Астральные фермы «Финальный элемент»
А. Свиридов

© А. Свиридов, 2023

ISBN 978-5-0060-6382-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Астральные фермы
«Финальный элемент»

Зарождение жизни – процесс простой и одновременно сложный.

Кому-то требуется приложить неимоверные усилия, а кто-то играючи создаёт жизнь с заранее выбранным набором параметров.

Так кто же определяет, кто кем станет – новорождённый или создатель? А что, если правильного ответа нет?

ГЛАВА 1

Белая птица, похожая на лебедя, с двумя длинными шеями, руками под крыльями, головой без клюва и зубами как у пираний, поворачивается к Максиму и, оскалившись, набрасывается на него. Максим просыпается, спускает ноги с кровати, проводит рукой по лицу.

– Опять кошмар? – полусонным голосом спросила Мария.

– Да… Разные оболочки, с разных планет, хотя результат один и тот же. Они все набрасываются на меня.

– А ты что?

– Просыпаюсь, так и не поняв, где я и что им от меня нужно.

– Думаешь, это как-то связано с открытием Земли Первородных?

– Может, да, а может, и нет…

– Макс, давай завтра подумаем, – поворачиваясь на бок, пробормотала Мария.

– Конечно, спи…

Максим подошёл к окну и посмотрел во двор. Снежные шапки на машинах и загадочные узоры на окнах были отличительной чертой Земли Живущих под солнцем, не дающие забыть о её уникальности. Задёрнув штору, Максим прилёг рядом и уснул. Пробуждение наступило от яркого света, обтекающего обнажённую фигуру Марии, стоящей у окна с раскинутыми в стороны руками.

– Проснулся? – не поворачиваясь, спросила девушка.

– Если это можно назвать сном, то да.

– Есть и другие способы энергичного пробуждения, – прищурившись, обернулась Мария.

– А-га, – хихикнул Максим, – твой способ ещё на пару часов пригвоздит нас к кровати.

Хищный взгляд Максима скользнул по фигуре девушки, замерев на её груди. А затем одним движением Максим встал на ноги и с рычанием дикого зверя отправился в душ. А уже через пять минут молодые люди сидели на диване с полными стаканами морковного сока.

– Расскажешь о своих снах? – начала Мария.

– Да-а-а, в общем-то, и рассказывать нечего. Снится непонятно что. А главное – почему?

– Ты уверен, что причина не в Первородных?

– Я уже ни в чём не уверен. Существа, которые на меня нападают, вроде как знают меня. Но я-то их вижу впервые.

– Может, ты подцепил эту заразу из оболочки напрокат?

– Не думаю. Я их чувствую так же, как и они меня.

– Тогда остаётся один вариант: Мастер. Как ни крути, но его познания о внешних и внутренних мирах превосходят наши.

– Думаю, ты права. Собирайся, – допивая свой сок, Максим встал с дивана, – пора выяснить, в чем причина этих сновидений.

Мария накинула на себя короткую кожаную куртку, Максим – джинсовый пиджак, и они отправились за ответами. Несмотря на присутствие в каждой школе инструктора, проводящего вводные занятия с новичками, Мастер девяти планет любил проводить первые встречи лично. Как и сотни лет назад, полный энтузиазма и любви к делу, он делился важностью участия путешественников в развитии миров. Вот и сейчас, сидя на диване в окружении кандидатов, он рассказывал историю о Мастере внешнего мира, избавившего их от опасности, способной стереть всё живое.

– Мастер, – Максим уважительно кивнул головой.

– На сегодня всё, – окинув взглядом группу кандидатов, Мастер встал с дивана, – продолжим завтра.

– Спасибо, что нашли для меня время, – пожимая руку Мастеру, Максим предложил присесть.

– Мы уже заканчивали, к тому же это – меньшее, что я могу сделать для того, кто спас сотни миров.

– Да-а-а, спас… Как раз с этого момента и началось нечто необъяснимое. Меня преследуют странные сны. В них оболочки с неизвестных планет нападают на меня.

Пару секунд Мастер молча обдумывал услышанное.

– И правда, странные… И как выглядят эти формы жизни? – с нескрываемым любопытством поинтересовался он?

– Да ерунда какая-то. Вроде лебедь, но точно не он. Зубы, человеческие глаза, две шеи, руки, в общем, непонятное чудо-юдо. Вы встречали таких раньше?

– Таких не встречал. Похоже на воспоминание из глубоких внутренних или внешних миров.

– Супер… Даже Вы о них не слышали, – с едва заметным разочарованием в голосе Максим откинулся на спинку дивана. Они определённо знали, кто я, – продолжил он, – но откуда они?

В холле появился Бераак. Он был не только самым опытным из путешественников Земли, но и единственным, кому удалось вернуть свою оболочку после превращения в Потерянного.

– Бераак, – позвал его Максим. Пока ты был по ту сторону тонкого мира, может, видел оболочки, похожие на птиц? Такие типа лебедей, только с зубами и руками под крыльями.

Улыбаясь, Бераак развёл руки в сторону.

– Похоже, кто-то любит фильмы ужасов.

– В точку, – отметил Максим, – они пугающе агрессивны.

– Не думаю, что в известных, да и в не известных нам мирах есть кто-то, способный напугать, тем более навредить дважды спасшему все миры от уничтожения.

– Спасибо, мой друг, за искреннюю веру. Меня волнует другое… Эти оболочки… Они смотрят мне прямо в глаза, я ощущаю их так, словно нахожусь внутри них.

– Я сразу сказала, – присоединилась Мария, – это простой кошмар, вызванный усталостью.

– Нет, усталость тут не при чём, – возразил Максим.

– Хорошо, вы пока определяйте причины, а я – в библиотеку.

Мария скрылась за дверью.

