Стейси Кеннеди
Услышь свое сердце

Most Eligible Cowboy © 2022 by Stacey Kennedy

«Услышь свое сердце» © «Центрполиграф», 2023

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2023

* * *

Глава 1

– Привет, красавчик.

Сидя на деревянном барном стуле, Колтер Уорд застонал про себя, вдохнув слишком сладкий аромат духов. До того как отправиться в «Блэк хорс», легендарный бар в техасском городе Девилс-Блафф, он подумал, что его пыльные волосы и грязная, пахнущая потом одежда после долгого рабочего дня на ранчо должны отпугнуть любую здравомыслящую женщину.

Раздосадованный своей ошибкой, он сделал несколько глотков ледяного пива и встретился взглядом с кареглазой красоткой, которая в любой другой вечер привлекла бы его внимание.

– Не заинтересован, – холодно ответил он и перевел взгляд на экран телевизора над полкой с напитками, по которому шла трансляция чемпионата по скачкам на быках.

– В таком случае я дам тебе несколько минут на то, чтобы ты передумал, – сказала она, после чего пошла назад в столику в другом конце бара, где ее ждала подруга.

Колтер приезжал в «Блэк хорс» каждую пятницу, чтобы расслабиться после работы, а не чтобы найти женщину для плотских утех. Бар был оформлен в сельском стиле. На стенах, обитых деревянными панелями, висели фотографии знаменитых исполнителей музыки кантри, актеров и спортсменов, которые когда-либо останавливались в этом маленьком городке. На круглых деревянных столиках стояли чаши с сухими крендельками и арахисом.

– Тебя опять преследуют дамы? – донесся до него из-за стойки голос Риггза Эванса, владельца бара и давнего друга Колтера.

Зеленые глаза Риггза весело блестели, и Колтер фыркнул:

– Они хуже, чем корова, которая защищает своего теленка от вакцинации.

Вытерев со стойки след конденсата от бутылки Колтера, Риггз запрокинул кудрявую голову и рассмеялся:

– Ты всегда пользовался успехом у женщин.

– Это не женщины, а акулы.

После его развода, произошедшего почти год назад, жизнь Колтера превратилась в катастрофу, но это, по крайней мере, была тихая катастрофа. Она превратилась в настоящий ад после того, как в одном популярном нью-йоркском онлайн-издании появилась статья, в которой его назвали самым сексуальным холостяком Техаса. Там была фотография, на которой он спасал теленка от быстро распространяющегося вирусного заболевания. После этого его начали преследовать не только местные жительницы, но и женщины из других городов штата. Разумеется, им нужен был не только он, но и миллионы его семьи.

После развода Колтер сосредоточился на работе на семейном ранчо, и внимание всех этих женщин ему только мешало. На протяжении шести поколений семья Уорд занималась разведением крупного рогатого скота и американских квортерхорсов[1]. Поскольку Уорды принадлежали к потомственной денежной аристократии, женщины всегда бегали за Колтером, но в последние несколько недель они стали просто безжалостными. Они выслеживали его в общественных местах, подкарауливали возле его дома, преследовали даже во сне. После развода его сердце очерствело, но он не хотел строить новые отношения. Ему нужно было как-то избавиться от всех этих женщин и сделать так, чтобы все забыли о той злополучной статье.

– Вот черт, – внезапно пробурчал Риггз.

В другом конце бара пьяный завсегдатай по имени Уилли ругался с другим посетителем, который выглядел так, словно собирался наброситься на Уилли и прижать его к стене.

– Если тебе понадобится что-то еще, дай мне знать, – сказал Риггз Колтеру.

– Да, конечно.

После школы Риггз записался в армию, затем работал в полиции. После одного сложного дела ему захотелось покоя, и он купил себе этот бар.

Риггз не нуждался в помощи Колтера. Он быстро уладил вопрос, налив обоим клиентам по порции напитка за счет заведения.

Колтер сделал еще глоток пива, когда рядом с ним раздался приятный голос:

– Я буду любое бочковое пиво.

– Сейчас, – произнес с приветливой улыбкой вернувшийся за стойку Риггз.

Голос женщины показался Колтеру знакомым, но он не стал смотреть в ее сторону. Ему до смерти надоели все эти охотницы за состоянием.

– Вы Колтер Уорд, не так ли?

Он может побыть один хотя бы двадцать минут?

Колтер повернулся, собираясь сказать это женщине, но промолчал.

Светлые волнистые волосы с рыжеватым оттенком обрамляли ее круглое лицо. Маленький слегка вздернутый носик был усыпан веснушками, а пухлые розовые губы выглядели соблазнительно. Тонкая блузка и длинная черная юбка подчеркивали изгибы женственной фигуры, почти не оставляя пространства для воображения.

Может, провести эту ночь с сексапильной блондинкой не такая уж и плохая идея?

– Или я ошиблась? – спросила она с улыбкой, от которой по его спине пробежала дрожь желания.

Ему пришлось напомнить себе, что для него сейчас любая женщина враг.

– Послушайте, я уверен, что вы замечательная, но мне сейчас не нужны отношения. Я недавно развелся. Моя бывшая жена изрядно вымотала мне нервы и добилась, чтобы я выплачивал ей содержание. Я миллионер, но, поверьте, я нахожусь сейчас в таком ужасном эмоциональном состоянии, что ни одна здравомыслящая женщина не захотела бы иметь со мной дела ни за какие деньги.

– Ничего себе. – Подняв бровь, незнакомка села на соседний стул. – Меня впечатлил ваш рассказ о себе, но, уверяю вас, я не претендую на вашу руку и сердце. Я Аделин Харлоу.

Она протянула ему руку, и он, помня о хороших манерах, которые в детстве привили ему родители, пожал ее:

– Колтер Уорд.

Женщина мягко рассмеялась:

– Я уже сказала, что знаю, кто вы. Вы меня не помните?

Он окинул ее взглядом:

– Нет. А должен?

– Думаю, да. Я в течение целого лета присматривала за вашим младшим братом.

Задумавшись, он вспомнил имя и девочку-подростка с пухлыми щеками и кривыми зубами. Она носила мешковатую одежду и заплетала волосы в две косички.

– Вы та самая Аделин, которая сидела на диване в доме моих родителей и все время что-то писала?

– Да, та самая, – улыбнулась она.

Колтер видел много красивых женщин, но они казались ему однообразными. Красота Аделин была другой. Соблазнительной.

– Признаться, когда я вас увидел, я потерял дар речи.

Ее улыбка стала дерзкой.

