Тауэрэл
Заложница Воронов
Татьяна Кэй

© Татьяна Кэй, 2023

ISBN 978-5-0060-6119-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Капли воды ритмично отстукивали по холодному грязному полу темницы, под стать нервным шагам человека, заточённого в ней. От былого блеска его одежд не осталось и следа. Да и что там говорить о его одеждах? Весь его облик оставлял желать лучшего. Мужчина, некогда внушающий страх в сердца людей одним своим именем, теперь был не более чем тенью. Худой, взлохмаченной, зловонной и угасающей тенью.

– Стерва! – резко остановившись, выкрикнул он в бессилии.

Ему до сих пор едва верилось в то, что его могли приговорить к смертной казни, которая придёт в исполнение через каких-то пол часа.

– Маленькая дрянь! – прошипел он снова, злобно скалясь.

Сквозь мизерное окошко под потолком, можно было услышать возню работников, возводящих эшафот. Они частенько посмеивались и шутили на отвлечённые темы, что уже начинало действовать на, без того, подорванные нервы мужчины. Безразличие к его участи было совсем не тем что он представлял, когда размышлял о своей кончине. В своих фантазиях ему чудилось, что люди боготворили его, а после его смерти им должно было возвести ему с десяток храмов. Оттого реальность угнетала ещё больше.

Молотки стучали беспрестанно. Даже по ночам. Явное доказательство того, как сильно от него хотели избавиться и как торопились в своём желании увидеть его казнь.

«Трусы!» – подумал он с кривой ухмылкой на лице.

Высота окна не позволяла выглянуть на улицу и понять, что же за участь ему была уготована? Будет то повешенье? Обезглавливание? Четвертование? Сожжение? Столько различных способов оборвать чью-либо жизнь. И с каждым из них мужчина был очень хорошо знаком. Ведь ранее, он был именно тем, кто раздавал жуткие приговоры.

«Какова ирония» – покачал он головой.

Однако, несмотря на скорую смерть, узник не собирался впадать в отчаяние. То не было в его характере. Он знал, что у него ещё есть шанс на месть, и будь он проклят, если не воспользуется им.

Заслышав громкий хлопок дверей вдали, он немедля рванулся к решётке и вцепился в её ржавые прутья. Ожидание того, кто должен был вскоре появиться, отзывалось дрожью в его груди. А когда приближающиеся шаги принялись отдаваться эхом по коридору, он и вовсе чуть не упал на колени от накатившего на него облегчения.

– Наконец-то. – выдавил он, как только монах в тяжёлой рясе, остановился перед камерой.

Наряд священнослужителя не вписывался в унылость серых и влажных стен этого места. Серебро и золото, в затейливом узоре покрывающее подол его одеяния, не вязался с грязью под его ногами.

Устремив взгляд на лицо монаха, мужчина заулыбался. Маска, скрывающая правую сторону лица его посетителя, была ему до боли знакома. Ведь именно он был причиной увечью, скрытому теперь плотной вельветовой тканью.

– Слава Богам, это ты. – выдохнул мужчина.

– Вы просили меня прийти, Милорд. Как же я мог отказать? – учтиво склонил голову монах. – Вы хотите покаяться перед казнью?

– Ещё чего! Мне не за что просить прощения! Да и ты не настоящий священник! – возмутился мужчина, резко отстраняясь от решётки. – Покаяться должна эта стерва, что вынесла мне приговор!

– Эта стерва – ваша дочь, Милорд.

– Вот именно! Мерзавка! Такая же потаскуха как и её мать. Я должен был задушить её в младенчестве… Хотя…

– Милорд?

– Не могу не признать, что она умна… – с грустью покачал он головой. – Истинная наследница.

Откинув седые свалянные локоны с лица, он прошёл в глубь камеры и разразился истерическим хохотом. Ему и вправду было смешно от мысли, что даже в подобную минуту, не мог найти в себе сил отрицать очевидного – его дочь была хитра и терпелива. И это вызывало не только уважение, но даже некую отцовскую гордость.

– Зачем же вы меня позвали, Милорд? – спросил тихо посетитель, пристально наблюдающий за ним.

– Ты единственный, кто всё ещё предан мне. Не так ли?

– Разумеется.

Твёрдость в голосе гостя была единственным подтверждением, нужным мужчине. Даже если бы он обошёл весь Риалл, то вряд ли нашёл более верного человека. Послушного настолько, что когда-то давно, не подумал дважды, перед тем как вырвать себе глаз, только потому что того пожелал его Лорд.

Медленно приблизившись к стене, мужчина вытащил покосившийся кирпич из стены, открывая тем самым тайник, созданный предыдущими заключёнными. Поразмыслив пару секунд, он вытянул из образовавшейся ниши свиток и с благоговением покрутил его между пальцев.

«Стоит ли это делать? – подумал он. – Может следует оставить всё как есть?»

Но нет. Он не мог. Оскорбление нанесённое ему требовало ответа. Дочь или нет – он отомстит.

– Вот. – протянул он свиток мнимому монаху.

– Что это?

– Открой и прочти.

Тот выполнил просьбу, и как только его глаза пробежались по первым словам начертанным на бумаге, он с удивлением посмотрел на мужчину:

– Но это же…? Вы вверяете мне подобный документ?

– Да. Мне больше нечего терять. Мила решила потягаться со мной силами? Посмотрим как ей понравится такой поворот событий. – хитро скалясь произнёс мужчина.

– Но как же я смогу…? – начал было монах, но был прерван.

– Я тебе доверяю, Ровэн. Ты справишься. К тому же, какая разница? Даже если это не сломит мою дочь, то уж точно её уязвит.

Громкий лязг ключей стал предвестником того, что стража направилась в сторону камеры и мужчина дал знак монаху спрятать свиток в широких рукавах его рясы. Через каких-то пол минуты узник был закован в кандалы и бесцеремонно выведен из камеры.

– Лорд Алистар… – прошептал монах.

– Больше я не Лорд, но спасибо за напоминание. – горделиво выпрямившись произнёс тот, и уверенно зашагал вслед стражникам, на встречу к ожидающему его палачу.

1

Трудно было сказать, как долго Эллиана провела в вынужденной дрёме. Время затерялось во сне, ровно как и сама девушка. Просыпалась она изредка, но была тут же ввергнута горьким отваром в новое забытие. Всё что она успела заметить перед очередным сном, так это то, что отвратную жидкость ей в рот заливала черноволосая девушка, которой помогал светловолосый молодой человек. Из их разговора, она поняла, что девушку зовут Виола, или коротко Ви, как частенько её называл парень по имени Данте. Невозможно было сказать, что именно им было надо от Эллианы, но одно было ясно как день – они не собирались давать ей очнуться.

Пару раз, она пыталась воспротивиться свежеприготовленной порции зелья, но была с лёгкостью обездвижена и силой опоена. Также невозможно было притворяться спящей. Отвар вливался по расписанию, невзирая на то, спала она или нет. На данный момент она насчитала двенадцать порций, и была уверена что, то был далеко не конец.

Хоть возле неё ничего особого не обсуждалось, ей всё же удалось разобрать разговор молодых пленителей вдалеке. Они задавались вопросами. А именно: кто она? Как её зовут? И разумеется, какова её связь с Риаллским дворцом и Милой? Однако у неё самой ничего не спрашивали. Но то и было понятно. Ведь они боялись её. А если быть точнее – боялись её дара.

Им было невдомёк, что именно этот необычный дар, привёл её к Миле.

«Мила…» – подумала она, а может и прошептала. Трудно было сказать с уверенностью, находясь в бесконечной полудрёме.

Та приводила её в самые странные и отдалённые уголки памяти.

В одном из таких странствий, Эллиана добралась до самого раннего её воспоминания. Оно было неточным и больше напоминало отрывки, нежели полноценный рассказ. Она даже не была уверена в том, было ли то настоящее вспоминание, или же плод её воображения. Однако что-то подсказывало ей, что всё так и случилось.

Тогда ей было около пяти, и она прозябала на грязных серых улочках холодного полуострова Мурок. В тот день всё было как обычно и ничего не предвещало перемен. Проснулась она рано, и была отослана матерью к соседке за свежим молоком для своих братьев и сестёр. Поручение было простым и понятным, а главное привычным. До сих пор она отчётливо помнила утренний мороз, кусающий её голые коленки, и старающийся изо всех сил проникнуть под дырявый полушубок. Как же сильно стучали её зубы в то утро…

Пробравшись по скрипучим сугробам к дому соседки, она обождала в тёплой прихожей, пока та наполнила крохотное ведёрко парным козьем молоком, и отблагодарив добрую старушку, вновь вышла на ненавистную ей стужу.

Возвращаться домой всегда было сложнее, ведь в руках она несла драгоценную ношу. Не принеси она ведро в целости и сохранности, её бы строго наказали отсутствием завтрака, а возможно и обеда. Наказание было частым, и повзрослев, она не могла не задаться вопросом: не могло ли это быть, по причине того, что еды в доме попросту не хватало для всех?

И вот, когда Эллиана уже подходила к обветшалому дому, она заметила чёрную карету у входа. Вороновые жеребцы, запряжённые в неё, стучали копытами и фырчали, от чего из их раздутых ноздрей вырывались клубы пара. Тёмный цвет экипажа, однако не скрывал его роскоши. Никому в Муроке не было по карману нанять подобную красоту, а потому Эллиана поспешила в дом, дабы узнать, кто же пожаловал к ним в гости.

Тихонько отворив дверь, она заглянула внутрь. За широким столом восседала вся её семья: мать с новорождённой сестрёнкой на руках, отец, два младших брата, и совершенно непохожая на неё сестра двойняшка, которая хоть и была одного с Эллианой возраста и роста, едва ли могла связать два слова.

Напротив же восседала незнакомка. Её одежды были так же черны как экипаж, в котором она приехала. Лицо её скрывала плотная вуаль, а руки были затянуты в ажурные перчатки. За её спиной стоял человек, от одного вида которого, у Эллианы побежали по спине мурашки. Его тёмный силуэт, казалось, нависал над присутствующими, не предвещая ничего хорошего. Хотя может всё дело было в его широком капюшоне и мантии, делающей его похожим на бесформенное чудище?

Приоткрыв дверь шире, Эллиана неосознанно выдала себя, когда ветхие петли заскрипели. Взгляды незамедлительно устремились на её маленькую фигурку и от волнения, она выронила драгоценное ведро из рук. Звук разлившегося по полу молока был оглушительным в наступившей тишине.

– Ой! – воскликнула она, прикрывая ладонями рот. – Прости меня, мамочка. Я всё уберу!

– Не надо, дитя. – спокойно сказала незнакомая дама, поднимаясь из-за стола и медленно приблизившись к перепуганной Эллиане.

– Нет! Я должна… – попыталась она отстраниться и схватить тряпку в углу.

– Ты больше ничего не должна делать здесь, дитя. – всё так же спокойно сказала дама. – Ты отправляешься со мной в путешествие.

Понимание того что происходит, давалось с трудом её несчастному детскому разуму. Она вопросительно уставилась на своих родителей, но те лишь потупили свой взгляд.

– Но… куда? – пролепетала она.

– В дальние края. Поверь, тебе там будет куда лучше чем здесь. Я дам тебе красивые платья и столько игрушек, что голова закружится! Ты будешь счастлива там.

– Но, я не хочу… Мамочка? Скажи этой тёте, что я не хочу. Я хочу остаться с тобой…

Слова были прерваны рукой дамы, коснувшейся её хрупкого запястья. Худые пальцы сомкнулись вокруг него и потянули за собой на улицу.

– Нет! Нет! Я не хочу! – закричала Эллиана, вырываясь что было сил.

Но что могла сделать пятилетняя, костлявая девчушка? Она упиралась пятками в промерзшую землю, но от этого не было никакого толка.

– Расплатись с ними. – холодно бросила дама своему таинственному спутнику, продолжая тянуть хнычущую девочку к экипажу.

Тот достал из внутреннего кармана увесистый мешок, что со звоном ударился о кухонный стол, после чего энергично прошагал вслед своей госпоже.

«Меня продали? – подумала девочка. – Но как же так?»

– Мамочка! Папочка! – закричала она отчаянно, но всё было без толку.

Родители даже не подняли на неё взгляд. Они продолжали сидеть за столом, сверля глазами мешок с золотом.

Мужчина поднял её на руки и усадил в карету, перекрывая своим телом путь к побегу. Последнее что Эллиана видела, так это её стремительно удаляющийся дом, и фигурку сестры-двойняшки, выбежавшей на крыльцо.

А далее? Далее было долгое плавание в неизвестном ей направлении. Дама едва разговаривала с ней. Мужчина тоже оставался молчалив. Однако он накинул ей на плечи одеяло, что было уже куда больше чем сделала для неё незнакомка.