– Ну-у, не знаю, – протянул Бераак, – в тонком мире полно разных тварей. Не исключено, что персонажи твоих сновидений там тоже есть. А почему это тебя так беспокоит?

– Не беспокоит, а настораживает. Всё началось сразу после истории с мазулянином… Не верю я в совпадения.

– Вам нужно развеяться, – подключился Мастер. С планеты Таккари пришла просьба о помощи. Кто знает, может новое задание отвлечёт Вас от навязчивых сновидений.

Молча Максим кивнул головой.

– А Вы правы… Новое задание – то, что надо. На какое время назначена встреча?

– Сигнал поступил двадцать минут назад, – подняв глаза вверх, словно решая уравнение в уме, Мастер застыл в вычислениях, – значит, уже около недели ждут.

– Решено! Не будем заставлять их ждать ещё дольше.

Максим встал с дивана и направился к капсулам для путешествий в другие системы.

– Ах да, – поворачиваясь к Мастеру с Берааком, остановился Максим, – пусть Мария дождётся меня в школе.

– Боюсь разочаровать тебя, – ухмыльнулся Бераак, – но из-за скорости времени на Таккари она даже не заметит твоего отсутствия.

– В таком случае, – на лице Максима появилась широкая улыбка, – увидимся через двадцать минут.

Максим занял капсулу, зафиксировал крышку изнутри, а покинув оболочку, завис над ней, будто зачарованный сенсорами, окружающими её. Затем подумал о путешественниках планеты Таккари и через мгновение оказался под конструкцией, похожей на навес от солнца. Крыша, около пятидесяти метров в ширину, накрывала всего один ряд капсул, протяженностью более ста метров, стоящих ровно по центру.

– Интересно, как выглядят оболочки напрокат? – заглядывая в капсулу, оживился Максим.

Каково же было его удивление, когда вместо привычных оболочек из плоти и костей он увидел сияющий образ ярко-оранжевого цвета.

– Не понял, – удивился Максим, – а где оболочка?

Заглянув в капсулу, стоящую рядом, он увидел ещё одно АСТРО, но уже бордового цвета. Пока Максим размышлял о природе происходящего, обе капсулы опустели. Озадаченный, он облокотился на крышку и тут же провалился вовнутрь. Очутившись в капсуле, Максим почувствовал оболочку напрокат и рефлекторно повернулся к зеркалу. В отражении он увидел себя, точнее, АСТРО голубого цвета.

– Поистине удивительная планета, – восхитился юноша, – выходит, истории о невидимках не такие уж и выдумки.

Покинув капсулу, Максим заметил мерцание в соседней. Подошел ближе, чтобы рассмотреть АСТРО прибывшего. Капсула открылась, и на лице Максима появилась улыбка. Бело-розовое АСТРО, с гребнем на голове и пучком волос под ним, могло принадлежать только одному из знакомых ему марсиан, Смотрителю.

– Сюрприз, сюрприз, – обрадовался Максим.

– Так вот как выглядит молодой Мастер без оболочки, – выбираясь из капсулы, Смотритель протянул руку.

– Я вообще-то в оболочке, как и ты.

– На Таккари оболочки – всего лишь формальность. Они невидимые и позволяют рассмотреть её пассажиров.

– Выходит, планета заселена разноцветными светящимися существами?

– Можно и так сказать, но это ещё не всё. Таккарианские оболочки способны передавать чувства. Чем чище и ярче сияние, тем искреннее пассажир.

– Прямо детектор правды какой-то – ухмыльнулся Максим.

– Не стоит волноваться. АСТРО Мастера остаётся неизменным.

– Зови меня по имени, – поправил собеседника Максим. – У тебя ведь было имя прежде, чем ты стал Смотрителем?

– Было.

– И ка-ко-е?

Смотритель повернул голову одним глазом вверх.

– Давно это было…

– Неужто забыл?

– Ус, – тихо прошептал марсианин.

– У-у-с? – сдерживая смех, повторил Максим.

– Просто Ус, – сухо уточнил Смотритель.

– Рад знакомству, Ус.

– Взаимно, Мастер Максим.

– Ус, вижу ты не в первый раз на этой планете. Я прав?

– Не в первый и даже не в сотый.

– Отлично. Просвети, куда мы попали?

– Таккари находится на противоположной стороне нашей галактики. Здесь три солнца, всегда ярко и жарко, а города прямо в горных породах.

– То есть под землёй? – уточнил Максим.

– Земли здесь нет, но да. Вся планета состоит из породы, похожей на гранит. Часть её возвышается над поверхностью, а часть уходит вглубь. Города таккарианцев – по обе стороны.

– А капсулы почему снаружи?

– Из-за солнца, которое поддерживает их работу.

Максим почесал затылок.

– Не пойму, что им мешает строить города на поверхности?

– Оболочки… Внешняя среда, где всегда светло и жарко, губительна для них. Плюс они не владеют такими технологиями.

– Притормози, – остановил собеседника Максим, – не владеют технологиями?

– Верно.

– Мы только что пересекли тысячи световых лет, а ты утверждаешь, они не умеют строить на поверхности?

– Понимаю твоё удивление, но это так.

– А как же опыт других планет, помощь путешественников?

– Контакт через капсулы и есть помощь. Пошли, внутри всё поймёшь.

ГЛАВА 2

Гости Таккари, прикрытые широким навесом от палящего солнца, приближались к входу в город. Круглый тёмный тоннель, диаметром около пяти метров, выглядел как обычная пещера без намёка на признаки жизни. С первых шагов по пещере Максим заметил, что сияния их АСТРО становятся ярче.

– А-чу-меть, – не удержался юноша, – мы как две лампочки.

– Лампочки с неиссякаемым генератором силы, – добавил смотритель Ус.