– А я думала, что Колтер Уорд непоколебим.

– Поверьте мне, Аделин, меня можно поколебать, – усмехнулся он, затем выпил еще немного пива.

– Значит, на самом деле вы простой смертный.

Он наклонил голову набок:

– Почему вы думали иначе?

Она продолжила кокетливо улыбаться.

– Вы ведь самый сексуальный холостяк Техаса, не так ли?

– Куда вы переехали?

– В Нью-Йорк, – ответила она, затем поблагодарила Риггза, который принес ей пиво.

– Обо мне еще говорят в Нью-Йорке? Та дурацкая статья вышла несколько недель назад.

– Что я могу сказать? Женщины любят сексуальных ковбоев.

Ему было приятно, что она назвала его сексуальным.

– Вы вернулись в Девилс-Блафф?

Он вспомнил, что после того лета, когда она присматривала за его братом Бо, Аделин с матерью уехали из города.

– Нет, я приехала сюда на короткое время. Как поживает ваша семья?

– У моей матери и Бо все хорошо.

– А у вашего отца?

Сердце Колтера болезненно сжалось.

– Пять лет назад ему диагностировали болезнь Паркинсона. Она быстро прогрессирует.

Колтер никогда не простит себя за то, что его не было рядом с отцом, когда тот начал слабеть. Что вместо этого он пытался спасти свой безнадежный брак. Он дал себе слово, что больше никогда не будет пренебрегать своей семьей.

– Мне жаль это слышать, – с сочувствием произнесла Аделин, положив ладонь ему на руку.

– Тяжелее всего приходится моей матери, – ответил он. – Отец уже несколько месяцев передвигается с помощью инвалидной коляски. Он живет в специализированном пансионате, но медсестра часто привозит его домой.

– Да, вам всем сейчас нелегко. – Медленно убрав руку, она потянулась за своей кружкой с пивом. – Ваши родители всегда так любили друг друга. Хорошо, что доктора отпускают вашего отца домой.

Колтер тоже когда-то хотел испытать такую большую любовь, как у его родителей, но затем понял, что это дано не каждому.

Аделин внимательно смотрела на него своими красивыми глазами цвета меда.

– Я читала, что в этом году ваша семья перечислила фонду по борьбе с болезнью Паркинсона триста тысяч долларов.

– Мы делаем все возможное для продвижения исследований.

– Ваша семья всегда много делала для местного сообщества, – мягко улыбнулась она.

Внезапно его охватило странное чувство ностальгии. Аделин знала Колтера в те времена, когда его сердце еще не было разбито. В отличие от его семьи и Риггза она не смотрела на него как на сломленного человека.

– Итак, Аделин, зачем вы приехали в город?

– Чтобы встретиться с вами.

– Со мной?

– Я журналистка, – ответила она, немного помедлив. – Я работаю в том онлайн-издании, которое назвало вас самым сексуальным холостяком Техаса.

Он поднял бровь:

– Это вы написали ту статью обо мне?

– Нет, но мой редактор хочет продолжения истории, которая вызвала живой интерес у наших читателей.

– Ясно, – ответил Колтер. Не желая иметь никаких дел с изданием, которое превратило его жизнь в цирк, он допил пиво и сказал: – Был рад вас повидать, но я лучше пойду.

– Подождите.

Аделин схватила его за руку, и он почувствовал, как по его коже пробежал электрический разряд. Затем он снова посмотрел в ее глаза, полные мольбы, и чуть в них не утонул. Никогда еще ему не хотелось одновременно уйти и остаться.

– Я прошу всего лишь об одном интервью. Затем я уеду, а вы продолжите жить привычной жизнью.

– Та статья создала мне массу проблем. Из-за нее я не могу спокойно выйти из дома. Почему я должен позволить вам написать обо мне еще одну статью?

Она ослепительно улыбнулась:

– Потому что я очаровательная?

– Нет.

Она улыбнулась еще шире:

– Потому что я друг семьи?

– Нет.

Внезапно ее игривый настрой уступил место чему-то, похожему на отчаяние.

– Потому что эксклюзивное интервью с вами – это то, что меня отделяет от новой должности, ради которой я трудилась несколько лет. Ничто не помешает мне взять у вас интервью и получить повышение. Поэтому либо вы согласитесь прямо сейчас, либо я буду вас преследовать, и в конце концов вы не выдержите и дадите мне интервью.

Воздух между ними искрился от сексуального напряжения. Колтер давно не испытывал ничего подобного, если вообще когда-либо испытывал.

– С чего вы взяли, что вы одержите надо мной верх?

Она снова заулыбалась:

– Я никогда не проигрываю.

– Правда?

– Да. Я знаю, что вы привыкли к тому, чтобы все было по-вашему. Но помимо меня на эту должность претендуют три мои коллеги. Все, что мне нужно, – это написать такую статью, которая лишит моих конкурентов шансов на победу. Мне нужен эксклюзивный материал, и вы мне его дадите.

Ему понравилась ее дерзость, и он мягко рассмеялся. В следующий момент Риггз прокашлялся и, поставив перед Колтером кружку с пивом, сказал:

– Меня попросили передать это тебе.

– Отнеси это назад, – ответил Колтер, не сводя глаз с порозовевших щек Аделин, и Риггз унес пиво.

Внезапно Колтеру пришла на ум блестящая идея. Он понял, как сделать так, чтобы женщины и пресса оставили его в покое.

– Вы хотите интервью, а я хочу, чтобы эти женщины перестали меня преследовать. Если вы останетесь в городе и притворитесь моей девушкой до тех пор, пока преследовательницы не потеряют ко мне интерес, я дам вам эксклюзив, о котором вы просите.

Ее глаза расширились.

– Вы говорите серьезно?

– Абсолютно серьезно. Я хочу вернуться к привычной жизни и сосредоточиться на работе на ранчо, а вам нужно повышение. Это взаимовыгодная сделка.

Аделин неловко заерзала на стуле, и румянец на ее щеках стал гуще.

– Думаю, вы меня переоцениваете. С чего вы взяли, что эти женщины от вас отстанут, если будут думать, что я ваша девушка?

– А я думаю, что вы себя недооцениваете. Поверьте мне, они отстанут.

Глядя на ее блестящие глаза и приоткрытые губы, Колтер наклонился к ней, полагая, что она отпрянет. Но она не отпрянула, и тогда он взял в ладони ее лицо и накрыл ее губы своими.

Здравый смысл говорил ему, что это безумие, но вкус ее губ заставил его забыть об осторожности. Когда ее мягкие волосы коснулись его щеки, в паху у него вспыхнул огонь.