Дни девочки проходили в уютной каюте огромного корабля, а также в тишине и бесконечных раздумьях о том, куда же её везут? Ответ на этот вопрос, она получила не скоро. Плавание заняло по меньшей мере месяц. Эллиана помнила, как упала на колени, когда её ножки вновь ступили на твёрдую землю, раздирая коленки в кровь о причал.

Первое что она заметила, так это то что погода была куда теплее чем в Муроке, хоть и дождлива. Несмотря на то, что её полушубок промок, холод не пробирал до костей, как это было дома. Вокруг не было ни одной снежинки и ни единого сугроба, а горизонт был зелен, что было необычно для впечатлительной девчушки. Это было хоть небольшим, но успокоением, для ребёнка ненавидящего холод.

Затем последовало долгое путешествие в карете, по окончанию которого путники оказались перед самым настоящим замком. Ещё никогда прежде, ей не доводилось видеть таких больших строений. Серые камни возвышались к небу, а шпили пропадали в низких дождевых облаках. Бесчисленные окна и балконы, а также изваяния львов, привлекали внимание ребёнка, и заставляли её глаза распахнуться в изумлении.

Только вот это было всё, что ей довелось увидеть, перед тем как мужчина завернул её с головой в одеяло и поднял на руки.

– Будь тихой, дитя. – сказал он.

Слова прозвучали угрожающе и Эллиана не решилась перечить приказу. Она сжалась в клубочек и терпеливо ждала, когда одеяло наконец будет вновь открыто.

Её тайком пронесли в замок, и только после долгих виляний по коридорам, мужчина остановился и опустил её на пол. Хоть её ножки и коснулись пола, тьма всё ещё окружала её, и страшила новой неизвестностью.

– Мила, дорогая! – послышался голос дамы. – Ты не обнимешь матушку?

– Мама! – воскликнула девочка, после чего раздался звонкий смех. – А у меня есть для тебя подарок! Вот! Видишь? Это я нарисовала. Правда красиво?

– Очень красиво, доченька. А ведь у меня тоже есть для тебя подарок. Посмотри туда.

Только теперь Эллиана почувствовала, как одеяло на ней зашевелилось. Тонкие пальчики ухватились за края шерстяной ткани, случайно ткнув девочку в щёку, и наконец, свет просочился сквозь тьму, в которой она до сих пор прибывала.

Неожиданно для самой себя, она позабыла обо всех трудностях, что до сих пор пережила, как только её взгляд упал на очаровательное личико Милы. По виду ровесница, одетая в белоснежное платьице, она походила на сказочную принцессу. Сходство только усиливали длинные волнистые волосы собранные от лица серебряным ободком, и струящиеся по плечам и спине. Глаза большие и полные любопытства, блуждали по личику Эллианы, а пухлые губки изогнуты в полуулыбке.

– Это не подарок. Это девочка. – непонимающе пробормотала Мила.

– Не просто девочка. Она будет твоей лучшей подругой. – пояснила мать. – Ты ведь так часто жаловалась на то, что тебе не с кем играть.

Мила склонила голову на бок. Она, как и Эллиана, пребывала в замешательстве от сложившейся ситуации. Но видимо, решила не огорчать свою матушку и тихонько спросила:

– Как тебя зовут?

– Эллиана.

– Эл-ли-а…. Как сложно. А можно я буду звать тебя Элли?

Дождавшись робкого кивка, Мила расцвела от счастья. Она обвила худенькие ручонки вокруг шеи девочки и тепло обняла ту. Просто так. Без причины.

Девушка до сих пор помнила, как благодарна была той за такой радушный приём. Её объятье было словно бальзам для, покалеченной предательством родных и безразличием взрослых, души. Она вспомнила как уткнулась носом в хрупкое плечико своей новоиспечённой подруги и зарыдала. Сквозь свои собственные слёзы она различила тихий разговор дамы и её спутника, однако, его смысл она поняла куда позже.

– Думаете это разумно, госпожа? – поинтересовался мужчина.

– А что ты предлагаешь? Она – единственное, что может спасти мою дочь.

– Но как вы объясните её появление во дворце?

– Все думают что я была в монастыре. Скажу что она сиротка, которую я решила приютить…

Дальнейшие слова ускользнули от Эллианы. Её сон подходил к концу. Именно так это и бывало. Внезапно, без предупреждения, она начинала слышать голоса или звуки доносящиеся из реальности. Но на этот раз, то было не единственным, что она разобрала.

Качка. Она ощущала качку. Но почему? Неужели её везут куда-то? Судя по едва слышному стуку копыт, так оно и было. Но куда? Зачем? Приоткрыв глаза, ей удалось понять немногое. Только то, что она находилась в крытой повозке, скорее всего телеги, обтянутой светлой льняной тканью, а рядом с ней сидела всё та же черноволосая девушка что и раньше. Ярко зелёные глаза были прикованы к Эллиане, а на коленях сидел огромный белый ворон, которого она нежно поглаживала по мягким перьям.

– Бедняжка. Ты снова проснулась. – с жалостью произнесла Виола, перед тем как вытянуть из кармана на корсете бутылёк и залить его содержимое в рот, вяло упирающейся, Эллиане.

На этот раз сновидений не было. То ли от того, что доза была меньше, то ли потому, что со временем отвар переставал эффективно действовать, но девушка спала поверхностно. Она смутно слышала голоса сквозь полудрёму, а также ощущала частое подпрыгивание повозки. Они явно не ехали по проезжей дороге. Скорее всего то было поле, но судя по частому и громкому щебетанию птиц – они были в лесу.

«Зачем меня сюда привезли?».

Время тянулось в бесконечность. Ожидание было невыносимым, и Эллиана даже пожалела о том, что зелье не подействовало. Она мучилась многочисленными вопросами, то и дело всплывающими в её разуме. Самым наболевшим из которых было:

«Почему?».

Почему всё это происходило с ней? Её будто снова тянули в неизвестность, и бессилие испытанное в детстве, взыграло новыми красками. Однако теперь она была не ребёнок, и опасений было куда больше.

Девушка напряглась, когда, спустя несколько часов, повозка остановилась и Виола покинула её. Странно, но почему-то присутствие этой девушки стало чем-то привычным, и теперь ей было не по себе от мысли, что она осталась одна. Трели птиц стихли и Эллиана вслушивалась в окружающую её, зловещую тишину.

– Он не будет доволен нашему приезду… – задумчиво пробормотал Данте, спрыгивая с возницы, перед тем как удалиться.

«Он? Кто он?»

И снова тишина. Долгая. Настойчивая. Ровно до того момента, как что-то с грохотом врезалось в колесо, прямо над головой Эллианы. Если б она была в силах, то подпрыгнула бы от неожиданности. Удар был таким сильным, что послышался треск древесины, а после… Глухой стон:

– Да что же ты…? Я с миром пришёл. – протянул молодой человек.

– Только ли с миром, Ворон?

Девушка удивилась тому, насколько мягок был голос того, кто, как она подозревала, был причиной удара Данте о повозку. Ни капли волнения, ни капли раздражения. Только покой и собранность.

– Ну ладно, ладно… У нас есть к тебе просьба. – признался молодой человек.

– Я вам ничего не должен. Убирайтесь, пока я даю вам такую возможность.

– Не можем пока ты не согласишься нам помочь. – вклинилась черноволосая девушка, приседая, как поняла Эллиана, подле своего спутника.

– Миледи Виола, вы отрада для глаз. Однако ваш друг всё ещё не вызывает во мне тёплых чувств.

– Так, может, ты согласишься помочь мне?

– Нет.

Уверенный ответ не давал места для споров, но несмотря на это молодой человек поднялся на ноги и настойчиво зашагал к незнакомцу:

– Да подожди ты! Нам и вправду…

Договорить он не успел. Повозка снова затряслась, но на этот раз, удар был более глухой, а после послышался скрежет о материю. Будто кто-то отчаянно скрёб по ней сапогами.

– Отпусти его! – выкрикнула Виола, но это только добавило скрежет её собственных ног.

Заслышав задыхающийся хрип, Эллиана похолодела от страха. Что же это за человек, способный удерживать двух молодых людей навесу и при этом оставаться спокойным? В разуме предстало некое чудовище, огромное и уродливое, с гигантскими лапами и недюжинной силой. Только вот странно было, что его шаги только сейчас начали приближаться. Они остановились неподалёку. Девушка уже ожидала, что незнакомец прикончит её пленителей, но случилось нечто, на что ни он, ни она сама, не рассчитывали. Тела рухнули на землю, и незнакомец в недоумении пробормотал:

– Что за…? Что это?

Только теперь в его голосе послышалась малая доля удивления. Доселе беспристрастный тембр, слегка задрожал в непонимании:

– Что вы сюда привезли?

– Вот с этим… нам и нужна… твоя помощь… – прохрипел Данте. – Если ты хоть на секунду… прекратишь нас швырять – я всё объясню.

Как же Эллиане хотелось услышать это объяснение, но к сожалению, молодые люди и таинственный мужчина отошли от повозки, и она едва могла различить их голоса. Видимо ей просто не дано узнать, почему её держат под действием зелья? Зачем она им нужна? А главное: зачем её притащили в лес к этому дикарю?

– Мы понятия не имеем что она такое, но тебе следует быть осторожней. – вновь приблизился голос Данте, перед тем, как полог телеги приоткрылся и на закрытые веки девушки упал мягкий дневной свет.

Незнакомец заглянул внутрь, после чего довольно, словно кот, промурлыкал:

– Оставь свои опасения, Ворон. Я точно знаю, что она такое.

2

Как же этот человек понял, что она не спит? На этот вопрос было сложно ответить, но он догадался об этом спустя всего каких-то несколько секунд и запросил у Виолы ещё снадобья. Когда его ладонь приподняла затылок Эллианы, она не могла не отметить, как теплы были его ладони. Он осторожно, почти ласково, приоткрыл её губы и влил содержимое бутылька, после чего девушка наконец-то провалилась в затяжной сон.

Сновидений не было, зато были голоса, то и дело вырывающиеся из темноты мутного сознания. По началу то был голос Милы, нежно зовущий её по имени. Он был так далёк, но одновременно близок. Будто выплывая из глубины бездонного моря, он обвивал своей мягкостью и оседал рядом, словно та шептала ей на ухо. Наверное, причиной звуку было то, как сильно соскучилась Эллиана по подруге.

Они расстались пол года назад, когда Мила отправила её в Тауэрэл с поручением. Ещё никогда прежде, они не покидали друг друга на такой долгий срок. С момента как они встретились в первый раз, девушка могла на пальцах сосчитать дни, что они провели порознь, и теперь, желание вернуться в Риалл достигло своего апогея.

Она с удовольствием продолжила бы слушать завораживающий голосок, но у сновидения были свои планы на этот счёт. Зазвучали новые голоса. Голос отца Милы – Алистара, а также его жены – Леди Силии. Они в очередной раз спорили о чём-то. Иногда их ссоры заходили так далеко, что на следующий день, жена Лорда, восседала на своём троне подле мужа с вуалью на лице. Не трудно было догадаться, что именно таилось под ажурной материей, расшитой серебром. К счастью, его раздражение никогда не касалось Милы. По правде сказать, он, казалось, вовсе не замечал свою дочь. Учтивый кивок в коридоре дворца, или пожатие руки на день рождения, вот всё что можно было назвать «общением» между ними. Во всяком случае, так было вплоть до того момента, как Мила была в состоянии оказать своему отцу содействие в государственных делах, а также достигла возраста, когда её стало возможно выдать замуж за богатого вельможу.

Странно, но звуки ссоры сменились на крики о помощи. Эллиана не могла понять, кому те принадлежали, и принадлежали ли те человеку. Звук больше походил на раненное животное. Затяжной, хриплый вой звучал всё громче и громче, сводя с ума невозможностью избежать его. Оглушающий рёв пронизывал тело, вынуждая дрожать и выгибаться. Он удушал и подминал под себя всё живое, давя злобной массой на беспокойный разум.

И вот, когда Эллиане уже показалось, что она будет погребена под толщей невыносимого ора, её глаза резко распахнулись и встретились с ярко голубым взором мужчины, нависшего над ней. Она не могла двинуться, ровно как и была неспособна сделать вдох удивления. Пронизывающий взгляд миндалевидных очей изучал её лицо, будто Эллиана была некой диковиной, требующей пристального рассмотрения и она растерянно взирала в ответ.

– Вы проснулись. Хорошо. – коротко сказал мужчина, отстраняясь от её лица.

Она сразу узнала его голос. Этот мягкий и уверенный тембр, она не спутала бы ни с чем. То был мужчина, что напал на её пленителей ранее. Но кто он? Что ему надо? И что он так сильно пытался усмотреть в ней?

Вопросов была масса, но здравый смысл подсказывал, что открывать рот не следовало. Подать голос – значило завести разговор, а это было неразумно. Во всяком случае до тех пор, пока она не разберётся что к чему. Кто знает, что он попытается выведать у неё?

