние на умственное развитие ребёнка, однако, последний может сопротивляться и противиться давлению родителей, более того, ребёнок может иметь другие жизненные интересы, чем его родители. В таком случае давление может привести к прямо противоположному результату – ребёнок возненавидит учёбу.

Богатые обладают ещё одной особенностью, которая может принести пользу их бизнесу, но навредить умственному развитию. Они способны привлекать интеллектуальные ресурсы – людей, обладающих высокой квалификацией в своей области (юристов, бухгалтеров, финансовых консультантов и др.). Такое привлечение специалистов самым благоприятным образом сказывается на делах, однако, сам богач уже не уделяет время и силы изучению соответствующих вопросов. Зачем думать самому, когда есть тот, кто подумает лучше?

В заключение рассуждения о влиянии благосостояния на умственное развитие человека, следует обратить внимание на такое явление, как покровительство.

Бедный, но талантливый индивид, может получать финансовую помощь от богатого человека. Таким образом, его потребности удовлетворяются, и он может сосредоточить все силы на развитии своих талантов. Меценат же, в свою очередь, будет контролировать, как используются его средства, и может сам заинтересоваться деятельностью подопечного. К покровительству прибегали почти все деятели эпохи Возрождения: Леонардо да Винчи (1452 – 1519), Микеланджело Буонарроти (1475 – 1564), Рафаэль Санти (1483 – 1520), Филиппо Брунеллески (1377 – 1446). Томасу Эдисону оказывал покровительство американский банкир Джон Пирпонт Морган (1837 – 1913). Современные предприниматели также жертвуют огромные суммы на покровительство, только не персональное и пансионное, как раньше, а в виде публичных стипендий и грантов.

Таким образом, экономический уклад общества и уровень благосостояния индивида оказывают сильное влияние на умственное развитие человека.

Глава 14. Выводы

Человек живёт в обществе и прочно с ним связан. Индивиды и их группы постоянно взаимодействуют, часто конфликтуют. Человеческая популяция растёт, и количество неизбежно переходит в качество. Появляются всё новые формы взаимодействий и новые социальные институты. Возникают новые идеи и уходят в небытие старые. Каждый из нас вплетён в огромную и запутанную сетку правил поведения. На нас давят изнутри мораль и религия, снаружи – обычаи, право, общественное мнение, политическая и экономическая системы. Каждый из этих элементов как способствует нашему умственному развитию, так и препятствует ему. Только поняв, как действует на индивида социальное окружение, можно перейти к изучению самой структуры общества и его деления на классы.

Книга 3. О делении общества на классы в зависимости от механизма мышления индивидов

Глава 1. О естественном неравенстве индивидов

В первой книге настоящего исследования я показал, что уровень умственного развития индивида определяется индивидуально и зависит от соотношения силы стремления к определённости и силы лени. Эти силы зависят от биологических и социальных факторов. Каждый человек обладает уникальным уровнем знаний, поскольку воздействие этих факторов на всех людей неодинаково. Отсюда следует простой вывод – все люди неравны в количестве знаний и неравенство это естественно. Поэтому невозможно провести деление всего общества (даже приблизительное) на группы в зависимости от объёма знаний. Например, я скептически отношусь к таким группам как «идиоты», «дилетанты», «энциклопедисты», «вундеркинды» и т. п. Это лишь бытовые обозначения, которые к науке никакого отношения не имеют. Однако, роль умственного развития для современного общества так велика, что игнорировать этот вопрос невозможно. Поэтому следует взглянуть на деление общества под другим углом.

Глава 2. О классах общества

Идея деления общества на классы в зависимости от уровня умственного развития индивидов появилась у меня не так уж давно. Я тоже долгое время считал удобным использовать бытовую матрицу – «идиоты / умные». Однако, при общении с разными людьми и простом наблюдении за ними, я стал замечать, что такое упрощение лишь запутывает и не вносит никакой ясности. Вот скажите, кем считать профессора технических наук, который прекрасно разбирается в сложнейших механизмах, но в то же время считает, что «Америка перестала производить»?³³ Будет ли он «умным» в технике и «идиотом» в экономике? Казалось бы, всё нормально – никто во всех сферах не является знатоком. Но на это следует возразить – если такой профессор смог добиться высот в технических науках, почему он не мог использовать тот же научный подход для понимания хотя бы элементарных экономических явлений? И да, это не какой-то отдельный случай, подобные «профессора» попадались мне довольно часто.

Так какие же всё-таки существуют классы общества в зависимости от уровня умственного развития индивидов и, главное, в чём польза такого деления?

По результатам наблюдения за знакомыми, друзьями, попутчиками в транспорте, просто случайными людьми, контакт с которыми длился довольно долго, чтобы можно было понять, как они думают, а также обобщения и осмысления собранного материала, я пришёл к следующим выводам.

Всё общество делится на пять классов в зависимости от уровня умственного развития их членов: дикарей, городские низы, середнячков, умных и интеллигентов. Естественно, эти названия были придуманы мной и, возможно, кому-то удастся подобрать более подходящие обозначения, но суть останется той же. Несмотря на то, что каждый индивид уникален в своём уровне умственного развития, все люди обладают общими качествами и механизмом мышления. Поэтому, проводя классификацию, я особое внимание буду уделять:

1. принципу мышления (иерархичность, оппозиционность, авторитет, идеал)

2. преобладающему виду мышления (предметное, абстрактное, критическое)³⁴;

3. преобладающему типу мышления (прогрессивное, консервативное)

4. внешнему проявлению выхода из «зоны комфорта» (сопротивление, заимствование знаний, самостоятельное получение знаний);

5. условиям жизни индивида, его быту, работе, характеру взаимоотношений с другими индивидами.

И хотя с логической точки зрения классификация должна проводиться только по одному основанию (критерию), в этом исследовании я хотел бы отойти от данного правила, чтобы показать, что классы общества следует выводить на основе совокупности критериев, которые органично сочетаются друг с другом.

Здесь же следует оставить ещё один комментарий. На первый взгляд, вся эта система кажется довольно фантастичной – наблюдения, поиск чего-то общего, странные названия. Однако, так и работает наука. Наблюдение как метод необоснованно принижается в общественных дисциплинах, вместо этого исследователи предпочитают копаться в фантазиях предшественников и плодить на их основе новые. Отчасти это понятно – общественные науки, в отличие от естественных или технических, изучают то, что не видно. Поэтому, чтобы открыть что-то новое, следует поменять набор методов. Помимо этого, главным достоинством науки является проверяемость и уточнение знаний. Если один человек наблюдал какое-то явление, то и другой может это сделать и убедиться, что выводы первого верны, или же они нуждаются в уточнении. Также и в этом случае, предложенное деление и описание классов общества следует воспринимать, как первый шаг в переосмыслении устоявшихся догм. Выводы, изложенные ниже, также нуждаются в проверке и уточнении, но это нисколько не является препятствием для их изложения в текущей форме.

Глава 3. Об управлении классами общества

Последующие главы будут чередоваться по парам: в первой я описываю класс общества, во второй – то, как им управлять. Управление классами общества необходимо, чтобы снизить негативные эффекты, связанные с поведением представителей каждого из классов и избежать социальных катастроф, которые случаются, если использовать их недостатки в корыстных целях.

Глава 4. О дикарях

Начать изучение структуры общества следует с самого низа – с класса дикарей. Представители этого класса живут в изолированных деревнях или аулах. Необъятные просторы Сибири, труднодоступные места Тибета или Кавказа, бескрайние джунгли Амазонки или пустыни Африки и Австралии являются типичным местом проживания дикарей. Изоляция добровольная или вынужденная – вот главное отличие дикарей от всех других классов общества. И изоляция эта скорее не географическая, а информационная. Поэтому, например, если оленевод имеет спутниковый телефон, и его регулярно навещают родственники из города, то он не будет в изоляции, а значит, и в классе дикарей. Изоляция не обязательно должна быть полная, главное, чтобы она преобладала.

Из-за изоляции дикари сильно отстают в своём умственном развитии от остальных классов. Их мышление преимущественно предметное, для абстрактного мышления нет ни повода, ни нужных способностей. Их тип мышления – консервативный: дикарь может быть прогрессистом только в детстве, когда он только познаёт мир. Достаточно быстро он осваивается в своём маленьком мирке и становится консерватором.

Названные особенности мышления ведут к установлению принципа мышления дикаря – иерархии. Данный принцип предполагает, что дикарь занимает чёткое положение в своём маленьком обществе, чаще всего семье. Так как мышление дикарей достаточно примитивное, они не могут использовать хитроумные уловки и прочие способы доминирования над другими людьми, и прибегают к самому грубому средству – силе. «Кто сильнее – тот и прав» – суть принципа иерархии. В семье этот принцип проявляется в физическом доминировании отца над всеми домочадцами, он глава – остальные подчинённые.

Принцип иерархии проявляется также и в случаях выхода из зоны комфорта. Например, ребёнок «дерзит» отцу и не слушается. В этом случае разрушается привычный образ жизни дикаря-отца семейства, из-за своего консерватизма он не может себе позволить, чтобы иерархия в семье нарушилась. В противном случае образовалась бы сильная неопределённость – как иначе выстраивать отношения, и кем он тогда будет? С этой неопределённостью дикарь-отец борется самым привычным и единственно доступным ему средством – силой. Он может избить ребёнка, жену или постаревшего родственника (например, своего отца), который уже не может сопротивляться. Стоит сказать, что на месте такого «сатрапа» может быть любой член семьи, даже женщина, главное, чтобы этот член семьи был сильнее остальных. Как только глава семьи теряет силу, его мгновенно смещает более сильный родственник.

Иерархия дикарей вовсе не ограничивается отношением «глава – все остальные», другие члены семьи также выстраивают свои отношения исходя из этого принципа. Поэтому классическую структуру семьи дикаря можно представить так: глава семьи (отец) – родители отца – жена – дети.

Помимо членов семьи, дикарь взаимодействует с другими дикарями и их семьями. Можно сказать, что каждая семья и каждый дом в деревне дикарей – это отдельное королевство. Внешне кажется, что семьи дикарей живут в мире, однако, принцип иерархии никуда не девается – каждая семья норовит поставить себя выше другой. Правда, стоит учесть физиологические особенности – сильные есть в каждой семье, а там, где несколько сильных – либо мордобой, либо пат. Чаще всего в деревне дикарей царит равновесие, и многие радуются, когда это равновесие немного нарушается вследствие внешних причин – «у соседа корова сдохла». Однако бывает и так, что семьи вступают в непримиримую борьбу друг с другом, например, когда один ребёнок изобьёт другого. Брат вступается за брата, отец за сына и т. д. Внешне конфликт может и закончиться, но в действительности он будет продолжать жить и закончится лишь со смертью или изгнанием всех врагов.

Дикари практически не взаимодействуют с другими классами общества – это и составляет их отличительную черту, однако, иногда возникают ситуации, когда дикари вынуждены взаимодействовать с другими классами общества.

Так, если в деревню дикарей забредёт представитель другого класса, то в лучшем случае он удостоится косых взглядов (дикари скорее будут сторониться пришельца, чем сразу нападать на него), в худшем – странник может и не вернуться из деревни живым. И это не шутка. Классы чаще конфликтуют, чем живут мирно, если какой-нибудь моралист начнёт учить дикарей как жить правильно, любить и уважать жену, «интеллигентно» заботиться о детях, то его, скорее всего, не поймут (как можно жить без иерархии?). Но может случиться так, что его нравоучения сочтут вторжением в жизнь семейства и тогда к нему применят силу.

Примером такого взаимодействия можно назвать «Хождение в народ». В 1860-е – 1870-е годы в России резко возрос интерес к естественным наукам, но в то же время после Великих реформ Александра II (1861 – 1874) наблюдался рост терроризма и революционных настроений. Царское правительство стало создавать препятствия студентам – наиболее «неблагонадёжному» слою населения, запрещало учиться в университетах. В ответ на это, революционеры решили заняться просвещением «народа» – многочисленного сословия крестьян. Для этого вчерашние студенты, вооружившись учебниками, стали селиться в деревнях. Они пытались возбудить крестьян на революцию, привить им любовь к наукам, зародить в них зачатки критического мышления. Но почти сразу просветители столкнулись с глухим непониманием со стороны местных жителей. Крестьяне не только не воспринимали высокие материи, о которых говорили им студенты, но даже противились им, доносили в полицию на «бунтовщиков» и помогали ей хватать бунтарей.

Почему же «Хождение в народ» провалилось? Ответ лежит на поверхности. Крестьяне, с одной стороны, не могли понять, о чём говорят им студенты, да и не зачем им было это понимать, с другой, – они, студенты, хотели подорвать социальные устои, которые существовали тысячи лет. Отцы семейств не могли этого позволить, дети не хотели, для всех изменение социального устройства (уж тем более свержение царя!) означало одно – крушение иерархии и неопределённость.

Похожая реакция дикаря на представителей других классов может проявиться и в той редкой ситуации, когда он вдруг окажется в городе, пусть даже небольшом. Он будет смотреть по сторонам ошалелыми глазами (он оказался в бетонных джунглях), горожане покажутся ему странными созданиями (одежда, походка, автомобили), добавим ко всей этой апокалиптической картине шум и суматоху города, и можем лишь посочувствовать этому несчастному, ведь он оказался в мире полном неопределённости. Маленькие избушки выросли в многоэтажки, пыльные тропинки превратились в широченные поля асфальта, полудохлый трактор (если он его вообще видел) превратился в нескончаемые потоки ревущих автомобилей. Чтобы почувствовать на себе, что испытывает в этой ситуации дикарь, достаточно лишь вспомнить свой визит в Москву или любой другой мегаполис.

В Москву на праздники или на выходные устремляются тысячи туристов из соседних регионов, чтобы отдохнуть. Но отдых этот всегда оканчивается одинаково – возвращаются туристы усталыми и опустошёнными. Причём парадокс «московского отдыха» проявляется чуть ли не у всех туристов. Объясняется он просто. Жители областных центров – городов с полумиллионным населением, привыкли и к высоким домам и шумным магистралям, но когда они приезжают в Москву, то сталкиваются с гипертрофированными формами своих городов. Девятиэтажки вырастают в три раза, шоссе раздуваются в ширину раза в два, ворота столицы – Площадь трёх вокзалов, так это вообще самое шумное, людное и отвратительное место в Москве. Добавим к перечисленному метро, километры улиц, лабиринты переходов и на выходе получим психологическую травму. Любой человек из так называемой провинции, оказавшись на Площади трёх вокзалов, попадает в мир неопределённости. Пусть он и хорошо знаком с городом, но увеличение масштаба, выбивает его из привычного мира. Такой турист может просто стоять и тупо смотреть на карту метро, а может и вовсе мотать глазами по сторонам, пытаясь сориентироваться.

Дикарь же чувствует такую перемену обстановки в десять раз острее и сильнее. Даже когда он оказывается в небольшом городе. И давящая со всех сторон неопределённость может проявиться в хорошо известной дикарю форме – агрессии. Обычно дикари до того растеряны, что могут и «забыть» применить силу, они скорее будут шарахаться по сторонам и злобно озираться на прохожих. Другое дело, когда дикари, особенно молодые, едут в город развлекаться. Возможно, они уже были в нём раньше и ко второму визиту немного привыкли. Развлечения таких дикарей достаточно примитивны – погонять на автомобиле (в селе же дорог нет), напиться спиртного и под конец – «снять» девку в клубе. Каждое такое «развлечение» является поводом для самоутверждения и демонстрации своей силы перед спутниками. Дикарь может нарочно подрезать другие машины, гонять, проезжать на красный, унижать официанта или бармена, специально задевать прохожих. Когда же те, кого дикарь хотел унизить, сопротивляются, уже выстроенная дикарём иерархия нарушается, в этом случае демонстрация силы перед товарищами превращается в применение силы к «нарушителю». Дикарь может избить официанта или бармена, изнасиловать «недотрогу» в клубе или другим способом попытаться восстановить иерархию. В то же время, его друзья скорее будут просто наблюдать, особенно, если их «товарищ» терпит поражение – ведь в таком случае он ослабнет, а значит, это можно использовать уже против него. В своё следующий визит, возможно, этот «лидер» уже будет простым задирой, которого может одёрнуть новый лидер.

