Вечное королевство
Маркус Гарз

© Маркус Гарз, 2023

ISBN 978-5-0060-6911-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

Меньший среди континентов Третьей сферы не носит названия. Это мертвый, бесплодный край металлов, скал и магнитных полей. Среди его мрачных серо-черных пейзажей нет места ни живым, ни мертвым, ведь кроме неминуемой, окончательной гибели, сыскать здесь нечего.

Меньший из четверки населенных континентов носит название «Алекария», нередко именуемый «восточным». Сам по себе он едва ли крупнее магнитного, однако со всех сторон его окружают сотни островов, четыре скопления которых образуют собой архипелаги: Тонущий, Кизарийский, Имперский и Туманный. Примечательно, что это самый северный континент, именно на Туманных островах расположен северный магнитный полюс, тогда как южный – в самом центре магнитного края. Алекария лежит целиком и полностью в северном полушарии, ни один из ее островов не заглядывает южнее экватора.

На Алекарии минимальное разнообразие народов, в основном представителями этого континента выступают архонты и люди: потомки архонтов, высших и ватанарше – третьего коренного народа Третьей сферы. Лишь изредка можно повстречаться с местными подвидами маватти и высшими. Не менее редкой встреча будет и с местным видом магических созданий – аватара, обитающих преимущественно на островах Сикты, что лежат немногим восточнее Кизарийского архипелага. Разумеется, здесь живут эльфы, впрочем, как и везде – эти крошечные создания заселили весь мир и встретить их, как следствие, можно за редким исключением повсеместно. Кроме упомянутых, на Алекарии обитают создания, созданные искусственно – эймы, насчитывающие по меньшей мере четыре подвида: равнинные: коренастые и сильные; островные: высокие и выносливые; болотные: стойкие к невзгодам и наиболее дружелюбные к людям; и сиктичные, отличающиеся от островных собратьев фиолетовым окрасом шерсти и большей мышечной массой.

Технологически жители Алекарии пусть и небезнадежно, но отстали от народов других континентов, а вот в чем они точно занимают первые строчки, так это магия. Никто и нигде не достиг высот в магии, сопоставимых с достижениями людей Алекарии, во многом обогнавших даже высших – признанных мастеров магии и магов прирожденных.

Вместе с магнитным континентом полностью в южном полушарии расположена «Рифирия» – «темный» континент. Никто достоверно не знает, по какой именно причине его назвали темным, а сами его жители не распространяются на эту тему, предпочитая отмалчиваться.

Несмотря на таинственность, страны Рифирии – это мощнейшие морские державы с самыми крупными флотами, что не помешало побережью континента больше прочих пострадать от действий пиратов и налетчиков из подводных народов. Единственное государство во всем мире, чей флот сопоставим с рифирийскими армадами – Архонтская Империя на Алекарии.

Следом «западный» континент – «Парвавея». В ходе истории суша на нем была поделена архангелом Империором на три части, которые по сей день удерживают разные властители:

Северо-западную часть делят Кастепархия и Империум вместе с разделяющими их голодными степями дикарей, разрозненными странами людей и анклавом архангелов. Именно здесь находится и город Импейра – крупнейший и самый густонаселенный действующий город в мире. Юго-западная часть раздроблена на сотни мелких государств. Именно здесь расположено древнейшее из существующих государств мира – Серебряный Винсценат, исторически первый винсценат, от которого эта форма правления и произошла. Маги серебряного края известны в первую очередь тем, что сумели повторить успех высших и поднять свои города над землей. Восточная же часть континента раздроблена не так сильно, как юго-западная, однако здесь движение кипит куда сильнее. Северный регион, с видом на Кастепархию и Туманные острова облюбовали вампиры, где находятся их основные силы и правят князья первой династии Альтенг и Ретивит, выдающие ярлыки на правление князьям младших династий. Южнее разместилось главенствующее над прочими государство высших и рядом с ним Альянс – земли биринарше – второго коренного народа Третьей сферы. На самом юге раскинулись Серые Земли, историческая родина высших.

Последний и самый крупный континент – наша «Нахидия». Расположена по обе стороны от экватора и равно удалена как от «восточного», так и от «западного» континентов. Здесь живут сотни народов, тысячи видов и подвидов, многие из них успели забыть, чья Нахидия на самом деле. Тех, кто правил ею испокон веков, кто двигал ее границы и не ведал, что есть страх перед высшими, какого это – жить их рабами.

Из-за по истине ужасающих масштабов эпидемии цивилизация тавинарше разделилась на три лагеря, каждый из которых нашел свой путь борьбы с напастью, но избрал не по собственной воле. Одними из них стали потомки тех, кто, заболев чумой, был насильно отрезан от Единой Нити. Вторые наоборот, отрезали себя от Единой Нити сами, ибо если была хоть даже незначительная угроза Единой Нити от чумы, ее нельзя было допустить. Ведь ни один тавинарше, сколь бы тот ни был могущественен или наоборот, какой бы сволочью не стал, не посмеет нанести вред Единой Нити. Это наш дом, мы сами и то, что будет после и было задолго до нас.

Мы третьи. Те, кто от Единой Нити отрезан не был. Чтобы защитить себя от чумы, мы прибегли к помощи богов. Иерум Аэльдазир, величайший из величайших, одобрил наш план прежде, чем покинуть мир живых, на его и наш зов откликнулись двое богов, что были больше прочих нам лояльны: богиня клятв и обетов Отанна предложила выход, которым мы воспользовались, а бог безумия и тревоги разума Нельмандир даровал недостающую силу для исполнения плана.

Мы получили иммунитет к болезни слишком высокой ценой, которую, однако, для сохранения народа и цивилизации, заплатить было необходимо.

Исполнив план и приняв клятву, мы ушли далеко на юг, а затем заперлись в Деадории, самом южном краю континента, единственном, не тронутом войнами. Это красивое и опасное место, ведь зимой здесь редко выпадает снег, но холод ветра пронизывает до костей. Весной же здесь расцветает жизнь, весь край окрашивается изумрудным до самых последних дней лета, чтобы осенью земля покрылась багрянцем и золотом.

Красоту и безмятежность нарушают безжизненные города и редкие бродящие здесь призраки тех, кто еще не обессилил и не вернулся в Единую Нить. За время застоя – длительного анабиоза, к которому мы пришли самостоятельно, некогда цивилизованные земли одичали. За прошедшие века разрослись леса, животные забыли, что есть страх перед разумными и, бывало, заглядывали даже в крупные города, что и говорить про небольшие поселения или частные владения.

Клятва, время которой пришло

В тот день Винс и Мартин, как это часто бывало, гуляли по территории виллы тер Даррио, уже давно обветшавшей и запустевшей. Все еще величественно и прекрасно выглядела одна лишь секвойя, которую викарий привез сюда задолго до того, как Деадория была закрыта и вырастил собственными силами. Вдвоем они наблюдали за нашими сородичами, бродившими по территории виллы: те смотрели в никуда, их взгляды были пусты и безыдейны. Уже давно свыкшееся с вечностью, бессмертием и бесполезностью нашего существования вне Единой Нити, они изредка находили в себе желание двигаться. Во время прогулки обсуждали уже заезженную и никому неинтересную тему – что мы можем для них сделать? Мартин всячески пытался вдохнуть в этот край хотя бы толику жизни, теряя последние остатки желания находиться здесь сам.

Ни к чему они так и не пришли, а спорить друг с другом не хотели. Нам нужен второй избранник, без него мы ничего не сделаем, ничто иное не станет стимулом для наших сородичей заняться хоть чем-то. Увы, от нас его поиски не зависят.

Стоило запечататься в Деадории, как время для нас остановилось. Наверное, каждый второй уже успел освоить с десяток профессий, но это мало что может дать там, где ничего не происходит.

Смертных сюда зазывать бессмысленно, при виде нас они испытывают естественный страх, называют нас призраками, что недалеко от правды.

Это произошло в момент, когда Мартин сел на старую мраморную скамью – мощный энергетический толчок из Единой Нити, видимой от виллы достаточно отчетливо, чтобы опытный глаз главы культа определил источник. Мартин, смеясь, паниковал, сетуя на скамью и заверяя Винса в том, что он ни в чем не виноват. Вместе со всеми бродившими, они воспользовались порталом виллы и перенеслись ко дворцу столицы, прошли внутри и быстрым шагом миновали один коридор за другим, пока не вышли непосредственно к Единой Нити. По пути Винс обновил доспехи на Мартине, те уже совсем разваливались.

Когда они пришли, мы с бароном уже были здесь, ждали хоть кого-нибудь из старшего состава иерафонники, ведь кроме них никто не сможет дать ответ, что случилось. Помимо Винса здесь уже были несколько остиариев и носителей младших санов, но ответ предоставить они готовы еще не были.

– Предупреждаю всех заранее: я не знаю, что произошло. – Громко произнес Винс, чтобы его слышали и стоящие за нашими спинами редкие ожидающие.

Приблизившись к сияющему синевой столбу, он поднял ладонь и потянул к себе один из магических потоков, витавших вокруг Нити, с ним отошел на шаг и заговорил с теми, кто находится внутри. Ожидали долго, народ все прибывал и прибывал, но остиариев больше не становилось, а ведь, казалось бы – они должны были прибежать сюда первыми!

– Где А́ркнуф, Ха́ранц? Тэ́йбара я не видел уже пару лет…

– Аркнуф здесь, в катакомбах прямо под нами. – Не оборачиваясь ответил мне Винс.

– Харанц и тектаторы занимались обвалом в подземельях Ардамфорта. – Ответили мне сзади.

– Бездельничает. – Кивнул барон и хохотнул, жестом предложил мне не переживать по этому поводу. – Это, чем бы оно ни было, быстро соберет здесь всех.

Кроме нас, Мартина и подходящих по ходу дела остиариев, группа булиратусс стоящих на страже дворца никого внутрь не пустила, чтобы не создавать толкучку, просили не перелезать через парапет. Наблюдали за действиями иерафонники мы долго: на улице начало темнеть, а ответа так и не было. Каждый, кого мы видели держал магический сгусток, лишь пара ауксилариев касались непосредственно синего столба – эти еще не освоили все мудреные тонкости магии культа.

И вот все представители иерафонники, синхронным движением отпустили потоки Единой Нити, отступили и прямо перед Винсом возник знакомый нам лик.

– Время пришло, Винс. – Без предисловий заявила гостья. – Клятва была дана на Алекарии. Юный человек взял на себя эту ношу и в отличии от предыдущих, этот клятву не нарушит, он стоек телом и духом, искренен и честен. В первую очередь в отношении самого себя.

Мы с бароном переглянулись. Избранники появлялись и раньше, но такого эффекта от Единой Нити никогда не возникало.

– Что человек хочет от нас? – Спросил Винс у богини клятв и обетов.

– Он еще не знает о вашем существовании, не все сразу. – Ответила Отанна. Очертания ее лица на глазах становились четче, появилось и тело, спрятанное за множеством цепей. Создание из чистой энергии вышло в виде похожей на нас сущности и продолжило. – Время наступит вскоре, но помните: я всего лишь бог и не смогу вернуть всех, если у меня не будет достаточно сил. Нельмандир даровал ее тогда, но пути его неисповедимы даже для других богов.

После этих слов сущность исчезла и вновь слилась с Единой Нитью. Теоретически, Нельмандир нам ближе любой другой божественной сущности, но Отанна сказа все верно, за прошедшее время он с нами ни коем образом не контактировал.

Обойдя викария с двух сторон, мы сложили руки на груди. Если теперь все иначе, нужно действовать, но перво-наперво должно будет узнать, что скажет Винс по этому поводу. Прибежал и Тэйбар, выглядящий необычно рассеяно, принялся неуклюже пробираться через собравшихся к нам. Окинув взглядом столпившихся за парапетом, я понял, что все ждут слов Винса. Это долгожданный шанс, за который нам впору цепляться зубами.

– Ты хотел изменений, Мартин – они пришли к тебе в руки сами. – Кивнув нам, он повернулся ко всем, кого не пропускали булиратусс. – Нужно собрать совет правления! Отправьте за остальными! – Народ потихонечку пошел на выход, а Винс, качая головой, взялся бубнить себе под нос. – Ах, жаль Ята́хи нет! Невовремя она ушла поговорить с дедом…

Пробравшийся к нам старший остиарий указал на Единую Нить.

– Не произойди то, что произошло, нам только и осталось бы, что уповать на его советы. – Покачал головой Тэйбар и жестом остановил повернувшегося к выходу Винса. – Я займусь мелочами и созову иерафоннику, собрание без меня проведете.

С башни совета мы наблюдали, как Винс, стоя на мосту, опоясывающем Единую Нить высоко над дворцом, запускал системы города: канализацию, второстепенные порталы, бытовые барьеры, цеха и прочее. Потерявший смысл существования народ стягивался в столицу, синих светлячков внизу становилось все больше и больше, как в черте города, там и далеко за его пределами, в полях молодой травы, еще не успевшей вымахать нам до груди.

И вот, мы собрались на первое за многие десятилетия собрание. Герцог Мартин ван Лардафорт, избранный лидер нашего народа и владыка Деадории; герцог А́рвель ван Ардамфорт, некогда владыка крепости Бардиватгар, и восточных земель, что сразу за хребтом; герцог Сэ́муэль ван Тридальгар, некогда владыка земель меж двух крупных озер, к северу и западу от бывших владений Арвеля; граф Уриэль де Ваннирад, представляю нашу дипломатию, пока нет Ятахи и подменяю по мере необходимости герцогов; граф Тарн, глава нашей контрразведки; барон Джасли́н Дарант, главнокомандующий армии; викарий Винс тер Даррио, лидер иерафонники – культа Единой Нити и первый избранник Отанны, так долго ждавший второго.

Отсутствовали Ятаха – она незадолго до сего дня ушла в Единую Нить; Асхаа́па, для которого импульс не стал поводом выбраться из бесконечных катакомб Лардафорта; Тэйбар не посчитавший необходимым находиться здесь с нами и Разиэль, недавно вышедший из состава совета по собственной инициативе. Мы-то думали, он хотел уйти в Единую Нить, но ему, похоже, просто надоело прозвище «советник», другого повода я в своей голове не нашел. Собрание, пусть и не в полном составе, собрано и сейчас мы примем главное решение, которое изменит не только судьбу нашего народа, но и судьбы многих других.

Участники заняли свои места и Винс закрыл тяжелые ставни с отлитым из золота орнаментом, оставив только свет свечей и настенных факелов. Подойдя к столу, он поставил на него руки и внимательно посмотрел в глаза каждого присутствующего.

– Если ты ждешь что-то от нас, то зря, – откинувшись на спинку кресла, усмехнулся Арвель. – Мы ждем идей именно от тебя.

– Если бы хоть кто-то из нас знал, что делать, то в собрании не было бы смысла. – Покачал головой Винс.

Первым приподнялся Мартин, он сложил руки в замок и двумя пальцами указал на одно из пустующих мест.

– За Разиэлем послали и я думаю, что все же стоит его подождать.

– Оставь, Мартин, – отмахнулся я, – послали за ним давно, десять раз мог появиться. Не пришел, значит все, частью собрания себя не видит и примет любое наше решение.

Фыркнув, Мартин откинулся на спинку и развалился в кресле.

Какое-то время все смотрели на покрытый многолетним слоем пыли стол, не зная, с чего начать. Что делать, после столь длительного анабиоза? Выходить за границы Деадории сейчас или ждать тех, кто готов вернуться из Единой Нити? Мы успели отвыкнуть от резких перемен…

Одним взмахом руки Винс убрал пыль со стола и перед нами появилась вырезанная в деревянном столе карта наших земель и ближайших территорий за хребтом.

Мартин хотел что-то сказать, но я положил свою ладонь на его пальцы, которыми он нервно перебирал по краю стола.

– Избранник о нас еще даже не знает, следовательно, есть некоторое время, прежде чем мы будем обязаны исполнить нашу часть клятвы. – Рассуждал я. – А Отанна вполне ясно выразилась, упомянув, что не сумеет вернуть всех…

Винс кивнул, сложил ладони в кулаки, грузно оперся ими на стол, принимаясь буравить карту потерянным в мыслях взглядом.

– Сила и возможности бога, не учитывая некоторый перечень особенных случаев, в определенной степени зависит от количества его почитающих, важно также то, как часто приносят дары на алтари божества, как часто просят о помощи. Если Отанна говорит, что ей не хватит сил, чтобы вернуть всех, значит нужно эту силу ей обеспечить. А по щелчку пальцев такое не сделать.

Джаслин облокотился на стол, начал разглядывать земли за перевалом. Глядя на него, в диалог вступил Тарн:

– Ты хочешь сходу развязать войну?

– Пока – нет. – Проведя рукой перед собой, отрезал викарий.

Барон повернул пытливый взгляд ко мне.

– Нам нужно увеличить количество поклонников Отанны, стимулировать подношения к ее алтарям. – Подытожил мысли викария я, борясь со знакомым взглядом барона. – Второй избранник может подключиться в любой момент, а это значит, что мы обязаны будем что-то для него сделать. С одной стороны, наши возможности сейчас сильно ограничены, но с другой стороны, наше бремя можно использовать, как преимущество, ведь нас физически убить почти нереально. Беда в нашей численности. Павшие в бою смогут вернуться в строй очень нескоро… если я правильно помню, речь идет о десятилетиях.

Теперь по краю стола принялся перебирать пальцами барон.

– Барон, – прервал его не начавшуюся речь Винс, – сколько мы наберем солдат?

– Десять тысяч в лучшем случае. Две тысячи точно будут экипированы, на остальных доспехи и оружие придется искать по закромам. Корпус булиратусс, за исключением некоторых индивидов, в полной боевой готовности.

Отойдя от карты, Винс вновь потерялся в мыслях. Десять тысяч профессиональных солдат – это внушительно, с другой стороны, неизвестно, кто и в каких количествах встретит нас за перевалом.

Мартин поймал на себе негодующие движением мысли барона, взгляды Арвеля и Тарна.

– Винс, ты сказал: «пока – нет», но каков план в этом случае? У тебя есть идея или ты хочешь использовать фактор страха?

– Объявлять войну едва выйдя за перевал? – Ответил я за викария, приковав все внимание к себе. – Да и чем воевать? Двумя тысячами? Уверен, мы способны найти куда более приемлемое решение. Посудите: во времена Новых королевств земли южнее озер выстояли, несмотря на все наши попытки поубивать друг друга. Сунфа ни разу не перешли реку, чтобы осадить Бардиватгар. И все те, кто командовал тогда, собраны здесь сейчас. Все полководцы, воины, тени и политики.

– Твои слова не лишены смысла, – подхватил Сэмуэль. – Кроме Винса и Мартина, каждый из нас, все члены совета, даже те, кого сегодня нет с нами, воевали друг против друга. Джаслин столетиями сходился на полях сражений с Уриэлем, Юресаном и Тэйбаром. Я десятки лет портил жизнь Арвелю, Готрану и Ятахе. Тарн по пятам ходил за всеми нами не давая продохнуть. И это только самое яркое. И вот мы все здесь. Мы объединились перед лицом болезни и сейчас представляем одну сторону. Если кто-то и сможет найти правильное решение и нужный путь – это мы.

– Вы еще неделю эту тему помусольте! – Грохнув кулаком по столу гаркнул Джаслин, опередив желание Арвеля присоединиться к нашим речам. – Богине нужны ресурсы. Мы должны их обеспечить. Мой способ вам известен, решайте какой нам будет выгоден.

– Заставить не получится. – Поставив локти на стол, ткнул в него пальцами Мартин.

Барон рыкнул, опер голову на подставленный кулак и поднял злой взгляд в потолок.

– Поклонение должно идти от чистого сердца и светлых или темных помыслов, – кивнул Винс в подтверждении. – А подношения на алтарь должны нестись из собственных намерений, а не из-под палки.

Рыкнув злее, Джаслин отодвинулся от стола, его взгляд устремился теперь в ветхий от времени деревянный пол. Пару мгновений провели в тишине, наши взгляды медленно вернулись от барона к карте. Мы даже не знаем, кто там, по другую сторону хребта. Скорее всего народы-потомки как наши, так и высших. Джаслин, понимая, что его методы не востребованы в сложившейся ситуации, придвинулся и прилег на стол, посмотрел сначала на меня, потом на Сэмуэля и вдруг его осенило нечто, старый воевода хищно улыбнулся.

– Если я правильно помню, клятва мести – тоже клятва. – Его улыбка перешла сначала стала злорадной, а затем и вовсе переросла в хищный оскал, он взялся раздражать Тарна и Арвеля зловещим перестуком пальцев по столу. – Они, кем бы они ни оказались, ни за что просто так не захотят принять наши условия! А раз мы не можем их заставить, значит, нам придется их уничтожить.

– И тут посыплются разнообразные клятвы ото всех соседей и чем они будут изощреннее, тем лучше будет для нас. – Поддержал его мысль Сэмуэль. – Ну что нам будет? Да, если там сами высшие, возникнут осложнения… но вот что-то мне подсказывает, что будь высшие сразу за перевалом, то уж об этом-то мы бы знали.

Винс вновь оперся о стол, окинул территорию за хребтом взглядом, закрыл глаза и покивал.

– Да, окажись парящие замки рядом с хребтом, мы бы знали. Они никуда не уходили от Клешезобской сопки.

– В любом случае, пока не выйдем – не узнаем, что к чему. – Закончил общую мысль я.

Наступило неловкое молчание, все смотрели друг на друга, даже Джаслин перестал перебирать пальцами по столу. Развеял молчание Сэмуэль:

– И… стало быть, решено? Идем и смотрим, как обстоят дела за хребтом? Там и составим дальнейший план. Поддерживаю слова Джаслина – мы тут неделю можем заседать, а миновав перевал, на месте все и решим.

Тарн и Арвель негодовали. Сразу развязывать войну они не желали, мы с Мартином готовы были поддержать любое решение. Винс и заглянувший Тэйбар поддержали план Джаслина и Сэмуэля.

Поворчав, Тарн отдал приказ созвать свою группу и оставил нас. Джаслин выловил пришедшего в столицу Разиэля и, велев ему быть поблизости, инициировал проверку снаряжения, начал строить солдат и булиратусс в полях перед Лардафортом и уже к ночи вся долина кипела «жизнью». Солдаты образовывали полки, инженеры ходили с восстановленными чертежами и уже выкатывали каким-то чудом сохранившиеся осадные орудия. Тем не менее, глядя на них, даже отсюда, с высоты стен города, было видно в каком плачевном эти орудия состоянии.

Обозначенные Джаслином десять тысяч воинов были собраны за стенами города уже к полуночи, но, как и говорилось, лишь пятую их часть удалось экипировать и вооружить на совесть. Разиэль, глядя на это, куда-то отбыл. Я понадеялся, что пройтись по старым складам и вскоре меня порадовали докладом, что он велел начать поиски снаряжения во всех закромах, открывать литейные и кузни в срочном порядке, сам улетел к Жерлу, проверить магматварей. Они, пожалуй, последнее, за чем бдительно наблюдали смотрители и все века выращивали их крепкими и сильными, достаточно, чтобы перевозить на себе тяжелого всадника в полном боевом облачении.

Пока солдаты строились в долине, Мартин и Арвель собрали герцогов, всех, кто еще не ушел в Единую Нить. Мариновать их не стали, сразу выложили все, как есть, посвятили их в план. Те в свою очередь, стоило собранию закончиться, подняли свои иерархии подчинения и отдали приказы распечатывать старые шахты, организовывать лесопилки и восстанавливать каменоломни.

Стоило Винсу закончить с обсуждением всех вопросом с подчиненными и спуститься, мы с ним подошли к Джаслину, он уже отрядил для нас две сотни лучших воинов, не растерявших навыки за время простоя. Из булиратусс с нами пойдет только Гестраха́ст.

Подойдя, Винс изъял из-под плаща сверток и протянул барону.

– Я долго думал, кому его отдать, но лучшего кандидата не нашел. Кроме того, если я правильно помню, короткие мечи ты ценишь.

– Память при тебе, викарий.

Приняв сверток, Джаслин раскрыл и взглянул на одноручную саблю, брата-близнеца меча Мартина. Могущественный артефакт, способный навредить даже физическому обличию бога. Кивнув, Джаслин бросил сверток одному из помощников, туда же полетели ножны с его мечом, а сабля поместилась в крепеже на поясе.

– Вряд ли этот меч будет мощнее «Демона тени». – Заранее начал оправдывать себя Винс.

– Узнаем. Уриэль, ты косу не берешь?

Я покачал головой, на что Джаслин лишь хмыкнул и отдал капитану приказ вести сюда группу сопровождения. Пока ждали Мартина, идущего с собрания, обсудили готовность иерафонники войти в состав вооруженных сил в случае необходимости. Винс был непреклонно уверен, что за столько лет жалость к живым уже, если и не иссякла, то на грани этого, а уж боязнь кровопролития осталась позади века назад, все справятся со своими задачами.

Через несколько минут подошли портальщики. Ожидающая нас по ту сторону перевала крепость Дейвераль заброшена, ее мы периодически проверяем и именно благодаря ей и пошли слухи о магических призраках. За перевал, в саму Деадорию, странники захаживали за крайне редким исключением и только самые смелые или глупые. Порталы крепости отключены и, скорее всего, уничтожены временем, специалистам будет чем заняться.

Выдвинулись сразу, как подошел герцог. Перенеслись в Тридальгар, выйдя из северных ворот которого, оказались прямо у подножья перевала, ведущего напрямик через хребет. Не прошли и километра, как оказались на широком пустыре без единой травинки, где были выстроены сотни башенок из овальных камней – часовым нечем было заняться. Сами часовые обнаружились спустя несколько метров, сразу за поворотом. Оставив ржавые латы лежать на обочине, общались друг с другом, очевидно обсуждая происшествие. Поприветствовали нас и пожелали удачи в пути.

Проход по широкому ущелью занял у нас несколько часов, до самого утра. Повезло еще, что мы всегда следили за тем, чтобы он был чист и своевременно реагировали на нередкие здесь оползни и изменения окружения от времени. Миновав горный проход, уперлись в стену старых толстых дубов.

– Лес? – Пораженно воскликнул Мартин. – С каких пор здесь лес?

– Когда ты в последний раз здесь был? – Усмехнулся я. – Лично я помню, что где-то здесь был высокий холм, а на нем сигнальная башня. С нее еще стену крепости было видно.

– У нее крыша начала проседать, когда я в последний раз ее видел. – Начал припоминать Мартин.

Через лес шли напролом, рубя ветви, снося пни и круша поваленные деревья, почти до заката, пока не оказались на широкой равнине, уходящей за горизонт. Отправились также, как и по лесу – напрямик среди едва достающей до пояса травы. Еще по пути я отдал приказ паре бойцов вернуться обратно и организовать просеку через лес, чтобы армия, если в ней понадобится срочная необходимость, сумела быстро пройти через него.

Очень скоро засияли под светом Звезды, что освещает мир величественные белокаменные стены и круглые башни Дейвераля – массивной крепости у горной цепи, некогда стоявшей на страже перевала, до падения одной из скал, открывшей новый проход. С его появлением путь из крепости был завален, а сама она потеряла свою стратегическую ценность. Тем не менее, это все еще неприступный бастион, даже в нынешнем состоянии. Портальщики с десятком солдат откололись от группы и направились в вотчину рода Дарантов.

Добравшись до условного центра равнины мы приметили вдалеке, меж холмов, перепаханные поля – туда и выдвинулись. Поднялись на невысокий холм, как раз и отделявший равнину от перепаханного поля, несколько мгновений рассматривали поросшую по краям сорной травой землю. На дворе ранняя весна, вскоре сюда придут сеять, потому пошли в обход. Нам еда не нужна, чего не скажешь о местных.

Движение двух сотен солдат в блистающих латах не осталось незамеченным. Очень скоро мы заметили выдвинувшихся в нашу сторону нескольких всадников, те, однако, игнорировали наличие здесь полей и шли прямо по ним. По мере приближения, они все-таки додумались не топтать пахотную землю и выйти к нам на дорогу.

Их было меньше дюжины, опасливо описывали круги на лирийцах, глядя на нас и переглядываясь друг с другом. Отдав приказ воинам ждать, мы вчетвером отправились к ним навстречу. Спешились и предстали перед нами трое самых смелых.

Это были люди, но не из тех, что рисковали заглянуть в перевал, доходивших вплоть до того самого места с башенками из камней, где их пугали часовые в ржавой броне. Эти были ниже, не так широки в плечах, кожа более темного оттенка, а волосы у всех черные как смоль, никакого разнообразия.

Мы остановились в трех метрах друг против друга, все трок вынужденно задирали головы, чтобы смотреть в прорези наших шлемов и маски. Из нас четверых Мартин ниже всех, но даже он выше людей на две головы.

– П-приветствую вас… – промямлил человек, глядя то на нас, то на воинов за нашими спинами. – По… как вы оказались в наших землях?

– Ваши земли? – Джаслин хохотнул, дернул Мартина за плечо, кивнул ему и вышел вперед, заставляя нервничать спешившихся, а всадников хвататься за оружие. Он расставил руки в стороны, проводя ими от горизонта до горизонта. – Я вижу здесь свои земли!

Положив одну руку на пояс, он вскинул вторую и указал на руины крепости.

