Татьяна Серганова
Уроки обольщения

1

Все с самого начала пошло не так.

Во-первых, подвела погода. До этого целую неделю ярко светило солнце, и ни единого облачка не проплывало по ослепительно-голубому небу. Сегодня же его как назло заволокло тучами, а потом начался такой сильный ливень, что дальше своего носа ничего не было видно.

Во-вторых, кучер нанятого экипажа доставил нас вовсе не туда, куда договаривались, и без дополнительной оплаты везти дальше отказался. Жалкий вымогатель! Я и без того отдала ему последние деньги, которые у меня имелись. На мои мольбы и обещания, что за нас заплатят по прибытии на место, усатый мужчина лишь разразился гневной тирадой, не забыв упомянуть о жалких оборванцах, которые «понаехали» из своего захолустья в великолепный Эймирсталь, столицу королевства Пармиина. После чего швырнул наш сундук на землю и уехал, продолжая сыпать проклятиями.

– Чтоб тебя Кромешник унес! – выкрикнула вслед ему и даже кулаком погрозила. – И драконы в ботинки нагадили!

Язык чесался добавить кое-что куда более емкое и неприличное, но не при детях же. В конце концов мне следовало подавать им пример. Ребятам и так сложно пришлось в этот месяц. Фиона уже начала показывать характер. Благо, пока ее подростковый протест выражался в длительном молчании и игнорировании моих просьб. Уилл же в свои восемь лет отчаянно старался вести себя как мужчина и защищать нас. Хотя бы ради них я должна была держаться эти недели.

В-третьих, мы заблудились. Лил дождь, фонари светили тускло, к тому же сундук, хоть и был на колесиках, но оставался страшно неудобным и тяжелым. Мы более получаса кругами бродили по тупиковой улице, прежде чем сумели отыскать нужный дом. Надо отдать должное, ребята не ныли и не жаловались на холод, усталость и голод. Они терпеливо сносили свалившиеся на нас невзгоды. А слезы все давно уже были выплаканы.

В-четвертых, нас не ждали. Вот совсем! Хотя письмо старый лорд Эванс обещал отправить еще на прошлой неделе. Дверь распахнулась, и на пороге появился тощий, высокомерный дворецкий с лысой головой и пушистыми бакенбардами, который явно не обрадовался нашему появлению и вообще принял нас за бродяг.

– Подаяния не раздаем! – отрезал он и попытался закрыть дверь.

Я лишь в последний момент успела подсунуть ногу, не давая ему это сделать.

– Вы не поняли. Мы Сомвей.

На его лице не дрогнул ни единый мускул. Наоборот, дворецкий попробовал избавиться от меня, ткнув в живот указательным пальцем. Как будто я заразная!

– О нашем прибытии должны были сообщить на прошлой неделе, – отчаянно воскликнула я. – Послушайте, нам необходимо срочно увидеть графа Колхауна!

– С какой целью? – процедил он.

– Он наш опекун! – выпалила я, напирая на чопорного дворецкого, который был вынужден отступить, чтобы впустить нас внутрь.

И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не появился сам граф.

– Рэдклиф, в чем дело? – раздался приглушенный голос откуда-то из глубины дома.

– Вас спрашивают какие-то беспризорники, – отозвался противный Рэдклиф.

– Кто?

Усилив напор, я отодвинула дворецкого в сторону и потащила за собой ребят и наш злосчастный сундук, который противно заскрипел старыми колесами.

В просторном холле было светло, сухо и тепло. А под нами на тщательно отполированном полу мгновенно образовалась лужа.

– Это еще что такое? – нахмурился мужчина.

И мне, наконец, удалось его рассмотреть.

Судя по всему, наши проблемы только начались.

Граф Оливер Колхаун совершенно не походил на опекуна. Я представляла его себе степенным мужчиной в возрасте. Не старым, но и не молодым. Примерно как папа. С бакенбардами. Возможно, усами и седыми волосами. У него должны были быть морщины и небольшой животик от чрезмерного употребления пива, которое подавалось в самом лучшем ресторане столицы «Зеленый орк». Но никак не сине-зеленые глаза, напоминающие морскую воду в ясный солнечный день. Наша мама тоже могла похвастаться такими, но у графа они выглядели особенно ярко, словно светились изнутри, затягивали в свои недра.

В общем, граф Колхаун абсолютно не соответствовал моим представлениям. Он был молод, хорошо сложен, красив и очень обаятелен.

