ЯПЬЮ РОН
Помнишь?

– Наливай! Сколько лет? Ты куда пропал? Давай рассказывай! Родители живы? Нет! Царство небесное! У меня отец еще живой. Слепой, правда, совсем. Здесь. Сейчас проснется, выйдет к нам в сад, на лавочке посидеть. Он будет рад тебя услышать. Сеструху мою помнишь? Недалеко живет. Второй год уже лежит, не встает. Но там дети ее помогают.

Кхы-кхы. Проклятые рудники.

Господи, седой какой? Я ж тебя черноволосым помню. У меня же полно фотографий наших. Я тебе потом отправлю. Как здоровье? Ноги? Да у меня тоже. У нас у всех, кто с севера, с ногами проблемы. Я недавно в Ростове Леху встретил. Ну Леха! Да ты его знаешь! Ну на год старше! Да ты еще дрался с ним из-за Вальки. Вспомнил? Да, видишь память не пропьешь! Да ты вечно из-за девок дрался. Вот сейчас можешь сказать, а оно того стоило? Они ж как кошки, приходят и уходят, когда хотят. В Ростове в церковь захожу, знаешь, последнее время я церковь посещать стал, а вдруг есть что-то в этом, поставлю свечку, постою, пробормочу немного за здоровье детей, своего то уже не вернешь, а тут смотрю кто-то знакомый сидит в инвалидной коляске, на меня уставился. Оказывается, Леха с поселка. Откатил я его в ближайшую столовку. Народ там поминки проводит, ну и мы сели, выпили чуть-чуть. Оказывается у него уже лет двадцать как ноги отказали, заморозил в детстве поясницу на севере, вот и (....). Жена его бросила. Да я ее и не осуждаю. Молодой с инвалидом возится! Так вот и живет один. Денег бы надо дать, да мне самому кто бы дал. Выгреб, конечно, все, что в карманах было. Ты то женат? Давно? Боюсь спросить, не на Вальке случайно? Нет! Ну слава богу. А то она после тебя через полгода с поселка уехала. Я думал она могла тебя в Москву поехать искать. Она такая. Что-что? Приезжала? И что? Не срослось! Фу ты, (....), гора с плеч. Я такое про нее рассказать могу, что даже говорить не буду!

Дети есть? Сколько лет? Здорово!

То есть ты еще молодой папаша! У меня двое пацанов. Правда от разных баб. Взрослые уже. У старшего своя уже семья. А младший в институте. Ты что рот открыл? Да дочка. Да не одна, две. Ты, когда уехал была тогда одна. Вторая через год родилась. Это ужас всей моей жизни. И ни (…) не тихий. Теща меня как-то сразу невзлюбила. Женились по залету. Я после армии, а она в десятом классе. Конечно, думала, что я ее дочке жизнь испортил. Куролесил я тогда хорошо, да ты же помнишь, вместе гуляли. Я в загул, жена с детьми к теще. Я пьяный приду, стучусь в их дверь. Теща орет, не пускает. Я ей: "Умолкни, ведьма старая! Я не к тебе, а к детям пришел!" Тесть, начальник милиции, вызывал наряд. Ну и я в отделении до утра сидел, обычно в карты играли, иногда даже выпивали вместе. А че, поселок маленький, все свои. Утром они меня на воронке на работу отвезут, а на работе я не пил. Тогда же перестройка, гласность, а со спиртным проблемы. Я экспедитором в винном тресте работал. Директор надает мне конвертов с деньгами, расскажет какой кому отдать, и я с водилой в Магадан на базу. Коррупция колоссальная. Даже грузчики без денег работать не будут. А так нас мигом загружали. На мне ответственность. Не дай бог что-нибудь с товаром случится на этих перевалах! Весь поселок ждал меня. А уж как сдам бухло, то ясное дело, опять в загул. Стал народ уезжать с севера на материк. Союз разваливался. Теща с тестем тоже намылились, и дочку, и детей моих тоже забрали, от меня подальше. Вроде как если одумаюсь, сам за ними приеду. Юльке три, а Катюшке год был. Уехали в свою Молдавию и не слуху не духу. Там война началась, моя мать переживает, что я до них дозвонится не могу. Потом объявилась подружка моей жены, сжалилась, (....), сообщила, что моя Аня внезапно умерла, инфекция какая-то, уже два месяца как, а старики не хотят мне сообщать, чтобы я детей не забрал. Че тут делать, взял отпуск, полетел в Кишинёв. Куда ехать-то я знаю. Были там с женой, еще в первую беременность. От аэропорта недалеко, полтора часа на автобусе. У них там частный дом. Ну и что? Я, как только открыл калитку в железных воротах и сказал: "Здрасте", – как теща, увидев меня, стала орать истошным голосом: "Помогите!" И еще что-то на своем. Тесть выскочил из дома и бежит на меня с кулаками, не добежав спотыкается и падает головой в ребро открытой двери. Подымается весь в крови. Теща: "Спасите! Убивают!". Народ сбежался. Какие-то мужики меня за руки схватили. Тесть, с рассеченным лбом, размазывая кровь по лицу: "Ну все, (....), теперь ты окончательно доигрался!" Подъехала ментовка и повезли меня в изолятор. Главное обидно, был абсолютно трезвый. Как-то все быстро происходило. Через час уже вызвали к следователю. Он меня особо не слушал. Сказал описать свою версию событий. Я еще ерепенился, что-то там про адвоката. Говорит, что адвокат стоит больших денег, деньги на обратные билеты у меня забрали при оформлении в СИЗО, а бесплатно защищать русского в нынешних условиях никто не возьмется. "Да и зачем? Итак, все предельно ясно. Заявитель есть. Побои зафиксированы. Свидетели опрошены. Раньше сядешь, раньше выйдешь". Я решил настаивать на адвокате. "Ну-ну", – сказал он, и отправил меня в камеру. А в камере, судя по всему, меня уже ждали. Шесть человек и сразу в драку. Минут пять я продержался, потом меня свалили на пол и били ногами. Сильно ударили по башке, и я отключился. Когда пришел в себя стали расспрашивать: че да как. Сказали, что охрана попросила меня оприходовать. На следующий день они меня уже отказались бить. Но видно план был не такой. Перевели меня в другую камеру. Там меня уже так сильно от(....), что я ссал и харкал кровью. Перестарались суки. Я думаю, что я тогда за все Приднестровье (....)лей получил. К вечеру я стал задыхаться. Эти вызвали охрану. Сказали, что я сам случайно со второго этажа нар упал. Меня на каталке увезли в больничку. Только через два дня, я смог с кровати встать. Пришел следователь сказал, что тесть предлагает мировую, я должен уехать из Молдавии и никогда туда не возвращаться. Ну я и согласился. А что делать, сидеть не за что в чужой стране? Что мне тогда было – двадцать пять, да и не хрена я не боец. Через неделю, когда более-менее очухался, меня под сопровождением отвезли в аэропорт, деньги хорошо вернули. Там тесть, сука, пришел отпраздновать победу. Лоб лейкопластырем заклеен. Лыбится, (....). Говорит: "Дело против тебя не закрыли. Значишься скрывшимся от следствия. Появишься в Молдавии – будешь сидеть". (....), какая сволочь. Напряг свои связи. Сунул мне свидетельство о смерти и пакет с черешней. Типа можешь начинать новую жизнь. (....). Если-бы остались на севере, возможно и жива бы была. Дочек я так и не увидел. Вот и получается, что я своих детей за кулек черешни продал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.