Она молча сверлила незнакомца взглядом, ожидая, когда в его руках появится злополучное зелье. Но к её удивлению, этого не случилось. Даже его внимание больше не касалось её лица. Оно переметнулось на глубокую тарелку на его коленях, от которой исходил пар, и судя по запаху, он помешивал некую похлёбку.

Уяснив для себя, что зелья не будет, Эллиана решила сосредоточиться на себе и своём состоянии. Она напряглась и попыталась сесть, но постигла неудачу, даже не выполнив и доли поставленной перед собой задачи. Непомерно тяжёлое тело, отказывалось выполнять её простые указания. Даже поднятие руки, казалось, невыполнимой задачей. Онемевшие конечности ныли от самого незначительного движения, и на секунду ей даже стало страшно, от мысли, что это навсегда. Девушка с усилием повернула голову на подушке, в попытке спрятать раздосадованное лицо, и поморщилась от резкой боли, пронзившей её затёкшую шею.

– Вам не следует двигаться, миледи. Вы провели в дрёме больше недели, а потому, вам нужно сначала набраться сил. – произнёс мужчина, будто предугадывая её желания. – Если вы позволите, я приподниму подушку.

Не дожидаясь ответа, он отставил тарелку на прикроватную тумбочку и вновь склонился над ней. Запах леса и полевых цветов, исходящий от него, окутал Эллиану плотным кольцом. Она вдохнула этот аромат полной грудью. Не от любопытства, а скорее от неожиданности. Такое отношение было для неё в новинку. Пока она росла во дворце Риалла, то стала чем-то вроде тени Милы. А оттого, к ней относились так же, как и к молодой госпоже. Никто не посмел бы и пальцем притронуться к ней, без её на то одобрения.

Его руки, однако, действовали уверенно, методично и без малейшей оплошности. Не было и намёка на вольность, а потому, Эллиана немного расслабилась. Приподняв её голову за затылок, как ранее в повозке, мужчина потянул подушку вверх, после чего просунул руку под лопатки девушки и одним лёгким движением переместил её повыше. Ни один мускул в его теле не напрягся, пока он выполнял эти нехитрые манипуляции. Хотя, как могло быть иначе? Незнакомец был втрое крупнее миниатюрной Эллианы.

Оказавшись полусидящей на узкой койке, она тут же ощутила головокружение, и если бы не тёплые руки приобнявшие её лицо, она несомненно упала бы в обморок. Голубые, словно небосвод, глаза, вновь окинули её изучающим взглядом.

– Если вам дурно, то у меня наготове есть ведро. Только скажите, и я подам его вам. – сказал он безучастно и вернулся на табуретку, стоящую вплотную к кровати.

«Каков хитрец. Это явно уловка, чтобы разговорить меня. Но не на ту напал» – угрюмо подумала Эллиана, и отвела взгляд, делая вид что не расслышала его.

– Как интересно. – задумчиво пробормотал мужчина. – Может, вы немая? Но вы же меня слышите, не правда ли, миледи?

«Идеально! – решила девушка. – Притворяюсь глухонемой, и всё! Никаких вопросов, никаких ответов. Просто замечательно!»

Не обращая внимания на его слова, Эллиана принялась осматривать помещение. Комната, в которой она находилась, была маленькой и чистой, хоть и небогато обставленной. Уют – вот слово что приходило на ум, оглядывая её бревенчатые стены. Никакой паутины, никакой пыли или грязи. А также, ничего лишнего. Узкая кровать, на которой восседала девушка, являлась наверное самым громоздким предметом мебели. Помимо неё, у дальней стены стоял низкий деревянный сундук с увесистым замком на крышке. Узоры лилий и солнца были выжжены на его поверхности, и этот странный орнамент, на какое-то время, привлёк её кропотливое внимание. Эллиана силилась понять, отчего тот казался ей таким знакомым. Будто она видела нечто подобное ранее, но хоть убей, не могла вспомнить где именно.

«Наверное мой разум играет со мной шутки после продолжительного сна» – решила она и переместила взгляд на пол.

Плетёный ковёр покрывал большую его часть. Нечто подобное было у её семьи в Муроке. Мастерить подобные вещи, было чем-то вроде традиции на том далёком полуострове, и к ним относились порой лучше, чем к родным детям.

От того что мысли вернулись к родным, Эллиана поморщилась и тряхнула головой. Ей не хотелось задумываться о таких «мелочах», как называла их Мила. К тому же, потеряв одну семью, она обрела новую. И что за обмен это был… Любая, на её месте, позавидовала бы перспективе проживания в роскоши и достатке. Так почему же в последнее время ей всё труднее убедить себя быть благодарной? Неужели на неё так сказывается расстояние разделяющее её с Риаллом? Разделяющее её с подругой…

– Не слышите, значит… – задумчиво протянул мужчина, тем самым напоминая о своём присутствии и вырывая девушку из мрака её мыслей.

Она вновь проигнорировала его слова, изо всех сил стараясь не смотреть в его сторону.

– Ну, может то и к лучшему. – ухмыльнулся он. – Разговоры не доставят мне особого удовольствия. А учитывая что вы недурна собой, я думаю что смогу придумать нам более интересное времяпрепровождение.

Глаза Эллианы расширились от его слов. Она молниеносно стрельнула взглядом в сторону хама и только увидев хитрый прищур его глаз поняла, какую оплошность совершила.

– Рад знать, что вы всё-таки слышите меня, миледи. – растянулся он в ленивой улыбке. – И я должен также признаться, что я в курсе того, что вы более чем способны говорить.

«Но… откуда?» – только успела подумать она, как он пояснил:

– Вы говорили во сне. Вернее, вы шептали одно и то же имя – Мила, если я не ошибаюсь.

«Вот тебе и глухонемая, Эллиана. Молодец!»

Заметив как нахмурились её брови, мужчина придвинулся ближе и почти шёпотом спросил:

– Вы тоскуете по ней, не так ли?

Тоскует? Разве так называется щемящее чувство в груди, нарастающее с каждым днём и сковывающее сознание? То была не тоска. То была острая необходимость, подобная воздуху или воде.

Несмотря на то что девушка отвела свой взгляд, незнакомец продолжил:

– Мне очень жаль, миледи. Однако ваше состояние не позволит вам вернуться в Риалл в скором времени, ровно как и обстоятельства пребывания в моём доме. Видите ли, мне было поручено… присмотреть за вами, если так можно выразиться.

«Значит он мой тюремщик. Я могла бы догадаться» – подумала она и сцепила пальцы на фланелевом одеяле.

К сожалению, руки были настолько слабы, что даже на это простое действие ей не хватило сил. Заприметив её затруднение, мужчина коснулся пальцами её запястья и приподнял её ладонь.

– Позвольте. – коротко бросил он, перед тем, как принялся растирать её затёкшую кисть. – Придётся немного потерпеть.

Кончики пальцев тут же неприятно закололо и девушка судорожно втянула воздух сквозь стиснутые зубы. Покалывание принялось расходиться дальше, поднимаясь от самых кончиков ногтей к фалангам, и далее. Но мужчина каким-то, почти мистическим, образом предугадывал направление этого неудобства и только тщательнее разминал скованные суставы. Спустя некоторое время он уже добрался до локтей и предплечий.

Его лицо не выдало ни единой эмоции, пока он описывал круги на нежной коже. Казалось, ему было привычно делать подобные вещи, и Эллиана, в который раз, не могла не задаться вопросом: кто он?

Внешность мужчины едва ли что-то выдавала. Даже его возраст оставался загадкой. Загорелое лицо было приятное, но не моложавое, с редкими морщинками в уголках глаз и парой морщин поглубже на высоком лбу. Плечи широкие, а осанка прямая. Простая льняная рубашка с закатанными рукавами, с трудом скрывала крепость его мышц, и ленивую кошачью грацию движений. Все эти качества указывали на то, что мужчине не более тридцати пяти, но вот глаза…

В них крылось что-то необъяснимое. Некая усталость, что не вязалась с его возрастом. Также настораживала его манера говорить. Он называл Эллиану «миледи» не имея на то каких-либо причин, да и вообще оставался предельно вежливым, чего было сложно ожидать от обыкновенного надсмотрщика.

– Вы на мне так дыру протрёте. – ухмыльнулся он, явно намекая на то, как девушка глазела на него. – Как теперь ваша рука? Лучше?

Она опешила от невольного осознания, что за своим наблюдением, она напрочь позабыла о неприятных покалываниях в затёкших конечностях. Но как же так? Неужели созерцание незнакомца для неё было куда важнее боли?

Потупив взгляд, она боязливо пошевелила пальцами. Движения теперь, на удивление, давались куда легче, но продолжая свою игру в молчанку, Эллиана не решилась произнести ни слова. Она даже не удостоила мужчину кивком, однако, тот, не обращая внимания, принялся за её вторую руку.

Привычное покалывание снова начало прокладывать свой путь вверх, но на этот раз, девушка была к нему готова. Перетерпев первые неприятные ощущения, она расслабилась и прикрыла глаза. Пальцы незнакомца, размеренно массирующие её кожу приносили облегчение, и вскоре Эллиана поймала себя на мысли, что наслаждается этими чувствами. Настолько, что губы приоткрылись для глубокого вдоха, когда тёплые ладони коснулись её предплечья. Прикосновения приносили покой не только её рукам, но и, казалось, разуму. Мысли, доселе мучающие своей беспорядочностью, ускользнули и затерялись в блаженной неге целебных поглаживаний. Постепенно, вместе с мыслями, растворилась комната, и даже сам мужчина. Остались только его ладони, легонько надавливающие на её локоть.

Но удовольствию не суждено было продлиться. Его пальцы отстранились, и Эллиана с досадой приоткрыла глаза.

– Вижу что вам лучше. – удовлетворённо кивнул незнакомец. – Теперь вам следует поесть. Но перед этим, мне следует вам разъяснить кое-то, миледи.

Он подвинулся с табуреткой ближе к изголовью кровати и наклонился к лицу девушки так, будто собирался рассказать ей некий секрет. Близость его тела смутила её, но решив не поддаваться глупой девичьей слабости, Эллиана горделиво вскинула голову и осталась неподвижно слушать мужчину.

– Итак. Могу вас заверить, что пока вы находитесь в этом доме – вы находитесь под моей защитой. Советую не покидать его ни при каких обстоятельствах в одиночку. Алгамский лес не место для прогулок. Если до вас не доберётся живность обитающая здесь, то без сомнения вы попадётесь в один из многочисленных капканов, расставленных браконьерами. Будь я на вашем месте, то поберёг бы свои ноги от подобной участи. Прошу, кивните если поняли.

Незнакомец замолчал в ожидании, но кивка, а уж тем более ответа, не последовало. Девушка оставалась непреклонна в своём желании не проронить ни слова, ровно как и жеста.

– Отмалчиваться неразумно. – покачал головой мужчина. – Хотя, какая мне разница? Это ваша жизнь. Если вы думаете, что я пытаюсь у вас что-то разведать, то вы ошибаетесь, миледи. Я не заинтересован в подобной ерунде.

«Зачем же тогда меня удерживать?» – нахмурилась Эллиана, и это не укрылось от взгляда незнакомца.

– Я вас не держу. – словно прочитав её мысли, сказал он. – Вы вольны уйти отсюда, когда пожелаете. Хотя, я повременил бы с этим до тех пор, пока вы не наберётесь сил.

Девушка повернула голову и бесстрашно всмотрелась в его лицо. Она старалась понять, говорит ли он правду? Однако его беспристрастное выражение, вряд ли могло поведать ей это. В нём не было ни жалости, ни злости. Ни малейшего намёка на его истинные намерения. Только в его голубых глазах, короткими вспышками, проблёскивал интерес, но то было так редко, что Эллиана уже подумала что ошиблась, и то было нечто иное, нежели любопытство к её непримечательной персоне.

– Вам следует поесть. – отстранился он, и выпрямился на табурете. – Советую вам не торопиться и есть медленно, а также воздержаться от добавки. Ваше тело не в состоянии принять пищу после такого затяжного голодания.

Мужчина кивком указал на похлёбку, что ранее помешивал, и поднялся на ноги. Только теперь девушка осознала как высок он был. Низкий потолок комнаты едва не касался его макушки, и ей в голову закрались опасения за свою безопасность.

«Уж лучше в лесу с дикими зверями, чем с этим верзилой в малюсенькой комнатушке» – подумала она, и поспешила отвести взгляд.

Незнакомец же безразлично хмыкнул и вальяжно прошёл к двери.

– Ах, да. Совсем забыл. – обернулся он на выходе. – Вы можете звать меня Локк, миледи. Это, конечно, на случай если вы всё же решитесь со мной заговорить.