Принцип иерархии влияет на мораль дикарей. Конечно, не стоит их воспринимать как моральных чудовищ, однако, не следует и романтизировать. Дикари не признают равенства, его заменяет иерархия. Это означает, что все представления дикаря о хорошем и плохом вытекают из такого представления. Например, стремление стать главным рассматривается дикарём как само собой разумеющееся, но в то же время он понимает, что должен подчиняться текущему лидеру, если тот сильнее его. Проявление слабости заставляет дикаря стыдиться и вовсе не потому, что увидят другие, он сам осознаёт, что это плохо.

Также сильно влияет на дикаря общественное мнение. Оно складывается из взглядов таких же дикарей, а значит, действие принципа иерархии проявляется также сильно, как и в нравственности. Более того, если в случае с нравственностью дикарь может стыдиться скрытно, то в случае с общественным мнением, его слабость будет известна всем. Это означает, что он упадёт в иерархии, и его будут все задирать.

Религия дикарей тоже испытывает сильное влияние предметного мышления. Дикарю трудно воспринимать абстрактные догматы религиозных учений, ему проще исполнять ритуалы, значение которых он не понимает, но находит в них что-то правильное. Многие явления жизни дикари не понимают, потому пытаются объяснить их действием высших сил или колдовства. «Ведьм» дикари, с одной стороны, боятся и часто посещают, с другой, – они их презирают и сторонятся. Дикари верят, что ведьмы, маги и им подобные обладают таинственной силой, а сила для дикаря – это главное в жизни.

Консерватизм дикарей является благодатной почвой для действия традиций и обычаев. Поскольку жизнь дикаря не такая уж и многообразная, традиции и обычаи часто проявляются в семье. Например, рассадка членов семьи за столом, разделение труда по половому признаку, свадебные церемонии и т.п.

Право на дикарей почти не оказывает никакого влияния. Это связано с тем, что дикари живут изоляции. Право может быть только там, где есть государство, а точнее его должностные лица – полицейские. Полиция в глухих деревнях или вовсе отсутствует, или полицейский – это просто «родственник в погонах». В таких условиях право оттесняется на задний план или используется в качестве средства борьбы (например, «родственник в погонах» использует должностное положение в личных целях).

Культурная жизнь дикарей почти отсутствует. Лишь три события в жизни дикарей можно назвать «событием» – это свадьба, выборы и поминки. Именно из-за этого среди дикарей наблюдается наибольшая явка на выборах. С другой стороны, выборы и все политические процессы для дикаря – это способ продемонстрировать верность политическому руководству страны. Если дикарь воспринимает лидера страны, как сильного человека, то он будет его поддерживать. Если этот лидер проявляет слабость, то дикарь тут же отвернётся от него. Поддержка сильного лидера – это вовсе не акт верноподданничества, это способ сохранения существующей иерархии. Дикарь может быть вполне доволен, если где-то там, в «Москве», сидит сильный лидер и к нему не наведывается, главное, что он сам является сильным в своей семье и, возможно, деревне. Точно также дикарь строит свои отношения и с другими руководителями, формирует пресловутую вертикаль власти: президент (царь) – губернатор – глава посёлка – он – члены его семьи. Чем ближе руководитель стоит к дикарю, например, глава посёлка, тем больше от него дикарь зависит и тем сильнее хочет занять его место.

Экономическая жизнь дикаря тоже не слишком интересна. Дикари преимущественно заняты в сельском хозяйстве, основную часть продуктов выращивают для собственного потребления. Предметы домашнего обихода самые скромные. Перед дикарём часто возникает дилемма – похвастаться чем-то новым перед другими или оставить покупку в тайне (ведь могут и украсть). Так как дикарь потребляет почти всё, что производит, у него практически отсутствуют накопления, а если они и есть, то отложены на «чёрный день». Поэтому дикари живут бедно, их жилища – это разваливающиеся избушки, внутри почти полностью отсутствуют привычные нам предметы электроники.

Таким образом, дикари – это класс общества, представители которого отличаются наименьшим уровнем умственного развития. Они живут в изоляции и почти не контактируют с представителями других классов. Вся жизнь дикаря подчиняется принципу иерархии и физической силе.

Глава 5. Об управлении дикарями

Могу предположить, что у вас сложился достаточно злобный образ дикаря – этакий примат с большой дубиной готовый разнести всё вокруг. Однако, несмотря на столь примитивный образ жизни и преклонение перед физической силой, дикари, как класс серьёзной опасности не представляют. Во-первых, они малочисленны, во-вторых, они предпочитают изоляцию общению с другими классами. Их агрессия проявляется в наиболее примитивной форме – физического воздействия, которое достаточно легко предотвратить или укротить.

Управление дикарями должно строиться на двух принципах: силе и страхе. Дикари обладают примитивным мышлением, попытки подчинить их с помощью убеждений и слов ни к чему не приведут: они просто их не поймут. Дикари понимают только простое правило – кто сильнее, тому и надо подчиняться. Силу необязательно демонстрировать прямо – избить дикаря или угрожать ему: очень вероятно, что всё окажется наоборот, и изобьют вас. Гораздо легче прямую силу заменить косвенной – страхом. Ведь, как известно, у страха глаза велики (следует добавить – а руки сильны). Страх может даже дрыща превратить в атлета, главное правильно его применить. Устрашить дикарей можно пропагандой. Это самый простой способ. О пропаганде я расскажу в отдельной главе, здесь же отмечу, что с помощью неё можно внушить дикарям, что есть кто-то, кто гораздо сильнее их. Они с готовностью в это поверят.

Но зачем держать дикарей в страхе? Ответ прост – если их не контролировать, не управлять ими, они могут решить (а многие так и думают), что они выше всех остальных классов общества. Из-за этого, в тех не многочисленных случаях, когда дикари оказываются в городах, они ведут в них себя как хозяева и устраивают неприятности, о которых я писал выше.

Самой страшной ошибкой, которую может допустить государство является превознесение дикарей. Такое превознесение чаще всего выражается в том, что пропаганда ежедневно выставляет их «главными» в обществе. Обращения к «глубинному народу» постоянная опека «маленького человека» и тому подобное – только возбуждают агрессию дикарей. Вместо того, чтобы держать их в узде посредством страха, их называют хозяевами всех остальных. Естественным следствием этой самоубийственной политики будет желание дикарей подчинить людей из остальных классов. А единственным средством, которое только и известно дикарю, будет насилие.

Чтобы образно описать вышеизложенное, следует сравнить дикаря с собакой, причём одной из самых агрессивных пород. Каждый, кто имел собаку дома, знает, что первым делом надо показать, кто в доме хозяин. Собаку не надо бить, но следует привязать её к себе – не позволять самостоятельно охотиться, а есть хозяйскую еду. Страх оголодать будет заставлять собаку подчиняться, постепенно подчинение хозяину войдёт в привычку. Агрессия собаки, которая, так или иначе, будет проявляться, при правильной дрессировке может быть мгновенно подавлена, и собака не причинит урона ни хозяину, ни окружающим. Но что будет, если избаловать собаку? Что будет, если дать ей почувствовать, что она хозяин в доме? Правильно – собака начнёт строить всех по понятным ей, собаке, правилам. А это иерархия и сила. Избалованных собак непросто контролировать, они могут напасть на хозяина и будут делать это тем чаще, чем больше собака уверена в своём превосходстве.

Таким образом, дикарями следует управлять, прибегая к понятному им правилу – кто сильнее тот и прав. Ни в коем случае нельзя дикаря ставить выше всех остальных или иным образом возбуждать его агрессивность. Естественным следствием подобной ошибки будет кровавый конфликт, который можно будет прекратить только силой.

Глава 6. О городских низах

Городские низы – это следующий класс общества. Представители этого класса мало чем отличаются от рассмотренных выше дикарей. Однако, имеется существенное обстоятельство, которое позволяет выделить эту группу индивидов в отдельный класс. Они проживают в городе. Городские низы, в отличие от дикарей, не изолированы, они постоянно находятся в контакте с другими классами. Это означает, что представители городских низов могут сравнивать себя с представителями других классов. И часто такое сравнение заканчивается не в их пользу: как следует из названия этого класса – они оказываются в самом низу городского населения.

Мышление городских низов почти не отличается от мышления дикарей – оно предметное и консервативное. Отсюда снова вытекает принцип иерархии и сила, как способ борьбы с неопределённостью. Однако жизнь в городе – это далеко не то же самое, что жизнь в глухой деревушке, где тебя никто не видит и где живут такие же люди как ты. Город – это ещё и все остальные классы общества, которые значительно отличаются от городских низов и которые руководствуются другими принципами и правилами поведения. Отсюда возникает конфликт принципа иерархии и ограниченности его применения. Например, представитель городских низов не может применить силу к «обнаглевшему» середнячку или умному – правоохранительная система в городе работает куда эффективней, чем в деревне. В этой ситуации волей неволей представитель городских низов вынужден выстраивать иерархию другими, не силовыми, способами. Как это сделать? Сам город и даёт подсказку.

Представитель городских низов каждый день сталкивается с представителями других классов, и контакты эти могут быть как вербальными (словесными), так и невербальными. Примером вербального контакта могут быть разговоры с коллегами по работе, например, середнячками, или начальником, который, очень часто относится к классу умных. Невербальные контакты происходят через наблюдение за тем, как живут другие классы. Например, представитель городских низов может видеть дорогие автомобили, роскошные дома, одежду, рекламу, афиши театров. В голове городских низов формируется два мира – первый его мрачный, бесперспективный, убогий, и другой – светлый, роскошный, сытый. Он на дне, другие наверху. Противоречие это порождает явление известное как зависть. А зависть, как я показал выше, это одни из побудителей стремления к определённости и повышения умственного уровня индивида. Представитель городских низов понимает: чтобы стать таким же, как другие, жить в роскоши, нужно узнать способы обретения богатства. В подавляющем числе случаев такие способы ограничиваются покупкой билета в лотерею, ставками на спорт и азартными играми. Естественно, что такой способ мало чем поможет представителю городских низов.

Стоит сказать, что зависть является, с одной стороны, хорошим побудителем для умственного развития, но с другой стороны, – действие её не бесконечно. Если представитель городских низов не находит способа обрести богатство, то у него развивается жуткий комплекс неполноценности, который часто перерастает в агрессию. Агрессия эта в подавляющем числе случаев направлена на членов семьи, которые физически слабее его. Однако, можно заметить, что у дикарей насилие над членами семьи порождается нарушением определённости и иерархии, она является своего рода наказанием и восстановлением покоя. У городских низов агрессия эта также является следствием принципа иерархии, но опосредованно – через комплекс неполноценности. Она – это выход обиды, а не наказание, поэтому и применяется постоянно, а не только в случаях нарушения определённости и иерархии в семье. Данная ситуация куда более опасна, чем насилие в семье дикаря. Другими следствиями комплекса неполноценности могут быть: фанаберия (бахвальство, превышение собственных достижений и умственных способностей), стремление выглядеть успешным (демонстрация дорогих вещей купленных в кредит, «пиджаки с бирками»), стремление «нагадить» окружающим, поиск врагов и предателей.

У городских низов можно заметить ещё одну интересную особенность – преклонение перед теми, кто умнее их. Конечно, не стоит воспринимать такое преклонение буквально, оно хорошо замаскированно, и ни один представитель этого класса не признается в этом. Преклонение перед умными является следствием стремления узнать способы обретения богатства, представители этого класса интуитивно чувствуют, что те, кто умнее их, знают это. Более того, если такой «умник» достаточно обеспечен, то это чувство только усиливается. Выявить преклонение перед умными можно, только если внимательно присмотреться к поведению представителя городских низов. Внешне он будет задирать и унижать «умника» – это следствие принципа иерархии, как не крути, но унижения эти быстро прекращаются, как только «умник» обижается или, что то же самое, угрожает разорвать отношения с представителем городских низов. В этот момент представитель этого класса мгновенно меняется в поведении и пытается удержать «умника»: Не обижайся! Я пошутил!

Разобравшись с природой городских низов, следует перейти к вопросам влияния на них общества.

Нравственность представителей городских низов отличается от нравственности дикарей хотя бы потому, что они находятся в других условиях – воспитание в детском саду, школе, на работе. Также городские низы вынуждены подстраиваться под окружающих людей, чтобы достичь желаемого богатства, так или иначе, перенимать у них отдельные моральные правила. Но, несмотря на всё это, основа морали городских низов мало чем отличается от морали дикарей: никакого равенства и доминирование физической силы (но уже есть зачатки умственного превосходства).

Общественное мнение играет в жизни городских низов ещё большую роль, чем у дикарей. В условиях города городские низы вынуждены подстраиваться не только под понятные им представления представителей своего класса, но и сообразовываться с мнением других классов, а это уже более сложные материи. Именно по этой причине городские низы предпочитают в обществе других классов молчать и наблюдать, а не встревать в разговор. Пойти на это представитель этого класса может только в том случае, если уверен, что он сможет тем самым показать свои знания и умения. Боязнь общественного мнения также является следствием возможного разрыва отношений между представителем городских низов и другими классами, а это означает, по мнению городского низа, утрату возможности стать богатым.

Так как городские низы уже не живут в изоляции, на них сильное влияние оказывают СМИ. Отсутствие критического мышления не создаёт никаких препятствий в принятии информации, и городские низы могут воспринимать любое общественное мнение, особенно то, которое озвучено криком, призывает к силовому решению вопроса, а выступающий обвиняет во всём мистического «врага».

Влияние религии на городские низы также слабо, как и на дикарей. Они понимают только ритуалы, догматы и рассуждения об «абсолютном вечном и бесконечном существе» не могут уложиться в их сознании. Чаще всего городские низы увлекаются магией, эзотерикой и другими «способами» обретения «тайных знаний».

Право влияет на жизнь городских низов гораздо сильнее, чем на дикарей. Именно из-за права и возникает тот самый конфликт невозможности силового построения иерархии. Городские низы знают простые правовые нормы, обычно уголовные, и стараются не нарушать их, по крайней мере, открыто. Полицейский становится уже кем-то большим, чем «родственник в погонах». Участкового боятся, пытаются подружиться. Нередко между полицией и городскими низами складывается неформальная связь – полицейские стараются уладить дело, не прибегая к формальным методам (возбуждение дела и т. п.), они решают всё «на месте». Взамен полицейские получают своих людей «на условке»³⁵, которые помогают расследовать более запутанные и сложные дела.

Основой материального существования городских низов является низкооплачиваемая работа не требующая квалификации: разнорабочие, строители, грузчики, кондукторы, продавцы и т.п.

Бытовые условия городских низов оставляют желать лучшего. Они уже не живут в избушках, как дикари, обычно в дешёвых квартирах с центральным отоплением и коммуникациями. Бытовая техника не многочисленна – телевизор, холодильник, предметы зависти (дешёвые автомобили, дорогие телефоны).

В политическом отношении городские низы склонны поддерживать сильного лидера «мужика». Обычно такими «мужиками» являются уже действующие политики (понятная иерархия). Поддержать оппозиционного кандидата городские низы могут только в редких случаях, если им понравится его напор и громкие речи. Очень часто можно заметить, как городские низы «липнут» к губернатору, мэру или другому важному чиновнику, просят сфотографироваться. Всё это не проявления особой любви к начальству, которое они презирают, а лишний способ продемонстрировать своё превосходство над другими городскими низами, похвастаться.

Культурная жизнь городских низов гораздо богаче, чем у дикарей, перед ними лежит весь город. Но обычно, в силу бедности или смущения, городские низы не посещают театры, выставки и т. п., они предпочитают домашние развлечения (просмотр телевизора), походы в торговый центр и участие в городских праздниках (поедание блинов с лопаты) и митингах, где раздают подарки.

Таким образом, городские низы во многом похожи на дикарей, однако жизнь в городе существенно изменила их природу. Основой жизни представителя этого класса является конфликт между принципом иерархии и невозможностью его соблюдения при помощи силы. Неудачи в продвижении в обществе часто вызывают комплекс неполноценности у представителей этого класса, они начинают проявлять агрессию по отношению к членам своих семей и тем, кто слабее их физически.