– То руины Дейвераля…

– И я – барон Джаслин Дарант. – Всплеснув руками воскликнул он. – Это родовое имя до сих пор написано над входом в детинец.

– Д-дарантов нет уже сотни лет…

– Да что ты? И как же ты объяснишь то, что я стою перед тобой? – Барон даже рыкнул, снял латную перчатку и показал эмблему своего рода, искусно выполненную прямо в кольчуге.

Синее свечение, пробивающееся из-под колец кольчуги, испугало людей, те отпрянули. Барон вновь хохотнул, указал на поселение с крепостной стеной вдали. Отсюда до него километров десять или вся дюжина, его еле видно.

– Кто главный в том замке? – Повелительным тоном спросил он.

– Владыка этих земель…

– Я! владыка этих земель. – Гаркнул барон, отчего все трое шарахнулись. – И я задал несложный вопрос, солдат.

Люди переглянулись.

– У этого замка нет правителя, он в подчинении у…

– В таком случае ведите нас туда. – Вперед вышел уставший слушать Мартин, положив руку на меч, а второй сделав повелительный жест, повернулся к Джаслину. – Не в поле же с солдатней говорить? В замке точно найдется уполномоченный, ему и слово.

Люди начали переглядываться, выказывая нежелание повиноваться пришельцам, однако, когда и барон положил руку на рукоять своего меча и демонстративно обернулся к отряду за нашими спинами, где выстроившиеся в несколько рядов воины синхронно поправили щиты, они начали перешептываться, после чего дали несколько указаний ожидавшим и те понеслись куда-то не в сторону замка.

Всадники выступили впереди нас, не уходя слишком далеко на лирийцах. Лирийцы тоже измельчали – меня или Джаслина такая мелочь не поднимет. Пока что только деревья в том лесу не подвели, липы все еще высокие и гордые, а дубы широкие и размашистые.

К полудню добрались до деревянных ворот частокола вокруг поселения. Одного взгляда на замок было достаточно, чтобы прийти к логичному выводу – строили его не эти маленькие люди. Головы солдат выглядывали в бойницах, из лука стрелять им будет как минимум неудобно. Затем на стене появилась женщина, куда выше всех здешних людей. Ее-то народ замок и строил, их смельчаки и глупцы и пробирались через перевал.

В поселение с нами прошли только две дюжины воинов, прочие выстроились, не блокируя вход в поселение по обе стороны дороги. Простые жители из числа невысоких людей прятались в домах и за ними, в то время как высокие женщины наоборот – выходили к дороге, с любопытством разглядывали нас.

– Намиш’аль’Зарка. – Прочитал Мартин название замка над вратами.

Я тотчас приметил нотки удивления во взглядах вышедших к дороге высоких женщин – удивило их то, как Мартин произнес это название… или, может, то, что сумел прочесть?

– Обычно это… чаще его называют Намаркия. – Добавил к прочитанному провожавший нас солдат.

– Намаркия – ваше название или тех, кто воздвиг укрепление?

– Э-э-э… тех, кто воздвиг. Надпись на их старом языке, его давно не используют в этих краях.

– Почему?

Человек пожал плечами, за что его пихнул в бок локтем товарищ, тихо, что даже мы не услышали, отчитал за поведение. Мол, нашел перед кем плечами пожимать. Мы подошли к деревянным воротам, калитка в них была достаточно велика, чтобы мы вошли не пригибаясь. За деревянными вратами ждала прочная чернорудная решетка, грохот которой мы слышали, не зайдя в поселение и еще одни, распахнутые, деревянные ворота за ней.

Над обороной здесь поработали на совесть, стены достаточно велики, чтобы создать трудности в установке лестниц, в тоже время замок мал и, на первый взгляд, не представляет такой стратегической ценности, чтобы подкатывать к нему осадные башни. Мало того, глядя внутрь, я пришел к выводу, что он небогат.

Здесь нас ждали несколько женщин, ни одна из которых не была вооружена, однако одеты так, что хоть сейчас в бой. Все из высоких, почти не уступали ростом нам, что уже не позволяло смотреть на них сверху вниз.

– Представьтесь. – Велела самая смелая Винсу, вероятно посчитав его нашим лидером, как самого высокого и единственного не облаченного в латы.

– Викарий Винс тер Даррио.

По выражению их лиц, я решил, что такого титула они не знают, либо не слышали его очень давно. Какая-никакая информация о нас должна была сохраниться. Затем ее взгляд скользнул на барона, обладателя самого грозного и массивного доспеха с устрашающим забралом шлема, изображающим полную зубов распахнутую пасть невиданного чудовища.

– Барон Джаслин Дарант.

– Дарант?

Барон кивнул.

– Он самый.

Взгляды женщин позади говорившей часто метались нам за спину, маленькие люди подавали женщинам какие-то сигналы или, может, команды, поэтому мы с солдатами выдворили их наружу. Воины закрыли собой проход, а мы подошли вплотную к решетке, говорившая женщина сделала то же самое.

– Вы пришли с войной? – Громко спросила говорившая с нами женщина.

Из ее уст вопрос прозвучал, как формальность. В голосе не было ни капли опасения, она-то прекрасно понимала, что мы явились не ради резни.

– Разве похоже, что мы пришли с войной? – Удивился барон. – И я не могу не заметить, что вы потребовали наши имена, но не представились сами.

– Леди Эсмеральда из Милитанирадии. Зачем же пришли с войском, если ваши намерения мирные? И откуда пришли? Вы в нашем тылу, но о вас никто не докладывал, порталами вы не пользовались, а две сотни высоких воинов в стальных доспехах сложно не заметить.

– Войско?.. – Еле слышно пробубнил себе под нос Джаслин.

– Мы явились из Деадории, самой южной земли континента, что сразу за горным хребтом. Вы из местных жителей? – Она кивнула Винсу. – В таком случае, должны знать о наличии перевала неподалеку от крепости Дейвераль.

– За перевалом проклятые земли…

Винс утонченно посмеялся и покачал головой.

– Кто же их такими назвал? Напуганные торговцы, принявшие пару комплектов ржавых доспех за призраков. Мы трепетно относимся к суверенности своих земель, а потому статус «проклятых» нас до недавнего времени устраивал.

– Что изменилось?

– Ничего, что касалось бы кого-либо в этом мире, кроме нас самих.

Эсмеральда окинула Винса хмурым, недоверчивым взглядом, перевела на меня, затем на Мартина и вернула к Винсу.

– Ответ очень расплывчатый.

– Отнюдь, он точен. Как вы видите впервые нас, так и мы точно также вас. Доверие за пару слов не построить.

Винс взялся заговаривать ей зубы, а мы с бароном отошли к воротам, велели солдатам отвести маленьких людей подальше, чтобы не мешались. Видеть глаза друг друга нам двоим не нужно было: здесь и так все ясно. Женщины держатся хорошо, но видно, что они боятся. Не нас, но маленьких людей, что странно. Руки у них покрыты бинтами, далеко не первой свежести, вот только в связи с чем я предположить не решился. Пока сам Винс не подтвердит, сложно сказать, но более всего это похоже на исцеление жизненной энергией во вред себе – маленькие люди их эксплуатируют.

Кинул быстрый взгляд на Мартина. Он стоял отстраненно, весь в своих мыслях, но умело поддерживал разговор: кивал в нужные моменты, соответствуя ситуации жестикулировал, но сам ни слова не проронил. Внимательно слушая, что говорят Винс и Эсмеральда, изучал тех, кто был по ту сторону врат и сам замок.

Помимо артефактной магии и превосходных навыков в магии культа Единой Нити, Винс отлично умел расположить к себе. Ведя примерный своим тактом, спокойствием и вежливостью по отношению к собеседнику диалог, он легко втерся в доверие к женщинам, что не являлось сложной задачей, ведь ни одной из стоящих по ту сторону решетки на вид нет и тридцати, Эсмеральду так и вовсе еще рано называть женщиной – девочка.

– Позволите нам войти? – Наконец, разговор был подведен Винсом к финалу. – Основная часть останется за пределами поселения. Только те, кто сейчас здесь.

Эсмеральда сделала пару жестов и попросила отойти от решетки. Сверху, над закрытым люком раздался шум и последовавший за ним грохот.

– Заткнись! – Донесся оттуда злой, даже жестокий женский голос.

Раздался звук падения и вслед за ним удары по храповику, решетка начала подниматься. Солдаты открыли калитку для сопровождавших нас маленьких людей, и вместе с ними мы вошли в замок. Наши воины разделись и в две линии встали у ворот, синхронно поставили щиты и копья на землю.

Несколько мгновений, остановившись в центре внутреннего дворика, мы смотрели друг на друга и только Винс хотел продолжить разговор, как, отстраненно рассматривавший людей на стенах и выглянувших женщин в оконцах ворот, Мартин задал вопрос:

– Где ваши мужчины? – Повернувшись к Эсмеральде, он кивнул на маленького человека возле нас. – Не они же.

Прежде, чем она ответила, из ядра замка выбежал богато разодетый мужичок, жестом велел женщинам сделать шаг от нас и те послушно отступили. Неуклюже заковылял в дорогих ботинках к ним, нарочито игнорируя нас.

– Почему вы впустили их в мой замок, не спросив…

– Твой замок? – С наигранным удивлением воскликнул барон.

Выцепив взглядом нужного, он схватил за руку и выставил перед собой встретившего нас в полях маленького человека.

– Твой подчиненный сказал нам, что у замка нет владыки.

Богато одетый посмотрел на него с неприкрытым презрением во взгляде.

– Прошу прощения, – с издевкой отмахнулся он, – я перефразирую: почему впустили их в замок, не спросив у меня, губернатора этой провинции, разрешения?

Все взгляды были обращены к Эсмеральде, но Винс не планировал вмешиваться, ждал, что скажет по этому поводу она. Ей понадобилось время, чтобы собраться с мыслями и когда губернатор нетерпеливо мыкнул, ожидая сиюминутный ответ, указала на барона.

– Он… он представился бароном Джас… бароном Дарантом.

– Дарантом? – Возмущенно вскинул руки губернатор. – Дарантов нет уже…

– Сотни лет, – отпустив человека, закончил за него барон. – Это я уже слышал!

Пихнув его от себя, он снова расстегнул застежку на запястье и показал символ рода Дарант, владык замка Дейвераль, веками живших на этой земле.

– И ты думаешь, этот значок что-то для меня значит? Любой мог…

– Он должен для тебя что-то значить. – Грозно гаркнул барон, отчего губернатор дернулся. – Ты сейчас на моей земле!

Губернатор, однако же, не растерялся – дернулся от резкости, не от испуга.

– Твой замок, если я правильно помню, лежит в руинах, а в этих землях уже давно нет Дарантов, вы не…

Вперед вышел Мартин, потеснил барона и положил руку на плечо губернатора, схватил его за шиворот и поднял над землей, тот только и мог беспомощно мельтешить ногами, поднес к обескураженной действием Эсмеральде так, чтобы его голова была на уровне ее, посмотрел на его ноги.

– Мне все еще интересно, – задумчиво произнес он, игнорируя крики человека, его указки казнить всех пришельцев и веления женщинам встать на его защиту, – где ваши мужчины? Вы не один народ, слишком сильно отличаетесь.

Мартин разжал сжимающий богатую одежду кулак. Губернатор ойкнул и упал на землю, не удержавшись плюхнулся на задницу, быстро соскреб себя с земли и отбежал за спины женщин.

– Приказываю выдворить их замка! – Воскликнул он, обращаясь к Эсмеральде.

– Вы действительно хотите, чтобы вот это вам указывало? – В голосе Мартина отчетливо раздались презрительные нотки.

Н-да, разные у нас сложились мнения об этом индивиде.

Одного ее взгляда оказалось достаточно, чтобы Мартин отдал приказ и в тот же миг ворота были заблокированы полудюжиной наших воинов, через них никто не войдет и не выйдет, богатого человека схватил барон, остальных оттеснили к стене воины. От эскорта за деревней откололась еще группа и не торопясь, чтобы лишний раз не пугать простых людей, присоединились к нам. Воины за деревней оцепили замок, заблокировали выходы и порталы. Женщины на стенах вмиг скрутили солдат над воротами и тех, что были ближе всего на стенах.

Мартин протянул руку в жесте приветствия, принял ладонь Эсмеральды и поднес ко лбу, затем исполнил красивый, а главное – искренний, поклон в грудь.

– Герцог Мартин ван Лардафорт, владыка Деадории. – Горделиво, чеканя каждое слов, очевидно надеясь понравиться женщинам, наконец, представился и он. – Леди Эсмеральда, прошу, проводите нас туда, где можно будет спокойно побеседовать.

Эсмеральда посмотрела на кричащего что-то о повиновении человека, которого барон грубо пихнул воину, и вернув взгляд на Мартина, пригласила следовать за ней. Впятером мы оказались в пустующем помещении, где не было ничего кроме каменного алтаря богини целителей Хатанны напротив кованных дверей. Тем не менее, помещение освещалось. За канделябрами ухаживали, а старые факелы и свечи систематично заменялись, более того, здесь было чисто.

– Так почему вы позволяете этой мелочи собой командовать? – Заговорил барон, сложив руки на груди.

После вежливого и тактичного Винса и горделивого, но спокойного Мартина, голос барона, прогромыхавший по пустому залу, как удары молота по наковальне и вернувшиеся назад многогранным эхом, заставил ее вздрогнуть.

– У нас нет выбора, – развела руками Эсмеральда. – Мы не можем продолжать род с ними, их семя не может дать новую жизнь в наших телах, а потому они пленили всех наших мужчин, держат их вдали отсюда, в своих городах, как рабов и залог того, что мы будем работать на них. Нам еще повезло: мы единственные, кто обладает целительной магией в этих краях на высоком уровне, мы им нужны. Еще несколько малочисленных народов служат им полноценными рабами.

– То есть вас водят к мужчинам как скотину? – Возмутился Мартин.

Эсмеральда покачала головой, задумалась, как объяснить нам ситуацию, но сделать это не успела, Винс все-таки вернулся в диалог с ней:

– Как называется ваш народ? – Перевел он тему.

– Сикнетта… – промямлила она, а продолжить ей не дал крик боли откуда-то из глубины замка. – Прямо под нами одна из комнат лазарета.

– Одна из? – Переспросил я, отходя к мозаичному окну слева от дверей, выходящему во внутренний дворик.

Губернатор уже перестал бороться, из железной хватки воина ему не вырваться, а простейшая оценка ситуации помогла ему осознать беспомощность своей ситуации. Я вернул взгляд на Эсмеральду.

– Да, здесь их несколько, мы только этим и занимаемся: лечим их раненых и больных. Этот замок – обитель целителей. – Она повернулась к Винсу всем корпусом. – Торговцы и путешественники иногда называют нас «братство – или сестринство – сострадания». Все из-за предрасположенности к целительной магии.

– Вижу, что пользуетесь вы не распространенной у целителей святостью или стихийными видами магического лечения, а собственной жизненной энергией.

Эсмеральда кивнула ему, ее лицо скривилось в гримасе боли, когда она начала разматывать тонкую ткань на пальцах. Кожа кисти посерела, местами до черноты, вены вздуты, а ногти потрескались, виднелась засохшая кровь. Винс, понимающе закивал и подошел к ней, чтобы продемонстрировать наглядно, на что способна иерафонника.

Нежно принял ее ладонь и тут же боль на лице Эсмеральды пропала, она удивленно подняла взгляд на нас, а я в свою очередь, после кивков барона и герцога, начал откреплять латную перчатку.

– Вы, должно быть, заметили синеватое свечение из-под лат? – Говорил Винс исцеляя ее ладони, она кивнула. – И несмотря на мои слова у ворот, уверен, понимаете, что будь по ту сторону смертные, характер вестей от напуганных торговцев был бы иным. Сейчас все встанет на свои места.

Стоило мне показать ей светящуюся синевой непрозрачную руку, как она захотела отпрянуть, но не дал Винс, кивнул вниз, посмотреть на открытую ладонь, где, вместо серой кожи и потрескавшихся ногтей, была слегка бледноватая, но здоровая и целая ладонь. Винс отпустил ее, дал возможность изумиться исцелению. Столь скоро исцелить сильное магическое раздражение, да еще и имеющее очаг под кожей, не в силах и сама жизненная энергия.

– Управление жизненной энергией – это способность нашего народа, тавинарше. Даже высшие не способны к подобного рода манипуляциям с ней. Это может прозвучать смело, однако я выскажу своё предположение – вы, сикнетта, наш народ-потомок. Об этом свидетельствует также и ваш рост. Мало кто может похвастаться тем, что тавинарше не смотрят на него сверху-вниз.

Винс опустил голову, посмотрел на нее исподлобья и отпустил ладони. Эсмеральда сняла повязки и со второй руки, которая также оказалась целой и здоровой. Удивление в ее взгляде невозможно было подделать.

– Большинство считает, что жизненную энергию вообще нельзя применять к другим, только к самому себе.

– Для большинства это так и есть.

Винс взялся коротко рассказать ей историю нашего народа и попытался быстро и доступным языком объяснить, что именно мы являемся теми, кто способен применять жизненную энергию к другим, а Мартин подошел ко мне, взглянул в окно на жалко выглядящего губернатора и осмелевших женщин, вышедших туда. Среди них я заметил и ту, что выглядывала из бойницы ворот, вероятно, это именно она поднимала решетку, прежде отправив на пол посмевшего возразить воле леди замка стражника маленьких людей.

Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что эта не церемонится. Один верный удар в челюсть, вместо тысячи слов. Ноги защищены прочной кожей, на груди качественный ламеллярный нагрудник, на руках недешевые стальные браслеты, а мышцы рук такие, что бедняга и без зубов мог остаться. Пшеничного цвета волосы заплетены в дреды и собраны в хвост. А самое главное – не сломлена, стоит гордо, осанисто, широко расставив плечи!

Отвернулись от окна как раз в тот момент, когда Винс закончил.

– Так и… что вы предлагаете? Вот вы, ну, пришли… не просто же так поставили на место этого выскочку-губернатора, вылечили руки?

– Присоединиться…

– Стать народом-вассалом. – Отмахнувшись от Винса, выступил я. – Называй вещи своими именами, чтобы потом не возникало вопросов. А прежде, чем принять своё личное решение, Эсмеральда, учти, что становление народом-вассалом не равно порабощению, вы будете вольны и в рамках страны, и за ее пределами, станете полноправными гражданами с местами в совете правления страны.

– Я… я знаю, как это работает. Просто не ожидала, что предложите подобное.

– Теперь вы знаете, как работает и это. – Усмехнувшись, я всплеснул руками. – О, позвольте, я же последний, кто не представился? Уриэль.

Подойдя, я принял ее ладонь и поднес ко лбу, после втроем сняли свои шлемы, чтобы она увидела, с кем говорила и объяснили, почему свою маску не снимет никто из иерафонники. Эсмеральда совсем растерялась, ей не нужно было говорить нам, что не является лидером своего народа. Взгляд поднялся на Джаслина.

– Вы удивились, когда… там у ворот я сказала: «войско» и вы удивились…

– Сопровождение. – Кивнул он и вернул шлем. – Мартин – герцог Деадории, Винс – викарий иерафонники.

Пока она вновь потерялась в мыслях, пытаясь представить, что есть в нашем понимании войско, я добавил туда еще информации:

– Понятное дело, что договор будет не односторонним. Скажите нам, что нужно вашему народу и мы это сделаем. В свою очередь от нас также будет требование и помните, как уже упомянул Винс в рассказе про нашу историю – мы дали клятву перед Отанной. Те, кто дает слово перед богиней клятв и обетов, не нарушают его. – Привлек ее внимание к себе, чтобы она еще раз увидела моё светящееся лицо, прежде чем его скрыл шлем. – Нам не нужна ваша медицина и ваши тела, нам не нужна ни еда, ни вода, ни сон. Во всяком случае пока.

Она сделала робкий шажочек назад, подняла ладони к груди.

– Пока?

– Пока мы магические призраки. Выйдя из Деадории мы в первую очередь стремимся вернуться к обыденности, снова стать из плоти и крови, частью этого мира. На это уйдут, вероятно, годы. К тому времени, кто знает, что будет? Просим малого: верности, соблюдения договоренностей, к которым будем подходить уже после. Вероятно, понимания, но точно не сочувствия нашей беде.

Эсмеральда хотела тяжело вздохнуть, но вместо этого вмиг пришла в себя, встала ровно, выпрямила спину.

– Я не могу говорить за свой народ. – Вдруг резко возразила Эсмеральда, затем опустив взгляд в пол, чтобы наше присутствие не мешало трезво мыслить. – Я могу сказать, что нужно этому замку, могу сказать, что нужно этим землям, но я не смею говорить за всех сикнетта. – Вдруг голос стих, вернулся к прежнему, растерянному. – Это… это с матерью, она здесь…

Ее остановил Мартин, мягко положил руку на плечо.

– Поступим следующим образом. Грамоте обучены? – Она кивнула. – Подготовьте письмо для своей матушки. Винс продиктует наши основные требования и что стоит сказать о нас, кто мы есть и что мы можем. Тем временем вы, здесь и сейчас, скажите мне, что нужно вашему замку – Намаркие, я верно произнес? Угу. Скажите, что нужно вашим землям и мы выполним ваши просьбы, как жест доброй воли. Если ваша матушка откажется, всегда можно будет обыграть ситуацию, как, предположим: «пришли с юга призраки в доспехах и захватили замок».

Договорившись, что не тронем ни одного из мирных жителей, мы выдворили из замка и поселения всех солдат маленьких людей, заставив их бежать отсюда на своих двоих. Портальщики связались с нами, доложили об успехе в починке главного портала крепости, чем сразу воспользовалась отправленная Джаслином капитан эскорта.

Она вернется в Деадорию, где доложит обо всем произошедшем и передаст приказ барона в срочном порядке созывать солдат и булиратусс, всех инженеров, а иерафоннике передаст связаться с ожидающими в Единой Нити, чтобы хоть кто-то из имеющих возможность вернулся и помог нам.

К закату, когда Звезда, что освещает мир, уже скрылась за горизонтом, оставив лишь мельчайшую полосу света, наше свечение стало видно куда более отчетливо. Жители поселения опасливо глядели на нас, не покидая своих домов, в щели ставень и приоткрытые двери. Теперь опаска появилась и на лицах сикнетта. Среди всех взглядов, обращенных к нам, я не замечал страха лишь в глазах Эсмеральды и сильной женщины с пшеничными волосами.

Портальщики прибыли из Дейвераля, чтобы настроить здешние плиты и камни на нашу сеть. Доложили о встреченном незнакомце, который говорил стихами. Представился заплутавшим странником, поздравил нас, тавинарше, с выходом за границы Деадории и покинул руины, пешком ушел на северо-запад, вдоль гор.

Отойдя на пару метров от дороги, в стороне от частокола поселения, мы собрались вокруг позаимствованного из кабинета губернатора столика. Разместили на нем современные политическую и географическую карты региона.

До сего дня все земли, от хребта до линии между озерами, входили в состав Сактоллексии, молодого королевства невысоких людей, именуемых эддани. Мы пришли сюда через лес, входящий в состав Каскардовы – их провинции, а сейчас мы на южной границе Милитанирадии. Весьма удобный регион: закрыт с юга и запада горами, частично водой на севере, упираясь в озеро Родиая.

– Распоряжения по восстановлению Дейвераля я отдал. – Сообщил я, стоило остальным отпрянуть от карт. – Крепость с позволения барона временно станет нашим штабом за пределом Деадории, пока не решим все вопросы в этих землях.

– Позволяю, – отмахнулся он. – Мне в нее возвращаться не за чем. Восстановят – другое дело, взгляну на родной дом. До усыпальницы мне все одно сейчас не добраться. – Он поднял взгляд на меня. – Я велел завалить проход в нее, когда покидали крепость.

– Посторонним там делать совершенно нечего. – Согласившись с его решением, покачал головой я.

Мы повернулись к подошедшему капитану, и она тут же отчиталась:

– Тарн отдал приказ прочесать лес Каскардовы вдоль и поперек. Три тысячи солдат уже отправляются в Дейвераль, с ними около четырех сотен булиратусс ударного, королевского и разведывательного полков, а также специализированных рот. Около полусотни инженеров организовывают вырубку под Тридальгаром, свободные от работы или службы приступили к вырубке пути через лес.

Джаслин кивнул и отпустил капитана в замок.

– Каскардова нам сейчас не нужна, – рассуждал он, глядя на карту, ткнул на столицу провинции. – Этот городишко в ее центре не представляет стратегической ценности. Не думаю, что они были готовы к тому, что здесь вообще кто-то может появиться, – он всплеснул руками, поднял взгляд на нас. – Лес-то не маленький, как разберемся здесь со всеми вопросами, нужно будет патрулировать его. Тарн, конечно, отдал приказ прочесать его, но у теней скоро будут более приоритетные задачи.

Пожав плечами, мы отпустили его, и барон сразу же отправился к камню-порталу. Мартин потрепал заметно осевшего Винса, который с нами почти не говорил с момента, как закончил составление письма матери Эсмеральды.

– Много потратил на лечение?

– Не мой профиль. – С заметной хрипотой – пострадала часть призрачного тела в районе шеи, качая головой, пробубнил он. – Потом я барьерами замка занялся, они никакие, с нуля воздвиг базовые защитные. – Он совсем опустил голову. – Что тоже не мой профиль.

Встрепенувшись, он приосанился, заложил руки за спину, приняв свою любимую позу гордеца, когда выпячивал грудь и задирая нос, хвастался своим ростом. Прежде, чем Джаслин улетел, он обменялся парой фраз с Эсмеральдой, у той душа в пятки ушла, стоило ей услышать его настоящий голос, который он с таким трудом прятал в замке и перестал сдерживать после приказа Мартина. Она подошла к нам, держа в руках маленький сверток. Посмотрев на нас, протянула его Винсу, а тот указал на Мартина.

– Я всего лишь викарий, – добрым голосом прохрипел он.

Мартин раскрыл сверток, изъял оттуда свиток и зачитал нам ответ леди Альвирии, матери Эсмеральды. В свёртке было и что-то еще, помимо свитка и, исходя из сменившегося настроения Эсмеральды, слегка отстраненного вида, предназначалось это что-то именно для нее.

– Освободить города Милитанирадии, обеспечить защиту народу, изгнать захватчиков, освободить пленников из заточения. – Коротко повторил основные пункты я. – Также помочь вернуть похищенную народом-потомком высших – индимиль – реликвию: чашу, дарованную народу секнетта, согласно легенде, лично богиней целителей. Что ж, все в определенной степени ожидаемо и главное, выполнимо.

Пробежавшись взглядом по тексту, я узнал, что чаша была похищена агентами индимиль, когда здесь началась война, а агенты сикнетта выкрали ее в ответ, вот только доставить в последнюю независимую страну своего народа не сумели, застряли с ней в форте у северного побережья залива Сарза.

Оказавшись у карты, Эсмеральда ткнула пальцем в точку, которую мы уже успели рассмотреть со всех сторон, на столицу этой провинции – Тарт’аль’Радду.

– Тарт наш единственный крупный город с укреплениями в этих краях, остальные либо без укреплений, либо небольшие. Помимо моего, есть четыре укрепленных замка и крепость у озера в горах – там есть тропа вдоль воды, ведущая в другую страну. Вот здесь, – она указала на деревушку у озера, – малая верфь, для рыбной ловли. Раньше еще средняя была, для военных кораблей, но ее эддани сожгли.

– Если жители будут за нас, то освободить их наименьшая из проблем, – я пожал плечами, поднял взгляд с карты и положив руки на плечи Эсмеральды, повернулся к ней. – Обеспечить защиту и изгнать захватчиков – это попутное, сложность представляет только вызволение мужчин. Но! Твоя посланница только что летала в Тарт, пользуясь порталом замка и у меня прямо сейчас появилась одна хорошенькая идея. – Я отошел от нее и от столика, держа указательный палец поднятым. – Нужно только быстренько разобраться с системой порталов Сактоллексии, есть вероятность, что мы сможем воспользоваться ею. Я к портальщикам.

Санатава

Губернатора грубо пихнули в помещение, и он хотел было огрызнуться, бросить вслед солдатам крепкое словцо, но стоило обернуться, как раздражение на его лице сменилось паникой, он пал ниц, прижав лоб к мраморному полу. Перед ним стояла королева Рида Варэйская и ее свита.

– Встань. – Строго, почти зло повелела она и губернатор послушно поднялся, однако оторвать взгляд от пола не смел. – Говори.

– П-пришли какие-то странные… создания…

– Сколько и как они выглядели? – Остановил его военачальник Сигурд. – Откуда пришли?

Губернатор на миг растерялся и продолжил:

– Пришли из Деадории…

Свита королевы развернула карту, начали искать это место.

– Провинция Деадория. Последняя известная вотчина тавинарше юга. – Произнес эрл Варгхим. – Территория герцогов Лардафорта. Если верить слухам – проклятые земли, где нет места живым.

Королева кивнула эрлу и вернула строгий взгляд на губернатора.

– Продолжай.

– Они не показывали своих лиц, от них исходил свет… яркий синий свет, он пробивался из-под брони. – Рассказывал губернатор все, что помнил.

– Сколько их было?