Коротко кивнув, он молча покинул комнату и прикрыл за собой дверь. Щелчка замка или засова не последовало.

«Может он не лжёт, и я действительно свободна уйти когда и куда пожелаю? – подумала девушка, но тут же отмахнулась от этой мысли. – Нет. Это всё уловки. К чему было меня держать под действием снадобья так долго? Только чтобы привезти сюда и отпустить? Мне глупо надеяться на благородство людей схвативших меня. А уж тем более, благородство этого… Локка? Что это за имя вообще? Звучит как кухонная утварь…»

Покосившись на тарелку с похлёбкой, Эллиана всё же не смогла больше сдерживать свой голод. Она протянула дрожащие руки к еде и придвинула её ближе. Похлёбка была жидкой, и больше походила на бульон. Поводив деревянной ложкой по полупрозрачной жидкости и недоверчиво принюхавшись, она не заметила ничего необычного в скудном ястве и принялась за еду.

«Ну хоть готовит он вкусно…»

3

Онемение и отёки постепенно прошли, и спустя пару дней, Эллиана смогла наконец уверенно подняться с кровати. Во многом тому поспособствовали массирование суставов и разумеется скука, что начала одолевать девушку.

Первое что она сделала как встала на ноги, так это подошла к окну и всмотрелась в море деревьев, окружающих скромную хижину. Лес был нетронут ни временем, ни человеком. Густые заросли едва давали места для ходьбы путнику, и Эллиана начала переживать за то, что решила накануне. А именно – побег.

Даже если взять в учёт, что Локк был услужлив и вежлив с нею, она не могла поверить в бескорыстность его намерений. То было попросту невозможно. С чего бы ему брать на себя такую обузу, как она? Несмотря на его благодушное расположение к ней, его глаза оставались безучастными и холодными, и это тревожило её, ровно как и давало больше причин к недоверию.

Нет. Ей следовало бежать. Может пуститься одной сквозь тёмный лес и было рискованной затеей, но это казалось куда лучше, чем просиживание юбки в одном доме с подозрительным мужчиной.

– Рад видеть что вы поднялись с постели, миледи. – послышался голос за спиной, и Эллиана резко отвернулась от окна.

Уперевшись руками в подоконник, она горделиво выпрямила спину и окинула Локка вопросительным взглядом.

«Как такое возможно, что он всегда предугадывает мои мысли?» – удивилась она.

– Думал что вам пригодится это. – сказал он, и положил на кровать аккуратно сложенную, чистую одежду. – Вам наверное очень хочется переодеться. Я прав?

«Вот оно. Он снова пытается меня разговорить. Ну уж нет. Я не собираюсь отвечать ему» – отвела она взгляд.

– Я могу натаскать воды, если вы пожелаете помыться. – не унимался он, но от его слов, Эллиана только угрюмо скрестила руки на груди.

Любой на его месте, уже потерял бы самообладание, но, казалось, мужчину совершенно не трогали её поджатые губы и молчаливость. Единственной его реакцией на это, было пожатие плечей или едва заметная ухмылка. Вот и сейчас, он только отрешённо хмыкнул и покинул комнату, как ни в чём не бывало.

«Вот прицепился! Что же ему от меня надо? – задалась она вновь вопросом. – Что им всем от меня надо? Сначала была странная черноволосая девушка, потом её знакомый, затем странная птица, а теперь…»

Кем же был этот человек? Кроме его имени и того, что он был очень силён, она ровным счётом ничего о нём не знала. И даже эти вещи, она начала ставить под сомнение в последнее время. Ведь имя могло быть вымышленным, а его сила… Трудно было сказать наверняка, ведь она не видела ту воочию. Ударом о телегу могло быть что угодно. Да и к тому же, она находилась в полусне, когда это случилось. Как можно доверять таким нечётким воспоминаниям?

Подойдя к одежде, что мужчина оставил для неё, она не могла не согласиться с тем, что ей и вправду следовало переодеться. Она провела в своём простом льняном платье больше недели. Его предложение о ванне, было также стоящим, однако от мысли, что ей придётся мыться здесь, в его малознакомой хижине, в то время как он сам будет неподалёку, ей стало не по себе.

«Пока что сойдёт и смена одежды. Помоюсь, когда окажусь подальше от этого места» – решила она и принялась расшнуровывать своё одеяние.

Пальцы плохо слушались, но всё же она справилась с поставленной задачей и вскоре стояла в чём мать родила посреди крохотной комнатушки. От свежей одежды исходил тот же запах что и от её надсмотрщика. Лёгкий аромат цветов и леса, а также чего-то ещё. Едва уловимого, но приятного.

«Перестань обнюхивать что попало, глупая. Лучше побыстрее прикрой свой голый зад» – проворчала она сама себе и потянулась к брюкам из плотной материи.

Озадаченно повертев в руках безразмерные бриджи, Эллиана выдохнула с облегчением, когда заприметила широкий пояс, что Локк заведомо оставил для неё. Рубашка также была велика, но на данный момент, девушку едва ли интересовали мода и внешний вид, хотя она и успела отметить, что под таким одеянием, её без того маленькая грудь, была едва заметна. Подвернув рукава и обмотав пояс-шарф потуже на талии, она отбросила растрепавшиеся рыжие локоны с лица и уперла руки в бока.

«Интересно, что бы сказала Мила, увидь она меня сейчас? Эдакая разбойница с большой дороги».

Однако такой вид имел свои плюсы. Ей будет куда легче пробираться сквозь густой лес в брюках, нежели в лёгком платье, подол которого то и дело путался бы о сучки и коряги. Теперь только волосы оставались проблемой, нуждающейся в решении. Оглядев скромные покои, в попытке найти некую ленту или хотя бы кусочек верёвки, Эллиана прокляла Локка за порядок его дома.

Подойдя к сундуку на полу, девушка присела и провела пальцами по замысловатому узору на крышке. Память бунтовала и упорно твердила ей о том, что тот был до боли знаком.

«Отчего бы это? – задумалась она, перед тем как дёрнуть за замок. – Разумеется он закрыт».

Переведя взгляд к кровати, она решила попытать счастье в тумбочке, и к своему недовольству обнаружила, что та была почти пуста. Пара пергаментов, чернильница, перо, а также несколько свечей – то было полная перечень содержимого крохотного ящика.

«Неужели у этого мужчины нет ничего, что могло бы сойти за ленту для волос?»

На секунду она даже подумала пойти и спросить у него самого, но быстро отмахнулась от глупой идеи. Вместо этого, она снова оглядела содержимое и взяла в руки новёхонькую свечу. Повертев её в руках, девушка крепко ухватилась за фитиль и потянула за него что было сил, высвобождая тот из застывшего воска.

«Сойдёт» – удовлетворённо кивнула она.

Орудуя одними лишь пальцами, Эллиане удалось распутать большую часть колтунов, и заплетя волосы в тугую косу, она ловко перевязала её недавним фитилём.

«Так-то лучше».

Но что теперь? Если бы не Локк, находящийся в хижине, она уже отправилась бы в путешествие по Алгамскому лесу, но к сожалению, с этим придётся повременить до вечера. Именно тогда, перед наступлением тьмы, мужчина покидал дом и отправлялся в неизвестном направлении. Суть его уходов, являлась загадкой, но одно было ясно – он делал это каждый вечер. Возвращался Локк обычно через пару часов после наступления тьмы. Признаться это было немного странно со стороны надсмотрщика – оставлять свою пленницу одну, но девушка обосновывала это тем, что скорее всего, он рассчитывал на её благоразумие. Ведь только сумасшедшей придёт в голову бродить по лесу в темноте. Однако Эллиана оставалась непреклонной в своём решении сделать именно это.

Стук в дверь заставил её подпрыгнуть от неожиданности:

– Вы переодеты, миледи?

«Вот он неугомонный! Знает же, что я с ним не разговариваю!» – вспылила она и схватив платье, швырнула то о стену.

Дверь в ответ отворилась, и взор мужчины упал на скомканную материю на полу. Его губы изогнулись в едва заметной улыбке, а бровь приподнялась.

– Вижу что не ошибся. – ухмыльнулся он и перевёл взгляд на Эллиану, что всем своим видом выражала своё недовольство.

Его глаза внимательно изучили облик девушки, задержавшись ненадолго на талии, перевязанной поясом, после чего Локк одобрительно кивнул.

– К сожалению у меня нет подходящих вам сапог. – развёл он руками.

«Я и без сапог отсюда убегу» – поджала она губы.

Туфли на её ногах хоть и не были самой удобной обувью, но зато были плотными настолько, чтобы не разодрать себе ноги в кровь. Однако, мужчина вновь, будто, прочитал её мысли и склонил голову на бок. Задумчивый вздох, был скорее схож с порицанием её идеи, но словесного укора не последовало.

– Вы голодны? – спросил он безучастно, и похоже, уже не рассчитывая на ответ.

Казалось он начал смиряться с её молчанием. Паузы, что ранее тянулись, перестали обременять своей продолжительностью.

– Если так, то вам придётся самой наложить себе еду. – бросил он и покинул комнату, оставляя дверь открытой.

Эллиана не ожидала такого поворота. Она озадаченно смотрела ему вслед с минуту, и только тогда сделала робкий шаг к порогу. Выглянув в узкий коридор, она боязливо оглядела обстановку. Ничего особенного. Всё те же бревенчатые стены, тяжёлая дверь в конце, и два проёма по бокам. За одним из них была, по виду, гостиная.

Камин весело потрескивал от огня, разведённого в нём недавно. Ковёр из медвежьей шкуры, расстеленный перед ним, показался таким мягким, что Эллиана едва подавила желание дотронуться до него. Широкое кресло вместило бы четверых таких как она. Узкий диван, однако, не уместил бы и двух. Пара полок с книгами поразила чистотой. На них не было и пылинки.

«Либо он любит читать, либо протирает их от скуки» – подумала она.

В общем и целом, обстановка была скромной, но уютной.

А вот кухня, что находилась за вторым проёмом, была совсем другим делом. В ней был беспорядок, какого девушке ещё не доводилось видеть прежде. Горы грязной посуды были небрежно составлены на столе, шкафу и даже на полу. Первое что прозвучало, когда Эллиана переступила порог, так это грохот поварёшки, которую она случайно пнула через всю кухню.

«Вот это да! Не ожидала такого свинарника, от мужчины, что так заботится об остальном доме».

Осторожно проложив дорогу к кипящему на огне котелку, девушка заглянула внутрь, и была приятно удивлена. Рагу источало манящий аромат, от которого в животе заурчало, а глаза моментально принялись искать чистую тарелку. С трудом найдя таковую, Эллиана наложила в неё яство, и принялась нетерпеливо дуть на неё и помешивать. От такого ответственного занятия она позабыла главное:

«Где же Локк?»

Казалось она осталась одна в доме. Но ответ не заставил себя долго ждать. Из-за окна послышался глухой стук, и она подошла поближе, дабы узнать причину. Та была банальна, но в то же время неожиданна.

Чуть в стороне от хижины возвышалась поленница, но не она привлекла пристальное внимание девушки, а тот кто был перед ней. Надсмотрщик без рубашки был определённо интересным зрелищем. Не то чтобы ей не доводилось прежде видеть мужское тело, но такого?

Крепкая спина сгибалась с каждым ударом топора, от чего упругие мышцы напрягались под загорелой кожей, и Эллиана невольно сглотнула. Она неосознанно проследила взглядом дорожку от его поясницы, покрытой, поблёскивающими на солнце, редкими капельками пота, к широким плечам и задержалась ненадолго на крепкой шее. Кошачья грация этого мужчины поражала её и раньше, но вот теперь, она приобрела новый характер. Странная смесь неловкости и очарования разлилась по телу девушки. Даже если бы она хотела, то вряд ли смогла отвести глаза от Локка.

«Ну и чего же ты уставилась, дурочка? Он всего лишь мужчина» – заныла гордость, но вот у любопытства было своё мнение на этот счёт.

В его теле не было ни одного изъяна. Сильное, но в то же время гибкое, оно внушало восхищение, и девушка закусила губу, в попытке разглядеть каждую деталь, открытую её взору. За своим изучением, она даже не заметила, что мужчина замер, а когда поняла – было уже поздно.

Лёгкая усмешка на его лице была устремлена в её сторону и Эллиана выронила тарелку из рук. Не придумав ничего лучше, она юркнула под подоконник в попытке спрятаться от своего стыда, но вот только такая попытка была явно тщетной. Щёки запылали от смущения, разливаясь жаркой волной далее, казалось, доходя до самых кончиков волос. Не зная как избавиться от этого состояния, и не желая встречаться с Локком лицом к лицу, она бросилась со всех ног в свою комнату и плотно закрыла за собой дверь.

И то было как нельзя кстати, потому что входная дверь отворилась и шаги её надсмотрщика заслышались в коридоре. Они остановились на несколько мгновений у порога кухни, а после прошли в гостиную. По полу что-то ударило. Скорее всего, то были наколотые им дрова.