Глава 7. Об управлении городскими низами

Поскольку сущность городских низов почти не отличается от сущности дикарей, к ним следует применять точно такие же методы управления, а именно – силу. И в этом случае силу не следует воспринимать буквально, на первый план выходит страх. Городские низы, равно как и дикарей следует держаться узде и не давать через чур считать себя главными. Единичные случаи, такие как драки, хулиганство, кражи опасности для всего общества почти не представляют (это в первую очередь дело преступника и потерпевшего). Но такие случаи как создание организованных преступных группировок, массовые драки, беспорядки, представляют собой серьёзную опасность уже для всего общества и могут привести даже к уничтожению существующего политического и социального уклада.

Главным средством сдерживания городских низов является пропаганда. Как и дикари, они не способны воспринимать подачу информации в другой форме (образовательных передач, сложных разъяснений и т. п.). Пропаганда должна сформировать такую картину мира, где городские низы занимают положенное им место, однако, одновременно с этим следует говорить о способах продвижения в обществе, рассказывать истории в жанре «из грязи в князи». Комплекс неполноценности также следует разрушать посредством сведения его к обыденности: говорить, что таких «неполноценных» очень много и это нормально. Другими словами, суть управления городскими низами заключается в применении кнута и пряника, нужно внушать страх, но в то же время давать им надежду.

Глава 8. О середнячках

Название этого класса оправдывает само себя – середнячки это те люди, которые стоят между двумя низшими классами – городскими низами и дикарями и двумя высшими – умными и интеллигенцией. Многие середнячки получили приличное образование, в основном техническое, но есть и те, кто закончил университеты, однако не слишком успешно.

Мышление середнячков отличается от мышления низших классов и представляет собой качественно новую ступень развития. Если дикари следуют принципу иерархии, городские низы вынуждены следовать тому же принципу, но не с помощью силы, а внешнего превосходства, то у середнячков принцип иерархии ещё сильнее преобразуется и превращается в принцип оппозиционности. Середнячки также, как и представители городских низов, стремятся стать богатыми (материально), возможно это стремление у них даже сильнее, но полагаются они уже не на удачу или на действие высших сил, или просто физическую силу, а на умственное превосходство над остальными. Конечно, следует сказать, что желания середнячков и действительность сильно расходятся. Они по-прежнему опираются на предметное мышление. Консервативное мышление доминирует, но прогрессивное гораздо сильнее, чем у представителей низших классов.

Каждый середнячок сталкивается с проблемой – он хочет быть умнее окружающих, но не хочет учиться и самостоятельно думать. Поэтому середнячок выбирает самый лёгкий путь получения необходимых знаний – просмотры научно-популярных фильмов, сериалов, интернет-каналов, изредка середнячки читают научно-популярные книги Их основной фокус – это обретение богатства. Середнячок думает, что посмотрев научно-популярный сериал, который смотрят миллионы по всему миру, он обретает уникальные знания, которые никому другому не известны. Постепенно у него складывается мнение, что он знает о мире больше всех остальных, хотя на деле таких «знатоков» большинство на земном шаре.

Такое позиционирование себя относительно других людей складывается в принцип оппозиционности, в соответствии с которым, середнячок будет скептически относиться к общеизвестным истинам, везде будет искать тайный смысл – то самое уникальное знание, о котором никому не известно. Именно из-за принципа оппозиционности середнячки в большинстве своём увязают в болоте конспирологии, эзотерики и тому подобном. В отличие от городских низов, в погоне за богатством середнячки не просто участвуют в лотереях и играют в азартные игры, иными словами надеются на авось, они пытаются обыграть казино, читают о «выигрышных» стратегиях, пытаются считать карты, и всё это с твёрдым убеждением, что об их уловках из интернета никто не знает.

В их среде наблюдается большинство хвастливых людей, которые любят поучать остальных. Середнячки по верхам изучили какой-то предмет и думают, что стали специалистами. Сегодня такое хвастовство проявляется в постоянной болтовне об инвестициях, психологии, тайм-менеджменте и о других модных темах. Середнячки любят заискивать перед умными и интеллигентами, приставать к ним с расспросами, постоянно стараются найти в их рассуждениях ошибку. Когда такой ошибки не находят – замолкают и погружаются в себя, затем признают правоту представителей вышестоящих классов и хвастаются перед своими же «одноклассниками» новыми знаниями.

В общении с дикарями и городскими низами середнячки любят поучать их, но в отличие от вышестоящих классов, не получают от них возражений.

В завершение рассуждения о процессе мышления середнячка укажу на разницу между псевдонаучным и научным мышлением.

И эзотерика, и конспирология, и другие псевдонаучные «дисциплины» имеют одно общее – их выводы делаются на основе наиболее понравившейся версии, минуя стадию доказательств. Иногда «доказательства» подгоняются под вывод, а опровергающие факты игнорируются. Именно конспирология так удачно ложится на сознание середнячка и его жизненный девиз: «Знать, но не думать». Наука же уделяет основное внимание доказательствам, рассматривает все версии как равные и проверяет их одновременно, только после этого делается вывод. Понятное дело, что стадия доказательств – это самое сложное в научном процессе, то чего середнячки бояться больше всего. А обыденные версии их не привлекают, поскольку они не уникальны. Именно поэтому середнячки как никто другой любят конспирологию и псевдонаучные теории. За счёт них реализуется их принцип оппозиционности – кажущееся научное доминирование над другими людьми.

Нравственность середнячков стоит чуть ли не на первом месте среди всех регуляторов поведения человека. Середнячки постоянно ищут правду и справедливость. Такое стремление к правде опять же является следствием принципа оппозиционности: середнячок желает знать истину, а справедливость для него – это следование этой истине.

Религия для середнячка также важна, как и нравственность. Его религиозные представления также подчинены принципу оппозиционности. Если середнячок уверовал во что-то, то его будет почти невозможно переубедить.

Именно из-за своеобразного поиска истины, а главное, стремления заставить всех других признать убеждения середнячка, из этого класса выходит большинство фанатиков, клерикалов и прочих опасных сущностей, которые либо переделают мир под своё понимание добра и правды, либо уничтожат его в праведной войне. Но об этом в следующей главе.

Традиции и обычаи середнячки считают устаревшими и бесполезными, хотя многим из них они следуют не задумываясь.

Право середнячки знают смутно, но зато любят похвастаться своими знаниями. Они полагаются на «практику» и советы своих знакомых, которые уже сталкивались с похожими правовыми затруднениями. Часто их интересуют трудовые отношения, выплаты пособий, семейное право (прежде всего, имущественные отношения), иногда жилищное право.

Общественное мнение двояко действует на середнячков. Их оппозиционность, с одной стороны, мешает им присоединиться к мнению большинства (они же всё знают лучше тупого большинства), с другой, – они вынуждены присоединиться к тем, кто предлагает иную версию произошедшего, пусть и не логичную, но обличительную и имеющую скрытые причины.

Семьи середнячков отличаются демократизмом. Муж и жена обладают равным положением, нередко, жена берёт верх над мужем. Дети в таких семьях уже непослушны (в хорошем смысле), спорят с родителями, любят капризничать и спорить.

Середнячки часто становятся предпринимателями. Они открывают простейшие бизнесы вроде пошива одежды, сапожных мастерских или выпечки на заказ. Они часто достигают успеха в производственном процессе и также часто терпят неудачи в финансовых, юридических и организационных вопросах своего маленького бизнеса. Это вызвано тем, что у середнячков хорошо развито предметное мышление, они умеют мастерить, изготавливать новые предметы. В сложном – финансах, юриспруденции и менеджменте, которые требуют развитого абстрактного мышления, они не сильны, а обратиться к специалистам мешает гордость (они же лучше всех всё знают) или недостаток средств.

В политическом отношении принцип оппозиционности опять же выходит на первый план. Середнячки не доверяют политикам и власти вообще, везде видят заговоры и скрытый смысл. Зато просто обожают всевозможных обличителей, которые, как и они, готовы вскрывать заговоры и карать нечистых на руку политиков. Поэтому середнячки часто голосуют за оппозиционных кандидатов, а на безальтернативные выборы не ходят.

В культурном плане середнячки не сильно оторвались от городских низов. Они также любят прогуляться по торговому центру, зайти в кинотеатр, поесть в дешёвом кафе или фуд-корте. В театры и на выставки они почти не ходят, могут посетить что-нибудь экстравагантное, вроде выставки заспиртованных уродцев, восковых фигур мадам Тюсо, интерактивного музея³⁶ или обзорной площадки небоскрёба.

Таким образом, середнячки качественно отличаются от представителей низших классов, они – это своеобразная переходная стадия между низшими и высшими классами общества. Середнячки отличаются «мещанским» характером и их достаточно просто выявить среди других людей.

Глава 9. Об управлении середнячками

Середнячки стараются лишний раз избегать агрессии и вести себя правильно. Они любят знания, но не любят учиться. В большинстве случаев поверхностные знания – это проблема лишь самого середнячка. После неудачи середнячок не впадёт в депрессию и у него не развивается комплекс неполноценности. Скорее всего, он спишет свою неудачу на бренность бытия, будет помнить о ней, но не зациклится. Он займётся другим делом. Гораздо страшнее другое.

Середнячки очень большое внимание уделяют правде и справедливости. Последние они воспринимают через призму своей морали и религиозных убеждений. Чрезвычайно сильное влияние внутренних регуляторов поведения вкупе с поверхностными знаниями о мире зачастую приводят к самым трагичным для всего общества последствиям. Именно середнячки являются теми самыми добрыми дураками, о которых я писал в начале исследования. Если кому-то удастся обмануть середнячка, надавить на его чувство справедливости, то этот кто-то обретёт сильнейшее оружие. Агрессию городских низов и дикарей легко купировать обычной физической силой, они успокоятся и не будут дальше сопротивляться. Но середнячки – это атомная электростанция, их не так-то просто «выключить». Применение насилия к середнячкам лишь усилит их сопротивление и агрессию. Они и так думают, что сражаются за правое дело, а насилие лишь сделает из них мучеников и придаст новые силы. Они будут стоять за свою «правду» до конца, даже если эта правда – обычная ложь. Поэтому середнячки – это самый опасный класс общества, именно он порождает в гигантских количествах фанатиков и так называемых «идейных» активистов. Отсюда главный совет – нельзя середнячкам скармливать ложь под видом правды.

Также нельзя оскорблять середнячков или пытаться управлять ими силой. Они мгновенно сочтут это несправедливым и аморальным и будут сопротивляться. Большинство буржуазных революций (Нидерландская 1566 г., Английская 1639 г., Американская 1776, Французская 1789 г.) произошли не вследствие каких-либо экономических кризисов, социальных потрясений, а в результате банального скотского обращения правителей соответствующих государств с представителями этого класса общества. Середнячкам отказывали в правах, их постоянно обирали, смотрели на них, как на неполноценных. Если дикари и городские низы «проглотят» всё это, умные замкнуться в себе (они «всё понимают»), а интеллигенты разразятся гневной тирадой, то середнячки могут вспыхнуть, как порох от одной лишь искры.

В управлении середнячками следует опираться на их принцип оппозиционности. Стараться прививать им правильные миролюбивые установки путём вызова у них сопротивления другим, неправильным, установкам. В этом случае середнячки игнорируют первое послание-провокатор и автоматически соглашаются со вторым – нужным. Например, можно показать им кино, где главный герой – хвастливый «умник», который нахватался поверхностных знаний и поучает всех вокруг. Иными словами – показать середнячку середнячка. В конце фильма дилетант терпит фиаско, а середнячок-зритель понимает, что следует глубже изучать предмет, обращаться к специалистам и т. п.

Таким образом, середнячки сочетают в себе доброту и поверхностные знания, от чего они становятся бочкой с порохом в руках подстрекателей-пропагандистов. Необходимо защищать середнячков от опасных идей, основанных на задетом чувстве собственного достоинства, попранной справедливости, унижении, в общем, от всего того, о чём так громко голосил А. Гитлер.

Глава 10. Об умных

Класс умных представляет собой достаточно крупную совокупность индивидов, для которых разум составляет основу жизни. Как правило, к классу умных относятся высококвалифицированные специалисты и учёные. Труд умных требует высоких умственных способностей, умения мылить абстрактно и критически. Только умные могут быть ведущими юристами, финансистами, инвестиционными консультантами, аналитиками, управляющими крупными подразделениями компаний, врачами высшей категории и т. п. Представители других классов (за исключением интеллигенции) такую работу выполнять не способны.

Умных тяжело обмануть, они сразу распознают уловки большинства мошенников, на которые попадаются городские низы и середнячки. Однако умные становятся весьма наивными в тех сферах, где они не являются профессионалами. Например, Исаак Ньютон (1643 – 1727) был профессиональным физиком, в некотором роде даже основателем этой науки, но потерял больше 20 000 фунтов в результате краха финансовой пирамиды «Компании южных морей»³⁷.

Умные много читают и долго учатся. Большинство умных имеют университетское образование. Всё это необходимо чтобы сформировать глубокие знания по определённой специальности.

Несмотря на то, что знания составляют стержень жизни умного, они же могут и ограничивать его. Чем больше умный погружается в определённую сферу деятельности, тем меньше он знает о других сферах. Это связано с тем, что основное внимание и силы умные уделяют только своей сфере, которую они выбрали достаточно рано. Чем больше они погружаются в свою специальность, тем сильнее увязают в ней. После того как они стали признанными профессионалами своего дела, шанса «вылезти» из профессии практически не остаётся. Образ жизни умного можно сравнить с поведением мнительного феодала, который окопался в своём замке и постоянно укрепляет его, вместо того чтобы расширять свои владения и держать врагов на расстоянии. Рано или поздно окажется, что умного «осадила» неопределённость, с которой он не может справиться. Поэтому в своей профессии умные являются специалистами высшей категории, но в других областях они дилетанты и напоминают середнячков.

Как и почти все люди, умные хотят жить богато. Они понимают, что низкооплачиваемый труд – не выход, и уделяют внимание сложным профессиям, требующим долгого обучения, но приносящим хороший доход. Предпринимательством умные почти не занимаются. С одной стороны, они боятся разориться и потерять много времени, с другой, – на своё дело у них просто не остаётся ни времени, ни сил: сначала все силы идут на учёбу, потом на работу. Отсюда следует простой вывод – умные выбирают определённую профессию и пускают в ней корни.

Уникальная и сложная профессия – это удел умного. Но в этой профессии он не один. В обществе наберётся достаточно много индивидов, которые хотели бы получать большой доход. Однако, спрос на услуги специалиста не всегда поспевает за предложением. Отсюда возникает серьёзная конкуренция. Побеждает тот, кто станет самым умным, а точнее самым авторитетным специалистом. Именно принцип авторитета становится стержнем жизни умного. На этапе обучения умный старается учиться у признанных специалистов в своей области: это помогает выжить в конкурентной борьбе, поскольку авторитеты обладают конкурентными преимуществами перед другими. После обретения за годы учёбы развитого абстрактного и критического мышления, умный сам пытается стать авторитетом в своей профессии. Тот, кто был ему авторитетом в учёбе, становится конкурентом в труде, а значит, позиции последнего подвергаются критике со стороны умного. Конечно, умные не кричат и не истерят, будто находятся на ток-шоу, они действуют тихо и планомерно. Умный старается найти слабые места в позиции авторитета, переосмыслить их и, как итог, опубликовать свою, критическую, позицию. Если умный таким образом превосходит авторитета, то он сам становится авторитетом и может почивать на лаврах.

