Елена Пани-Панкова
Любить по-мужски – возвращаться

Все персонажи и события являются вымышленными. Всякое совпадение или сходство с реальностью возможно лишь случайно.

Если он ушёл, не посыпай голову пеплом. Вероятность того, что рано или поздно вернётся, высока. Ведь если женщина любит ожиданием, то мужчина – возвращением.

Психологиня. Знакомство

Хрупкая красивая блондинка немного за тридцать затравленно смотрит в web-камеру на утомлённо-умудрённую пожилую брюнетку. Дамы общаются по скайпу.

– Слушаю вас, Ариадна.

– Я хочу уйти от мужа.

– Сколько лет вы вместе?

– Пятнадцать. Но… Это ничего не значит. Просто… просто я зависима от него. И у меня биполярка.

– Кто вам сказал, что у вас биполярка?

– Психиатр.

– Когда вы были у психиатра в последний раз?

– Не помню.

– Что сейчас не устраивает вас в муже?

– Он меня оскорбляет, не отпускает никуда одну. Иногда даже бьёт. И мы… мы противны друг другу физически.

– Он изменяет вам?

– Скорее… наоборот.

Блондинка густо краснеет. Ох, как глупо спалилась она тогда с Юристом.

… Пришла якобы с корпоратива слегка навеселе, а когда под пристальным взглядом супруга раздевалась в коридоре, из-под свитера предательски вылезла лямка кружевной комбинации. Для супруга она никогда так не наряжалась.

Семеро (помимо супруга) мужчин за три года… Свет, перемежавшийся с чернотой. Вспышки эйфории, а за ними – провалы в беду и безысходку.

Прелюдия

Она казалась странным ребёнком, белокурая Ариадна. От «догонялок» с гиканьем быстро уставала. Не прощаясь, под недоумённые взгляды приятелей покидала двор и погружалась в дивный мир книг и мечтаний.

Звать её на улицу, стучать в дверь в такие дни было бесполезно: девочка лишь раздражённо отмахивалась от надоедал. Спустя время она вновь выходила в люди. Но в человечьем стаде подобную нестабильность не прощают. На Алю наскакивали с упрёками, а порой и с тумаками.

Она убегала домой, плакала, жаловалась маме на злых ребят, однако ничего с собой поделать не могла. Снова пеленой накрывал антиинтерес к окружающим, снова нужны были ей в жизни одни лишь книги. Даже куклы в такие периоды пылились в углу.

Социализация давалась тяжело, ибо почти всех людей Аля банально боялась. При этом она видела многих из них как облупленных. Но вот парадокс, как стать своей в этом агрессивном и нередко подлом сброде, не понимала. Кстати, за глаза всех, кроме близких, Аля называла только прозвищами.

Одиночку всегда вынюхивают хищники и, пользуясь беззащитностью того, кто не в стае, нападают на него. Когда Але было пять, за ней по пятам вдруг начала ходить тётка-соседка.

«Ты украла у моей дочки куклу! Отдавай, мерзавка!» – злобно шипела сумасшедшая. Сначала Ариадне было смешно: ну зачем ей чужие куклы, когда дома пять своих? Но на четвёртый день неожиданно для себя не выдержала и разрыдалась. Мама, узнав об абьюзерше, пригрозила ей милицией, и та отстала.

Потом последовал эпизод с соседским пенсионером. «Хочешь конфету?» – как-то пристал он на улице. Ариадна, маленькая сладкоежка, обрадовалась.

«Вот она – моя конфетка!» – И дедушка Вася вывалил из штанов нечто мерзкое. Спустя мгновение девочка с ужасом и тоской поняла, ЧТО это. Противная часть тела ещё долго стояла перед глазами и снилась ей. Но как рассказать маме о страшном старике? Стыдно!

Ну а перед самой школой и вовсе беда приключилась: сошёл с ума любимый дядя, мамин брат, когда-то заменивший Але отца. Вернулся домой из Питера, где учился на актёра, лёг на раскладушку и почти полностью перестал реагировать на внешние раздражители. Спустя неделю бедолагу куда-то увезли, а затем вернули. Совсем угасшего.

Мама и бабушка почернели от горя. Аля ничего не понимала, упорно лезла к родственнику с вопросами. Тот только отворачивался.