«Ну ты даёшь, Элли! Шпионка из тебя ещё та. Да и зачем ты вообще глазела на него? Неужели больше заняться не чем? Лучше подумай о том, как выбраться отсюда поскорее» – ругала она себя, заламывая трясущиеся ладони.

Голод прошёл сам собой и не дал о себе знать до самого вечера. Всё это время, девушка провела в раздумьях о побеге и ожидании ухода Локка. И вот, когда долгожданный момент настал, она поднялась с кровати и крадучись покинула хижину.

Задержавшись на крыльце, Эллиана убедилась в том, что мужчины не было поблизости, и в последний раз, обдумала своё решение. Хоть её и страшила неизвестность густых зарослей, раскинувшихся перед ней, всё же, она решила не терять времени и просто шагнуть навстречу возможному спасению.

«Главное не останавливайся» – твердила она себе, пока продиралась сквозь кустарники и петляла по медленно погружающемуся в темноту лесу.

Огибая овраги и пригибаясь от низких веток, нависающих над ней словно орлиные когти, девушка брела в направление, которое казалось ей правильным. Но вот только чем дальше она забиралась, тем меньше уверенности чувствовала. Шорохи и шелест листвы, то и дело, разрушали тишину, напоминая о том, что она ступила на чужую территорию. Тайна того, что могло скрываться за очередным кустарником, пугала её. Однако, теперь было поздно поворачивать назад. В любом случае, она едва ли смогла бы найти дорогу, по которой пришла.

Постепенно, темнота взяла верх. Окружение стало мрачным и зловещим, ускоряя тревожный стук сердца в груди. Ветки царапали кожу, а ноги натыкались и запинались о многочисленные коряги и разросшиеся корни.

«Это была ужасная идея» – наконец поняла Эллиана.

Она застыла на месте в попытке решить, куда же ей идти дальше. Но неподвижность оказалась куда хуже неловких шагов, какими она двигалась ранее. Странно, но более всего, она чувствовала обиду. Обиду на саму себя за абсолютную непригодность в подобной ситуации.

Приложив ладонь ко лбу, она смачно выругалась, полная готовности принять своё безоговорочное поражение, как заприметила слабый огонёк вдали. Необычный голубой свет приближался, танцуя между деревьев. Однако, то не было незнакомое ей свечение. Когда-то давно, в детстве, она уже видела нечто подобное. Маленькое создание, напоминающее светлячка, закружило вокруг неё и направилось в сторону. Оно задержалось, словно ожидая Эллиану, приглашая следовать за собой. Отчасти, она понимала, как глупо было двинуться за этим существом, но с другой стороны, что ещё ей оставалось?

Пройдя шагов двести, следуя попятам немого проводника, она оказалась на крохотной поляне и перевела дух. Светлячок двинулся дальше, но на этот раз, иной свет вызвал интерес девушки. Жёлтый и близкий к земле.

«Костёр?» – удивилась она и сделала шаг в ту сторону, откуда меж деревьев пробивалось мягкое пламя.

Существо, будто, заприметив её движение вернулось, и принялось вновь описывать круги вокруг её ног, словно в попытке остановить Эллиану.

«Ну уж нет. Костёр – значит люди. Может, они помогут мне?» – отмахнулась она от настойчивой букашки и продолжила свой путь.

Не спуская взгляд с красноватого зарева, девушка крадучись подбиралась ближе, но тут…

Если ночное время и не разбудило живность хмурого леса, то её крик сделал это наверняка. Ногу зажало в тисках капкана с недюжинной силой, а от удара, с каким они захлопнулись, послышался леденящий кровь хруст. Эллиана упала на землю и отчаянно потянулась к зубцам сжавшим щиколотку, однако, это было бесполезной затеей. Боль не давала ей думать трезво, а руки отказывались действовать разумно. Пальцы попросту соскальзывали с обагрённого теплой кровью металла. Страх, завладевший дрожащим телом, сжался крепким комком в груди. Лихорадочное дыхание и стук сердца в ушах, вот и всё, что разбирала девушка, из глаз которой потекли слёзы.

– Так-так! Что же это за зверь такой? – послышался хриплый голос из-за деревьев, и страх мгновенно перерос в неприкрытую панику.

4

– Судя по шёрстке – лисичка нам попалась. – рассмеялся один из мужчин, обнажая шаткий ряд гнилых зубов.

Их было трое. Они вальяжно ступали в сторону Эллианы, которая едва могла видеть их лица в полутьме. Свет исходящий от костра неподалёку, освещал ровно столько, что она могла увидеть их тёмные силуэты. Слёзы застилающие глаза также не делали ей услуги, а боль продолжала сводить с ума.

Один из мужчин присел подле неё и ухватив грязными пальцами за подбородок, бесцеремонно покрутил лицо девушки.

– А глазки-то, как у косули. – прошипел он так близко, что она покривилась от запаха его дыхания.

Рука скользнула к ноге, зажатой в тисках капкана.

– Попалась, значит? – пробормотал он с издевкой в голосе. – Что думаете, парни? Нужна нам подобная добыча?

Хохот эхом прокатился меж деревьев и осел в перепуганном сознании. Однако боль снова стёрла всё вокруг, когда мужчины потянули за металлические зубцы, впивающиеся в хрупкую лодыжку. Послышался хруст, и сложно было сказать наверняка, что именно издало такой ужасающий звук. Но утешало уже то, что громоздкая конструкция отпустила её, объятую жаром, конечность. Кровь хлынула из раны с новой силой, заливая траву багряной, липкой жидкостью.

В глазах девушки потемнело, но она не собиралась поддаваться нахлынувшей на неё слабости. Крепко сжав зубы, она подняла решительный взгляд на, как ей казалось, главаря, который продолжал наблюдать за её лицом и облизывал пересохшие губы.

– Вы только посмотрите! А в зверьке всё ещё теплится жизнь. – рассмеялся он снова. – Что же нам с тобой теперь делать? Мы тебя высвободили. Нам теперь награда причитается, не так ли?

«Награда? Разве похоже что у меня есть деньги?» – успела подумать Эллиана, но тут же поняла, что именно имел в виду мужчина.

Его рука очертила изгиб её бедра и проследовала к груди:

– Плоская, но нам это не помешает, да парни?

«Ну уж нет!» – пронеслось в её разуме и она с силой оттолкнула его ладонь.

Только это не предотвратило стремительной пощёчины, откинувшей голову девушки назад. В глазах замерцали огоньки, а мысли спутались, и ей пришлось напрячься, чтобы вновь встретиться с главарём, полным ненависти взглядом.

– Ты смотри-ка, какая кусачая. Ну ничего, это ненадолго.

С этими словами он ухватился за ворот её рубашки и потащил девушку за собой, по застланной сухими ветками земле, поближе к костру. Раздробленная лодыжка удерживала её от сопротивления, однако, она всё же вцепилась ноготками в его пальцы так сильно, что те чуть не выпустили ворот из своей хватки.

– Да она всё равно что дикая кошка! – рассмеялись мужчины, наблюдающие за тем, как скривилось лицо главаря.

– Да. Придётся её сначала научить уму разуму. – проворчал тот в ответ и швырнул Эллиану на пыльное одеяло подле костра.

Удар ногой под дых последовал незамедлительно. Вздох прервался на середине, от резкого и увесистого пинка. Было невозможно даже простонать. Всё что смогла Эллиана, так это сжаться в комочек и глотать воздух губами, даже несмотря на то, что тот не проходил в сдавленные лёгкие. И вот, как только ей это почти удалось – новый удар. На этот раз тот пришёлся по рёбрам. А затем ещё один, да такой сильный, что во рту почувствовался металлический привкус крови.

– Ну что, успокоилась? – злорадно прошипел главарь, склоняясь к искажённому болью лицу. – Будешь паинькой?

Втянув воздух полной грудью, Эллиана с усилием подняла голову и мужчина не успел увернуться от резкого, красного от крови, плевка.

– Дрянь! – взревел он, словно медведь и сдавил её горло широченной ладонью. – Ты за это поплатишься!

Затылок был беспощадно ударен о землю, да так сильно, что зубы лязгнули. Тело главаря навалилось на неё, обездвиживая своей тяжестью. Колено с силой раздвинуло ноги, а руки ухватились за её брюки, и, одним движением, разорвали плотную ткань.

– Что встали? Держите её! – выкрикнул он своим дружкам, приподнимаясь и растягивая шнуровку своих штанов.

Однако, как только подельники навалились коленями на её запястья, и девушка уже начала думать, что, то был конец и ей не видать спасения, послышался тихий смех. Тот донёсся из чащи и привлёк внимание всех, включая самого главаря. Он молниеносно поднялся на ноги и повернулся в сторону, откуда прозвучал ехидный звук.

– Кто там шляется? – выкрикнул он, хватая нож, закреплённый на поясе.

Тишина окружила поляну. Треск костра стал невыносим для слуха, пребывающего в ожидании. Лес стих и нечто зловещее окружило мужчин. Волосы на их затылках зашевелились и в груди всё затрепетало.

– Покажись! – уже менее уверенно прокричал главарь.

Один из разбойников отпустил руку Эллианы и дрожащим голосом выдохнул:

– Это духи! Правы были мужики в деревне, когда нас предупреждали… Надо было послушать.

– Заткнись, дубина! Никаких духов тут нет!

Но вот только несмотря на его заверение, из чащи вновь послышался еле слышный смех, и на этот раз, тот показался девушке знакомым. Она устремила невидящий взгляд на деревья и замерла, подобно мужчинам, в ожидании.

Странный рокот прокатился по земле, а затем, словно морская волна, пыль и грязь поднялись и опрокинули мужчин на спины. Опавшая листва и обломанные ветки, вихрем закружились вокруг перепуганных браконьеров, хлеща тех по лицам и прерывая их попытки подняться на ноги. Полено выскочило из костра и ударило главаря в висок, относя того дальше от Эллианы. Крики и стоны оглушили своей протяжностью, отчего мурашки пробежали по трясущимся плечам.

Но несмотря на переполох, поднявшийся вокруг неё, она изо всех сил продолжала всматриваться в лесную чащу. И наконец, она уловила краем глаза некую фигуру. Высокий и крепкий силуэт мужчины, чьи глаза светились в темноте, тем же голубым светом, что и светлячок ранее. Его руки были распростёрты, а ноги расставлены на ширине плеч.

«Локк?» – удивилась она.

То и вправду был он. Сделав пару шагов в сторону поляны, он опустил руки и вихри затихли, повинуясь немому приказу.

– Надеюсь я не помешал вам, господа. – лениво протянул он.

– Ты кто ещё такой? – прохрипел главарь, отплёвываясь от пыли.

– Всего лишь егерь этого леса. – улыбнулся мужчина. – И должен сказать, что ваша деятельность, вызывает во мне беспокойство.

– Ты что, Ифер? – выдохнул кто-то за спиной Эллианы.

Она и сама задавалась тем же вопросом. Однако она также понимала, что такое было попросту невозможно. Иферы не могут пользоваться своей силой возле неё. Ведь то был её дар… Её проклятье… Отнимать силу Иферов. Как же он может пользоваться своей?

Локк перевёл свой взгляд на неё и едва заметно ухмыльнулся.

– А какая вам разница, кто я? – сказал он браконьерам, не сводя глаз с испуганного лица Эллианы. – Итог для вас будет одинаков…

Светящийся в темноте взор угрожающе сузился и, предварительно отойдя подальше от девушки, мужчина хлопнул в ладони. Корни восстали из земли и обвились вокруг ног браконьеров, поднимая тех в воздух. Словно громадные щупальца, они затягивали вырывающиеся тела в крепкие кольца и сжимали с недюжинной силой, пока стоны и крики не смогли больше покинуть посиневших губ.

Эллиана с ужасом взирала на происходящее. Впервые в своей жизни она видела силу Ифера такого масштаба. То было не просто поднятие камешка с земли, то было нечто мифическое. Сродни тому, что она читала о силе Древних. Но как такое могло быть реальностью?

Однако невзирая на то, через что ей пришлось пройти всего несколько минут назад, её нутро противилось мысли о том, что эти люди погибнут от рук Локка. Она поймала на себе его взгляд и покачала головой в знак протеста, призывая его отступить, но вместо осуществления её просьбы, он только сжал руки в кулаки и послышался посмертный хрип одного из браконьеров.

«Нет… Так нельзя!» – стрелой пролетело в помутнённом разуме.

Одно дело, приговорить кого-то к смерти, после правого суда, но это…? Это беззаконие и попросту убийство, а потому девушка не могла стоять в стороне.

Вытянув руку в сторону Локка, Эллиана напряглась. Энергия покинувшая её ладонь, со свистом рассекла воздух и ударила того в грудь. Его глаза тут же перестали светиться и он припал на колено, а корни рухнули на землю, выпуская из своей хватки едва живых разбойников.