– Не могу знать, ваша милость! Несколько сотен – точно! Все как один, похожи друг на друга, одинаково вооружены. Только четверо, которые говорили, отличались…

– Чем?

– Один был очень высокий, просто громадина, представился как викарий Винс тер… э-э-э, тер…

– Викарий Винс тер Даррио. – Четко произнося каждый слог, закончил за него Варгхим. – Это старший служитель их странного культа, который они называли… иера-фонникой. Странного тем, что они считаются священнослужителями, но богам не поклоняются. Об этом викарии почти ничего неизвестно, кроме того, что он был главой этой иерафонники со времен Новых королевств.

Сигурд поставил локти на стол, провел руками по волосам, с полностью выбритыми боками, спадающим коротким плетеным хвостом на спину. Он был единственным представителем народа хиди в зале: со светлыми, почти бежевыми волосами на голове и лице и ярко-голубыми глазами. Взгляд этих глаз был смущен сложившейся ситуацией, в которой сравнительно молодой военачальник еще не бывал.

– То есть мы либо имеем дело с какими-то шарлатанами, которые непонятно откуда нарисовались, либо с ожившими трупами? – Уточнил он у остальных. – Я слышал много сказок про привидения с юга, но, чтобы они у нас провинцию отняли – это нонсенс!

Он сделал дозволительный жест губернатору и тот, быстро вспомнив, на чем он остановился, продолжил:

– Еще один был чуть ниже викария, в массивных латах с мечом на поясе, от которого волосы дыбом вставали. Представился бароном Джес… нет, Джас-лином Дарантом. – Он прервался, ожидая новых всплесков эмоций, однако их не последовало. – Последний, имя которого мне известно, тот, что одной рукой поднял меня словно мешок с трухой и носил такой же жуткий меч, что у барона, представился герцогом Мартином ван Лардафортом…

– А вот это уже интересно! – Всплеснув рукой, привлек внимание других эрл Дуврн, стоявший у книжной полки с большим томом в руках. Он положил книгу так, чтобы королева могла прочесть обнаруженное им. – Мартин ван Лардафорт, это третий сын герцога Фридриха третьего. После смерти Фридриха титул унаследовал его второй сын, в связи с кончиной старшего. О Мартине нет почти никакой информации. Он просто был. Сейчас же он титулован и, как следствие, является их лидером. Деадорией всегда правили ван Лардафорты, по названию столицы провинции.

– Город из сказок про призраков, в центре которого стоит призрачное древо, вырвавшееся из земли на сотни шагов. – Дополнил Варгхим.

– Допустим. Почему их впустили в замок? – Грозно гаркнула королева. – У них были осадные орудия? Без них замок сикнетта не взять – стены слишком высокие, ворота они бы до сих пор штурмовали без мощного тарана.

– Нет, моя госпожа, я был занят в то время, пока леди Эсмеральда вела переговоры с пришельцами, просил поддержки у соседей: у замка нет воинов, только небольшие патрули. – Оправдался губернатор. – А когда вышел, они уже были внутри. Я пытался настоять на том, чтобы они покинули наши земли, но меня попросту не слушали! Этот Мартин поднял, начал о чем-то своем говорить с Эсмеральдой, а потом без объяснений велел схватить всех и заблокировать выход из замка! Следом все четверо с Эсмеральдой ушли в пустой зал обители богини. Выйдя наружу Мартин велел выставить нас за ворота. Сказал бежать, иначе…

Один жест королевы и губернатора в зале след простыл. Рида со стоном рухнула на трон у стены и откинулась на его спинку, закрыла глаза, уронив голову на подставленный кулак.

– Какие будут указания, моя госпожа? – Отважился спросить Сигурд.

– А какие ты ждешь указания? – Ширя взгляд в возмущении, воскликнула она. – Собирай войско! Мы потеряли провинцию! Ты знаешь, что нужно делать в таких ситуациях! Эрлы, созвать собрание земель! Укрепить границу с этими светлячками в латах. Свяжитесь с моими детьми и сестрой, скажите им, что произошло. Отправьте гонца за близнецами, только не мямлю.

Она указала на двери, за которыми только что пропал губернатор. Эрлы, командующие и свита раскланялись королеве и начали пятится, однако, только Сигурд коснулся рукоятей дверей, как те распахнулись и в зал влетел запыхавшийся гонец, тотчас пал на колени и пытаясь отдышаться начал громко говорить:

– Ваше величество, у нас беда! – Проверещал он. – Они уже здесь! Пришли, за… за сикнетта! Их тысячи!

Сигурд поднял гонца на ноги и развернул к себе, ударил по щеке, чтобы тот пришел в чувство.

– Кто пришел? Где пришел? Сколько их?

– Те, в блистающей броне, от них идет синий свет! Они уже в Ольводории! Их тьма! Тысячи!

Сигурд бросил взгляд на королеву и рванул к выходу, командующие за ним.

– Подготовить мои латы! – Гаркнула Рида и вбежала в свои покои.

Юго-запад Ольводории

Мартин стоял посреди обрушенной стены, окруженный несколькими десятками солдат и булиратусс, с высоты наблюдая, как армия из трех тысяч воинов во главе с Джаслином шла напролом через степь с невиданными мной ранее узкими вертикальными скалами. Они появились здесь уже после нашего затворничества в Деадории – никто из воинов и иерафонники не помнил таких скал в этих краях.

Воины освобождали каждого сикнетта и пленяли каждого воина эддани, кто пожелал сложить оружие. Вровень с этой армией, чуть юго-восточнее, шли воины, ведомые мной. Две тысячи солдат были скрыты за холмистой и скалистой местностью, они шли прямо на старый карьер, где были рабами большинство сикнетта.

Позади поднимался к небесам дым небольшого промышленного городка, который был захвачен без боя, в нем располагалась многие десятки тюрем, бараков и цеха, где держались множество рабов, в том числе и эддани – со своими они обращаются ничуть не лучше, те были рады освобождению и также уходили с нами. Портальщики оперативно отделили городские плиты от сети королевства, чтобы все освобожденные смогли беспрепятственно отправиться в Тарт.

Карьер прошли без заминок. Не успевшая сбежать стража сдалась без боя, некоторые помогали снимать цепи, но бывшие пленники знали своих надсмотрщиков, говорили, кто вел себя достойно и строго выполнял свои обязанности, не перегибая палку, а кто позволял себе издеваться.

Воины Джаслина начали останавливаться, пройдя карьер, и когда мои поравнялись с ними, я понял почему – дальнейшее продвижение заблокировали войска с гербами королевы. На вскидку их было меньше нас, при учете разницы в силе шансов у эддани не было.

Эта остановка стала сигналом и для Мартина, движение его знамени можно было видеть над головами воинов. Встав на возвышенность, я посмотрел, как действовала иерафонника: указывали воинам крушить опасные скалы, чтобы те не рухнули на головы, на ходу помогали раненным и восстанавливали поврежденные доспехи воинов. Винс остался в форте, вместе с Эсмеральдой. Там три десятка солдат и булиратусс – муха не пролетит, она в безопасности.

Дойдя до первой линии войска, Мартин поравнялся с Джаслином, его знамя было установлено рядом с гербом рода Дарант. С противоположной стороны вперед вышел купол из круглых выпуклых щитов, которые расступились, показав нам саму королеву Риду с оружием, которое местные называли арбалетом. Голоса быстро стихли, над полем нависла гнетущая тишина.

– Ты лидер этой армии? – Развеял ее крик Риды.

– Нет. – Ответил Мартин, протянув длань к Джаслину. – Он.

– Тогда почему ждали тебя?

– Я Мартин ван Лардафорт, лидер тавинар…

Мелькнуло движением, толи спрятанное, толи ускоренное магией – с такого расстояние я не распознал. Выпущенный из арбалета Риды болт попал точно в прорезь забрала шлема Мартина, тут же королеву закрыли круглые щиты. Ни один наш воин даже не шелохнулся, что вызвало удивление со стороны людей. Что уж было говорить о шоке в их глазах, когда Мартин поднял запрокинутую голову и схватился за болт. Вырвав, посмотрел на то, что могло бы убить в иной ситуации и брезгливо бросил на землю.

– Интересный способ вести переговоры, возьму на заметку. – Печальным, очень громким голосом произнес Мартин. – Барон, они свое слово сказали.

Мартин развернулся, и мы с Джаслином отдали приказ атаковать.

Сражение в Ольводории стало первым поражением людей в грядущей войне. Наспех собранное войско не могло сдержать натиск профессиональной армии, каждый воин которой превосходил людей в силе и скорости. Ситуация немного изменилась, когда прибыли те, кого пленники называли близнецами-Архимагами, но не критично – иерафонника не позволила им атаковать нас так, как они хотели бы и не позволили близнецам нас преследовать.

По возвращении в Милитанирадию, мы временно открыли портал, чтобы освобожденные рабы могли вернуться домой туда, откуда они родом, однако многие не из сикнетта остались. Каждому, вне зависимости от расы и народности, мы обязались предоставить кров, еду и защиту, а как разберемся с деталями и гражданство. Разослав спасенных по домам и временным лагерям, укрепив границы и населенные пункты наших новых союзников, мы вернулись в Намаркию, где получили вести из столицы:

Разиэль разобрался с крепостью у озера, взяв ее быстрым приступом при высоком чистом перевесе. Арвель, Сэмуэль и Та́йберус разобрались с тремя замками, а офицеры убедились в безопасности деревень. В Тарт был послан полк булиратусс, чтобы обезопасить ситуацию у дворца и когда все, кроме столицы было под нашим контролем, эддани в главном городе провинции сдались без боя.

К нашему прибытию ко дворцу, подоспела информация, что не все лидеры народа сикнетта могут прибыть сюда, однако высказались они достаточно ясно, наделив в грядущем мероприятии леди Альвирию и лорда Фольде, лидера военизированного региона Лимеллит, правом говорить от лица всего народа сикнетта.

Эсмеральда встретила нас у самого порога и не спрашивая разрешения обняла Мартина, что тому, безусловно, понравилось, он крепко обнял ее в ответ. Мы прошли в зал, где уже ожидали лидеры народа. Обсудив детали, вышли на улицу, где, на главной площади города, собрались тысячи и тысячи. Леди Альвирия сдержала свое слово, присоединившись к нам, народ принял это очень тепло, видя мощь нового сюзерена. Приняв клятву, Альвирия также стала герцогиней новой провинции нового государства. Милитанирадия будет под ее управлением, она лучше знает, что нужно региону. Фольде не задержался и отбыл обратно, вместе с большой группой целителей и солдат сразу, как только сказал своё слово и выполнил необходимые формальности.

Про Лимеллит нам успели сказать лишь пару слов, благо, что выделенных ресурсов хватит с лихвой. Военизированный регион, в общем и целом, почти не нуждается в поддержке. Дюжина остиариев решит проблему целительной магии сикнетта и поможет в тамошних лазаретах.

Часть первая: политика Уриэля

Призыв в Эрхсадт

Барон остался доволен сложившейся ситуацией и нашими успехами. Бодро руководил передвижениями войск и не менее бодро командовал как наступлением, так и обороной. Так, всего за месяц, мы полностью выбили людей из необходимой нам части Каскардовы, оттеснили от границ Милитанирадии и начали выдавливать в Лимараве и Заринитарии. Близнецы-Архимаги, как и дети королевы не появлялись у наших границ, что пусть и не слишком, однако же беспокоило Джаслина.

Тектаторы на удивление быстро восстановили Дейвераль, вернув ему былое величие, Джаслин, придя посмотреть на результаты их трудов, положительно оценил их усилия. Тем временем иерафонника задействовала много сил и ресурсов, чтобы связаться с вернувшимися в Единую Нить и еще больше сил, чтобы помочь им выйти и как можно быстрее прийти в себя после выхода в физический мир. Увы, среди них не оказалось никого, кто был готов помочь нам с управлением. Ятаха сможет выйти еще очень нескоро.

Литейные не затихали ни на миг в течении всего месяца, как и кузни. Оружие и доспехи ковались не переставая, а леса, разросшиеся вблизи городов, пошли на осадные орудия, копья, стрелы и болты. Многие мужчины и женщины сикнетта, стоило оклематься и осознать, что произошло, охотно вступали в военные формирования, готовые воевать с обидчиками, получив достойное подспорье в конфликте.

Мартин же занял свой пост лидера нового государства и временно расположился в Дейверале. Таким образом он не был отделен от всех событий горным хребтом и не мешал герцогине Альвирии заниматься своими делами, также как не мешал готовить тронный зал Тарта к приему нового правителя. Каскардова, пока она была пустующим регионом, временно перешла под управление Альвирии, так как там много пахотных территорий и лес, которые нужно использовать. Народ все-таки нужно кормить, а зима здесь незамедлительно придет и если нам от нее ни тепло, ни холодно, то смертным к ней готовиться необходимо.

Деадорию использовать для земледелия нельзя было никогда, максимум культуры одного сезона. Зимы здесь суровые, холодные, нередко снег и вовсе не выпадает. Устанавливать барьеры для полей возможно, но крайне затратно. Для начала нужно оценить ситуацию, возможности и уже имеющиеся ресурсы.

Что уже можно смело развивать, так это охоту. Лесов и полей в Деадории много. Дичи, которую веками не трогали и подавно. Также нам доступна рыбная ловля, как в озере на севере Милитанирадии, так и на всём морском побережье Деадории.

За месяц Мартин, которому мы поручили работать с народом-вассалом и ни на что не отвлекаться, очень сблизился с сикнетта. Несмотря на пребывание в крепости, ему ничего не мешало переместиться в будущую столицу и провести день, гуляя по улицам или общаясь с заново формирующейся знатью. Благодаря проделанной им и Тарном работе, сейчас народ сикнетта перестал смотреть на нас как на неодушевленные предметы, которые умеют ходить и говорить, эти двое смогли расположить их к себе, соответственно и ко всем нам.

Сегодня матушка поручила Эсмеральде отправиться в Лардафорт вместе с Винсом, чтобы тот во всех красках и деталях рассказал ей о тавинарше юга, помог разобраться в нашей клятве и почему мы стали магическими призраками. После они пройдутся по всем крупным городам Деадории, где она застанет плачевное запустенье, как следствие многовекового анабиоза.

Группой из полусотни тавинарше и единственной здесь Эсмеральдой, мы стояли перед Единой Нитью. Девочка и до того увлеченно рассматривала все и вся вокруг, тут же у нее, как говорится, челюсть отпала. Прочие же смотрели именно на нее, весело дополняли рассказы мои и Винса, умилялись ее удивлением на протяжении всей экскурсии по городу.

– Перед тобой, – Винс указал на огромный синий столб магической энергии, отдаленно напоминающий исполинские корни дерева. – Единая Нить. Источник нашего бессмертия, источник нашей жизни и наших сил. Именно сюда попадают сраженные на поле боя воины. Они проходят там, внутри… м… некий обряд восстановления, после которого могут вернуться. Это занимает много времени: в зависимости от ряда факторов процесс может занять до нескольких десятилетий. С теми, кто находится внутри нельзя поговорить, не войдя туда. Есть, разумеется, обученные специалисты, которые могут общаться, с находящимися внутри, находясь… для простоты назовем это «снаружи». Иерафонника, священнослужители, культ Единой Нити. Викарий – главенствующий титул культа. Ранее викарий был лишь старшим саном, ныне же, как видишь, я представляю собой нечто большее, скорее передвижной символ. Это произошло во время клятвы, я немного перефразировал свою личную, сделал себя первым избранником Отанны, не намеренно, я этого не желал, но и не сожалею о сказанном.

– Выходит, вы богоизбранный?

– Именно так, я избранник богини Отанны. – Для демонстрации Винс сделал видимыми неосязаемые темно-желтые цепи из божественности Отанны, опутывающие всего викария целиком, почти также плотно, как физический облик богини.

Мы подошли поближе, прямо к самому столбу чистой энергии, чистой маны. Эсмеральда протянула к ней руку, но тут же одернула, посмотрела на нас и после позволительного жеста Винса, прикоснулась. Ничего не увидев, ничего не услышав, поводила рукой по приятной на ощупь твердой, гладкой и теплой материи.

– С Единой Нитью нельзя как-либо контактировать без должной подготовки, – объяснил он. – Мы ее часть, поэтому для нас это в порядке вещей. Ей, однако, можно навредить, потому гости в этом городе будут редки.

– А что будет, когда вы исполните клятву? Вы же перестанете быть… такими… призраками?

Мы пошли дальше, вокруг светящегося столба по направлению лестницы наверх.

– Да, перестанем. Почти все из нас вновь станут смертными, но все мы вновь станем из плоти и крови, вновь станем частью этого мира. Но она, – он указал на Нить, – никуда не денется. Она была частью мира еще до появления нас, как народа. И выполнять она будет ту же самую роль, что и сейчас, лишь несколько иначе. Об этом позже.

Только втроем, мы прошли в кабинет Винса над храмом. Тут было не прибрано, так что он взмахнул рукой и навел какой-никакой порядок.

– А Мартин, когда ему в голову болт попал, почему он не вернулся в Единую Нить? – Поинтересовалась Эсмеральда, присев в кресло перед письменным столом. – Другие такое попадание не выдерживали.

Винс сел за стол, спиной к заставленному окну, я встал около двери.

– Среди нас есть куда более выносливые, кто также изменил слова своей клятвы. – Охотно ответил Винс. – Мартин один из таковых. Все, кого ты видела в совете также. Булиратусс, что защищал тебя в форте и тот, которого ты видела в своем замке, Кажар и Гестрахаст – аналогично. И подобных примеров немало. Однако, увы, большая часть в Единой Нити.

Винс рассказал ей о нашей клятве, решив, что знать о втором избраннике ей пока необязательно. Затем кратко пробежался по истории после Новых королевств, когда я уйду расскажет ей некоторые моменты поподробнее. Описал ей, чем является Единая Нить, дополнив, что раньше столб находился не здесь, а в таком же колодце в центре континента, где сейчас большая пустыня, в нашей бывшей столице – Офиссисе, где и по сей день незыблемо стоит Величайшая Пирамида, окруженная городом-призраком.

Заметив интерес, вызванный последними названиями, привел свой рассказ к пирамиде и городу. Слог, мастерские паузы и безупречная речь не позволившие девочке отвлечься от рассказа заманили ее в уже ставшую среди нас шуткой, «ловушку Винса», из которой не выбраться. Кто-кто, а этот зубы заговаривать умеет лучше прочих. Отвлекся он сам, когда я уже потянулся к ручке двери.

– Уриэль, ты сегодня занят?

– Скоро состоится собрание, – напомнил им я. – Мне нужно присутствовать на нем. Затем, мы с бароном отправимся ближе к границе. Джаслин чует неладное – на фронте слишком тихо, до сих пор не появлялись близнецы и дети Риды, а к его чутью стратега стоит прислушиваться.

Винс и Эсмеральда пожелали мне успеха, и я оставил их наедине.

Внизу я велел собрать мою группу в Тарте и отправился к порталу. Выйдя перед вратами очищенного и красящегося дворца, отвлекся на оживление на лестнице – наши и сикнетта спорили о том, стоит ли надстраивать еще этаж у домов, что возле лестницы. Нашли время и место, конечно.

В замке реставрационные работы велись полным ходом. Старую атрибутику убрали в первый же день, причем с особой щепетильностью, а со всей Деадории теперь везли украшения, ставили парадные доспехи у стен, спорили нужны ли они здесь, готовили место под трон Мартина. Решением стало, что он будет выполнять роль декоративного элемента для приема гостей, не более того.

Миновав зал, прошел в длинный коридор справа от трона, по нему мимо готовящихся для меня и Сэмуэля кабинетов, осмотрел несколько пустующих крупных помещений, спусков и подъемов и дошел до закрытых дверей в зал собраний, по обе стороны от которых стояло по стражу. Остановившись у дверей, обернулся, сюда притащили высокую мягкую скамью, по обе стороны которой поставили прочные вазы с опрятными кустиками.

Оценив, кивнул и стража распахнула двери передо мной. Собрание еще не началось, здесь тихо переговаривались до моего появления. Тарн заверил, что с акустикой в этом зале его подчиненные и иерафонника работы закончили, отсюда не выскользнет ни единого звука, пока двери закрыты, зато топот снаружи услышим заранее.

Когда я обошел выполненный в виде месяца стол, поднялась Альвирия, поинтересовалась, как приняли ее дочь в Лардафорте. Рассказал во всех красках: о том, как она удивленно изучала нашу архитектуру, громадный замок Лардафорта и саму Единую Нить, как прикоснулась к ней. Договорить мне не дали: стража распахнула двери, чтобы впустить Джаслина.

– На границе я закончил, все бумаги у офицеров, – зайдя, громко огласил барон. – Солдат мы распределили, осталось решить кого ставим во главе опорных пунктов. Про губернаторов думать еще рано. – Без приветствий он подошел к карте указал на все пограничные укрепления и стратегически важные позиции. – Я временно назначил главными полевых командиров.

Обойдя стол, он отодвинул свое кресло, кратко поклонился Альвидии и сел между ней и Мартином.

– Винс нас своевременно покинул! – Усмехнулся Мартин и снова повернулся ко мне. – А как наши реагировали на гостью?

– Проявляли любопытство, соблюдали приличия. Девочка, разумеется, всё время экскурсии провела не снимаю маску удивления с лица. Вероятно, Лардафорт ее очень впечатлил. Что, собственно, неудивительно. Каждый день такое из окна видели-то только ты и Винс.

– Ну, вот и хорошо, – довольно покивал Тарн. – Что касается Винса, правильнее будет сказать, что он отправился выполнять свою работу. Присутствовать здесь ему вовсе необязательно. Он все-таки знаток истории, девочка в хороших руках. Кроме того, он упоминал о нехватке его подчиненных в составе армии и поддержке городов, это нужно исправить как можно быстрее. Остиариев слишком мало, чтобы успеть всюду, а капелланов распределять по городам именно его работа. Не говоря уже о том, что он еще не успел назначить ответственного за формирование малой конфессии, к этому нужно отнестись не менее ответственно, все-таки создание государственного пантеона – немаловажная задача, нужно учесть очень многое, нам конкуренция с соседями не нужна.

Все заняли свои места.

– Прямо сейчас в Лардафорте проходит очередное собрание герцогов, как закончится, они точно захотят познакомиться с гостьей, многие из них прибудут сюда для оказания поддержки совету и отраслям.

– Да, там много тех, кто с теплом встречает любые контакты с другими народами. – Согласился с Сэмуэлем барон. – Например, герцог Готран де Бардиватгар, наставник Арвеля. Это отличный кандидат на роль губернатора региона. Куда-нибудь на юг, у лесов Каскардовы – с заготовкой леса он знаком не понаслышке.

Арвель и Мартин пожали плечами. Военное дело, судя по тому, как идут дела, будет полностью в руках барона. Хотя Арвель мог бы как-нибудь отреагировать на имя своего ставленника, все-таки Готран его обучал премудростям правления и управлял Бардиватгаром, когда тот был еще совсем юн. Ведь получил имя этого города к своему титулу от самого Арвеля.

Герцог сидел мрачный, как скала. Уткнул взгляд в бумаги и не проявлял желания участвовать в разговоре. Перед ним были кипы документов, не относящихся к целям собрания, но именно они заставляли его пребывать в таком состоянии.

Во время собрания обсудили планы на самое ближайшее будущее. Нам нужно разобраться с обороной новых территорий, этим займемся мы с Джаслином и Тайберусом. Следом обеспечение населения продовольствием и ресурсами. Деадория непригодна для возделывания земли, но фруктовые деревья, которые приживаются в холодном климате нужно завезти и в кратчайшие сроки начать создание садов, также регион отлично подходит для скотоводства. С рыбной ловлей уже разбираемся: на озере нехватка лодок, что поправимо, а морское побережье уже вовсю просматривается. Охотников пустили в деадорийские леса, чтобы они потихонечку присматривали себе места. На прошлом собрании герцогов уже были отобраны те, кто займется развитием продовольственных линий Деадории. Во главе угла добычи и распределения ресурсов временно поставили Сэмуэля.

Совещание прошло на удивление быстро, не потратили на обсуждение текущих задач и получаса. Плавно перешли на разговор о нашем народе, ведь было еще много вопросов, которые предстояло прояснить. Тарн во время проверок библиотек нашел много информации о нас, до которой последний век у местных дела не было. Постоянные военные конфликты не позволяли отвлекаться на историю региона.

– Я же правильно понимаю, что вы все родом из Деадории?

– Из знакомых вам, только я и Разиэль. – Оживился Мартин. – Восточные земли ранее принадлежали Арвелю, от цитадели Бардиватгар на востоке, примерно до текущие границы с Сактоллексией и почти вся Каскардова. В общем-то теми землями, где сегодня раскинулась Сактоллексия Арвель и правил. Эта территория, земли между озерами и чуть севернее них управлялись Сэмуэлем.

– Граф Магмус де Ардамфорт ушел в Единую Нить порядка трех столетий назад, а так как я его близкий друг, он предложил взять под управление город и его имя к титулу. – Не поднимая взгляда от стола, все-таки включился Арвель. – Имя этого города носят многие. Когда-то он был красивым и величественным. Венец мастерства наших архитекторов, по площади многократно превосходит Лардафорт. Первый и крупнейший город Деадории.

Разговоры об истории было решено перенести в другое помещение, куда позвали местное дворянство, для ознакомления, но мы с Джаслином туда не пошли, а вместе с сопровождением из пары стражей, вышли из замка. Здесь наш ожидал военный эскорт главнокомандующего с несменным капитаном его личного полка – Женневьё.

– Лес мы, как и планировалось, заняли вплоть до черты, которую мы с тобой определили в прошлый раз, позиции удерживают стрелки, чуть глубже на нашей территории крупные лесные лагеря. – Рассказал Джаслин, стоило нам переместиться в Табальтуму, ныне пограничный укрепленный городок, который войска брали недолгой осадой. – Ты уже отдал приказ на формирование личного полка?

– Да, еще вчера и сегодня пнул, чтоб ускорились. Должны быть здесь до конца дня.

– Долго они.

– Жагаву в катакомбах не могут найти.

– Знакомая песня, моих тоже не сразу отыскали, – посмеялся Джаслин. – Хорошо, что сегодня будут здесь, как раз нужно перевести несколько ударных рот на север, к озеру.

Поднялись на стену, обсуждая результаты наших осадных орудий, которыми Джаслин был страшно недоволен. А вот боеспособностью сикнетта он чуть ли не хвастался, сражаться они умели и делали это уж точно азартнее и неистовее наших воинов, которым встряска после столь долгого ожидания нужна серьезнейшая.

Со стены, смотрящей на наши территории, мы наблюдали как ротный, которому доверили подготовку солдат сикнетта, тренировал строевой шаг.

– Повторюсь, я ими доволен. – Вновь похвалил их Джаслин. – Нелегкая жизнь сделала из них воинов. Эти не будут нестись вперед с мечом над головой, не станут геройствовать и опрометчиво подставляться. Понимают, что вернее будет зайти за спину нашему солдату, который вернется в строй через десяток-другой лет после смертельной раны, чем самому пасть смертью храбрых.

Остановив подопечных и повернув их лицом к стене, ротный нас заметил, тотчас отдал команду:

– Смирно! Главнокомандующий!

Приказ был дан не только им, а всем присутствующим солдатам, Джаслин в приветствии поднял руку, держа вторую на рукояти клинка.

– Вольно!

– Ну, ты глянь-ка, – закивал я, глядя на них. – Почти синхронно все сделали. Без предварительной команды остановились, встали в стойку.

– Мои ожидания были намного ниже. Приятно, когда после стольких лет тебя могут удивить!

Я кивнул и указал в него пальцем.

– Как ты сам и сказал – нелегкая жизнь научила. – Отпрянув от края стены, перешли на тихий тон. – Знаешь, Альвирия этого не говорила, однако, полагаю, ими планировался бунт или вроде того. Сикнетта сильнее эддани и хиди, хороши в защите от магии, вдобавок целительная магия. Ты сам видел, скольких мы вызволили, а ведь успели передислоцировать солдат-то всего ничего! Чуть больше десяти тысяч в пять регионов, где были рабы, это, не учитывая силы, задействованные в Милитанирадии. Вернулось нас впятеро больше, с пленными – вшестеро.

– Задумывался об этом. – Кивнул Джаслин. – Наше появление помогло обойтись без серьезных потерь среди пленных. Сикнетта народ добродушный, но гордый, они не смогли бы терпеть рабство слишком долго. Достойная гибель лучше жалкого существования.

– Истина.

По стене прошли до башни форта, спустились и оказались возле полуразрушенного в ходе осады склада, согнувшись при входе в три погибели, вошли внутрь, к барону Тайберусу.

– Зря ты меня сюда приволок, Джаслин. – Всплеснув руками, заворчал он. – Уриэль, давай забирай меня в свою группу… управлять укреплениями не моё, вы же знаете! Руководить обороной еще куда не шло, в этом я и правда хорош. Но управлять… нет уж! Уважьте.

– Я тебя вызвал разобраться с фортом. Это откровенно слабая позиция, зачем вообще здесь нужно укрепление не ясно. Управленца и не планировалось, Уриэль уже отдал приказ о сборе своей группы.