– Как, вы сказали, вас зовут? – спросил он, переводя взгляд с меня на ребят, которые жались ко мне, уже не стремясь казаться взрослыми и бесстрашными.

– Джослин. Джослин Сомвей, – после небольшой запинки ответила я, пытаясь не дать зубам бить чечетку от холода.

– Рэдклиф, принеси нашим гостям теплые пледы и горячий чай с чем-нибудь, – велел граф дворецкому, который все еще стоял за нашими спинами, готовый в любой момент схватить нас и выкинуть, словно нашкодивших драконов.

– Да, милорд.

Граф вновь посмотрел на нас. Не знаю, о чем он думал, разглядывая незваных гостей. Вполне вероятно, размышлял о том, кто я такая и почему стоявшие рядом со мной дети столь сильно на него похожи. Особенно цветом глаз. Их сине-зеленый оттенок потомкам Колхаунов достался от русала, который столетия назад соблазнил юную дочь графа. Говорили, что первые несколько поколений даже имели зеленые пряди в волосах. Но теперь об удивительном родстве напоминал лишь необычный оттенок радужки.

– Вы дочь того Сомвея, – наконец протянул граф.

Прошло целых восемнадцать лет, а папа для Колхаунов так и остался «тем Сомвеем». Еще бы! Скандал тогда получился знатный.

– Да, я дочь Джеймса Сомвея и Каролины, вашей кузины.

Честно признаться, Каролина Сомвей, урожденная Колхаун, не рожала меня. Но называть ее мачехой у меня язык не поворачивался. Она была мамой и ей навсегда останется.

Восемнадцать лет назад юная Каролина, будучи воспитанницей пансиона благородных дев имени святого Инфлюенса, влюбилась в своего учителя изящной словесности. Тот ответил ей взаимностью. Не встретив одобрения родителей, влюбленные сбежали под покровом ночи и тайно поженились. От мамы отвернулись все родственники и даже прокляли ее, ведь папа был не только беден, но еще и являлся вдовцом с ребенком на руках. Маму лишили титула, денег, положения и будущего, однако она не унывала и всегда говорила, что сделала правильный выбор.

– Пройдемте со мной, – наконец произнес граф и направился куда-то в глубь дома.

Мы двинулись следом. Я чуть впереди, ребята рядом, стараясь не отставать ни на шаг.

Приведя нас в небольшой кабинет, Колхаун расположился за столом, а нам указал на крохотный диванчик, расположенный в углу.

– Присаживайтесь и рассказывайте.

Опускаться на дорогую обивку в грязных и мокрых нарядах было страшновато, но если граф велел, то какое мы имели право ему отказывать.

– Вам должны были написать о нас. Лорд Эванс.

– Я никаких писем не получал. Что с Каролиной?

Так и знала, что старый лорд забудет о нас.

– Они с отцом погибли месяц назад. Несчастный случай на озере, – глухо ответила я, покосившись на брата и сестру, которые прижимались друг к другу в попытке согреться.

В этот момент явился дворецкий с пледами. За ним следовала полная женщина с большим подносом в руках, на котором расположились пузатый чайник, три фарфоровые чашки и корзинка с ароматным ореховым печеньем. Одного запаха хватило, чтобы у меня от голода свело живот. Что уж говорить про детей!

В последний раз мы ели в полдень, когда почтовый дилижанс остановился на постоялом дворе, чтобы сменить лошадей. Да и полноценным обедом это назвать было сложно. Денег хватило лишь на две порции похлебки с вареным мясом, пару кусков хлеба и крохотных пирожков. Почти всю еду я отдала Фи и Уиллу, нагло соврав, что не голодна.

– Значит, Каро погибла, – тихо протянул Колхаун. – А вы ее падчерица и… дети?

– Джослин Сомвей, – повторила я на случай, если он забыл мое имя. – А это мои сестра Фиона и брат Уилл.

Укрывшись пледами, ребята наконец перестали дрожать от холода, и уже вовсю уплетали печенье, запивая его ароматным чаем.

– Ясно, – задумчиво произнес граф. – И что вас привело в столицу?

– Мы приехали к вам, – пояснила я, грея ладони о чашку с чаем.

Почему-то есть и пить в присутствии Колхауна я смущалась.

– Ко мне?

– Мама назначила вас нашим опекуном.

– Меня? – изумился он.

– Да. Она рассказывала, что вы единственный, кто поддерживал связь с ней эти годы. Вы присылали ей деньги и открытки. Мама верила, что… если что-нибудь случится, вы позаботитесь о нас.

