Елена Темнова
Нехорошая дорога

Наступило лето, по обочинам зеленели поля, и если на Урале по ночам еще было прохладно, то здесь, в Саратовской области, уже стояла жара. Днем в окна машины бил ветер с Волги. Всем хороши лето и юг, но Миша не любил насекомых, а чем теплее, тем эти гады больше. Дорога была долгой, начальник перегрузил фуру, Миша даже боялся подумать, что будет, если его остановят с проверкой. Он отставал по графику. 20-тонный тяжеловоз КамАЗ-6560, в шутку прозванный хозяином “Малыш”, вез из Сибири в Краснодарский край стройматериалы и дерево, вез на максимальной скорости, но все равно впереди маячил крупный штраф за просрочку, выбора оставалось все меньше, придется сокращать путь через “нехорошую дорогу”.

На развязке “Малыш” свернул к придорожному кафе, водители махали друг другу и сигналили. Хорошее место всегда можно определить по количеству фур на парковке. Здесь их было в избытке. Все знали хозяйку, ей принадлежал и мотель, звали ее Нина Николаевна Дружинина, закусочная называлась в ее честь “Дружина”. Миша выбрался из фуры очень ловко, несмотря на то, что за последние пару лет прибавил никак не меньше 12 кг, а кабина на его фуре находилась в двух метрах над землей. Все же одна из самых больших машин в истории, редкий попутчик залезал без помощи. Десять лет из своих 36 Миша провел за баранкой. Высокий, широкоплечий, в клетчатой красной рубахе поверх футболки, он носил кепку и старался даже в пути следить за бородой, несмотря на подколы дальнобоев. При чужих хмурил брови и сплевывал, но свои знали, что “Мишочек” славный парень, такой не подведет, и, если что, на дороге поможет.

– Привет, Лесоруб! – крикнула ему девушка из-за барной стойки в “Дружине”, младшая дочка Нины Николаевны. – Тебе как обычно?

Миша заулыбался и кивнул. Многие дальнобойщики заводят романы с официантками из кафе на маршруте, здесь он уже бывал, так что подумывал, не позвать ли Наташу на свидание. Но вот когда? Сегодня времени нет. Сварливая, но веселая Нина Николаевна, не раз говорила Мише, что кличка “Малыш” больше подходит ему самому, чем фуре.

– Добрая кола? – спросил Миша на кассе, указывая на холодильник за спиной официантки. – А что если я хочу злую колу? Есть злая?

– Злая это какая? Заморская? Уже полгода нет, Миш.

Эту шутку он придумал еще 450 км назад и все ждал момента ее озвучить. Многое изменилось, не только ассортимент напитков. Небо над югом было закрыто, количество заказов на наземные перевозки увеличилось.

Миша взял поднос, стандартный набор: овощной салат, отбивная с пюре, горка хлеба, чай и… вишневый маффин. В сладостях Миша не мог себе отказать. Он отправился за большой стол у окна, там сидели знакомые – недавно они общались по рации и договорились пересечься. Рация для дальнобойщика – все, особенно когда глаза слипаются, а до остановки еще далеко: кто-то байки травит, кто-то рассказывает, где притаились ДПС-ники. У старика Владимира фуру марки Daf, 14 метров в длину, звали “Тиран”, у Коляна – “Светлана”, в честь матери. Мало кто знает, что суровые и неразговорчивые мужики, проводящие большую часть жизни в одиночестве за баранкой, очень суеверны: считают, что с машиной надо и поговорить, ведь она все чувствует, надо ее как-то назвать, чтобы обратиться в тяжелый момент. У дальнобойщиков принято свою машину постоянно нахваливать, чтобы везло, рассказывать ей, куда едешь и зачем. А вот подбирать на дороге молотки или ключи – строго запрещено, к поломке. В кабину нельзя заносить вещи из машины, побывавшей в аварии. Зато кошек подбирают часто, вот Коля нашел сбитого кота и вез его до ближайшего большого города в клинику 17 часов, когда вылечили бедолагу, взял домой. Теперь кот ждет его с рейса вместе с женой. С тех пор ни одной поломки, говорит, карму улучшил. Друзья за столом бурно обсуждали маршруты, Владимир поучал:

– После границы Саратовской области нумерация километров начинается заново с км. 111+150, поэтому они будут повторяться, – напутствовал дядя Вова Колю. – А вот с 79.5 км, где развязка севернее Журавлей, поворот на Богусский, дорога – от среднего до хорошего, местами небольшие выбоины, легкая колейность, кроче семь из десяти. А, вот и Миша, здорово, мужик! Ты не передумал? Решил ехать по Р-226?

– Фигня это все, – сказал Миша.

– Там реально всякое слышится.