Именно здесь и кроется вторая опасность для умного. Став авторитетом, его прогрессивное мышление очень быстро становится консервативным. Если его позиция признана всеми, то зачем улучшать идеальное? Надо зарабатывать! Не трудно догадаться, что консерватизм – это смертельное заболевание в условиях конкуренции. Очень быстро авторитета сменит другой авторитет, а умный начнёт терять позиции. Если умный не успел полностью отказаться от прогрессивного мышления, то он может вступить в борьбу с новоявленным авторитетом. Но если изменения мышления необратимы, особенно, когда на него наложила свой отпечаток старость, то умный начнёт исчезать под действием неопределённости. Одни умные могут удариться в формализм, спорить с новым авторитетом, но выбирать при этом не научные, а достаточно комичные основания вроде «молодые должны уважать старших», «вы ещё слишком молоды, чтобы критиковать меня». Ясно, что возраст никакой роли в науке не играет, но что ещё остаётся у бывшего авторитета? Другие умные могут уйти на пенсию, жить на заработанные капиталы, а в профессии остаться «почётными специалистами», которых уважают, но за которыми уже не следуют.

Нравственность достаточно сильно влияет на умных. Они не просто воспринимают различные этические установки, но и вырабатывают собственные. Они знают, что такое мораль и изучаются её.

Влияние религии на умных слабее, чем на представителей низших классов и середнячков. Умные скептически относятся к ритуалам и некоторым догматам. Однако, могут размышлять над высшими силами и мирозданием, но чаще всего воспринимают какое-то религиозное учение, своего не создают.

Велика роль общественного мнения в жизни умного. В своей сфере деятельности общественное мнение почти не влияет на умного – он профессионал, и он знает, что к чему. Однако, в других областях умный подобен середнячку и может попасть под влияние даже самых странных теорий. Большое влияние на жизнь умного оказывает общественное мнение, сложившееся относительно него. Здесь наиболее ярко проявляется принцип авторитета. Если кто-то начнёт распускать сплетни, сомневаться в способностях умного, будет воровать его концепции, то будьте уверены, умный не станет сидеть сложа руки и смотреть на всё это. Он будет выступать с обличительными речами, подаст иск в суд, может даже применить «неконвенциональные» методы борьбы.

Право умные воспринимают как необходимость и многие из них пытаются обладать хотя бы минимальными юридическими знаниями. Очень часто в речах умных можно встретить ссылки на права и свободы. Труд умных часто связан с правом (и не только юристов). Умные создают много объектов интеллектуальной собственности, которые без права защитить очень сложно, они обладают имуществом, часто не самым простым (ценные бумаги, трастовые фонды и т.п.). Всё это побуждает умных следовать правовым предписаниям.

Умные обычно состоятельны. У них развитое чувство прекрасного, которое обычно приходит с развитым мышлением. Они посещают театры, выставки, смотрят документальные передачи. Если городские низы и середнячки почти не выезжают из города, в крайнем случае – на дачу или раз в несколько лет на море, то умные любят путешествовать. Но делают это больше для отдыха, а не для изучения других стран или городов.

Состоятельность умных позволяет им покупать и снимать дорогое жильё – обычно квартиры в малоквартирных домах или частные дома. Дети умных устраиваются в частные детские сады и школы. В семье царит демократия. Если середнячков сближает глупость, то разумность разделяет умных – супруги часто спорят и ссорятся.

В политическом отношении умные проявляют пассивность. Они слышат, какой бред иногда несут политики, потому предпочитают не участвовать в этой вакханалии. Если они и политичны, то придерживаются разумных, но реальных предложений. На выборы почти не ходят.

В культурном отношении умные предпочитают сложное искусство – где надо поразмышлять над замыслом автора. Также любят классические произведения.

Таким образом, вся жизнь представителя класса умных вертится вокруг принципа авторитета. Умные следуют авторитетам и сами желают ими стать. Ключевую роль в жизни умных играют глубокие знания в одной определённой области жизни человека, другие области знаний представляются умным смутно и очень часто их поведение за пределами «ниши» напоминает поведение середнячков.

Глава 11. Об управлении умными

Умные никогда не подготавливают революций и не участвуют в них. Они состоятельны, смотрят на политику с высока, у них нет ни поводов, ни причин заниматься переустройством мира. Их ещё сложнее, чем городские низы или даже дикарей, заставить протестовать. Но такая пассивность не должна развязывать руки. Если постоянно обижать умных, так или иначе подрывать их состояние, бойкотировать, высмеивать, то умный превратится во врага ещё более опасного, чем дикарь с дубиной. Умный не выйдет на площадь, он не будет кричать «долой!», он сделает всё тихо и ущерба нанесёт куда больше, чем толпа городских низов. Он может как бы случайно дать не такую консультацию или заведёт своими советами в ловушку, но чаще всего – просто закроет своё дело и эмигрирует. В таком случае обществу придётся нелегко.

Главная цель управления умными – это расшевелить их, пассивное поведение превратить в активное, заинтересовать открывать новые знания и делиться ими. Этому поможет система наград. Почёт позволит выделить умного из среды других умных. Пусть это не влияет на его состоятельность, но сильно повысит его самооценку, а главное – будет отвечать принципу авторитета.

Глава 12. Об интеллигентах

Слово «интеллигенция» достаточно прочно вошло в языки современных народов. Изначально оно означало людей, отличающихся от всех остальных (черни) развитыми умственными способностями, кругозором и воспитанием. Чуть позже интеллигентами стали называть лиц, занимающихся умственным трудом, и противопоставляли их «синим воротничкам». В настоящем исследовании я бы хотел заимствовать это понятие, поскольку его содержание хорошо согласуется с моими представлениями о высшем классе общества, о котором я сейчас и расскажу.

Интеллигенты во многом похожи на умных. Они обладают развитыми умственными способностями. Их мышление не ограничено рамками предметного мышления, они свободно владеют абстрактными понятиями и способны с помощью абстрактного мышления открывать сложные знания. Если для умного умение критически мыслить – это главное орудие в конкурентной борьбе, то для интеллигента оно становится главной чертой разума как такового. Интеллигент постоянно и на всё смотрит критически, он не может просто принять на веру какие-то утверждения, даже сказанные авторитетным человеком и на первый взгляд кажущиеся неоспоримыми истинами. Интеллигент будет проверять информацию, проводить ревизию целых систем знаний и, будьте уверены, найдёт там столько ошибок, что с радостью снесёт все укоренившиеся представления о мире. Интеллигент может даже проверить таблицу умножения и геометрические аксиомы. Так, например, русский интеллигент Николай Лобачевский (1792 – 1856), наряду с другими геометрами, смог опровергнуть считавшиеся ранее незыблемыми положения евклидовой геометрии.

Критичность интеллигента распространяется на все области знания, а не только на его профессиональную сферу, как у умного. Объём знаний интеллигента может быть меньше, чем у умного, но он, в отличие от последнего, не впадёт в дилетантство за пределами профессиональной сферы. Обычно у интеллигента есть основная сфера деятельности, где он обладает глубокими знаниями, но в то же время интеллигента интересуют и связанные с ней области знаний, а также те, где связь с основной сферой почти отсутствует. Например, интеллигент-юрист обладает глубокими познаниями в праве, хорошими знаниями смежных дисциплин – экономики, социологии, политики, психологии, а также может увлекаться физикой, биологией, архитектурой, железными дорогами, астрономией, да вообще чем угодно. И в каждой из этих сфер он будет не просто глотать знания, надеясь на добросовестность и разумность тех, кто их предоставляет, а будет критиковать и спорить.

Широкий кругозор и критическое мышление не просто взаимосвязаны, они помогают друг другу. Так, только интеллигент может подвергать сомнению устоявшиеся положения в своей сфере, на основе знаний, которыми он обладает в другой сфере. Например, проблема масштабов в физике хорошо известна представителям этой науки, её суть заключается в том, что физические законы, которые действуют в одном масштабе, не применимы в другом³⁸. Так, ньютоновские законы действуют в человеческом масштабе и могут даже примерно описать движения ближайших космических тел. Но эти законы не применимы на уровне элементарных частиц, там действуют законы квантовой механики³⁹. Последние, в свою очередь, не действуют на ещё более мелком уровне, планковском масштабе, где правит бал гравитация⁴⁰. Зная проблему масштаба в физике, социолог, например, может справедливо утверждать, что и общественные явления также зависят от масштаба. По своему опыту скажу, что юристы склонны многие явления, например, правосознание или интерес, экстраполировать на всё общество или общественные группы (правосознание общества, интересы общества) и тем самым приравнивать индивида и целое общество (естественно, забывая и о законе перехода количества в качество и вообще о недопустимости отождествления явлений различного порядка).

Разум интеллигента, если можно так сказать, бегает из одной области знания в другую. Благодаря этому интеллигент может видеть всю картину мира, а не отдельный её кусочек. Интеллигент способен выводить такие междисциплинарные связи или такие отношения между явлениями, которые умный из-за своего узкого кругозора вывести не может. В этой связи стоит обратить внимание на то, что умные предпочитают анализ, как основной метод познания действительности, а интеллигенты – синтез⁴¹.

Так почему же появляются интеллигенты? Стоит сказать, что количество интеллигентов во все времена и во всех обществах было крайне незначительно, однако их вклад в развитие общества куда более весомый, чем всех остальных классов вместе взятых. О вкладе интеллигентов я расскажу ниже, здесь же следует определить, что движет ими, иначе говоря, какой принцип лежит в основе их мышления.

Главный мотив, который постоянно подпитывает силу стремления к определённости, а значит, отвечает за повышение умственного развития интеллигента, является интерес. Интеллигент постоянно что-то изучает, его интересует весь мир или большая его часть. Интерес этот сам может быть вызван различными обстоятельствами и, чаще всего, трагичными. Интеллигент часто появляются в среде отверженных, с ним или теми, кто ему дорог, поступили несправедливо, и интеллигент хочет, чтобы такое больше ни с кем не повторилось⁴². Но обида эта не питает месть, как у представителей других классов, она связана не с чувствами, а с разумом. Интеллигент видит, что несправедливость произошла из-за глупости, потому ищет, как с помощью разума её предотвратить. Постепенно интеллигент не просто старается максимально глубоко исследовать ту область жизни, которая принесла ему страдания, но и его разум становится способен мгновенно распознавать глупость в других сферах. Например, явными сигналами для интеллигента являются туманные формулировки, игра словами, перескоки с одной тему на другую и, главное, обращение к чувствам слушателей или читателей. «Это справедливо!», «мы!», «как известно» и тому подобные словечки мгновенно настораживают интеллигента.

Интеллигент – это человек, который прошёл путь от сильнейшего чувства несправедливости к разуму и борьбе с чувствами, как фактором поведения человека. В то же время, несмотря на то, что интеллигент отвергает чувства и превозносит разум, он вовсе не является эгоистом (хотя ничего плохого в этом нет). Наоборот, он стремится к общественной пользе, желает, чтобы несправедливость, где бы она ни была и в какой бы форме не проявлялась, исчезла бы навсегда, а люди жили бы счастливо. А это возможно только, если следовать разуму, а не чувствам.

Стремление к общей пользе приводит к тому, что через какое-то время интеллигент формирует у себя образ идеального мира и жизни. Он не просто в общих чертах изучает свой идеальный мир, но и особое внимание уделяет мельчайшим деталям. Именно стремление к этому идеалу и является принципом интеллигента. Сначала интеллигент все силы направляет на создание этого идеала, а затем ревностно пытается воплотить его в реальном мире. Возможные компромиссы интеллигент яростно отрицает, поскольку компромисс – это изменение деталей идеального мира, и такое изменение означает крушение уже всего идеала.

Поскольку интеллигенты понимают, что невозможно создать, например, идеальное право или государство, без всего идеального мира, то это побуждает их строить идеальные модели и других сфер человеческой жизни. А это, в свою очередь, постоянно подстёгивает прогрессивное мышление интеллигента и повышает его уровень умственного развития. Даже в старости, когда сил на размышления уже почти не остаётся, интеллигенты продолжают изучать мир и учить своему идеалу других людей.

Идеал также является главным фактором в общении интеллигента с представителями других классов и другими интеллигентами. С другими интеллигентами очень часто возникают конфликты, поскольку два идеальных мира не могут ужиться в одном реальном. Но бывают примеры и плодотворного сотрудничества, когда один интеллигент со ссылкой на разум переубеждает другого. Иногда два интеллигента вообще создают некое подобие союза, а их идеальные миры становятся очень похожи друг на друга. Представителей других классов интеллигенты поучают, они пишут книги, ведут научно-популярные каналы в социальных сетях, выступают с лекциями и т. п. С умными у интеллигентов происходит очень много конфликтов. Прогрессивное мышление интеллигента сталкивается с консерватизмом умного. Типичным примером такого конфликта является научный спор, в котором умные отстаивают какую-нибудь заезженную концепцию, а интеллигенты продвигают новые взгляды. Данный конфликт обостряется ещё тем, что спорят люди разумные, и каждый из них точно не пойдёт ни на какие компромиссы, каждый знает, что он прав, ведь он умный!

Интеллигенты обладают ещё одним качеством, которое отличает их от представителей других классов – они не стереотипны. Интеллигент может жить в замке, как Ш. Л. Монтескье (1689 – 1755), в обычной квартире или даже в бочке, подобно Диогену (412 – 323 до н. э.). Они могут быть богачами, а могут быть бедняками, известными государственными деятелями и охранниками склада. Такая неразбериха вызвана ураганом чувств, бушующем в голове интеллигента. Рано или поздно, интеллигент находит ту атмосферу, в которой он может полностью погрузиться в процесс мышления. Одним нравятся кабинеты, уставленные книжными стеллажами и увешанные дорогими картинами, другим нравятся пустые помещения со столом и стулом, третьи вообще не любят запирать себя в четырёх стенах и творят на природе. В отличие от других классов общества, обстановка работает на интеллигентов, а не они на обстановку. Всё это приводит к тому, что интеллигента невозможно узнать по внешним атрибутам – он успешно маскируется под другие классы, его можно определить исключительно по образу мыслей, словам, которые эти мысли выражают и немного странному поведению. Интеллигентов часто можно спутать с сумасшедшим, некоторые учёные даже сравнивали их и находили много общего⁴³.

В культурном плане интеллигенты разносторонние, их предпочтения зависят опять же от вдохновляющей обстановки. Они могут часами смотреть на «современное искусство», просто, чтобы мозг работал, в то время, когда другие пытаются понять, что в нём зашифровал художник, могут вдохновляться простыми формами или наслаждаться классикой. Интеллигент читает огромное количество книг на самые разные темы, в книжных магазинах ходит с корзинкой или тележкой, у него дома обширная библиотека. Он часто смотрит фильмы и сериалы, но обращает внимание больше не на сюжет, актёрскую игру и прочее, а на работу сценариста и режиссёра. Он как бы изучает фильм, а не погружается в него.

Если интеллигент и вступает в брак, то его партнёр кажется таким тусклым, что будто его и нет вовсе. Он выполняет скорее техническую роль, вроде лакея, который занимается мирскими делами, пока сам интеллигент творит и размышляет.

В политическом отношении интеллигенты не выносят косности, стабильности и инертности населения. Они ещё сильнее, чем середнячки критикуют власть. Всё потому, что в голове у интеллигента сформировался образ идеального общества и государства, всё в нём работает в точности до последней детали, а вмешательство других людей с их «тупыми» предложениями и идеями могут заклинить этот идеальный механизм. Именно интеллигенты начинают революции, текущее политическое устройство не вписывается в их идеальное понимание мира, и с помощью революции они могут, наконец, претворить свой идеал в жизнь.

Все регуляторы поведения человека в отношении интеллигента испытывают сильнейшее влияние разума и сложившегося у интеллигента идеального образа. Можно сказать, что не они подчиняют интеллигента, а он их. Хотя внутренние регуляторы всё же оказывают сильное сопротивление, поскольку основаны на природе человека, его инстинктах, а изменить их, точнее притупить, невероятно сложно.

Таким образом, интеллигенты – это высший класс общества. Им удаётся посредством разума подчинить даже нравственность и религию. Интеллигенты следуют только разуму и своему идеалу, которые появились в результате сильного чувственного потрясения.

Глава 13. Об управлении интеллигентами

Что касается первой цели управления классами – побуждение к умственному развитию, то здесь она достигается сама собой. Интеллигенты – истинные прогрессисты, они сами по себе не могут сидеть на месте, всё время развиваются, открывают новое и учат этому другие классы. Лучшим советом в таком случае будет – не мешать.