Именно поэтому я и думала, что граф значительно старше. Но в действительности он выглядел лет на тридцать или чуть больше. Выходило, что восемнадцать лет назад ему едва исполнилось тринадцать, максимум пятнадцать лет. Будучи, по сути, еще ребенком, кузину он не бросил.

– Кхм, – сдавленно кашлянул граф, пытаясь ослабить узел шейного платка, словно тот его душил. Кажется, перспектива стать опекуном трех детей не сильно его прельщала.

– Вы не переживайте, – быстро проговорила я. – Это всего на три недели.

– Почему на три?

– Через три недели мне исполнится двадцать один, я стану совершеннолетней и больше не буду нуждаться в опеке. Тогда я смогу начать жить самостоятельно. И Фи с Уиллом я тоже заберу.

– Куда? – хмыкнул Колхаун, вновь обращая на меня свои колдовские сине-зеленые глаза. – В комнатку под лестницей или в шалаш на окраине столицы?

– У меня есть деньги, – гордо задрав нос, заявила я.

– Да неужели? – не поверил он.

А мне подумалось, что вот бы граф удивился, если бы узнал сумму, которая лежала на моем счету в банке. Еще сильнее он удивился бы, узнав, каким образом я ее заработала. Но, к сожалению, по закону она была не доступна мне еще целых три недели. До тех пор, пока мне не исполнится двадцать один, я буду полностью в его власти.

– Не волнуйтесь, Джослин, никто вас выгонять не станет, – заверил граф.

А потом потянулся к колокольчику и позвонил. Я же, наконец, смогла выпить чай и даже пару раз откусить вкусное сдобное печенье, которое так ароматно пахло орехами.

– Рэдклиф, – начал Колхаун, когда дворецкий вошел в кабинет, – распорядись приготовить для наших гостей три комнаты. И пусть госпожа Помпри принесет туда побольше еды. У нас ведь осталось что-нибудь после ужина?

– Да, милорд.

Сине-зеленые глаза вновь уставились на меня.

– Добро пожаловать в Эймирсталь, Джослин Сомвей.

А у меня внезапно пробежали мурашки по спине. То ли от холода, то ли от взгляда опекуна.

2

Несмотря на то, что легла я поздно, проснулась, как всегда, рано. Конечно, жутко не хотелось вставать, но на день я запланировала столько дел, что на валяние в постели попросту не оставалось времени.

Для начала я бросилась к своему небольшому чемоданчику, который еще вчера достала из сундука. Извлекла оттуда пачку бумаги, писчие принадлежности, а также десяток конвертов и в одной сорочке уселась за письменный стол, который стоял у большого окна с видом на улицу.

«Редактор меня убьет, я безнадежно опаздываю», – подумала я, вскрывая первый конверт.

«Дорогая Илона, я влюблена в лучшего друга своего брата. Он совершенно не обращает на меня внимания и называет пигалицей. Что мне делать? С надеждой, леди М.»

Да-да-да, именно я была той самой таинственной Илоной, хозяйкой популярнейшей колонки «Советы идеальной аристократки» в столичной газете.

И да, я прекрасно знала, какие слухи ходили об Илоне в последние несколько лет. Одни считали ее бывшей актрисой, которую выгнали из театра. Другие называли обедневшей аристократкой, которая осталась без средств к существованию и таким образом пыталась выжить. Третьи твердили, будто леди Илона – это вообще группа журналистов, которые собрались и вместе пишут свои статейки. Но больше всего меня веселили предположения, что на самом деле я мужчина.

Вот бы они удивились, узнав, что я обыкновенная рыжая девчонка, к тому же несовершеннолетняя. Дочь оскандалившихся господина Сомвея и леди Каролины Колхаун. Простая девушка, которая прежде не бывала в столице, не была представлена ко двору и ни разу не влюблялась. Именно поэтому мой редактор, лорд Ричард Ховард, так старательно скрывал правду.

– Таинственность вызывает интерес и приносит деньги, – говорил он. – Чем меньше читателям известно, чем больше предположений они строят, тем лучше для всех нас.

Вести колонку я стала случайно.

Будучи учителем изящной словесности и литературы, папа собрал прекрасную библиотеку, и я много читала. В последние годы, чтобы прокормить семью, ему приходилось давать на дому уроки этикета, и мы с братом и сестрой невольно впитывали эти знания.