– Мне так короче, чем через Пугачев, 440 против 470 км. У меня выбора особо нет. Тем более это просто легенда для водителей грузовиков…

Все знают, что на Саратовской объездной дороге на развязке в Вольск нужно поворачивать налево – туда и уходит основной поток машин, но если же поехать прямо, то попадаешь на более разбитую Р-226. Не зря практически весь автомобильный поток перешел на трассу Р-228. Нехорошая дорога проходила между аэродромом и кладбищем. Байки про нее в этих местах пересказывали друг другу не по одному разу. То мотор заглохнет сразу у всех машин, то огни в небе увидят. А главное – это непередаваемое чувство страха, о котором говорили те, кому удавалось проехать по трассе без происшествий. Хотя многие фуры и попадали в аварии даже при хорошей погоде, все же большинство, что называется, – проехали и забыли. Только вот, на самом деле, трассу не забывал никто, каждый рассказывал про необъяснимый, липкий страх, даже, если там с ними ничего не случилось.

Один дальнобой после "встречи с необъяснимым" долгое время отказывался выходить из машины, и в отпуске спал в кабине. Его историю вчера пересказали по рации Мише в назидание. Этот мужик что-то заметил в зеркале заднего вида, и хотя дорога была пустой, чувствовал некое движение в воздухе. Что-то летело очень низко со скоростью 80 км в час прямо за ним. Он было подумал, что это дрон. Но объект двигался бесшумно. Водитель остановился, вышел, “дрон” завис позади него, а когда мужчина поехал дальше, то понял, что внутри кабины кто-то сидит. То ли человек, то ли просто тень. Нашли водителя через три дня за 600 км от маршрута. Что произошло, он не помнил, рассказывал, что постоянно поворачивался, а сзади была тень, которая тут же исчезала.

– Он вырубился и очнулся только под Нижним Новгородом, – рассказывали про него.

Миша считал, что это “синдром третьего”, такое часто встречается у альпинистов, когда они не спят по несколько суток: мозг, превозмогая усталость, дает ощущение присутствия кого-то еще. Разум ищет поддержку. Может, это объяснение того, как мы придумали бога?

Жена другого дальнобойщика рассказывала, что муж после рейса долгое время вставал в три часа ночи и смотрел в темноту невидящим взглядом, говорил кому-то в углу комнаты: “Перестань, хватит ходить за мной”. Врачи сказали – лунатизм.

Миша предпочитал думать, что он человек с аналитическим складом ума, так что решил – ребята просто накрутили шестеренки в голове всеми этими историями, а суеверия ведут к тревожности. Или парни просто хотят привлечь внимание, пересказывая чужие байки. Мало ли что на дороге померещится. А от их жизни крыша поехать может у кого угодно, постоянный недосып, одиночество в пути. Вот и все объяснение.

В свое время Миша не смог поступить в универ, от чего страдал, но виду не показывал. Зато вместо шансона в кабине слушал научные подкасты. А иногда и не очень научные – после того, как пропал Кирилл, семь лет назад, Миша изучил все, что нашлось про “нехорошие дороги”. Так, например, он знал, что в Альбукерке есть автотрасса, которую называют “дорогой в никуда” – там бесследно исчезли 17 человек. Полиция признала, что на 15-километровом отрезке пропадали и водители-одиночки, и целые семьи. Бермудский треугольник какой-то. В целом по миру “нехороших дорог” разбросано много, но что интересно – легенды вокруг них одни и те же: и сбои техники, и исчезновения, и белые фигуры по обочинам. Может, люди пересказывают на разных языках одну и ту же историю, вот и все кино? Или по Юнгу – архетипические страхи. Да, про Юнга Миша тоже слушал в машине, как и про магическое мышление, на которое списывал все байки о нехороших дорогах.

Кирилл работал с ним в одной транспортной компании семь лет назад. По данным GPS, последний сигнал был у съезда на “нехорошее шоссе”. Там дорога проходила мимо бывшего поселка Рассветный, через пролесок и старое кладбище. Но потом кто-то говорил, что Кирилла видели знакомые знакомых, другие – что он пересек границу и просто сбежал, потому что не мог выплатить долги, фуру тоже не нашли, может, перебил номера и продал? Дальнобои – народ суеверный, никого не убедила история со сбежавшим водителем. А про эту трассу так и вообще знала вся страна – несколько лет назад про нее сняли передачу на Рен-ТВ. Оказалось, что там призраки местным являются вот уже лет сто. Одна женщина, из тех краев, рассказывала журналистам про древнее чудовище, что пожирает людей и даже ее мужа съело у нее на глазах, но по всем признакам она была немного “того”, Миша даже переключил канал, не особо поверив “расследованию”. Муж этой дамы, скорее всего, сам от нее сбежал и его трудно в этом винить.

Экстрасенсы часто ездили в эту сторону “чистить ауру”. Батюшки приезжали, освящали дорогу, читали молитвы, размахивали кадилом, асфальт окропляли святой водой. Вид у дороги местами и без того жутковатый, а все из-за траурных венков по обочинам, считал Миша. Если бы не кресты да черные ленты – самая обычная трасса, каких тысячи. Так что просто фигня, решил он.