Плавно тоннель начал подъём вверх. Впереди сквозь темноту пробивался едва заметный зеленоватый свет, становящийся ярче по мере приближения к нему. Выйдя из тоннеля, гости Таккари оказались в гигантской вертикальной шахте. Пара десятков уровней вверх и сотня вниз расходились в стороны от центрального барьера. Каждый уровень делился на десять блоков широкими улицами, берущими начало из центра города. По шахте диаметром более двухсот метров опускался диск, выполняющий функцию лифта. Но больше всего Максима восхищал зелёный свет, исходящий от горожан и заливающий всё его пространство.

– Для не владеющих технологиями строительства вполне себе впечатляющее сооружение, – осматривая шахту сверху донизу, отметил Максим.

– Конечно, впечатляет, – поддержал Ус, – этот город был самым первым. – Все последующие строились по его подобию.

– Он же не сам построился? – удивлённый ответом, уточнил Максим.

– Город достался таккарианцам от создателей вместе с инструкциями и инструментом.

Максим развернулся с недоумением на лице.

– Ты уверен, что ничего не напутал? Хочешь сказать, планету заселили, как многоквартирный дом?

– Я хочу сказать, – Ус сделал паузу, – сначала появились условия для жизни, а потом жизнь.

– Если ты называешь это условиями, то явно для чего-то другого, а не жизни, – возмутился Максим.

– Есть правда в твоих словах, – согласился Ус. Планета Таккари содержит редкий компонент, существующий только здесь. Их диск, кстати, – также из этого невероятно прочного и в тоже время невесомого материала. Строя свои города, так или иначе, таккарианцы добывают бесценный компонент.

– Бесценный для кого? Им, похоже, от этого никакой пользы?

– Польза есть… Позже всё добытое обменивается на еду, инструменты, рефшкос, а ещё истории об обитателях вселенной.

От возмущения Максим начал качать головой.

– Не верю своим ушам… Таккарианцы избавляются от ресурсов планеты за сказки?..

– Вы, лемзяне, любите искать причины, следствия, виновных в происходящем и забываете важнейший закон мироздания: у всего есть предназначение. То, что для вас является незначительным или даже бессмысленным, для других так же важно, как для вас – кислород.

Диск остановился на уровне входа в город. Одна из фигур, спустившихся на диск, имела потускневшее сияние, в то время как четыре другие светились ярким зелёным цветом. Визуально таккарианцы напоминали людей, за исключением четырёх пар глаз и шести отверстий вдоль переносицы.

– Такки приветствует Вас, – начал диалог местный с тусклым сиянием.

– И Вам всего хорошего, – подняв руку, поприветствовал группу Максим.

– Что привело Вас на Таккари?

– Что привело? – удивился Максим. – Я думал, Вы нуждаетесь в помощи…

Таккарианцы сошли с диска, после чего тот продолжил движение вниз.

– Откуда Вы прибыли, – обратился он к Максиму?

– Планета Земля, слышали о такой?

– Не слышали… Далеко она, эта Земля?

– Очень, очень далеко, – оживился Максим. Расскажите, что вынудило вас просить о помощи?

– Я Таак, управляющий городом, – представился таккарианец с тусклым сиянием.

– Я Максим, а это – Ус, – ответил за двоих юноша.

– Максим, – Таак предложил пройтись вдоль шахты, – что Вам известно о жителях Таккари?

– Только очевидное… У Вас невидимые оболочки, сияющие в темноте, и Вы строите города, добывая редкие компоненты. Что-то упустил?

– Хорошо, – подхватил Таак, – только не невидимые, а прозрачные, позволяющие понимать ближнего. – А что, по-вашему, придаёт силы сиянию?

– Полагаю… Свободная энергия космоса?

Максим обратил внимание на Уса, отрицательно качающего головой.

– Энергия, но не космоса, – пояснил Ус.

– И какая же из энергий способна сравниться с чистой энергией космоса? – задав вопрос, Максим посмотрел на Уса, затем на Таака.

– Эмоции, – не затягивая с ответом, продолжил таккарианец, – по силе энергия эмоций сравнима с безграничной энергией космоса.

После короткого размышления, соглашаясь, Максим кивнул головой.

– Ладно, с переживанием эмоций ясно, здесь вопросов нет… Но какая связь с силой вашего сияния?

– На Таккари самая прямая. Только давайте обсудим это завтра, уже поздно.

Максим осмотрелся по сторонам в поисках признаков, указывающих на время суток.

– А-а-а как Вы определяете, который сейчас час?

– По количеству подъёмов диска, – объяснил один из свиты Таака, – сейчас десятый спуск, значит следующий подъём – последний на сегодня.

Максим сделал понимающий вид, решив перенести расспросы на завтра.

– Для отдыха, – продолжил Таак, – вам предоставят всё необходимое, а с первым подъёмом проводят к месту хронизации.

– Син-хронизации? – поправил Максим.

– Значение этого слово мне не знакомо, а суть хронизации Вы узнаете завтра.

Максим обернулся к Усу.

– Надеюсь, здешние апартаменты лучше твоих кушеток.

Член таккарианской делегации предложил Максиму и смотрителю Усу следовать за ним. Они повернули на улицу шириной не менее десяти метров и около двух километров в длину. Высота уровня была сравнима с высотой пятиэтажного дома. Отражающий сияние камень переливался зелёным, голубым и бело-розовым цветом. Вместо окон этажи разделялись узкими горизонтальными проёмами.

– Желаете места повыше или пониже? – поинтересовался таккарианец.

– А есть разница? – удивился Максим.

Таккарианец приготовился дать пояснение, но поднятая рука Уса остановила его

– Давайте повыше… В чём разница, я сам расскажу.

– Хорошо. Тогда выбейте пятый камень.

Ус кивнул головой. Таккарианец вернулся к своей делегации, а гости вошли внутрь.