Что касается второй цели – недопущение социальных потрясений, то с ней дела обстоят куда сложнее. Каждый интеллигент, это своего рода диктатор, который хочет перекроить всё общество в соответствие со своим идеалом. Очень часто именно интеллигенты «поджигают» фитиль революции и достаточно спокойно могут уничтожить миллионы людей на том лишь основании, что они «не вписались в идеал». Примером такого интеллигента является Владимир Ленин (1870 – 1924), который был главным двигателем и организатором Октябрьской революции в России и постреволюционной борьбы с врагами революции.

Интеллигентов ни в коем случае нельзя пытаться заткнуть силой, это вызовет с их стороны только ещё больший отпор, а может даже привести к их объединению, как это было накануне объявления независимости США (1776). Силовое противодействие не только приведёт к революции и социальным потрясениям, но и к отставанию общества, ведь именно интеллигенты являются главным двигателем прогресса. В этой связи следует сказать, что необходимо создать условия для деятельности всех интеллигентов, давать возможность им высказываться, распространять свои взгляды, но в то же время необходимо выстроить такую политическую и социальную систему, в которой имелись бы сдержки и противовесы, чтобы интеллигент мог получить власть, но не абсолютную. Пусть интеллигент создаст свою партию, пусть распространяет свои взгляды, но совершить революцию ему будет в таких условиях очень трудно. Ниша, в которой окажется интеллигент будет своеобразной ловушкой, интеллигент будет думать, что свободен, но в то же время он не сможет из неё вырваться. Ещё лучше, если столкнуть двух или нескольких интеллигентов, так они будут спорить друг с другом, а не со всем общественным устройством.

Глава 14. О роли каждого класса в общественном развитии

Теперь, когда основные черты и сущность каждого класса стали известны, можно перейти к вопросу о роли каждого класса в общественном прогрессе. Общественный прогресс предполагает развитие всего общества, появление новых знаний, технологий и всего того, что делает жизнь человека безопасней и более полно удовлетворяет другие потребности.

Наибольший вклад в развитие общества вносят интеллигенты. Оно и понятно. Прогресс предполагает переход от устаревших форм к новым, а новые формы могут появиться только, если их открыть. Интеллигенты в этом случае при помощи развитого мышления, широкого кругозора, а главное, постоянного недовольства текущим состоянием вещей, могут открывать новые междисциплинарные связи, обнаружить которые не могут умные и другие классы общества. Так, только интеллигент может, посмотрев на птицу, придумать концепцию летательного аппарата. Умный же в этой ситуации будет усердно изучать саму птицу и почему она летает, но он не сможет додуматься применить эти знания для того, чтобы человек сам взлетел.

Умные отличаются развитыми аналитическими способностями, они способны развивать идеи интеллигентов и тем самым открывать новые знания. Однако, стоит помнить о том, что умные в своей жизни проходят два этапа – до становления авторитетом и после него. И только на первом этапе они углубляют знания. На втором этапе жизни, когда они становятся консерваторами, они уже не занимаются развитием идей и знаний, а распространяют их (преподавание, обучение молодых специалистов, просветительская работа). Помимо этого умные занимаются реализацией знаний посредством интеллектуального труда (юристы, финансисты, консультанты и т. п.)⁴⁴.

Середнячки, из-за слабого критического и абстрактного мышления, почти ничего нового не изобретают и не открывают новых знаний. Они способны только повторять то, что узнали от интеллигентов и умных. Но эта черта может иметь и другое последствие – середнячки активно распространяют знания. Если эти знания не конспирологические выдумки и подобная им чушь, то их вклад в развитие общества также существенен. Но существенен он именно за счёт распространения знаний, а не их получения. К тому же в этом случае следует помнить о принципе «сломанного телефона».

Городские низы, если можно так выразиться, гоняют через себя материю. Они не создают ничего нового, они не обладают развитым мышлением, они не способны понять сложные идеи, если не перевести их на язык лозунгов и снабдить изрядной порцией эмоций (лучше агрессивных). Представители этого класса плетутся в обозе общественного прогресса. Они пользуются знаниями интеллигентов, которые развиты умными и распространены середнячками. Они лишь материализуют знания, ничего не прикладывая для их появления. Стоит сказать, что и большинство середнячков «гоняет через себя материю», когда они работают на заводах, фабриках или в офисах. Но середнячки всё же выполняют полезную функцию – распространение знаний, городские низы же этого не делают.

Дикари и вовсе не участвуют в общественном прогрессе. Они существуют сами для себя. Они живут в изолированных деревнях, не воспринимают знаний извне и не приносят ничего нового. Более того, они не заняты в материальном производстве, а всё что вырастает на их клочке земли, ими же и потребляется.

Чтобы понят, как взаимодействуют все пять классов, приведу пример с появлением технологии мобильного телефона.

Мобильные телефоны, которые в современном мире есть почти у каждого, не появились из ниоткуда, они, как и все остальные технологии, придуманы человеком.

Вначале, чтобы только появилась концепция мобильного телефона, необходимо, что бы интеллигент сумел сделать фундаментальное открытие. В нашем примере этим открытием можно считать обнаружение возможности с помощью радиоволн передавать сигналы. Сам же немецкий физик Генрих Герц (1857 – 1894), который и открыл радиоволны, утверждал, что по большому счёту они бесполезны. Открытие Герца не было фундаментальным, да и самого учёного можно скорее отнести к умным, а не интеллигентам. К осознанию возможности с помощью радиоволн передавать сигналы пришли сразу несколько человек – Никола Тесла, Гульельмо Маркони (1895 – 1896) и Александр Попов (1859 – 1906). Несмотря на то, что это фундаментальное открытие было сделано сразу несколькими людьми (проблема дублирования знаний), это нисколько не отнимает его фундаментальности.

В дальнейшем появилось радио, а представители класса умных доработали его до более удобной формы – мобильного телефона. Как видно, умные в этом случае не сделали фундаментального открытия, они лишь углубились в технологию радиопередачи и сделали её более удобной для повседневного использования. Поэтому нельзя считать интеллигентами тех, кто заявляет о новых моделях телефонов, эти люди просто дорабатывают фундаментальную технологию. Чем, кстати, тоже способствуют прогрессу.

Середнячки в случае с мобильными телефонами сразу поняли потенциал нового устройства. Они начали покупать новинки, говорить о них и всячески тиражировать изобретение. Так же они, наравне с городскими низами, участвуют в материальном воплощении технологии – работают на сборочных линиях заводов, в транспортировке и торговле. Дикари же в этом процессе не участвуют вовсе, они могут только купить мобильный телефон, но участия в его изготовлении не принимают.

Таким образом, общественный прогресс складывается из взаимодействия четырёх классов общества. Наиболее фундаментальные открытия делают интеллигенты, умные дорабатывают эти открытия, усовершенствуют их и всячески способствуют переходу идеи из ранга концепции в обоснованную и всесторонне продуманную модель. Середнячки распространяют изобретение и, наравне с городскими низами, участвуют в его материальном воплощении.

Глава 15. Выводы

В этой книге я хотел представить новый взгляд на устройство общества, деления всех индивидов на классы не в зависимости от характера их труда, имущественного положения и т. п., а в зависимости от самого важного, что есть в человеке и что движет им – механизма мышления и уровня его умственного развития.

Достоинство этой классификации заключается в её универсальном характере. Найти представителей каждого класса можно в любом обществе и в любые времена. Всегда были те, кто пытался перестроить мир в соответствие со своим идеалом, кто углублялся всё глубже и глубже в определённой области знаний, кто искал правды, а попадал впросак, кто пытался силой обеспечить понятную ему иерархию и сохранить порядок.

Данная классификация поможет управлять классами общества так, чтобы, с одной стороны, избежать социальных потрясений, с другой, – соответствовать естественному закону прогрессивного развития общества.

В следующей книге стоит перейти к более сложному вопросу. Принадлежность индивида к определённому классу – это не результат какой-то случайности, а следствие действия средств социальной мобильности: тех институтов, явлений и предметов, которые способны изменить сам механизм мышления индивида и помочь ему перейти в более высокий класс.

Книга 4. О социальной мобильности

Глава 1. О значении социальной мобильности для прогресса общества

Одной из главных тем в социологии является проблема социальной мобильности. В свободных обществах человек может с помощью специальных средств изменить своё социальное положение. Обычно теорию социальной мобильности применяют для изучения традиционного деления общества на имущественные классы или отношения «элита – простонародье». Выделяют вертикальную и горизонтальную социальную мобильность, но в настоящем исследовании я буду рассматривать исключительно вертикальную ту, которая подразумевает повышение класса индивида. Например, переход из класса середнячков в класс умных или класса дикарей в класс городских низов. Также и средства социальной мобильности я буду использовать в значении близком к значению понятия «социальный лифт».

Теперь, когда мы разобрались с терминами, которых, впрочем, всего два, можно перейти к вопросу о значении социальной мобильности для прогресса общества.

В предыдущей книге я описал, как классы общества участвуют в общественном прогрессе, говорил, что интеллигенты совершают фундаментальные открытия, умные дорабатывают их, середнячки распространяют знания и в то же время вместе с городскими низами участвуют в их материализации (если она требуется). Дикари же не участвуют в общественном прогрессе. Однако, это лишь простой пример, показывающий роль каждого класса, куда важнее определить верное соотношение между численностью классов.

Возьмём для начала два крайних случая – общество, где подавляющее большинство населения составляют дикари, и общество, где одни интеллигенты. Прогресс первого общества будет крайне медленным, так как дикари не участвуют в общественном прогрессе. Но и второе общество, состоящее сплошь из одних интеллигентов, как это странно не прозвучит, будет тоже развиваться медленно. Если с первым обществом всё понятно, но почему второе должно разделить такую же судьбу? Ответ здесь прост. Интеллигенты лучше других могут открывать новые знания, но на практике их почти не реализуют, а значит, общество, состоящее из одних только интеллигентов, не сможет пользоваться плодами этих новых открытий. Помимо этого, каждый интеллигент следует своему идеалу, а идеалы других, в лучшем случае, считает глупостью. Поэтому, для общественного развития, а точнее, для влияния на его скорость, необходимо найти такое соотношение численности классов, чтобы эффект их кооперации был максимальным.

Начнём наш анализ с самого простого – исключим те классы, без которых в принципе можно обойтись. Дикари не участвуют в общественном прогрессе, следовательно, общество, где их нет, равно и общество, где они присутствуют, при прочих равных развиваются одинакового. В данном случае возникает количественный вопрос – спрос на материализацию идей. Если он высокий, то переход из класса дикарей в класс городских низов можно считать благом для общества. Если этот спрос крайне низкий, то наличие большого числа городских низов может создать много других социальных проблем (погромы, рост преступности, революции «снизу»). Дикари же находятся на «самообеспечении» и проблем таких не создают.

Городские низы заняты исключительно материализацией знаний. Ей же занимаются и середнячки. Но последние к тому же выполняют другую важную функцию – распространение знаний. Это означает, что переход всех индивидов из класса городских низов в класс середнячков благоприятно скажется на общественном развитии. Помимо этого середнячки, в отличие от городских низов, не следуют принципу иерархии, при недостаточной занятости они не станут устраивать погромы и совершать преступления, они просто уйдут в себя.

Таким образом, идеальным обществом будет то, в котором низшие классы (дикари и городские низы) отсутствуют. Такое общество будет полагаться на середнячков, которые, с одной стороны, способствуют прогрессу материально и идеально (распространение знаний), с другой, – не создают косвенных проблем для общественного развития.

Далее стоит вопрос о соотношении числа интеллигентов и числа умных. Зависимость здесь складывается из спроса на развитие идей. Если интеллигентов будет очень много, а умных не хватать, то многие идеи останутся неразвитыми. Если умных будет слишком много, а интеллигентов мало, то общественный прогресс замедлится и специализируется на каких-то областях знания (где нет дефицита интеллигентов). В других областях прогресс остановится. Поскольку интеллигенты только делают фундаментальные открытия, а умные их развивают, то умных должно быть гораздо больше, чем интеллигентов.

Соотношение числа умных и середнячков зависит от многообразия и глубины знаний. Если в обществе много умных, которые развивают идеи интеллигентов, то и середнячков должно быть много, поскольку будет много технологий, которые будут нуждаться в материализации и распространении.

Таким образом, можно выявить геометрическую зависимость между численностью высших классов. Интеллигентов должно быть немного, но достаточно, чтобы общество развивалось во всех областях знаний. Умных должно быть больше, чем интеллигентов, но в той степени, в какой идеи интеллигентов могли развиваться, и умные не сидели бы без дела.

Зависимость между численностью умных и середнячков также геометрическая – чем больше умных, тем больше требуется середнячков. Но в этой связи также следует помнить, что середнячки занимаются преимущественно физическим трудом, в то время как умные – преимущественно интеллектуальным. Это обстоятельство вносит коррективы в соотношение классов. Те умные, которые уже стали консерваторами, перестают развивать идеи и начинают выполнять функции середнячков: распространение (преподавание) и реализацию знаний (обычный интеллектуальный труд, например, оказание юридических услуг)⁴⁵. Поэтому в расчётах оптимального соотношения численности классов необходимо учитывать и коэффициент соотношения умных двух видов.

Читателю может показаться, что эти рассуждения слишком сложными для восприятия. Что ж, могу только согласиться с этим. Я только хотел найти зависимости между численностью классов и эффективностью (скоростью) общественного прогресса. По большей части эти рассуждения адресованы скорее тому самому «умному», кто взвалит на себя столь титанический труд, чтобы математически описать эти зависимости и на их основе разработать рекомендации по регулированию численности классов. Все остальные читатели могут представить пирамидку, в основании которой находятся середнячки, выше – умные, а на самой верхушке – немногочисленные интеллигенты. Такое упрощение нисколько не повредит дальнейшему пониманию книги.

Само же регулирование численности классов нужно лишь в том случае, когда функционирование естественных механизмов ранее было затруднено, например, в результате диктатуры, массовых репрессий против интеллигентов и умных, кровопролитных войн и других социальных катастроф. Не трудно догадаться, что в этих случаях численность классов искусственно искажена, а значит, может быть также искусственно восстановлена до нормы.

В естественном состоянии, а под таким я понимаю отсутствие вмешательства человека, численность классов и их соотношение регулируется автоматически. Стоит также помнить о том, что если общество не находится в изоляции, то избыток или недостаток в тех или иных классах общества может устраняться или восполняться посредством миграции. Но об этом будет отдельное рассуждение.

Независимо от того развивается общество естественным путём или численность классов нуждается в регулировании, так или иначе переход индивида из одного класса в другой связано с изменением механизма его мышления, а это возможно лишь в результате действия средств социальной мобильности.

Каждое из средств социальной мобильности обладает определёнными эффектами, за счёт воздействия которых и происходит социальная мобильность. Например, эффект коллектива предполагает нахождение в одном месте и взаимодействие индивидов из разных классов. Общаясь, они могут попытаться перенять образ жизни и механизм мышления индивида из вышестоящего класса и тем самым сами перейти в него.

В следующих главах я рассмотрю каждое из выявленных мной средств социальной мобильности, а в приложении можно будет ознакомиться с игрой, как отдельным средством.

Глава 2. Город

Города можно назвать одним из лучших изобретений человечества. Конечно, города как таковые никто не изобретал, однако их появление стало мощным толчком в развитии всего общества.

Изначально в городах селились те, кто не был занят земледелием – торговцы, ремесленники, знать, а также все те, кто работал на них. Я уже писал, что именно благодаря этим категориям населения общественный прогресс и происходил, крестьяне (дикари) не участвовали в нём.

Шли года, города меняли свой облик, кучки лачужек превратились в сияющие стеклом и сталью мегаполисы. Но современный город – это не только комфортные условия проживания, бульвары, асфальтированные дороги и мощёные плиткой тротуары, но и место проживания большинства населения мира. Если считать вместе с пригородами, окологородскими посёлками и иными поселениями, которые в этом исследовании я буду считать частью города, то доля горожан станет не просто большей, но и подавляющей.