– И правильно! Чем управлять из этого сарая? Оставь его в руинах, никто и не заметит пропажи. Пусть здесь будет площадка для тренировок: холмы на западе отлично для этого подходят, плац добротный, стрельбище в низине есть.

Глядя на крышу, Тайберус покачал головой, выудил из угла пару копий, выглядящих в его руках, словно детские игрушки. Скривил лицо в скепсисе, даже дернул губой и вернул их на место, тут же подхватил небольшие топоры возле них.

– А вот топорики неплохие. Быстренько обтесать бревна для башни – самое то.

Кивнув самому себе, он ушел вглубь склада, откуда сразу же раздался грохот, он недовольно ругнулся, обрушил на несущую балку кулак и потолок над нами тут же начал проваливаться.

– Ну ты гений, Тайберус! – Выругавшись, крикнул Джаслин, выбравшись со склада.

– Обращайся! – Донесся смех изнутри.

Покинув полуразрушенное укрепление, встретились с командованием расквартированных здесь полка и группы булиратусс. Среди группы видел нескольких сикнетта.

– Помнишь крепкую девицу из Намаркии, которая врезала мелкому человеку так, что тот с полом сросся?

– Помню-помню. Как увидел ее во дворе, даже жалко того бойца стало. При такой разнице в росте бедняга и без зубов мог остаться.

– А скорее без челюсти. – Хохотнул Джаслин и кивнул мне на нее среди сидевших в лагере. – На той неделе лично назначил ее капитаном гибридной роты. Девица бойкая, а мечом владеет как! Загляденье. Зовут Флёр. Таких, как она, по пальцам пересчитать можно, местные ее полени́цей называют – женщиной-богатырем.

– Запомню.

В шатре обсудили грядущие передвижения войск. Если не отвлекаться на попытки Сактоллексии прощупать наши границы, то можно смело заявить, что эддани отступили и что-то готовят. Наших войск еще слишком мало, чтобы можно было вести полноценные боевые действия по всей полосе границы. Время, которое они хотят выиграть себе, мы используем с толком: готовим осадные орудия, вооружаем солдат, чиним и куем доспехи. Сикнетта вносят большой вклад в наше осадное искусство и дают много информации по укреплениям и боевым тактикам эддани. Особенное внимание уделяют их стратегии окопной войны, причем заходить приходится издалека, ведь мы само слово окоп в той форме, которую использует противник знаем меньше месяца.

На этом и закончили, Джаслин отпустил меня, а сам остался ждать мой личный полк. Я вернулся в будущую столицу, где встретился со своей группой помощников, не хватало только одного Тайберуса. Рассказал им планы на ближайшее время и велел как можно быстрее прийти в чувство и познакомиться с дворянством сикнетта.

Эсмеральда вернулась через неделю и почти весь день провела с матерью в ее покоях, оно и понятно. Винс по натуре мягкий, хоть и властный, расположить к себе людей он большой специалист. По поводу лояльности Эсмеральды мы не волновались.

На следующий день, сразу после очередного собрания, в зале остались я, Мартин, Тарн и Эсмеральда. Сэмуэль и Альвирия взвалили на нас обязанность придумать название государства и определить форму правления, а сами вышли в город, на главную площадь. Альвирия выступит перед народом, огласит кое-какие изменения и ближайшие планы без особых деталей, а Сэмуэль ей в этом поможет.

После выступления герцог отправится в порт, чтобы осмотреть его, имеющиеся корабли, добычу рыбаков. Сикнетта не маленькие, их корабли и лодки должны соответствовать, а значит и нас выдержат. Чем быстрее мы сможем привлечь туда наших на ловлю рыбы, тем лучше. Не говоря уже о том, что среднюю верфь нужно восстановить в кратчайшие сроки, этим занимаются уже сейчас, Сэмуэль как раз проконтролирует. Пара боевых кораблей на озере у сикнетта оставались, их грамотно прятали на протяжении многих лет, еще пара шхун эддани приплыли к нам, те отдали нам корабли в обмен на безопасность для себя на нашей территории. Пока же контроль над озером в руках Сактоллексии и имеющиеся корабли мы из тени не выводим.

Альвирия после выступления перед народом отправится в Деадорию, в сопровождении дворянства. Посетит все крупные города, где губернаторы расскажут, чем занимаются жители, чем примечательны регионы вокруг них, где и что мы будем размещать и как будет происходить перестройка заброшенных частей города.

От большого стола формой полумесяца мы отошли в конец зала, где был самый простой прямоугольный сосновый стол, заваленный картами и чистой бумагой. Взяли несколько стульев и расселись вокруг него. Тарн и Мартин друг напротив друга, Эсмеральда у стенки, я облокотился на стол и навис над старой картой Милитанирадии.

По суше мы ни с кем, кроме Сактоллексии не граничим, а вот водные границы у нас сразу с несколькими государствами. Старшие сикнетта, как правления, так и военные, заверили, конечно, что они не представляются угрозы, но это может быть до поры до времени. Средняя верфь нужна в срочном порядке. Контроль над озером должен быть наш целиком и полностью.

Первым делом взялись выбрать название для будущего государства. Обсуждение велось в основном между Тарном и Эсмеральдой, Мартин в разговор не включался, а когда его заставляли вступить в диалог, всячески отмалчивался.

– Государство должно носить название. А также нам следует определить форму правления. – Настаивал Тарн, тыча пальцем в Мартина. – Это нужно сделать, Мартин! Это необходимо для того, чтобы начать фигурировать на политическом поле, поможет в составлении карт и в осуществлении торгово-политических действий с лояльными соседями.

Качая головой, Мартин откинулся на спинку, Тарн круговыми движениями кисти, начал подгонять его, на что тот всплеснул руками.

– Ну не знаю я… у нас же раньше королевства были, может не будем мозги напрягать и будем королевством? – Взмолился Мартин. – Если возникнет острая необходимость сменить систему правления, мы это сделаем! Когда нас останавливали такие мелочи?

Он поочередно посмотрел нам всем в глаза. Тарн принялся тихо ворчать, Эсмеральда, не имевшая, до этого момента, дел с подобными монументальными вопросами, выглядела весьма растерянно. Я пожал плечами, однако Мартин все-таки пришел в себя и быстро встал на защиту своей позиции.

– Сам подумай, Тарн, нам ведь в общих чертах все-равно, какая у нас будет система правления. Мы в любом случае будем управлять государством путем собрания совета. То, как будет именоваться лидер и само государство – это не более, чем формальность для прочих, красивое словцо. Какие у нас есть варианты? Империя – слишком броско, винсценат, пусть и отлично подходит под описание – наоборот, блекло. А королевство, на мой взгляд, нейтрально. Не каганатом же нам себя называть? Какой из меня каган? Можно, безусловно, вспомнить еще сотню названий, но зачем? В этих краях все страны, по больше части – королевста, княжества и герцогства, народу будет проще. Он – король, они – советники. Проще выстроить иерархию, людям проще принять ее.

Соглашаясь с тем, что это будет лишняя морока, Тарн покачал головой и взмахнул рукой, принимая предложение.

– Итак, с этим разобрались. – Посвежевшим голосом закрыл тему Тарн. – Значит, королевство. Нужно название.

– Может, что-нибудь олицетворяющее вас? – Предложила Эсмеральда, ожидавшая удобного момента, чтобы приложить руку к монументальному вопросу. – Вот вы – бессмертные, может что-то относящееся к этому? Как на вашем языке «бессмертное»?

Мартин и Тарн переглянулись, Тарн принялся бегать взглядом по столу, а Мартин облокотился на спинку и всем видом показал, что не хочет участвовать. Тут я и осознал, что пора мне взяться за дело. Наклонился к столу и поставив на него кулаки, ответил ей, четко произнося каждый слог:

– Звучит так: «Амаррайи».

– Королевство Амаррайи, – Повторила Эсмеральда, добавляя нотки пафоса в каждый слог. – Ну неплохо же… или может подобрать что-то другое?

Она смотрела то на Тарна, то на Мартина, но они все также сидели и не предпринимали попыток взаимодействия с ней – понятно, не хотят, чтобы в названии был наш язык, поэтому она вернула взгляд на меня, наполнила взгляд надеждой, что я смогу как-то растрясти их продолжить обсуждение, пока общаюсь с ней.

– Может что-то похожее? Может «несмертное» или «вечное»?

– «Анэнт» – вечное, а слово «несмертное» в нашем языке отсутствует, только если коверкать. Хм. «Нёщур-нэхи» – не могущий умереть. Ближайшее по смыслу.

– Королевство Анэнт, – выразительно произнесла Эсмеральда, косо посмотрела на Мартина, все еще делающего вид, что он не при делах, затем на такого же Тарна.

Звук удара мыска ее ботика о ногу Мартина был настолько громкий, что перебил даже гулкий звук удара его головы о спинку кресла, затем она кинула перо в Тарна.

– Как бы я не был против подобных действий, на ее месте сделал бы нечто подобное, – сложив руки на груди заявил я. – Распластались тут, гляньте на них, дворяне…

– Во умник нашелся! – Возмутился Тарн. – Сам-то предложи чего-нибудь!

– Так, а я-то что? – Возмутился я в ответ и отпрянул от стола. – Меня устраивает и первый вариант и второй, изложенный Эсмеральдой. Звучит и, как она выразилась, олицетворяет нашу суть. Оба слова в переводе добавляют, как ни крути, присущего нам пафоса, однако, согласен, что, например, «Бессмертная Империя» – было бы слишком.

Оба мы повернулись к Мартину, который в свою очередь еще сильнее вжался в кресло.

– О, вспомнила слово: нетленное! – Повеселевшая от включения Тарна, воскликнула Эсмеральда.

Я ненадолго задумался, пытаясь вспомнить столь нечасто слышимое мной в детстве слово.

– «Авинааши». – Вспомнив, озвучил произношение.

– По сути то же самое, что и вечное, только это слово применяется к трупу… не разлагается, не гниет. – Наконец-то Тарн добавил что-то от себя.

– Да, не очень значение, не подойдет.

Все трое мы повернулись к Мартину. Я сложил руки на груди, тоже сделал Тарн, следом, косясь на нас, это сделала и Эсмеральда, насупилась.

– Королевство Анэнт. – Пробубнил себе под нос Мартин.

– Чего-чего? – Приподнявшись в кресле, переспросил Тарн, приложил ладонь к уху. – Государь, вас плохо слышно.

– Мне нравится «Анэнт». – Громко и четко ответил Мартин.

– Что ж, решено? Вечное Королевство? – Уточнил я.

– Да. Я уверен.

– Ну вот, самое сложное позади! Теперь всего-навсего определить цвета геральдики, состав совета правления, иерархию правления, воинские звания, степени мастерства ремесленников, торговые ранги, основать торговые, ремесленные и магические гильдии, сформировать и подготовить их перечень. Это, не считая обязательных мелочей.

Мартин что-то пробубнил себе под нос, поднялся и положил руки на пояс, быстро пробежался взглядом по картам, затем поднял взгляд на меня.

– Король Мартин ван Лардафорт, государь Анэнкофира. – Громко и четко произнес он. – Или просто Анэнта? Или Королевства Анэнт?

– Может, лучше, «владыка Вечного Королевства»?

– Король Мартин ван Лардафорт, владыка Вечного Королевства. – Проговорил он с поправкой Эсмеральды.

– Второй вариант мне нравится больше. – Кивнул ему я. – Мы, опять же, можем называть его как хотим, но вот в общении с другими народами и представителями других стран лучше использовать просто Анэнт или перевод на современный местный язык.

Двери зала распахнули стражи, впустили освободившегося Джаслина. Стоило ему подойти, как Мартин представился ему сначала первым вариантом, затем вторым.

– В общем-то можно использовать оба. – Пожал плечами он. – Как именно государство назвали? Анэнкофир?

– Королевство Анэнт.

– Именно так оно должно быть написано в твоем имени на бумаге, а как ты это скажешь – какая разница? Вряд ли найдется неуч, неспособный сопоставить «вечное» с «анэнтом». На чем остановились?

– По плану геральдика, цвета. – Выудив список из-под кипы бумаг на столе, ответил Тарн.

– Мои предпочтения в цветах ты знаешь.

Он занял кресло рядом Эсмеральдой. Девочка побаивалась его, говорил он, в отличии от нас, всегда громогласно, всегда был строг, взгляд хмурил даже когда смеялся.

– Синий должен быть обязательно. – Заявил Мартин, держась за тканые набедренники своих лат. – Это мы, это Единая Нить, это наша магия.

– А сколько цветов нужно? – Поинтересовался Джаслин.

– На прошлом собрании думали про два или три. Больше будет перебор.

Угукнув, Джаслин принял решение.

– Синий хорошо сочетается с белым, но сине-белые цвета у Тзарского Каганата. – Рассказала Эсмеральда и показала это государство на карте.

Оно как-раз было выделено бело-синим, что я посчитал странным, ведь немалая часть их территорий располагалась в пустыне и полупустыне.

– Есть идеи? – Подняв взгляд с карты на нее, спросил я. – Как ты видишь флаг и герб?

Она тут же подняла руки, помогая себе представить для нас своё мнение о геральдике.

– Синий столб Единой Нити на белом фоне, а вот цвет обрамления… может, желтый? Тарт и города Деадории – желтые. У нас же здесь большие месторождения песчаника, желтого сланца и известняка. Моя Намаркия из серого камня только потому, что построена прямо на месте скалы, все городки и деревни тоже желтые.

Подняв брови, посмотрел на Мартина, тот пожал плечами, молча указывая на то, что она только что, по сути, все и выложила. Затем на Тарна, тот сделал похожий жест, Джаслин отмахнулся.

– С Единой Нитью стоит еще подумать. – Все же добавил Тарн.

Махнул на него рукой, это уже паранойя.

– Цвета устраивают. – Кивнул я Эсмеральде и вновь навис над картами. – Можно попробовать белый столб на синем фоне и желтое обрамление, собрать все варианты с этими цветами и выбрать лучший. Так, на карте, как я вижу, желтым отмечены только Камилья, у них оттенок темный, нам же подойдет яркий, светлый, как Тарт в ясный день. Оттенок синего у Тзарсии светлый, нам же подойдет, – я подхватил набедренник Мартина и приподнял его над столом, – вот такой, чуть потемнее – контраста придаст с яркими желтым и белым.

Записав идеи, оставили дальнейшее разбирательство с геральдикой на будущее собрание. Перешли к следующему пункту – совет правления. Раскрыв свою поясную сумку, я изъял оттуда сложенный лист, заготовленный заранее.

– Что касается совета правления. Мартин, ты, как король присутствовать на важных собраниях, когда совет собирается в полном составе, обязан. Важнейшие решения мы можем обсуждать сколько угодно, но последнее слово всегда остается за тобой. – Мартин закивал, не думая возражать. – Далее…

– Себя в первую очередь добавь и не думай отнекиваться. – Пригрозил Джаслин.

– Как раз себя озвучить и хотел, – кивнул я. – Думаю, никто не станет возражать, если первое время я буду официально представлять нашу внешнюю политику? Когда Ятаха выйдет из Единой Нити, мы с ней разберемся кто-куда, а сейчас главное фундамент заложить. Альвирия сказала, что пока собираем совет из наших, через год-два уже видно будет, кто нам в совете нужнее. Предлагаю графа Дастана де Чаттепара, он поможет мне как коллега-дипломат, а кроме того, в отличии от некоторых, – я указал на себя и на Джаслина, – он очень терпеливый и спокойный.

Барон ухмыльнулся и кивнул.

– Поддерживаю, – согласился Тарн. – Он нам точно пригодится. Вашей группе с чистой совестью можно отдать все вопросы внешней политики.

– Не думая. – Поддержал Джаслин. – Тайберуса я уже отпустил, а Нирон где?

– Где-то в замке.

Я махнул рукой в сторону дверей и вернулся к своим записям.

– Джаслин – главнокомандующий армии, его место в совете даже не обсуждается. Сэмуэль – внутренняя политика и на какое-то время также внутренняя торговля и тяжелая промышленность, у него-то помощников будет больше прочих, он лишь будет непосредственно отвечать за все перечисленное перед советом. – Все согласились. – Тарн, твои задачи ты знаешь лучше нас, главное больше с герцогиней работай.

– А что за задачи? – Спросила его шепотом Эсмеральда.

Тарн повернулся к ней, одарил необычно хмурым для него взглядом и, приложив указательный палец к губам, дал совет не спрашивать о подобном.

– Дальше, герцогиня Альвирия. У нас нет своего марутария, а тот, кто будет заниматься межрасовыми отношением, всячески способствовать улучшению отношений между народами королевства и, возможно, принимать участие в разработке пропагандистской деятельности нужен. Поэтому поставим перед ней именно эту задачу. Эсмеральда, я бы хотел, чтобы ты тоже вошла в первоначальный состав совета. Нам нужна молодая кровь, новые идеи. Вижу твой взгляд, но подумай об этом с другой стороны: мы веками сидели в Деадории, заржавели, многого о современном мире не знаем. Тебе необязательно принимать непосредственное участие в каждом идущем процессе, есть идея – озвучь, мы рассмотрим.

– Первое время помогай матери. Ее работа крайне, я бы сказал чрезвычайно важна, мы все будем упорно над этим работать, но, сама понимаешь, у нас будут и свои задачи. – Добавил Тарн.

Эсмеральда согласилась, Мартин одобрил всех озвученных, и я продолжил:

– Винс предложил Тэйбара и Аркнуфа, но у второго, судя по тому, что я слышал, и без собрания будет много работы с малой конфессией, а Тэйбар как раз пусть чаще светится здесь. Все-таки лучший остиарий, как советник тоже очень нам поможет. Харанц сам вызвался взять на себя руководство всеми вопросами иерафонники в Лимеллите, его мы здесь будем видеть редко. Тэйбар сейчас занимается вопросами медицины и пусть продолжает. Вместе с будущей конфессией, они планируют систему работы учреждений и взаимодействие магической и немагической медицины. На него же повесим образование: он имеет неограниченный доступ в хранилища Гиана и право подключить резервы иерафонники.

– Что такое хранилища Гиана?

– Библиотека в башне на скале, ты ее видела на экскурсии. Под землей она такая же глубокая. Чем глубже, тем секретнее и опаснее знания там хранятся, но только тексты. Никаких артефактов или магических предметов.

Подняв свои записи, Тарн поправил бумаги, сложил их и спрятал в карман за пазухой, кивнул нам.

– Основные пункты текущего собрания разобрали. – Подытожил он. – Подключить пару опытных советников в резерв и можно начинать. Жаль, что никто из Лимеллита никого не предложили на объявленные нами места, надеюсь это случится, когда ситуация там будет урегулирована.

– Лимеллит вообще-то отдельно всегда был… – рассказала ему Эсмеральда. – Я удивилась, когда Фольде сделал его частью королевства.

Тарн пожал плечами, это он уже знал.

– Так или иначе, год-два и будем ждать в совете правления человека от Лимеллита. Кто в резерв совету? Думается мне, виконт Амбер подойдет отлично.

Все пожали плечами, выбор вполне очевиден.

– Да, он уже разгрузил Сэмуэля, взяв на себя сельское хозяйство, на первое время может взять на себя легкую промышленность. – На удивление охотно поддержал его идею Джаслин.

– Хорошо бы. – Согласился я. – Еще можно пригласить виконта Лютрика. Этот сохранял рвение до самого нашего выхода, искал и находил сотни способов максимизировать внутреннюю торговлю Деадории и подготовил, наверное, сотни проектов. – Все согласились со мной. – Вот только вряд ли он время найдет… ладно, в таком случае мест тут больше нет, да и куда еще больше народу? Разве что еще подготовить список тех, кто готов подменять. Тут в целом тоже много не придумаешь: Арвель, Аркнуф или Харанц, Нирон, Кажар, в крайнем случае – Винс. Да и все. Пока не получим информацию, кто еще выйдет из Единой Нити, кто будет от Лимеллита и дворянства Милитанирадии, ничего нового не придумаем.

– И без того не хватает управленцев в регионах. – Прогромыхал Джаслин. – Позовем еще кого, поставим что-то под удар.

Стоило Тарну написать полный список, а Мартину поставить на него свою печать, как двери зала распахнулись: вернулся Сэмуэль с большим свернутым листом в руках, подошел к нам и развернул на столе совсем свежую карту.

– Последняя публикация политической карты Нахидии. – Кивнул он на нее. – Только что составили. Учитывает наше появление, без названия, пока просто «тавинарше» и кое-какие последние изменения на крайнем севере и к востоку от пустыни.

Мартин вернулся на стул и взялся внимательно изучать карту.

– Кто тут у нас на юге… Сактоллексия, Кон-Фох, Нульн и какие-то Абсолютные. – Перечислил он наиболее крупные государства и поднял взгляд к Эсмеральде. – Что за Абсолютные?

Сэмуэль услужливо повернул карту к ней лицом.

– Я про них почти ничего не знаю, они как-то обособленно живут. Никого к себе не пускают, но и сами никуда не лезут.

– Ладненько, что повыше? На северном берегу залива Сагаст, к востоку от Кон-Фох вольные торговцы…

– Между Сагастом и Еззельместом, смотри, вот, Юстаттия. – Возбужденно потыкал пальцем Сэмуэль. – Они поменьше прочих, но с ними все считаются. Про их осадное мастерство ходят легенды. Брать их замки многие пытались и эти многие зубы об них обломали. Немаловажен и их равноправный оборонительный союз с Еззельместом.

Мартин задумчиво покивал, Тарн тут же сделал себе краткую пометку, на клочке бумаги, который моментально исчез в рукаве.

– Меритократия, конечно, неплохие территории держит, весь южный регион ирехийского бассейна, холмы и плато вплоть до сопки на юге Клешезобских гор, и вот этот кусок на полуострове, который Рютизу отрезает от континента… а конфедерация-то, смотрите, не только здесь, восточнее Кон-Фох, они еще и над Сагастом, и на севере, и на востоке. Интересно. А тут у нас Осийская Империя разрастается…

– Осийцы немного похожи на Абсолютных, тоже стараются ни с кем не контактировать, но менее агрессивны в этом плане и гостей, вроде, любят, не отказывают в гостеприимстве без причины. – Заметно повеселев от начавшихся активных обсуждений, охотно рассказывала нам Эсмеральда. – Там в основном живут еще одни потомки высших, как индимиль в Сагасте. Но те высшим не подчиняются.

– Ха! Ничего себе название! – Вдруг воскликнул Сэмуэль, крутя головой. – Священный Иерусарейский Винсценат. Во придумали!

Эсмеральда тут же подняла палец и с умным видом поделилась знаниями:

– Самое богатое и влиятельное государство континента. У них самая большая и разнообразная регулярная армия.

Услышав это, улыбка на лице Сэмуэля тут же пропала, появилась маска удивления и интереса.

– О, хоть кого-то здесь мы знаем, – Мартин указал на темно-фиолетовое знамя Империи Шево-Сунфа, повернулся к Эсмеральде. – С ними у нас шли самые ожесточенные сражения во времена Новых королевств.

– Винили нас и, я уверен, винят до сих пор, в Синей чуме. – Сэмуэль пожал плечами. – Впрочем, виноватого они выбрали верно, с нас это началось, хоть и не мы тому были причиной. Да что уж, мы и во времена смуты с ними воевали.

Бубня что-то о былом себе под нос, Сэмуэль принес из центра помещения стул и для себя.

– Я много читала про смуту Старых королевств. Ее закончил Аэльдазир Восстановивший, объединив весь континент, даже государства других народов под одними знаменами.

– Всё так. – Подтвердил я. – Царь Иерум Аэльдазир один из самых уважаемых и почитаемых правителей тавинарше за всю историю нашего народа. Будь он сейчас жив, полагаю, был бы древнейшим живым созданием на континенте.

Раз уж карта уже готова, а Сэмуэлю не надо никуда бежать, свои дела в порту он уже сделал: там хватило взглядом всё окинуть, чтобы понять, что к чему, то мы решили пройтись по соседям, узнать, кто представляет интерес, кто опасность, с кем стоит считаться, а с кем нет. Решили начать с самых крупных государств, все наши взоры, разумеется, были устремлены на Эсмеральду.

– Я знаю о них немного, но готова рассказать все, что мне известно.

– Давай, – кивнул я. – Любая информация будет полезна.

– Хорошо. Так, с чего бы начать…

– Давай прямо по порядку. – Предложил Мартин. – Начни с крупнейших, Редорадия.

Эсмеральда на пару мгновений отвела взгляд, быстро собирая в голове всю информацию, которая у нее была об этой стране.

– На территории Редорадии примерно полвека назад произошло восстание, которое высшие назвали «Величайшим бунтом этого мира». – Подняв взгляд к потолку она поставила локти на стол и закрыла ладонями половину лица, всячески стараясь не сбиться с мысли. – Там живет несколько народов, но у правления только один, пребывавший до этого бунта в статусе рабов у других народов, у высших в том числе – служили гладиаторами. Никогда не видела их, но, говорят, они очень высокие, сильные и быстрые. У них не было лидера, не было достойных ремесленников, на самом деле ничего не было, если верить рассказам. А после бунта внезапно все появилось. Качественное оружие, обученные воины и военачальники, мастера-зодчие, сильные лидеры кланов, которые и правят Редорадией. А народ называется… как бы не ошибиться… Мавор…

Мы все переглянулись.

– Вы их помните? – Удивилась Эсмеральда.

Я покачал головой.

– Странное название. – Пояснил ей Тарн. – «Одиннадцать».

– Вспомнила! Про них еще говорят, что они ни на кого не похожи! Вот мы, например, как и хиди, и абсолютные, и марнай – люди. Индимиль, нун-сунфа, нун-оэдивиль – потомки высших. Есть еще много других: магические народы, хладнокровные, перевертыши, теневики, иномирцы… а они не подходят под описание никого из живущих здесь. Они как будто изначальный народ, как вы и высшие.

Снова переглянувшись, мы все пожали плечами. Как мы – тавинарше – шестой народ, так и они вполне могут быть маворнарше, одиннадцатым народом. Кроме шести первых ничего неизвестно о других, предположительно они все должны быть на Рифирии, но, кто знает?

– Хорошо, теперь было бы неплохо узнать, что нового у этих самых потомков высших. – Мартин облокотился о стол и кивнул на Шево-Сунфа. – Что там у наших старых знакомых?

Эсмеральда покачала головой.

– Про них мало что могу рассказать. В общих чертах – это государство-агрессор с сильной армией и могучим флотом. Высших они на дух не переносят. Почти всегда в состоянии войны со всеми. Всего пятнадцать лет назад завершилась их война против Тзарсии и Святевисы, три стороны объявили перемирие. У них даже есть городок на пересечении границ трех государств, где в пирамиде сделали музей кровопролития, которого все стороны поклялись между собой больше не допускать.

– Посмотрим, насколько их хватит. – Хохотнул Мартин.

Она указала на рисунок маленькой пирамиды в лесу, принадлежащем Королевству Святевиса. Пирамида была как раз на границе трех государств, удачное место. Нас, конечно, больше всего радовало то, что нашей пирамиде нашли применение, хоть эту используют и не по назначению, но то, что она не заброшена греет душу. Кроме нее в Святевисе стоит один из четырех построенных нами обелисков, громадных многометровых сооружений из черного камня, служивших, как раз в первую очередь музеями и выполнявшими некоторые важные для иерафонники функции.

Перебрались к ближайшим нам потомкам высших.

– Меритократическая Империя Сагаст полностью под каблуком госпожи Сатини – самой главной высшей, но, конечно, не все делается под диктовку, они не государство-вассал и у них есть собственные интересы, просто… просто, если высшим что-то нужно, Сагаст это делает.

Высшие тут неплохо устроились, стоит отдать им должное. Приплыли они сюда задолго до чумы и по сей день прикладывают руку к событиям на континенте.

– Мы с ними не дружим. Вы уже знаете, что у Лимеллита с ними частые открытые столкновения на границе в черте полуострова, да и форт этот злосчастный… – она вздохнула и покачала головой. – Тем не менее в империи живет много наших.

В коридоре началась беготня, Джаслин тут же окликнул стражу и те доложили, что какое-то происшествие на восточной части морского побережья. Там такие скалы, что и крохотная лодка не пройдет, течения и острые камни размозжат ее, а горы в той части непроходимые, магическая защита не даст их перелететь. Джаслин это понимал, поэтому его интерес исчез в тот же момент, как было сказано, где происшествие, махнул страже, чтобы закрыли двери и мы продолжили.

Мартин тихо шептался с Эсмеральдой и когда я повернул к ней взгляд, продолжила по теме, переключившись на Осийскую Империю:

– Про Осийскую Империю многое рассказать вряд ли сможет хоть кто-то, эти редко делятся новостями со своей земли. Они намного старше Сагаста и высшим не подчиняются. У них производят сладости и сахар, которыми они активно торгуют. Это все. Кроме этих трех, есть еще Директория СОПС – это тоже государство потомков высших, но вот про них я не знаю вообще ничего, кроме названия. Даже названия народа не слышала ни разу.

Глядя на их расположение, понятно, почему ничего не известно, закивали ей. Директория находится южнее Редорадии и на архипелаге, уходящем далеко на северо-запад. Столица расположена как раз на крупнейшем острове архипелага, что довольно далеко от континента.