– Пятый камень? – озадачено Максим смотрел на друга.

Повернув голову горизонтально, Ус стал рассматривать диск, на котором они стояли.

– Толкни ногой правый крайний камень, – разворачивая голову в вертикальное положение, попросил Ус.

Максим посмотрел под ноги. Пять камней небольшого размера лежали на краю диска. Он столкнул крайний правый в сторону, и диск начал движение вверх.

– Ух ты… Это же мини версия городского лифта.

– Верно, принцип тот же, – подтвердил Ус.

– Какой принцип?

– Диск, как ты уже понял, состоит из сверхлёгкого невесомого материала. Камни, наоборот, – из сверхтяжёлой субстанции, удерживающей невесомый материал в недрах планеты. Используя инструкции, таккарианцы научились точно измерять количество сверхтяжелого вещества, чтобы опускается на нужную глубину между этажами и уровнями. Понятно?

– Понятно, понятно. Но если оно такое тяжёлое, как я его сдвинул ногой?

– Сдвинуть не значит поднять. Поднять вещество можно только при помощи электромагнитного захвата. Такими захватами пользуются городские работники. Они ставят или снимают камни с диска для передвижения его по уровням.

Гости вошли в отведённую для отдыха комнату. Учитывая специфику строительства, размеры комнаты приятно удивляли. Просторная, не менее пятидесяти квадратных метров, комната освещалась светом сквозь узкий проём под потолком. Две парящие на уровне пояса плоские плиты напоминали места для сна. Ещё две, покороче, использовались в качестве стульев. У стены, под проёмом, парила плита с каменным ящиком сверху, похожим на микроволновку без дверцы.

– Ну что, – осматривая комнату начал Максим, – похоже, это кухня. – Стулья и стол есть, а холодильника с едой не видно.

– Холо что? – переспросил Ус.

– Холодильник – место, где хранят еду, прежде чем её съесть.

– Здесь холодильник не потребуется, еда одноразовая и не предназначена для хранения.

– Ты где-то видишь еду? – подшутил над другом Максим.

– Нет, но мы же ещё ничего не заказали.

– Стоп… С этого момента поподробнее. Заказали у кого?

Ус положил руку на ящик. Бело-розовое сияние охватило каменный предмет. Внутри его начало формироваться ядро, излучающее свет.

Через секунду свечение угасло, а в ящике появился стакан рэфшкоса.

– Да ладно! И чем ограничивается выбор меню? – изумился Максим.

– Памятью вкусов.

– То есть, если я помню вкус воды с Земли Первородных, она появится?

– Абсолютно всё, что имеет вкус, если ты сможешь воссоздать его в своей памяти.

Максим задумался, вспоминая вкус еды, которую хотел бы съесть.

– Тебе доводилось пробовать блины? – обратился он к марсианскому другу.

– Не думаю. Из чего сделан блины?

– Блины – это много, – рассмеялся Максим, а один – это блин.

– Странное название у вашей еды. И какой на вкус один это блин?

– Блины, – продолжил сквозь смех Максим, – это подрумяненное на сковородке тесто. Есть множество вариантов его приготовления, и каждый по-своему уникален.

– Тесто?..

– Блины моей мамы – это нечто. В своё тесто она добавляет зерновой творог. На вкус блины получаются как сырники, только тонкие. И если их есть со сметаной или вареньем, например, малиновым, обыкновенная еда превращается в праздник вкуса.

От рассказа сияние вокруг Максима усилилось. Голубой свет, заполнивший всё пространство комнаты, вырывался через узкий проём под потолком наружу.

– А вот и ответ на вопрос, в чём разница комнат снизу и сверху, – заметил Ус.

– Да-а-а, – затянул Максим, – удивительная планета с удивительными оболочками.

– В оболочках как раз ничего необычного нет. Они просто не мешают быть самим собой.

– Постой… Чувства, память, впечатления – это же планета эмпатов!

– Да, только они не просто чувствуют события, прожитые другими, а заряжаются от них жизнью. Как сказал Таак: «Завтра во время хронизации всё увидишь».

– Завтра, значит завтра, – Максим положил руку на каменный ящик, а сейчас…

От голубого сияния внутри ящика сформировалось ослепительно-яркого света ядро. Через пару секунд свет угас, а внутри стояла тарелка с блинами и две вазочки, со сметаной и малиновым вареньем.

– Прошу, – Максим пригласил к столу.

Потирая руки, Максим первым взял блин, макнул в сметану и откусил.

– О-о-о да-а, восхитительный вкус маминых блинов, – с закрытыми глазами Максим наслаждался таявшим во рту кусочком.

Ус взял блин, покрутил в руках, макнул в сметану и откусил.

– М-м-м… Необычный вкус у вашего – один это блин.

– Не спеши с выводами. Вот, попробуй мамино варенье.

Максим протянул вазочку. Ус макнул блин в варенье и откусил.

– Ух ты… Еда одна, а вкус другой, – удивился Ус.

– В этом-то и дело. У землян слишком большой выбор вкусов, чтобы отказываться от привычки к органической еде.

– Вот и поделись всем многообразием в процессе хронизации. Уверен, таккарианцы оценят.

– Ус, раз хронизация для местных имеет такое большое значение, чего они от нас ожидают?

– Как я уже говорил, хронизация заряжает их жизнью. В прямом смысле… Так что от тебя, а не от нас, им нужна история пережитых событий, навсегда отпечатавшихся в твоей памяти.

– Таких много… Мне что, теперь всю биографию пересказывать? – хмыкнул Максим.

– Всю не нужно. Чаще всего, это события, повлекшие изменения в отношениях, жизни, семье… В призвании, – добавил Ус. Отсортируй хранилище памяти и выбери одно, может два, события.