Нина Николаевна – эти полтора метра живой информации обо всем на свете – говорила, что не только сумасшедшие сюда приезжают, как-то был самый настоящий профессор физики аж из Америки, ее знакомый, как она похвасталась, но в детали не углублялась, придавая себе значимости выразительным молчанием. Якобы этот физик что-то измерял, волны ловил, радиацию мерил и говорил про энергетические разломы плит. Нина Николаевна часто давала интервью журналистам, но всегда недовольно повторяла: “Никакой мистики, водители просто устают и съезжают в кювет, надо больше отдыхать, особенно в нашем мотеле”. Недовольство было напускным, конечно, она радовалась наплыву посетителей, когда здесь "таинственно" пропал дальнобойщик.

Если бы не случай с Кириллом, Миша никогда не обратил бы внимания на этот отрезок дороги и поехал коротким путем, никому не сказав. То, что он до сих пор не знал, где его товарищ, заставляло сомневаться, стоит ли там ехать. Он верил, что всему есть научное объяснение, пусть даже такое мутное, как “энергетические разломы плит”.

Миша на прощание пожал руки друзьям и обещал держать связь по рации, взял с подноса чек, там что-то было начеркано синей ручкой, по пути к выходу он прочитал: “Береги себя на этой дороге. Наташа” и номер телефона. Миша сжал листок, положил в карман, вышел, не оборачиваясь. Боялся, что она увидит его сияющую физиономию. Собирались сумерки, но они не приносили облегчения, на улице стояла духота. Скорей бы закончить рейс, а там сразу напишу Наташе, решил он.

***

Отец купил машину и вот уже два месяца не давал Тимуру порулить. Смех. С трактором он управиться может, а вот “Жигули” тут же сломает? Но после того как Тимур сдал последний экзамен, и опять на “отлично”, папа нехотя, под давлением матери, протянул ключи и разрешил прокатиться вокруг поселка с друзьями. Младшая сестра просилась, но Тимур помотал головой – чисто одноклассники, мужская компания. Тимур и его команда. Точнее, бывшие одноклассники. Экзамены сданы, скоро выпускной, а куда подавать документы, Тимур еще не решил. Что-то было вокруг такое, что мешало думать нормально. Ощущение, что все бесполезно, бессмысленно и скоро всему конец. Тимур не верил, что американцы сбросят атомную бомбу, как говорил Сашка. Его друг конкретно поехал по этой теме, читал про радиацию и атомную энергию, даже пытался вырыть у себя в огороде бункер. Вот кому реально казалось, что поступать куда-либо бессмысленно и бесполезно, что скоро конец человечеству. Тимур же думал уехать в Москву, хотел поступать в МГУ – оценки всегда отличные, но кем быть дальше, он не знал. Тянуло к земле, к тем местам, где когда-то ходила Оксана босыми ногами, уехать без нее – все равно, что бросить. А она никуда не поедет.

На новенькой машине доехал до соседней улицы, просигналил – у Сашки был и Артем, друзья вышли и присвистнули. “Товарищи, хватит свистеть, денег не будет, садитесь, космический корабль отбывает в даль глубин Вселенной”, – высоким голосом, подражая стюардессам, пропел Тимур в открытое водительское окно. Саша без вопросов занял место штурмана, Артем не спорил – его место на заднем сидении. Мальчишки пребывали в восторге:

– Куда поедем?

– Вокруг поселка и к озеру.

– Только не туда, Тимур, – взмолился Темыч. – Ты что? Не слышал? Дядя Игорь там разбился, рядом кладбище, это же “нехорошая дорога”, нам нельзя.

– Нам нельзя в штаны мочиться, а машина моя мчится, – продекламировал Тимур в стиле лозунгов к 1 мая. – Надо мне на озеро, а так короче.

***

Алексей и Тамара были женаты без малого десять лет, в этом году женщине исполнилось тридцать, вот и решили поехать к ее родителями, отметить с родней, а по дороге заскочить за теткой в Энгельс. Хотя Алексей не был в восторге, но таково желание именинницы. Все, что он мог делать – сохранять недовольное лицо всю дорогу и портить настроение жене. Май закончился, начиналось лето, могли бы и в Крым махнуть, отдохнуть, но нет, надо в тмутаракань переть, проводить время со старыми тетками и пить самогон с тестем.

Тамара знала взрывной характер мужа и никогда ему не перечила. Он был из тех, про кого говорят “на дороге у него лучше не вставать, пожалеешь”. Хотя с виду, мужичок-сморчок, худой, лицо заостренное, но глаза злые. Тамара знала, что в глубине души он очень добрый человек, а когда выпьет – еще и щедрый. Но за рулем он не пил. Тамара воздерживалась от комментариев, хотя знала дороги лучше мужа, все же выросла в этих местах, но пусть плутает и сам смотрит карту. Единственный раз она решила даже не возмутиться, а взмолиться – когда муж свернул на “нехорошую дорогу”.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.