Как я уже отметил выше, в городе проживают представители всех классов, за исключением дикарей. Такое соседство положительно влияет на умственный прогресс индивидов. Я уже описал несколько примеров такого влияния, например, городские низы видят, как хорошо живут другие классы и сами хотят стать такими как они. Здесь же следует дополнить свою мысль. Город, хотя и делится на районы, о которых я скажу ниже, всё же более-менее однороден. Публичные учреждения, такие как школы, университеты, магазины, парки и т. д. оказывают свои услуги всем горожанам, независимо от того, к какому классу они относятся. Из-за этого представители разных классов ежедневно сталкиваются друг с другом, они взаимодействуют и неосознанно влияют друг на друга, что способствует их умственному развитию.

Наибольшее взаимодействие происходит в так называемых центрах городов. Это районы, застроенные преимущественно офисами и административными зданиями. В центрах городов есть главные площади, парки, набережные и пешеходные улицы. Они являются самыми благоустроенными зонами города и самыми привлекательными общественными пространствами. В центре находятся офисы, где взаимодействуют середнячки и умные, дорогие магазины, где работают середнячки и городские низы, университеты, где обучаются все классы, за исключением дикарей. Центры городов привлекают туристов из других населённых пунктов и стран.

Помимо центра, город делится на индустриальные и жилые районы. Про индустриальные районы, застроенные заводами, я расскажу в главе о работе. Здесь же следует остановиться на жилых зонах.

Если коллег и одноклассников не выбирают, то на выбор соседей человек повлиять может. В каждом городе можно выделить жилые зоны, в которых проживают люди разного достатка.

Городские низы обычно малоимущие, они проживают на окраинах городов в многоквартирных домах. Квартиры их небольшие по площади, дворы и подъезды не убраны. Часто встречаются элементы народного творчества вроде лебедей из шин или висящих на деревьях уродливых игрушек. Как ни странно, городские низы довольны и своим домом и своим двором. Они, может, и хотели бы квартиру получше (кто её не хочет?), но смена жилья вызывает у них всё тот же страх, что и у дикаря покинуть его деревню. На окраинах городов встречаются также и середнячки, обычно это молодые люди, не располагающие достаточными средствами, чтобы переехать в жильё получше.

Середнячки, помимо окраин, проживают ближе к центру, в «среднем поясе». Жильё в нём старое, но расположено ближе к работе, и транспортная доступность лучше. Дома середнячков многоэтажные, но значительную долю занимают также и малоэтажные дома. Дворы середнячков более ухожены, однако вместо площадок для прогулок, большую территорию занимают парковки. Середнячки деятельны и не лишены чувства прекрасного. Они любят украшать свои дворы и делают это со вкусом, иногда разбивают грядки и занимаются огородничеством. Они любят приватность, часто строят заборы.

Умные селятся в дорогом жилье – в центре или в пригороде. Их дома не просто место проживания, но ещё и место комфортного отдыха. Умные обладают доступом к расширенному перечню домашних услуг, могут самостоятельно нанимать дворников и ремонтные бригады. Если умный живёт в частном доме, то он благоустраивает его по своему вкусу, земельный участок используется как сад, а не как огород.

Интеллигенты, как я говорил ранее, могут жить где угодно: от замка до бочки. Но, где бы они ни жили, они всегда стараются преобразовать место жительства под себя, создать вдохновляющую атмосферу. Нередко они предлагают всевозможные варианты улучшения дворов, пытаются внедрить инновационные методы использования земельного участка, предлагают сделать открытую крышу, но часто получают отпор от других жильцов, особенно в вопросе затрат на такие улучшения.

Как видно, классы могут жить как вместе, так и изолированно друг от друга. Наибольшим соприкосновением обладают середнячки и городские низы, которые зачастую проживают в одних многоквартирных домах.

Я не просто показал здесь особенности проживания разных классов, я отметил места, где классы чаще всего и продолжительно взаимодействуют. Так, во дворе могут гулять вместе и дети городских низов, и дети середнячков. Это значит, что середнячки будут постоянно оказывать влияние на городские низы, тем самым побуждая последних развиваться умственно (например, через семью). Совместное проживание умных и середнячков развивает последних, они уже не просто следуют первым поверхностных суждениям, а просят совета у своих соседей-умных.

Таким образом, город объединяет различные классы и создаёт условия для их взаимодействия. Эффект коллектива в городе наиболее выражен как в масштабе, так и в силе воздействия. Наибольшее влияние он оказывает на городские низы, которые, с одной стороны, пытаются стать такими же состоятельными, как и другие горожане, но с другой, – им тяжело это сделать, они вынуждены подчиняться правилам города, а не силы. Другой эффект – эффект выхода из изоляции воздействует только на дикарей, да и то, только на тех, кто переехал в город на постоянное место жительства. Поскольку другие классы не находятся в изоляции, следовательно, этот эффект на них не распространяется.

Глава 3. Семья

Человек рождается в семье. В семье же и происходит его первичное формирование: закладываются основы механизма мышления и социального поведения. На страницах этого исследования я уже касался процесса формирования человека в семье, здесь же следует осветить вопросы влияния семьи на умственное развитие и возможность перехода из одного класса в другой.

Не все люди живут в семье: дети могут остаться без родителей, взрослый человек – без близких, старик – один. Потому многие из них пользуются услугами социальных учреждений, но их влияние не такое же, как у семьи, и я их рассмотрю отдельно.

Родившись, ребёнок обладает только инстинктами, но почти сразу начинает активно развиваться. Он смотрит на родителей и копирует их движения, поведение, чувства и эмоции. Можно привести много примеров того, как ребёнок, увидев, как его мать плачет, сам начинает плакать. Дети чрезвычайно восприимчивы и любознательны. Сначала они всё пробуют на вкус, затем постоянно допытывают родителей вопросами. Когда они встречают во дворе или в детском саду своих ровесников, то начинают учиться общаться с равными себе. Пока ребёнок полностью зависит от родителей, он, если можно так выразиться, им предан, то есть слушается и некритично воспринимает их ценности. Когда ребёнок встречается с другими детьми и учится социальному поведению, то он впервые начинает отождествлять себя с определённой группой детей, появляются первые «изгои» и те, кого не любят или над кем издеваются. Ребёнок на этом этапе, так или иначе, воспринимает ценности других семей (через их детей), иногда они вступают в противоречие с ценностями его семьи, но последние воспринимаются как правильные.

Когда ребёнок долгое время находится вне семьи, например, в детском саду, а позднее – в школе, то он уже чувствует свою независимость. Ценности его семьи уже не воспринимаются как неопровержимые истины, ребёнок выбирает те, которые более приятны. Когда ребёнок поступает в старшую школу, он уже почти не зависит от семьи; на этом этапе возникает много конфликтов между ним и родителями. Он хочет пойти своей дорогой, стать самостоятельным, а родители, наоборот, не хотят его отпускать и усиленно пытаются опекать. На этом этапе ребёнок склонен отвергать ценности родителей, как устаревшие и «глупые». Постепенно этот конфликт сглаживается: ребёнок и родители ведут себя как равные, но последние всё равно чуточку равнее.

Я не случайно привёл здесь краткую периодизацию взаимоотношений ребёнка и родителей. Полное согласие с родителями, конкуренция, соперничество и партнёрство – эти этапы не только позволяют показать, как развиваются взаимоотношения в семье, но и как родители влияют на детей.

Влияние родителей может быть как положительным, так и негативным. Положительным влиянием, здесь, я буду считать побуждение к умственному развитию ребёнка, негативным же, наоборот, торможение или деградацию.

На первом этапе крайне важно поддержать любознательность ребёнка. Отмашки или слова вроде «вырастишь поймёшь» оставляют любопытство неудовлетворённым. В этом случае ребёнок может заполнить пробел знаниями из других источников или своими рассуждениями. Нередко такие знания бывают бесполезными, но иногда и опасными.

На втором этапе, родителям следует внушать ребёнку, что не всё золото, что блестит. Ребёнок склонен выбирать привлекательный вариант перед разумным. Потому следует наглядно демонстрировать ему, что внешняя оболочка и содержание – не одно и то же. Именно на этом этапе, ребёнок переживает конфликт между разумом и чувствами. Важно помочь ему преодолеть его и сформировать приоритет разума над чувствами и содержания над формой.

Третий этап самый сложный для родителей, ребёнок не просто противопоставляет себя им, но и часто относится к ним враждебно. Любые предложения, даже самые разумные, воспринимаются в штыки. Здесь же следует позволить ребёнку действовать самостоятельно, попутно незаметно корректировать его поведение. Лучшим средством будет познакомить его с другом, который будет транслировать идеи родителей. Только надо помнить, что такой друг сам должен их разделять, в противном случае фальш быстро станет явной.

Теперь следует разобраться, какие ценности являются правильными и вредными. Я уже отметил, что главной целью общественного управления является стимулирование индивидов переходить в вышестоящий класс, то есть развиваться умственно. Семья здесь играет одну из важнейших ролей. С этой позиции цель семьи – повысить класс ребёнка. В крайнем случае – не понизить его. Но как же это сделать, если сами родители не смогли перейти в класс выше? На этот вопрос есть один ответ – задействовать людей из вышестоящего класса.

На первом этапе, родители сами должны воспринять ценности вышестоящего класса или хотя бы показывать это внешне ребёнку. На втором этапе соглашаться с мнением представителя вышестоящего класса, делать свой образ жизни непривлекательным для ребёнка. На третьем этапе, как я уже сказал, подобрать ребёнку друга из вышестоящего класса. Естественно, что всё это делать нужно не топорно, а искренне, в противном случае, все манипуляции родителей могут выйти боком.

Стоит отметить, что семья вряд ли сможет своими силами повысить класс ребёнка, она может только подтолкнуть последнего к такому переходу, дальше он сам, используя другие средства социальной мобильности, будет развиваться.

Худшее, что могут сделать родители – это бросить ребёнка на произвол судьбы, смотреть на него как на служку или попытаться сделать из него копию самих себя. Оставление ребёнка на произвол судьбы может привести к тому, что ребёнок станет замещать влияние родителей влиянием кого-нибудь другого. Иногда этот кто-то может быть выдающимся человеком и тогда ребёнку сильно повезёт. Но чаще всего детская наивность становится маяком для всевозможных преступников.

Ребёнок – не служка, даже наоборот, это родители должны служить ему до тех пор, пока он не достигнет совершеннолетия. Родители должны воспитывать ребёнка, превращение его в раба не только противно природе, но и препятствует его развитию.

Но чаще всего встречается другой вариант неправильного воспитания детей – стремление сделать из ребёнка свою копию или того, кем родитель хотел бы стать сам. Естественно, что подавляющее число родителей считает свой образ жизни самым правильным, а потому стремится навязать его ребёнку. Особенно такого подхода придерживаются недалёкие люди. Мне известен пример одной полудурошной мачехи, которая разбила ноутбук пасынка за то, что тот занимался музыкой и не шёл за стол обедать. В итоге, пасынок, который демонстрировал зачатки интеллигента, из-за этой клерикалички отправился не за стол, а в армию и сидит теперь в окопе. Этот пример настолько меня впечатлил, что я просто не мог не рассказать о нём. Здесь видна вся драма вселенского масштаба – великое противостояние разума и творчества против всеразрушающей тупости.

Другой пример более распространён в приличных семьях (обычно середнячков). Родители чего-то не смогли добиться и потому хотят, чтобы их ребёнку это удалось. Они отдают ребёнка в спортивные секции, записывают в кружки, мучают иностранными языками. Естественно, что толку от этого будет никакого, но вот вред психике ребёнка гарантирован. В этой связи следует дать такую рекомендацию – пусть ребёнок сам выберет себе занятие, а от родителя требуется только одно – сказать «Будь первым!».

Сложнее обстоит вопрос о влиянии состава семьи на умственное развитие ребёнка. Речь идёт об однополых семьях. К последним я отношу не только тех, где родители одного пола, но и тех, где существует известная триада «мама, бабушка и я – однополая семья» (неполная семья). В неполных семьях ребёнок подпадает под однобокое влияние какого-то пола, например, женского (мама и бабушка). Если ребёнок – мальчик, то ему будет трудно воспринимать мировоззрение мужчины от женщин, соответственно, он может заимствовать некоторые женские черты поведения. Отсюда могут развиться комплексы и возникнуть препятствия для умственного развития. Относительно влияния однополых семей в собственном смысле этого слова, то у нас пока достаточно мало эмпирических исследований посвящённых этому вопросу. Возможность проведения аналогии между неполной семьёй и однополой также не служит достоверным способом получения объективных сведений. Однако, можно лишь предположить, что однобокое воспитание в однополой семье сходно с воспитанием в семье неполной.

В семье не только родители влияют на детей, но и дети на родителей, хотя и в меньшей степени. Если ребёнок достиг успеха, в том числе перешёл в другой класс, то он может попытаться помочь своим родителям. Такая помощь может быть двух видов – через предметы и через средства социальной мобильности. Примером первого варианта может служить покупка сложной электроники, например смартфона. Родитель будет вынужден не только думать, как управляться с новым телефоном, но и невольно станет использовать различные приложения, например, будет смотреть образовательные передачи в интернете. Примером второго варианта может служить совместная поездка в другой город или страну (средство социальной мобильности – путешествие). Сначала родитель будет всеми способами отпираться, затем, уже в другом городе, начнёт смотреть на всё с прищуром, но в последствие он так или иначе воспримет особенности нового места, возможно, даже заинтересуется путешествиями. В этом случае важно не пускать всё на самотёк и побуждать родителя к «активным» действиям.

Семья образуется не только на основе общей крови, но и в браке, как союзе двух людей, основанном на любви и взаимопомощи. Брак, как социальное явление следует отличать от регистрации брака, как юридического акта. Понятое дело, что закон никак не может повлиять на то, что два человека любят друг друга и живут вместе. Даже если определённые формы брака будут не только не регистрироваться, но и запрещаться, то такой запрет будет пустым. Следует помнить одну простую аксиому – воля человека не может изменить естественные законы. Если два человека любят друг друга, то государство и отдельные полудурошные граждане ничего с этим поделать не могут.

Но вернёмся к вопросу о браке, как средстве социальной мобильности индивидов.

Муж и жена влияют друг на друга, иногда кто-то из супругов доминирует и второй невольно подчиняется первому. Если супруги относятся к одному классу, то они обычно не развиваются, если не развивается один из супругов. Если брак заключили представители разных классов, то влияние в этом случае строится по правилам отношений между классами, которые я уже описал в предыдущей книге. Допустим, брак заключили умная и середнячок, то умная вряд ли воспримет теории заговора середнячка или его поверхностные рассуждения по тому или иному предмету, а вот середнячок может подтянуть свои знания в профессиональной области умной и, может, даже заинтересуется ей (профессией). В таком браке будет много споров (середнячки ведь не любят, когда их поправляют), но в целом умственное развитие супруга, пусть и медленно, но будет повышаться.

Таким образом, семья – это основной, но вовсе не самый эффективный способ социальной мобильности. Она может лишь побудить ребёнка повысить свой класс, а родителя или супруга чуть-чуть стать умнее. Часто семьи скорее консервируют развитие ребёнка, нежели побуждают его к развитию. Думаю, это вызвано, прежде всего, не нежеланием родителей, напротив – они желают ребёнку счастливого будущего, а скорее незнанием, как достичь этой светлой цели.

Семья воздействует на индивида посредством двух эффектов: воспитания и образования. Первый эффект подразумевает принятие членом семьи моральных и религиозных убеждений другого члена семьи, которые, как я писал выше оказывают серьёзное влияние на функционирование механизма мышления. Данный эффект воздействует больше на детей, чем на взрослых, поскольку последние уже сформировали свои моральные и религиозные представления.

Второй эффект – обучение. Он заключается в передаче знаний от одного члена семьи к другому. Данный эффект воздействует на всех членов семьи, а не только на детей, но последние, опять же, более ему подвержены, чем взрослые. При этом наибольшее влияние на социальную мобильность оказывают не просто знания о чём-то, а знания о том, как следует думать.

