Галина Горшкова
Проводник

– Павел, просыпайся…

Павел вздрогнул, как от лёгкого прикосновения, и пришёл в себя. Странно было, что он лежал на асфальте. Над ним синее безоблачное небо. Вокруг чужие дома. И тишина нереальная. Ни машин, ни людей, ни шума большого города, к которому он привык с детства. Павел с недоумением сел.

Перед ним стояла женщина, словно модель из компьютерных игр: высокая, фигуристая. Грудь, талия, попа – всё на месте. Чёрный обтягивающий комбинезон. Чёрные, зачёсанные назад волосы, пронзительный взгляд.

«Даже слишком пронзительный, поэтому лучше сосредоточиться на губах незнакомки, которые что-то говорят в этом приятном сне…».

– Павел, ты меня слышишь? – женщина наклонилась ближе и пощёлкала пальцами перед его носом, чтобы проверить концентрацию внимания. – Со слухом всё в порядке?

– Да. Вы кто? – Павел окончательно проснулся.

– О! Начал проявлять способности к коммуникации, – женщина выпрямилась. – Я рада. Я твой личный Проводник. У меня для тебя плохие новости, парень: ты умер и больше не принадлежишь физическому миру. Я здесь для того, чтобы тебя проводить и объяснить законы этого места. И хотя у меня записано, что ты трудный, постарайся уяснить мои правила с одного раза.

– Какие ещё правила? – не желая больше общаться с галлюцинацией, Павел протянул вперёд руку и попытался отодвинуть женщину с линии обзора местности. И тут же ойкнул, ощутив боль от прикосновения к незнакомке:

– Ой, ты меня током ударила, – непроизвольно перешёл он на «ты», растёр пальцы и, опёршись на асфальт, начал подниматься на ноги.

Женщина не сдвинулась ни на шаг и спокойно ответила:

– Правило номер один, запоминай: до Проводника нельзя дотрагиваться. Это чревато разрядом электричества.

– Угу. А я Дед Мороз, – съязвил Павел. – Приятно познакомиться. Всё, бывай. Чёрт! Что ж так голова кружится? Я идти не могу. Что происходит?

Павел схватился за голову, прикрывая глаза и пытаясь унять головокружение. Его сильно мотало, а тело слушалось плохо, словно он был пьян или отравился. Но алкоголь он не потребляет. И с едой всегда осторожен.

– Ты рано вскочил на ноги, – пояснила незнакомка. – Ты только что расстался с физическим телом и пока не приспособился к новым условиям. Адаптация займёт минут десять. Этого достаточно, чтобы меня выслушать, всё осознать, смириться и настроиться на предстоящий поход. Я бы тебе порекомендовала сесть и отдохнуть это время.

– А я бы тебе рекомендовал замолчать и не мельтешить тут. Видишь, я себя плохо чувствую? Не надо было есть в той закусочной. Отравился, наверно. Думаешь, я не догадался, кто ты такая?

Женщина удивлённо приподняла одну бровь:

– В смысле: догадался? Я тебе прямо сказала, кто я есть.

Павел театрально зааплодировал её актёрскому таланту:

– Да-да, а я, типа, такой доверчивый. Не-е, не прокатит, я на пранк не ведусь. Тебя ведь Лёха нанял для моего розыгрыша, так? – Павла перестало мотать из стороны в сторону, и он почувствовал себя уверенней. – Я помню о своём долге. Но нет у меня сейчас денег нисколько! Объяснял же я ему. Вот устроюсь на новую работу, с процентами всё верну.

– Не вернёшь, – так же спокойно произнесла женщина. – Ты не устроишься на работу, потому что несколько минут назад умер. Тебя больше нет.

– А-а, очень смешно.

– Смешно?

– Да, юмор оценил. Передай Лёхе, что не надо мне угрожать, а то я могу передумать платить по счетам. Всё, мне некогда, – Павел вновь протянул руку к женщине, чтобы сдвинуть её со своего пути, и вновь вскрикнул от боли. – Ай! Зараза! Ты что, специально? Ты зачем меня ударила током?