Тяжело дыша, мужчина поднял на девушку раздражённый взгляд. Не надо было быть прорицателем, чтобы понять смысл и причину.

– Это было глупо, миледи. – угрожающе прошипел он, подходя к всхлипывающей Эллиане.

Только вот она не собиралась оправдываться перед ним. Сжав челюсть, она гордо вскинула голову и встретилась с его, полными осуждения, глазами. Немое противостояние, казалось, растянулось в часы, хоть и прошло всего несколько секунд. И теперь, она увидела сущность этого мужчины ясно, как день. От галантного и услужливого надсмотрщика не осталось и следа. Вместо него, перед ней возник жестокий и опасный человек, которому насилие и зло этого мира, не было в новинку.

«Что же надо повидать, чтобы окаменеть, подобно ему?» – задалась она вопросом, но, разумеется, не озвучила его.

Заметив рану на ноге девушки, Локк проворчал что-то неразборчивое на древнем языке и сгрёб Эллиану на руки. Он прижал её к своей груди и молча направился прочь от костра, уверенно направляясь в тьму лесной чащи.

Странно, но несмотря на то, что она успела понять о нём, Эллиана не испытывала страха. Она устало уложила голову ему на плечо и прикрыла глаза, в попытке отвлечься от боли в изуродованной щиколотке. Тепло его тела обволокло, а запах полевых цветов закрался в ноздри, успокаивая и настаивая на том, что всё будет хорошо.

5

Эллиана была внесена в хижину и уложена на кровать. За всё время, что Локк нёс её по лесу, он не произнёс ни слова. Его сосредоточенное лицо, оставалось холодно, даже когда он изредка кидал взгляд на её израненную ногу.

Подобная рана не предвещала ничего хорошего, и они оба знали это. В лучшем случае девушка останется хромой на всю оставшуюся жизнь, в худшем, она останется и вовсе без ноги.

Оставив её ненадолго одну, Локк вернулся в комнату с полотенцами и кувшином кипятка в руках. Положив свою ношу на пол он потянулся к своему сапогу и достал блестящий, серебряный клинок. Эллиана напряглась, когда острие приблизилось к её животу, но мужчина безучастно бросил:

– Расслабьтесь, миледи. Так надо.

После увиденного ею в лесу, она прекрасно понимала, что ему не нужен нож, дабы навредить ей, но также, его жестокий выплеск не внушал ей особого доверия. Однако боль, теперь разлившаяся по всему телу, убеждала её поддаться и не перечить человеку, который возможно, если повезёт, сможет ей помочь. Откинув голову обратно на подушку, она отвела ладони от пояса, и Локк, не теряя ни секунды, принялся срезать его, умелыми и точными движениями. Когда тугой шарф, обмотанный на талии девушки, разошёлся под снующим по нему лезвию, мужчина ухватился за края рубашки под ним и потянул ту вверх. На вопросительный взгляд Эллианы, он только коротко пояснил:

– У вас кровь хлынула изо рта, когда вас избивали. Я должен убедиться, что ваши рёбра в порядке.

Откинув подол рубашки на грудь девушки, он не теряя времени коснулся оголённой кожи кончиками пальцев. Пробежав ими по плоскому животу, он, не сводя взгляда с лица своей подопечной, пару раз надавил на места, где уже наливались громадные синяки.

– Хорошая новость, ваши внутренности кажутся в порядке. Теперь рёбра. – произнёс он, перед тем как приложить к ним широкие ладони.

Лицо девушки тут же исказила гримаса боли и она шумно втянула воздух.

– Потерпите. – снова сказал он, и отняв руки на некоторое расстояние, прикрыл глаза.

Сквозь сомкнутые веки прорезалось то самое голубое свечение, что Эллиана видела раньше. Его пальцы медленно задвигались в воздухе, словно он старался нащупать нечто невидимое. Только после того, как послышался лёгкий хруст и её грудь свело от боли, она поняла, что он делал.

«Неужели он использует свою силу, чтобы выправить мне кости?» – ужаснулась она.

В страхе за то, что могло последовать, она схватила его за рукав и прервала тем самым неизвестное ей колдовство.

– Терпите, миледи. – в который раз повторил он монотонно. – Если вы будете продолжать мешать мне спасти вашу жизнь, я буду вынужден привязать вас к кровати.

Тяжело сглотнув, она сделала усилие, чтобы взять под контроль свой мечущийся разум, но страх и боль, вытесняли логику. Только когда его тёплая ладонь накрыла её пальцы, оторвала их от своего одеяния и ободрительно сжала их, она почувствовала хоть небольшое, но успокоение. Мужчина придвинул своё лицо к её так близко, что его дыхание коснулось похолодевших щёк.

– Я знаю, что вы не намерены разговаривать со мной, а потому – слушайте. Вы можете потерять жизнь, миледи. В ваших интересах дать мне помочь вам. Но я не могу это сделать, если вы будете препятствовать каждому моему движению. – отчеканил он тоном, подходящим на смесь солдата и лекаря. – Ваше ребро было только слегка смещено и давило на лёгкое. Теперь оно в порядке. Я планирую заняться осмотром вашей ноги. Буду благодарен, если вы позволите мне это сделать без помех.

Холодность его голоса действовала двояко. С одной стороны было хорошо, что хоть кто-то из них сохранял такое спокойствие, но с другой… девушка не отказалась бы от толики сочувствия. Жаль только, что её чувства, казалось, не учитывались в данном вопросе.

Мужчина отстранился и пересел ближе к разодранной щиколотке. Он только успел едва дотронуться до раны, как Эллиана метнулась вверх и захныкала.

– Кость раздроблена на мелкие щепки. Потребуется чудо, чтобы собрать их воедино. Мой совет вам, миледи – не пытайтесь оставаться в сознании. – угрюмо бросил он и потёр ладони.

Бросив предостерегающий взгляд на паникующую девушку, он поднял руки и прикрыл глаза. Свет снова заиграл меж его ресниц, а пальцы принялись ткать воздух, только на этот раз, он ещё и нашёптывал что-то на неизвестном диалекте. Эллиана немного удивилась тому, что боли не последовало, однако, то было только затишье перед бурей. Страдания, что она ощущала ранее, и в сравнение не шли с тем, что она испытывала теперь. Боль – слишком слабое слово для того чувства, что сдавило её тело. Пронизывающее, словно в ногу вгрызались несколько капканов. Ноющее, будто, иглы пронизывали кожу насквозь. Кровь принялась сочится быстрее из раны, что была вновь открыта силой Локка.

Крики девушки походили на животный вой, выходящий далеко за пределы одинокой хижины. Она извивалась на кровати, пытаясь отстраниться от ужасных мук, но мужчина положил руку на её колено и удерживал ногу в неподвижном состоянии, продолжая нашёптывать неведомые заклинания.

То ли от боли, то ли от потери крови, но в глазах наконец-то потемнело и Эллиана даже обрадовалась тому, что вскоре потеряет сознание и провалится в забытье. Однако секунды растянулись в бесконечность и показалось, что прошли часы перед тем, как она погрузилась в вязкие, тёмные воды обморока.

***

Мрак и пустота. Волнующие, но в то же время успокаивающие. Ни запахов, ни вкусов. Ни единого напоминания о жизни за их пределами. А главное: никакой боли.

Одиночество, не скованное грустью – именно так можно было назвать чувство, что преобладало в этом месте.

«Может такова смерть?» – подумала Эллиана, и её мысли зазвучали эхом в кромешной тишине.

Она сделала несколько неуверенных шагов, и ноги показались ей невероятно тяжёлыми.

Некуда идти, некуда бежать. Так что же дальше? Оставалось только ждать. Но чего? Кого? Она не знала.

Нечто коснулось её плеча. Нечто лёгкое, невесомое, словно дуновение ветра. До чего же знакомо было то чувство. Прикосновение повторилось. На этот раз оно задержалось на плече и соскользнуло. Но кому оно принадлежало? Мрак немилосердно скрывал того, кто был в ответе за такое нежное движение.

– Элли… – послышался шёпот.

Знакомый шёпот. Её шёпот. Шёпот той, кто была нужна девушке сейчас, как никто другой.

– Мила? – спросила она пустоту.

– Элли… – повторили сгустившиеся тени и невидимые руки обвили шею девушки, так же, как когда-то в далёком детстве. – Ты справишься… Мы справимся, Элли. Мы всегда справлялись.

Эти слова продолжали звучать в её ушах, даже когда земля из-под её ног внезапно пропала и Эллиана провалилась, открывая глаза по ту сторону сна.

***

Приоткрыв неподъёмные веки, девушка не преминула об этом пожалеть. Комната, щедро залитая дневным светом, кружилась перед её размытым взором, тошнота подступила к горлу, а затем боль напомнила о том, что случилось ранее. Поморщившись, она тихо застонала, на что дверь тут же отворилась и на пороге появился Локк.

– Вы очнулись? Это хороший знак. – кивнул он и энергично подойдя к кровати, поднёс к её губам кружку с отваром. – Выпейте. Это снимет боль.

Приподняв голову, Эллиана осилила пару глотков. Жидкость была горьковатой и вязкой, но, судя по всему, действенной настолько, что уже через пару минут боль и вправду почти ушла, а в глазах перестало двоиться.

Пока тепло зелья продолжало разливаться по телу, девушка наблюдала за методичными действиями Локка. Он присел на табурет возле её ноги и принялся снимать плотную, пропитанную кровью повязку. В своём воображении она уже начала представлять ужасную картину. Эдакое месиво костей и мяса, но на деле…

Как только последний кусочек материи покинул её щиколотку, Эллиана чуть не подпрыгнула от удивления. Аккуратные швы стягивали рану, а кожа даже не изменила своего цвета. Не было ни отёка, ни синяка. В голову не укладывалось, как такое было возможно, а потому она устремила полный изумления взгляд на Локка.

– Не радуйтесь раньше времени, миледи. У вас всё ещё жар. Но если вы будете пить отвары вовремя и давать мне беспрепятственно осматривать вашу рану, вы встанете на ноги в ближайшие пару дней.

«Пара дней? Так скоро?» – чуть не выкрикнула она.

– Думаю, вы уже уяснили, что я лечил вас не самым традиционным образом, а потому, ваше удивление излишне. – напомнил он ей и вытащил из кармана своей рубашки некий бутылёк.

Встряхнув тот как следует, мужчина откупорил пробку и вылил несколько капель себе на ладонь. Растерев те между пальцев, он мягко прикоснулся к швам и принялся смачивать те неизвестной жидкостью, от который исходил крепкий запах шиповника.

Эллиана с трудом могла принять тот факт, что его прикосновения не приносили ей боли, но заприметив лёгкое свечение его глаз, она быстро поняла, что Локк использовал некую силу.

«Что же он такое?» – задалась она вопросом и продолжая задумчиво смотреть в его сторону, откинулась на подушку.

Сколько она себя знала, её присутствие вредило Иферам. Те не могли использовать свой дар находясь рядом с ней, а проводя долгое время в её присутствии, они и вовсе слабели и угасали на глазах. Так же было и с Милой. Эллиану привезли в замок, дабы стать щитом для маленькой принцессы и спасти её от участи, уготованной всем Иферам Риалла. Однако, спустя несколько недель, жена Лорда осознала, какую ошибку совершила. Мила чахла. Счастливые искорки пропали из её глаз, а кожа стала бледна как полотно. Поначалу все решили, что это просто простуда, затем, что, то была некая неизвестная болезнь, и только спустя какое-то время, разум женщины провёл параллель между даром Эллианы и состоянием её дочери.

Девушка отчётливо помнила взгляд, с которым на неё смотрела Леди Силия. Страх и ненависть сплетались в нём и проникали под кожу девочки, которая ничего не могла изменить. Но вот Мила… Ах, прекрасная Мила. Она обнимала её плечи, невзирая на то, что прикосновения ухудшали её головную боль, и оставляла поцелуи на её щеке перед сном, хоть те и приносили ей недомогание. Подруга никогда не злилась на неё, даже когда узнала причину своей болезни. Если что и изменилось, так это то, что объятья стали крепче, а улыбка на её лице – теплее.

– Ну вот. Так-то лучше. – вырвал её голос Локка из раздумий. – Я наложу свежую повязку, миледи.

Длинные пальцы мужчины умело принялись за дело. Они порхали, обматывая чистой тканью щиколотку, и девушка не могла не поразиться лёгкости, с какой он это делал. Сколько же вопросов у неё накопилось за время проведённое под этой крышей? Если она начнёт задавать их сейчас, то вряд ли вскоре остановиться. Может настало время открыть рот? Спросить хоть что-либо? Ведь Локк до сих пор не спросил у неё ничего о Миле или о Риалле. Кто знает, может его и вправду не интересуют политика и дворцовые интриги? Но с чего начать? Не может же она просто взять и сказать первое, что придёт на ум?