Он не собирался останавливаться, но, когда Аделин застонала, вспомнил, где они находятся, и отстранился.

– И как это поможет тебе их прогнать? – промурлыкала Аделин.

– Посмотри сама.

Он указал ей на женщину, которая попыталась угостить его пивом. Та с хмурым видом направлялась к выходу. Следом за ней шла ее подруга.

Когда за женщинами захлопнулась дверь, Аделин сказала:

– Никакого секса. Никакой эмоциональной привязанности. Только поцелуи, рассчитанные на публику. Правду ты можешь сказать только тем людям, которым доверяешь.

Он наклонил голову набок:

– Я смогу выполнить эти условия, а ты?

– Поверь мне, я не привяжусь к тебе.

Ему было интересно, почему она согласилась на это безумие ради продвижения по карьерной лестнице, но он решил, что его это не касается.

– Значит, мы договорились?

Один уголок ее рта приподнялся, затем она притянула Колтера к себе и прошептала:

– Да, договорились. Ты получишь фиктивную подружку, а я – эксклюзивный материал для статьи.

Поцеловав его в губы, она встала и направилась к выходу.

– Я думал, что тебя сейчас не интересуют женщины, – произнес Риггз.

Глядя на дверь, которая закрылась за Аделин, Колтер пытался понять, что только что произошло. Он никогда раньше не вел себя импульсивно, но его рассудительность до сих пор не помогла ему решить проблему.

– Они меня не интересовали.

– Значит, она не акула? – рассмеялся Риггз.

– Нет, она совсем другое дело.

Глава 2

Выхлопная труба старенького «форда» издала громкий звук, когда Аделин вышла на Главную улицу. Высокие каблуки ее туфель постукивали по асфальту, колени слегка дрожали после того, что только что произошло в баре.

Что это было?

Когда они учились в школе, она была тихой, застенчивой девчонкой, погруженной в свои заметки, а Колтер Уорд был крутым парнем, недосягаемым для нее.

Неудивительно, что фото Колтера, которое разошлось по всему Интернету, привлекло к нему внимание стольких женщин. На этом снимке его загорелый мускулистый торс был обнажен, волосы цвета горького шоколада были взъерошены, а скульптурный подбородок покрывала щетина. Его выразительные голубые глаза пленили не одно женское сердце. Аделин была влюблена в Колтера с двенадцати лет.

Чтобы снять внутреннее напряжение, Аделин, проходя мимо пекарни, встряхнула руками.

Колтер ее поцеловал, и она ответила на его поцелуй. Она объяснила себе это минутным помрачением ума, но девочка-подросток, живущая глубоко внутри ее, ликовала.

Вдохнув свежего воздуха, в котором витали ароматы дрожжевого хлеба и полевых цветов, Аделин продолжила идти вдоль двухполосной дороги. В Девилс-Блафф не было Пятой авеню, зато здесь были набережная и исторический квартал в центре, а также картинные галереи, модные бутики, салоны красоты и дорогие рестораны. Местные жители ходили по улицам в ковбойских сапогах и шляпах, но их джинсы и рубашки были от ведущих дизайнеров.

Чтобы отвлечься от того, что произошло, Аделин нашла тихий уголок между двумя магазинами, достала из сумочки мобильный телефон, открыла фейстайм и позвонила своей лучшей подруге Норе Келлер. Они дружили с первого дня Аделины в нью-йоркской школе.

В тот момент, когда на экране появилось лицо Норы, Аделин почувствовала, что в ее мире все снова встало на привычные места. У Норы были светлые волосы и карие глаза. Ее доброта, оптимизм и понимание располагали к ней людей. С тех пор как в ее жизни появилась Нора, Аделин больше никогда не чувствовала себя одинокой.

– Колтер поцеловал меня, а я поцеловала его в ответ, – сообщила Аделин подруге после обмена приветствиями.

Нора завизжала и чуть не уронила телефон.

– Когда это произошло? Как?

– Сама не понимаю, – призналась Аделин.

Нора часто заморгала, затем лукаво улыбнулась:

– Весьма необычный прием для интервью.

– Да, до сих пор я не целовалась с людьми, у которых брала интервью, – рассмеялась Аделин, – но с Колтером Уордом это произошло.

Нора зажмурилась и покачала головой. Когда она открыла глаза, они сияли.

– Прости, мне нужно время, чтобы это переварить, – сказала она, прижав ладонь к груди.

– Это так тебя шокировало? Интересно почему? Может, потому, что всего неделю назад я разорвала помолвку с мужчиной, которого пять лет считала своей второй половинкой?

– Да.

Запрокинув голову, Аделин тяжело вздохнула:

– Я не знаю, что произошло. Я напомнила Колтеру о том, что когда-то присматривала за его братом. Затем сказала ему, что сделаю все, чтобы получить эксклюзивную информацию. На это он ответил, что даст мне интервью, если я соглашусь притвориться его девушкой. Ему это нужно для того, чтобы женщины перестали его преследовать. Затем он меня поцеловал, чтобы доказать мне, что наш фиктивный роман принесет ему пользу.

– Ему удалось это доказать?

– Да. Женщина, которая караулила его в баре, встала и ушла.

В ответ Нора лишь два раза моргнула.

– Нора, скажи что-нибудь.

– Я все еще думаю над тем, что произошло. Подобное поведение для тебя не характерно. То есть Колтер, конечно, великолепен, и целуется он, наверное, неплохо. Расскажи, как это было.

– Боже мой, Нора, это было потрясающе, – вздохнула Аделин. – До него меня никто так не целовал. Даже Брок.

До недавних пор она считала Брока главной любовью своей жизни. Они были вместе пять лет и собирались пожениться через месяц, пока она не узнала, что он ей изменял со своей секретаршей Стефани.

Когда начальница Аделин предложила ей отправиться в Техас и взять интервью у Колтера, она сразу ухватилась за эту возможность. Брок писал и звонил ей сначала каждый час, а теперь по три раза в день. Она ни разу ему не ответила, потому что им было не о чем говорить.

– Со мной произошло то, о чем я мечтала, когда была подростком. Не знаю, что и думать обо всем этом.

– А ты попробуй не думать. Возможно, короткий роман с Колтером поможет тебе быстрее пережить предательство Брока.

Аделин снова вспомнила, как Колтер ее поцеловал, и по ее спине пробежала приятная дрожь.

– Уверена, что мой психотерапевт сказала бы, что это ужасная идея.