Женщина пожала плечами:

– Правило номер два: до Проводника нельзя дотрагиваться. Это чревато разрядом электричества.

– Чего? – Павел с опаской посмотрел на приставшую к нему незнакомку, пытаясь понять, как именно она его ударила, ведь в руках у неё ничего нет. – Ты говорила, это правило номер один?

– Вот видишь, начал соображать, – женщина улыбнулась. – Второе правило звучит, как первое, но с уточнением, что каждое последующее прикосновение к Проводнику влечёт более сильный удар, чем предыдущий.

– Да ладно гнать-то?!

– Гнать? – непонимающе переспросила незнакомка.

– Конечно. Я не вчера родился.

– Знаю. Ты прожил тридцать шесть лет, восемнадцать дней и пятнадцать часов.

– Слушай, твоя шутка уже затянулась.

– Я не шучу, и всегда говорю только правду.

– Нет, я не намерен это слушать, – Павел сделал вид, что собирается идти, но неожиданно сделал прыжок в направлении женщины и дотронулся до её плеча. И тут же, получив неприятный удар током, воскликнул: – Ах, ты ж, твою мать! Опять ударила. Гадость! Как ты это делаешь?

Женщина беззлобно ответила:

– Не вижу смысла объяснять такой бестолочи. В твоём личном деле указано, что ты трудный, а надо было записать, что тупой. Это более соответствует действительности. Из двух простых правил ты не понял ни одного. До Проводника нельзя дотрагиваться! Но я рада, что ты восстанавливаешь свою активность, а значит, уже скоро можно выдвигаться в дорогу.

Павел нервно хохотнул:

– Какую дорогу? Разбежалась. Держи карман шире!

Он резко развернулся и пошёл в противоположную сторону. Уверенно, бодро, быстро. И, пожалуй, именно в этом была его ошибка, потому что через несколько шагов он со всей этой скорости ударился лбом в невидимую стену.

Женщина за спиной усмехнулась и прокричала вдогонку:

– Может, прежде чем убьёшься во второй раз, хотя бы выслушаешь правила нахождения в этом мире?

Павел озадаченно потрогал рукой невидимую преграду:

– Что за мистика? Улица идёт дальше, а я не могу.

– Улица идёт. Но пока я стою на месте, ты никуда не сдвинешься. Ибо я твой Проводник, а ты мой сопровождаемый. Мы сейчас связаны прочней, чем цепью. Пять-семь шагов от меня в любом направлении – предел нашего разрыва в пространстве. Будешь упираться, тебя опять ударит током, на этот раз от внешней границы.

«Да, возрастание электрического поля есть. Ещё немного и, впрямь, долбанёт, – Павел почесал лоб, ущипнул себя за кожу. – Проснуться не получается. Я не сплю. Но и для реальности всё неправдоподобно. Безлюдный город. Красивая незнакомка. Невидимая стена. Отравился, не иначе».

Павел вернулся назад и прямо на дороге сел перед женщиной по-турецки. А чего церемониться, если это всё понарошку?

– Валяй, – милостиво произнёс он, решив досмотреть свою галлюцинацию до конца. – Рассказывай. Что ты хотела сообщить? Какие правила?

– Правила простые. До Проводника не дотрагиваться. От Проводника не отходить. Проводника слушать. Проводнику подчиняться.

– И всё?

– А тебе ещё что-то нужно? – удивилась женщина.

– Не знаю. Я думал, это будет более эпично, – Павел откинулся назад, опираясь на руки, и позволил себе помечтать: – Пройти какой-нибудь обряд посвящения, прочитать талмуд заклинаний, поклясться на крови. Как в кино. Ладно, всё так всё. Я могу быть свободен?

– Нет.

– Да что ж такое то? Ах, да, я забыл. Я же у тебя в подчинении, – он кокетливо захихикал. – Что мне прикажет моя госпожа?

«Госпожа» строго скомандовала:

– Отрывай свой зад от асфальта и пошли за мной.

– Мм-м. К тебе или ко мне?