Кроме того, мама рассказывала много занимательных историй о прошлом, о временах, когда она была аристократкой. Меня всегда интересовала жизнь высокородных господ. Нет, я не завидовала им. Просто хотелось узнать, как все устроено в высшем обществе. Мной двигали жажда знаний и исследовательский интерес. А еще в какой-то момент меня начал раздражать тот факт, что не существует свода правил для леди. Просто размытые советы, нечеткие фразы. Я хотела конкретики. А не найдя, решила заняться этим вопросом сама.

Мне едва исполнилось девятнадцать, когда мама случайно нашла мой блокнот с записями и показала отцу. Тот отправил его своему знакомому. Так и появилась колонка «Советы идеальной аристократки», которые вела таинственная леди Илона. Неожиданно они стали популярными. Мне начали присылать письма, просить совета. Правда, тема любви вызывала у меня некоторые трудности. Как я могла дать рекомендации, если сама не влюблялась?

«Дорогая леди М., самое главное, что вам следует сделать – это показать предмету вашей симпатии, что вы больше не та маленькая девочка, которую он знал. Не бегайте за ним, не пытайтесь привлечь внимание. Превратитесь в загадочную, таинственную и потому притягательную особу. Все мужчины любят решать ребусы. Станьте же им».

Я ответила еще на три письма, после чего взялась за ежедневные советы. Сегодняшний выглядел так:

«Подумайте о том, как правильно себя преподнести. Тщательно проработайте образ. Например, сегодня вы яркая, веселая и обаятельная. А завтра холодная и неприступная. Такое поведение интригует мужчину, заставляет его почувствовать себя охотником, которому будет интересно разгадать и добиться вас».

Все это заняло у меня чуть больше часа. Покончив с делами, я сложила принадлежности обратно в чемоданчик, а готовые бумаги запаковала в конверт, который собиралась взять с собой. После чего поспешила привести в себя в порядок.

Процесс это был сложный и совершенно безнадежный.

Я никогда не считала себя красавицей. Еще бы, с такой бледной кожей и волосами кошмарного рыжего цвета! К тому же пряди значительно отличались оттенком: одни отливали яркой медью, другие бронзой, а третьи темным золотом. Мой нос был чуть вздернут, а глаза тоже рыжие, пусть мама и называла их янтарными. Фигурой я тоже не могла похвастаться: плоская грудь, узкая талия и невыразительные бедра. Просто доска на длинных ножках, без слез не взглянешь.

Возможно, с помощью нарядов и можно было исправить мой внешний вид, но лишними средствами на одежду мы не располагали. Отец специально открыл такой счет в банке, к которому никто не имел доступа до достижения мною совершеннолетия. «Это только твои деньги. И ты должна потратить их с умом. А лучше накопить», – говорил он. Поэтому одевалась я в основном в серое и черное, без рюш и кружев, а также не носила украшений. Лишь воротник под самое горло и узкие манжеты. А сейчас об ярких нарядах и подавно не могло идти речи, поскольку мы пребывали в трауре.

Нацепив на голову черную шляпку и захватив ридикюль с бумагами, я спустилась вниз.

– Доброе утро, госпожа Сомвей, – замогильным голосом произнес дворецкий, появившись словно из ниоткуда и жутко меня напугав.

– Доброе утро, Рэдклиф, – нервно ответила я, хватаясь на сердце.

– Вы куда-то собрались?

– Да. У меня дела.

– Граф просил не уходить без его разрешения, – сообщил дворецкий, но попыток остановить меня не предпринимал.

– Передайте графу, что я уже взрослая девочка и сама в состоянии о себе позаботиться. – Я подошла к двери. – Не переживайте, к обеду вернусь.

– А завтрак?

– А я не завтракаю, – улыбнулась я и вышла на улицу.

Хотя бы сегодня погода радовала. Выглянувшее солнце яркими бликами отражалось в лужах на мостовых и играло в каплях на зеленой листве.

До офиса издательства было недалеко. По крайней мере, карта, которую я купила сразу при приезде в столицу, говорила именно об этом, так что я решила пройтись пешком. Тем более, лишних денег у меня не имелось, а просить у опекуна я постеснялась.

Издательский дом выглядел именно так, как я себе и представляла. С поиском главного редактора тоже не возникло проблем. Ричард Ховард обнаружился в своем заваленном многочисленными бумагами кабинете. Он пытался одновременно проверить верстку нового выпуска и изучить документы, которые ему подсовывала на подпись какая-то девушка.