– С государствами потомков высших разобрались. – Заключил Тарн, мне вот интересно послушать про Конфедерацию Вольных Торговцев.

– Они выступают под одним флагом, но независимы друг от друга. Все эти четыре территории, которые вы заметили, это все, по факту, разные государства, но они объединены торговыми отношениями и взаимной военной поддержкой. Со всеми стараются заключить мир или нейтральное отношения, войну в любом виде порицают, но, если она не касается их или их торговых партнеров, игнорируют. С Сактоллексией они не торгуют и вряд ли начали бы.

Тарн и Джаслин сделали необходимые себе пометки, последний даже быстро нарисовал карандашом карту с границами.

– Теперь давай пройдемся по соседям. Интересуют ближайшие к нам и Сактоллексии… – я приблизился к карте, повернул ее к себе и перечислил: – союз вольных Кон-Фох, Парнат, Нимус, Ридож, Гатрика, Мальбру и Ярха.

– Кон-Фох – нейтральное государство, они торгово-политические союзники Сактоллексии, но военной силой помогать им не станут, максимум – немногочисленные наемники. – С готовностью поведала Эсмеральда. – В совете правления союза состоит родная сестра королевы Риды, Варьяра, о ней знаю лишь, что у нее очень длинные волосы и она старшая. Союз старается ни с кем не конфликтовать, живут там в основном хиди и чоови. Активно торгуют с конфедерацией, может быть даже хотят вступить в нее.

– То, что в совете сестра королевы – не хорошо. – Пробубнил Джаслин. – Что можешь сказать об их военной мощи?

– С уверенностью ничего, но Сактоллексия с ними считается. Вспомнила! Варьяра представляет в совете внутренние военные силы, например, военную полицию. Я могу ошибаться, это лучше спросить у мамы, но вроде они с сестрой не ладят, Варьяра ни разу не появлялась в Сактоллексии с момента, как Рида взошла на престол.

Джаслин, уверен, хотел бы вздохнуть, но без этого прилег на стол, оперев голову на подставленный кулак.

– Будем надеяться, что кроме немногочисленных наемников дальше дело не пойдет. Желательно все же узнать, в каких отношения Рида с сестрой, станет ли та активно агитировать правление вступить в войну против нас. Даже если они не в ладах, Рида ее кровь.

Тарн кивнул Джаслину, и мы снова повернулись к Эсмеральде.

– Независимое княжество Парнат – хоть и маленькая, но сильная рыцарская страна, славящаяся своими лирийцами. Они выступают союзником Нимуса в войне с Сактоллексией. Нимус раньше был частью Кон-Фох, но откололся из-за разногласий во взглядах и через какое-то время началась война с Сактоллексией. В лазарете моего замка были раненные именного с того фронта. Ридож богатое и влиятельное государство, процветающее за счет торговли. Свой нейтралитет они очень уважают, поэтому приостановили действие торговых соглашений с Сактоллексией, Нимусом и Парнатом на время их войны. Гатрика – очень бедная страна, где почти ничего нет, как-то выживают только за счет торговли рыбой с Ридожем, именно через эти земли мы раньше выводили людей к нейтральному порталу в Лимеллит, в Гатрике некому следить за порталами. Независимая провинция Мальбру тоже бедна, но они намного меньше Гатрики и даже не имея возможности торговать с Ридожем, благополучно переживают зимы. Это тихая страна, которая живет своей жизнью, оттуда каких-либо новостей, обычно и не услышишь. У Ярхи крупнейший флот на юге и несмотря на то, что на суше Сактоллексия их давит, в море и на реке ни Сактоллексия, ни Кон-Фох, ни Назальт ничего не могут противопоставить им. Да и давление на суше остановилось, как только граница дошла до леса… не помню, как он называется. К этому лесу войска королевства не могут приблизиться на радиус полета копья баллисты – это я не раз слышала и много раз читала в рапортах, которые доходили до нас.

Джаслин выудил из-под карт чистый лист, скривил лицо в гримасе и приступил к письму, Эсмеральда сначала опасливо поглядывала на лист, но, когда он заметил это, опустил руку и придвинулся, показывая, что пишет. Также записями занялся Тарн, в основном приказы для своих подчиненных.

– Давай думать, кто нам друг, а кто враг. – Предложил мне Сэмуэль.

Повернув карту обратно к себе, мы все же сели за стол. Опрокинув голову на подставленный кулак, я начал бегать взглядом по нашим соседям.

– С Сактоллексией у нас война, – в полголоса начал перечислять я, обведя их границы. – С Сагастом у нас напряженные отношения, в связи с тем, что у них была война против Лимеллита, а так как теперь это наше государство-вассал и старые дипломатические отношения по факту были расторгнуты, война закончилась. Тем не менее отношения из враждебных в миролюбивые это никак не сдвинет. Шево-Сунфа в любой момент времени могут объявить нас корнем всех проблем континента и это если не объявят войну сразу же, как только найдут способ до нас добраться.

– Забавно, что корень всех проблем объявляет кого-то корнем всех проблем. – Смеясь, пробубнил себе под нос Мартин.

Прихватив стул, он подсел к нам, и я продолжил:

– За Сагастом стоят высшие, что есть плохо, ибо сейчас мы вряд ли сможем составить конкуренцию сильнейшим их магам и воинам. Защищаться от них сможем, но не более того. Кон-Фох союзник Сактоллексии, а значит можно считать их нашим врагом, однако, пока они не вмешаются непосредственно, смело игнорируем их. По врагам, на текущий момент, мне добавить нечего.

– По союзникам все более скудно. – Продолжил дискуссию Сэмуэль, указал на Нимус. – Враг моего врага – мой друг. Парнат и Ярха тоже. Как раньше было? Помогал Лимеллиту кто-нибудь?

Эсмеральда с трудом оторвала пораженный и слегка напуганный взгляд от письма Джаслина, посмотрела сначала на нас, затем на карту, показала на карте крошечную страну на самой южной границе Лимеллита.

– Барнство Войнтстария прикрывается малыми размерами и нейтралитетом, но втайне помогает нам. Не даром, конечно, однако Лимеллиту они продают еду и древесину по очень низким ценам. Немного, но это не раз выручало, помогало держаться наплаву.

Тарн сделал пометку на чистом листе и махнул рукой на выход, двери тут же распахнулись, страж, видя ладонь советника, подбежал к нам и получил от него сложенный листок.

– Отыщи Камаэля, он должен быть в замке. – Велел Тарн.

Стражник кратко поклонился нам, выбежал из зала и не сбавляя темп отправился на поиски.

– Что-нибудь еще? – Предложил Эсмеральде занять нас Сэмуэль. – Есть интересные места на карте, на которые нам стоит обратить внимание?

Она закивала и быстро сориентировалась на перевернутой карте.

– Герцогство Сюзвиз когда-то тоже было частью Кон-Фох, они покинули союз уже давно и, подобно Нимусу, недолюбливают своих бывших сограждан. Я думаю, если Кон-Фох надумает вступить в войну на стороне Сактоллексии, то и Сюзвиз вступит в конфликт незамедлительно. С поддержкой от серой страны и Еззельместа, они не позволят союзу направить на наш фронт большие силы.

Сэмуэль хмыкнул и ухмыльнулся, глядя на границы союза вольных.

– Нажили себе врагов они немало. Можно считать их сдерживающим фактором. А какие у Сюзвиза отношения с Нимусом?

– Они друг с другом точно не враждуют. Из состава Кон-Фох они выходили по одним и тем же причинам.

Тарн, стоило ему закончить с одним документом, кивая ее рассказу, взялся за новый лист. Глядя на занятых, Сэмуэль повернулся к столу всем корпусом, сложил на нем руки.

– Хорошо, давай искать врагов наших врагов. Кто не любит Шево-Сунфа?

– Все соседи. – Улыбнувшись, ответила ему Эсмеральда.

– Ну, допустим, тут найти союзника труда не составит. Еще кто-нибудь не любит Кон-Фох? Еззельмест, Мпальд, Афоргард, Назальт? Ты говорила, вольные торговцы с ними ладят, но как врагов их рассматривать стоит в последнюю очередь, а Еззельмест скорее поддержит Сюзвиз.

– Да, про торговцев все так. Об их отношениях с первыми тремя говорить сложно. Еззельмест вроде не враждует с ними, у них проблемы на северных границах, но я слышала, что с Сюзвизом они ладят. Мпальд – страна некромантов, они ни с кем не ладят, но я не слышала, чтобы и сами напали на кого-нибудь. Афоргард… честно – впервые вижу их. А Назальт с Кон-Фох никогда открыто не конфликтовал. Тем не менее у них нет вообще никаких соглашений. В любой момент может произойти что угодно.

Тарн отвлекся от письма и придвинулся к карте, смотрел на Мпальд.

– Странно, что среди стран людей затесались некроманты… насколько я знаю, людьми подобная магия часто считается черной, некроманты подвергаются гонениям.

Эсмеральда трагично вздохнула, покачала головой.

– Они там объявились совсем недавно – за пару лет до моего рождения. Земли делили те, кто потом стал частью конфедерации, Еззельмест и Кон-Фох. Вроде Земля Славы назывался регион… или как-то так. У нас нет почти никаких сведений о произошедшем, может быть, некроманты и у Святевисы кусок территорий отняли, но это только моё предположение.

Кому надо сделают из этого нужные выводы и что необходимо узнают, а мы пошли дальше. Сэмуэль протянул руку через почти полкарты, уронил палец на соседей Лимеллита.

– У Сагаста есть враги?

– Если и есть, то я о них ничего не слышала. Рютиза, может быть. Помимо Лимеллита Сагаст ни с кем в последнее время не враждовал. Шево-Сунфа они не любят, а те не любят их – это все знают, но они друг от друга очень далеко. Иерусарея с Сагастом не считается и, насколько я знаю, пару раз открыто провоцировала их.

– Очевидно, считаются с Иерусареей высшие, раз провокация не повлекла за собой последствий.

– В правлении винсцената есть высшие. Я не знаю подробностей, но перед госпожой Сатини они не отчитываются, может поругались или вроде того. В Иерусарее их не достать даже ей.

Пока они говорили, я оценил положение Ярхи. До нашего появления высока была вероятность того, что Сактоллексия их додавила бы, но теперь шансы на выживание у Ярхи резко увеличились. С другой стороны не стоит забывать о том, что у них сильнейший флот в этой части континента, а река достаточно широка, чтобы прошло множество кораблей разом.

Ближе к вечеру, к нам присоединились Альвирия и Тэйбар. Рассказали им обо всех изменениях, которые уже были отправлены в массы и которые только готовятся на ближайшие дни и к следующему собранию, попросили поподробнее рассказать про то, как Лимеллит держится против Сагаста, про отношения сестер, а также про чашу.

– Лимеллит – регион с богатой военной историей, способность отвечать на агрессию Сагаста, если позволите так выразиться, сложилась исторически: неприступные крепости, сильные и стойкие к невзгодам люди. – С нескрываемой гордостью приступила к рассказу Альвирия. – Мы выводили отсюда небольшие группы людей по озеру, а затем, в стороне от крупных дорог и трактов, до ближайшего нейтрального портала, отправляли наших туда. Теперь в этом нет необходимости, можем перемещаться напрямую. Когда-то мы ведь были сильной страной, давным-давно. Несколько войн, голодных лет и вот страна распалась, люди разбежались, остались только Лимеллит, Пацифастария и Сиестаратция. Последнюю в ходе нашей войны с хиди и эддани покорила Сактоллексия, тогда правила моя мать, она погибла в сражении и, когда я приняла правление, меня заставили подписать капитуляцию на условиях королевства. Лимеллита капитуляция никак не коснулась, до вашего появления они все еще оставались последним независимым государством сикнетта. Пацифастария непризнанное государство. – Несложно было заметить, как пренебрежительно упоминалась эта страна, которая находится всяко ближе, чем Лимеллит. Всего-то озеро пересечь и до Пацифастарии рукой подать. – Что касается сестер… Варьяра и Рида на дух друг друга не переносят, до меня доходили вести, что каждая их встреча, что до коронации, что после нее, заканчивались скандалом, погромами и порчей имущества.

– Они не близнецы. Эсмеральда, ты говорила, Варьяра старшая?

– Да, так и есть.

– У них два года разницы. – Подтвердила Альвирия. – Кроме того, ходят слухи, что у них разные матери. Так, теперь артефакт. Эта чаша имеет для нас большую ценность. По легенде, ее даровала нашему народу сама Хатанна, чаша помогает восстанавливаться после использования нашей магии. Сейчас, благодаря силе остиариев в этом уже нет нужды, но, повторюсь, ценность эта чаша несет очень большую. Индимиль тоже могут ее использовать, но не так, как мы. Весь наш конфликт с этим народом произошел именно от этой чаши, сражений за владение ею. Наши агенты сумели похитить ее из храма в Фаомоне, но, увы, им не удалось пересечь залив – закрепились в треклятом форте и прямо сейчас не могут его покинуть: когда на занятый форт напали имперцы, главный маг корпуса смог добраться до чаши и наложить на нее барьер… у нас нет специалиста, сведущего в подобной магии, чтобы снять его.

– Отношения с индимиль однозначно испортятся… – качал головой Сэмуэль.

– Но по-другому мы поступить не можем! – Тихо воскликнул Мартин. – Сикнетта под нашей опекой – это ведь твои слова! Мы должны и обязаны следовать их интересам. Эта чаша – часть их интересов, тем более является важным историческим артефактом для них и имеет практическую ценность!

Сэмуэль развел руками и кивнул в согласии.

– Мартин, это очевидно. Я и не думал отдавать чашу Сагасту, вот еще! В условиях того, что сикнетта близки к Хатанне, рассказанная легенда вполне может оказаться реальным историческим событием. Сейчас нужно придумать что-то касательно уже другого вопроса: как доставить сюда чашу так, чтобы не встрять в ситуацию более негативную, в отношениях с Сагастом, чем будет по умолчанию.

– Не нужно лишний раз усугублять, если можно найти приемлемую альтернативу. – Ответил я на вопрошающий взгляд Мартина.

В двери постучались и после взмаха Тарна одну створку приоткрыл страж.

– Гонец из Лимеллита к герцогине.

– Впусти. – Кивнула Альвирия.

Двери распахнулись, и запыхавшийся гонец вбежал в помещение, поклонился в пояс и вручил запечатанное письмо.

– Сказали срочно.

Еще раз поклонившись, он извинился и ушел. Стоило дверям закрыться, Альвирия сломала печать и развернула письмо, быстро пробежалась по нему взглядом.

– Имперцы стягивают к форту войска.

Прочитав, герцогиня отложила письмо, его тут же подхватил Джаслин.

– Как скоро мы можем до него добраться?

– Проблема в том, что в форте нет портала, – свесив голову, качала ею Альвирия, – он уже давно уничтожен, доставить солдат можно только по заливу.

– Сколько можем переправить? – Переключив все внимание на нее, продолжал Джаслин.

– Кораблей много, но я не знаю, сколько в том регионе залива. Мне говорили есть возможность переправить до двух тысяч воинов, увы, это только если корабли у главного порта – он почти напротив форта.

Джаслин хмуро угукнул, покивал самому себе и тотчас поднял взгляд на остиария.

– Тэйбар, нужно собрать остиариев и капелланов, которые смогут создать и поддерживать большой и очень густой туман над водой, а также снять барьер со святыни.

– Сделаю.

Тэйбар тут же выбежал из помещения, Джаслин встал следом и вызвал стражу, отдал распоряжения:

– Отправим туда пару булиратусс, на самый крайний случай. – Рассуждая, он ткнул пальцем в нагрудник одного из стражей. – Бегом за Кажаром и Радажавом, пусть найдут пару самых лёгких. – Отправив первого, Джаслин стукнул пальцем по нагруднику второго. – Разиэль в Исбесадде, бегом туда, пусть соберет у грузового портала интервенционный полк.

Стоило стражу выбежать из зала, к Джаслину подошла Альвирия.

– Интервенционный?

– Сегодня с Сагастом у нас войны нет, но мы должны попасть на их территорию, солдаты таких полков специализируются именно на этом.

Ответив, Джаслин поклонился герцогине и оставил нас, герцогиня, охнув, приложила ладонь ко лбу и также ушла, но в другом направлении, а стоило ей завернуть за угол, как она вскрикнула.

– Кажар! Ты слишком тихий при всём этом железе!

– Прости, герцогиня.

Кажар вошел в зал и сказал, что Радажав найдет двух булиратусс Джаслину. Не успел он продолжить, как барон вернулся.

– Уриэль, собирайся! Слетаем в Пароллат и в гавань, посмотрим, как обстоят дела на побережье.

– Да, это резонно. Я готов, кто еще с нами?

Я поднялся и подошел к нему.

– Разиэль приведет полк, но с ними не отправится, нечего ему светиться за границей. Я в свой кабинет, собираемся у портала.

Джаслин бегом направился к себе, а к нам с Кажаром подошел Мартин.

– Кажар, отправишься посмотреть, на что они годятся, насколько сильно нуждаются в поддержке. – Велел он. – Нужна там армия или нет. Доложишь сначала мне.

Булиратусс молча громыхнул кулаком по нагрудной пластине, поднял и взвалил тяжелейший боевой молот, который только-только опустил, на плечо, вышел вслед за Джаслином. Мартина и остальных я развернул обратно ко столу, заваленному бумагами и картами, кивнул продолжать работу.

Встретил Джаслина в коридоре, на выходе из замка нас уже дожидались двое булиратусс в легкой броне и с далеко не самыми тяжелыми орудиями, закинутыми на плечо, Джаслин на ходу объяснил им, что в Лимеллите они ждут Разиэля. Кажар подождал нас у портала, и мы переместились большой группой, разделившись уже на месте.

Второстепенный портал Пароллата, для передвижений солдат имел весьма грамотное расположение: широкий, окруженный со всех сторон стеной или частоколом плац. Здесь солдаты не будут мозолить глаза простым горожанам, сюда выходит одна из башен городской стены, на стенах несколько, на вид матерых, давно пристрелявшихся лучников и арбалетчиков, приглядывавших за несколькими порталами.

– Я провожу смотр войск. – Прогромыхал Кажар встречающим нас офицерам.

Те дернулись от могучего голоса, двое откололись, представились Кажару и повели его за собой. Разиэль появился из соседнего, грузового портала, за ним начали выходить солдаты, пара булиратусс тут же присоединились к построению.

Кивнув Разиэлю догонять нас, когда закончит, подошли к советнику лорда и ныне наместника, ожидающему нас, он отвел в сторону, под навес, где поблизости не было ни души.

– Какова ситуация у форта? Связь постоянная?

– Прерывистая, барон. – Качал головой он. – О задержках докладов не поступало, должна быть актуальной.

– Переправка через залив займет время, они продержатся?

– Должны. Даже при многократном перевесе, – он создал магией макет форта, – держать его можно малыми силами долго.

Несколько мгновений, чуть пригнувшись, сопя и кряхтя, барон изучал ситуацию в форте с разных ракурсов, долго смотрел на стены и обвалившиеся башни.

– Стена разрушена. – Недовольно качал головой Джаслин. – Почему его не взяли в блокаду с воды?

– Брали и не раз атаковали со стороны воды. Мы прогоняем их корабли, помогаем форту всем, чем можем: провизия, оружие, солдаты. Мага нет, достаточно мастеровитого чтобы барьер с чаши убрал.

Позади снова засиял грузовой портал – прибыла иерафонника, Разиэль указал им строиться позади полка и пошел к нам.

– Корабли Сагаста не позволят пройти незамеченными. – Покачал головой я.

– Стало быть, нужно их отвлечь.

– Обеспечим, барон. – Кивнул советник и протянул ладонь в сторону залива. – Фольде в порту, уже отдал приказы кораблям пройти по большой дуге с запада. Также он хочет отправить несколько кораблей, как приманку, в сторону осийцев. Есть старые суда, кои не жалко ради дела, если обойдется все одно долго на ходу не останутся.

– Наместник ждет отмашки?

Советник задумался, пожал плечами и покачал головой.

– Скорее готовности кораблей к переброске солдат.

Разиэль кивнул ему и развернулся, начал жестами командовать построившимся разворот, уточнил у портальщиков место назначения и повел боевое образование к водам залива. Договорив с советником, втроем прошли в главный северный порт Лимеллита, где солдаты в темпе грузились на корабли. Чтобы не мешать, заняли место на стене возвышения, где размещались тяжелые портовые орудия.

Вдали виднелись военные корабли, заметным глазу был крупный фрегат, идущий строго на восток.

– Линейные в заливе есть? – Уточнил Джаслин у советника.

– Да, барон, за счет их мощи мы Сагаст и держим. Исключая редкие нехватки вооружения, в заливе наш флот можно считать вторым по численности и силе после осийского, с коими мы не конфликтуем. На юге линейный только один, выполняет роль флагмана.

Джаслин кивнул. Как только последний солдат взошел на борт, остающиеся здесь трое остиариев, выйдя на края пирсов, приступили.

– Α’επ ταμπ-ϐαλ-αρ διϵλλε ϕαςο! Βαρνάγοο!¹ – Прогромыхали на весь порт их слова на исконном диалекте, три как один.

– О, такого я раньше не слышал! – Удивился Джаслин.

– «Фасуо», если не ошибаюсь, что-то про область. – Отмахнулся я и повернул к спуску.

Пока мы шли на пирс к старшему остиарию, заметили, как быстро появился туман и сколь высоко он поднимался, насколько быстро густел. Еще до того, как мы оказались возле остиария, все корабли уже исчезли из виду.

– Сколько продержите?

– Держим не мы. – Ответил он барону. – Была просьба к природе, от нас ничего не зависит. Доплывут до форта точно, дальше будем поддерживать густоту магией до самого конца или пока не свалимся без сил.

– Я признателен за ваши старания.

– Во имя благого дела, Джаслин. – Кивнул остиарий и поднял посох, грохнул им о камень, вытянул в протесте руку в сторону тумана и тот отошел от пирса на километр.

Тут же маяк дал сигнал и тронулись ожидающие в стороне рыбацкие лодки. Помимо старой торговой шхуны у крайнего пирса, других коммерческих судов здесь не стояло.

– Они справятся. – Кивнул я самому себе.

Джаслин, согласившись, выдвинулся в администрацию порта, где как раз находился Фольде, а я решил еще немного постоять здесь, наслаждаясь невероятной силой природы, отозвавшейся за зов иерафонники.

Форт Нейзарк

Сходить на берег было тяжело: узкое побережье под башнями форта почти полностью под водой. Солдаты, спускаясь с лодок, оказывались по грудь и воде и кое-как добирались до суши, где помогали друг другу. Старший остиарий, стоило подняться из воды, быстрым шагом устремился к подъему. Защитники форта расступались перед ним, спешили встретить прибывших солдат. Не зная усталости, остиарий молниеносно преодолел подъем, где его встретил офицер в потрепанной форме, как и все здесь, покрытый с ног до головы окровавленными повязками. Лишь бойцы последнего подкрепления выглядели не сильно измотанными постоянными боями.

– Ты здесь командуешь?

– Да, Гастон. Руковожу фортом с самого начала и до сего дня.

Офицер повел остиария ко входу в форт. Решетку ворот ведущую к спуску в темпе снимали, так как разрушенные крепежи уже не позволяли поднять ее достаточно высоко. Стоило им пригнуться и оказаться во внутреннем дворе, как взгляд остиария встретился с желтыми глазами индимиль. Пробежавшись взглядом по форту, он отыскал еще нескольких.

– Они – предатели, о которых нам сообщали?

– Их так Сагаст называет. Для нас они боевые братья и сестры, сражались с нами плечом к плечу. Без их помощи мы бы чашу не вынесли из Фаомона.

Остиария одернул быстро нагнавший его солдат, тихо прошептал:

– Они забота Тарна.

Кивнув, остиарий вернулся к Гастону.

– Я вас услышал, приступим к работе.

Гастон повел внутрь форта, где они, миновав массивную стену, отделяющую главное помещение от широкого входа, оказались прямо у защищенного магией алтаря.

– Здесь, заходите. – Он провел рукой по барьеру, показывая остиарию его радиус, после чего грохнул по нему кулаком, демонстрируя устойчивость к воздействиям. – Скажите, как узнаете, получится ли…

– Получится. – Сразу же ответил остиарий, уже поднесший к нему руку. – Но нам нужно время и, вероятно, много. Стягивайте ценное вниз и грузите на лодки, все, что мы не можем использовать. Корабли будут патрулировать залив, пока стоит туман.

– Понял. Вы слышали остиария! Быстро и без грохота! Солдаты Анэнта выиграют нужное нам время! Грузим на корабли все, что можно погрузить, ничего ценного не оставлять! Ни монеты, ни ложки! Боеприпасы и оружие на передовую!

Солдаты Анэнта и булиратусс в здание форта не заходили, рассредоточились по территории. Тяжелые лучники заняли позиции на стенах и за обвалившимися башнями и вратами, булиратусс встали по обе стороны от прохода, а солдаты быстро выстроились перед стенами, позади завалов и в узких траншеях, выставив щиты. Всего полторы сотни воинов, чего было достаточно, чтобы выстроиться на крохотном проходе к форту в четыре ряда.

Тем временем основная часть солдат сгружалась много западнее, на побережье и уже поднималась на один уровень с фортом, готовясь оказать поддержку с фланга силам обороны.

По ту сторону холма впереди раздался звон металлического боевого рога Сагаста, вскоре за ним появились высокие знамена империи.

– Пожаловали! – Зло, сквозь зубы, процедил подбежавший Гастон.

По его отмашке, свои позиции заняли стрелки и маги из числа защитников форта, ауксиларии приготовились ловить магические снаряды.

Войска империи заняли весь холм, числом они значительно превосходили силы защитников, однако позиция форта с учетом подкрепления позволит держать оборону очень долго. От полуразрушенных стен до холма не больше полутора километров и чем ближе к форту, тем у́же становился проход с каждым метром.

Вперед строя солдат империи вышла женщина в прочной кожаной экипировке боевого мага с характерными отличительными знаками дворянки. Завидев ровный строй неизвестных и невиданных ранее солдат, она, будто от нервного тика, дернула головой.

Долгое время ничего не происходило, стояло молчание, прерываемое лишь ветром, никто не проявлял инициативу.

Наконец, волшебнице протянули дорогой плащ, и она спустилась с холма, отправилась к форту в одиночку, без сопровождения, расставив руки в стороны. Она не выказывала ни страха, ни опасений, шла спокойно до тех пор, пока до ровного строя солдат не остался десяток метров и, положив руки на пояс, строго осмотрела их. Некоторое время ожидала, что к ней все же выйдут, но не выдержала.

– Ну что, кто-нибудь выйдет ко мне? – Рассерженно прикрикнула она.

Ей никто не ответил, ни один воин даже не шелохнулся. Она подошла еще ближе, совершенно не испытывая страха, уже могла видеть светящиеся глаза в забралах шлемов.

– Я хочу вести переговоры с вами. – Громко заявила она, вглядываясь в прорези шлема воина, к которому была ближе всего. – Где ваш командир?

В строю началось движение, она принялась высматривать, кто там зашевелился. Вперед начал протискиваться один из воинов. Она отступила на шаг и, когда оставивший оружие и щит позади, один из солдат, ничем не отличающийся от других, вышел к ней, вновь положила руки на пояс.

– Ты их командир?

– Нет. – Ответил он.

– Тогда зачем ты вышел? Позови командира!

– Вы хотите провести переговоры с командиром форта?

– С вашим. Вашего отряда светлячков, кем бы вы ни были.

– Здесь нет ни командиров, ни старших по рангу.

– В каком это смысле нету?

Воин деловито сложил руки на груди.

– В прямом.

– То есть, вы не собираетесь вести с нами диалог? – Также приняв деловитую позу, уточнила она. – Кто отдал вам этот приказ?

– Кто отдал, того здесь нет.

– Умник нашелся. – Буркнула она.

Внимательно осмотрев ровный строй солдат, затем лучников на стенах и за завалами, еле видимых отсюда из-за солдат, она хмыкнула.

– Вы те самые тавинарше, про которых столько слухов. – Кивая самой себе, вновь заговорила она. – Новые хозяева сикнетта.

Воин кивнул.

– Называйте нас как вам будет угодно.

– И буду. Мы пришли за чашей, она принадлежит нам, и мы…

– На ней написано, что она принадлежит именно вам?

Женщина дернулась, слегка растерялась.

– Мы можем ее использовать, это артефакт нашего народа!

– Сикнетта тоже могут ее использовать, это артефакт их народа.

– А ну прекращай тут умничать! – Закричала она и топнула ногой. – Сейчас же позови того, с кем я смогу провести нормальные переговоры!

Пару мгновений они смотрели друг на друга в гнетущей тишине, за время их разговора ни один солдат позади не двинулся, тишину прерывал усиливающийся с каждым мигом ветер и удары волн о скалы внизу.

– Нет.

– Что значит нет? – Возмутилась она.

– То, что я не буду никого звать.

– Хам.

Опустив руки, он развел их в стороны.

– Простите, не хотел вас обидеть.

– Нет – хотел. Что ж, я вас поняла, да будет так.

Гордо расправив плащ, она развернулась и пошла обратно на холм. Пока она шла, демонстративно проявляли себя и отступали лицом к форту ловчие, применявшие различные маскировочные заклинания или сливавшиеся с тенью в траве.