Женщина вновь недоумённо подняла кверху бровь:

– К порталу по отправке душ с земли на высший суд. И чем скорее дойдём, тем быстрее закончим трепать друг другу нервы. Не питай иллюзий, что ты мне нравишься. Это далеко не так. Вставай.

– На суд? Нет, я не пойду, – Павел скрестил руки на груди, всем видом показывая, что будет делать только то, что сам считает необходимым.

Его Проводница вздохнула и озадаченно пробормотала:

– Действительно, трудный, – а для Павла уже с угрожающими нотами в голосе добавила: – Не заставляй меня применять грубую силу.

– Грубую силу? Это как? Побьёшь меня, что ли? – Павел развеселился, представляя, как эта красавица полезет с ним в драку.

– Нет, просто возьму тебя за шиворот и поведу за собой.

Женщина подошла к Павлу и дотронулась до его воротника. Павел вскрикнул от боли, вскочил на ноги и отпрыгнул от женщины на полтора метра. Каждый последующий удар током реально был сильнее предыдущего.

– Какого лешего? Ты с ума сошла? Ты хоть на секунду представляешь, как это больно? Что я тебе делал, что ты со мной так обращаешься? Дурная на всю голову! Не подходи ко мне, а то я закричу!

– Твоё право. Мы здесь одни. Твой крик никому не помешает. А не нравится по-плохому, иди по-хорошему.

Павел неуверенно осмотрелся по сторонам в поисках выхода из своей ситуации. А ведь, и правда, кругом безлюдно – кричать бессмысленно, и бежать с учётом невидимых стен некуда.

«Как-то бы выиграть время, а там, глядишь, кошмар сам закончится. Или от галлюцинации отпустит, или план побега найду».

– Не могу я идти, – поспешил он оправдаться. – У меня от твоих ударов голова опять закружилась. Вон, колени подкашиваются. Мне надо посидеть и прийти в чувства. А ты мне пока что-нибудь расскажи, раз я туго понятливый, – он снова опустился на асфальт, изображая из себя немощного, – Вот ты говоришь, что я умер. А почему я тогда об этом ничего не знаю?

– Никто не знает о своей смерти в момент выброса из физического тела. Осознание приходит позже. Потому и нужен Проводник, чтобы человек не потерялся между мирами.

– А, то есть ты, типа, старухи с косой, что ли? Но ты на неё не похожа.

Его Проводница подтвердила:

– Я собирательный образ твоих ожиданий, проекция твоих мыслей.

– Каких ещё мыслей? Что ты сочиняешь? – возмутился Павел. – Мне тридцать шесть лет! Ни о смерти, ни о тебе я вообще никогда не думал.

– Сознательно – нет, а подсознательно – много раз. Я выгляжу в соответствии с твоими предпочтениями: красивая, яркая, соблазнительная, опасная, – женщина наклонилась и заглянула Павлу в глаза.

Павел поёжился. Смеяться ему уже не хотелось. Он вспомнил свои выходки последних лет, связанные с экстримом: походы на природу в неизведанные места, ночные загулы с друзьями и прочие неблагоразумные вещи. А ведь он реально часто ходил по краю, словно заигрывал со смертью, пытаясь доказать, что он круче, и всегда выйдет победителем. Вот только всегда ли?

Павел шумно сглотнул и, набравшись храбрости, спросил:

– И… какова причина моей смерти?

И без того серьёзная Проводница стала почти угрюмой:

– Конкретики у меня пока нет. Вскрытие твоего тела назначено на завтра. Сейчас в досье значится лишь общая причина: смерть от глупости.

– От глупости? Что за бред? От глупости не умирают.

– Ошибаешься. Как раз глупость и косит добрую половину людей. Детали, повторю, жду завтра. А пока знаю, что ты был за рулём и попал в дорожно-транспортное происшествие. ДТП.

Павел задумался. Никакого ДТП он не помнил. За рулём был, это правда. И последняя поездка, которая ему приходила на ум, это когда он ехал с неудачного собеседования.

«Столько сил потратил, чтобы пройти на эту должность, а они не взяли. И долг Лёхе отдавать нечем. А он уже звонил, деньги требует. И это заставляет понервничать. Но ДТП? Не помню. Может, всё-таки это пранк? Лёха на такое способен. И дама эта – лишь хорошая актриса?».