Как-то утром девочка вдруг поняла, что не может впихнуть в себя ни ложки ранее обожаемой манной каши. Блюдо показалось мерзким. Мерещилось, что его оккупировали какие-то ужасно вредные микроорганизмы.

– Что с тобой, Алечка? Что-то болит? – встревожилась мама.

– Я не хочу кушать. – С этими словами малышка покинула стол.

– Довели ребёнка! – выговаривала бабушка дочери, Алиной маме. – А я тебе говорила, квартиру нужно снимать!

– Они все дорого просят, ты ж знаешь…

– Знаю я одно – почему не уходишь! Удобно тебе с матерью! Мама же у плиты, как у Вечного огня, каждый день колбасится, пока ты на своём заводе отсиживаешься!

– Мам, я не отсиживаюсь, я пашу, как лошадь.

– А я не пашу?! Шляешься по мужикам на выходных, а мне говоришь, что на работе дежуришь!

Нападки бабки на маму в последнее время участились. Наверное, из-за несчастья с дядей. Аля не выдерживала висящей в воздухе ненависти, пряталась от неё в кладовке и сидела там на корточках, зажав уши. Это было лучше, чем гулять по улице, где мог поджидать жуткий дед Вася.

Ну, ничего, пойдёт она в школу, и начнётся счастливая жизнь…

Училка и новая семья

Уже через неделю после первого сентября эйфория сошла на нет. Учительница была пожилая, суровая, а временами даже и жестокая. К тому же Алю отдали в продлёнку, и после уроков мучения с прописями продолжались. Буквы у Ариадны выходили корявые, в особенности замысловатая прописная «вэ».

«Какая ж бестолочь!» – гадко визжала тётка, которую Ариадна про себя назвала Училкой, услышав пренебрежительное словцо на праздничной линейке из уст старшеклассников. Противная старуха грозно нависала с неизменной линейкой, и Аля от страха сжималась в комок. Непослушных одноклассников Училка била по рукам. Не больно, но унизительно.

Дома тоже было невесело. Бабушка возвращалась домой раньше мамы и нагружала внучку нудными обязанностями: сходи за хлебом, вынеси мусор, подмети в кухне. При этом неизменно причитала и проклинала судьбу. Дядя стал надолго запираться в ванной и подолгу лить воду, произнося при этом матерные слова в адрес какой-то «шпаны недорезанной».

Бабушка говорила, что у него глюки, и эти самые глюки пугали ребёнка не меньше, чем преобразившийся родственник. Ещё он полюбил мариновать чеснок, и в квартире нестерпимо завоняло. Что сделалось с её милым интеллигентным дядей…

Зато к Але вернулся аппетит. Более того, на фоне школьного стресса желание жевать что-то вкусненькое лишь усилилось. Мама тоже страдала. Но однажды она вдруг объявила за ужином, что выходит замуж и забирает Алю.

Так появились новый папа (первый бросил их, когда Ариадне было пять месяцев), новая бабушка и даже старшая сестра. Да и мама вдруг показалась какой-то другой: радостной, солнечной, парящей.

Началась светлая полоса. Бабушка номер два, в отличие от первой, сидела на пенсии и каждый день готовила что-то вкусненькое. Учительница оказалась молодой. Она гоняла первоклашек меньше, чем грымза из прежней школы. Ну а папа и сестра не шпыняли по пустякам, а иногда даже помогали нервному ребёнку.

В пятнадцать лет, когда Ариадну стали донимать прыщи и сальные волосы, она влюбилась в звезду телеэкрана, игрока сборной по футболу. Когда узнала, что её кумир женился, наглоталась каких-то таблеток. Спасла сестра. Умница, она не стала вызывать «скорую», а позвонила отцу. Новый папа, человек со связями, нашёл частного психиатра.

Молодой симпатичный доктор запытал юную пациентку множеством вопросов, погнал её на анализы, а затем выписал какие-то таблетки. К угрям и неотмывающимся волосам прибавился лишний вес, но зато Але вдруг легко стала даваться ранее казавшаяся зубодробительной геометрия. А потом и прыщи пропали.

Мама строго следила за тем, чтобы Аля не пропускала приёма пилюль. Сообщила дочери страшный диагноз (биполярное расстройство) и взяла клятву, что девочка даже будущему мужу не откроет этой тайны.