– Значит, это ужасный психотерапевт, и тебе следует найти другого, – сказала Нора. – Бурный секс с красавцем, в которого ты когда-то была влюблена, – это лучший способ исцелить твое раненое сердце.

Аделин рассмеялась. Нора всегда была смелее ее.

– Интересно, почему он так против женского внимания?

– Большинство этих женщин охотятся за его деньгами, но у меня создалось ощущение, что главная причина не в этом.

Нора откинулась на спинку стула. Судя по картине позади нее, на которой была изображена панорама Нью-Йорка, она находилась в своем домашнем кабинете.

– Тогда в чем она?

– Год назад Колтер развелся. Наверное, расставание было весьма болезненным, раз он хочет, чтобы его оставили в покое.

Нора криво улыбнулась:

– Он хотел, чтобы его оставили в покое, пока он не поцеловал тебя.

– Это был ненастоящий поцелуй, – напомнила ей Аделин. – Мне необходимо взять у него эксклюзивное интервью. Я сделаю все, чтобы получить повышение. Мне нужна эта должность.

В тот день, когда узнала о предательстве Брока, она дала себе слово, что без него ее жизнь не изменится. Что она сможет сама оплачивать все расходы, которые они до сих пор оплачивали вдвоем.

Что она больше никогда не будет ни от кого зависеть финансово.

Нора отрывисто кивнула:

– Бери интервью и возвращайся.

– Я вернусь раньше, чем ты думаешь.

– Хорошо, – ответила Нора. – Держи меня в курсе.

– Конечно. Когда у меня появятся новости, я обязательно тебе позвоню.

Попрощавшись с подругой, Аделин убрала телефон в сумочку и расправила плечи, готовясь пойти дальше. Отель «Даун-Хилл», в котором она забронировала номер на две недели, находился всего в двух кварталах отсюда. Ей хотелось поскорее снять туфли и принять ванну.

Сделав всего пару шагов, она застыла на месте как вкопанная. Кровь застучала у нее в висках, когда она увидела пожилого мужчину с обветренным лицом, выходящего из хозяйственного магазина. На нем были вылинявшая клетчатая рубашка и джинсы в масляных пятнах. Его волосы были скрыты под выгоревшим коричневым стетсоном. Он шел, ссутулившись и засунув руки в карманы. Для человека, чей рост превышал шесть футов, он выглядел маленьким.

Это был Эрик Лау. Человек, которого она никогда не простит. Ее отец.

Она узнала его имя от своей матери, только когда Аделин исполнилось шестнадцать лет. Нора помогла ей найти в Интернете его фото. Оно было с сайта его автомастерской в Девилс-Блафф.

Аделин бросило в дрожь, и она обхватила себя руками. Она говорила себе миллион раз, что сделает, если когда-нибудь его встретит.

Но вместо того чтобы подойти к нему и спросить у него прямо, почему он отказался ее признать, она бросилась за ближайший куст, споткнулась и растянулась на земле. Эрик Лау тем временем сел в свой грузовик.

– Копаешь червей?

Услышав знакомый бархатный голос, она повернулась и встретилась взглядом с Колтером. Его голубые глаза озорно блестели, и она почувствовала, как внизу ее живота вспыхнул огонь.

– Я упала.

Его губы дернулись.

– А-а… – Он окинул ее взглядом: – Ты не ушиблась?

– Нет. Я в полном порядке. – Поднявшись, она принялась отряхивать грязь с коленей.

Он протянул ей визитку:

– В прошлый раз забыл дать тебе номер своего телефона. Я предположил, что ты остановилась в отеле, и отправился туда.

– Ты правильно предположил. Я действительно там остановилась. – Она взяла у него карточку: – Спасибо. Завтра я тебе позвоню.

Колтер улыбнулся и подмигнул ей:

– Буду ждать с нетерпением твоего звонка, Аделин. – Затем развернулся и пошел в противоположном направлении.

Ветер колыхал травы на лугу, когда Колтер въехал по двухполосной проселочной дороге на территорию ранчо Уордов, которое занимало площадь в пятьсот шестьдесят тысяч акров. Двадцать пять тысяч акров использовались в качестве пастбищ для десяти тысяч коров абердин-ангусской и герефордской пород, а также нескольких сотен американских квортерхорсов. Помимо этого здесь выращивались сельскохозяйственные культуры для внутреннего потребления.

Великолепные лошади с ранчо Уордов пользовались популярностью у покупателей на всей территории Северной Америки. Чтобы увеличить стоимость и без того дорогих жеребят, Бо обуздывал их сам или поручал это другому объездчику.

Ранчо Уордов, основанное в 1854 году, работало как четко налаженный механизм, и Колтер очень гордился своим наследием.

Через десять минут Колтер свернул на дорогу, ведущую к его дому, построенному из известняка и дерева. Он располагался на холме, и из его окон было видно самое большое из шести озер, находящихся на территории ранчо.

Вместо того чтобы остановиться рядом со своим домом, Колтер продолжил свой путь и вскоре заехал в кованые ворота, за которыми находился двухэтажный дом из песчаника с парадной дверью из вишневого дерева. Слева от дома располагалась конюшня с черной крышей.

Припарковывая свой белый «форд» рядом с синим «додж-рэмом» Бо, Колтер заметил своего брата, который работал с лошадью в круглом загоне. Остин, пятилетний сын Бо, стоял в ковбойских сапогах на нижней перекладине забора и наблюдал за происходящим. Его стетсон был ему велик, но он отказывался носить детскую шляпу. Остин был упрям, так же как и его отец.

Услышав шорох гравия под ногами Колтера, Остин обернулся. Он был нисколько не похож на свою мать, которая внезапно скончалась из-за разрыва аневризмы, когда мальчику было всего несколько месяцев. Остин, с его слегка вьющимися каштановыми волосами, голубыми глазами и озорной улыбкой, был точной копией Бо.

– Дядя Колтер! – воскликнул его племянник и, спрыгнув с перекладины, побежал к нему.

Колтер поймал мальчика и поднял.

– Как дела, дружище?

Обхватив руками шею Колтера, Остин ослепительно улыбнулся ему:

– Папа разрешил мне покататься на Большом Джо.

– Ничего себе. Он же огромный, – произнес Колтер с притворным восхищением.

Большой Джо был самой старой, толстой и ленивой лошадью, но Остина интересовал лишь его размер.

– Я ехал на нем как чемпион, – заявил Остин, вырываясь из рук своего дяди.

Колтер поставил его на землю, и он побежал назад к загону.