– Значит, авария? Допустим. Но почему тогда я чувствую боль? Вот, щипаю себя за руку и чувствую. И как ты меня током била, ощущал не слабо.

Проводница согласилась:

– А кто тебе сказал, что ты не должен ощущать боль после смерти? Твоё физическое тело сейчас бесчувственное. Его уже отвезли в морг. Но в тебе много других энергетических тел, и боль, как способ воздействия на них, остаются с человеком до конца.

– Хочешь сказать, что я сейчас не в физическом теле? Тогда объясни, почему я не могу летать? Или не прохожу сквозь предметы?

– Для полётов ты ещё очень тяжёлый. Во-первых, грехи тяготят, раскаяния просят. Во-вторых, летают не все энергетические оболочки. И они отмирают не сразу. Поэтому способность к полётам появляется не мгновенно. А что касается прохождения сквозь предметы, то это возможно. Только не в этой проекции мира, а в твоей прежней. Там, где живёт своей жизнью физический мир, ты невидимая сущность. Всего лишь душа.

Павел засмеялся:

– Круто! Оскара тебе за главную женскую роль! Нет, правда, классно играешь. Лехе передай, что я всё осознал. Деньги найду, долг выплачу, пусть не переживает. А мне пора идти раскаиваться в грехах, – он поднялся на ноги.

– Ты не веришь моим словам? – огорчилась женщина. – Хорошо, я представлю доказательство.

Она щёлкнула пальцами. И в ту же секунду безлюдный город разом ожил. Царившая кругом тишина взорвалась множеством звуков дневной улицы. Тротуары заполнились людьми, проезжая часть – транспортом.

– А-а! – непроизвольно заорал Павел, видя, как на него на огромной скорости несётся поток машин.

Он резко отскочил в сторону и тут же попал под автомобили встречного потока. Сначала одна, потом вторая, а затем и третья машина проехали прямо сквозь него, не сбивая его с ног и не причиняя никакого вреда.

– Что… Как? – непонимающе пролепетал Павел, растерянно стоя на перекрёстке и ощупывая своё тело.

Вроде, всё на месте. Но автомобили проехали сквозь него. И это не могло считаться нормальным положением вещей.

Светофор переключился, и на Павла дружной гурьбой пошли люди.

– Эй, вы видели, как меня только что пыталась переехать машина? – в надежде спросил он у самых торопливых. – Хоть кто-то из вас догадался заснять это на телефон? Эй, куда ты прёшь? Что происходит? Как…

Пешеходы, не замечая преграды, прошли сквозь Павла.

Павел с испугом посмотрел на стоящую поодаль женщину, представившуюся ему его Проводником. Женщина вновь щёлкнула пальцами, и физический мир с его грохотом уличного движения, светом фар, вывесками магазинов и суетливыми людьми разом исчез, словно его никогда не существовало. Вновь пустая дорога, синее небо над головой и звенящая тишина.

– Прости, я обычно не прибегаю к подобной демонстрации, – извинилась она за жёсткий показ реальности. – Ты ещё не окреп после выброса, а возврат в физический мир шокирует. Именно во избежание шока и создан коридор между мирами, по которому можно спокойно дойти до портала.

– Значит, это правда? – оглушено переспросил Павел, подходя ближе. – Я действительно умер?

– Неоспоримо.

– Но… Мне нельзя умирать! Я должен вернуться назад! Я…

– Начинается. У всех одна и та же «песня».

– Нет, правда! Я ведь не отдал ещё долг Лёхе! И не закончил свой проект. Я ничего ещё не сделал! Мне же только тридцать шесть лет!

– И чем ты занимался эти годы, если ничего не сделал? Впрочем, не удивляюсь. Очень многие живут напрасно.

– Но я не такой! Знаешь, сколько у меня планов? Сколько я не успел?

– Это никого не интересует, – отрезала женщина.

– Но… – Павел осёкся, понимая какой-то частью души, что просить бесполезно. – И что теперь со мной будет? Куда ты меня поведёшь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.