Ласковый

Это было замечательное время! Ариадна поступила в вуз и с удовольствием погрузилась в увлекательную учёбу на филфаке. После соседа с «конфетой» и футболиста к парням её не тянуло. Да и они не интересовались серой мышкой и синим чулком в одном флаконе. Тогда ещё Ариадна не умела себя подать, ибо стриглась коротко и носила длинные юбки.

На пятом курсе она случайно столкнулась на улице с бывшей одноклассницей. «Посидим, поболтаем?» – предложила красотка, и Аля с удовольствием согласилась.

В уличном кафе приятельница закурила и предложила сигарету Ариадне. Та оказалась. «Ну и дура! – не одобрила Историчка (девица училась на истфаке). – Вот выйдешь замуж за какого-нибудь зануду, начнёт он тебя строить, и нечего хорошего ты больше в жизни не увидишь».

Аля пожала плечами. Замужество её не привлекало, а сомнительные радости в виде курева, выпивки и обжиманцев на дискотеках – тем более.

– Небось, и парня нет?

– Не нужны мне парни…

– Да, глупая ты, Алька… Ты посмотри-ка на себя. Одета, как бабка, и стрижка «Прощай, молодость!». А ведь симпотная же. Ну и подчёркивай свою красоту, пока молода!

Несмотря на Алино сопротивление, Историчка потащила Ариадну к себе домой. Жила она в отлично обставленной съёмной квартире. «Бойфренд снимает, он бизнюк», – небрежно ответила на вопрос, откуда у неё столько денег. Накормила скромницу деликатесами, одарила ворохом надоевших ей прелестных вещиц.

«И мой тебе совет – не стриги, ради Бога, волосы, мать! Кстати, сегодня у нас вечеринка. Придёшь?»

От этого предложения Аля вежливо отказалась, а вот советам, которые касались внешности, вняла. Уже через месяц на неё начали заглядываться парни. С одним из них, чем-то похожим на первую любовь, успешного форварда, Ариадна вечером отправилась «на кофе».

В кухне, уговорив её перейти на коньяк, молодой человек вдруг резко повалил прямо на тахту. «Эй, мы так не договаривались!» – попыталась остановить плейбоя Ариадна. Без толку.

«Да расслабься ты уже, наконец, б…ь!» – разорался он, раздосадованный тем, что ничего не выходит. Откуда ни возьмись, в кухне вдруг появился ещё один молодой человек, постарше.

Отпихнув незадачливого ухажёра, он присёл перед Алей на корточки. «Чё, барышня, козлит парниша?» – ласково спросил и начал нежно поглаживать студентку по ногам, переводя руки всё выше, задирая блузку. Он «барышни» и бархатного голоса Ариадна «поплыла».

…Почему он не звонит? Почему же он, гад, не звонит?! Аля только делала вид, что слушает преподавателя, а сама то и дело ныряла в телефон. Звук был предусмотрительно выключен. Вчера они повторили сносгсшибательное приключение, а сегодня Ласковый пропал. Аля, поборов гордость, набрала его номер. Заблокирован.

На перемене разыскала Бельчонка, того самого, что после кофе и коньяка потерпел фиаско. Начала выспрашивать о возлюбленном. Бельчонок отводил глаза, что-то мекал. «И ваще, ты сама под него легла, чё теперь ко мне лезешь?»

– Я под него легла?! Ты что несёшь-то?! Вы ж меня оба насиловали!!!

– Тихо, больная! Видишь, все смотрят на нас!!!

Аля заозиралась. Нет, никто не смотрит. Ой, нет! Вон в сторонке стоит Сплетница из их группы. Какой позор!

Светлый этап резко, без перехода сменился чёрным. Знакомый психиатр не подвёл, снова спас своими чудо-препаратами, но в этот раз они лишь отупляли и туманили всё вокруг. Как назло, Историчка отбыла со своим спонсором на какой-то курорт.

Близкие о драме не узнали, только добрая бабушка, о чём-то догадавшись, стала кормить ещё вкуснее.

Психологиня. О муже

– Как вы познакомились с супругом?

…Она тогда только начала работать в частной региональной газете. Судьба явилась в редакцию в виде молодого некрасивого заморыша. Мужчина поведал, что его семью травят местные власти. Чинуши не хотят демонтировать стоящий сразу за огородом заброшенный склад ветеринарных препаратов. Нужна помощь журналистов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.