Наблюдая за гнедой кобылой, которую его брат пустил рысью по кругу, Колтер рассмеялся про себя. Самоуверенность Остин тоже унаследовал от Бо.

Когда Колтер вернулся в Девилс-Блафф после развода, он взял на себя ту часть бизнеса, которая касалась крупного рогатого скота и которой его отец больше не мог заниматься из-за болезни. Бо с ранних лет занимался лошадьми и продолжал делать это сейчас.

Бо встал перед кобылой и поднял руку. Кобыла повернулась и побежала в обратном направлении. Колтер всегда гордился своим младшим братом. Особенно после того, как Бо, потеряв жену, оставил мечты о карьере профессионального объездчика, чтобы заниматься воспитанием своего сына.

Когда Бо надел на лошадь недоуздок и передал ее одному из работников, Колтер подошел к нему.

– Пиво будешь? – предложил ему брат.

– Да, конечно.

Бо посмотрел на своего сына:

– Ступай к Ли и помоги ему с Тыковкой.

– Хорошо, – ответил Остин и побежал догонять работника с кобылой.

Колтер поднял брови:

– Тыковка?

– Это Остин ее так назвал, – ответил Бо, направляясь в сторону дома.

Улыбнувшись, Колтер последовал за ним. Когда они поднялись на веранду, он сел в ближайшее деревянное кресло, а Бо пошел в дом. Через пару минут Бо вернулся с пивом и, поставив одну банку на верхнюю ступеньку, сел рядом с Колтером. Пить вместе пиво в субботу вечером было давней традицией у мужчин в семье Уорд.

– Что у тебя новенького? – спросил Бо.

– Ты не поверишь, кого я встретил в «Блэк хорс».

– Женщину, которая тебя хотела? – улыбнулся Бо.

– Очень смешно, – фыркнул Колтер, вытянув перед собой ноги. – Нет. Твою няню Аделин Харлоу.

– Аделин, – задумчиво произнес Бо. Он быстро вспомнил, о ком идет речь, и его взгляд просветлел. – Ты имеешь в виду ту девчонку с косичками, которая ходила в комбинезонах и все время что-то писала?

Колтер кивнул:

– Да, ее. Она работает в онлайн-издании, которое опубликовало ту дурацкую статью обо мне.

Бо тихо присвистнул.

– Готов поспорить, ваш разговор прошел хорошо.

– Он шел ужасно, пока я не понял, как мы оба можем получить то, чего хотим. Если она притворится моей девушкой, все эти женщины перестанут меня преследовать. А я дам Аделин эксклюзивное интервью, которое ей нужно для того, чтобы получить повышение по карьерной лестнице.

Бо поднял брови:

– Я ничего не понимаю. Ты можешь мне объяснить, что происходит?

Тогда Колтер подробно рассказал брату о своей встрече с Аделин в баре «Блэк хорс».

Допив пиво, Бо спросил:

– Мне следует о тебе беспокоиться?

– Почему? – рассмеялся Колтер.

– Ты одинокий и довольно молодой. Зачем тебе фиктивные отношения? – Откинувшись на спинку стула, Бо положил ногу на ногу: – Почему бы тебе немного не развлечься? Ты это заслужил.

Колтера охватило чувство вины, и он наклонил голову. Если бы он не был слишком занят спасением своего брака, вернулся бы домой раньше. Его отцу не пришлось бы слишком много работать, и его болезнь, возможно, не прогрессировала бы так быстро.

– Мне нужно работать. У меня нет ни времени, ни энергии для женщин.

– Какой ужас, – пробормотал Бо. – Ты сказал, что Аделин стала красавицей.

Колтер кивнул:

– Да. Но мы оба знаем, что за красивой внешностью может прятаться черная душа.

– Это правда, брат, – согласился Бо, затем указал ему кивком на подъездную дорогу: – Думаю, тебе следует рассказать маме и папе о вашей договоренности до того, как сплетни о вашем с Аделин романе разлетятся по городу.

Колтер увидел микроавтобус, подъезжающий к дому. Братья купили его, когда несколько месяцев назад состояние их отца Гранта Уорда ухудшилось и ему понадобилась инвалидная коляска. Вскоре после этого они наняли сиделку, которая помогала матери заботиться об отце. Но через короткое время он уже не мог пользоваться ванной и принимать пищу без посторонней помощи. Тогда семья была вынуждена поместить его в дорогой частный пансионат, где ему был обеспечен круглосуточный уход.

Когда микроавтобус остановился рядом с крыльцом, Колтер едва удержался от того, чтобы не спуститься и не помочь отцу выбраться из салона. Он положился в этом деле на медсестру, которая умела обращаться с такими упрямыми пациентами, как Грант Уорд.

Когда шофер достал из багажника инвалидную коляску и медсестра, усадив в нее Гранта, повезла его по пандусу в дом, Беверли, мать Колтера и Бо, посмотрела на него своими ясными голубыми глазами. Поднявшись, Колтер спустился на несколько ступенек и, встретившись с ней посередине лестницы, поцеловал ее в щеку.

– Привет, мам.

– Привет, мальчики, – ответила она, поочередно поцеловав Колтера и подошедшего к ним Бо.

Затем она достала из висевшей у нее на плече сумки высокий стакан с трубочкой, подняла с пола банку пива и, открыв ее, вылила ее содержимое в стакан.

– Бабушка! – радостно воскликнул бегущий вверх по лестнице Остин.

– Привет, мой сладкий, – рассмеялась она, когда он врезался в нее, прижала его к себе свободной рукой и поцеловала в макушку. – Давай пройдем в дом и посмотрим мультики. Я принесла печенье.

Передав Колтеру стакан с пивом, Беверли проследовала за внуком в дом, а водитель и медсестра, убедившись, что их помощь больше не нужна, покинули веранду.

Колтер и Бо вернулись на свои места.

– Привет, старик, – поздоровался Колтер с отцом, протянув ему стакан.

– Кого это ты тут назвал старым? – произнес его отец с притворным возмущением. Затем он дрожащей рукой поднял стакан, чтобы сделать глоток, и трубочка в нем закачалась.

Отец приезжал каждую субботу, чтобы по традиции выпить пива вместе с сыновьями. Колтер дорожил каждой такой встречей. Он понимал, что их осталось немного.

– Расскажите мне, как идут дела на ранчо, – произнес Грант, выпив немного пива.

– Мне почти нечего рассказывать, – ответил Бо. – Неделя была спокойной. Я, как обычно, работал в загоне. Мы купили двух молодых кобыл. Их скоро привезут.