– Легко сказать, отсортируй.

– Ну, как бы там ни было, я иду отдыхать.

Ус подтянул одну из парящих плит и улёгся сверху.

– Удачного выбора, мой друг, – пожелал он Максиму, закрыл глаза и отключился.

Оболочка, ещё пару секунду назад сияющая бело-розовым светом, стала едва заметной. Недолго думая, Максим занял сводное место и, положив руки под голову, начал вспоминать события, ставшие ключевыми в его жизни. Но то ли выбор оказался непростым, то ли усталость была сильнее, чем могло показаться минуту назад, Максим, сам того не заметив, провалился в сон.

ГЛАВА 3

Максим перенёсся на планету, где одну её половину Солнце не покидает, а на вторую никогда не заходит. Он шёл ровно посередине, осматриваясь по сторонам. Вдалеке он заметил приближающихся с обеих сторон существ, сливающиеся со своими половинами планеты. Лишь глаза, контрастирующие с оболочками, делали их заметными на расстоянии. Они коснулись друг друга, образовав наполовину тёмное, наполовину белое облако, не прекращая движения в направлении Максима. С каждым метром облако двигалось быстрее, а его настрой становился агрессивнее. Максим вытянул руку в надежде задержать его, но облако, разогнавшись до скорости ветра, пронеслось сквозь него.

– Стой, – проснувшись от собственного крика, подскочил Максим.

По комнате рассеивалась едва заметная красная дымка.

– Это цвет страха, – не вставая, прокомментировал Ус. Скажи, чего может испугаться Мастер внешнего мира?..

– Неопределённости, мой друг, неопределённости. Есть ощущение… Это не просто сны, но я не понимаю их смысла…

– Значит, ещё не время, – уверенным голосом успокоил Ус Максима. Представь, о чём думал бы человек, если бы при рождении знал дату смерти?

– Пытался бы её отсрочить, полагаю?

– Вариантов множество, но что он точно перестал бы делать, так это жить. Да, неизвестность может напугать, но благодаря ей движение не останавливается.

Свесив ноги с плиты, Максим обдумывал слова друга. Вдруг раздался глухой, но достаточно громкий звук.

– О-о-о, – подхватил Ус, – сигнал о начале движения диска.

Быстро собравшись, Ус с Максимом спустились вниз. Все десять улиц были забиты таккарианцами. Зелёный свет охватил город. Появление двух незнакомцев с голубым и бело-розовым сиянием означало предстоящую хронизацию. С интересом местные рассматривали гостей и что-то обсуждали друг с другом.

– Чувствую себя голым, – заметив повышенный интерес со стороны местных, отметил Максим.

– А как ты хотел?.. Они впервые видят гостя с голубым сиянием.

Часть горожан столпилась у барьера в ожидании опускающегося диска. Все они как на подбор были одного роста, и только яркость сияния отличала их друг от друга.

– Куда они все собрались? – удивился Максим.

– К менялам.

– Ме-ня-лам?.. А что здесь менять, плоские камни на круглые? – хихикнул Максим.

– Еду… На каждом уровне свои менялы. Сохранить в памяти идеальный вкус, чтобы в дальнейшем его воспроизвести, трудно. Поэтому каждый меняла хранит один, максимум два, вкуса и делится памятью с другими.

– И как происходит обмен? Или продажа?

– Обмен, обмен, но чаще её просто раздают. Помнишь, еда здесь не хранится?

– Да. И что?

– А то. Желающие почувствовать вкус едят прямо на месте. Но есть те, кто перевозят вкусы между уровнями, помогая менялам расширять их возможности.

По шахте бесшумно опустился диск. На встречу к гостям Таккари, вместе со следующими на нижние уровни, прибыл представитель управляющего городом.

– Я Такктар, – представился он, – пока ждём первый подъём, я расскажу об особенностях планеты и сути хронизации.

– Супер! – ткнув Уса локтем, бодро подхватил Максим. – Согласен?

Слышавший презентацию около сотни раз, Ус лениво кивнул головой.

– Мы, Такки, выполняя поручение создателя, – важно начал рассказ Такктар, – обеспечиваем безопасность всех существующих форм жизни.

– Уникальным компонентом планеты? – уточнил Максим.

– Компонент – лишь часть плана. Безопасность обеспечивается строительством городов.

Максим посмотрел на Уса.

– Что это значит? – недоумевая, уточнил он.

– Рождение, как и разрушение планет, – процесс непрерывный. Есть виды, не имеющие шансов выжить на умирающих планетах, и тогда создатель переселяет их в города, построенные Такками.

Максим остолбенел. Казалось, глаза его выпадут вслед за отвисшей челюстью.

– Вы-ы стро-и-те го-ро-да для галактических беженцев?..

– Мы строим города для нуждающихся в доме. Почему, как Вы думаете, наши оболочки прозрачные?

– Боюсь ошибиться, – хмыкнул Максим, – хотелось бы услышать Вашу версию.

– Оболочка – всего лишь сосуд, приспособленный к условиям жизни на Таккари. Она не скрывает и не мешает проявлению индивидуальности всех, кто её использует. А расцветки сияний гостей планеты, – Такктар посмотрел на Уса с Максимом, – являются подтверждением важности нашей миссии.

– Подожди-ка, – прервал рассказ юноша, – здесь какая-то ошибка. – Мы не ищем убежища, мы прибыли оказать помощь вам.

– Выгода взаимна, – аргументировал Такктар. Когда надвигается неминуемая катастрофа, времени на выбор не остаётся. Мы заранее знакомим обитателей галактики с возможностями Таккари, готовой принять всех, столкнувшихся с необратимыми процессами гибели своих планет. А взамен, через хронизацию, получаем силы для строительства очередного города.

– Я запутался, – Максим остановился, – Вы строите города про запас?