– Мелисива собственной персоной. – Недобрым голосом проворчал Гастон, обернулся к иерафоннике. – Она очень сильный маг. Тени, кровь и воздух, если я правильно помню.

– Не имеет значения. – Отмахнулся ауксиларий, скрывавший себя от ее взгляда за рухнувшей башней ворот.

– Хорошо, если так.

Кивнув, Гастон велел продолжать работу.

Тарт’аль’Радда

Я вернулся в Тарт сразу, не задерживаясь, рассказал об успешной отправке. Джаслин, оставил Кажара и Разиэля разбираться в Лимеллите и вернулся ближе к вечеру, рассказал только то, что увидел своими глазами. Старый воевода остался доволен и это говорило о многом. Лимеллит действительно способен оказывать сопротивление мощному противнику. Сам регион бедный, что не мудрено, учитывая его расположение на скалистых сопках и крутых склонах, где почти нет крупных скоплений деревьев.

На преодоление залива у кораблей должно было уйти не меньше полутора суток и сегодня, когда они должны были достичь его, рапортов из форта не поступало, сикнетта ходили, как на иголках, а нам только и оставалось, что успокаивать их и заверять в том, что всё пройдет хорошо. С возвращением Разиэля мы провели внеочередное собрание, на котором поговорили про Лимеллит и его южный флот, обсудили ряд моментов, касательно нашего фронта, деталей пересечений Лимеллита с Сагастом на их сухопутной границе.

Закончив здесь, Разиэль тут же отбыл по делам на границу, а мы вышли в главный зал, где Мартин занял трон, герцогиня и барон кресла рядом с ним, а нам стража принесла массивную скамью и крепкий дубовый стул. Повертевшись на троне, Мартин покряхтел и состроил недовольную мину.

– Ну и порядки у вас, сикнетта, сидеть на троне напротив ворот, принимать гостей. Кто это придумал вообще?

– Хорош причитать, как бабка на базаре! – Тихо бросил Джаслин. – Сиди и не рыпайся.

Окатив его недобрым взглядом, Мартин уселся, провел руками по подлокотникам.

– Н-да…

В помещение вошел высокий воин в черных латах, под которыми все тело скрывала черная ткань, за спиной, в крепеже, покоился обоюдный боевой топор. Он подошел к Тэйбару, шепнул тому пару слов, после чего они пожали руки, и он ушел обратно.

– Великан еще тот! – Оценила Альвирия. – Мне показалось или он даже выше Кажара?

– Не замеряли, но возможно. – Кивнул я. – Нимезис из особого подразделения.

– Расскажите мне побольше о булиратусс. – Попросила герцогиня. – Это самые элитные подразделения нашей армии?

Рассказать взялся Джаслин:

– Булиратусс это полноценный корпус нашей армии, у них есть несколько своих полков, особых рот и подразделений, названия и назначения некоторых не знаю даже я – не все булиратусс подчиняются главнокомандующему. Несколько малочисленных особых подразделений не подчиняются даже главе корпуса Асхаапе, те отчитываются непосредственно перед Винсом или старшими остиариями. У них очень сложная и ветвистая иерархия. Из того, что стоит знать: здесь вы видите только представителей королевского и ударного полков. Королевским, как вы знаете, руководит Радажав: треть полка расквартирована здесь, еще треть в городских казармах, в пределах замка элита, там помладше. Разумеется, они не всегда сидят в казармах, младших постоянно гоняют в составе других армейских подразделений. Последняя часть расквартирована резервом в Дейверале. У ударного полка нет единоличного командира, только старшие. Полк разделен на ударные группы из нескольких воинов, старшие из числа булиратусс готовят новичков, чтобы тех взяли к себе начальники. Например, такая группа есть у меня и Уриэля, – он отвлекся и указал на мою подчиненную, – вот, взгляните, это Жагава, и она не из королевского полка, а из ударного, состоит в личном полку Уриэля.

– Извиняюсь, это она? – Герцогиня приложила руку к груди, слегка смущенно улыбнулась самой себе. – Я бы никак не…

– Ваше удивление обоснованно. Крайне редко женщину булиратусс можно отличить от мужчины, когда те в полном боевом облачении. – Отмахнулся Джаслин. – Еще есть охранный полк, в Тарте их всего двое, и вы их еще не видели, да и вряд ли это скоро произойдет – личная охрана короля. Сейчас они Мартину не нужны, поэтому бездельничают где-то внизу. Основная их часть расквартирована в Лардафорте.

– Очевидно, их цель – защита Единой Нити. – Уловив обращенную к ней паузу Джаслина, ответила Альвирия.

Джаслин кивнул.

– Именно. Окромя, немалая их часть расквартирована на важных позициях королевства, там, где они особенно нужны. Нимезис же не принадлежит к какому-либо полку, он из отдельного подразделения и о его способностях и навыках я ничего не знаю, в деле не видел его ни разу. Вот Тэйбар подошел, его и нужно спрашивать.

Остиарий поднял ладонь, думая начать, но сразу опустил ее, как и свой взгляд.

– Уверяю, работа у него интересная, но интересная только для иерафонники. – Покачал головой он. – По большому счету, он просто бродит по свету и ищет то, что нам нужно: артефакты, сведения о них, исторические справки, проводит разведку мест силы. И все это как можно дальше от цивилизации. Потенциальным объектом интереса его подразделения можно считать, например, Парящую Страну.

Альвирия покивала, моментально потеряв интерес к работе Нимезиса, рассмотрела еще пару булиратусс, стоявших в углу, один из них облокотился на стену и оба слушали, что им говорит сикнетта-капитан дворцовой стражи. Эти двое из королевского полка и находятся в подчинении капитана, а раз тот, зная об этом, позволяет вольности, значит говорит с ними на свободную от службы тему. Замок еще не отреставрирован, гостей здесь быть не может, оттого вольности и допустимы.

– Что у них на поясах и плечах? Странные они, не похожи друг на друга.

– Все булиратусс собирают трофеи, но используют их по-разному. Потому не только все булиратусс не похожи друг от друга, но и все полки булиратусс друг от друга разительно отличаются. Королевский полк что-то создает на их основе, поэтому, самих трофеев при них мы никогда не обнаружим. То, что вы видите – это их внутренняя атрибутика: на плечах ранг внутри полка, на поясах символ ступени иерархии корпуса. Охранный наоборот – эти могут быть с ног до головы обвешаны трофеями. Инйива, например, в одиночку одолела взрослого чистого дракона, сделала себе из его стальной чешуи и огнестойкой кожи новый доспех и теперь красуется-стоит в замке Лардафорта.

С трудом отведя взгляд от булиратусс, Альвирия ненадолго задумалась, затем повернулась к Тэйбару.

– Все остиарии… точнее все представители иерафонники похожи друг на друга за исключением масок, поясов и мелочи в одежде, но массивных лат-то нет, все более явно. В иерафоннику женщин не принимают?

– Отнюдь…

– Принимают.

– Есть даже…

– Есть одна история про Тэйбара. – Произнес Сэмуэль, заглушив всех остальных.

– О, давай ее! То, что надо.

Тэйбар сложил руки на груди и закинул ногу на ногу, поворачиваясь к нему. Сэмуэль демонстративно прокашлялся, сел поудобнее и приступил к рассказу:

– Было это давным-давно, Единая Нить еще в Офиссисе находилась. Я в те годы руководил добычей руды в горах к северу от столицы и мне было поручено обеспечить регион двемеритом. Обычно-то в шахтах работали с помощью магии, но с двемеритом простые фокусы не сработают. Цветущая страна без валюты непроизвольно плодит бездельников, обычно с ними разбирались легко, находя им простенькое занятие, которое придется по душе, но не всегда. Самых закоренелых лентяев как раз в шахты и набирали. Поработают денек-другой и уже через недельку найдут себе занятие. Так вот через пару дней работы, нам потребовался миннистрант – это те, что мастерски обращаются с нашим сплавом – я отправил запрос, в культе жребием решили, кто пойдет и это оказался тогда еще совсем юный Тэйбар, четвертый десяток еще не начался. Отправлялся он к нам как на каторгу, все знали, что в двемеритовой шахте тяжко. Обычно там работали в три смены, утро-день-вечер, но Тэйбар оттуда не выходил весь день, а выйдя, попросил своего остиария, чтобы оставил его помогать в шахте еще на пару дней, а не заставлял других тянуть жребий. На третий день я подошел и спросил его, почему он так поступил. Думал-то, что по доброй воле взял на себя сложную работу, чтобы другие занимались делом. Он мне в ответ: «там, в шахте, я понял, что такое выходной. Ни разу так не отдыхал за всё время в иерафоннике.» После, пообщавшись с остиариями, я понял, что он не шутил – работа в культе действительно тяжелый и зачастую неблагодарный труд. Поэтому женщин в иерафоннике мало. Они, безусловно, были и есть, с одной я близко знаком… впрочем через ее добрые руки прошла половина текущего состава культа. Скади тер Лардо обучала и Винса, и Тэйбара, и Харанца. От нее и я набрался знаний об их особой магии.

Тэйбар осунулся и уронил голову на руки, однако сразу поднялся и вскочил с лавки.

– Я бы и сейчас в шахте поработал с удовольствием, – махнув рукой на рассказ Сэмуэля, он покачал головой и пошел в глубь дворца. – Надо ж мне было стать старшим… кто меня теперь отпустит? Где Винс? Хочу в шахту!

Посмеявшись, мы поднялись и неспеша направились к выходу, встретить закат в дворцовых садах. Сейчас только ждать вестей из форта, можно уделить временя беседам и приятному времяпрепровождению.

Не успели мы и половины зала пройти, как в помещение вошел солдат из уполномоченных Тарна, быстро оказался возле меня и Мартина, мы сделали пару шагов от общей группы, и он очень тихо доложился:

– Еще беженцы. В этот раз больше тысячи. Шли не одной группой, собрали по всей линии фронта. Сейчас все в Исбесадде. Оборона усилена, а местность постоянно патрулируется.

Сообщив информацию, он кивнул и бегом удалился по направлению кабинета Тарна. Мартин задумался, но быстро просиял.

– Может возьмем пару ребят и отправимся туда?

– Давай выгуляем ребят из королевского полка!

– А это идея, как раз и повод нарисовался.

Приказ был отдан и оба булиратусс в отполированных золоченых латах, с большими щитами и полукопьями стояли здесь всего через пару минут. Успели лишь уведомить остальных, куда отправимся! Эсмеральда, услышав, куда мы собрались, хотела было начать переживать, но, стоило личной страже короля явиться, все ее вопросы как водой смыло. Эти исполины стоили полка солдат каждый – пара лучших, кого Джаслин, Разиэль и старшие королевского полка тренировали не один век.

Вчетвером вышли под лучи почти спрятавшейся за горизонтом Звезды, что освещает мир и исчезли в портале. Исбессада была скрыта от горизонта высоким холмом в нескольких километрах к западу, потому здесь уже было темно, в спешке разжигались большие костры, устанавливались факелы, патрульные лагеря и стражники по периметру были снабжены масляными лампами.

Лагерь вышел далеко не маленький, солдаты ставили для беженцев шатры, раздавали свертки с самым простым настилом, работали несколько полевых поваров. Солдат было и правда много, патрули вдалеке и на дорогах виднелись даже отсюда, с небольшого возвышения с порталом. В лагере солдаты бродили между шатрами и палатками, говорили с беженцами, собирали сведения о них. В стороне от поселения были построены в полях два полка солдат гибридных соединений.

Когда мы спустились к лагерю, ближайшие беженцы предпочли скрыться в шатрах или, поклонившись, уйти глубже в лагерь.

– Уже тысячи на полторы выйдет. – Качал головой Мартин.

– Может из прошлых кто-то еще остался? С этими Исбессада уже пятую тысячу принимает и не забывай про другие пограничные поселения.

– Еды-то хватит их всех кормить?

– Половину уже в Лимеллит отправили. Там нужны рабочие руки, мужики сами вызывались отрабатывать еду и кров.

Заметили уже вернувшегося сюда солдата, сообщившего нам о беженцах, он как раз получал информацию от управляющих здесь офицеров, среди которых был Разиэль, направились туда. Обернувшись, солдат вышел к нам и не тая голос отчитался:

– Ваше величество, – он выполнил быстрый поклон в грудь Мартину и повернувшись ко мне кратко кивнул, – достопочтенный граф, мы успели опросить нескольких беженцев, среди них есть руководитель промышленного производства. – Солдат выдержал паузу и Мартин кивнул продолжить. – Работал с тканью, выполнял заказы в том числе от королевского дворца.

Отрапортовав, протянул нам планшет с прикрепленным листом, содержащим список уже опрошенных. Глядя через плечо, я пришел к выводу, что в основном, это простые люди и на данный момент, кроме описанного Хорста, заведовавшего государственным текстильным производством, нет никого, способного вызвать наш интерес.

– Ты сюда убежал? – Спросил пришедшего к нам Разиэля Мартин.

– Джаслин велел быть у границ.

– Работаешь сверхурочно. – Хохотнув, кивнул Мартин и стукнул пальцами по листку. – Что думаешь?

Разиэль покачал головой, но вопреки моему ожиданию, приблизился к нам и перешел на тихий шепот:

– Из сложившейся ситуации можно ухватиться за возможность. Здесь много эддани, есть хади. У нас они тоже есть. Мы можем собрать в Анэнте межрасовую национальность под нашим полным контролем. Многообразие культур и этносов всегда лучше моноэтнических стран. Если будем держать всё в ежовых рукавицах, но так, чтобы всех это устраивало, получим доступ ко всем лучшим сторонам всех народов.

Только закончив, коротко кивнул нам и тут же ушел по направлению скопления беженцев у только подвезенной полевой кухни. Его тут же обступили солдаты, получившие от него указания. Мартин еще раз внимательно изучил планшет и подозвал солдата.

– Веди нас к Хорсту. – Повелел он, тыча пальцем в его имя на листке.

К солдату присоединились еще двое, и мы пошли по лагерю. Беженцы смотрели на нас с нескрываемым удивлением, они точно понимали, что мы как минимум не простые воины. Солдаты подвели нас к группе, которую агитировал сохранять спокойствие и просто решения, все-таки на дворе почти ночь, мужчина средних лет с большой семьей, запачканный и обросший за время пути сюда. Ему ничего говорить не нужно было, он понял, кто перед ним и к кому мы пришли.

– Хорст Конраль, ваше величество. – Он хотел было пасть на колени, но солдаты успели схватить его за плечи.

– Ты уже не в Сактоллексии. – Нарочито грозным голосом пророкотал я. – Это Анэнт и здесь так не принято. Выпрямись, подними голову, стой гордо и не выказывай страхов и сомнений, пока в этом нет нужды.

Вслед за Хорстом, моим указаниям последовали все собравшиеся люди. Мы молча ждали, пока все беженцы выпрямятся, перестанут смотреть в землю, устремят взгляды на нас.

– При разговоре с королем, его ближайшими сподвижниками, свитой и министрами, никогда не смотрите в пол, стойте гордо. На слабость смотреть неприятно. Уважайте себя и тех, с кем говорите.

Закончив, я предложил Хорсту подойти ближе, предстать перед нами и Мартин заговорил спокойным, совершенно непохожим на мой, тоном:

– Мне сообщили, что ты был влиятельным ремесленником, главой государственного предприятия по работе с тканью. У тебя были средства, положение и даже власть. Но ты бежал. Почему?

Хорст начал мяться, не зная, как говорить с королем другого государства, где другой менталитет и другие правила.

– Обратись как знаешь, потребуется – поправлю. – Подбодрил я.

– Ваше величество, – он исполнил неуверенный поклон, – в стране стало неспокойно, солдаты уже успели провести погром, как вам должно быть известно. Близнецы делают что хотят. Я опасался за свою семью, – он провел рукой в сторону жены и четверых детей, старший сын был уже взрослым, подбородок успел покрыться густой щетиной за время пути, а самому младшему, на вид, было не больше трех-четырех зим. – Когда стало ясно, что погромы могут затронуть всех, я понял, что безопасность моей семьи для меня важнее статуса и положения. Вести о том, как приняли здесь наших соотечественников, не подвергали их гонениям стали решающим фактором для нас. До земель наших собратьев – хиди – мы бы попросту не добрались! Порталы перехватывались, а реку не преодолеть! Ан… э… королевство…

– Анэнт.

– Благодарю. Анэнт был нашем единственным шансом! Здесь также и мой охранник с семьей, он провел нас окольными путями, минуя стражу и патрули, вывел из города и дальше мы шли в стороне от дорог несколько недель, пока не нашли вот эту группу, также бегущих из королевства.

Донеслась тихая ругань позади. Обернувшись, увидел направляющегося к нам Разиэля и жестом велел Хорсту отойти, однако приблизившись к нам, граф ничего не сказал, отмахнулся и просто встал возле, сложив руки на груди.

– Ты перестанешь так делать?

– Нет.

– Всё ваша деадорийская расхлябанность. – Ткнув пальцем в обоих по очереди, ругал я. – Оба как не от мира сего. Один ленивый, второй… вот такой. Тьфу, аж противно. Воин! Да, ты. Найди нам карту Анэнта или хотя бы Деадории.

– Нет подожди… – стоило солдату убежать в сторону офицерских шатров, продолжил Мартин. – Ты хочешь сказать, я ленивый?

Хмыкнув, я покачал головой.

– Я не хочу это сказать, Мартин, я это уже сказал. Ты ленивый, расхлябанный раздолбай. Работай над этим. И не надо тут руками разводить, вспомни, как вел себя на собраниях!

– Может не здесь? – Предложил Разиэль.

– А ты вообще не лезь, я достаточно тихо говорю! Так вот, тебя даже Эсмеральда одернула. Совсем расслабился на вилле.

– Сам-то ты что делал, пока сидел три века кряду в Тридальгаре?

Покачав головой, поднял ладонь, водя указательным пальцем из стороны в сторону.

– Как и все – ничего, но как только у нас появилась цель, включился. Запомни, Мартин, когда есть ясно видимая цель впереди, когда стоит четко поставленная задача – можно достичь всего, при необходимом количестве приложенных усилий. Ключевое в сказанном: «приложенных усилий». – Солдат принес карту, вручил мне и вернулся к своим обязанностям. – Ну что, в Ардамфорт его с семьей? И охранника туда же, чтобы знакомая семья рядом была. М?

Разиэль пожал плечами и кивнул, Мартин согласился и велел страже снова позвать Хорста к нам. Разиэль выхватил у меня карту и вышел вперед, тихо объяснил, что сейчас будет, коротко рассказал о городе. Вместе они подошли к группе из двух семей, мы также приблизились.

– Здесь. – Показал граф на карте. – Деадория и Сактоллексия разделены непроходимыми горами, там безопаснее, чем в столице.

– Ард-ам-форт. – С трудом прочитал Хорст надпись на незнакомом языке, посмотрел на Разиэля, тот кивнул.

Пока ходили по лагерю, я не раз замечал книги или листки и их письменностью, а глядя на нее, становилось ясно, откуда истоки – оттого и разобрал нашу.

– У меня возникла идея! – Вдруг воскликнул Мартин и похлопал Разиэля по плечу. – Как закончите, Хорста ко мне отправь.

Мы отошли в сторону от прохода, где Мартин тихо рассказал, о своей идее. Сомнительно и добавит хлопот Тарну, но в случае успеха, это потенциально хорошая идея. Хорст пришел к нам стоило Мартину озвучить свою идею, а Разиэль отправил солдат с планшетами продолжать опрашивать беженцев. Мартин здесь же приступил к предложению:

– Ардамфорт – большой город, в черте и рядом с которым мы планируем разместить фабрики и фактории, не наносящие вреда городу и его окружению, для нас это важно. Там же планировалось разместить и текстильную промышленность. К чему идет речь: вы, Хорст, знаете, как должна работать фабрика, разбираетесь в дизайне и современной моде одежды, белья и декора. Тратить навыки и умения наших граждан впустую – проигрышная позиция, поэтому я хочу назначить вас главой будущей фабрики – на сегодняшний день так лишь сравнительно небольшое предприятие. Пока только ее и только на наших условиях, надеюсь на понимание. Когда будет известен масштаб требований к перечисленному, дело будет расширяться.

На Хорсте не было лица. Шок затмил все эмоции. Он точно не ожидал, что ему вот так, посреди лагеря беженцев, предложат чем-то заниматься, а уж тем более быть у руководства целой отрасли. Мартин продолжал:

– В королевстве нет такого понятия, как элитные жилые дома, есть лишь отличия в размерах: вы умный человек и, надеюсь, понимаете, почему у тавинарше и сикнетта дома будут больше. Тем не менее ваш новый дом будет иметь достаточные площади, чтобы соответствовать вашему ремеслу. Заранее предупреждаю: все и сразу для дома получить не удастся, у нас слишком разные культуры и Ардамфорт еще встал в ногу со временем. Ваши соплеменники, в том числе и ранние беженцы, уверен, помогут адаптироваться.

Схватив за плечо, я легонько потрепал Хорста, привел в чувство и привлек внимание к себе.

– В королевстве несколько народов, король говорит о таких мелочах, как атрибутика жилых комнат или средствах гигиены. Свет из-под наших лат и одежды идет не просто так, мы в перечисленном не нуждаемся, посему это в ваших интересах в первую очередь.

Хорст, придя в себя, понял, о чем я говорю, закивал. От возбуждения и неожиданности он весь вспотел, достал узорчатый уже далеко не чистый платок, протер им глаза и лоб.

– И главное, Хорст – не бойтесь сообщать о проблемах и надобностях. Мы должны понимать, что необходимо вам, вашим соплеменникам и прочим народам.

– Да, конечно… ваша милость?

Я кивнул и он, наконец-то вернувшись к семье, отправился вместе со всеми обозначенными и парой наших солдат-сопровождения к порталу. Мы с Мартином отыскали взглядом Разиэля, который активно занимался распределением, сверяясь с информацией, которую ему предоставили по свободной жилплощади. Когда мы подошли, подозвал пожилого мужичка.

– Государь, старик раньше был уличным жуликом, честно признался в этом. – Доложил он.

– Кроме озвученного что-нибудь умеешь? – Повернувшись к нему, кивнул отвечать Мартин.

Пожилой мужчина в самой простой и дешевой одежке развел руками.

– Нет, вашвелишесво, ничего такого…

Мартин даже поцокал, покачал головой и выставленным пальцем

– Мошенники – хитрые люди, без этого в вашем ремесле не прожить и дня. Что-то должно быть. Один пришел или с семьей?

Старик сначала покачал головой, а затем кивнул.

– Со внучкою. Молодая девка, коса у нее до пояса, гдет здеся была. С ленточкой в волосах…

– Приведите сюда, – скомандовал Разиэль солдатам, опередив Мартина.

Мартин взял старика за руку, посмотрел на предплечье со вздутыми венами и отчетливо проступающими жилами. Кожа не была дряблой, на костяшках пальцев сбита, на тыльной стороне ладоней старые мозоли. Этот ловок и сноровист не по годам, готов был при необходимости ввязаться в драку. Солдаты без труда отыскали девочку, привели без применения силы и не подгоняя. Она опасливо посмотрела на нас, неумела поклонилась и обняла деда.

– Этих в Огвирфорт, там пристройте к кондитерским. Герцогиня Векта упоминала, что им пригодится помощь. – Велел Мартин тем же солдатам, затем снова повернулся к мужичку и усмехнулся. – Но за стариком приглядывайте, на всякий случай.

Старик поклонился умело, приобнял родную, и они отправились за солдатами. Оставив Мартина заниматься делом, я направился в форт, узнать у поставленного Джаслином наместника ситуацию, а также, где и в какое время, проходили к нам беженцы.

Поставленный сюда временным управляющим барон был не один, компанию в кабинете ему составлял герцог Готран.

– Буду утверждаться губернатором Каскардовы, когда будут установлены ее границы. – Сообщил он мне, стоило двери позади закрыться. – Мне понравился регион. Лес упирается в горы, он густой и крепкий, много чащоб, не говоря уже о том, что он огромен. Каскардова будет кормить население свежей дичью и поздними ягодами всю зиму.

– Прекрасная новость, рад, что ты доволен, Готран.

– А я-то как рад! Как пополнение выйдет из Единой Нити, буду графов себе подбирать первым по приоритету. У меня еще никогда своей команды не было!

Он излучал счастье, довольный постучал пальцами по столу и, улыбаясь от уха до уха, принялся качаться на стуле. Я подсел к ним. Сюда приносили характеристики беженцев, которые могут принести пользу. Подчиненные Тарна побеседуют со всеми еще не раз, однако, просто пробежавшись по листкам взглядом, я понял, что на текущий момент, кроме Хорста, все еще нет никого стоящего внимания.

Собирали беженцев почти по всей линии фронта, но в основном у леса, куда солдат Сактоллексии мы не подпускали. Тени Тарна работают здесь с самого начала, выявили уже далеко не одного лазутчика, многих отправили на «перевоспитание», откуда не выходят теми, кем попадали. Сюда же Винс направил группу своих подчиненных, мастеров архива, которые помогали теням в самых сложных ситуациях или с теми, о ком трудно составить картину на основе разговора. Магией успокаивали женщин и детей. Это, не считая группы профессиональных целителей сикнетта и хиди.

– Если так и дальше пойдет, а мы и дальше будем принимать всех, может возникнуть проблема с продовольствием…

– Моро заверил, что запасов на зиму хватит даже если беженцев будет вдесятеро больше. – Ответил барон-управляющий. – Рыбная ловля налаживается, охотники всегда возвращаются с добычей – Деадория настолько одичала, что те даже вглубь лесов не заходят. Подыскиваются места для пастбищ. Лимеллит обеспечивает себя сам, отсюда только излишки им отправлять.

– Да? Не думал, что все так хорошо.

– Еда и дерево не проблема. – Кивнул Готран и перестал качаться. – Камень и песчаник тоже. Беда с разнообразием пищи. Рыба, мяса, дикие ягоды, фрукты и грибы. А вот посевов и собранного в садах Милитанирадии нам на зиму не хватит. Хлеб закончится еще до зимнего зенита. К весеннему равноденствию у нас запасов вообще не останется, только то, что добываем на постоянной основе.

– Прискорбно, но с голоду люди не помрут и на том спасибо.

– Команда Сэмуэля и не такое разгребала, – отмахнулся Готран и откинулся на спинку кресла, упершуюся в стенку, выглянул в окно. – М… вроде еще привели. Ну и бардак у них в стране… думаешь, хватит им мозгов капитулировать?

Ссутулившись, прилег на стол.

– Может и хватит. – Пожал плечами я. – Вопрос во времени. Если затянут, Мартин может не принять. Ты знаешь, какое влияние на него оказывает Джаслин. Да и болт в глаз – не лучшее начало.

Готран хохотнул и покачал головой, а я поднялся.

– Что ж, я узнал все, что меня интересовало, откланяюсь.

– В столицу?

– Ну а куда? Передать что-нибудь во дворец?

Оба ответили отказом, и я оставил их. Выйдя, сразу выцепил взглядом двух булиратусс, отстраненно стоявших на краю лагеря, у одного из них на плече сидела девчушка лет семи-восьми, рядом стояла толи ее старшая сестра, толи мать, обеспокоенной не выглядела и даже наоборот, на лице улыбка.

Утром, едва закончился восход, в мой кабинет зашел дорогой коллега и позвал в зал собраний. Я занял свое место и Дастан огласил информацию:

– Прибыли дипломаты Нимуса.

– Те хиди, которые откололись от союза вольных и сейчас ведут свою войну с Сактоллексией. – Напомнил я, свесившемуся ко мне Мартину.

– Добро, впусти их, послушаем. – Велел Джаслин.

Покачав головой, глядя на документ с печатями Тарна и Сэмуэля о продовольствии и беженцах, Мартин переложил его на полочку под столом и как только все убрали свои записи, вошел Разиэль, также вернувшийся в столицу. Видать, надоело возиться с беженцами. Впустил за собой группу из пяти невысоких людей с белыми и серыми волосами, яркими глазами и светлой кожей. Фактически полная противоположность эддани, несмотря на близкое родство.

Разиэль отошел к столу, а все пятеро прошли в центр и поклонились всему совету в пояс, после чего приосанились – граф привел их заранее объяснив, как нужно себя показать.

– Представьтесь, – жестом позволил я.

– Рене Гедльп, отставной генерал и представитель Нимуса.

Мартин сложил пальцы в замок на столе.

– В связи с чем в отставке? – Поинтересовался он. – Вы выглядите вполне молодо.

– Травма, ваше величество. В бою была раздроблена левая лопатка, целители нашли меня на поле брани далеко не сразу.

Мартин кивнул ему и повернул взгляд к стоящему Разиэлю.

– Перед вами совет правления Анэнта. – Огласил он. – Состав неполный, но здесь все, кто нужен для решения вопроса. Огласите цель вашего прибытия. Можете опустить фамильярности, говорите, как со мной в переговорной.

Рене поблагодарил его поклоном и сделал шаг вперед к столу.