Глава 4. Образовательная система

Если вы хотите узнать уровень умственного развития какого-либо общества, посмотрите на его школы. Если их нет и в помине, то это страна населена дикарями, если они содержатся плохо, а учат в них лишь для галочки, то в такой стране преобладают городские низы и середнячки, если в школах учат ребёнка думать, то такая страна населена умными и интеллигенцией. Школы – это важнейший институт социальной мобильности, именно в них человек получает основные знания о мире, учится писать, считать и читать. Домашнее образование, как я уже писал, не может заменить полноценного школьного, где преподают профессионалы.

В школе, помимо получения первичных знаний, взаимодействуют все классы общества. Более того, городские низы и середнячки общаются с учителями, которые должны относится к классу умных. Отношения между учителем и учеником, как правило, властные, но власть учителя основывается не на каких-то формальных предпосылках, вроде советского «учитель всегда прав» или карательных методах, она основывается на уважении. Учитель должен понимать учеников, учитывать их возраст и приспосабливать образовательную программу под способности каждого из них. Но это идеал, к которому следует стремиться. Сегодня распространён другой вариант – уравнительная система, при которой подача материала осуществляется для всех одинаково. Уравнительная система имеет два следствия. Положительное – ученики не разделяются по умственным способностям и учатся вместе, тем самым происходит более тесное общение классов. Отрицательное – при уравнительной системе менее способные отстают от середины, а более способные, наоборот, не имеют возможности развивать свои навыки. Последнее затруднение несколько сглаживается посредством разного уровня заданий в учебниках, благосклонностью учителя к способным ученикам и поддержкой отстающих.

Современные школы можно поделить на две группы: общие и специальные. В первых отсутствует разделение образования в зависимости от предмета изучения, в последних – оно присутствует. Среди специальных школ можно выделить математические, языковые, гуманитарные. Польза углублённого изучения отдельных предметов может показаться преимуществом таких школ, поскольку помимо изучения общих дисциплин, в них отводятся дополнительные часы на преподавание специальных. Однако, в школьном возрасте ребёнок до конца ещё не осознаёт, кем он хочет стать, какая профессия или род деятельности ему ближе, потому углублённое изучение отдельных предметов может как сильно помочь ему в будущем, так и может отвратить от школы и обучения вообще.

Думаю, что наиболее предпочтительным вариантом было бы составление школьной программы из пула обязательных дисциплин – курсов, которые бы помогли ребёнку нормально жить в обществе (чтение, простая математика, письмо, общая история и обществознание, география, информационная, финансовая, правовая и половая грамотности), а также широкого пула дисциплин по выбору, посещение которых было бы пожеланию, например, физика, химия, биология, программирование и т. п⁴⁶. Такая школьная программа, с одной стороны, готовит ребёнка к жизни в обществе, помогает ему избежать многих затруднений в будущем, с другой, – позволяет попробовать себя в разных сферах деятельности и выбрать профессию.

Лучшим образованием является индивидуальное. При нём специализация достигает максимума, а предметы преподаются с учётом особенностей каждого ученика. Индивидуальные учебные планы существуют в школах Финляндии. Более того финская школьная система старается обучить детей практическим знаниям (основы финансов, права и т. п.), которые пригодятся в жизни. Система натаскивания учеников к экзаменам в Финляндии полностью отвергается. Неудивительно, что финская школьная система признана одной из лучших в мире⁴⁷.

В большинстве стран школьное образование является обязательным, что положительно сказывается на уровне умственного развития общества. Индивиды из разных классов не только взаимодействуют друг с другом, но и получают знания, которые они самостоятельно не стали бы получать.

Высшее образование необязательное, но оно требуется для работы по многим специальностям. Университеты и техникумы (колледжи) готовят специалистов⁴⁸, тех, кто обладает достаточной квалификацией, чтобы выполнять сложную работу, требующую долгой и глубокой подготовки.

В колледжах обучают техническим наукам и некоторым гуманитарным. Они выпускают специалистов для профессий, не требующих высокой квалификации, но требующих достаточных знаний, например, электрик, повар, слесарь и т. п. Обычно в колледжах учатся городские низы и середнячки. Колледж позволяет представителям городских низов получить пусть и не высокооплачиваемую, но приличную профессию, в которой они смогут стать специалистами, углубить свои знания и тем самым перейти в класс середнячков. Для середнячков колледж скорее носит закрепительный характер, они также получают специальные знания, но в вышестоящий класс не переходят.

В университетах учатся представители середнячков, умных и интеллигенции. Университет даёт глубокие знания в определённой области науки. В университетах, в отличие от колледжей, специально учат логике, философии, экономике и праву. Эти дисциплины обязательны для всех программ, даже технических. Студенты помимо изучения предметов, учатся проводить исследования и писать научные работы.

Обучение в университетах состоит из нескольких ступеней: бакалавриат, магистратура, аспирантура и докторнатура. В бакалавриате студент получает фундаментальные общие знания по определённой специальности. С ними он уже может работать на должностях, требующих глуюоких познаний. В магистратуре область преподавания сужается и углубляется. Студент, на основе фундаментальных знаний, полученных в бакалавриате, становится высококвалифицированным специалистом. Аспирантура и докторнатура – это уже ступени для подготовки научных кадров, то есть лиц в совершенстве владеющих определённым предметом. Если бакалавриат и магистратура рассчитаны на выпуск работников, то аспирантура и докторнатура – учёных. Думаю, излишне говорить, что чем выше образование, тем выше умственное развитие индивида⁴⁹. Однако следует отдельно сказать, как университеты влияют на социальную мобильность.

В бакалавриате обучаются преимущественно середнячки и умные. По завершении обучения середнячки переходят в класс умных, а отдельные представители умных могут стать интеллигентами. В магистратуре обучаются обычно умные, так как для поступления и обучения требуются глубокие знания. В магистратуре повышается вероятность перейти в класс интеллигентов.

Для написания диссертации кандидата наук (уровень аспирантуры) требуются не только хорошие знания предмета, но и решение задачи, имеющей значение для развития соответствующей области знания⁵⁰. Более того, аспирант должен проанализировать мнения других учёных и дать свою оценку их суждениям. Вольно-невольно, но он должен спорить с другими учёными. Обычно, критика существующих знаний соответствует первому этапу жизни умного, но может случиться так, что аспирант будет черпать идеи из других наук и внедрять их в своей. Помимо этого аспирант может прийти к выводу, что многие положения его отрасли знания неточны, туманны или вообще на основе них невозможно строить дальнейшие рассуждения. В таком случае он вынужден самостоятельно разрабатывать новые концепции, по-новому объяснять привычные явления, иными словами – он вынужден провести ревизию науки, а это создаёт предпосылку для перехода умного в класс интеллигентов.

Для получения степени доктора наук требуется решение важной научной проблемы или совершение научного открытия, то есть опять же, нужно прибегать к синтетическому мышлению и воспринимать механизм мышления интеллигента.

Стоит отметить, правда, что лишь небольшую долю лиц с научными степенями составляют интеллигенты. Это вызвано тем, что большинство диссертаций, несмотря на заявленные критерии, не отличаются новизной и глубиной, или же эти исследования лишь углубляют знания, но ни как не критикуют фундамент, на котором они были созданы.

Таким образом, система образования, включающая школы, колледжи и университеты является основным средством социальной мобильности в современном обществе. Представители нижестоящих классов, чтобы успешно окончить учебные заведения должны перейти в вышестоящий класс. Эта система строится на принудительности (школа) и добровольности (колледж и университет), общности знаний и специализации.

Системе образования соответствуют три эффекта: коллектива, обучения и воспитания. Их я уже подробно рассмотрел выше, здесь же я отмечу, что наибольшим влиянием обладает эффект обучения.

Глава 5. Работа

Подавляющее большинство индивидов работает по найму. Работа является самым простым, не требующим фантазии способом получения дохода. Работают по найму и разнорабочие без всякой квалификации и управляющие высшего звена.

Отличительной чертой наёмного труда является его коллективный характер. Предприятие может быть маленьким с тремя служащими, а может быть огромным заводом, на котором трудится половина города.

Каждая работа требует определённой квалификации от работника. Разнорабочие, грузчики, водители, кондуктора, кассиры и т. п. не требуют особых познаний, потому ими, как правило, становятся представители городских низов. Рабочие на заводе или фабрике, которые выполняют основной объём работ (слесари, плотники, столяры), обладают минимальной квалификацией и получили специальное профессиональное образование. Ими обычно являются середнячки, но попадаются также и представители городских низов. Офисные работники, такие как рядовые юристы, финансисты, экономисты и т. п. обладают высшим образованием, они должны иметь развитое абстрактное мышление. Эти должности занимают в основном умные, однако попадаются и середнячки. Существуют профессии, требующие высокой квалификации (физики-ядерщики, атомщики и т. п.) на эти должности берутся исключительно умные, иногда попадаются интеллигенты, вроде Игоря Курчатова (1903 – 1960) и Сергея Королёва (1907 – 1966).

Коллективный характер труда требует постоянного управления коллективом. Менеджер должен обладать хотя бы минимальным уровнем абстрактного мышления. Управляющими обычно становятся представители вышестоящего класса. Так, на стройке, где большинство рабочих относятся к городским низам, прораб – середнячок. То же самое и в продуктовом магазине. Государственным органом, где подавляющее число государственных служащих являются середнячками, руководит умный. А коллективом учёных – самый выдающийся из них, возможно интеллигент.

Но это идеальная модель, показывающая, что руководитель должен превосходить своих подчинённых в умственном развитии, а представители каждого класса занимают подобающее им место. Идеальная модель нужна в первую очередь для того, чтобы выявить положительные стороны работы, как средства социальной мобильности.

Как видно, коллектив работников более-менее однороден, это влечёт консервацию умственного развития индивида. Он не будет стремиться стать умнее, если его окружают такие же, как он сам. Однородность коллектива должна быть «разбавлена» управляющим, который и умнее и «живёт лучше». Умеренное противопоставление менеджера и коллектива, позволяет менеджеру сохранять свой уровень, а его подчинённым его повышать. Такое противопоставление не должно превращаться в противостояние, в этом случае подчинённые намеренно будут испытывать отвращение к представителю вышестоящего класса, чтобы не стать такими же «уродами», как их начальник.

Второе влияние, которое оказывает работа на умственное развитие индивидов, заключается в характере этой работы. Если она требует постоянного повышения квалификации, постоянной умственной деятельности и сопряжена с риском, то индивид так или иначе стремится получать новые знания. Наибольшее влияние оказывает самостоятельная деятельность индивидов. Самозанятые не состоят в коллективе, однако они сочетают в себе и работника и предпринимателя. Конкуренция требует совершенствовать продукцию, а это возможно только если они сначала будут совершенствоваться сами. Если работа однотипна, то человек останавливается в своём развитии. Он машинально повторяет одни и те же действия, не думает. Именно однотипная работа является главным препятствием социальной мобильности индивидов.

Таким образом, работа как средство социальной мобильности, оказывает большое влияние на индивидов, но влияние это скорее количественное нежели качественное. Эффект коллектива возможен только при разнообразии работников, если же все они относятся к одному классу, то эффект коллектива не возникает, даже наоборот, может произойти консервация работников. Работе также сопутствуют слабо выраженные эффекты обучения и воспитания. Работник может получать новые знания в процессе работы, но большую их часть он всё же получает в образовательном учреждении, а на работе лишь пользуется ими. То же самое происходит и с воспитанием. Мораль и религиозные убеждения формируются у человека в детстве и последующая жизнь лишь незначительно их корректирует. Но работник всё же может перенять отдельные моральные правила от других работников.

Глава 6. Армия

До начала Первой мировой войны армия состояла из профессионалов – сначала дворян, затем их потомков и просто потомственных военных и тех, кто смотрел на солдатскую жизнь, как на работу. Однако, развитие технологий привело к появлению войны нового типа – промышленной. Армии стали массовыми, солдаты вооружились автоматами, холодное оружие ушло на задний план. Появились новые фортификационные сооружения и орудия, способные их разрушать, грузовики заменили телеги, а танки лошадей. В мирное время армия формировалась на профессиональной и призывной основе, каждый гражданин должен был быть готов к войне. Постепенно в армию стало поступать новое оружие – межконтинентальные ракеты, самолёты-невидимки и т. п., а военные конфликты перестали быть массовыми. Помимо этого изменилось и общество. Оно больше не состояло из миллионов крестьян и рабочих, ценность которых для общества, по мнению правительств, была невысока. Экономика стала информационной и безопасность страны стала зависеть больше от высококвалифицированных гражданских специалистов и профессиональных военных. Все эти изменения вновь вынудили обратиться к профессиональному набору в армию, а систему призыва отменить.

Все перечисленные здесь изменения имели одно важнейшее действие – они влияли на качественный состав солдат, а также длительность их пребывания в армии. Подробнее состав армии в каждый период времени я рассмотрю в главах, посвящённых развитию отдельных обществ, здесь же я остановлюсь на современном этапе.

Сегодня существуют два вида военной службы – профессиональная и срочная. Профессиональную проходят специально подготовленные для этого военные, они получают заработную плату и рассматривают военное ремесло как работу. Срочная служба относительно всеобщая: её проходят все мужчины, независимо от положения в обществе. Следует рассмотреть каждую из них.

Профессиональными военными в основном становятся выходцы из бедных семей, те, кто не получил профессионального образования или не смог найти подходящей работы. Также профессиональными военными становятся, что называется «по наследству»: дед был военным, затем отец, ну и сын должен идти по стопам предков. В последнем случае семья состоятельная и её представители рассматривают своё ремесло, как священную обязанность, как призвание семьи. Иногда в профессиональную армию попадают те, кто хочет получить новые навыки для гражданской жизни, укрепить самодисциплину и т. п. Примером такого «залётного» солдата можно считать известного американского предпринимателя и просветителя в области личных финансов Роберта Кийосаки (род. 1947)⁵¹.

На профессиональную службу почти не поступают лица, которые уже имеют работу или занимаются предпринимательством, то есть подавляющая часть населения. Это вызвано тем, что военная служба связана не только с многочисленными лишениями личного характера (свобода передвижения, места жительства и т. д.), но и с реальным риском быть убитым или раненым при проведении военных действий. И даже высокая заработная плата, социальные льготы и льготы по приобретению жилья не могут перевесить всего того, чего может лишиться гражданин при поступлении на военную службу.

Таким образом, профессиональными военными становятся, как правило, дикари, городские низы (основная часть) и «потомственные» военные, представляющие середнячков, умных, а иногда и интеллигентов.

На срочную службу призываются, как я уже отметил, все, независимо от состояния и положения в обществе. В разных странах круг освобождённых от призыва различен. В России от призыва освобождаются граждане, обучающиеся в высших учебных заведениях и получившие учёную степень. В армии Израиля отсрочек и освобождений в связи с обучением и уровнем образования нет. Более того прохождение службы в ней открывает большие перспективы в гражданской жизни, отслужившие граждане получают преимущества. В армии Израиля служат граждане всех классов, начиная от дикарей, заканчивая интеллигенцией⁵², в России же, призывная армия комплектуется преимущественно из дикарей, городских низов и середнячков, то есть представителей тех классов, которые не получают высшего образования и не имеют учёной степени.

Поскольку состав армии не однороден, необходимо рассмотреть, как представители классов общества взаимодействуют друг с другом. Также, в отличие от работы или школы, необходимо помнить, что армия строится по принципу иерархии, а самостоятельность индивидов сильно подавляется.

В призывной армии взаимодействие классов более тесное, поскольку призывники проживают совместно – в казармах. Профессиональные военные обычно проживают в собственном жилье, их взаимоотношения напоминают рабочие.

Поскольку призывники – это в основном представители дикарей, городских низов и середнячков. Стоит рассмотреть в первую очередь социальную мобильность в этих классах.

Наибольшее развитие в армии получают дикари – они лишаются той особенности, которая делает их дикарями – изоляции от других классов. Общая черта дикарей и городских низов остаётся – принцип иерархии. В условиях жёсткой дисциплины и запрета на насилие, дикари вынуждены искать другие способы соблюдения принципа иерархии, они могут заимствовать их у городских низов. Также дикарей могут увлечь рассказы городских низов о городе, их мечты о богатстве. Дикарь сам может загореться желанием переехать в город и тем самым закрепиться в классе городских низов. Конфликты между дикарями и городскими низами, а также между представителями одного класса случаются довольно часто – им надо выяснить, кто из них сильнее. Потому в призывной армии часто происходят драки и избиения.