– По городу для каждой посетившей нас формы жизни, – ответил Такктар.

– И-и-и много уже построили?

– Много.

– Да-а?.. А сколько времени уходит на один город?

– Пятьдесят миллионов подъёмов, – не раздумывая, ответил Такктар.

– Это долго, да? – Максим посмотрел на Уса.

– Ровно одна хронизация, – перебил таккарианец.

Максим улыбнулся, услышав очередной ответ-загадку.

– Ну ладно, а как вы заселяете города?

– Мы их только строим.

– Та-а-ак, – Максим застыл в недоумении, – а кто же их?..

– Создатель, – продолжил Такктар.

– Ваш создатель способен разом переместить всё население планеты в пустующий город?..

– Не совсем. Города рассчитаны на полмиллиона жителей, к тому же, перемещаются только сияющие индивидуальности в таккарианские сосуды.

Размышляя о могуществе создателя планеты, способного без капсул переместить тысячи астральных тел на другой край галактики, Максим загорелся желанием встретиться с ним лицом к лицу.

– Хорошо, – продолжил он, – допустим, всё так и есть. – Но как вы сообщаете о завершении строительства?

– Первый сигнал – затухание сияния управляющего. Второй, самый главный, отправляется через капсулу.

– Что значит «через капсулу»? – удивился Максим.

– Через кнопку справа. Это и есть связь с создателем.

Не ожидавший подобного ответа, Максим молча смотреть на Такктара.

– Значит, сигнал помощи отправили не вы?..

– Нет… Гостей на Таккари приглашает создатель.

– Интересно, – поинтересовался Максим, – по какому принципу?

– Думаю, – медленно проговорил таккарианец, – ключевым является терпение планеты к живущим на ней.

Максим в очередной раз потерял дар речи.

– Стоп, стоп, стоп… Планета хочет избавиться от живущих на ней форм жизни?..

– Не от всех, конечно, только от тех, кто нарушает гармонию.

– И-и-и сколько длится переход от первого сигнала до реализации?

– Пятьдесят миллионов подъёмов.

Максим задумался.

– Выходит… Землянина пригласили не случайно, верно?

– Боюсь, не случайно, – подключился Ус, – но это не означает, что лемзяне исчезнут в один миг.

– Думаешь, процесс необратим?

– Думаю, необратимым он станет, когда вы с этим согласитесь. А пока у вас есть, как минимум, пятьдесят миллионов подъёмов.

– А дальше?

– Дальше?.. Дальше, всё будет зависеть от того, что вы выберете.

– Между чем и чем?

– Тем, что часть лемзян будет переселена на Таккари для сохранения вида, а часть устранена самой планетой.

– А второй вариант?

– Начать меняться… Ты Мастер-М… Воспользуйся данной тебе силой и объясни лемзянам о последствиях разрушения гармонии с планетой.

Молча Максим подошёл к барьеру.

– Ты плохо знаешь Живущих под солнцем, – с сожалением посмотрел он вниз шахты.

– Верно, – повернув голову горизонтально, Ус тоже заглянул в шахту – зато ты знаешь хорошо.

– Не отставайте, – окликнул гостей сопровождающий, – нужно успеть до первого подъёма.

– Пошли, – Ус положил руку на плечо Максиму, – всё идёт своим чередом. – Никто не знает, какой путь ведёт к исцелению. Быть может, хронизация и станет вашей точкой отсчёта.

ГЛАВА 4

– Как вы уже заметили, – продолжил Такктар, – уровни делятся на десять блоков. – На каждом из них, кроме обычных горожан, живут менялы, позволяющие ощущать краски жизни далёких планет. И это касается не только еды, а также историй этих миров. В городе каждый уровень отражает особенности прошедшей хронизацию цивилизации.

– Ну и к какой планете относится этот уровень? – поинтересовался Максим.

– Здесь всего понемногу… Мы называем его гостевым.

– Можете объяснить, почему всё привязано к истории и памяти?.. Какая вам от этого польза? – надеясь получить прямой ответ, спросил Максим.

– Особенность Такков в яркости сияния. Как только сияние угасает, жизненный цикл завершается.

Максим развёл руки, выражая недоумение.

– Истории и эмоции, хранящиеся в памяти, – продолжил Такктар, – источник нашей жизни. – Ваша память… Раскручивает колесо событий, как минимум, на ближайшие пятьдесят миллионов подъёмов.

– Хотите сказать, мне придётся откровенничать с каждым жителем этого города? – с ухмылкой возразил Максим.

– Нет… Связующим звеном является управляющий. Только в его силах распределить потоки между горожанами равномерно. Хронизация для того и нужна, чтобы он коснулся всех событий, вкусов, запахов, принадлежащих вашему виду. К тому же только управляющий знает, какой город, учитывая все особенности, нужно построить.

Двигаясь по кругу, Такктар рассказывал о менялах, заполняющих остальные части города. Максим слушал, но не слышал рассказчика, так как все его мысли были о Земле, готовящейся избавиться от живущих на ней людей. Из шахты начали доноситься голоса пассажиров, поднимающихся на диске. Ус, повернув голову горизонтально, заглянул вниз.

– Через пару минут диск будет здесь, – уведомил он остальных.

– Вот и хорошо, мы как раз закончили.

Максим подошёл к барьеру и посмотрел на уровни ниже. Покинувшие диск не расходились, а присоединялись к толпящимся по всей длине улицы горожанам.

– Они явно чего-то ждут, – заметил Максим.

– Так и есть… Как только мы поднимемся и запустим хронизацию, город изменится.