– Цель нашего визита состоит, разумеется, в создании военного альянса против Сактоллексии. Как вы, должно быть, уже знаете, в начале нашей с королевством войны, их силы сумели оказать нам теплый прием и нанести серьезный ущерб, однако и сами понесли не меньший, со временем мы оттеснили их обратно почти до старых границ и с той поры серьезного перевеса в нашей войне не было. Ярха понесла большие потери в территориях, однако они всегда жили налетами и грабежами – война у них в крови, и эти уже давно перешли из обороны в нападение. Одним лишь своим появлением, вы лишили Сактоллексию тыла и сильных целителей, мы зажали их с трех сторон. – То, что перед нами бывший военный, в глаза бросалось сразу: никаких рукоплесканий, свойственных послам, говорил громко и четко, с Джаслином общий язык нашел бы в одночасье. Разиэль переложил карту с края стола в место между Мартином и Джаслином, пригласил Рене подойти ближе к столу. – Озеро Латтая под нашим контролем, мы давно выдавили с водного пространства Кон-Фох и не даем окрепнуть королевству, как не дает этого делать и Ярха на реке. К слову, переговоры с Ярхой мы готовы взять на себя – если они помогут нам на побережье реки, отрежут их от союза вольных, то без единственного союзника, у них ничего не останется, кроме как подписать капитуляцию.

Закончив, представитель сделал шаг назад.

– Ваше предложение услышано. – Произнес Разиэль не ожидая нашей реакции на сказанное. – Сейчас прошу оставить нас на обсуждение, стража впустит вас, как только мы будем готовы дать вам ответ.

Стоило дверям за ними закрыться, как Разиэль пожаловался на отсутствие глашатая.

– Тебе вообще-то не нужно было этим заниматься, я не преследовал никаких целей, глянув на тебя.

Посмотрев на Мартина, как на врага народа, качая головой, Разиэль всплеснул руками и отошел к стенке, где занял лавку, закинул ногу на ногу и сложил руки на груди. Недолго обсудив ситуацию, мы приняли во внимание позиции всех, кто решил высказать своё мнение и составили ответ, после чего дали отмашку страже впустить прибывших обратно.

Дастан поднялся, чтобы огласить решение:

– Сейчас мы не ищем себе союзников. Наши позиции достаточно прочны, и мы будем вести боевые действия против Сактоллексии основываясь исключительно на собственных военных ресурсах. Разумеется, это не отказ в помощи, мы лишь не готовы заключать договоренности касательно ведущегося конфликта. При возникновении необходимости или изменениях в ходе боевых действий или изменениях на политической карте, мы пересмотрим данное положение.

– Кроме того, мы не могли не принять во внимание теплые слова о Нимусе из уст многих сикнетта. – Добавил Сэмуэль, только Дастан сел. – Мы не рассматриваем военный альянс, однако с удовольствием обсудим вне военные договоренности между нашими странами.

Рене поблагодарил Дастана и Сэмуэля и внимание всех присутствующих было обращено к Мартину, вперившему взгляд в стол и перебирающему по нему пальцами.

– В наше время фраза «враг моего врага – мой друг» была актуальна, как актуальна она и сейчас. – Сказал свое слово Мартин, не поднимая глаз. – Если вы начнете предпринимать действия против нашего общего врага неподалеку от нас, то, возможно, мы придем на помощь, при необходимости. Если ситуация на фронте сильно изменится и где-то потребуется наша поддержка, а мы расценим ситуацию, как требующую нашего вмешательства, то незамедлительно явимся на помощь. Притязания на территории всегда можно обсудить мирно.

– Мы все понимаем, ваше величество и ответ нас устраивает. – Рене сложил руки и поклонился Мартину в пояс. – С вашего позволения, я хотел бы побеседовать с герцогиней Альвирией и вашим дипломатом… но, простите, мне не известно кто им является.

Мартин кивнул мне и я, взяв под руку Альвирию, подошел к группе представителей и вместе мы покинули зал по направлению отдельной комнаты. Коллеги Рене остались снаружи, внутрь мы вошли втроем.

– Граф Уриэль де Ваннирад. – Представился я Рене. – Представляю внешнюю политику королевства. По всем вопросам этого направления вы можете смело обращаться ко мне.

– Благодарю за радушие, граф, я дам знать своим коллегам дома.

Мы заняли места друг напротив друга, Рене сразу рассказал, что причастен только к военной сфере страны и предложил прислать сюда уполномоченных в вопросах торговли и дипломатии, на что я согласился, подсказав, что помимо меня, можно обратиться к Дастану, Нирону или в случае, если не будет никого из нас троих – к Тайберусу.

– Обязательно все передам. Могу ли я расспросить вас про союз народов? Сикнетта и тавинарше. Также, я не настаиваю, однако хотелось бы узнать причины отказа в создании предложенного временного альянса.

Кивнув в согласии, я жестом предложил ему сесть поудобнее, формальности здесь ни к чему, сам откинулся на спинку, закинув на нее руку, а ногу на ногу.

– Согласно постановлению, подписанному герцогиней и вицца-правителем Фольде, сикнетта не союзник, а народ-вассал тавинарше, но только на территории Анэнта и Лимеллита. – Ответил я и Альвирия подтвердила мои слова. – При подписании договора нам был выставлен ряд условий, которые мы обязались выполнить. При атаке на карьер в Ольводории и менее крупные места удержания, мы вызволили многих сикнетта, большинство мужчин и немало женщин, однако в плену все еще находятся десятки тысяч. Мы не хотим подвергать их опасности большей, чем уже есть на данный момент. Также, вам стоит понимать, что проблемы сейчас есть и с Меритократической Империей Сагаст, там также есть пленные сикнетта и их нам точно также нужно вызволить. Работы много, все нужно продумать досконально, подвергать опасности гражданских необдуманными действиями, которые могут ввести панику у другой стороны – последнее, что нам сейчас нужно. Паника – оружие, которое мы не хотим использовать в этой войне, ибо оружие это страшное.

Рене закивал. Повернулся к герцогине.

– Простите за нескромный вопрос: устраивает вас новое положение вещей?

– Абсолютно. – Охотно ответила ему Альвирия. – И даже более того! Тавинарше – это лучшее, что случалось с моим народом за последний век.

Рене снова закивал, теперь самому себе, достал из-за пазухи небольшой сверток, протянул его Альвирии, она приняла его без вопросов и посол улыбнулся нам.

– Мне всё предельно ясно, – он поднялся и подошел к нам, пожал руку мне, поцеловал ладонь Альвирии. – Благодарю вас за честные ответы. За сим откланяюсь. Рад, что вам наконец улыбнулась удача, герцогиня, как рад, что вы, тавинарше, вернулись в свет. Континенту не хватало сильного игрока на юге.

Стоило ему оставить нас, как Альвирия развернула сверток, изъяла из него статуэтку и письмо. Глядя на статуэтку, ее лицо наполнилось красками, она улыбнулась и не смогла сдержать слез.

– Изображен мой отец. Он погиб, когда я была совсем юной, они с Эдриком были близкими друзьями.

Мы покинули комнату, в коридоре проводили взглядами посланников Нимуса и направились обратно в зал собраний. По дороге расспросил герцогиню о лидере наших потенциальных союзников.

– Эдрик благородный человек, в случае успеха Нимуса на их фронте, они бы точно предприняли попытки помочь нам здесь, в Милитанирадии. Люди Нимуса всегда были дружны с нами, отчасти из-за нас они и покинули Кон-Фох, называли тех бесхребетными.

– У Кон-Фох возникали конфликтные ситуации с Сактоллексией?

– Не у всех, но именно из-за этих конфликтов откололись Сюзвиз и Нимус. Сактоллексия была основана еще бабкой Риды и Варьяры, ее в союзе не любили и когда Кон-Фох принял независимость ее королевства, Сюзвиз откололся сразу же. Нимус много позже, последней каплей стала развязанная матерью Риды война с нами. Нимус сначала пытался уговорить союз выступить против агрессии, но, осознав, что словом ничего не добьется, вышел из состава и сразу же объявил войну Сактоллексии, Парнат присоединился незамедлительно.

Прошли в зал, где до нашего возвращения тихо занимались делами и встали у стола, где лежала карта.

– У последних, я так понимаю, тоже есть претензии к Сактоллексии.

– Полагаю в первую очередь сыграло то, что Нимус их главный деловой и военный партнер. Так было всегда, с того момента, как они вообще появились. При такой близости во многих аспектах жизни, волей-неволей перенимаешь отношения и позиции ближнего.

– С кем поведешься, от того и наберешься. – Кивнул я.

В двух слова описал остальным, о чем был разговор, и мы с герцогиней вернулись на свои места. Приступили к обсуждению положения на войне и во всем регионе. Фактически между озерами Нимус сильнейшее военное государство и вне зависимости оттого, как пойдет война, после нее Нимус будет между нами и Сагастом, что очень выгодно. Как точно было подчеркнуто – с кем поведешься, от того и наберешься, а уж мы то сможем донести до граждан и правительства Нимуса наши настроения по поводу соседей.

Сейчас об альянсах говорить рано, Анэнту нужно время, но чем дальше оно ступит, тем очевиднее будет необходимость в партнерах и союзниках. Нимус и Парнат имеют свой объединенный флот на озере, что делает их крайне выгодным партнером. Лимеллит имеет крайне выгодную стратегическую позицию и сейчас, когда мы сможем снабжать те земли ресурсами и дополнительными солдатами, выбить нас оттуда будет нереально, а нарастим флот, так и вовсе начнем доминировать в заливе и юго-западных морях.

На следующий день, после обеда снова собрались чтобы продолжить старую дискуссию по поводу средней верфи и контроля над озером Родиая, и во время разговора к нам заглянул солдат с гербом Милитанирадии прикрепленным к наплечнику. Выудил свиток из сумки с бумагами.

– Отчет по раскопкам в Дейверале. – Сообщил он и вручил письмо Джаслину. – Тектаторы добрались до нижнего яруса.

Прочитав письмо, барон окинул нас взглядом.

– Прогуляемся?

– Почему бы и нет? – Пожав плечами, согласился я. – Надо будет – гонца за нами отправят.

Сэмуэль отправил с нами Мартина и Эсмеральду, сам остался обсудить с Тарном и Альвирией маршрут, которым раньше по воду выводили людей в Гатрику.

Переместились в крепость Дейвераль, где я удивился столь скорому восстановлению. Стены были полностью отремонтированы, башни величественно возвышались над самыми низкими горами гряды, а если подняться, то с высоты почти каждой из них можно будет увидеть перевал вдали. Из наших четверых, сюда выделили только двух тектаторов, а они и крепость восстановить успели и подземелья вскрыли, вот молодцы!

Внутри, конечно, почти ничего не было, первый месяц Мартин сидел здесь за единственным принесенным столом, окруженный лишь серыми стенами. В те времена большие окна не делали, света здесь даже днем недоставало. Направились прямиком в подвалы и вскоре спустились до нужного места. Вскрыть – вскрыли, но еще ничего не разровняли, Эсмеральда спускалась, держа Мартина за руку, боясь оступиться на неровной крутой лестнице. Джаслин шел вперед нас и как только спустился, ушел к тем, чьи надгробия хотел почтить присутствием.

– Если я все правильно помню, это должна быть крипта. – Едва мы зашли в место погребения, уверенно произнес Мартин, сразу отошел к гладкой стене, где виднелись надписи, начал убирать пыль и паутину. – Здесь работала иерафонника во время чумы.

Из-за угла показался Аркнуф, поздоровался с нами и рассказал, что во всех помещениях все в порядке. Паутина, пыль, но никаких серьезных повреждений. Оказавшись рядом с Мартином, начал переводить древние коаны для Эсмеральды.

– Здесь покоятся тела усопших тех родов, что были при доме Дарант. Их души уже слились с чистой энергией, телам не удержать их. Память тел уже стерта, не бывать здесь ни черной магии, ни некромантии.

Дочитав, он пошел дальше, к Мартину, который уже смахивал пыль со следующей плиты.

– Перечень тех, чьи тела были захоронены в этой крипте, – ведя пальцем по именам, говорил Мартин. – Ну да, все правильно, – он повернулся к Аркнуфу. – Тело его брата не покидало Офиссис?

Аркнуф кивнул.

– Они не вернулись в Единую Нить? – Удивляясь, спросила Эсмеральда.

– Нет. – Ответил остиарий. – Здесь покоятся отрезанные от нее. Времен до смуты смуты, когда лекарства от Синей чумы еще не было.

– Дейвераль очень древняя крепость, она старше Ардамфорта и Бардиватгара, это далеко не первая ее реставрация. – Добавил Мартин. – Когда Деадория только-только была обнаружена, мы сразу поняли ее стратегический потенциал и первым делом начали возводить крепости у самых широких проходов туда. Дейвераль – первая, Бардиватгар – вторая. Только потом был заложен Ардамфорт, а за ним, когда было выбрано подходящее место под колодец, Лардафорт.

Пошли на поиски Джаслина и быстро отыскали его, он как раз закончил, кивнул Аркнуфу сделать необходимое, так как, по правилам, не мог сам. У статуи с телом ворона и лицом молодой женщины с закрытыми глазами, отвалилась металлическая маска – лежала на постаменте. Аркнуф незамедлительно поднял ее, очистил и поднявшись на возвышение, поместил маску на лицо женщины и закрепил. Сразу после все тавинарше сделали несколько неизвестных Эсмеральде жестов.

– Сюда был помещен прах Мэвы. – Рассказал ей Мартин, кивнул на плиту, над которой была воздвигнута статуя.

– Баронесса Мэва Дарант, моя младшая сестра и возлюбленная моего старшего брата, ныне также покойного Тайлина.

Хмыкнув, барон кивнул нам и пошел обратно наверх.

– Чудесная женщина. – Кивнув его словам, добавил Мартин. – Ее все любили: добрая, отзывчивая, веселая…

Наступило длительное молчание, которое прервал Аркнуф – с другой стороны коридора показались его подчиненные, он пошел к ним, распорядился начать очистку крипты. Джаслин необходимое сделал, но к его следующему возвращению, когда он останется здесь подольше, помещение должно быть чистым.

– Первыми уходят лучшие. – Произнес я и потрепал плечо Мартина.

Ему нужно побыть здесь одному, поэтому я указал Эсмеральде на выход, и мы вернулись на поверхность.

– Так какие планы на эту крепость? Она довольно далеко от перевала.

– Как Джаслин решит, так и будет. Пока он обозначил ее местом сбора новоприбывших солдат и младших булиратусс.

Мы подошли к стене и встали на краю, отсюда вниз падать метров десять, не меньше, эта часть возводилась вокруг скалы и вливалась в башню, а потому была выше привычных стен. Я указал ей на лагерь за стенами и движение в холмах, чуть дальше.

– Все солдаты, которые только-только вышли из Единой Нити, будут сюда прибывать?

– Самому бы знать. – Честно признался я. – Мы еще не решили, как все будет работать. Не знаем, сколько обученных солдат вернется, неизвестно, как поступит Джаслин и что будет, когда мы станем из плоти и крови. Это родовая крепость, Даранты ее построили и жили здесь всегда, за исключением последних нескольких столетий.

Несколько минут любовались волшебной природой с высоты. Поднявшийся Мартин, лишь оказавшись рядом, улыбнулся, глядя на великолепный пейзаж, которым любовался в последний раз еще века назад.

Дубы здешнего леса красовались слева, не прятали за собой старую крепость от равнины, а лучи утренней Звезды, что освещает мир показывали этот лес во всей красе, пробиваясь сквозь густую листву, особенно волшебно было наблюдать за тем, как ветер колыхал крайние деревья, листва которых переливалась цветами лета под лучами светила, игралась под ними.

Форт Нейзарк

Дождавшись подкрепления, имперцы тотчас начали наступление на форт. Продвигались сначала медленно, полагаясь на ловчих, однако вскоре поняли, что прибывшие остиарии прекрасно их видят и помогают стрелкам навестись на них, начали наступление основными силами.

На обновленный барьер форта обрушилась канонада магических снарядов от магов-артиллеристов, за ней последовали выстрелы из баллист и тяжелых мангонелей. Индимиль маги далеко не слабые, барьер нес тяжелейшие повреждения, расходился похожими на старые шрамы линиями, рвался и осыпался, даже остиарии не успевали его восстанавливать, изредка мелькали покидающие доспехи тела поверженных тавинарше, чья мана и энергия сливалась с воздухом, а душа возвращалась в Единую Нить.

Наступающие подошли достаточно близко, чтобы тяжелые лучники тавинарше и арбалетчики на остатках стен смогли вступить в бой. Под плотным обстрелом имперцы продолжали движение, защищенные ростовыми щитами и легкими мантелетами в первых рядах и средними прямоугольными щитами в дальних.

У боевых магов удавалось отправлять заклинания и стихии в сторону укреплений лишь вокруг разрушенных врат изредка, да и те не были в силах возыметь эффект против мастеров защитной магии сикнетта и тавинарше, в то время как боевые маги форта в лице перебежчиков индимиль осыпали движущиеся ряды щедро и не жалея сил.

Имперцы продвигались не единой толпой, а волнами по несколько рядов, чтобы не создавать толкучку на узком подступе и двигались уверенно, почти добрались до готовых к бою солдат тавинарше, занявших траншеи и позиции за обрушенными стеной и башней. Именно этот момент – когда первая волна нападающих уже не имела возможности отступить быстро, стал сигналом для ожидающих основных сил тавинарше.

Лучник из сил обороны форта, взобравшись по балкам до дыры в куполе главного здания, выбрался на крышу и пустил в сторону горящую ярким синим огнем стрелу с длинным густым следом черного дыма за собой. Тотчас, невидимые ни от форта, ни с холмов, пять сотен высадившихся в стороне от форта солдат пришли в движение.

Сбросив с себя импровизированную маскировку, поднялись стрелки и натянули тетивы длинных и композитных луков. Под взмывшие по направлению как занявших холм, так и уже движущихся к форту имперцев, стрел, показались из-за холмов и солдаты со щитами.

К этому моменту первая линия атакующих форт уже добралась, и битва на подступах началась. Воины тавинарше встретились лицом к лицу с элитными гвардейцами индимиль. Пусть в силе и скорости тавинарше выигрывали безоговорочно, анабиоз не прошел бесследно: никакого боевого азарта, никаких эмоций от битвы они не испытывали и как следствие лишь выполняли свою работу. Имперцы в свою очередь пользовались окружением: неровности земли позволяли им повалить высокого воина, где от удара боевого топора не спасет никакая кираса; ловкие воины перескакивали завалы, минуя воинов первой линии, били в спину или пытались добраться до стрелков и остиариев.

Когда в бой вступила и вторая волна атакующих, а первый ряд тавинарше уже смели и почти добрались до траншей, где встретились с серьезной проблемой в лице того, что щит воина тавинарше занимал ее всю целиком, прогремел боевой рог, ознаменовавший отступление и это ввело атакующих в замешательство. Обернувшись, командиры увидели, что происходит позади: войска тавинарше уже встретились с имперцами на холме, там немалые потери, солдаты тавинарше, хоть и были в меньшинстве и там, ловко воспользовались элементом неожиданности и добрались до рядов магов-артиллеристов. Где-где, а в чистом поле воины тавинарше превосходили имперцев на две головы.

Под этот сигнал из форта ворвались в бой двое булиратусс, а за ними латники сикнетта.

– Зажать не выйдет, но хоть при отступлении под хвост им напихаем! – Кричал Гастон.

Отступление стоило больших потерь, первые две линии атаки были полностью уничтожены булиратусс и тяжелыми латниками Лимеллита. В полях основные силы тавинарше отступили очень скоро, имперцы не были готовы к такому маневру, а потому, собрав силы для контратаки слишком поздно осознали, что контратаковать некого.

Атаковавшие имперцев в полях отступили к побережью, где до сей поры сохранялся очень густой туман. Погрузились в лодки, на них к спрятанным в тумане кораблям и на них в центр залива, чтобы связаться со штабом в порту и получить план дальнейших действий. Имперцы подобного более не допустят – группам высадки нужна новая стратегия.

Тарт’аль’Радда

Закончив переговоры с прибывшими в полном составе представителями Нимуса, подписали целый ряд договоров, в том числе, касательно войны. В основном они лишь подтверждали сказанное нами и нужны были для солдат и граждан Нимуса и Парната, которые могут оказаться неподалеку от места, где мы ведем боевые действия.

Увы, в Нимусе и Парнате еды хватит лишь на себя, война забирает множество ресурсов и на экспорт у них вряд ли что-то пойдет. Пойдут, однако, чертежи собственных военных разработок и вооружение для наших гибридных полков. Мы в свою очередь нашли место сбыта тяжелых металлов.

Наладить этот самый сбыт еще только предстоит. Прямые порталы могут быть перехвачены, так как будут пролегать через территорию противника, а союзника для транзита в регионе у нас еще нет и именно поэтому графы Дастан и Нирон отправились в Гатрику, чтобы обсудить с ними этот момент. Просто так транзит они нам, конечно, не предоставят, все-таки Гатрика граничит с Сактоллексией, от нас, по меньшей мере, потребуется военный континент на их границе, который еще нужно будет где-то отыскать.

Закончив обсуждение транзита, в ходе которого мы приняли удручающий факт того, что Лимеллит на западе не подходит как место торговли с Нимусом на востоке, большинство советников оставили нас. Лютрик с Сэмуэлем пошли в кабинет последнего, где была географическая карта нашего региона, на ней Лютрик покажет герцогу, где разместит перевалочные пункты, для осуществления транзита ресурсов в регионе с целью отправки впоследствии в Нимус и Парнат, а также соседним государствам, если появится спрос.

Оставшись здесь небольшой компанией, поговорили о наших командах, где хотелось бы видеть дворянство или специалистов сикнетта уже сейчас. Предложили подыскать себе команду Эсмеральде. Она-то уже успела разобраться, как мы работаем, что у каждого старшего, за редким исключением, есть своя группа, а у военных еще и свой личный полк.

– Ну… я…

– Эсмеральда, ты реши для себя, чем хотела бы заниматься и подойди к тому, кто этим заведует. – Я пожал плечами, глядя сначала ей в глаза, затем ее матери. – Уверяю, любой возьмет тебя под крыло и научит всем премудростям ведения дел. Единственное, что хочу отметить по этому поводу – не советую выбирать иерафоннику, там на то, чтобы дослужиться до младших санов уйдут долгие годы, что уж говорить об ауксилариях и уж тем более о сане остиария.

– Такие высокие требования?

– Да, крайне высокие. Винс поступал в твоем возрасте, а остиарием стал уже на втором веку жизни, про старшего я и не вспомню, сколько было Винсу…

– Его так-то викарием избрали, когда мы уже светлячками были. – Не отвлекаясь от чтения, хохотнул Мартин.

Эсмеральда покачала головой из стороны в сторону.

– Ах, да, – заметив на себе грозный взгляд Тарна, добавил я. – Еще не советую выбирать разведку, соответственно, Тарна. Ты… не подходишь для этого ремесла. А все остальное, пожалуйста. Военное дело – Джаслин, политика – ко мне, управление – Сэмуэль, экономика – Готран или Амбер. Незнакомых предлагать не стану. К слову, все вышесказанное об иерафоннике не значит, что к ним совсем нельзя, я имел ввиду, что не стоит рассматривать именно ее саму, а работать вместе тебе никто не запретит. Например, Тэйбар занимается медициной и образованием, думаю, с удовольствием примет тебя в свою команду.

– Медицину потихоньку спихиваю. – Сделав жест рукой, будто что-то смахивает со стола, подтвердил он. – Профиль не мой, пусть занимаются специалисты. У меня есть своя команда, в ней не только коллеги по цеху. Командует у меня барон Юнесар, точно также, как у Уриэля – Тайберус.

– Тайберус моя правая рука. Я слово, он дело. – Кивнул я в подтверждение его слов.

– Без барона как без рук. – Посмеиваясь, громогласно подтвердил Джаслин и поднял на нее взгляд. – Я вот барон, но и у меня есть свой барон. Скажу сразу, я не против взять тебя в свою команду. Ясное дело, не отправлю тебя на фронт в первых рядах… там работа солдат, а ты будешь помогать мне в тылу. Военная инженерия, управление големами и маномеханизмами. Бумажной работы будет меньше, чем у прочих, но она будет. – Он указал пальцами в документы перед собой. – А мой капитан тебе понравится, – Джаслин хищно улыбнулся, – Женневьё – прекрасная женщина. Голосок похлеще моего.

Эсмеральда поёжилась. Не знаю, что именно она представила, но это будет недалеко от правды. Ее распоряжения, должно быть, в Офиссисе слышат. Уверен, рано или поздно, они встретятся.

– Даже у меня есть свой барон. – Не отрываясь от бумаг кивал Мартин. – Баронесса, если быть точным, Тесея. К сожалению, она сейчас в Единой Нити, уже давно ушла.

– Ох, как бы она нам пригодилась сейчас. – Качал головой Тарн. – Хотя бы тем, что построила бы тебя.

Тарн свернул несколько листов в трубочку и треснул ею Мартина по голове, тот недобро посмеялся. Я же заметил необычный для Эсмеральды взгляд, обращенный в пустоту. Очевидно, услышала имя конкурентки, нужно разрядить обстановку в ее голове.

– Никогда не забуду, как к нам ее муж и сын пришли, просить отпустить ее домой.

– Только вот ситуация была такова, что это ее нужно было просить отпустить нас.

Рассмеялись всем залом, вспоминая былые деньки. Поставив ногу за ногу, я оперся рукой о стол и продолжил:

– Помнишь герцога Готрана, которого в ближайшее время назначат губернатором будущей Каскардовы? Когда выйдет пополнение из Единой Нити, он будет собирать себе команду первым по приоритету. Раньше у него своей не было. Сам не один год помогал Сэмуэлю. Барон вообще-то необязателен… изначально, как ты помнишь – это воинское звание и в основном бароны именно такие, как Джаслин – солдаты. Некоторые уже после выбрали для себя область, где преуспели, как, например, Тайберус. Они привносят в состав команды руководящий элемент, дисциплину.

Закончив со своими документами, Мартин растекся в кресле и пожаловался, что вся его команда сейчас в Единой Нити и мало того, он ее распустил в связи с тем, что был избран королем. Провели некоторое время, рассказывая Эсмеральде о том, как устроены команды старших, ловко переводя тему каждый раз, когда она хотела разузнать о команде Тарна. Затем вернулся Сэмуэль с известиями, плюхнув целую кипу бумаг на стол:

– От Арвеля ничего не слышно больше недели. Из всех разведчиков, что были посланы с ним, в Единую Нить вернулся только один. Иерафонника уже связалась и тот доложил, что не знает о состоянии остальных. Будучи раскрытым, попал в окружение, стянул внимание на себя. Его задавили числом, пленить себя не дал.

– Так вот чего его нет столько времени! – Воскликнул Мартин. – Кто его отпустил в разведку?

– А кто сказал бы слово против? – Пожал плечами Джаслин. – В этом он один из лучших. Вспомни всех его наставников… за исключением Готрана, который воспитывал его ребенком.

Тарн на взгляд Мартина лишь развел руками.

Почти весь день провели здесь, в зале, занимаясь делами, туда-сюда бегал только Сэмуэль. Возвращаясь, каждый раз он приносил с собой печальные известия о продовольствии, сроках строительства и реставрации в городах Деадории и о проблемах с поставками древесины на озеро и в Лимеллит.

Дастан и Нирон вернулись домой к вечеру и поведали, что с Гатрикой ничего не получилось. У Сактоллексии в северном регионе находится внушительный контингент, власти страны закономерно опасаются конфликта. Сейчас у королевства Риды положение в регионе устойчиво, а ее армия слывет сильной и жестокой. Не говоря уже о садистской репутации близнецов-Архимагов.

Очередным утром собрались в зале для коллективной работы с документами. Двери в таких ситуациях мы не закрывали. Стража у дверей всегда состояла из уполномоченных Тарна, эти в точности знают когда и кого нужно пропустить, а когда нужно захлопнуть двери прямо перед носом пришедшего. Очень скоро послышались быстрые шаги.

– Мартин, Уриэль! Прибыли посланники из города-государства Эрхсадт. – К нам подбежал взволнованный Дастан, однако на лице легкая улыбка. – Насколько я понял из их рассказа – это местная политическая сцена. Там присутствуют почти все местные… для их региона, государства и даже некоторые с севера континента. Сактоллексия является участником их политического альянса, их представители попросили урегулировать конфликт. Нас просят собрать делегацию и прибыть в Эрхсадт для мирных переговоров.

Все, кто присутствовал в зале, кроме единственной Альвирии, в голос рассмеялись. При дверях нараспашку, гогот прибывшие должны были слышать. Герцогиня строго посмотрела на нас, велела их закрыть, что стража незамедлительно сделала.

– Требую рассмотреть предложение. До этого вы же говорили: наш приоритет – сохранение жизней простых граждан, пленных и порабощенных другими странами. Это может быть шансом мирно вызволить их!

Зал затих. Джаслин приступил к своему любимому занятию в тишине: тарабанить пальцами по столу, однако его взгляд не скользил по нам, не призывал к действиям как в зале Лардафорта до нашего выхода. Сложив руки на груди, Мартин окинул барона недружелюбным взглядом и прилег на стол, перевел взгляд на герцогиню.

– Раз так, расскажите про место?