Кивнув, отец поставил стакан в держатель на небольшом столике, который был прикреплен к коляске, затем перевел взгляд на Колтера:

– А у тебя как дела?

– Тоже ничего нового, – солгал Колтер. Он не собирался рассказывать отцу о своей договоренности с Аделин. У того своих проблем хватало.

Бо поднял брови, и Колтеру захотелось запустить в него банкой.

– Значит, коровы тоже в порядке? – спросил отец.

– Да, папа, – ответил Колтер, легонько сжав его плечо.

Глава 3

Проснувшись следующим утром, Аделин отправилась в уютное кафе в соседнем квартале, где готовили невероятно вкусный латте, дульче де лече[2] и лучшие булочки с корицей, которые она когда-либо пробовала.

Сев за столик в углу, она заказала кофе с булочкой и, открыв ноутбук, включила в наушниках софт-рок и начала работать с электронной почтой. Ответив на письма, она стала искать в Интернете информацию о Колтере Уорде. Ее было немного. Он получил награду от администрации Сиэтла за спасение губернатора штата Вашингтон, находившегося на борту его вертолета. Когда в воздухе у вертолета возникла серьезная техническая неисправность, Колтер сохранил хладнокровие и вовремя совершил аварийную посадку. Аделин нисколько не удивило, что Колтер стал пилотом. Она слышала, что сразу по достижении совершеннолетия он начал посещать летную школу.

Пока она собирала по крупицам ценную информацию, настало время ланча. Съев порцию курицы с киноа и капустным салатом, она достала из сумочки визитку Колтера и отправила ему сообщение:

«Привет. Это Аделин. Я могу сегодня взять у тебя интервью?»

Через несколько минут она получила ответ:

«Может, поужинаем в шесть в „Лонгхорн грилл“?»

Аделин не слышала об этом ресторане. Наверное, он открылся после ее отъезда.

«С удовольствием. Увидимся вечером».

«Буду ждать с нетерпением нашей встречи».

Конечно, это был просто вежливый оборот, но внутри у Аделин все затрепетало.

Вернувшись в отель, она обдумала список вопросов, которые будет задавать Колтеру, а затем начала приводить себя в порядок. Ближе к вечеру накрутила волосы, сделала макияж и надела белое платье с оборками и босоножки на каблуке.

До ужина оставался еще целый час, когда Аделин поняла, что ресторан находился напротив здания, в котором размещался офис местной газеты «Девилс-Блафф кроникл». Она решила туда заглянуть перед встречей с Колтером.

С тех пор как Аделин в последний раз была в этом здании XIX века, оно преобразилось. Его стены недавно покрашены, стеклопакеты в окнах были новыми. Но когда Аделин открыла дверь, ее скрип показался ей знакомым. Даже пыльный запах внутри не изменился. Уэйлон сидел за своим рабочим столом. Его волосы поседели, лицо было изрезано морщинами.

– Боже мой, неужели это Аделин? – произнес он, подняв на нее свои добрые голубые глаза.

– Привет, Уэйлон. Я рада вас видеть.

Поднявшись, он подошел к Аделин и заключил ее в объятия.

– Пожалуйста, скажи, что ты вернулась.

– К сожалению, нет. Я приехала всего на две недели.

– В командировку? Я всегда читаю твои статьи.

Аделин знала, что Уэйлон не лжет. Когда она жила в Девилс-Блафф он, как никто другой, поддерживал ее увлечение написанием заметок. В старших классах она набиралась там опыта в качестве внештатного сотрудника. Это доставляло ей удовольствие. Все эти годы она переписывалась с Уэйлоном по электронной почте.

– Я здесь для того, чтобы взять интервью у Колтера Уорда, – пояснила она.

Уэйлон встрепенулся, и Аделин улыбнулась, зная, что пришла куда нужно. Он много лет был главным редактором газеты и знал секреты жителей города.

– Вы не могли бы мне рассказать, чем занимался Колтер с тех пор, как я уехала?

– Рассказывать особо нечего, – ответил Уэйлон, опустившись в кресло. – Он женился на своей школьной возлюбленной Джулии и уехал вместе с ней в Сиэтл, но, как и все, кто покидает Девилс-Блафф, по прошествии времени вернулся сюда. Но он уже не такой, как раньше, – добавил Уэйлон после паузы.

– В чем он изменился?

Уэйлон постучал пальцем по подлокотнику кресла:

– Он стал более спокойным и задумчивым, будто большой город его сломал. Мне кажется, что Джулия сыграла в этом не последнюю роль, – ответил он, нахмурившись.

– Вам не нравилась его бывшая жена?

– Не то чтобы она мне не нравилась, просто они были слишком разными. Я бы сказал, что они не подходили друг другу. – Его лицо снова просветлело. – На тебя жизнь в большом городе влияет хорошо. Город тебя не сломал. Ты вся сияешь.

– Спасибо, – ответила Аделин.

На самом деле она сейчас переживала не самое простое время. После разрыва с Броком она чувствовала себя разбитой и потерянной. Помимо этого у нее возникло такое ощущение, что ей больше не место в Нью-Йорке. Но и в Девилс-Блафф она не чувствовала себя дома. Ей не хотелось говорить о себе, поэтому она вернулась к интересующей ее теме.

– То есть вам известно о Колтере не больше, чем городским сплетникам? Вы не знаете ничего такого, о чем я могла бы написать в своей статье?

– Колтер заслуживает, чтобы о нем писали. Его брат тоже. Они оба заботятся о своих родителях и многое делают для города.

Аделин подумала, что, если напишет о Колтере просто как о хорошем человеке и заботливом сыне, повышение ей не светит. Ей нужно узнать об успехах и неудачах Колтера, его достоинствах и недостатках. Это было бы интересно читателям.

Часы Уэйлона издали сигнал.

– На сегодня рабочий день закончен, – сказал он, выключил компьютер, поднялся и вместе с Аделин направился к выходу.

Ее всегда восхищало то, как Уэйлону удавалось находить баланс между работой и семейной жизнью. Наверное, именно поэтому он уже сорок лет был счастлив в браке.

– Была рада вас повидать, – сказала Аделин. – Передавайте от меня привет Марджори.

– Обязательно.

Они обнялись на прощание, и Аделин пообещала ему заглянуть в редакцию перед отъездом. Через пару минут она уже была в «Лонгхорн грилл», и хостес проводила ее к столику.

Затем дверь открылась, и в ресторан вошел Колтер. Следом за ним вошли две женщины, но, увидев, что он направился к Аделин, переключили свое внимание на двух мужчин у барной стойки.