Покачивая головой, Максим огляделся по сторонам. Улицы заполнились жителями, наблюдающими за излучающей голубое свечение оболочкой. Похоже, только ему одному суть хронизации всё ещё не до конца была понятной. Беззвучно поднявшийся диск, за исключением передвигающегося на нём камня, был абсолютно пуст. Ограничительный барьер поднялся, позволив Максиму, Такктару и Усу занять место в центре. Сдвинув специальными щипцами камень из сверхтяжёлого вещества в сторону, работник ослабил тормоз. Диск плавно продолжил движение вверх, приближая гостей Таккари к финальной части визита. Верхний уровень выглядел иначе. Расходящихся от центра шахты улиц не было, а количество домов не превышало трёх десятков. Как только пассажиры сошли с диска, он поднялся ещё на пять метров вверх и завис над шахтой. Снизу диск напоминал перевёрнутую глубокую тарелку с гладкой, отражающей поверхностью.

– И что дальше? – Максим обратился к встречающему его управляющему. – С чего начинается хронизация?

– Главное в хронизации, – продолжил спокойным голосом диалог Таак, – никакой спешки. – Загляните в самую глубину Вашей памяти. Вспомните об особенностях Вашего вида и о том, без чего его существование в принципе невозможно. А также о том, что радует, огорчает, восхищает, будоражит воображение и удивляет лично Вас. О чём-то, без чего жизнь не имеет смысла.

– Хорошо, – соглашаясь, Максим качал головой, – будут Вам яркие воспоминания.

Управляющий махнул рукой, после чего плита под их ногами стала выдвигаться к центру шахты.

– Как только мы достигнем середины, – продолжил Таак, – положите Ваши ладони поверх моих. И прошу, не сдерживайте потока воспоминаний, наслаждайтесь ими.

Движение плиты остановилось над центром шахты. Управляющий вытянул руки ладонями вверх и посмотрел на гостя.

– Просто сверху? – застыв с вытянутыми руками, уточнил Максим.

– Просто сверху, – кивнул Таак.

Тепло, исходящее от ладоней таккарианца, каким-то магическим образом запустило поток воспоминаний. Максим вспомнил о безумно вкусной шаурме рядом с универом, первой победе на ринге, страстном поцелуе Марии, о первой встрече с Усом на Марсе, победе в турнире сильнейших на Юпитере, маминых блинах, ароматном кофе, кристально чистой воде с Земли Первородных, о грибном дожде, под которым бегает детвора, надеясь быстрее стать взрослыми, и об объединяющем чувстве землян, придающем им уникальность среди всего многообразия населяющих бескрайний космос форм жизни. Сияние управляющего, безмолвно проживающего воспоминания, постепенно начинало меняться. Из бледно-зелёного оно перетекало в светло-голубое, заливая весь верхний уровень. Достигнув максимальной яркости, луч голубого света вырвался из оболочки управляющего вверх и, отразившись от выгнутого дна диска, устремился вниз, заливая ослепительно-голубым светом каждый уровень с его улицами до самого дна шахты. Как только расходящийся во все стороны свет угас, Максима ждал очередной сюрприз. У всех, кроме Уса, сияние из светло-зелёного поменялось на небесно-голубое.

– Вот это да! – восхищённо воскликнул Максим. – Как это возможно?

– Что именно?

– Цвет сияния, – указывая пальцем на окружающих, не скрывая удивления, отметил юноша.

– Это часть хронизации. Мы не только переживаем воспоминания будущих жителей строящихся городов, но и перенимаем частицу их образа.

– Значит, – уточнил Максим, – сияние изменилась у всех горожан.

– Конечно. Новые города строятся на энергии, полученной вовремя хронизации.

– Те самые пятьдесят миллионов подъёмов? – уточнил Максим?

– Не могу этого объяснить, но по ощущениям силы гораздо больше, раза в два, думаю, – качая головой, констатировал управляющий.

– Значит, до начала необратимого процесса ещё сто миллионов подъёмов, верно?

– До завершения строительства, если точно.

– Ну да… Завершения строительства, – согласился Максим. – Тогда ещё вопрос. Перед нами у вас были визитёры с оранжевым и бордовым цветом сияния. Почему же ваше не изменилось?

– Не все прибывающие на Таккари нуждаются в немедленном решении их проблемы. Кто-то ищет подходящие условия для дальнейшего перемещения части сограждан перенаселённых планет, а кто-то выгодного обмена ресурсами.

– Выходит, через сто миллионов подъемов таккарианцы вновь поменяют облик?

– Такой уж у нас цикл жизни, – кивая головой, Таак подал сигнал рукой, и плита начала обратное движение.

Максим заглянул в шахту. Зелёный свет, недавно пропитывающий буквально каждый сантиметр уникального таккарианского мира, ассоциирующийся с жизнью, сменился нежно-голубым. Казалось, весь город, погрузившись в голубую дымку, замер в ожидании продолжения.

– Почему они не двигаются? – искренне удивился Максим.

– Проживают новый опыт, – уточнил Таак, – новые воспоминания – новая сила, а для кого-то и новые привычки.

– Ну что, мой друг, – протягивая руку, Ус попытался взбодрить Максима, – полдела сделано. – Заполнится город лемзянами или сохранится как стратегический запас для будущих поколений, полностью зависит от тебя. Окончание одного цикла непременно является началом другого. И если вы не согласны с предложенным, самое время воспользоваться правом выбора.

Размышляя о словах друга, Максим молча качал головой.

– Я видел, какие города вам нужны, – добавил Таак, – вам понравится.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем диск начал первый спуск, запустив отсчёт ста миллионам подъёмов, приближающих землян к неизбежным изменениям в отношениях с их планетой.

– Доброго пути, – протянув руку, Таак смотрел в глаза гостя. – У вас же так принято прощаться с друзьями?

На лице Максима появилась одобрительная улыбка.

– Всё верно, это официальная часть, а для друзей…

Пожимая руку, Максим подтянул к себе управляющего и крепко обнял.