Редактор был высоким худощавым брюнетом с довольно типичной и, на мой вкус, немного скучной внешностью. Если бы не пытливый взгляд темных глаз. Ричард смотрел так, будто мысленно считывал человека, оценивал возможность использовать его в собственных интересах и параллельно выискивал скелеты в пыльных шкафах.

Мои скелеты Ховард знал на «отлично», но все равно я каждый раз слегка вздрагивала, когда он обращал на меня взгляд.

– Прими мои соболезнования, Джослин, – произнес Ричард, крепко пожимая мне руку.

– Спасибо.

– Ты остановилась в гостинице? – присаживаясь за стол, поинтересовался он.

Мы знали друг друга несколько лет, имели общую тайну и своего рода бизнес, поэтому легко могли общаться на «ты».

– Нет, мы поселились у опекуна.

– Опекуна? – Редактор вздрогнул, и на его лице даже промелькнула какая-то эмоция вроде легкой паники. Правда, она довольно быстро исчезла. – Надо же, какое совпадение.

– О чем ты? – не поняла я.

– Не поверишь, но я ведь тоже опекун, – не очень весело пояснил он.

– Правда? – удивилась я, поскольку с трудом могла представить Ричарда Ховарда в роли опекуна.

– Да. Опекунство мне досталось от отца вместе с наследством и этой… феей, – посетовал он. – Я честно ей помогал, оплачивал пансион, каждый месяц выделял суммы на расходы. И что ты думаешь? Она явилась ко мне и сообщила, что хочет забрать деньги. А их там дракон наплакал! А потом вообще огорошила тем, что выходит замуж и ей нужно приданое, платья и прочее.

– И что ты собираешься делать? – с любопытством прищурилась я.

На губах Ричарда заиграла хищная улыбка, отчего вокруг глаз появились мелкие морщинки.

– Я? Потребовал познакомить меня с женихом.

– Что ж, желаю удачи, – тихо рассмеялась я.

– Мне или ей? – уточнил редактор.

– Вам обоим.

– А кто твой несчастный – ох, прости! – опекун?

– Лорд Колхаун.

– Оливер Колхаун? – искренне удивился Ховард. – Надо же.

– Ты его знаешь? – тут же вскинулась я, невольно подаваясь вперед.

– В столице все друг друга знают, – пожал он плечами. – Будь с ним осторожнее, Джослин. Колхаун – потомок русалов, а тебе должно быть известно, какие они любвеобильные.

– Не бойся, – хихикнула я. – Он на меня даже не взглянет. Я уж точно не в его вкусе.

Редактор не стал опровергать мои слова, лишь заметил:

– Но это не помешает тебе самой в него влюбиться.

– Я не собираюсь влюбляться. Сейчас так точно. Я пришла поговорить об издании книги.

– Работа идет полным ходом. Мы учли все твои правки и подготовили финальную верстку. Тебе надо будет ее изучить. Кроме того, я собирался кое-что обсудить с тобой, – проговорил Ричард, вручая мне пачку бумаги.

– И что же?

– Книгу нужно презентовать.

Предложение прозвучало более чем неожиданно.

– Ты хочешь, чтобы я показала свое лицо? – изумилась я.

Отрицательно качнув головой, Ричард откинулся на спинку скрипучего стула и скрестил руки на груди. От его темного взгляда у меня вновь побежали по коже мурашки.

– Твое инкогнито нельзя раскрывать. Наоборот, нужно подогреть интерес к твоей персоне. И показать тебя, и скрыть.

– Это как? – растерялась я.

– Наденем на твое лицо маску, а ауру скроем магически, – с воодушевлением начал рассказывать Ричард, а потом неожиданно запнулся и вновь внимательно уставился на меня. – Только тебе придется немного… измениться, Джослин.

– Что ты имеешь в виду?

Такт и витиеватость точно не входили в список достоинств моего издателя. Ховард всегда говорил правду в глаза, ничуть не беспокоясь о чувствах собеседника.

– Илона – светская львица, утонченная, эффектная, чувственная и желанная. Чтобы подхлестнуть продажи, она должна заинтриговать читателя. А ты, моя дорогая, мышь. Рыжая, но мышь. И это магией не скроешь.

Я даже обижаться не стала. Понимала, что он прав. Я действительно была мышью. Рыжей, скучной и безынтересной. Не было во мне ни легкости, ни воздушности, ни кокетства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.