«Подожду, пока он не спросит что-нибудь сам» – решила она твёрдо.

Только вот вопросов, как на зло, больше не было. Окончив перевязку, Локк приподнялся и передвинул табурет, усаживаясь ближе к рёбрам Эллианы. Потянув её рубашку вверх, он скользнул ладонью к вправленному ранее увечью и прикрыл глаза.

Было странно ощущать его руку на оголённой коже. Девушка даже немного пожалела о том, что боли не последовало. Ведь тогда, она могла бы не думать о мягкости его прикосновения, или тепле его ладони. Волнение прокатилось дрожью по телу и Эллиана сглотнула от неудобства, что, то причиняло ей.

«Неужели он заметил?» – насторожилась она, когда его глаза стрельнули к её лицу и задержались на приоткрытых губах.

– Вам уже явно намного лучше, миледи. – спокойно сказал он, отнимая руки от её тела и поднимаясь на ноги. – Прошу вас, не поднимайтесь без надобности. Я буду проверять вас каждые пол часа. Постарайтесь отдохнуть в перерывах.

С этими словами он направился к двери, и девушка испугалась, что уйди он сейчас – она никогда не осмелится с ним заговорить. Мысли закрутились вихрем в голове, в попытке найти подходящую фразу, но всё что приходило на ум, казалось несвязным бредом. Почему же ей так трудно вымолвить хоть одно, пусть и несвязное, предложение? Что было в этом мужчине такого, что препятствовало ей быть собой и вынуждало заливаться краской, всякий раз, как она поднимала на него свой взгляд?

– Скоро вернусь, миледи. – небрежно бросил он, открывая дверь.

– Эллиана! – выкрикнула она ему вслед.

Локк замер и вопросительно уставился на неё. Казалось, он не расслышал, что только подтвердил его осторожный выдох:

– Простите?

– Эллиана. Меня зовут Эллиана. – сказала она увереннее.

Голубой взгляд смягчился, и на губах мужчины заиграла еле заметная улыбка.

– Ну что же, леди Эллиана… Зовите если что. Я буду неподалёку. – легонько поклонился он и покинул комнату.

Девушка же не могла поверить в то, что только что сделала. Сердце в груди отбивало чечётку, а руки задрожали, будто она пережила самое волнительное событие в её жизни. Было ли её решение заговорить правильным? Пожалеет ли она об этом в будущем? Она не знала. Но отчего-то, подобие улыбки на его лице, казалось, значило сейчас куда больше, чем её страхи.

6

– Вот так, обопритесь о меня. – подбодрил Локк и приобнял Эллиану за талию.

Нога всё ещё ныла, но, как он и обещал, была здорова настолько, чтобы подняться с постели. Разумеется с ей была нужна его помощь, но то было лучше, чем пролёживать бока на кровати.

– Ух ты. – выдохнула девушка, когда смогла наконец выпрямиться в полный рост. – Это просто чудо какое-то.

– Никаких чудес. Всего лишь немного знаний и правильных отваров. Да вы и сами молодец. Не забывали об уходе, что я вам показал.

Похвала, исходящая от него, польстила самолюбию Эллианы, и её глаза засверкали от гордости. Лишним было сказать, что за последние пару дней, общение между ними стало если не дружеское, то по крайней мере, удовлетворительное настолько, чтобы наконец расслабиться и перестать чувствовать вес неудобного молчания.

– Готовы меня отпустить? – спросил Локк, отнимая руку от её пошатывающегося тела.

Девушка закусила губу в нерешительности, но всё же кивнула. Пальцы разжались, освобождая ткань его рубашки. Мужчина внимательно наблюдал за тем, как она неуверенно расставила руки в стороны, уравновешивая себя, и держался поблизости на случай, если её попытка провалится. Однако помощь не понадобилась. Эллиана глубоко вздохнула и неуклюже шагнула вперёд. Вес приходилось распределять на здоровую ногу, но несмотря на это, она была счастлива.

Теперь, когда лодыжка перестала быть основной проблемой, вопросы вновь закрутились в голове. Взгляд нечаянно упал на сундук, что так сильно привлекал её внимание, с момента, как она впервые проснулась в этом доме.

– Что там? – спросила она, как будто невзначай и проковыляла к нему поближе.

Только вот ответа не последовало. Было странно, что мужчина, до сих пор такой свободный в общении, вдруг решил промолчать. Обернувшись, Эллиана удивилась тому, насколько серьёзным стало его лицо.

– Леди Эллиана, я не прошу вас рассказывать о себе. Не будете ли вы так любезны, ответить мне тем же?

От его слов веяло холодом. Тон его голоса не приглашал к дальнейшим расспросам. Только вот девушке было безумно интересно разузнать хоть что-либо об этом таинственном мужчине, а потому она ответила целым шквалов вопросов:

– А ваша сила? Почему вы можете использовать её в моём присутствии? Почему вы держите меня здесь? Кто были те люди, что привезли меня сюда? И почему вы живёте посреди леса? Ой, а далеко ли отсюда до ближайшего города или посёлка? И ещё…

– Я начинаю жалеть о том, что вы решились заговорить, миледи! – воскликнул он, прерывая тем самым её словесное нападение.

– Но я…

– Я принесу вам новую порцию отвара. – бросил он, и поспешил покинуть комнату.

«Значит не одна я такая, кто не хочет говорить о себе» – задумалась Эллиана.

Ко времени, когда Локк вернулся в комнату, она уже присела на край кровати. Нога заныла сильнее, и как ей ни хотелось бы продолжать ходить, всё же осторожность взяла верх. Оставлять свои вопросы неотвеченными, однако, не было в её намерениях. Девушка даже успела проработать план, по получению ответов, в которых она так сильно нуждалась.

Она дождалась, пока Локк поставит кружку с отваром на тумбочку и, по обыкновению, сядет на табурет возле кровати, дабы сменить повязку. Положив ногу девушки себе на колено, он принялся разматывать плотную ткань, и, казалось, позабыл о своём недавнем недовольстве.

– Локк? – позвала она тихонько, и его плечи моментально напряглись. – У меня есть к вам предложение.

В глазах мужчины промелькнуло любопытство, когда он поднял их на девушку. От того, как пристально он смотрел на неё, она невольно сглотнула и потупила взгляд. Недавняя решимость начала ускользать от неё, а потому, она поняла, что лучше выпалить всё на одном дыхании:

– Откровенность за откровенность! Вы ответите на мой вопрос, а после, можете задать мне свой.

– Какой? – хитро сощурился он.

– Любой. Спрашивайте обо мне что угодно, и я отвечу.

Эллиана понимала риск такого предложения, но также она не могла не согласиться с тем, что ей нужно было узнать как можно больше о причинах её пленения. А мужчина сидящий напротив, был единственным источником подобной информации.

Он не торопился с ответом. Казалось он взвешивал все за и против подобного обмена, перед тем, как коротко кивнул и вернулся к перевязке.

Получив одобрение, девушка уже открыла было рот для первого вопроса, но вот только не знала с какого из них начать. Она вновь покосилась на сундук. Узор на нём не давал ей покоя. Почему он так знаком? Но ведь она уже пробовала узнать о нём побольше и потерпела поражение. Как же теперь ей вернуться к этой теме?

«Я спросила о содержимом. Может спросить …?»

– Что значат рисунки на том сундуке? – решилась она наконец.

Желваки загуляли на стиснутой челюсти Локка, а пальцы неосознанно напряглись, причиняя лёгкую боль подзатянувшейся ране.

– Всего лишь обозначение древнего монашеского ордена Солнца. – пробубнил он, после недолгого молчания.

– Но разве он не исчез столетия назад?

– Исчез.

Скудный ответ не удовлетворил любопытства, а уж тем более, не объяснил связи, что Эллиана ощущала с замысловатыми письменами. Не желая так легко сдаваться, она задала очередной вопрос:

– Но откуда у вас подобная реликвия?

– Она принадлежит мне. Вот и всё. – сказал он коротко и принялся смачивать швы, уже знакомой девушке, жидкостью. – Если я не ошибаюсь, вы задали мне три вопроса. Теперь моя очередь. Вы родом из Мурока?

«Как он догадался?» – удивилась она.

– Да.

– А ваши родители?

– Тоже.

– Интересно…

– Что же в этом интересного? Вымирающее место, вымирающие люди… Бесконечный холод и грязь. – недовольно поморщилась она.

– Согласен. – кивнул он. – Но на вашей груди висит медальон с гербом Риалла. И если я не ошибаюсь, его получают только приближённые Лорда. Как же вас занесло во дворец Риалла?

Именно таких вопросов Эллиана и боялась. Трудно было предугадать, чем обернётся её откровенность о подобных вещах. Однако, как ей показалось, пока разговор был не связан с Милой – всё было в порядке. А потому, после недолгих раздумий, она ответила:

– То не был мой выбор.

– А вы осторожны. – усмехнулся Локк, и в его интонации проскочила нотка одобрения.

Мужчина наверняка понял, что девушка, хоть и немного, но увильнула от ответа. Он бросил на неё короткий взгляд, в котором теперь можно было заметить неподдельный интерес. Словно искорка вспыхнула в нём на мгновение и снова затерялась в небесно-голубом цвете. Эллиана до сих пор не могла понять, почему она так рьяно ловит его взгляды и движения? Она никогда не пыталась получить чьего-либо одобрения, так почему теперь ей так необходимо его? Может, если она задаст правильные вопросы, то сможет разгадать и эту загадку?

– Вы сказали что сундук принадлежит вам. – тщательно взвешивая каждое слово, начала она. – Он перешёл вам по наследству?

– Нет.

Снова короткий и сухой ответ. Неужели они оба играют в эдакую игру недомолвок?

– Но если не по наследству, тогда откуда?

– Я получил его, когда вступил в орден. – пожал он плечами, будто, говорил о чём-то обыденном.

– Вы верно шутите… – неловко захихикала она, но быстро поняла, насколько серьёзен был Локк в тот момент.

И не только серьёзен. Казалось, он был раздражён. Раздражение вряд ли можно было назвать нормальной реакцией на свою же собственную шутку.

– Но для того, чтобы вступить в орден, вы должны были жить сотни лет назад…

То были скорее мысли вслух, нежели вопрос, а потому Локк не отреагировал на её слова. Всё его внимание, продолжало быть прикованным к накладыванию свежей повязки. Только его ладонь, приподнимающая её ногу в такт оборотам материи, дрогнула.

– Я знаю что вы не Ифер… – продолжила рассуждать Эллиана вслух. – Но вы имеете дар. Единственные существа, с даром подобным вашему были… Древние.

Его руки застыли на мгновение, и девушка осознала как близка была к ответу. Широко распахнув глаза, она силилась задать, сам собой напрашивающийся, вопрос, но невероятность подобного, просто-напросто, не позволяла озвучить подозрение вслух. А потому, она выжидала знака. Знака того, что сказанное ею, не вызовет приступа безудержного хохота или обвинения в слабоумии. По счастью, знак не заставил себя ждать. Как только Локк закончил заматывать чистую ткань на её лодыжку, он глубоко вздохнул и устало посмотрел в глаза Эллианы:

– Задайте его. – сказал он спокойно. – Вопрос, что сейчас съедает вас изнутри. Не сдерживайтесь. Выпустите его на свободу.

– Вы Древний? – еле слышно прошептала она.

– Да.

Такое короткое слово, но оно было подобно раскату грома. Твёрдое и оглушительное, оно подняло бурю эмоций в груди девушки. Она не знала как реагировать, или даже что сказать. Просто продолжала смотреть в глаза мужчины, стараясь найти малейший намёк на то, что он лжёт. Однако, даже если бы он сейчас рассмеялся и сказал что, то была неправда, в глубине души, она знала… Знала с того момента как впервые увидела его. Его дар, его сила, его способность противостоять её воздействию, были не плодом её воображения.

Внезапно, всё встало на свои места. Его отрешённость, его безучастность, и разумеется, усталость в его взгляде. За столетия, прожитые на этом свете, бессмертие стало проклятьем для существа, которым он без сомнения являлся. Его умение предугадать её мысли, по одному мимолётному изгибу бровей не было талантом, а скорее приобретённым навыком, отточенным за годы общения с людьми.

– Моя очередь. – вкрадчиво сказал он, подавая ей кружку с отваром. – Какова была ваша должность при дворе?

– Компаньонка. – неосознанно выдохнула девушка, всё ещё пребывая в шоке от его признания.

– Чья?

– Милы…

– И вы скучаете по ней, не так ли?

– Да…

– Мне очень жаль.

Странно, но почему-то Эллиане показалось, что в его словах промелькнули искренность и малая толика боли. Словно он понимал что она чувствует. Подтверждением тому, также стало мимолётное прикосновение к её руке. Короткое, но ободрительное.