– Эрхсадт создан по инициативе высших, которую поддержали несколько сильных государств. – Рассказала Альвирия. – Доподлинно известно, что конфедерация вольных торговцев внесла ощутимую сумму средств в строительство замка и города – они были возведены с нуля, а сама конфедерация является почетным представителем дипломатического альянса.

– Не могу не заметить, что вы высокого мнения об этом городе и инициативе в целом. – Вслед за Мартином на стол прилег Сэмуэль.

– Вы правы. – Согласилась она. – Даже несмотря на то, что все наши просьбы были отклонены или не удостоены внимания.

Сэмуэль уронил взгляд на стол, задумался.

– Ну, коль вы все же так тепло отзываетесь об Эрхсадте, о идее его создания и работоспособности, особенно в свете неприятных для вас событий там… считаю, что предложение стоит хотя бы рассмотреть.

– Спасибо, Сэмуэль. – Положив ладонь ему на плечо, поблагодарила она. – Я была там лично довольно давно, однако на многие вопросы готова ответить.

Мартин выудил из-под рук Джаслина карту и подтянул ее к себе, скривил лицо в недовольстве, глядя, где находится город-государство.

– Однако, герцогиня, есть одно «но». Допустим, мы прекратим боевые действия на время решения вопроса, тогда Сактоллексия направит все силы и ресурсы на фронт с Нимусом или попытается добить Ярху…

– Нет. – Тут же отрезал Дастан. – Нимус, Парнат и Ярха также приглашены в Эрхсадт. Посланники сказали мне, что Ярха отказалась сразу же. Сактоллексия вести боевые действия не станет, а если государство будет уличено в этом, переговоры можно будет прекратить сразу же. Более того, в этом случае Сактоллексию исключат из состава политического альянса и, если я представил себе ситуацию верно, это им невыгодно.

Мартин, отодвинув от себя карту, схватил пальцы Джаслина и заставил перестать тарабанить ими по столу, сам сложил руки в замок на столе, посмотрел сначала в глаза Джаслину, затем мне и Дастану.

– Вывод: Сактоллексии требуется передышка. Они обещают, что не будут нападать ни на нас, ни на Нимус и Парнат, ни на Ярху? Соответственно прекращаем действия в ответ мы и Нимус.

– Не уверен насчет Ярхи. Нужно будет уточнить у посланников что будет с Ярхой, раз они отказались.

Дастан пожал плечами, всплеснул руками и занял своё место за столом. Наступило молчание, во время которого все изучали карты. Дастан добавил, что Нимус, со слов посланников, еще не дал своего ответа и предположил, что они могут ждать нашего решения. Будет глупо воевать в одиночку, в то же время, если мы продолжаем боевые действия, будет глупо отложить оружие. Сообразив, что сказать, тишину нарушил Сэмуэль:

– Подумав, я пришел к выводу, что если мы проигнорируем этот призыв, то нас могут заклеймить агрессорами, тогда у Сактоллексии могут появиться невыгодные для нас союзники. Эрхсадтом управляют высшие и было бы неплохо объяснить им нашу позицию. Если позиция не устроит кого-то, это уже будут их проблемы, заходят войны – получат ее. Но я бы не хотел лишний раз конфликтовать с высшими. Не сейчас. – Он повернулся почти всем корпусом к Джаслину. – К войне с высшими мы не готовы.

– Хватит уже имеющегося конфликта с Сагастом. – Пусть и неохотно, но согласился с ним барон.

Вернув руку на стол, перебирать пальцами по нему он не стал, вместо этого откинулся на спинку, закинув на нее вторую руку.

– Из всего сказанного наиболее убедительными для меня стали слова Сэмуэля. Игнорировать призыв в стан высших сейчас – неразумно. – Хлопнув по столу, Мартин посмотрел на всех присутствующих, кивнул и продолжил. – Тогда так: Дастан, уточни по поводу Ярхи, а затем бери эскорт и отправляйся в Нимус, узнай их позицию по данному вопросу. Я должен быть уверен в том, что своим решением не брошу их отдуваться в одиночку, пусть они и справлялись до нашего появления сами, сейчас положение в регионе другое. – Дастан тут же поднялся и в спешке покинул зал. – Сактоллексия не должна проявлять военную агрессию во время переговоров. Тарн займись. Если они нарушат договоренность… или пакт, если наша договоренность будет иметь именно такой характер, я хочу знать об этом. – Взяв все свои бумаги, Тарн коротко поклонился совету и покинул помещение. Еще до того, как двери закрылись, Мартин взмахнул рукой, привлекая внимание стража. – Проводи посланников Эрхсадта в свободное помещение и отправь прислугу занять их.

Двери закрылись и Мартин придвинулся к столу, чуть не уронив в процессе кресло и не полетев вслед за ним. За полминуты, качая головами и пожимая плечами, утвердили состав делегации, то есть поставили галочку у моего имени и имен участников моей команды.

Мартин отметил, что его заинтересовала возможность посмотреть на то, как работает современная дипломатия и сразу заявил, что, несмотря ни на что, моей команде нужен эскорт, хотя бы декоративный. Джаслин, излучая недовольство, поднялся вслед за приказом Мартина лично отобрать его и покинул помещение. Уже в коридоре гаркнул привести к нему капитана Николь.

У Тэйбара я попросил выделить мне остиария-защитника, заодно покажем все это публике из разных стран. Зная, как ребята из иерафонники трепетно относятся к своим маскам и посохам, им будет чем впечатлить простых людей.

Тэйбар в ответ поведал мне, что выделяет куда-либо младших и тем более старших только Винс – это его работа, но добавил, что как раз собирался на днях заглянуть к викарию, проконсультироваться в вопросах городской магии – профилю Винса – в котором сам понимает разве что основы, да и те только в теории. Вопрос эскорта вскоре будет решен, Мартин доволен, я тоже.

Когда мы вышли на плац замка, все, кто был мне нужен уже находились здесь. Капитан и группа телохранителей построены, приставленный остиарий был в привычной форме, но руки без перчаток сразу бросились в глаза, вместо них пальцы он аккуратно забинтовал шелковой тканью. Посохи, что у него, что у младших ауксилариев, были внушительны, маски все разные, а лица, запечатленные на них, так и кричали о том, как хотят наброситься на ближайшего зазевавшегося и растерзать, все под стать маске Тэйбара. Гнев, ярость, ненависть и злоба часто становились камнем преткновения некогда чистых душ молодых культистов.

– Во вы народу набрали. – Хохотнул, глядя на них Тайберус.

– Пускай-пускай. – Потрепав каждого, кивал ходивший за их спинами Тэйбар. – Все ауксиларии из новеньких, кто просидел в Единой Нити все время и вышел не раньше пары веков назад.

– Им полезно будет. – Согласился с его словами приставленный ко мне остиарий.

Стоило подойти Нирону, как мы вернулись в замок, где дождались Дастана, сообщившего нам следующее: с Нимусом и Парнатом мы все поняли верно, они ждали нашего решения, а вот Ярха отказалась от переговоров – война между ними и Сактоллексией продолжится, при этом они полностью отдают себе отчет в своих действиях. А раз так, поражение будет на их совести.

Между тремя сторонами конфликта будет подписан пакт о ненападении, которым займутся посланники Эрхсадта. От нас требуется только дать ответ и представить делегацию.

На том и порешили. Недоволен остался только Джаслин, однако он смолчал и раз решение принято, отбыл в Дейвераль, приводить в порядок вотчину своей семьи, последним представителем которой ныне является. В тронном зале отправили за посланниками.

– Итак, делегация собрана, – огласила для них Альвирия. – Граф Уриэль де Ваннирад, возглавит ее и будет защищать наши интересы в Эрхсадте. Ему в помощь назначены барон Тайберус Пальвират и графы Дастан де Чаттепар и Нирон де Гиан. Командиром эскорта назначена капитан Николь, ауксилариями руководит остиарий Гарж. Леди Эсмеральда из Милитанирадии отправится в качестве представителя народа сикнетта.

Посланники все записали и представили свиток с пактом, который готовился под пятерых участников конфликта, но последняя строка занята не была. Мы ознакомились с условиями пакта, которые не менялись со времен Новых королевств, Мартин снял свой перстень и поставил оттиск королевской печати на документе.

Сообщив, что за нами уже завтра утром прибудут из города-государства, посланники покинули дворец, чтобы собрать печати еще трех участников. Перстень Мартина – созданный Винсом артефакт, печать, оставленную им, нельзя подделать или скопировать, жаль, что она у нас одна такая и сделать новые не представляется возможным, ведь материал для изготовления добывается только в северных регионах континента.

Разошлись кто-куда, но не успел я открыть дверь своего кабинета, как меня нагнала Эсмеральда, зашли вместе.

– Граф, мы недавно говорили о том, что меня заинтересует и вы предложили подойти к тому, кто курирует отрасль… ну или деятельность… в общем, я хочу именно к вам, дипломатия привлекает меня. Во время моих рассказов, я была очень расстроена, что так мало знаю о других странах. Сейчас я лечу в Эрхсадт, чтобы выступить перед представителями других стран, но я хотела бы, чтобы вы… ну, взяли меня под крыло.

– С удовольствием. – Ответил я, чем вызвал ее радость, предложил ей занять кресло. – Не знаю, что нас ждет, но это точно будет очень интересно. Не только в Эрхсадте, но в отношениях со всеми странами. Мы для континента нечто новое, но то самое новое, что хорошо забытое старое.

Конфликт на юге

– Мы сразу в Эрхсадт? – Глядя в спины уходящих представителей города-государства, которые должны были вернуться вместе с нами, уточнила Эсмеральда.

Я покачал головой, кивнул следовать за мной на плац к эскорту.

– Сначала в замок Лардафорта, в хранилище артефактов. Подберем для группы необходимое и уже оттуда в Эрхсадт.

Только мы оказались в старой столице, как увидели Винса, контролирующего посадку молодых деревьев вдоль главной дороги.

– В садовники заделался? – Хохотнул я.

Винс, обернувшись, пожал плечами, дал отмашку продолжать работу без него и пошел с нами.

– Ты куда это с командой и эскортом?

– В Эрхсадт, город-государство в подчинении высших.

Викарий хмыкнул.

– На кой? За этим ко мне Тэйбар прибегал?

– Да. Их посланники вызвали. Между нами, Нимусом, Парнатом и Сактоллексией заключен пакт о ненападении. Будем мирно решать вопрос.

Не таясь, Винс рассмеялся, покачал головой.

– Ну вы и юмористы! У кого получилось уговорить Джаслина?

– А он особо и не возникал. Мартина уговорил Сэмуэль, сказав, что, если не поиграем на их поле, нас могут заклеймить агрессорами.

Всплеснув руками, викарий хотел продолжить, но смолчал, пошел рядом с нами, тихо посмеиваясь. По пути я велел страже и ауксилариям не вносить изменений в экипировку, остаться похожими друг на друга, чтобы на месте простые люди понимали, кто входит в делегацию, а кто в эскорт.

Пока шли от одной лестницы к другой, Эсмеральда пожаловалась, что здесь в пору заблудиться. Мы поначалу оспорили ее слова, заявив, что здесь все довольно понятно и даже указатели не нужны, но, подумав получше, вспомнили, что мы-то здесь обитаем веками, даже я, тавинарше, который Лардафорт недолюбливает и ищет все возможности не появляться здесь, знаю куда ведет каждая лестница дворца.

Поднялись на верхние ярусы и вышли в храм всех богов, выстроенный вокруг Единой Нити, миновали его и спустились в хранилище артефактов, что сразу под храмом. Вся группа сразу пошла вперед, рядом с оставшимся у входа Винсом осталась только Эсмеральда.

– Ты тоже подбери что-нибудь для себя. – Разрешил он.

– Я? Но я же не…

– Не переживай, я уже прибрался здесь. – Нарочито не дал ей сказать Винс. – Ничего, что могло бы быть проклято, здесь быть уже не должно. В крайнем случае – я рядом.

Проведя рукой по арсеналу, он отошел к группе ауксилариев, собравшейся у витрин с небольшими артефактами: кольцами, ожерельями, браслетами. Девочка робко огляделась, начала медленно идти вдоль стены, косо поглядывая на них и на графов.

Отвернувшись от нее, поднял взгляд на свою косу, провел по ней рукой. Хотел бы вздохнуть, да нечем, подошел к ожидающему меня Дастану, он помог мне открепить нагрудник, а заметив активность, к нам подошла и Эсмеральда, вместе с которой они помогли надеть новый.

– Этот нагрудник тоже артефакт?

– Как и все здесь. – Кивнул ей Дастан.

– Он не лучше моего, но парадный и более яркий, только посмотри, как мастерски выполнены пластины! Будь они телесного цвета так и не отличить от натуральных мышц.

Похлопав руками по стальным элементам, довольный пошел искать парадные набедренники и более широкий и богатый пояс. Эсмеральда тем временем добрела до конца помещения.

– А это что-то очень мощное, раз отдельно выставлено? – Указывая на постамент с единственным кольцом внутри магического барьера, спросила она.

– Кольцо Поглощения. – Ответил стоявший неподалеку, уже готовый к выходу Гарж. – Древний и очень могущественный артефакт. Способен поглотить в себя любое заклинание. Сейчас там, внутри, «падение небес» и какая-то мелочь.

– Ого! Магия Гиперионов!

Гарж многозначительно покивал ей и тут же девочку окликнул Нирон, позвал к себе и протянул парадный саронг. Она охотно обернула его вокруг пояса. Саронг был невелик, поэтому на ней смотрелся как юбка на уровне икр, с широким разрезом спереди.

– Ой, как хорошо смотрится…

– Возвращать необязательно! – Бросил с другой стороны зала Винс. – Если понравилось – забирай.

– Но как же? А если я…

– Не волнуйся, – отмахнулся Нирон. – Он таких делает по пять штук за день. Винс наш артефактный мастер, у него вся семья ими занималась.

– Тут две трети, если не больше, им создано. – Добавил Гарж и направил наши взгляды на выход. – Стража, как было велено: все как один, ауксиларии тоже. Выглядят, как заказывали – величаво и внушительно. Шлемы подобрали безликие, но с большим количеством деталей.

Маски ауксилариев отличались, настаивать я не стал – для иерафонники это важно. Экипировавшись, вышли наружу и вернулись к порталу. Со мной поравнялась все еще завороженно изучающая саронг Эсмеральда.

– А та коса, что на стене была, вы на нее так посмотрели…

– Да, это моя коса. Она боевой артефакт, а на нашем поле сражаются словом, не клинком.

– Поняла.

Вернулись к городскому порталу, где Эсмеральда вдохнула-выдохнула, Дастан назвал пароль портала, и мы все перенеслись. Первое, что встретило Эсмеральду на месте – жар послеполуденной Звезды, что освещает мир. Эрхсадт стоит слегка южнее экватора, севернее Сагаста, здесь вряд ли часто видят снег, а зимой не утепляются шкурами и мехом. Кроме того, город много западнее Анэнта, если у нас близится обед, тут скоро приступят к полднику.

К нам тотчас выдвинулись пара городских стражей в покрашенных в матовый черный латах. Бойцы не лыком шиты: статные, крепкие, в качественной броне и с отличным оружием, лица скрыты за металлическими масками, отдельными от шлема с выпирающим конусом, на спины опускались дорогие плащи. Чуть дальше по улице стоял спиной к нам, вероятно, офицер. Знаков отличия с расстояния не разглядеть, однако у шлема был плюмаж, опускающийся вниз, на спину.

Стражи, подошли и предложили проводить нас до замка. Осмотреться мы еще успеем, а эти двое явно ждали нас. Раз так, пусть делают, что им поручено, замок отсюда отлично видно, никуда они нас не заведут от него, а по пути добавят важности нашей группе.

Как я и планировал, на нас смотрели, разинув рты в удивлении. Повели нашу группу по центру улицы, жестами велели горожанам расступиться. Проходя мимо офицера, отличительных знаков, кроме более дорогой брони и плюмажа я не обнаружил, с другой стороны, этого достаточно, чтобы выделить его.

По пути никуда не сворачивали, провели вплоть до замка кратчайшим путем, за что отдельное спасибо, не пришлось ни с кем спорить и ругаться. Прямо у ворот был развернут пропускной пункт: несколько бойцов стражи, прямо за створкой хранилище личных вещей посетителей, встречала нас широкой, отлично отрепетированной улыбкой женщина-индимиль.

Она выглядела уставшей, но весьма умело старалась не подавать виду, что ей тяжело. Очень внимательно изучила нашу группу, попросила нас приподнять плащи, чтобы осмотреть спины. Не споря с ней, мы выполнили все ее просьбы: показывали оружие в ножнах, отсутствие когтей на латных перчатках, что никакого дополнительного оружия, кроме поясного кинжала не носим.

Наконец, закончив осмотр, она встала перед нами и, сверившись со своими записями, огласила информацию:

– Ношение оружия в городе дозволительно, но внутри замка строго запрещено всем, кроме нашей стражи. Допустимо ношение декоративного оружия и бутафорских мечей любых вариаций, кроме шпаг, и размеров, до полутораручного под людскую руку.

Барон кивнул и велел всем сдать оружие. Мы не обучены манипуляциям с нашим сплавом, но оружие из доспеха нам, в случае необходимости, сделает Гарж.

– Посохи можно оставить! – Остановила иерафоннику женщина. – Ой, кроме вот этого, – она указала на посох Гаржа с выступающими затупленными шипами.

Гарж отдал свой посох без колебаний и всё оружие унесли в хранилище.

– Оружие можно получить обратно при каждом выходе в город. Если уходите ненадолго и планируете вскоре вернуться, то забирать его не обязательно, оно будет храниться на складе. Никто кроме вас его получить не сможет.

– У нас в планах есть прогулки по городу, оставьте поясные кинжалы поблизости, основное оружие, пока мы здесь, брать не будем. – Обратившись к страже в повелительном тоне, да еще и сопроводив слова царским жестом, скомандовал им как своим подчиненным Тайберус.

Стражи от его встрепенулись и, повинуясь, сделали, как было велено: мечи и посох завернули в ткань, приклеили запуску с надписью «тавинарше» и унесли, а кинжалы сложили в углу на свободном столе рядом со входом. Женщина еще раз осмотрела нас, кивнула самой себе и пригласила следовать за ней.

Стоило нам перешагнуть порог, как она предложила рассказ о замке. Интерес, безусловно, он вызывал, мы согласились.

– Убранство замка и города отвечает современным критериям удобства и комфорта, не только региона и всей Нахидии – всего мира! Высшие, как известно, живут везде и ценят вышеуказанное, а потому здесь, в Эрхсадте, все обустроено на высочайшем уровне. Мы готовы к появлению любого гостя, будь то представитель магического народа, хладнокровные, подводные, летающие, ночные – мы сможем принять всех.

С финансами и магическими возможностями высших, рассказанное большого удивления у меня не вызвало. Тем не менее, должное, все-таки отдать стоит. Живут-то тут не высшие и строился замок с городом не их руками, а лишь их ресурсами.

Вся без исключения стража, почти весь персонал, да и многие горожане здесь – индимиль. Ни одного осийца, несмотря на то что город находится как раз между Сагастом и Осией, я не заметил. Может они и правда затворники? В дипломатическое содружество не вступили, но прогнать местных отсюда у Сагаста явно силенок не хватило бы, если верить слухам о свирепости осийцев в бою.

Не отрываясь от рассказа, женщина подвела нас к лестнице наверх, которая учитывала все возможные факторы: ступени были широкие и невысокие, с закругленными углами и слегка шероховатые, выполнены из серо-черного гранита, на таких не поскользнуться. Сама широкая, позволит без проблем разойтись двум таким группам, как наша, поручни по обе стороны и по центру лестницы, удобно.

Нас довели до помещения, где мы будет пребывать большую часть времени, пока находимся в городе. Здесь же расположат наше постоянное представительство, если нам предложат вступить в дипломатический альянс и, разумеется, если согласимся мы. Чуть левее массивных створок была приземистая дверь, как бы не биться головой при входе – там спальня нашей делегации.

Помещение просторное, мебели немного, все книжные полки битком набиты книгами, на столе украшенные золотом и серебром принадлежности для письма. Альвирия говорила, что роскошные апартаменты делегация получает, если с ней здесь считаются. Выходит, что первое впечатление мы произвести своими действиями все же сумели. Письменный стол в центре помещения внушительный, под мои габариты, повернут лицевой частью к дверям, похоже мне нужно будет сидеть во главе этого стола и встречать входящих.

Женщина повела рукой по помещению, и барон прошел внутрь к высоким дверям в еще одну комнату с двумя диванами друг напротив друга и столом между ними – переговорная с кристаллами, не выпускающими звуки.

– Дату и время первого заседания по вашему вопросу сообщат в течении завтрашнего дня. – Рассказала нам она. – Делегации Нимуса и Парната вскоре прибудут. Также, в течении дня к вам будут приходить представители других делегаций – это давняя традиция, зародившаяся еще в годы основания города-государства.

Барон вышел из переговорной со шлемом в руке, чем не вызвал у нее удивления – проинформировали о том, чем мы являемся, положил вторую руку на пояс, добро улыбнулся ей:

– Знакомиться будем.

– Верно.

Некоторое время стояли в тишине и осматривались, она все время держала на лице улыбку, хотя было видно невооруженным взглядом, как тяжко ей это давалось.

– Позвольте узнать ваше имя. – Попросил я.

– Ох, простите! Сегодня было очень насыщенное утро, позабыла о элементарных вещях. – Она быстро пригладила волосы, поправила одежду, коротко нейтрально поклонилась нам. – Фелисити. Вхожу в управляющий состав замка.

– Благодарю за то, что проводили нас. Дальше мы справимся, а вы отдохните, не стоит так перетруждаться.

С улыбкой побежденного, она попрощалась и оставила нас.

Первым делом я осмотрел стол. В выдвижных ящиках чего только не было: дополнительные перья, бумага, полные чернильницы, крошечные кристаллы на все случаи жизни, несколько увеличительных стекол разного размера и диоптрии, карандаши всех возможных цветов, небольшие сложенные карты и так далее. На столе прямо передо мной была небольшая стопка формальных документов, подтверждающих, что мы обязуемся вести себя в городе сдержанно, уважать других, вне зависимости от рас, подрас, фракционной и государственной принадлежности. К их заполнению я и приступил.

Эсмеральда занялась изучением книг на наиболее распространенном наречии юга континента – не ее родной язык, к ним он пришел с оккупацией, однако знает его превосходно. Все стражи и ауксиларии разбрелись по помещениям, по большей части расположившись в комнате для переговоров, которую уже заняли графы. Барон вместе с Николь вышли на открытый балкон, тихо обсуждали местных. Двое воинов встали по обе стороны от дверей, один за дверьми, будет приветствовать приходящих.

Именно этот воин, менее, чем через час, открыл дверь и на полшага заглянул внутрь.

– Явился Тинъе Фогг, официальный представитель вольных торговцев.

Жестом велел стражам впустить его, и они распахнули двери. Внутрь вошли трое богато одетых в шелка невысоких человека явно не хиди и не эддани: загорелые, с яркими жизнерадостными глазами и серебристыми волосами, спрятанными под мурмолками. Тинъе сделал на шаг больше в мою сторону и остановился, положив руки на пояс. Улыбка на его круглом лице отлично сочеталась с длинными прямыми усами. Я поднялся, обошел стол и Тинъе протянул мне руку растопырив пальцы.

Обменялся с ним рукопожатием, а стоило отпустить, как он встряхнул ею и охнул, сразу улыбнулся еще шире.

– Крепкое рукопожатие – первые признак того, что собеседнику можно доверять. – Весело воскликнул он и грациозно поклонился в пояс. – Тинъе Фогг. Представляю конфедерацию Вольных Торговцев.

Сделав небольшой поклон в ответ, представился и я:

– Граф Уриэль де Ваннирад. – Указал на Эсмеральду. – Леди Эсмеральда из Милитанирадии.

Стражи поднесли четыре стула от стен и впятером мы расселись за столом.

– Первым делом самое главное: как вам замок? – Осведомился Тинъе. – Мальчишкой я участвовал в строительстве верхних этажей и планировке районов города.

– Впечатляет. – Кивнул я. – Замок возводился с учетом всех возможных гостей, о чем нам и говорила провожающая женщина. Велик, при этом грациозен, а архитектура прошлой эры и внутренняя отделка отлично сочетаются с основными идеями замка, особенно по части простора в коридорах и на лестницах.

– Рад, что вы оценили!

– Мне также рассказывали, что конфедерация внесла ощутимый вклад в весь проект замка и города-государства.

– Да, это так. Стоит заметить, что все необходимые средства высшие предоставили, а с нашей стороны было лишь добавлено, что укоротило сроки строительства и позволило сделать даже больше, чем планировалось изначально.

Тинъе поведал, что родом он из той части конфедерации, что находится на севере Сагаста, но корнями уходит в регион восточнее Кон-Фох – он чоови, сородич хиди и эддани, двое его коллег прибыли непосредственного из южных (регион восточнее союза вольных – южный для граждан конфедерации) земель. Здесь нечасто можно встретить представителей других территорий конфедерации и в основном это будут северяне, чья земля граничит с Сестринством Теней. Надо полагать, что Кон-Фох здесь присутствует именно по их приглашению, а Сактоллексия по приглашению союза вольных, ведь королевство с конфедерацией дипломатических связей не имеет.

К нам вопросов не поступило, Тинъе совершенно не интересовал наш конфликт, он не касается конфедерации и их партнеров. Человек он занятой, а потому после рассказа сразу поднялся к выходу.

– О! – Воскликнул он и резко развернулся. – Я чуть не забыл самое главное! А вы двое? Чего не напомнили? Доставайте!

Один из помощников тут же выудил из-под одеяния тканевый сверток, второй развернул его, и они поднесли мне подарок.

Декоративная короткая сабля с красиво украшенными рукоятью и ножнами. Отличный подарок, эти умеют правильно подбирать, оценил. Хорошо, что нам в ответ дарить ничего не нужно, так как ничего толкового мы с собой не взяли.

– Отличный подарок, Тинъе! – Кивнул я. – Если я правильно помню, здесь позволено носить декоративное оружие? Я с удовольствием выступил бы с ним.

– Я очень рад, что он пришел вам по вкусу! Похоже, было верным решением сделать акцент на стилистике ваших лат, не прогадал. Декоративное оружие, конечно же, разрешено. – Он хлопнул по длинному, не менее богато украшенному кинжалу у себя на поясе и достал пустую рукоять без клинка, вслед за чем пожал плечами и всплеснул руками. – Традиции. К слову, вы здесь впервые, не хотите вечерком прогуляться по саду замка? Там обустроен отличный закрытый бар с марионетками-официантами! Можно посидеть и провести светскую беседу, не трогая политику и отношения.

– Буду только рад. Укажите время и место, с удовольствием составлю вам компанию. Разумеется, если мы все-таки не будем затрагивать политику.

– Я здесь так давно, что она мне успела осточертеть, за мной не заржавеет, коллега. Вечером, сразу после заката, у врат в сады замка.

– Договорились, встретимся там.

Мы вновь пожали руки. Двери закрылись, и я тут же хлопнул в ладоши, обращаясь к остальным:

– Какой приятный человек, надеюсь, все следующие встречи пройдут в подобном ключе!

За следующие полчаса я закончил со всеми документами, отправил одного из бойцов отнести документы в администрацию замка, заодно, как найдет, скажет, как туда добраться. Эсмеральда изучила ассортимент книг и доложилась мне, что в основном там книги по истории, традициям разных народов и стран, с пару десятков разговорников. Сразу за этим заглянул страж:

– Явилась эрлесса Александра Гранс, представитель Еззельместа.

Я сразу же поднялся и велел впустить ее. Эрлесса прибыла одна, без сопровождения, зайдя протянула мне ладонь, которую я принял и поднес ко лбу, она в свою очередь исполнила великолепный реверанс.

– Как только узнала, кто прибыл, тут же отложила все дела и поспешила к вам! Рада видеть земляка.

– Взаимно, леди Александра, я рад знакомству и искренне надеюсь на плодотворное сотрудничество.

Стража закрыла двери.

– Я не успел ознакомиться со всеми новинками современности, расскажите, почему эрлесса? В Еззельместе теперь есть эрлы?

– Значение не схоже со странами, где оно в обиходе. У нас эрл – это наследник престола, отказавшийся от трона.

– В таком случае, почему вы Гранс, а не Эзздрейс?

– У меня есть сестра-близнец, изначально именно она была супругой Марнеуса, я с ним сошлась уже много позже. В основном потому, что не имела ничего против него и не хотела отдаляться от любимой сестры.

– У близнецов одна душа на двоих. – Кивнул я в понимании ситуации.

– Почему оставила девичье родовое имя, прошу простить, но дело личное.

– Вам не за что извиняться, я не настаиваю.

Приняв моё приглашение, эрлесса села на мягкую скамью и пока мы беседовали о моей родине, прибыли представители Парната, с которыми мы еще не успели познакомиться.

Дастан и Нирон дали мне отмашку не отвлекаться от разговора, поэтому я лишь поздоровался с гостями и их увели в переговорную. Подметил, что, несмотря на близость с Нимусом, их одежды имеют ряд разительных отличий, также как и их речь имеет несколько иной акцент южных наречий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

[А́эп та́мп-валь-ар ди́иэлле фа́суо! Варна́го-о!]

Вернуться