Дикари и городские низы с трудом взаимодействуют с середнячками и умными. Как и в школе, они их травят, но всё равно сдерживаются, поскольку середнячки и умные могут стать проводниками в свет. Они постоянно им угрожают, демонстрируют силу, но не могут сделать того, что разорвёт их связь с вышестоящими классами. Ситуация в призывной армии может обостриться, если офицерский состав укомплектован представителями городских низов. В этом случае у них развязаны руки, поскольку отсутствуют сдерживающие факторы соблюдения принципа иерархии, они перейдут к самому простому способу её обеспечить – насилию. Большинство избиений и издевательств происходит именно из-за того, что должности младшего офицерского состава занимают представители городских низов. Если представитель городских низов получил формальные полномочия, то он уже может применять насилие и в отношении середнячков и умных, поскольку те уже ему не нужны для повышения, он и так выше их всех. Сбылась мечта. Поэтому представителей дикарей и городских низов ни в коем случае нельзя назначать на офицерские должности⁵³.

В израильской армии, где призываются все, доминирует тот класс, который составляет большинство и в обычной жизни. То есть середнячки и умные. Насколько мне известно, городских низов и дикарей в Израиле крайне мало. Соответственно взаимоотношения между всеми классами в армии Израиля строятся точно так же, как и в гражданской жизни. Дикари и городские низы пытаются надавить на остальных силой, показать, кто главный, но середнячки и умные сразу же пресекают такие попытки, поскольку офицерский состав в большинстве своём состоит из середнячков и умных.

Таким образом, в призывной армии России существует дисбаланс – преобладают дикари и городские низы, незначительную часть призывников составляют середнячки и умные. Социальная мобильность осуществляется между дикарями и городскими низами, но они почти не перемещаются в класс середнячков, тем более – умных. Армия Израиля почти копирует израильское общество, потому в ней происходит такая же мобильность между классами, как и вне армии.

Эффект коллектива в армии является основным, другие же эффекты – обучение и воспитание менее выражены. Обучение в армии направлено, прежде всего, на освоение боевых навыков, навыков управления военной техникой, основы тактической подготовки и некоторые другие. Если армия функционирует нормально, а не является бюрократией в погонах, то военнослужащий может получить в ней неплохую подготовку, которая понадобится ему в гражданской жизни, например, навык самодисциплины или управления транспортным средством, умение оказывать первую помощь и т. д. Воспитательный эффект позволяет военнослужащему перенять некоторые армейские правила взаимопомощи, поддержки, традиции и с помощью них изменить свою мораль.

Поскольку армия существует не просто так, она нужна для ведения боевых действия, следует также рассмотреть влияние войны на социальную мобильность.

Война – это потрясение не только для всего общества, но и для отдельных индивидов. Человек, который убил другого человека, изменился навсегда. Я не стану останавливаться здесь на том, какие психические изменения происходят у военных: об этом было написано много литературы, а рассмотрю влияние войны только на социальную мобильность.

Война требует агрессии, требует жестокости, она знает только силу и хитрость. Как раз эти две особенности войны и влияют на социальную мобильность. На силу полагаются те, кто воюет непосредственно: кто сидит в окопах и стреляет на передовой. Потребность в силе взывает к основам дикарей и городских низов. Война не просто пробуждает в них суть, но и ломает все те предохранители, что установило общество. Я уже писал, чем опасно разжигание агрессии дикарей и городских низов, напомню – эта агрессия неизбежно перекидывается на другие классы общества. Дикари и городские низы больше не воспринимают вышестоящие классы, как главные, а наоборот, смотрят на них, как на подчинённых. Неудивительно, что после войны, в обществе наблюдается всплеск насильственной преступности. Появляются организованные преступные группировки, правопорядок разрушается. Поэтому после войны, следует срочно купировать всплеск агрессии. Для этого требуется реабилитировать бывших военных, особенно дикарей и городские низы, снова показать их место в обществе. Реабилитацией занимаются специальные учреждения, но о них я расскажу в отельной главе. Таким образом, боевые действия консервируют дикарей и городских низов, а также побуждают их применять силу уже ко всем другим классам общества, особенно, в мирное время.

Требование силы может привести к деградации середнячков и умных. Многие из них, скорее всего, вступят в психологический конфликт со своей моралью и замкнутся в себе, но некоторые воспримут поведение дикарей и городских низов и перейдут в нижестоящий класс.

Вторая особенность войны – потребность в хитрости, действует противоположным образом. Хитрость требует недюжинных умственных способностей. Военная стратегия – это самое важное в войне и должна она определяться только самыми способными к этому индивидами. Постоянная потребность в размышлениях, разработка планов, манёвры и т. п. заставляют индивида расширять свои знания, применять новые стратегии. Естественно, что в таком состоянии он умственно прогрессирует, середнячок может стать умным, а умный интеллигентом. Именно война превратила Наполеона Бонапарта, неизвестного образованного дворянина с Корсики, в гения войны и интеллигента.

Таким образом, военные действия имеют три следствия – консервацию дикарей и городских низов, деградацию середнячков и умных (следствие силы), и прогресс середнячков и умных (следствие хитрости).

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бэкон Ф. Новый органон; Опыты. Пер. с англ. З. Александровой. – СПб.: Азбука, Азбука-Аттикус, 2021. С. 13

Вернуться

2

Дарвин Ч. Сочинения. Т. 5. Происхождение человека и половой отбор, выражение эмоций у человека и животных / под ред. Е. Н. Павловского. – М.: Издательство Академии наук СССР, 1953. С. 239

Вернуться

3

Вааль де Ф. Достаточно ли мы умны, чтобы судить об уме животных? – 2-е изд. – М.: Альпина нон-фикшн, 2023. С. 82, 384

Вернуться

4

Можно придумать и более красочное название для данного явления, но «сила лени» прямо выражает суть.

Вернуться

5

Здесь и дальше уровень умственного развития никак не связан с объёмом знаний человека. Этот уровень может быть выше у бедняка из развивающейся страны, который каждый день борется за свою жизнь, чем у живущего в комфорте жителя западного мегаполиса.

Вернуться

6

Стоит сказать, что все внутренние побудители так или иначе можно свести к лучшему удовлетворению потребностей, а это повышает шансы на выживание вида.

Вернуться

7

Мне кажется, что именно скуке мы обязаны своим невероятным умственным прогрессом, а вовсе не конкуренции или внешним обстоятельствам. Хотя и их роль не следует принижать.

Вернуться

8

В этой связи следует отметить, что дети гораздо чаще разделяют позицию родителей, чем внуки позицию бабушек и дедушек. Это связано с процессом воспитания в семье: родителей влияют на детей сильнее, чем бабушки и дедушки на внуков.

Вернуться

9

Грин Р. 33 стратегии войны. Пер с англ. Е. Я. Мигуновой. – М.: РИПОЛ классик, 2022. С. 65

Вернуться

10

В определённые периоды времени эти виды человека существовали одновременно. Сегодня учёные относят их к разным видам человека, которые (кроме Homo sapiens) вымерли.

Вернуться

11

Циммер К. Эволюция: Триумф идеи. – 7-е изд. – М.: Альпина нон-фикшн, 2018. С. 571 – 574

Вернуться

12

Здесь речь идёт больше о дублировании знаний, нежели о неспособности молодых открывать новые знания. Дублирование – ситуация, когда к одному и тому же знанию пришли несколько человек. Например, студент сделал открытие, которое задолго до него сделал какой-нибудь философ. Чтобы устранить дублирование и нужно обучение.

Вернуться

13

Циммер К. Указ. соч. С. 571 – 574

Вернуться

14

Обмен возможен только, если обе стороны уверены, что в результате него получат большую ценность, чем владеют. Когда еды в избытке, она никого не интересует.

Вернуться

15

Основная причина такой изоляции – кочевой образ жизни. Каждому стаду требуется большая площадь земли для пропитания. Возникает выбор – голодать или жить порознь.

Вернуться

16

Кропоткин П. А. Этика // Анархия и нравственность / П. А. Кропоткин. – М.: Издательство АСТ, 2021. С. 33

Вернуться

17

Подробнее об абсурдности авторитета старших смотри главу 2 Книги 10

Вернуться

18

Готтлиб Э. Мечта о Просвещении. Рассвет философии Нового времени. – М.: Альпина нон-фикшн, 2020. С. 127 – 129

Вернуться

19

На невозможность силой заставить человека изменить свои убеждения обратил внимание ещё Джон Локк (1632 – 1704) в своём «Послании о веротерпимости» (Локк Дж. Послание о веротерпимости // Два трактата о правлении; пер. с англ. ред., автор вступит. статьи и примеч. А. Л. Субботин. – М.: «Канон +» РООИ «Реабилитация», 2009. С. 50).

Вернуться

20

Сегодня изучение гражданского права претворяется изучением римского права (та ещё ерунда), а его, в свою очередь, изучением латинского языка. По своему опыту скажу, что ни римское право, ни латынь никак не способствуют изучению гражданского права, зато последнему часто не остаётся времени.

Вернуться

21

С формальной точки зрения такой обязательный опрос не является обычаем, но вырос из обычая и хорошо отражает его суть.

Вернуться

22

Кэн Ф. Дело Дрейфуса // Ведомости УИС. 2014. №3. С. 37 – 41

Вернуться

23

Кодекс профессиональной этики адвоката от 31.01.2003 // Сайт Федеральной палаты адвокатов // URL: https://fparf.ru/documents/fpa-rf/documents-of-the-congress/the-code-of-professional-ethics-of-lawyer/ (дата обращения: 03.03.2023)

Вернуться

24

Кодекс судейской этики от 19.12.2012 // Сайт Верховного Суда Российской Федерации // URL: https://www.vsrf.ru/about/info/documents_regulations/1979/ (дата обращения: 03.03.2023)

Вернуться

25

Изотов Ю. Г. Естественные свободы человека как основа правового регулирования // Теоретическая и прикладная юриспруденция. 2023. №2. С.57 – 66.

Вернуться

26

Часть 4 статьи 43 Конституции Российской Федерации от 12.12.1993 // СПС «Консультант плюс».

Вернуться

27

Помимо этого, польза интеллектуальной монополии и справедливость её введения заключаются в том, что если её не предоставлять, многие изобретения оставались бы секретами производства, что препятствовало бы их включению в оборот. Предоставляя монополию, общество меняет секрет производства на правовую охрану, что выгодно обеим сторона и справедливо. Поэтому разговоры о том, что интеллектуальная монополия – это плохо не состоятельны.

Вернуться

28

О сокращении числа учеников в гимназиях и протогимназиях и изменении состава оных // Сборник постановлений по Министерству народного просвещения. Том десятый. Царствование Императора Александра III. 1885−1888 годы. СПб., 1894. С. 880 – 883

Вернуться

29

Здесь рассматривается преимущественно история Древнего Рима и греческих полисов.

Вернуться

30

Суть утилитарной природы государства заключается в том, что оно, как организация, создаётся исключительно для определённых целей, то есть является таким же инструментом в руках человека, как молоток, и существует исключительно для выполнения этих целей. Как я уже писал выше, государство нужно лишь для правотворческой и правоохранительной деятельности, этим оно и должно ограничиваться.

Вернуться

31

Основная причина сокращения пищи – уменьшение площади плодородных земель, которые уже были поделены «старыми» семействами. Новые участки обладали меньшим плодородием и давали меньше пищи. Также стоит учесть случайные факторы – засухи, наводнения, обман, силовой захват земель и т.п.

Вернуться

32

Ржонсницкий Б. Н. Никола Тесла. Первая отечественная биография. – М.: Яуза; Эксмо, 2009. С. 250

Вернуться

33

Для тех, кто всё ещё верит в это утверждение или просто считает его разумным, объясняю: страна может перестать производить только в одном случае – когда всё её население вымрет. Пока жив хотя бы один человек, для удовлетворения своих потребностей он должен что-то производить.

Вернуться

34

В данном исследовании я понимаю предметное мышление как умственные операции с образами, доступными для восприятия органами чувств (зрение, слух, вкус, запах и т.п.). Абстрактное мышление – оперирование образами недоступными для органов чувств (нормы права, элементарные частицы, рентабельность и т.п.). Критическое мышление – это умение ставить под сомнение и проверять утверждения других людей и себя.

Вернуться

35

Суть условного наказания заключается в том, что осуждённый преступник не подвергается наказанию, пока не совершает нового проступка. При совершении последнего, применяется реальное наказание.

Вернуться

36

Музей, в котором, экспонаты можно трогать. Обычно в таких музеях выставляют электрические приборы, водяные механизмы, музыкальные инструменты и роботы.

Вернуться

37

Колмаков М. А. Крах «Компании Южных морей» и политический прорыв Роберта Уолпола // Вестник БГУ. 2018. №1 (35). С. 73

Вернуться

38

Рэндалл Л. Достучаться до небес: Научный взгляд на устройство Вселенной. – 4-е изд. – М.: Альпина нон-фикшн, 2019. С. 32 – 34, 49 – 50

Вернуться

39

Там же. С. 38, 40 – 41, 143.

Вернуться

40

Там же. С. 177 – 178.

Вернуться

41

Анализ предполагает мысленное разделение объекта изучения на части и рассмотрение их в отдельности. За счёт анализа достигается глубина исследования, так как каждый элемент объекта отдельно и полно изучается. Синтез – это изучение целого на основе знаний о его частях. Благодаря синтезу можно найти связи между элементами объекта и взглянуть на него в целом.

Вернуться

42

Несправедливость могла произойти и с вовсе незнакомыми интеллигенту людьми, но ей удалось вызвать столь сильное чувственное потрясение, что индивид стал интеллигентом.

Вернуться

43

Имеется в виду трактат итальянского психиатра Чезаре Ломброзо (1835 – 1909) «Гениальность и помешательство» (Ломброзо Ч. Гениальность и помешательство; пер. с ит. Г. Тетюшиновой. – М.: Издательство АСТ, 2021. – 384 с.).

Вернуться

44

Под реализацией знаний я буду понимать их использование в трудовой деятельности. Например, умные реализуют знания посредством оказания интеллектуальных услуг. Середнячки и городские низы – посредством материального труда (материализация знаний). Суть реализации в том, чтобы полученные знания не копились где-нибудь в книгах, а служили обществу и индивидам. Это же, в свою очередь, создаёт условия для дальнейших открытий. Например, массовое производство микроскопов и других инструментов для научных исследований помогает совершать новые открытия.

Вернуться

45

Стоит сказать, что, несмотря на такую метаморфозу умных, они не переходят в класс середнячков, поскольку механизм мышления у них не меняется.

Вернуться

46

Физику и химию я выношу в дисциплины по выбору не из-за того, что знания о физических и химических процессах не нужны для выживания в обществе, напротив, эти знания также важны, как и другие, просто их ребёнок больше получает не из школьной программы, а от семьи, да и просто из наблюдений за миром.

Вернуться

47

Рейтинг стран мира по индексу уровня образования // https://gtmarket.ru/ratings/education-index#finland (дата обращения: 07.07.2023)

Вернуться

48

Формально колледжи не являются высшими учебными заведениями

Вернуться

49

Если степени присуждаются на основе реальных достижений

Вернуться

50

Пункт 9 Положения «О присуждении ученых степеней», утв. Постановлением Правительства РФ от 24.09.2013 № 842 // СПС «Консультант Плюс»

Вернуться

51

Hanging with My Rich Dad – An Interview with Robert Kiyosaki // https://web.archive.org/web/20210719043049/https://www.mackburnett.com/hanging-with-my-rich-dad-an-interview-with-robert-kiyosaki/ (дата обращения: 07.07.2023)

Вернуться

52

Эпштейн А. Д. Армия и общество в государстве Израиль: прошлое, настоящее и вероятные векторы будущего // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2017. №3. С. 115

Вернуться

53

Но стоит помнить, что если представителю городских низов не удаётся себя реализовать иным способом, у него может развиться комплекс неполноценности и, как следствие, неконтролируемое насилие в отношении тех, кто его слабее физически.

Вернуться