– Пейте. – почти ласково, напомнил он ей.

Отвар был как нельзя кстати, потому что в горле внезапно пересохло. Она жадно пригубила тёплую горьковатую жидкость и осушила кружку всего несколькими глотками.

– Есть ли у вас ещё вопросы ко мне, леди Эллиана?

Тех был миллион. Только вот они были так перемешаны, что озвучить хоть один из них, стало тяжёлым испытанием. Сдвинув брови, она постаралась найти хоть один подходящий, и спустя несколько мгновений ей это удалось:

– Значит вы были монахом в ордене Солнца?

– Что-то вроде того.

– В смысле?

– Я был в первую очередь лекарем. Мой сан в монастыре имел второстепенное значение.

– Так вот откуда вы знаете как сращивать сломанные кости…

– Вы снова правы, миледи.

– Вы чуть не убили людей в лесу. Разве монахи, хоть и бывшие, не должны быть милосердны?

– Милосердие… – ухмыльнулся он. – Милосердие – очень странная вещь, леди Эллиана. Я всё ещё жду последствий вашего.

Она совершенно не понимала, о чём он говорит. Разве книги и истории о героях, не учат прощать и сочувствовать? Милосердие восхвалялось и считалось неотъемлемой частью человечности. Единственным ответом на него могла быть благодарность.

– Что это значит? – озадаченно склонила она голову на бок.

– Только то, что у каждого нашего поступка есть последствия. И нет разницы, будет то хороший поступок или плохой – итог всегда непредсказуем. – пояснил он и немного помолчав добавил. – Когда-то давно, я проявил громадное милосердие, но ответом на него были отлучение от ордена, название меня предателем и столетья одиночества. Тот сундук, что вызывает в вас столько интереса, является напоминанием о том, что доброта и жертвенность, будут всегда иметь обратную сторону. Странно, что прожив всю свою жизнь среди дворцовых интриг, вы до сих пор этого не поняли.

«Вот оно. Снова сожаление в его голосе».

Но кому оно предназначалось? Ей, или тому человеку, кем он когда-то был? Потонув в синеве его глаз, Эллиана вздрогнула, когда мужская ладонь коснулась её бока. Пальцы проследили очертание, ещё вчера болевшего, ребра под одеждой и ненадолго задержались под грудью. Уже знакомый трепет прокрался в тело и губы девушки приоткрылись. Она глубоко вздохнула, однако воздух показался тяжёлым и вязким. Казалось, сколько бы она ни дышала, того всё равно не хватало для полноценного вдоха, и лёгкое головокружение стало тому результатом.

Во взгляде Локка что-то изменилось. Его веки потяжелели, отчего потемневшие глаза теперь возымели некую опасность. Но та мгновенно испарилась, как только он резко отнял свою руку.

– Ваше ребро зажило куда быстрее ноги. – деловито прокомментировал он и поспешил встать с табурета. – Ещё каких-то пара дней и вы будете абсолютно здоровы.

«И что тогда?» – хотелось ей спросить, но мужчина уже схватился за ручку двери и покинул её.

Как только дверь за ним захлопнулась, Эллиана расслабилась и задышала свободнее. Может её странные ощущения – всего лишь следствия того, что он Древний? Она где-то читала, что те имели некое воздействие на своё окружение. Оттого-то, в старые времена, люди и считали их божествами. Одно их присутствие вселяло благоговение в души более слабых существ. Но можно ли было назвать «благоговением», то скребущее, ноющее чувство, что она испытывала? Ответ напрашивался сам собой… но вот озвучить его было слишком стыдно.

7

Димитрий обернулся, заслышав приближающиеся шаги Данте за своей спиной. Молодой человек так сильно запыхался, что испарина выступила на его лбу, а слова превратились в бессвязную кашу звуков и вздохов. Единственное что он понял, так это то, что его состояние было связано с куском пергамента, которым он размахивал у него перед носом.

– Отдышись и попробуй снова. – скрестив руки на груди, приказал Лорд Тауэрэла.

Последовав его совету, Данте упёр руки в бока и сделал несколько глубоких вдохов, после чего выпрямился и принялся объяснять:

– Донесение. Наконец-то. То, что мы ждали.

С этими словами он протянул пергамент Димитрию и с облегчением запрокинул голову. Прочитав содержимое, тот едва заметно нахмурился и продолжил свой путь по пустынному коридору, шагая так широко, что брату пришлось прибавить ходу, дабы нагнать его.

– Ты ничего не скажешь? – удивился Данте, ровняясь с мужчиной.

– А что ты хочешь услышать? Это не донесение, а издевательство какое-то. В нём нет ничего интересного или по крайней мере нового.

– Наберись терпения, братец.

– Терпения? – резко остановился тот и смерил молодого человека раздражённым взглядом. – Я очень терпелив. Только вот время терпеть не будет. Послы Милы уже ждут в зале Совета, и думаю, что они располагают куда большей информацией, чем те скудные обрывки, коими располагаем мы. Уверен, в отличии от нас, у них уже проработан план действий.

Данте потупил взгляд. Он понимал переживания связанные с затеянной ими игрой, но, к сожалению, он не мог развеять их. По крайней мере сейчас. Не зная что ещё сказать, он попытался ободрить брата:

– Я знаю, что ты сможешь придержать их в узде. Переговоры – это твоя самая сильная сторона. Ну, а если не сможешь их убедить, то у тебя всегда есть твой темперамент. Накричи на них, как на Маркуса на прошлой неделе. Тот до сих пор трезвый ходит.

– Не знаю заметил ли ты, но пьянство на посту и осушение дворцовых запасов вина не связано с судьбой Тауэрэла. А вот Риалл и их намерения…

Димитрий устало покачал головой. В последнее время ему было тревожно. С каждым днём тревога только усиливалась и стала причиной нехватки сна и потери аппетита. Он едва мог сконцентрироваться, но изо всех сил скрывал это от окружающих. Даже Луна – его любимая жена, не могла прознать про его состояние. Ей хватало своих забот. Подготовление детской для наследника, а также переживания о скорых родах, занимали все её мысли. И не стоило забывать о том, что и её собственное состояние ухудшалось. Казалось, беременность в купе с разделом дара на себя и своего мужа, отбирало немалую часть её выдержки. Так к чему беспокоить её ещё и его тревогами?

– То что мы затеяли, – начал тихо Димитрий. – это полное и безвозвратное нарушение мирного договора. Пойди хоть что-то не по плану и всё может закончиться катастрофой. Риалл сотрёт Тауэрэл с лица земли за неделю. Ты же и сам это понимаешь.

Обычно улыбающееся лицо Данте, стало серьёзным, и теперь было видно, как сильно братья походили друг на друга. Он шумно втянул воздух, и проведя ладонью по медовым волосам кивнул:

– Конечно я понимаю. Но что ещё нам остаётся?

– Не знаю, но война никогда не была решением проблемы. – прошептал Димитрий и вложил донесение в ладонь брата. – Узнай больше и держи меня в курсе событий. Неважно, будь то ночь или заседание Совета. Я не могу позволить своему сыну родиться в руинах.

Резко отвернувшись, он взбежал по лестнице и скрылся из виду. Данте какое-то время постоял в коридоре, опершись о колонну, но вскоре тоже отправился восвояси.

Толкнув двери своего кабинета, от прошёл к письменному столу и уселся в кресло. Все его мысли теперь крутились вокруг, казалось, непосильной задачи. Ему нужна была информация, но не имелось ни единой возможности получить ту в срок. Молча перебирая все возможные варианты, он был так погружён в раздумья, что даже не заметил Виолу, сидящую всё это время на широком подоконнике и поглаживающую белоснежные перья его ворона.

– Всё будет хорошо. – тихо молвила она.

– Боги, Ви! – подпрыгнул он от неожиданности. – Ты меня так до смерти доведёшь!

– А когда-то тебе нравилось, что я забираюсь к тебе в окно. – улыбнулась она.

– Я и сейчас не против, просто…

– Проблемы?

Ей не надо было слышать ответ. Лицо выдавало его с головой. А он, в свою очередь, и не думал вводить девушку в заблуждение напускной бравадой. Устало потерев переносицу, молодой человек выдавил:

– Мы в полнейшем дерьме, Ви. Мила не остановиться пока не получит желаемое. Ты видела, сколько писем с требованиями вернуть девушку пришло нам за последние дни? Мои шпионы не такие ярые писаки, как она.

– Ты считаешь это затруднением? По мне, так это только подтверждает то, что мы подозревали с самого начала.

– Напомни мне, что это было, потому что я не в силах это вспомнить.

– Вот олух… – проворчала она себе под нос. – Раз ей нужна эта девушка, значит у нас есть шанс обменять ту на книгу! Не заполучи мы её, и у Тауэрэла будет куда больше проблем, чем пара гневных писем со стороны правительницы Риалла.

– Но что если она попросту решит забрать девчонку силой?! – вскочил Данте на ноги и принялся энергично расхаживать по кабинету.

– Не решит.

– Как ты можешь быть в этом уверена?

Пересадив Габриэля со своих колен на подоконник, Виола поднялась на ноги и подошла к молодому человеку. Её гордая осанка и поднятый подбородок источали решительность, что была так нужна сейчас Данте. Казалось, она могла без труда взять на себя часть проблем, свалившихся на него, и подбодрить даже самый поникший дух. Положив ладони ему на плечи, она легонько сжала их и заглянула в его глаза. Разум, доселе мечущийся в неопределённости успокоился под её изумрудным взглядом, приобретая силу, необходимую для принятия верного решения.

– Я уверена, по той же причине, что и прежде. Девушка. Нужна. Миле. – холодно отчеканила она. – Мила не глупа и достаточно расчётлива, чтобы понимать – нападением, она подставит девушку под удар. А потому, нам следует продолжать игру. Напиши ответ на донесение, и будем ждать нового. Не позволяй своим переживаниям за брата, встать на пути.

Её слова были всё равно что голосом разума. И благодарностью за её твёрдость, стал мягкий поцелуй и крепкое объятие. Пальцы зарылись в копне чёрных волос, в желании продлить момент покоя и безмятежности.

– И как это ты всё время предугадываешь мои нужды? – спросил он нежно, отстраняясь от её губ.

– Слишком долго тебя знаю. – улыбнулась она, и от былого хладнокровия не осталось и следа. Словно кошка, она потёрлась щекой о его подбородок и добавила. – Ты и сам знаешь, что ты должен сделать.

– Да.

Вернувшись за стол, Данте подозвал Габриэля, и написав короткое сообщение, закрепил то на его лапке.

– Ну что, дружок? Пора нам с тобой вернуться к работе. – молвил он, на что ворон одобрительно каркнул и вылетел из открытого окна.

8

Теперь, когда боль в ноге утихла настолько, что отвары больше не входили в обязательный рацион, а Локк перестал наведываться по нескольку раз на дню, дабы проверить швы и удостовериться в самочувствии Эллианы, время тянулось медленно. Невозможность занять себя чем-либо тоже сказывалась на беспокойной девушке, вызывая ещё больше переживаний и тревог. Полнейшая бесцельность её существования давила словно то была гранитная плита, вынуждая прибегать ко всё более изощрённым способам времяпрепровождения. Первые пара дней прошли в пересчёте брёвен, из которых состояли стены её комнаты, опробывании новых причёсок, созданных без помощи гребня, а также, рисовании каракуль на пергаменте, найденном в тумбочке ранее. Мужчина, приходящий время от времени в её покои, старался уйти как можно быстрее, а потому, Эллиана не могла себя развлечь даже элементарной беседой. Но если ей и удавалось разговорить его, то невозможность обмена информацией, делало их разговор пресным и бессмысленным.

«Ну хоть он не уродлив» – заметила она как-то раз, когда очередной обмен словами зашёл в тупик.

Она не могла отрицать, что ей нравилось наблюдать за Локком. А теперь, когда она узнала кто он, исследования его поведения и движений, приняли ещё и некий изыскательный характер. Ей было до боли интересно узнать пределы его силы, но вопросы об этом никогда не приносили точных ответов. Один раз, он даже, как ей казалось, пошутил что мог поднять целую скалу. Эллиана от души посмеялась над подобным заявлением, и решила больше не спрашивать подобное.

«Подумаешь? Пусть держит это в секрете. Как только я доберусь до дома, то подобное знание будет ни к чему».

Одна вещь однако, всё ещё привлекала её интерес. И то были уходы Локка по вечерам. Позже, она даже поняла, что он делал то же самое утром, до восхода солнца.

Вот и сегодня, её разбудил хлопок входной двери. Выглянув в окно, и окинув взглядом погружённый во тьму лес, девушка разочарованно выдохнула и плюхнулась обратно на кровать, поджав под себя ноги.

– Да здравствует очередной день скуки! – саркастично воскликнула она.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.