– Спасибо за удивительное знакомство с Таккари, – добавил он, – до новых встреч.

Гости зашли на диск, после чего он плавно начал снижаться. Застывшие горожане постепенно приходили в себя. Теперь слова управляющего о привычках и силе обрели смысл. Некоторые из таккарианцев стояли с поднятыми руками в боксёрской стойке, кто-то растягивал рот пальцами, пытаясь воспроизвести улыбку марсианина, а кому-то посчастливилось ощутить нежность первого поцелуя.

– Сейчас менялы разберут полученный опыт на кусочки и разнесут по уровням, – констатировал Ус. – Я даже уверен, что на одном из них появится школа боска.

– Да не боска, а бокса! – ухмыльнулся Максим. – Не можешь запомнить?

– Неважно, как я его называю. Гораздо важнее – объединяющая тебя с ним связь, делающая его более привлекательным перед другими воспоминаниями.

– Как у тебя с Марсом?

– Как у тебя с «один – это блин», – парировал Ус.

– О-го, я впечатлён… Кто-то тренировался в остроумии?

Удовлетворённый похвалой друга, важно раскачиваясь, с повёрнутой на девяносто градусов головой в сторону, Ус сошёл с диска.

– Благодаря сиянию, – продолжил он, – преображённый город выглядит как пристанище Мастеров. Согласен?

– Надеюсь, дальше этого сходства дело не пойдёт, и Мастерам не потребуются услуги таккарианцев, – отрицая подобную перспективу, Максим покинул диск. – Я также верю, что смогу убедить землян измениться и избежать надвигающихся последствий из-за игнорирования потребностей планеты.

Друзья подошли к тоннелю, ведущему из города. Максим оглянулся, чтобы выразить благодарность за гостеприимство. Еле заметно кивнув, он посмотрел на Уса и шагнул в темноту. Двигаясь по тоннелю, освещённому голубым и бело-розовым сиянием, Максим думал только об одном: как помочь жителям Земли?

– Удивительное и одновременно пугающее место, – прервал молчание Максим, – им доступны воспоминания далёких планет, но отсутствуют собственные.

– Встреча с тобой и будет их собственными воспоминаниями, – возразил Ус.

– Я не об этом, – продолжил Максим, – одно дело переживать эмоции, испытанные кем-то, и совсем другое – увидеть своими глазами, например: голубое небо или восход солнца. Ты не согласен?

– Согласен, только… К чему сожалеть о том, чего нет? Не лучше ли наслаждаться тем, что имеется в достатке?

Остаток пути прошёл в тишине. Максима впечатлили слова Уса, и он пытался найти им практическое применение относительно человечества. Выйдя на поверхность, освещённую тремя светилами, Максим почувствовал тепло солнца, проникающего сквозь прозрачную оболочку таккарианцев.

– Вот оно, – прошептал он.

Марсианин огляделся по сторонам.

– Что оно?

– То, что мы имеем в избытке.

– Солнце?

– Да, Солнце… Нам не нужно прятаться под землёй, выдумывать искусственные источники света. Мы так к этому привыкли, что перестали замечать окружающее нас волшебство. У вас до источника света пять километров. Это замечательно, но несравнимо с наличием неба и звёзд на нём. А здесь… В городах для беженцев – всего десять метров над головой. Если этого недостаточно, чтобы измениться, тогда…

Дёрнув плечами, Ус продолжил движение вперёд, по-прежнему наблюдая одним глазом за Максимом, а другим за дорогой.

– Прощаться не будем, – занимая свободную капсулу, начала Ус, – предки Марса просили напомнить об отправленном вам приглашении.

– Нам?..

– Да, вам. Мастеру-М и М2.

– И когда нас ждут?..

– Да хоть завтра, если у Мастера-М найдётся время для знакомства с величайшей силой галактики.

– Ха… А ты знаешь, на что надавить, – улыбнулся Максим. – Хорошо, – помогая закрыть крышку, телепатически согласился Максим.

Мгновение, и бело-розовое сияние освободило прозрачную таккарианскую оболочку. Максим ещё раз бросил взгляд на пещеру, ведущую к городу, затем уложил оболочку в соседнюю капсулу и переместился.

ГЛАВА 5

– Передумал? – увидев поднимающегося по лестнице Максима, воскликнул Бераак.

Максим многозначительно качнул головой.

– Да ладно?.. Уже вернулся?..

С едва заметной улыбкой Максим качнул головой ещё раз.

– Для нас прошла минута, не больше. А сколько дней прошло для тебя?

– Два… Таккарианский мир, скажу я вам, настолько уникален… Мастер, вы знакомы с обитателями планеты Таккари?

– Личного удовольствия познакомиться не имел, но слышал об их феноменальных способностях в строительстве.

– Верно, они строители. Но строители чего и для кого?.. А то, что вы не были на этой планете, не случайность. Попасть на неё возможно исключительно по приглашению.

– От кого? – с возмущением в голосе спросил Бераак.

– А как вы думаете?

Без слов, Мастер с Берааком развели руками.

– По приглашению создателя жизни во вселенной.

– Это ты о Боге?.. – с недоумением уточнил Бераак.

– Ну-у-у, – протянул Максим, – да-а-а.

– Хочешь сказать, – продолжил кельт, – Бог – главный заказчик планеты строителей?..

– Всё не так просто, – на лице Максима появились нотки сожаления, – таккарианцы – удивительный, выполняющий особую миссию, вид. Приглашение подтверждает заботу создателя о видах, подошедших к грани исчезновения.

– Слушай, ты совсем нас запутал. При чём тут строители, забота и исчезновение? – в очередной раз возмутился Бераак.

– А при том, – подключился Мастер, – земляне исчерпали лимит терпения. Строители намерены подготовить убежище для достойных спасения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.