Когда он подошел к столику, наклонился и поцеловал Аделин, все нервные клеточки в ее теле зазвенели. Она знала, что он играл на публику, но ее тело, похоже, об этом забыло. Когда он отстранился, она улыбнулась и произнесла притворно-спокойным тоном:

– Привет. Вижу, женщины продолжают тебя преследовать.

– Привет. – Сев напротив нее, он снял шляпу и положил ее на свободный стул. – Да, но их не так много, как раньше. Это означает, что наша договоренность работает. Твой день прошел хорошо?

– Спокойно, – ответила она. – Большую часть дня я собирала о тебе информацию.

Колтер поднял бровь:

– Ты нашла что-то интересное?

– Нет.

– Хорошо. Я предпочел бы, чтобы ты все узнала из первоисточника.

«Я бы тоже хотела», – подумала она, но не сказала этого вслух, потому что к их столику подошла официантка. Они заказали еду и напитки, и через несколько минут она вернулась со стаканом пива для Колтера и бокалом пино гриджио для Аделин.

Сделав глоток вина, Аделин достала из сумочки блокнот:

– Ну что, начнем интервью?

– Не сейчас. У нас будет полно времени для этого. Лучше расскажи мне о себе.

– Зачем? – удивилась она.

– Я хотел бы узнать больше о девушке, которая уехала из Девилс-Блафф, и женщине, которая вернулась, – ответил он, окинув ее горящим взглядом.

Аделин откинулась на спинку стула.

– Здесь нет ничего интересного. Когда моя мама поняла, что ей надоело жить в маленьком городке, мы переехали в Нью-Йорк.

– Твой отец не возражал против вашего отъезда?

У Аделин сдавило горло от эмоций, и она сделала большой глоток вина, прежде чем ответить:

– Я никогда не встречалась со своим отцом.

– Никогда?

Она покачала головой:

– Когда я появилась на свет, он не захотел быть частью моей жизни, и мама с уважением отнеслась к его выбору.

– Смелая женщина.

– Моя мама лучшая из всех, кого я знаю. Она давала мне все, что было нужно, поэтому отсутствие отца не было для меня особой проблемой. – Аделин говорила себе это до тех пор, пока сама в это не поверила. – Думаю, что мама рассказала мне о нем только потому, что я однажды ее об этом попросила.

– Ты не хочешь с ним встретиться?

– Нисколько, – искренне ответила она.

– Тебе нравится жить в большом городе? – спросил Колтер.

– Я обожаю Нью-Йорк, – сказала Аделин, вращая ножку бокала. – Не могу представить себя живущей в каком-либо другом месте на земле.

Он вскинул голову:

– Не слишком ли громко сказано.

– Возможно, – улыбнулась она. – Признаюсь, мне понадобилось много времени, чтобы привыкнуть к жизни в большом городе. Сколько человек живет в Девилс-Блафф? Десять тысяч?

– Да, примерно, – кивнул Колтер.

– Поначалу мне было некомфортно находиться в шумном густонаселенном городе, но после того, как я привыкла к нью-йоркскому ритму жизни, мне стало некомфортно в тихих малолюдных местах.

– Значит, возвращение сюда для тебя своего рода испытание?

– Можно и так сказать.

Его губы медленно растянулись в улыбке.

– Почему для тебя так важно повышение в должности? – спросил Колтер, выпив немного пива.

Он все ближе подбирался к теме, которой ей не хотелось касаться, но она не могла скрывать правду. Как интервьюер может ждать правды от других, если сам не готов быть откровенным? Кроме того, рядом с Колтером она почему-то не испытывала чувства неловкости.

– Потому что работа – это единственное, что у меня осталось. – Его брови сдвинулись, и она быстро продолжила: – Неделю назад я узнала, что мой жених Брок, с которым мы были вместе пять лет, изменял мне со своей секретаршей. Он разбил мне сердце, и я не знаю, как буду жить, когда вернусь домой.

– Понятно, – мягко произнес он.

– Я знаю лишь то, что все мои мечты и планы рухнули в мгновение ока. Но у меня осталась любимая работа, и вместо того, чтобы плакать день и ночь, жалея себя, я соперничаю с несколькими коллегами за более высокую должность. Если я ее получу, у меня будет по крайней мере один повод для радости и гордости.

Пока она это говорила, Колтер смотрел на нее с непроницаемым выражением лица. Когда она закончила, он неожиданно спросил:

– У тебя с собой телефон?

– Да. Почему ты спрашиваешь?

– Достань его и иди ко мне.

– Зачем? – спросила Аделин, не понимая, что он задумал.

– Просто подойди ко мне, – мягко рассмеялся он. – Я не кусаюсь…

Достав из сумочки телефон, она подошла к нему, и он усадил ее к себе на колени.

– Сфотографируй нас.

– Зачем? – нервно рассмеялась она, чувствуя его пьянящую близость.

– Сделай мне приятное.

Аделин включила режим селфи и подняла телефон. Глядя на их изображение на экране, она удивилась, обнаружив, что его глаза горят от желания. Но еще больше она удивилась, увидев желание в своих собственных глазах.

Облизнув губы, он легонько коснулся ими ее уха. Аделин бросило в дрожь, и она закрыла глаза.

– Сделай фото, Аделин, – прошептал Колтер.

Заставив себя открыть глаза, она увидела его очаровательную улыбку и сделала снимок.

– А теперь выложи это фото в соцсеть.

«Все это игра на публику», – напомнила себе она и на дрожащих ногах вернулась на свое место. Она не узнавала себя на фото. Ее зрачки были так расширены, что от радужной оболочки остался лишь тоненький ободок. Щеки разрумянились, а губы были приоткрыты, словно умоляли о поцелуе.

– Из-за этого у меня возникнут проблемы.

– Зато ты сможешь насолить своему бывшему.

Ей хотелось уязвить Брока, поэтому она, недолго думая, выложила фото в соцсеть и написала под ним: «Ужин со знойным техасцем – что может быть лучше?»

– Пусть он увидит, что потерял.

– Возможно, ему все равно.

Колтер подался вперед, сократив расстояние между ними.

– Он полный идиот, если не понимает, какое бесценное сокровище потерял.

Аделин всегда гордилась своим благоразумием, но сейчас ее тело отказывалось подчиняться здравому смыслу. Она плотно сдвинула ноги, чтобы немного унять тянущую боль внизу живота. Только Колтер мог ее избавить от этой боли.

– Ваш ужин.

Визгливый голос официантки вернул Аделин к реальности. Ее щеки вспыхнули от смущения, и она уставилась в тарелку с ризотто, которую официантка поставила перед ней.

– Желаете что-то еще? – спросила девушка.

– Два стакана холодной воды, пожалуйста, – ответил Колтер, глядя на Аделин с озорной улыбкой.

– Очень холодной, – добавила она, улыбнувшись в ответ.

Когда они прогуливались по освещенной набережной после ужина, Колтер понял, что давно не чувствовал себя так комфортно. Заметив, что незнакомая молодая женщина, сидящая на скамейке, наблюдает за ними, Аделин взяла его за руку. Колтер знал, что это было притворство, но все равно испытал удовольствие. Ему нравилось общаться с Аделин. Она откровенно говорила о своих неудачах. Он не обладал такой способностью.

Она была красивой, обаятельной и остроумной. Она нисколько не походила на скромную, застенчивую девчонку в мешковатой одежде, которая все время была погружена в свои записи и почти не реагировала на то, что происходило вокруг нее.

Аделин уезжает через две недели. Она недавно разорвала помолвку. Если и есть женщина, с которой он может без каких-либо опасений закрутить короткий роман, – это она. Судя по тому, как она краснела под его взглядом и ерзала на стуле в ресторане, она его хотела.

Смех Аделин нарушил ход его мыслей.

– Никогда еще не чувствовала на себе столько неодобрительных женских взглядов.

– Мне с трудом в это верится.

– Почему?

– Ты красивая, Аделин. Женщины завидуют более красивым женщинам.

Ее щеки разрумянились от смущения, и она поспешно отвела взгляд.

– Как тебе известно, я не всегда была красивой. Я поздно созрела. Если бы не моя подруга Нора, я, наверное, до сих пор ходила бы в комбинезонах.

– Если их правильно носить, они могут быть сексуальными, – сказал он.

Аделин отпустила его руку и ткнула его локтем в бок:

– Нора тебя убила бы, если бы услышала это. Она гордится тем, что помогла мне обрести чувство стиля.

– Она твоя близкая подруга?

– Самая близкая. Моя жизнь стала намного лучше, с тех пор как в ней появилась Нора. У вас с Бо тоже близкие отношения?

– Да. Помимо него у меня есть Риггз, владелец «Блэк хорс». Он мой лучший друг.

– Здорово. Кстати, я его узнала. Он ходил в ту же школу, что и мы?

– Да. После школы он записался в армию, а затем стал полицейским. Бар он открыл лишь в прошлом году.

Впереди них немецкая овчарка начала лаять на бордер-колли. Когда собаки успокоились, Аделин сказала:

– Хватит обо мне. Ты обещал мне рассказать о себе.

– Да, обещаю. – Он указал ей на мощенную булыжником дорожку, ведущую к парку, и они свернули с набережной. – Спрашивай.

– Я слышала, что ты какое-то время жил в Сиэтле. Это правда?

Засунув руки в карманы джинсов, он кивнул.

– Я женился на Джулии, и мы вместе уехали в Сиэтл. Ты ее помнишь?

Аделин издала смешок.

– Я была тихоней с косичками, забыл? У нас не было общих друзей.

– Точно. Если бы ты встретила ее сейчас, ты, наверное, не узнала бы ее. – Немного помедлив, он добавил: – Я сейчас кое-что тебе расскажу, но это не для публикации.

– Хорошо, – кивнула Аделин. – Даю честное слово.

Когда они прошли мимо пары, устроившей пикник в беседке, он начал:

– После того как мы поженились, Джулии предложили работу в крупной компании по организации мероприятий в Сиэтле. На тот момент я уже получил лицензию пилота вертолета, чтобы летать над территорией ранчо и искать отбившихся от стада животных. В Сиэтле я устроился на работу в авиакомпанию, которая предлагала частные перевозки.

– Я читала, что ты получил награду.

– Я просто выполнял свою работу, – скромно улыбнулся он. – Она мне нравилась. Я перевозил главным образом политиков и знаменитостей.

– Здорово, – ответила она. – Ты был счастлив в Сиэтле?

Он покачал головой:

– Я ненавидел большой город, но мы не собирались задерживаться там надолго. Мы планировали вернуться домой через несколько лет, когда Джулия наберется опыта.

– А у тебя какие были цели?

– Либо устроиться в частную авиакомпанию здесь, в Девилс-Блафф, либо пилотировать вертолет скорой помощи.

– Ты не хотел открыть собственную компанию?

– Я хотел летать, а не управлять бизнесом.

Аделин задумалась на мгновение:

– Что изменилось?

– Джулия изменилась. Сельская девушка, в которую я влюбился, превратилась в женщину, помешанную на дорогих вещах и светских мероприятиях. У меня больше не было с ней ничего общего.

Аделин понимающе кивнула:

– Вы поэтому больше не вместе?

Колтер указал ей на скамейку под большим раскидистым деревом, и они сели на нее.

– У развода не может быть одной причины. Их всегда несколько.

– Расскажешь мне о них?

Наверное, ему следовало ответить «нет», но разве мог он ей отказать, когда она смотрела на него с добротой и пониманием?

– Я хотел детей. Джулия поначалу их тоже хотела, но затем все изменилось. Все ее разговоры были только о знаменитостях, нарядах и эксклюзивных вечеринках. Однажды она сказала мне, что хочет жить для себя и дети ей не нужны. – Колтер уставился перед собой. На улице за деревьями мелькали огни автомобилей. – Однажды мне позвонила мама и сказала, что у отца прогрессировала болезнь Паркинсона и что она больше не может сама за ним ухаживать. Отец больше не мог управлять ранчо, и она попросила меня приехать. Когда я попросил Джулию поехать со мной, она стала настаивать, что хочет остаться в Сиэтле. Еще до моего отъезда она стала настаивать, что хочет со мной развестись.

– Это было жестоко с ее стороны, – с сочувствием произнесла Аделин.

Он кивнул:

– Об этом не нужно упоминать в статье, но ты можешь написать, что я вернулся сюда после развода и стал управлять ранчо вместо своего отца.

Аделин достала из сумочки мобильный телефон:

– Ты не против, если я буду делать заметки?

– Пожалуйста, – ответил он.

– Твоему отцу, наверное, тяжело без работы. Помню, он всегда был тружеником.

– Ему вообще сейчас очень тяжело, – признался Колтер.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Порода лошадей, предназначенная для скачек на короткие расстояния.

Вернуться

2

Карамельный соус из сахара и молока, традиционный южноамериканский десерт.

Вернуться